home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



3

Едва вошли в баню и остались одни, ребята наперебой запричитали:

– Вот удружил Василич, сволочь! Это у него называется выгодные клиенты?! Мы же тут у них как под арестом, как в концлагере… и телефон отобрали. Лех, ты чего соглашался-то!? … Во влипли. И что, теперь и об оплате с ними договариваться? А то этот Аслан все больше пугал, а о деньгах ни слова… Вообще не понятно, сколько они тут нам заплатят. Лех, ты сходи, спроси его, – выразил общее пожелание рядовых членов бригады Николай, двадцатипятилетний, выполнявший в основном функции подсобного рабочего и повара, ибо как специалист заметно уступал своим товарищам, но на язык он был куда бойчее Михаила.

– Спроси-спроси… сам спроси, – раздраженно огрызнулся Алексей. – А влипли мы с вами ребята действительно крепко. Ну, что делать-то будем?… Я думаю, пока есть работа, будем работать. Должны заплатить. Вообще-то я слышал, что чеченцы не крахоборы. Если им понравится, может и в самом деле сто кусков отвалят. Если так, то потерпеть можно.

Немного поразмыслив, Николай с Михаилом согласились с бригадиром – действительно, главное деньги, остальное ерунда.

На следующий день Николай в сопровождении Резвана отправился в поселок закупать продукты, а Алексей с Михаилом приступили к разбору того, что намастрячили их предшественники. Отодрали куски гипсокартона, и тут выяснилось, что молдоване не только не выровняли стены, но и далеко не везде уложили утеплитель. Когда Алексей показал это Аслану, тот чуть не взорвался от злости:

– Ах, шакалы… куда же они утеплитель дели, ведь всё что им давали истратили?!! Наверное, через забор ночью покидали, а потом забрали и продали. Пойду охрану вздрючу… проспали. Узнал бы раньше, вообще живыми не выпустил!

Отодрав весь гипсокартон, приступили к самой тяжелой части работы, шпаклевке и выравниванию стен. Тут подоспел вернувшийся с рынка Николай и в трое рук работа пошла споро и быстро. Аслан раза два заглядывал, придирчиво присматривался. Потом, видимо, окончательно убедившись в квалификации рабочих, перестал контролировать. За полтора часа до обеденного перерыва Николай пошел готовить обед. Учитывая, что ребята в последний раз ели ровно сутки назад, они так навалились на щи со свининой, попутно слушая рассказы Николоя о походе на базар:

– Неудобняк дикий, иду как под конвоем, все косятся. А когда свинину покупал этот ушлепок, Резван, на меня так смотрел, но ничего не сказал, только отвернулся и сплюнул. Поселок ничего, в магазинах продуктов любых купить можно, а на базаре из мяса только свинина, еще рыба есть свежая. В следующий раз рыбу куплю, уху заварю…

После обеда закончили выравнивать и шпаклевать стены в первой комнате, и перешли во вторую. Прикидывая скорость, с которой шла работа, Алексей рассчитал, чтобы уложиться в четырнадцать дней, работать надо не менее десяти часов в сутки. Потому работали сначала при дневном свете, а потом с проброшенными из соседних коттеджей лампами-переносками. Аслан заглянул только в самом конце рабочего дня. Он подошел к Алексею:

– Как кончите работать, приходи вон в тот коттедж, на котором спутниковая тарелка висит, разговор есть, – Аслан указал рукой на соответствующий коттедж.

– Хорошо, только сначала поужинаю и приду, ответил Алексей, оглаживая скребком поверхность только что зашпаклеванной стены.

– Не надо ужинать, со мной поужинаешь, очень поговорить надо, – то ли приказывал, то ли просил Аслан.

Алексей так и сделал, предупредил ребят, чтобы садились есть, его не дожидаясь, а сам пошел в «штабной» коттедж. Его встретил охранник стоявший «на вахте», спросил куда идет. Алексей ответил, что идет к Аслану. Охранник с кем-то переговорил по рации и пропустил Алексея, указывая на лестницу:

– Поднимешься на второй этаж, вторая дверь направо. Аслан тебя ждет.

