home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Мелкий, противный дождик моросил второй день подряд, он шуршал в ветвях окружающих деревьев, противно стучал в окошки, отбивал всякое желание высунуться на улицу, заставлял маяться в четырех стенах.

Я сидела за письменным столом, подперев голову, и задумчиво катала стило пальчиком тудасюда, уставившись невидящими глазами в окно, усеянное медленно сползающими капельками дождя.

– Да, похоже, поторопилась я с выводами насчет мира во всем мире, – невесело думала я.

После первого каравана светлых приходило еще два. По одному в месяц. Теперь они не только брали товары, но и привозили свои. Мы накупили цветных тканей и кож, так как у дроу в ходу в основном черный, и с цветными тканями совсем плохо.

Но дальше торговли дело не пошло. Оравиэль все эти два месяца пыталась получить разрешение, чтобы меня пустили в Великий лес погостить у нее с Филадилом, но без видимого результата. Светлые политиканы пошли на уступку с договором торговли, их дамы успокоились, а пускать никого из темных «шпиёнов» на свою территорию они не собирались. Во всем остальном ничего не изменилось.

– Даа. – грустно протянула я вслух и подумала – вообразила тут из себя миротворицу. Дура наивная.

Кроме паршивой погоды подобному самоедству способствовало еще и то обстоятельство, что я в одностороннем порядке решила завершить свои занятия у магистра Элекора. Сделала я это для того, чтобы не ронять его авторитет среди других учеников. Всю программу первого и даже второго уровней я уже прошла. И дело не только в зубрежке плетений и терминов – с этим как раз у всех эльфов, благодаря абсолютной памяти, проблем нет. Совсем подругому дело обстоит с практическим применением знаний. Все заклинания требуют постоянных, многочасовых тренировок, пока плетение конкретных чар не будет доведено до автоматизма. И так было всегда и у всех. У всех кроме меня. Не знаю, как там будет с заклинаниями высших уровней, но вот заклинания первого и второго уровней у меня абсолютно никаких проблем не вызывали, и сплетались с первой попытки.

Перестав ходить на занятия, я сперва использовала образовавшееся свободное время на создание новой коллекции одежды для светлых эльфиек, используя только что привезенные яркие разноцветные ткани. Потом решила заняться поиском дыр и оптимизацией наиболее полезных, на мой взгляд, заклинаний первого и второго уровней. Особенно я гордилась тем, что пару достаточно полезных заклинаний путем оптимизации мне удалось перевести со второго уровня на первый и порадовать своих друзей по магическому классу.

И вот теперь я сидела в четырех стенах и маялась от скуки. Будучи парнем на земле, я была человеком инертным и откровенно ленивым. Девушка же из меня получилась на удивление бойкая и деятельная. Сплошной фонтан идей. И вот на второй день ничего неделанья я взорвалась.

Как любая особа женского пола я просто обожала следить за своим телом. И одним из несомненно любимых моих времяпрепровождений был прием горячих ванн. К великому моему разочарованию данная процедура в реалиях этого мира требовала невероятных усилий и времени. Водопровода естественно здесь еще не изобрели, и кранов с горячей водой не было. Воду таскали из ручья, с ледяной даже в летнюю жару, водой. Потом грели ее на костре в большом железном котле. Потом таскали в еще большего размера кадку, в которой можно поместиться только сидя. И все это мучение длилось несколько часов, только для того чтобы понежится в горячей водичке двадцатьтридцать минут от силы. Изза таких трудностей даже подобную ванну можно было позволить себе не часто. В основном мылись в тазиках.

И вот я решила попробовать решить эту проблему. Маг я в конце то концов или не маг?

Нужно признаться, что идею я откровенно спионерила из прочитанной когдато фентезийной книги.

Обуреваемая жаждой деятельности, я подскочила к книжной полке и выхватила три необходимых мне тома. И промчавшись по комнате, швырнула их на стол. Затем настала очередь пергамента и письменных и чертежных принадлежностей.

Сложность данной работы состояла в том, что я решила сделать совершенно новое заклинание с нуля, чего в этом мире уже не делали очень давно. И это требовало скурпулезных математических расчетов.

Идея была достаточно проста. Первое: необходимо было нагреть воду до приемлемой температуры и второе, исключительно в угоду своей лени, очистить грязную воду до первоначального состояния, чтобы не таскать заново.

