home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 14. Цветок и звезда

— Да это ерунда! Ничего страшного! — смеясь, Лори отдёрнула руку, которую внимательно разглядывал Марков. — Дженкинс оборвал провод и обжёг пальцы электрическим разрядом. Заживёт.

— Но почему ожог появился у тебя? — в интонациях спасателя послышался интуитивный ужас. — Ты, случайно, не отразила часть его Узора в свой?

— Нет же, нет! Правда, Си-А? — обратилась девушка к Дариссе, словно ища у неё поддержки.

— Хм. По крайней мере, инородных участков в твоём Узоре я не обнаружила, — откликнулась та. — Однако, не спорю, меня весьма беспокоит твоя повышенная чувствительность к ранениям Дженкинса. Мягко говоря, меня это настораживает, — пояснила она после короткой паузы.

— Меня тоже, — Марков нервно барабанил пальцами по панели управления.

— Послушай, мне же щекотно! — возмутилась, наконец, Си-А.

— Ой, извини, — он поспешно спрятал ладонь за спину.

— Дженкинс готов! — торжественно сообщила Дарисса.

Дверцы «лабораторного отсека», специально смоделированного Си-А, чтобы не шокировать друзей сценами превращений, плавно разъехались, и на пороге показался растерянный молодой человек со взъерошенными светлыми волосами. Он затравленно озирался по сторонам. Потом его блуждающий взор задержался на Вайссе, метнулся к Маркову, заскользил по полу корабля, опять вернулся к спасателю и его жене и остановился, став, наконец, осмысленным:

— Кто вы? — хрипло выдавил мужчина. — Где моя команда? Что это за корабль?

— Меня зовут Си-А, — вежливо представилась Дарисса. — А это мой экипаж: спасатель Марков и его супруга Вайссе. Ваш корабль попал в «девятый тоннель», откуда мы вас всех поодиночке и вытаскивали. Вы — последний из спасённых. Остальные уже находятся у себя дома и празднуют возвращение. Скоро и вы присоединитесь к ним.

— Я ничего не помню, — мучительно изрёк второй пилот «Астры».

Еле волоча ноги, он приблизился к выключенному монитору и уставился на матовый прямоугольник экрана в полном отчаянии.

— Я совсем ничего не помню! — он схватился обеими руками за голову и застонал.

— Выпейте вот это, — на панели управления возник пластиковый стаканчик с розоватой душистой жидкостью.

— Что это? — Дженкинс недоверчиво принюхался к содержимому стакана.

— Успокоительное, — охотно пояснила Си-А. — Вы чересчур взвинчены, вам необходимо расслабиться и отдохнуть. Подумайте, ведь вы практически развалились до атомарного состояния, а мы вас собирали заново…

— Я?! Развалился?!! — руки Дженкинса затряслись, и стаканчик упал на пол. Обшивка корабля тут же поглотила его в свои недра, а на панели управления моментально возник новый.

Но пилоту было уже не до успокоительного.

— Я был рассеян по пространству в виде атомов! О Боже! Я этого не перенесу!

— Уже перенесли, — тактично напомнила ему Си-А. — Чего ж теперь переживать задним числом? Выпейте, — стаканчик подвинулся ближе к Дженкинсу. — Вам станет легче.

Мужчина механическим движением взял стакан, поднёс к губам… Его руку теперь можно было очень хорошо разглядеть. Ожога на ней не было.

«Что это значит? — мысленно обратился Марков к Си-А. — Ведь он не просто биологический клон, созданный из соматической клетки. После процедуры отзеркаливания Узора он должен быть полностью идентичен Дженкинсу из альтернативной реальности со всей сохранённой информацией в Магических Линиях! Я не прав?»

«Ты прав, безусловно. Сама не знаю, почему так вышло? — удивлённо пробормотала Си-А. — Узор запоминает информацию абсолютно о каждом событии, происшедшим с живым существом, даже о самом незначительном. Другое дело, некоторые воспоминания могут оказаться заблокированными, и сознание их не способно воспринять, но… Такое впечатление, что в данном случае Лори приняла на себя информацию о повреждении кожного покрова пилота. На ней это отразилось, а на нём нет. Либо это ещё один закон, на который намекали в Священных Свитках: в той реальности пострадал пилот, а Вайссе осталась невредима, а этой же всё должно быть наоборот».

«Си-А, — серьёзно заговорил спасатель, — я понятия не имею, что происходит, но когда этот дубль Дженкинса отправится домой, я бы хотел, чтобы ты осмотрела Лори внимательнее. Я боюсь за неё».

«Хорошо, Попутчик. Обещаю, я попытаюсь выяснить, не опасно ли для неё случившееся».