Пока шел почуял запах готовящегося шашлыка и услышал кавказскую музыку, доносящуюся из какой-то комнаты первого этажа. Алексей не мог понять, кого так опасаются эти чечены, почему живут здесь, как в осажденной крепости… Аслан сидел в небольшой комнате за столом, перед ним включенный ноутбук. Едва Алексей вошел он тут же захлопнул крышку ноутбука и приветливо обратился к нему:

– А, бригадир, садись… сейчас покушать принесут, поешь со мной.

Действительно тут же один из охранников принес поднос, на котором лежали шампуры с нанизанными на них кусками шашлыка. Комнату наполнили аппетитные запахи, а Аслан достал из шкафа четырехгранную бутылку с коричневой жидкостью и с надписью по-английски на этикетке.

– Ты виски пьешь, – осведомился Аслан.

– Я все пью, – ответил Алексей, вдыхая шашлычный аромат, – тем более под такую закусь.

– Это верно, под шашлык все пить можно, – согласно кивнул Аслан.

Разлив виски в небольшие рюмки, он поднял свою:

– За что пить будем?

– Не знаю, – пожал плечами Алексей.

– Давай за вашу хорошую работу, – Аслан тут же не спеша выпил и движением руки как бы пригласил Алексея – пей, ешь.

Алексей тоже выпил и осторожно взял с подноса один шампур.

– Что, вкусно? – увидев, что проголодавшийся Алексей с аппетитом стал поглощать мясо, Аслан пододвинул к нему тарелку, в которой был нарезан салат из огурцов и помидоров. – Ешь-ешь, не стесняйся. Наверное, такое мясо не часто есть приходиться?

– Нет, – откровенно признался Алексей. – Мы вообще к шашлыку не привычны.

– Конечно, непривычны. Вы обыкновенные русские привыкли ко всему плохому, как и ваши предки, и к жизни плохой и к еде плохой. У вас всегда хорошо жили и жрали только начальники, а работяги типа тебя… ааа, – Аслан снисходительно махнул рукой.

Вновь разлив виски он выпил уже безо всякого тоста, жестом пригласив Алексея сделать то же самое.

После того как Алексей «очистил» один шампур и принялся за второй, Аслан решил, что можно начинать разговор ради которого он и пригласил бригадира рабочих.

– Тебя Леха зовут?… Так вот Лёха, прямо тебе скажу, мне очень нужно, чтобы вы хорошо и в срок сделали свою работу. Я бы мог кричать, пугать вас, но я не хочу, я хочу все по-доброму решить.

– Мы плохо работать не умеем, зачем на нас кричать и запугивать? – пережевывая очередной кусок мяса, ответил Алексей.

– Да я это и сам вижу. Удивляюсь, думал у вас уже не осталось таких, кто умеет и хочет работать. Гляжу, и не пьете вы совсем. Вон ваш повар в поселок ходил, продукты купил, а бутылку не стал. Даже не верится.

– Мы пока работу не сделали, никогда не пьем, только после сдачи объекта.

– Правильно, молодцы, так и надо. А я тут поездил, посмотрел, во всех таких вот поселках и деревнях, только пьют и ничего не делают, и делать ничего не умеют. Мы сначала в поселке хотели рабочих нанять, так здесь никто ничего не умеет. Мужики все в Москве, в охране работают, и никакими специальностями не владеют, – Аслан наливал по третьей стопке.

– Здесь не нашли, своих бы привезли. У вас там что все всё умеют? – выпив Алексей вдруг осмелел и заговорил агрессивно.