Всегото два дня расчетов и заклинание получилось на славу. Но вот бытовым оно никак не получалось. Бытовыми назывались заклинания, которые мог сотворить любой индивид, обладающий минимальным даром. Для того чтобы избежать лишних телодвижений я сделала заклинание по принципу два в одном – сначала вода очищалась потом нагревалась. Заклинание получилось аж третьего уровня и это автоматически сужало круг тех, кто сможет им пользоваться до уровня не ниже младшего магистра.

«А не разделить ли мне заклинание на два отдельных, – одно будет чистить воду, а второе греть? – подумала я».

Я уже было засела за расчеты, как мне на глаза попался корешок тома «Артефакты и амулеты».

И тутже моя буйная фантазия коммерсанта услужливо нарисовала какую коммерческую выгоду может принести подобная вещь.

Короче, убив еще один день на расчеты, я приступила к изготовлению пилотной партии одноразовых кристалликовартефактов, которые я назвала «Инвайт». Это было первое, что мне пришло в голову после первых испытаний.

Для того чтобы сделать их одноразовыми у меня было несколько причин: Первая это уменьшить магические издержки на производство, второе обеспечить постоянную прибыль. Естественно в популярности данного продукта в мире лишенного элементарных удобств я ни минуты не сомневалась.

Пришлось, конечно, помучатся с подбором температуры, до которой нагревалась вода. Я честно пыталась сделать температуры воды настраиваемой, но потом решила, что кристаллами возможно будут пользоваться дети или невнимательные личности и смогут обварится в кипятке или наоборот отморозить себе все что можно. Поэтому всем потенциальным покупателям предстоит купаться при моей любимой температуре водички.

Потом встала проблема коммерческого воспроизводства «Инвайт». Мне совершенно не улыбалось, вечно сидеть и наколдовывать тысячами, одноразовые артефакты, а пускать в «народ» технологию и терять монополию меня давила огромная зеленая жаба. Поэтому мной была потрачена еще целая неделя и один деревянный ящик размером метр на метр из очень ценной породы дерева, черного цвета изукрашенный инкрустацией из рун и магических символов.

Естественно этот ящик носил кодовое название «Черный ящик». Имел этот ящик огромную воронку сверху, и по три отверстия с каждой стороны. Стояла вся эта конструкция на четырех инкрустированных ножках из тогоже дерева.

Теперь делать «Инвайт» в промышленных масштабах могла даже обезьяна. Сверху в воронку засыпалась мелкая речная галька, просто это было первое, что подвернулось мне под руки, когда я искала недорогую основу под артефакты, а из отверстий по сторонам ящика в подставленные корзины со скоростью двенадцать штук в минуту вываливались готовые «Инвайты».

Сделав дело, я решила гулять смело. То есть развернутся во всю ширь. Я собрала всех своих партнеров по бизнесу, мы посовещались, и я решила, что нам давно уже пора покорять столицу.

В свете этого решения лерры Турэй и Тиер, а также моя лучшая подруга Ири, отбывали в столицу с конкретными заданиями.

Турэй с Тиером должны были приобрести мастерскую в одном из престижных торговых районов столицы, а Ири было получено приобрести особняк в одном из золотых кварталов, где проживали богатейшие дроу.

Хотя на эти покупки должны были пойти практически все мои сбережения, я решила, что вложения окупятся с торицей.

Я помогала собираться Ири и давала ей последние инструкции.

– Ири запомни, этажей должно быть три не меньше, на третьем мы будем жить, а на первых двух будет спасалон и лавка по продаже косметики.

Дада я же обещала дать этому миру маникюр, педикюр, а заодно массажи, маски, грязевые ванны и другие косметические процедуры.

Ири предстояла огромная работа, но она была на сто лет старше меня и опытнее, и единственной кому я могла доверить провернуть такую операцию.

Кроме приобретения особняка, он должна была его привести в нужный вид, заказать необходимую мебель, и заказать у гномов изготовление уникального оборудования, чертежи которого я передала ей. Потом ей нужно было набрать и обучить персонал для спасалона и найти ювелира, который согласится сотрудничать снами.

Дада, именно ювелира. Вы не ослышались. И вот в чем заключалась моя идея.

Косметикой в этом мире пользовались, но естественно вид она имела несколько отличный от того, к чему мы привыкли на земле, ну может быть за исключением духов, которые тоже разливались в маленькие бутылочки.

Я решила упаковать косметику в привычные для меня футляры. Я передала Ире чертежи пудреницы, тюбика для помады и для туши. Естественно это должны были быть не земные ширпотребовские пластмасски, а уникальные ювелирные произведения искусства, выполненные из драгоценных металлов и инкрустированные драгоценными и полудрагоценными камнями. Что поделаешь – местная специфика.