«Очередной успех! Сенсация! Как и было обещано, последний член экипажа „Астры“ вернулся домой невредимым ещё до конца сентября. Супруги Марковы теперь могут не беспокоиться: их жизнь обеспечена до глубокой старости. Парижским центром по исследованию космоса за спасение каждого члена экипажа была назначена внушительная сумма — двадцать тысяч интерно[12], но с условием, что вернутся все до единого человека. Почти никто не верил в осуществление заявленного господином Марковым и госпожой Вайссе. Однако факт остаётся фактом: спасены все семеро, следовательно, Парижскому центру придётся выложить спасателям обещанную сумму. Слово надо держать!»

— По всем каналам одно и то же, — Марков зевнул и выключил монитор. — Прямо-таки надоедать стало! Всё, завтра утром улетаем в Грецию или на Кипр. У меня эти хвалебные песни уже поперёк горла стоят.

— Думаешь, там нас оставят в покое? — с шутливой интонацией откликнулась на его реплики Лори из-за двери ванной комнаты.

— Боюсь, что нет! — в тон ей ответил спасатель.

— Я тоже так думаю, — вытирая мокрые волосы полотенцем, она приблизилась к зеркалу и застыла от ужаса на месте.

«Нет… Не может быть!» — ей показалось, что это чья-то злая насмешка, однако увиденное было правдой. На её висках появились первые серебристые пряди. Лори уронила полотенце на пол и медленно вернулась в комнату.

«Надо сделать вид, будто ничего не происходит», — мелькнуло в сознании.

Долго ли можно скрывать истину от того, кто с лёгкостью читает твои мысли? Не более минуты, как выяснилось.

— Ты чем-то обеспокоена, любимая?

— Нет, всё в порядке!

— Что это? — Марков отвёл её руку в сторону и дотронулся до волос девушки, ещё вчера чёрных, как смоль.

Теперь в них белели тонкие ниточки седины.


— Процесс необратим, Попутчик, прости. Я ничего не могу сделать для неё.

Никогда в жизни Марков не ощущал столь остро свою беспомощность.

— Когда это началось? — задыхаясь от душивших его слёз, спрашивал спасатель.

— По всей видимости, после того, как она вытащила Дженкинса…

— Но ты уверяла, что путешествия в альтернативную реальность для Лори безопасны! — в отчаянии воскликнул Марков. — Выходит, ты ошиблась?

— Я не предполагала, что она встретит кого-то, чей Узор затронет её настолько сильно! Попутчик, прости!

— Неужели совсем ничего нельзя исправить?

Молчание.

— Си-А, это несправедливо. Я не хочу её терять!

— Ты же знаешь, будь это в моих силах, я бы всё сделала, лишь бы вы двое были счастливы!

Он не хотел быть жестоким. Он понимал, что Дарисса, его Дарисса страдает сейчас не меньше его самого, однако помимо воли с его губ слетел безжалостный возглас:

— Спасибо! Ты уже сделала!

У Си-А вырвался сдавленный стон… или всхлип.

— Прошу, не говори больше ничего. Я этого не вынесу!

Марков повернулся и, плотно сжав губы, вышел из корабля.


— Я скоро умру, да?

Этот вопрос вонзился ему, будто нож в сердце.

— Любимая, не надо, — он поймал её ладонь и прижал к губам.

Он не мог плакать. Ещё не хватало ей видеть его слёзы! Та-лоо старели так же, как люди: появлялись морщины, седина, но никому ещё не доводилось наблюдать этот процесс, ускоренный раз в тысячу, а, может, и больше.

— Ты хотел медовый месяц, — она виновато улыбнулась, складки на лбу обозначились резче. — Теперь не получится, прости.

— Ты-то за что просишь прощения? — ему казалось, он физически ощущает, как на её руке, которую он держал в своей, набухают вены, сморщивается и высыхает кожа.

«Создатель, неисчислимы грехи мои! Но за что ты не пощадил эту юную девочку, пожертвовавшую ради меня всем? Неужели за кратковременное счастье надо платить столь дорогой ценой — жизнью любимого человека? Не может быть, чтобы ты брал за ошибки прошлого такую высокую плату! Возьми тогда и мою жизнь тоже! Но ты не внемлешь… Где искать тебя? Твою Истину? Где погиб Ни-Шоэ и когда родился Марков, житель Земли? Создатель, ответь мне, где твой настоящий Сын? За какие грехи расплачивается твоя Дочь?»

«Процесс необратим», — раздался в памяти голос Си-А. Спасатель вздрогнул, поняв, что Лори сейчас прочла его мысли.

— Помнишь звезду и цветок? — грустно спросила она.