Но Аслан ничуть не обиделся и отвечал как на обычный рядовой вопрос:

– У нас?… У нас раньше, в советское время, строителей полным-полно было. Мои отец и дед строители были и другие родственники. Наши бригады по всему Союзу ездили, вот так же как вы сейчас калымили. А как Союз развалился… у нас же война началась и лет десять шла. За это время выросло поколение таких как я, как они, – Аслан кивнул в сторону двери, имя в виду охранников. Нам некогда было чему-нибудь учиться, мы с детства на войне и привыкли воевать. Но у нас это по необходимости получилось, а у вас-то почему столько народа ничего не умеет?… Вон кое как через прораба вашего молдаван этих нашли, а они нас наколоть хотели, да сами накололись, – Аслан зловеще усмехнулся, снимая с шампура кусок мяса.

– То есть, как накололись… вы с ними что-то сделали? – Алексей перестал жевать и вопросительно смотрел на собеседника.

– Поучили немножко, объяснили, что обманывать нехорошо. В той бане где вы живете, и они там жили… По яйцам их немножко побили, чтобы новые воры и обманщики от них не родились, – Аслан это говорил совершенно спокойно, будто самые обычные вещи. – Хотел и с прорабом вашим также поговорить, да он на колени упал, обещал найти хороших рабочих и все исправить. На этот раз не обманул.

У Алексея от услышанного сразу испортился аппетит, он даже перестал есть, на что сразу же обратил внимание Аслан:

– Ты что Леха, наелся уже?… Ешь, не стесняйся. Хочешь еще выпить, давай.

Лишь после очередной стопки Алексей вновь принялся за шашлык. Чтобы больше не думать о печальной участи незадачливых молдован, Алексей решил направить разговор в иное «русло»:

– А что это у вас тут, будто военный объект, охрана ни выйти, ни зайти?

Аслану, видимо, вопрос пришелся «не по вкусу», он нахмурился, но одолев очередной шампур все же ответил:

– У нас много врагов, вот и приходиться отгораживаться.

– А кто в этих коттеджах будет жить? – виски явно добавили Алексею храбрости и он спрашивал то, чего простой рабочий никак не должен спрашивать.

Аслан на это отреагировал уже резко:

– А вот этого тебе лучше не знать, – но тут же вновь заговорил миролюбиво. – Ты, наверное, подумал, что тут у нас какая-то база боевиков? Не бойся, у нас все по закону. Мы здесь официально купили землю и строимся. А пропускной режим на случай, если настоящие боевики нас навестят… Ладно, скажу тебе… Здесь семьи наших руководителей жить будут, если у нас там опять стрелять начнут.

– Понятно… Значит вы это представители новой чеченской власти, – догадался Алексей.

– Ну, можно и так сказать, хозяева этих коттеджей, они те, что ты сейчас сказал. Ну, а мы как бы их армия. Ты сам-то служил в Армии… случайно не в Чечне? – этот вопрос из уст Аслана прозвучал уже недружелюбно.

– Служил, но не в Чечне. Я с девяносто седьмого по девяносто девятый служил в Армении, – поспешил сообщить Алексей.

– Где… в Армении!? А чего ты там делал? – Аслан смотрел на собеседника в полном недоумении.

– Ну как же, наши пограничники границу с Турцией охраняют, ну а я в тех погранцах и служил.

– Во, дела… Так, значит, ты армян охранял от турок!?… Ну, рассмешил, – Аслан действительно с полминуты негромко смеялся и вытирал глаза.

– Ну, да, а что тут смешного, – Алексей даже перестал жевать, не понимая, чем вызвано веселье собеседника.

– А то, что все армяне, кто оттуда сюда в Россию приезжают, живут тут как короли, у всех коттеджи побольше этих, шестисотые «мерсы», а их бабы в шубах не меньше чем за миллион ходят. Они тут намного лучше вас живут. А за всё за это ваше правительство посылает вас их родину охранять. А армяне за все за это не только спасибо не говорят, они вас всех презирают. Поверь мне, я сам с Кавказа и это точно знаю, – Аслан уже не смеялся, он говорил с какой-то непонятной злобой в глазах и голосе.

– А вы что, разве меньше нас ненавидите? – вопрос вырвался у Алексея как-то спонтанно, сам собой, он не хотел, но слова уже были сказаны.