Ири и компания уже месяц в столице. Я усиленно готовлюсь к поступлению в академию магии. До экзаменов еще два месяца и тогда я тоже двину в столицу.

Заниматься уже откровенно надоело, и я сижу за столом, подперев голову одной рукой, и по своему обыкновению катаю пальчиком стило по столу.

Открывается дверь и в дом входит Амарисэй.

– Скучаешь, дочка? – ласково говорит он.

Я не глядя на него, киваю головой.

– Ну кажется я принес новость, которая развеет твою скуку, – говорит он и кладет на стол свиток, украшенный королевской печатью.

Я разворачиваю свиток и читаю. Потом перечитываю еще раз и недоверчиво говорю:

– Да. Но разве выход в свет для девушек не должен происходить по достижению совершеннолетия?

– Да, – говорит отец. – Но с тобой особый случай – ты заставила светлых подписать договор о торговле.

– Но это особо не поменяло отношения между нами и светлыми, – возразила я.

– Да, – согласился Амарисэй, – но даже подобного до тебя не мог добиться ни один из наших политиков. Согласись, это о чёмто да говорит в твою пользу. Твои идеи и изобретения повергают всех в шок. Чего только стоят твой «Инвайт». Ты знаешь, что их уже контрабандой вывозят в королевства людей?

– Что, серьезно? – мои брови полезли на лоб от такой новости. – Вот уж не думала, что кристаллы для принятия ванны станут контрабандой.

– Но это же просто невероятное изобретение, – распинался отец. – Сколько тысяч лет все терпели эти неудобства с принятием горячей ванны, и никто не додумался использовать для этого магию.

– Да я вообще в шоке – насколько халатно все тут относятся к магии, – не выдержала я. – Практически во всех заклинаниях дыры и утечки. Это же просто вредительство какоето.

– Ладноладно, – решил отец соскочить с темы, о которой я могла говорить часами. – Тебе нужно готовиться к выходу в свет. Ты предстанешь перед самим королем и высшим светом королевства. Думаю, тебе необходимо подготовиться. Тем более у вас, женщин, это всегда вызывает больше сложностей, чем у нас, – хитро подмигнул он и вышел из дома.

Ооо даа! Папочка был прав.

Вот уже третьи сутки я не сплю и не ем, я рожаю свой шедевр. Наверняка там все будут ожидать провинциальную малолетку из приграничного поселения, серую мышку. Мой наряд должен затмить все наряды столичных дамочек.

Для начала пользуясь отсутствием мастера Турэя, я совершила набег на его мастерскую и прихватизировала рулон дорогущей эльфийской ткани, (Надеюсь, мастер Турэй меня не убьет за нее), огромную катушку золотых ниток и коробочку с речным жемчугом с просверленными под нитку дырочками.

Три дня – три дня бешеной гонки, а главное в одиночку, без помощи, что еще больше затрудняло дело. На домик наложены все известные мне оградительные чары, чтобы никто не увидел мое платье раньше времени. Иначе ничего не получится. Мне просто не дадут его одеть на прием. Но ничего, благодаря повышенным мерам безопасности, когда меня в нем увидят – уже будет поздно.

За день до отъезда отец решил подарить мне никура. Никур – это верховое животное дроу.

Светлые в качестве ездовых животных используют сильфов – похожих на коней животных, но более грациозных и быстрых, обладающих некоторыми волшебными способностями.

Чтобы представить себе сильфа нужно просто представить лошадь, но только более грациозную и более необычной масти.

Никуры тоже немного похожи на коней, но совсем чутьчуть. Вопервых – они плотоядные хищники. У них не ноги, а лапы с четырьмя длинными пальцами, оканчивающимися острыми когтями, три из которых смотрят вперед и один назад. Этими когтистыми лапами они хватают добычу, а острыми клыками разрывают ее. Хвост у никура длинный и тонкий, как у ящерицы и оканчивается острым роговым наконечником.

Главным достоинством сильфов и никуров по сравнению с обычными людскими лошадьми являются их магические способности. Вопервых, и у тех и у других легкая походка, не оставляющая следов, как у эльфов. Правда, если никуры скачут бесшумно, то сильфы стучат копытами как обычные лошади. Кроме того и сильфы, и никуры обладают магическим седлом. Седок как бы сидит на невидимом седле, в нескольких сантиметрах от спины животного, и с него невозможно упасть, и самое важное – в нем не трясет, как на обычной лошади.

