home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Оправдание измены

Весь день Вовка обдумывал, какой предлог ему найти для возвращения домой. И не находил. Решил просто прийти, как обычно, и сделать вид, что ничего не случилось. Долго стоял под дверью, не решаясь нажать на кнопку звонка. Наконец, собрался с духом и позвонил. Ему долго не открывали, но все-таки в замке повернулся ключ, и на пороге появилась заспанная Светлана Ивановна в домашнем трикотажном платье.

– Здравствуйте, – виновато поздоровался Вовка.

– Фаины нет дома, – теща на приветствие не ответила и собралась было закрыть дверь.

– Вообще-то я домой с работы вернулся… – остановил ее зять.

– Вообще-то ты тут уже не живешь! Не достоин жить, – уточнила хозяйка квадратных метров в центре столицы.

– Ха, элитный дом!.. – вызывающая реакция Вовки на замечание оказалась более чем неожиданной, – Еще скажите «в этой богатой квартире»! Срамота одна. Мебель старющая. У моей маменьки, простой рабочей, и то получше будет.

– Вот и вали к своей маменьке, – теща была готова отправить зятька и по другому адресу, но воспитание не позволяло употреблять неприличные выражения.

– Только учтите, я же Фаину с собой возьму… – предупредил ее муж дочери.

– Фая взрослая и умная девушка. Если она решит, что ты ей нужен, я удерживать дочь не буду, – Светлана Ивановна обезвредила брошенную зятем словесную мину замедленного действия, – Однако я уверена, что она если и последует за тобой, то ненадолго. Слишком вы разные. Ты ее не потянешь.

– Вы сейчас вот своими собственными руками обрекли либо себя на одинокую старость, либо дочь – на одиночество! – Вовка захлебывался от ярости и бессилия.

Светлана Ивановна горько улыбнулась:

– Ты слишком высокого о себе мнения, – просветила она зятя, – Как бы не любила тебя моя дочь, меня она любит больше и никогда меня не бросит. Даже если вы будете жить отдельно, мы с ней будем видеться регулярно.

Звук хлопнувшей двери как бы поставил точку в разговоре, а также – на возможности вернуться. И что его вчера дернуло притащить сюда своих друзей! Похвастаться захотелось? Похвастал… Остался при том, при чем был. Что теперь делать? В уме возник образ добродушной кастелянши бабы Шуры. Но после того, как он сбежал со свадьбы, о возвращении к ней на постой и речи не могло быть. К тому же Кротты живут напротив. Попасться им на глаза, особенно влиятельному банкиру ему не хотелось. Вовка решил дождаться жену, чтобы поговорить с ней лично. В конце концов, она могла повлиять на свою мать, чтобы та все-таки сменила гнев на милость. Спустя некоторое время у подъезда остановилась иномарка, из салона вышла Фаина.

– Спасибо, что подвез. А то совсем с этим праздничным выпуском ко Дню студента заработалась. Автобусы уже не ходят, наверное. Пришлось бы на метро или на такси добираться, – благодарила она водителя дорогой машины.

– Не за что, Феюшка! Мне все равно по пути было. Почему бы коллегу до дома не подкинуть? К тому же красавицу и умницу. Такие кадры нужно беречь! – рассыпался в ответном словесном реверансе бархатный мужской тенор.

Фаина рассмеялась – ей явно были приятны комплименты незнакомца. Сердце Вовки кольнула ревность. Жена направилась к парадной, машина уехала.

– Фая, стой! – окликнул ее уже в подъезде Вовка.

– Ты? – удивилась она, – Что ты тут делаешь?

– Как что? Тебя жду… Кстати, что это за тип? Быстро ты нашла мне замену…

– Да?! Вчера мне показалось, что и тебе есть, с кем проводить время, – сдержанно, даже холодно ответила супруга, хотя ее сердечко бешено колотилось от радости и волнения.

– Я и с тобой хотел, но тебя бы с нами не отпустили, – Вовка намекнул на излишнюю зависимость супруги от матери.

– А кто я такая, чтобы ты со мной проводил время? – Фаина напомнила ему вчерашний разговор, – Они – твои «друзя детсва»! Конечно, мне не чета…

– Что плохого в том, что я привел в дом друзей? – Вовка решил уточнить, что сделал не так.

– Что привел друзей – молодец! Плохо, что, во-первых, нас с мамой не поставил в известность, а во-вторых, устроил безобразную пьянку.

– Ну, выпили мы чуть-чуть… – оправдывался Вовка, на что Фаина лишь хмыкнула, – Не виделись много лет. Поговорить захотелось, новостями поделиться. Они отличные ребята!

– А вот мы им, как мне показалось, не понравились, – сострила супруга, прекрасно слышавшая реплику Атаманши.