Аслан молча шевелил желваками и словно пронизывал взглядом Алексея… Но постепенно огонь в глазах стал угасать, и взгляд стал каким-то равнодушно-скучающим.

– Ты мне можешь верить, можешь не верить, но до этих двух войн чеченцы к русским лучше всех на Кавказе относились. Да и сейчас, хоть многие у нас и озверели, но до такой степени как вас ненавидят те же армяне, грузины или дагестанцы… такого у нас нет. А те всегда вас ненавидели, только вслух не говорили. А сейчас вон грузины и вслух говорят, мы всегда презирали Россию и русских, и брали от нее все что хотели, электричество, газ за бесценок и их женщин самых красивых, сколько хотели и как хотели. Спасибо им за все это, но такой глупый народ уважать нельзя. Это слова одного из помошников Шеварнадзе, он их прямо на телекамеру сказал. А если уж про меня говорить, то я не вас презираю, а правительство ваше, более поганого, мне кажется, и быть не может. Я хоть и ненавижу Шамиля Басаева, он кровник моего рода, но с его словами полностью согласен: никто так сильно не ненавидит русский народ как его собственное правительство. Не подумай, что я тебя агитирую, но это чистая правда. Сам посуди, если бы ваше правительство вас не ненавидело, вы бы не жили так плохо, как живете. В России такие большие ресурсы и многие народы, которые не местные, а приехали, здесь живут очень хорошо: евреи, армяне, азеры, грузины, а вы главный народ страны живете намного хуже их. Разве ваше правительство в этом не виновато?

Вопрос повис в воздухе. Алексей вновь принялся жевать шашлык, заедая его салатом. Аслан тоже замолчал, лишь исподлобья поглядывал – какое впечатление произвели его слова. Видя, что собеседник не отвечает, он вновь заговорил:

– Я тебя Леха чего пригласил-то. Хочу кое что объяснить, чтобы ты меня понял. Вот ты меня спросил, кто мы. Я тебе, в общем, ответил, чтобы ты понял, что ни я, ни ребята мои в этих коттеджах жить не будем. Я всего лишь дальний родственник хозяйки коттеджа, в котором вы сейчас работаете. Она сестра очень большого человека в новом правительстве Чечни. Женщина она… ну как тебе сказать, очень нервная. У нее еще в первую войну маленький сын погиб. В общем, она будет работу принимать. Если ей не понравится… Я не говорю, что вам за это что-то будет, но мне не поздоровится, это точно. Меня тогда сразу назад в Чечню отправят, а на мое место другого найдут. У нас там на такие места как мое целая очередь стоит, начальник охраны да еще в России. Вот я и прошу тебя, настрой своих ребят, сделай все, чтобы ей понравилось и обязательно в срок. А что от меня требуется, я любой материал, любой инструмент, если чего не хватает, все достану. Только сделайте хорошо, красиво. Я тебя как брата прошу…

Шашлык доели. Алексей уже давно не чувствовал себя до такой степени сытым, ему казалось, что даже из-за стола будет подниматься тяжело. В голове же теснились самые разнообразные мысли, родившие вопрос:

– Неужели здесь, когда вы сидите за забором как в крепости… здесь вам лучше чем дома?

– Лучше Леха, лучше, там у нас, ааа… Ладно не буду я себя расстраивать и тебе мозги компасировать. Ну, как договорились, насчет работы?

Алексей утвердительно мотнул головой и решил, что сейчас самый удобный момент поговорить о деньгах:

– Договорились, все сделаем чин-чином. Только это, как насчет оплаты?

– А сколько тебе этот шакал, ваш прораб обещал? – Аслан смотрел с какой-то непонятной усмешкой.

– Он сказал, что за всю работу вы заплатите сто тысяч.

– Сто тысяч? – Аслан с той же усмешкой покачал головой и задумался… – Ладно, посмотрим что вы тут наработаете, – он разлил оставшееся в бутылке виски.


предыдущая глава | Поле битвы (сборник) | cледующая глава