Сильфы гораздо быстрее никуров; зато благодаря своим зубам, когтям, длинному гибкому хвосту с опасным костяным наконечником, никуры являются отличными боевыми скакунами, способными решить исход боя в пользу своего хозяина. Кроме того, в отличие от сильфов никуры полу разумны и могут общаться с хозяином телепатически. Конечно это не полноценное общение, а всего лишь передача эмоций, ощущений и образов, но это делает никура не просто ездовым животным, а другом и незаменимым помощником.

В отличие от сильфов, которые приручались и объезжались подобно обычным лошадям, никур приручался хозяином при помощи ритуала крови, когда хозяин и никур обменивались кровью друг друга.

Вот и сейчас Амарисэй привел меня к загону с молодыми никурами и предложил выбрать себе скакуна.

И вот тут случилось странное. Не я выбрала скакуна, а она выбрала меня. Да именно она – это была самочка. Она подбежала к краю загона, как только мы подошли, и уставилась прямо в мои глаза. В общемто, это была взаимная любовь с первого взгляда.

С первого взгляда было видно, что эта никура не совсем обычная. То есть совсем не обычная – дело в том, что все никуры абсолютно черного цвета, причем без вариантов, никаких белых звездочек, кончиков ушей или белых волосинок. Моя никура тоже была эбеновочерной но вот ее грива… Ее грива была того же цвета, что и мои волосы – снежнобелой.

Я назвала ее Шилен – в память о богине из своей когдато горячо любимой игры.

Общаться с Шилен мысленно было забавно и очень часто смешно. Несмотря на свой грозный вид, она оказалось очень милой и смешной, она так забавно просила кушать или приглашала поиграть с ней, что это просто умиляло меня.

Целую ночь я провозилась со своей четерехлапой подружкой, сперва я ее вымыла теплой водой, благо мне греть воду было плевым делом и без «Инвайт». Потом мы пошли с ней на охоту, и она завалила и с аппетитом схрумкала небольшого кабанчика: – «Боюсь, что прокормить эту обжору будет не просто».

Потом мы с ней побегали в догонялки. В общем когда я утром добралась до кровати, то упала без задних ног и уснула еще до того, как моя голова коснулась подушки.

Ранним вечером следующей ночи мы выехали в столицу. Дорога заняла два дня и так как ничего интересного с нами не произошло, за исключением того, что я всю дорогу читала огромный талмуд по придворному этикету, то рассказывать о том, как проходила поездка нечего.

К Рондейлу, а именно так называлась столица дроу, мы подъехали ранним утром следующего дня. Окруженный рвом и гигантской черной стеной, город стоял посреди огромной долины. Черные башни возносились на десятки метров над стеной, и встающее солнце играло своими лучами на их золотых крышах и флюгерах.

Когда мы подъехали ближе я с удивлением обнаружила, что стена совершенно монолитная, без малейшего намека на швы, как будто она вытесана из одного сплошного куска черного, полированного до зеркального блеска мрамора. Стена была совершенно черной и только по краю зубцов проходила широкая золотая полоса.

Черный и золотой, два любимых цвета дроу, они был везде в этом чернозолотом городе. И при этом поразительно, но город не выглядел мрачным, вокруг было много цветов и несколько парков. В отличие от старых европейских городов земли, улицы здесь были широкие, так что две телеги могли совершенно спокойно разъехаться, а площади огромными, с усаженными разноцветными цветами клумбами.

Я двигалась за Амарисэем, который вел нас на Улицу роз, где находился купленный мной особняк, и любопытно крутила головой по сторонам. Впервые за свою жизнь в этом мире я выбиралась так далеко от черного грота. Кроме того – это был первый город, который я посетила.

«Господи, я уже и отвыкла от такого количества народу» – думала я, глядя на толпы спешащих по делам горожан, – «а ведь я жила в городе, где людей было во много раз больше. Сколько лет уже прошло» – невольно на меня накатила кратковременная ностальгия.

Нет. Мне здесь нравилось и, хорошо подумав, я решила, что возвращаться я бы не хотела. В этом мире мне было хорошо, я чувствовала, что я дома, что я комуто нужна. А там я только убивал время за компом и ничем не интересовался. Но вот наведаться погостить я бы не отказалась.

Наконец мы добрались до места, и я отвлеклась от невеселых дум.