Марков кивнул. Слёзы сдавливали горло.

— Наверное, звезда где-то угасает, Странник. Теперь моя очередь уйти…

Он уронил голову ей на колени. Она продолжала сидеть прямо, глядя куда-то вдаль, перебирая его волосы своими тонкими пальчиками, которые очень скоро окончательно потеряют свою мягкость и юную гибкость, станут узловатыми, морщинистыми, непослушными.

— Отвези меня к морю, — прошептала она с прежней теплотой в голосе. — Прямо сейчас. Это возможно? Я бы так хотела постоять на берегу рядом с тобой и посмотреть на закат. Кто знает, может статься, это последний закат в моей жизни…

Он рывком вскочил на ноги.

— Я закажу рейс для нас двоих! Мы отправимся туда меньше, чем через час. Подожди немного!

Она улыбнулась сквозь пелену слёз.

— Спасибо, Странник.


Белая пена, влажный песок, крики чаек… Они успели как раз к заходу солнца. Солнечные лучи превращали в расплавленное золото вздымавшиеся морские волны. Ветер пригоршнями кидал солёные брызги им в лицо, будто был всего лишь маленьким шаловливым ребёнком и желал, чтобы с ним поиграли.

Марков ещё никогда не чувствовал себя так странно. Будто одна часть его сознания находилась в прежней реальности, а другая — влекла дальше, пытаясь подготовить к чему-то новому. Картинки накладывались одна на другую… Это уже случилось с ним однажды на планете Странников, когда у него по непонятной причине начал меняться Узор. Но тогда не было страха близкой разлуки, не было любимой, которую он терял, не успев обрести.

Лори стояла рядом, держа его за руку. Её длинные волосы, почти уже совсем седые, растрепал влажный ветер, бриллианты искр зажгло в них солнце. Капли воды в серебристо-голубоватых прядях… Девочка с лицом старухи… Но даже сейчас она казалась ему самой красивой на свете. Старость не обезобразила её черты, только наложила на них отпечаток благородной грусти. Лори не успела состариться в душе. Глаза её по-прежнему были яркими, живыми…

Ещё одна волна подкатила к их ногам.

«Это я во всём виноват! Если бы я раньше одумался и решил связать с ней свою жизнь, ничего бы этого не произошло. Почему ей пришлось пройти через подобное, чтобы я смог понять, как сильно люблю её?»

Чайка пролетела так близко, что едва не задела их белым крылом с серой отметиной.

«Прощайся! — говорил её надрывный, резкий крик. — Прощайся!»

Лори повернула к нему бледное лицо. Мокрое от воды или от слёз… Он никогда этого не узнает.

— Поцелуй меня. Конечно, если тебе по-прежнему хочется прикасаться ко мне…

— Как ты можешь! — он порывисто обнял её за плечи, целовал её лоб, глаза, волосы, повторяя. — Прости, любимая! Прости! Если б я только мог изменить свои поступки!

— Не надо, — она приложила ладонь к его губам. — Те ошибки, что мы делали… А мы все их делали! Пусть они остаются в прошлом. Я была счастлива. И я сама решила всё и насчёт трансформации, и насчёт путешествия в альтернативный мир. Кто знает, Узор Дженкинса был виноват, или всё случилось по иной причине? Может, и правда, где-то просто угасает звезда…

Марков крепче прижал её к себе, словно не желая выпускать до скончания века.

— Мне так много хочется успеть сказать тебе, — продолжала Лори, — но времени почти нет. Знай одно: кем бы я ни была — та-лоо, шепси, жителем Земли, я любила тебя и буду любить сильнее всех. В Священных Свитках говорится, что когда заканчивается Странствие, Узор не умирает, он только изменяется. Наше настоящее путешествие происходит на более высоком уровне, а здесь, в этом мире, мы оказываемся просто для того, чтобы там сократить свою дорогу между пунктами А и Б. Что-то вроде си-прибора, только куда более совершенного… Всегда приходится совершать переходы, Странник! И тебе, и мне. Но я обещаю, мы ещё однажды встретимся, — опять выражение её лица стало похоже на Вайссе, а Лори исчезла, но у спасателя сейчас не было ни сил, ни желания анализировать.

— Мы ещё встретимся, — она разжала объятия и шагнула в воду.

Только теперь Марков понял, зачем Вайссе так просила отвезти её к морю.

— Лори, нет!!! — он бросился за ней следом.

Она остановилась, обернулась назад и посмотрела на мужа умоляющим взглядом:

— Прошу, любимый! Позволь мне уйти.

— Я пойду за тобой! Я не хочу оставаться здесь один!