– А тебе было бы приятно, если бы тебя из дома выставили?! – вступился за друзей преданный им Вовка.

– Допустим, я бы в доме, в котором нахожусь впервые в жизни, не стала напиваться до поросячьего визга. И прежде чем пойти туда, поинтересовалась бы, не побеспокоит ли мой визит хозяев дома, – Фаина преподала супругу урок этикета.

– Какие вы все искусственные, корчите из себя невесть кого, – у того были свои понятия о приличиях.

– Не навязываемся! Вперед – к тем, с кем тебе проще и лучше! Мама была права – ты обыкновенное провинциальное быдло! – бросила она в лицо Вовке и оттолкнув его, вошла в кабину лифта и нажала на кнопку с нужной цифрой. Двери медленно закрылись, отделяя ее от супруга, и она медленно стала подниматься на свой этаж. Вовке же ничего не оставалось, как спуститься. Он вышел на улицу. Куда идти? Снова в сторожку? Сегодня дежурит другой охранник, нудный и дотошный старичок. Этот не пустит. Тут в глаза бросилась сверкающая вывеска кабаре-бара, где танцевала Виктория. С ней было легко и просто. И Вовка направился в сторону развлекательного заведения. Когда ему было особенно тяжко и грустно, он топил тоску в веселье. Сегодня был тот самый случай.

– Где мне найти Викторию, танцовщицу? – поинтересовался он у швейцара клуба. Тот не понимал, о ком его спрашивают. Он уточнил, – Или Шахерезаду?

Швейцар снова пожал плечами.

– Мне кажется, ты ошибся дверью… Красные фонари горят на другой стороне улицы, – страж дверей принял боевую стойку, готовясь дать отпор странному посетителю.

– Вы меня неправильно поняли, – Вовка не знал, как объяснить ему, кто ему нужен.

На помощь неожиданно пришла официантка клуба, которая их обслуживала, когда они с Викторией встретились впервые:

– Да Ника ему нужна наша. Она его приглашала к нам, сама слышала… Идем, проведу тебя к твоей знакомой.

– Спасибо! – облегченно выдохнул Вовка. Хоть что-то хорошее за день.

Она провела его в служебную комнату, где переодевались танцовщицы и коротали время в ожидании выхода в зал. Вдоль стены слева стояли в ряд столики с зеркалами, где барышни гримировались. У стены напротив располагалась большая ширма, обтянутая темно-синим шелком. Середину комнаты занимал большой ярко-красный диван с такими же креслами по бокам. Таким образом образовывался полукруг, к подножию которого был приставлен низкий широкий журнальный столик. Здесь можно было выпить чашечку кофе или чая. Взявшаяся проводить его дама незамедлительно усадила его в кресло и предложила миниатюрную чашечку натурального кофе. Его варили тут же: на подоконнике пыхтела, готовя очередную порцию капучино, электронная кофеварка. Вскоре в комнату впорхнула Вика и, заметив Вовку, удивилась и обрадовалась одновременно.

– Ты?! Какими судьбами? Почему без жены? – она засыпала его вопросами, – Ты же обещал нас познакомить…

– Думаю, моей жене такое знакомство не понравится, – сморщился Вовка.

– В каком смысле? – до Вики суть реплики дошла не сразу, – А, понимаю, мы не из высшего общества…

– У Фаи очень строгая мама, держит дочь в ежовых рукавицах. Боюсь, жена многое здесь не так поймет, – пояснил отвергнутый муж.

– Так я и говорю – не из того теста мы сделаны, – она, как всегда, все упростила.

– В общем, да… – Вовка вынужден был с ней согласиться.

– Это-то понятно. Меня интересует другое: как тебе удалось такую кралю закадрить? – задалась вопросом Виктория, – Ты-то тоже не царских кровей.

Вовка загадочно улыбнулся.

– Да что тут думать? – в разговор вступила проводившая Вовку официантка, – О прынце она, может, и мечтала, а хорошего мужика, самца этакого настоящего встретила и забыла о своих мечтах…

Виктория громко рассмеялась. Не смог удержаться от улыбки и сам «хороший мужик, самец». Версия польстила его мужскому самолюбию. Подруга развила мысль коллеги:

– А ведь ты права, Руся! Если бы ты знала, при каких обстоятельствах мы с ним познакомились… – интригующе заметила она.

Вовка молчал, опасаясь, что говорливая Вика выложит всю его подноготную.

– При каких же? Расскажи, расскажи! Нам тоже интересно… – кричали барышни в экзотических нарядах.