Ири постаралась на славу. Не зря я ее отправила сюда. Дом стоял на пересечении двух самых богатых улиц города. Вход в дом был с угла и вел в просторный холл. Влево и вправо от холла находились два огромных зала, а по центру широкая лестница вела на второй этаж, двумя пролетами расходящимися полукругом налево и направо. Один из залов был уже полностью готов к приему посетителей, а во втором шел ремонт.

Ири представила меня девушкам работницам.

– Знакомитесь, девушки – это ваша хозяйка, лерра Тинувиэль из Черного грота.

Знакомясь с девушками, я с удивлением отметила, что здесь было даже пару человечек. Оказывается, в столице есть не только небольшая община гномов, но и целый квартал, в котором живет община людей.

Сначала девчонки чувствовали себя в моем присутствии немного скованно. Но постепенно я их разговорила, расспросила о проблемах. Потом я предложила всем выпить чаю с пирожными и наша беседа превратилась в неформальную. Короче я добилась, чтобы девчонки перестали меня бояться и воспринимали не только как хозяйку, но и как подругу, которой можно довериться. Конечно, сразу дала понять, что сесть на шею и свесить ножки не позволю, но и тиранить не буду: «Если ко мне нормально будут относиться, то и я не обижу».

Конечно, нахваливали мои изобретения, которые несказанно облегчили их женские жизни в этом мире. Они обожали нижнее белье и были просто в восторге от «Инвайт», которое позволяло им принимать теплые ванны утром и вечером. Я, расчувствовавшись от их комплиментов, разрешила им всем в конце рабочего дня принимать горячие ванны за счет заведения (но сразу предупредила, что бы не наглели и родственников толпой на халявную помывку не водили). Чем еще больше подкупила их доверие.

Потом я и Ири пошли в гномий район, где в одной из мастерских воплощали в жизнь еще одно мое «изобретение». Это была карета на рессорном ходу. Местные кареты – это было нечто… Нечто ужасное. Они были огромные, тяжелые и неуклюжие. Они громко гремели, и в них ужасно трясло на каждой маленькой кочке.

Моя карета была легкой с мягкими эллиптическими рессорами, а главное металлическими колесами с пневматическими шинами. Вы спросите, откуда я взяла шины? Эта идея пришла мне в голову совершенно случайно в момент, когда я наблюдала, как разделывают тушу Рэйтера. Рэйтер – это такой лесной ящер. Их кожа ценится за очень высокую прочность. Она очень мягкая и прочная и не стирается, из нее делают мягкие охотничьи мокасины.

Так вот, когда выпотрошили кишки из тушки Рэйтера, я обратила внимание, что они были заполнены газом и были похожи на длинные воздушные шарики, из которых на земле клоуны скручивают зверюшек и цветочки для детишек, но в отличии от шариков стенки кишок гораздо толще и прочнее. Вот у меня и родилась идея изобрести колесо.

Металлический обод был сделан в виде желоба вогнутого к спицам. В него укладывалась кишка и надувалась при помощи кузнечных мехов. Потом сверху эта «камера» обтягивалась кожей Рэйтера и сухожилиями, как шнурками на ботинке, пришнуровывалась к ободу. Вот и все. Получалась обычная пара, камера и покрышка. Кроме того необработанная кожа Рэйтера была шершавой и обеспечивала неплохое сцепление даже на льду.

Гномы, изготовившие карету по моему чертежу и записям, были просто в восторге. Весь район уже знал, кто додумался до такого чуда техники, и оказалось, что еще заочно мой авторитет здесь был на уровне известных мастеров этого маленького народа.

– Оо, лерра Тинувиэль, – крутился вокруг меня мастер Торвин – хозяин мастерской, – у вас несомненно гномья хватка. Я изучил все ваши изобретения и как вы ведете свои дела, и я поражен. Не знай я кто вы, я бы подумал, что дело не обошлось без гномов.

– О, вы мне льстите, мастер Торвин, – подыгрывала я. – Куда мне неопытной, юной девушке тягаться с такими профессионалами.

– Не скромничайте, лерра – распевал соловьем Торвин, – а ваш «Инвайт» – это просто дар богов. Представьте себе – как приятно после многих часов в кузне принять горячую ванну и при этом не ждать часами пока ее приготовят.

– Я хоть и не работаю в кузне, – засмеялась я, – но поверите или нет, эта ситуация меня тоже невероятно раздражала. Раздражала настолько, что, в конце концов, я решила ее раз и навсегда.

