home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



О вреде и пользе воспаления дальнего уха

— Дочка. Только скажи честно: ухо болит?

— Нет, колет немножечко… Как ты думаешь, бабушка права: у меня воспаление среднего уха?

— Нет у тебя никакого воспаления. Просто продуло. Помнишь, какой был холодной ветер, когда мы возвращались из школы?

— А у тебя, папа, когда-нибудь было воспаление среднего уха?

— Сто раз. И среднего, и ближнего, и дальнего уха.

— И как тебя лечили?

— Компрессами, каплями. При воспалении наружного и среднего капали в одно ухо, при воспалении внутреннего — в другое. Они же соединяются в голове. Почему говорят: «В одно ухо влетело, в другое вылетело»? Из здорового уха капли легче перетекают в больное, понимаешь?

— Понимаю. А ты хорошо слышал, когда ухо болело?

— Отвратительно. Особенно когда уши битком набиты ватой, а голова обмотана толстым шерстяным платком. Однажды при воспалении дальнего уха я почти ничего не слышал. Отцу приходилось кричать. Он входил в комнату и орал во все горло: «Привет!!! Как дела???» При этом у мамы на кухне все падало из рук, а у соседей на столе подпрыгивали тарелки. А как здорово мы с отцом пели тогда! Обычно мама не разрешала этого делать. Говорила, что отцу медведь на ухо наступил. В детстве я представлял себе такую страшную картину. Папа-младенец лежит в колыбели и сосет соску. Вдруг появляется огромный коричневый медведь, опрокидывает колыбель и наступает ногой на папино ухо. Я спросил у отца: «Откуда в городе взялся медведь?» — «Из леса, вестимо». Он не мог сдержать смеха, вспоминая конец этой истории: «Когда медведь наступил мне на голову, я проснулся и поднял такой рев, что косолапый от ужаса выскочил из собственной шкуры и совсем голый, стыдливо прикрываясь передними лапами, убежал обратно в лес». «Так это его шкура висит у нас в гостиной?» — спросил я. «Да!» — отец гордо выпятил грудь. С тех пор я всем показывал эту шкуру и хвастался подвигом моего отца. Потом мама объяснила: выражение «медведь наступил на ухо» означает, что у человека нет музыкального слуха. У меня со слухом было не лучше. Мама всегда морщилась, когда я пел. Но разве запретишь петь больному ребенку! И мы с отцом горланили: «А я-я иду, шагаю по Москве-е…» Весь дом слушал!

— И всем нравилось?

— Нет. Соседи вызвали милицию. Пришел участковый. Как сейчас помню, его фамилия была Синицын. Милиционер сказал басом: «Почему нарушаете?» Отец встал грудью на мою защиту: «Кто нарушает? Мы нарушаем? У ребенка воспаление дальнего уха! Ребенку хочется петь!» Синицын вздохнул. Оказалось, что ему тоже дома запрещают петь. Мы запели втроем. Вскоре зашел сосед с одиннадцатого этажа. «Хорошо поете, но не хватает стройности. Позвольте, я подирижирую», — он оказался главным дирижером Большого театра. После второй песни — это, кажется, была «В лесу родилась елочка» — дирижер отвел Синицына в сторону и спросил: «Вы, извиняюсь, кто будете по профессии?» Участковый удивился — он был в форме и при кобуре: «Разве не видно?» Дирижер оглядел его с головы до ног, от фуражки до сапог: «Летчик, да?» — «Никак нет. Майор милиции». — «Профессию не хотите поменять?» Милиционер пробасил: «Нет». — «А выходные у вас в милиции бывают?» — «Бывают. Завтра выходной». — «Тогда жду вас завтра в десять часов у служебного входа Большого театра». На следующий день участкового приняли на работу в Большой театр по совместительству: он продолжал ловить бандитов и жуликов, а в свободное от дежурства время пел в хоре. Через месяц его перевели в солисты. Он исполнял ведущие партии в «Щелкунчике», «Жизели», «Спящей красавице».

— Папа, ты уверен, что он участвовал в этих спектаклях?

— Конечно. У меня даже где-то сохранились программки с его автографами.

— Но это не оперы, а балеты!

— Балеты?.. Ой, я все перепутал! Мы с отцом пели, а Синицын танцевал. Он кружился по комнате, как пушинка. Задирал ноги выше головы, плавно размахивал руками, как умирающий лебедь в «Лебедином озере». А сосед с одиннадцатого этажа был не дирижером, а главным балетмейстером Большого театра…

— Папа, ты не шутишь? Ну-ка посмотри мне в глаза!

— Какие могут быть шутки? У дочки ухо болит… Кстати, в ухе еще колет?

— Нет, ни капли. Все прошло.

— Ура-а! Может, споем, а?

— Давай.

— Только тихо. «А я-я иду…

— …Шагаю по Москве-е…»


О вреде и пользе страха перед темнотой | Самые веселые завийральные истории | История первая