Мужчины в их комнату захаживали часто, но этот не был похож ни на одного из них. Было заметно, что он небогат, но вместе с тем свой в доску. Виктория заметила интерес к Вовке и посмотрела на него иначе. Теперь перед ней был уже не провинциальный наивный мальчик без гроша за душой, а женатый господин, небогато, но прилично одетый. Вике всегда особенно нравились женатые мужчины: ей льстило, что все эти почтенные отцы семейств в ее обществе теряли голову, забывая о своих безликих женах. Она была прирожденной любовницей. Жена из нее не получилась: рано, сразу после школы выскочив замуж за человека много старше себя, она молоденькой девчонкой из бедной семьи погрузилась в дотоле неведомый ей мир ночных клубов и тусовок. Первым на них ее привел муж. Посторонние мужчины баловали ее своим вниманием. Откровенные домогательства, оскорбившие бы любую другую замужнюю даму, она воспринимала как комплименты, как знак признания ее женской силы и красоты. Виктория флиртом не ограничивалась. Разумеется, муж не стал терпеть похождения молодой жены и подал на развод. С тех пор она всячески избегала разговоров о браке. Поначалу поклонники завалили ее предложениями руки и сердца. Но она выбрала плохого мальчика – приличные навевали скуку и раздражали. Любовник продал ее в элитный бордель, замаскированный под салон. Так она оказалась на «Прудах». Вот и Вовка ее заинтриговал – в нем проявилась изюминка, та самая чертовщинка, лукавство которые ее особенно привлекали в мужчинах.

Все-таки права была Жаба – что-то есть в этом скромном на первый взгляд мужчинке. В том-то и дело, что «на первый взгляд»… Надо ли говорить, что ей без труда удалось обольстить своего женатого друга. Виктории не терпелось убедиться, так ли он хорош в постели, как кажется… Вовка не думал о том, что уже обременен узами брака. А когда память иногда напоминала ему об этом досадном обстоятельстве, он успокаивал себя мыслью о том, что это не измена. Викторию он встретил раньше Фаины и увлекся ею тоже задолго до их встречи. Таким образом, он изменил не Фаине с Викторией, а Виктории с Фаиной… К тому же, Фая раньше него нашла ему замену: он своими глазами видел, как ее провожал таинственный незнакомец… Дни он как обычно проводил в фотосалоне парка отдыха, ночи – в кабаре-клубе вместе с любовницей. Он быстро забыл обидные речи тещи, так как вообще не отличался хорошей памятью, а жизнь научила его жить одним днем – не сожалея о прошлом, не думая о будущем. Само придет, заявит о себе – к чему заранее беспокоится?!

Незаметно пролетели три месяца. За это время он ни разу не виделся с супругой. Отношения с Викой меж тем развивались стремительно. Танцовщица нашла, что Вовка – мужчина-мечта всей ее жизни. Пикантность их роману придавало то обстоятельство, что любовник сам целиком и полностью от нее зависел. Прежде Виктория предпочитала жить за счет своих многочисленных поклонников. Штамп в паспорте – единственное, что связывало его с другой женщиной, к которой почему-то Виктория его ревновала. Эта тоже не зависела от мужа, как другие, сама зарабатывала на порядок больше своего неверного супруга, не искала с ним встреч, не устраивала сцен ревности, не шантажировала детьми… Казалось, их вообще ничего не связывает. Со временем Вике захотелось, чтобы их вообще ничего не связывало, и она первой заговорила о том, что Вовке нужно развестись с женой. Тот легко на это согласился, полагая, что все давно и так закончилось, он упустил шанс закрепиться в столице, женившись на коренной москвичке. Представится ли следующий? Еще вопрос. А тут в руки плывет счастье обладания самой прекрасной женщиной на свете. Невозможно от него отказаться.

– Ты обещаешь мне, что разведешься?! – капризно пытала любовника Виктория после бурно проведенной ночи.

– Да разведусь я, разведусь. Жена с тещей меня из дома уже выставили. Файка, наверное, потому на развод еще не подала, что не знает, где меня искать, – в очередной раз убеждал ее Вовка.

– Когда? – любовница потребовала уточнить дату развода.

– Господи, да хоть завтра. Детей у нас нет, совместное имущество нажить не успели. Делить нам нечего – разведут быстро, – успокаивал ее сожитель.

– Слово настоящего мужчины? – Ника побуждала его к активным действиям.

– Хоть сегодня! – заверил ее Вовка, – истеричек этих видеть, конечно, не хочется, но придется.

– Правда, сегодня? – обрадовалась любовница.

– Правда! – вздохнул ее партнер, всем своим видом показывая, как ему не хочется видеться с обидчицами.