– Но как вы замечательно обеспечили себе выгоду, лерра, – продолжал петь дифирамбы мастер Торвинн. А потом доверительным шепотом продолжил. – Я слышал, что некоторые маги пытались понять, как ваши «Инвайт» работают и остались с носом.

– О. Я для этого хорошо постаралась. – Так же шепотом сообщила я ему и подмигнула.

И мы расхохотались.

Потом карету запрягли четверкой обычных лошадей и отогнали к особняку.

На следующую ночь я встала засветло, поскольку нужно было готовиться к королевскому приему. Помогать себе я пустила только Ири. Я знала, что только она одобрит то, что я собиралась сегодня совершить. А совершить я собиралась не меньше, чем модную революцию. Я готовилась шокировать, или как говорят на земле «эпатировать».

Наконец я была готова и, отослав отца немного раньше верхом, запрыгнула в карету и двинулась во дворец.

Дворец находился посреди огромного парка. Все деревья и растения в парке были магические, отчего в темноте казалось, что везде развешаны тысячи мигающих гирлянд.

Дворец был огромен и великолепен. Естественно черный с золотом, он был тем не менее легким и воздушным со множеством портиков и ажурных башенок. Десятки воздушных мостиков, накрытых хрустальными крышами, были перекинуты между башнями на огромной высоте. Огромная парадная лестница, к которой подъехала моя карета, тоже была накрыта хрустальным куполом.

Дверца открылась, и отец подал мне руку. Я вышла, и он впервые увидел мой наряд, и челюсть его отпала.

– Спокойно, отец, – воспользовавшись его замешательством, ухмыльнулась я, – я вижу, тебе понравилось. Уверена – остальные гости тоже будут в восторге.

И держась за руки, мы стали подниматься по лестнице.

Из приближающихся дверей слышалась легкая, приятная музыка и гул сотен голосов.

На входе в гигантский зал для приемов Лакей, стукнув церемониальным посохом, громко объявил.

– Лерр Амарисэй из Черного грота с дочерью Тинувиэль.

На секунду я остановилась в дверях и сказала про себя:

– Ну что, Гедеон, смотри – я иду завоевывать свое первое королевство.

Несколько сотен дроу стояли по двум сторонам от прохода, разбившись на группы по интересам, и беседовали. Периодически, то один, то несколько дроу отделялись от группок и перебирались к другим. В общем классическая светская вечеринка – народ ходит от группы к группе, пьет шампанское и болтает ни о чем.

Сначала на нас внимания никто не обратил. Пока вдруг не сбились и не замолчали музыканты. Знаете, как в фильмах показывают, сначала один инструмент замолк, потом второй, потом все остальные по очереди замолкают и в конце труба делает так – «Тууу».

Народ обратил внимание на то, что музыка пропала, и стал оглядываться, выискивая причину, и их взгляды стали наталкиваться на меня. По мере моего движения вперед шум голосов затихал, а зал превращался в филиал музея мадам Тюссо.

Ну а теперь я расскажу, что же вызвало такую реакцию.

Естественно – это была я и мой вечерний туалет.

А теперь включайте воображение на полную и представляйте:

Черное узкое до пола и с небольшим шлейфом, закрытое платье под горло. Длинный рукав с накинутыми на безымянные пальцы петельками, что бы рукава не задирались. На ткани золотой и жемчужной нитками вышит сложный цветочный рисунок.

А теперь фанфары и барабанная дробь. Ткань платья полупрозрачная и на мне нет нижнего белья. Только на платье в стратегических местах жемчужной ниткой вышито три маленьких, с железный рубль размером, цветочка. Два прикрывают мои сосочки. Ткань платья настолько тонка и так сильно облегает мое тело, что сосочки задорно торчат, не стесняемые тканью. Третий цветочек естественно прикрывает то место между ножек, куда все время стремятся соскочить мужские взгляды. Причем размер цветочка такой же, как и у первых двух и прикрывает он не лобок, а именно то место чутьчуть пониже его.

На ногах черные лакированные сандалии на десятисантиметровой шпильке, украшенные золотыми пряжечками и россыпью брильянтов. В руках невиданный здесь доселе атрибут – дамская сумочка из лакированной кожи, в которой лежат золотые пудреница, тюбик помады и туш для ресниц.

Гордо подняв голову и расправив плечи, не оглядываясь, я иду походкой фотомодели по подиуму. Мои бедра сексуально покачиваются в такт походке. Так местные дамы ходить не умеют. За спиной слышатся стуки падающих, и укатывающихся челюстей – в противовес наглухо закрытому переду, сзади мое платье наоборот полностью открывает мою спину до середины моей сладкой попки.