Прощальные лучи солнца скользили по воде, и море стало алым, будто пески Красных Хребтов. Ещё одна картинка… Где же настоящая реальность?! Разорвать, разорвать эту бумагу, на которой всё ненатуральное, нарисованное! Разнести в клочья обманчивые декорации! Что там, по другую сторону? Неужели опять пустыня?

Хранительница стояла по пояс в морских волнах. Судя по внешнему виду, ей уже было что-то около восьмидесяти. Целых пятнадцать лет для неё прошли за какие-то два часа.

— Ты должен остаться, — умоляюще проговорила она, обращаясь к Маркову, стараясь убедить его, как маленького, который не желает слушаться. — На меня Создатель не разгневается. Он уже и без того призывает меня к себе. Он только пожурит свою Дочь за то, что поторопилась ему навстречу. А если ты вдруг придёшь, когда тебя не звали? Создатель очень рассердится! Поэтому ты должен остаться здесь.

— Но я так не могу! Не могу!

— Не перечь Создателю, Странник, — сурово и бесстрастно промолвила вдруг Вайссе и добавила мягко с легким английским акцентом. — Прощай, любимый! Не иди за мной. Пожалуйста.

Он стоял по колени в солёной воде и беспомощно взирал на то, как она постепенно погружалась в эти алые, расступающиеся перед ней волны… по грудь… по плечи… по шею… Потом исчезла вся. Сверкающая поверхность вод сомкнулась над седыми волосами. Серебристое и алое. Красные Хребты.

— Нет! — Странник кинулся обратно на берег, рухнул на песок, молотя по нему кулаком, пока не разбил руку в кровь. — Будь оно всё проклято!!! Проклято!!! — потом он уронил голову на руки и затих.

Кромка солнца коснулась края горизонта, и кроваво-красная полоса, разделявшая небо и воду, прощально мигнув, угасла, чтобы родиться вновь следующим утром.


Он очнулся от того, что кто-то осторожно коснулся его плеча. Фигура в белом опустилась на колени с ним рядом.

— Лори?! — он рывком подскочил и с колотящимся сердцем схватил за руку подошедшую к нему женщину.

— Нет, — тихо ответил ему знакомый голос. — Это Си-А. Я испугалась за тебя и решила пойти следом. Я всё видела, Попутчик. Мне так жаль…

Марков отпустил её руку и снова тяжело упал на песок.

— Я не хочу больше жить, — сказал он бесцветным голосом. — Больше нет смысла жить.

— Неправда, есть! — упрямо перебила его Си-А, присаживаясь рядом. — Ты знаешь, многие жрецы Лоо совершали тот же обряд — хоронили себя в воде за несколько минут до смерти.

— Это просто обряд, — едва шевеля сухими губами, произнёс Марков, отстранённо глядя за горизонт. — Всего лишь обряд.

— Нет. В утерянной вами части Священных Свитков сказано, что вода, земля, огонь и воздух — это не только материя, но и энергия огромной силы. На Валле их в этом значении называют стихиями. Стихия убивает, но и даёт возможность родиться.

— Знаю. Валле больше соответствует стихия земли, Лоо — воды. Несмотря на различия верований, всё же чаще умерших хоронят соответственно принадлежности к той стихии, которая родственна Великой Матери данной планеты: в земле, воде… Есть поверье, — тут он запнулся, и к его бледным щекам прилила кровь. Голос перестал быть механическим и лишённым эмоций.

— Вот именно, — прочтя его мысли, кивнула Си-А.

— Но где теперь искать её? И правда это или просто красивая сказка? — он вскочил на ноги.

— Я ничего не утверждаю, — она тоже поднялась следом за Марковым. — Однако, учитывая её возможности, а также намёки, содержащиеся в Священных Свитках, я могла бы предположить, что если Вайссе успела совершить переход до того, как смертельная агония коснулась её рассудка, то она сейчас вполне может находиться в одной из альтернативных реальностей.

— Мне же туда всё равно не попасть! — застонал спасатель, в отчаянии опуская руки. — Даже ты не умеешь совершать подобные переходы.

— Правильно. Но мы ведь знаем кое-кого, кто не только умеет, но и готов поделиться своим умением с другими. Разве нет?

Некоторое время спасатель озадаченно молчал, потом медленно поднял голову. В глазах его затеплилась робкая надежда.

— Неужели ты имеешь в виду…

— Точно.

Он лихорадочно сжал её в объятиях.

— Ты отвезёшь меня туда? Ты сумеешь найти туда дорогу опять?!

— Что за вопросы, Попутчик, — прошептала она, нежно касаясь руками его плеч.


Глава 13. Девятый тоннель | Слепой странник | Глава 15. Магические Линии та-лоо