home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2

То что Союз развалится… этого, конечно ни Эльвира Ахметовна, ни ее муж предположить никак не могли. Еще более невероятным казалось, что так кардинально поменяется жизнь. В этой новой жизни полковник в отставке Марчук стал получать нищенскую пенсию и супруги были вынуждены уйти с такого теплого и хлебного места как их НИИ, ибо места того просто не стало – институт перестал функционировать, как и многие другие ему подобные из-за прекращения финансирования. А их сбережения, что лежали на сберкнижках беспощадно «съела» инфляция первых постсоветских лет. Еще более неожиданным стало то, что в стране сменились моральные приоритеты: после семидесяти лет интернационализма и атеизма, «маховик» вдруг резко качнулся в обратную сторону, стало модно делится по национальностям и вероисповеданию. В семье Марчуков сначала не вняли этим веяниям, посмеивались… пока отец Эльвиры Ахметовны, вдруг не заявился к ним на квартиру в одежде паломника-мусульманина. Да-да, отставной полковник милиции, бывший коммунист, активист, атеист, вдруг на старости лет заделался правоверным мусульманином и решил совершить хадж и по пути из Нижнего заехал к дочери и внучкам. Проводив отца в Саудовскую Аравию, Эльвира Ахметовна чуть не матом во всеуслышание попрекала родителя:

– Старый дурень, совсем из ума выжил, такие деньги на дорогу запалил, как будто у него внуков нет… ходжа долбанный!

Возмущалась Эльвира Ахметовна потому, что ее дочери, то есть внучки ее отца и в самом деле очень нуждались, как материально, так и вообще в помощи. А они ее, увы, оказать в изменившейся жизни уже не могли. Валерий Константинович не найдя работы по своей специальности, устроился фотографом в фотоателье на небольшую зарплату, а Эльвира Ахметовна пошла преподавать информатику в школу. Общего заработка хватало чтобы на среднем уровне содержать себя и дочерей-студенток, но не больше. В результате старшая Аня, окончив в 95-м году ВУЗ, смогла с трудом устроиться на небольшую зарплату…

Дочери Марчуков буквально во всем не походили друг на друга. Старшая пошла в основном в мать, в ее татарскую породу, среднего роста, темноволосая, смуглая. Не красавица и не уродина, а так, обычная девушка. Но, видимо, от каких-то далеких предков достался ей довольно скверный характер. Может из-за этого, а может и нет, но по-хорошему познакомиться с парнем у нее, ни в институте, ни потом на работе, все никак не получалось. От этого она сильно комплексовала и из обычной средней стервы постепенно превращалась в откровенную злюку.

Младшая, Лиза, напротив, унаследовала славянскую внешность со стороны отца. Она была заметно выше сестры ростом, русоволосая, стройная, и при ничем не примечательном лице, в общем смотрелась весьма неплохо. К тому же Лиза и характер имела куда более мягкий, неконфликтный. Эти факторы, видимо, и обусловили куда больший интерес, проявляемый к ней парнями. В итоге, будучи на три года моложе сестры, Лиза вскоре после окончания института вышла замуж. Она вышла замуж за ровесника, сокурсника по институту, русского парня. Для Эльвиры Ахметовны, человека прочного советского «закала», по-прежнему национальность жениха не имела никакого значения. Но вот у родителей жениха… Нет, к тому что невеста сына наполовину татарка, наполовину украинка, там тоже отнеслись спокойно. Там наблюдался другой «бзик». Мать жениха возмутилась, что Лиза некрещеная. Да, обе дочери Марчуков, рожденные в СССР, в детстве даже для вида не проходили никаких религиозных обрядов, ибо их родители по духу не были отец христианином, а мать мусульманкой. В свою очередь рожденные от советских по убеждениям родителей, они не сомневались, что и их дети будут жить в СССР, стране, где атеистом быть было куда выгоднее, чем исповедовать какую-нибудь веру.