Занавес.

В зале за исключением цокота моих каблучков висит полная тишина.

Король сидит на троне в пол оборота и, нагнувшись к стоящему рядом дроу, чтото говорит.

В наступившей тишине я как раз подошла к трону и успела услышать его последнюю фразу:

– …Проводите посла в зеленую комнату и скажите, что как только я покончу с мелкими формальностями, я присоединюсь к нему.

«Повидимому „Мелкие Формальности“ – это про меня» – зло усмехнулась я про себя. – «Нуну».

Он хотел добавить еще чтото, но тут обратил внимание, что вокруг стоит гробовая тишина и его голос разносится на весь зал.

Удивленно подняв брови, король повернулся и, увидев меня, застыл с открытым ртом.

Я сделала книксен и поклонилась, при этом умудрившись стрельнуть в короля глазками изпод опущенных ресниц.

– Доброй ночи, Ваше Величество – я впустила в свой голос свои самые нежные колокольчики.

Король естественно выглядел молодо и был до невозможности красив. Честно говоря, я еще не встречала настолько совершенных мужчин этой расы. Ну, возможно только дроу из моего кошмара, когда я три дня валялась без сознания.

Король вдруг вскочил и сделал шаг ко мне.

«Что он делает» – занервничала я – «Мая память подсказывает, что такого нету в протоколе».

– Лерра…? – Голос его изменил ему, и он вынужден был прочистить горло. – Простите, не имел чести услышать ваше имя.

«Какой прекрасный голос», подумала я.

– Тинувиэль, – подсказала я – Тинувиэль из Черного грота.

– Простите лерра, меня отвлекли, – нервно ответил он.

«Боги, да он оправдывается», про себя удивилась я.

– О, не беспокойтесь, Ваше Величество. – Вслух сказала я. – Я все понимаю. Государственные дела.

– Да, лерра, – ухватился он за соломинку, – не дают покоя даже во время приема.

Король продолжал нарушать протокол. Он махнул в сторону музыкантов, и музыка вновь заиграла. А меня он за ручку повел представлять вельможам.

Я виновато оглянулась на стоящего в растерянности Амарисэя, который собственно и должен был представлять меня.

Он безнадежно махнул рукой и направился к ближайшему лакею, разносившему напитки.

«А Король то, похоже, запал на меня» – Скосила я взгляд на своего сопровождающего.

Дальше меня знакомили с министрами, баронами, графами и князьями. Потом с послами и опять с министрами. Народ офигевал от происходящего, но сказать, естественно, ничего не мог.

Послом гномов оказался уже известный мне мастер Торвин, который увлеченно начал расписывать королю мои достижения. Короля, помоему, это зацепило, и он стал смотреть на меня с еще большим интересом.

Потом мы и еще куча стоявшего рядом и слышавшего нашу беседу народу пошли смотреть мою карету. Естественно никто не верил, что молодая девчонка из провинции могла додуматься до такого. Но мастер Торвин с жаром всех уверял, что он лично видел чертежи и делал эту карету.

А потом мы неожиданно остались с кролем вдвоем.

Мы бродили по парку и болтали обо всем. Вернее болтал король – зубки мне заговаривал.

Как обычно это была игра. Игра, в которой он был охотник, а я добыча. Но только я не собиралась сдаваться быстро.

«Нет, миленький», думала я, – «если ты собираешься затащить меня в постель, то и не надейся, что это будет так просто. Я не собираюсь становиться просто бачком для сброса избыточного давления спермы. Ты меня завоюй сначала. Думаешь, раз король, то я сразу ножки раздвину»?

Вечная игра. Мужчина – охотник. Женщина – добыча. Наивные мужики считают, что активную роль в этой игре исполняют только они, а женщины лишь пассивные жертвы. Мы пассивны, но наша пассивность – это всего лишь маскировка. Этим мы усыпляем внимание мужчины. Это похоже на кунгфу или бросок кобры. Пассивность, потом точный точечный удар. Кроткий взгляд. Опущенные ресницы. Томный вздох. Легкий поворот головы. Казалось бы ничего не значащая фраза. Придержать, направить беседу в нужное русло. Пассивность. Все маскируется под пассивность. Противник никогда не должен чувствовать, что им манипулируют.

Полувзгляд, полувздох, полунамек. Только так. Никакой конкретики. Никаких нет, или никогда. Только возможно, может быть, я подумаю.