Вовка не привык таить на человека зло, потому что быстро забывал и хорошее, и не очень. Но тут был особенный случай: его унизили в глазах друзей, выставили за дверь. Такого забыть, а уж тем более простить, он не мог. Поэтому и тянул с серьезным разговором с Фаиной, ожидая, что та сама явится к нему в фотосалон (она там бывала неоднократно, тем более, что устроил его туда друг семьи). Но шли недели, месяцы, могли пройти и годы, наверное, а супруга не спешила радовать его своим визитом. На него наконец-то решился он.

Снова позвонить в дверь, которая перед ним захлопнулась навсегда, оказалось непросто. Открыла Фаина и – о, какое счастье, – она была одна дома, Светлана Ивановна дежурила.

– Зачем явился? – сухо поинтересовалась Фаина.

– Поговорить нам надо. Отношения выяснить раз и навсегда, – вызывающе начал Вовка, но тут его взгляд упал на округлившуюся фигуру и выдающийся вперед животик супруги. Он замер от неожиданности и растерянности. – Ты беременна?!

– Да, я жду ребенка, – Фаина не стала отрицать очевидного, и, так и не дождавшись реакции растерянного супруга, прервала неловкое молчание, затянувшееся на несколько минут, – Не переживай, я смогу сама достойно воспитать малыша. Слава Богу, образование позволяет, и работа есть хорошая. Крыша над головой тоже имеется. Не пропадем!

– Фая, зачем ты так?! Я же не знал… – пытался оправдаться Вовка. Ситуация снова менялась коренным образом. Получается, он все же успел сделать главное! Куда теперь денется эта клуша на сносях вместе со своей деловитой мамашей? Вот они у него теперь где – Вовка подсознательно сжал кулак. Рано они крест на нем поставили, он им теперь покажет!

– Если бы хотел, узнал, – выразила свое мнение по этому поводу его жена.

– Что тебе мешало? Где живем, знаешь, где работаю – тоже…

– Сюда я не рисковал приходить. Боялся попадаться на глаза твоей маменьке, а днями и вечерами работал. Мне же надо на что-то жить! У меня нет родных в столице, не забывай! – Вовка являл собой в эту минуту образчик оскорбленного человеческого достоинства. – Кстати, я за тобой. Когда я разговаривал с твоей маменькой последний раз, обещал ей, что как только устроюсь, обязательно заберу тебя к себе. И вот я снял комнату в коммуналке, условия жизни поскромнее будут, чем здесь. Ты же не за олигарха замуж выходила. Знала, на что шла. Так что – не обессудь! Зато больше никто и никогда не упрекнет меня в том, что я живу за чужой счет!

Вовка блефовал. На самом деле никакую комнату в коммуналке он и не думал снимать. Он рассчитывал на то, что теща заломит руки и завопит: «Какое съемное жилье? А как же маленький? Нет, я дочь в таком состоянии никуда не отпущу!». Он молниеносно переиграл ситуацию. Теперь, когда Фаина должна была родить от него ребенка, ему незачем было с ней разводиться. Желанный образ Виктории молниеносно померк в его воображении, которое теперь рисовало ему другие, более радужные перспективы: союз с Фаиной был более выгодным, а с Никой они могут так же периодически встречаться. Все складывается самым наилучшим образом!

Фаина обещала поговорить с матерью, прежде чем даст ответ. Провожая мужа, она пообещала, что обязательно сообщит ему о своем решении, и попросила оставить адрес, по которому его можно было бы найти.

– Я за тобой зайду на днях. Комната, которую я снял, недалеко отсюда находится, но сама ты вряд ли этот дом найдешь, – уверенно врал Вовка, полагая, что его женушку испугает само слово «коммуналка» и его, как отца малыша, позовут жить обратно.

Однако теща снова смешала все карты: действительно не стала проверять оставленный зятем адрес, не стала удерживать дочь дома. Она внимательно выслушала ее, когда наутро вернулась домой со смены. Несмотря на то, что Фая торопилась на работу, она все же успела в двух словах поделиться с матерью новостями: что муж хочет забрать ее к себе, что рад тому, что у них будет маленький.

– Фаечка, я, конечно, хотела для тебя лучшей доли. Пусть я никак не могла повлиять на твой выбор, потому что всегда учила тебя самостоятельно принимать решения, но и мешать тебе быть счастливой я не имею права. – Эту речь Светлана Ивановна мысленно произносила сотни раз, допуская подобный ход событий, но все же говорила сейчас с заметным волнением, – Владимир не нравится мне, а не тебе, и если он готов взять на себя ответственность за малыша, что я могу сказать? В добрый путь! Только не забывай меня, пожалуйста!

– Как ты могла такое подумать, мама?! – успокоила ее дочь, заключив в крепкие-крепкие объятия.


Глава 3 Первая ссора | ДюймВовочка | Глава 5 Меж двумя огнями