В общем, мать жениха потребовала, чтобы невеста незамедлительно крестилась, иначе свадьбе не бывать. Эльвира Ахметовна выразила недовольство, возражал и Валерий Константинович. Но дочь так хотела замуж, что готова была на все. Пришлось смириться и разрешить дочери пройти обряд крещения. Увы, счастья молодым это не принесло. Жить молодожены стали в квартире мужа, ибо зять не хотел жить с тещей. Эльвира Ахметовна была не против, но по другой причине, ей казалось, что живя там у молодых больше шансов обзавестись своей собственной квартирой. Надежда эта была вовсе не эфемерной, так как у родственников зятя кроме собственной двухкомнатной квартиры, где они жили со своими двумя сыновьями, имелась еще «однушка», доставшейся свекрови от собственной матери. Свекры как раз в период после женитьбы сына оформили документы на право наследования. Казалось, чего тут решать – отдать эту «однушку» молодоженам, чтобы жили да радовались. Именно так и думала Эльвира Ахметовна, отпуская дочь к новым родственникам, не сомневаясь, что так же думают и они. Но, увы, свекровь, лидер того семейства, имела на этот счет совсем иное мнение. Она, казалось, совсем не страдала от чудовищной тесноты и прочих проблем, возникших при сосуществовании двух семей в одной небольшой квартире. Всю свою взрослую жизнь при Советах проработавшая радиомонтажницей на заводе и никогда не выезжавшая за пределы Союза, она вдруг с приближением старости с непостижимой силой захотела «посмотреть мир» своими глазами. Что для этого необходимо? Ну если в СССР для этого приходилось преодолеть массу всяких административных и прочих препонов… В постсоветские времена поехать за границу стало просто, только плати деньги. Но вот «живых» денег у родителей зятя не было, потому обуянная с маниакальным упорством съездить за границу, мать зятя решила продать родительскую квартиру, а вырученные деньги…

Свекровь собиралась те деньги потратить. На вожделенное путешествие их было с избытком, оставалось, чтобы и самим прибарахлиться и еще кое на что. Свекровь собиралась ехать в Европу сверкая белозубой улыбкой, в связи с чем немалую сумму истратила на то чтобы «сделать» зубы в дорогой частной стоматологической клинике. Однако, съездить в загранпутешествие ей так и не было суждено. У нее, вроде бы вполне здоровой, пятидесятилетней женщины, вдруг, обнаружили рак. Как потом выяснили, болезнь явилась следствием многолетнего вдыхания паров канифоли и олова от разогретого паяльника. Проболев всего ничего, она скончалась. Так, ни за понюх табаку ушла квартира, зато свекровь похоронили с новыми дорогими зубами.

Нет слов, как возмутилась Эльвира Ахметовна. Она с трудом сдержалась, чтобы прямо на похоронах не сказать, что она думает о покойной и всей своей новой родне. Единственным плюсом во всей этой истории, по ее мнению, было то, что теперь в той семье не стало «диктатора». Эльвира Ахметовна и предположить не могла, что со смертью свекрови положение Лизы не только не облегчится, а ухудшится во много раз. Оставшись в квартире с тремя мужиками, дочь теперь была вынуждена на всех и готовить, и убирать и даже обстирывать. Эльвира Ахметовна несколько раз по этому поводу устраивала скандалы. В ответ отец и брат зятя лишь ухмылялись, а молодой муж, когда теща его пристыдила и потребовала облегчить жизнь дочери, пожал плечами, сказав, как само собой разумеющееся:

– Ну, а кто же на папу с братом стирать будет, это же женское дело. И потом, не руками же она стирает, а в стиральной машине…

Естественно, ни о каком размене квартиры там и слышать не хотели. Эльвира Ахметовна в сердцах посоветовала дочери, бросить эту «каторгу» и возвращаться домой. Но Лиза, поплакав, сначала решила остаться. Дескать, может все образуется, младший брат мужа женится и уйдет, может еще что. Эльвира Ахметовна, подивившись терпению дочери, лишь покачала головой. Но вскоре и то терпение лопнуло. Молодой муж, взвалив на молодую жену обязанности по обслуживанию не только себя, но и своей родни, сам от холостяцких привычек отказываться не собирался. С наступлением весны он стал регулярно выезжать с друзьями в парк кататься на роликовых коньках, а также ходить в походы на природу за город, задерживаться в пивбарах. Таким образом, Лиза превратилась в нечто вроде бесплатной домработницы, кухарки и прачки в одном лице, при этом не бросая основной работы. Младшая дочь, прожив в законном браке чуть больше года, после неоднократных внушений матери, вернулась таки в родной дом.


предыдущая глава | Поле битвы (сборник) | cледующая глава