home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Две музы

Моя мама — муза. Когда папа сочиняет свои сказки, она стоит у него за креслом и, бренча на арфе, напевает одну очень древнюю, довольно заунывную мелодию. От этой мелодии у папы волосы встают дыбом, и он печатает на компьютере как угорелый. Иногда мама откладывает арфу и, помахивая руками, как крылышками, поднимается в воздух — она из тех муз, которые умеют летать. Мама кружит по комнате и поет, а заодно вытирает тряпкой пыль со шкафов. Потом она заглядывает в люстру и восклицает: «Ой, сколько здесь засохших мух и комаров! То-то в комнате такой тусклый свет. Надо помыть люстру». Папа со вздохом отрывает руки от клавиатуры и начинает помогать маме: она откручивает и подает сверху стеклянные плафоны, он их моет и вытирает. Прикрутив последний плафон, мама отлетает в сторону и, щурясь от яркого света, радостно говорит: «Вот теперь другое дело! Сразу намного светлее стало, правда?»

Папа кивает: «Правда, правда». Он уже сидит за компьютером и с нетерпением ждет, когда муза снова займется делом.

Кроме нас, никто не знает, что мама муза. На работе она — археолог, научный сотрудник. Пока мама дома, у папы все идет хорошо: и сказки получаются одна веселее другой, и в редакциях их берут без разговоров и сразу печатают. Стоит маме уехать в командировку или в экспедицию — у него сразу наступает «черная полоса». С каждым днем сказки становятся все мрачнее и мрачнее. В редакциях удивляются: «Куда ваше веселье подевалось?!» Папа бурчит в ответ: «В Прагу улетело», — мама была в Праге на конференции. Папа ходит по комнате, как зверь в клетке. Рвет рукописи на мелкие клочки и швыряет их в мусоропровод. Как-то раз даже засорил мусоропровод своими бумагами. Я сказала папе: «Вылей туда ведро воды — так наша соседка поступает, когда у нее мусор не проваливается». Папа набрал в ванной полное ведро и с размаха плеснул в мусоропровод. И промахнулся. Как сейчас помню: стоит папа на лестничной площадке, вода с него ручьями стекает, а он пальцы загибает — считает, сколько дней осталось до маминого возвращения.

Так продолжалось до сегодняшнего дня.

Вернулась я из школы, а папа сидит перед компьютером, обхватив голову руками. Я его окликнула.

Он обернулся:

— Ой, я не слышал, как ты вошла. В школе все нормально?

— Нормально, только пить очень хочется. Последним уроком была физкультура. Мы играли с первым «А» в вышибалу.

— И кто выиграл?

— Мы, конечно. Я троих осалила.

— А что было на других уроках?

— На других? Сейчас вспомню… Ах да! По математике за контрольную четверка. За сочинение пять — пять. А у тебя как дела?

Папа кивнул на экран монитора — там не было ни строчки.

Я сказала:

— Ясно. От мамы есть какие-нибудь известия?

— Она звонила. Вернется в воскресенье утром. — Мама была в командировке в Воронеже.

Я подсчитала:

— Осталось всего три дня.

Папа вздохнул:

— Да. А мне к завтрашнему дню комикс нужно придумать.

— Комикс?! Это же ерунда. Может, я тебя смогу вдохновить? Сыграю на «половинке», спою. Только, чур, сначала попью…

У меня тоже есть арфа. Она в два раза меньше маминой и поэтому называется «половинкой». По воскресеньям мы с мамой запираемся в моей комнате. Сначала она помогает мне сделать уроки по немецкому, а потом учит играть на арфе.

Я выпила целых три стакана воды и, встав у папы за спиной, ударила по струнам и запела. Папа аж подскочил от неожиданности и, не долго думая, защелкал клавишами.

Через несколько минут я сдалась:

— Все! Дальше мы еще не учили.

Папа откинулся на спинку кресла:

— И не надо. Комикс готов.

— Ура, я муза! — От счастья я подпрыгнула… и взмыла под потолок.

Если не верите, потрогайте мою голову — вон какую шишку на макушке набила.


Мой папа «сова» | Самые веселые завийральные истории | Прививка