Не правы те женщины, которые думают, что достаточно притащить мужика на аркане и привязать к себе. Принуждение рождает сопротивление вплоть до полного отрицания. Да, может быть вы его и привяжете к себе. Но при первом же удобном случае он вырвется и сбежит, или как минимум изменит. Только подводить его к решению. Мягко, ненавязчиво. Пусть он сам сделает нужный вам ход.

Нельзя прыгать в постель по первому намеку. С тем, что досталось легко – также легко и расстаются.

Не поддавайтесь, держите оборону. Но ваша оборона не должна быть подобна бетонной стене. Она должна быть гибкой. В глухую защиту уходить нельзя, иначе, если все его атаки будут разбиваться о ваши неприступные бастионы, он вывесит белый флаг и отвалит.

Да. Вот тут чутьчуть уступим. И еще чутьчуть. А теперь опять незаметно, исподволь, уведем беседу. Нет. Это не я, это он сам так решил. Главное – я пассивна.

Я слушаю, слушаю. Я пассивна. Глаза удивленно открыты. Ты тоже удивлен? Но ведь ты сам. Все сам. Я тут не причем. Я пассивна. Пассивна.

И вот я стою и с удивлением наблюдаю картину. Мой король обрывает цветы, стоя по центру огромной клумбы. Потом берет эту охапку, букетом эту кучу назвать язык не поворачивается, и бросает его к моим ногам.

Решаю подыграть ему. И гордо подняв голову, ступаю по цветам своими совершенными ножками.

«Да, да смотри на них, смотри» – заливаюсь я смехом.

И он смеется со мной.

«Неужели этот восемнадцатилетний мальчишка рядом со мной, который делает совершенно глупые вещи, старейший король в мире? Легендарный Король, который на пять тысяч лет старше меня».

«Я чудовище», делаю я про себя вывод, – «Я превратила грозного, умудренного жизнью правителя в малолетнего влюбленного дурачка».

В данный момент этот «правитель» стоит с закатанными по колено штанами в фонтане и ловит мне в принесенную слугой банку рыбок, которых можно увидеть только в фонтанах этого дворца и больше нигде в мире.

– Дурачок, – смеюсь я, – ты такой милый.

Мне кажется или он начинает мне нравиться?

Провожали меня с огромным эскортом, поскольку Тамир, так теперь было позволено мне обращаться к Его Величеству в неформальной обстановке, ехал в моей карете до самого моего дома.

Потом еще тридцать минут я не могла высвободить свою руку из его руки, и пыталась его убедить, что зайти ко мне – не очень хорошая идея. В конце концов, за поцелуй в щечку мне удалось отправить его восвояси.

Дома на меня с расспросами накинулась Ири.

– Кто, кто был этот кавалер, с которым ты так долго прощалась и которому ты даже позволила поцеловать себя в щечку?

– А ты, конечно, подсматривала, любопытная Варвара, – нисколько не удивилась я.

Не став уточнять кто такая Варвара, Ири продолжила допрос с пристрастием.

– Давай Ти. Рассказывай скорее или я сейчас лопну от любопытства. И мои кишки испачкают твое прекрасное платье.

Я в притворном испуге шарахнулась от нее и стала быстро раздеваться.

Повесив платье на плечики в шкаф, я голой уселась на кровать, откинулась назад на вытянутые руки. Вытянула натруженные от долгого хождения на каблуках ножки.

– Скажи, Ири, а почему я никогда не слышала о королеве, а только о короле? Он что, не женат?

– Говорят, его жена умерла во время родов тысячу лет назад. Ребенок тоже не выжил. Только не говори, что ты захомутала Короля.

– Угуу, – кивнула я головой.

– Ты шутишь?!! – вскричала она – И какой он.

– Он милый, добрый и… смешной.

– Подруга, а ты точно о нашем короле говоришь? – решила уточнить Ири. – Про нашего короля говорят, что он мудр, суров, но справедлив. Но ни разу не слышала, чтобы о нем говорили, что он добрый, милый, а тем более смешной.

Я поведала Ири всю историю целиком. Естественно, как положено у девушек с подробным описанием: «Что он сказал и как при этом смотрел, и что я при этом подумала, и как я при этом смотрела, и какой при этом у меня был пульс, и какое давление».

– Помоему он в тебя втюрился, подруга, – заключила Ири.

– Я тоже так думаю, – пожала я плечами.

– Ну а ты? – не унималась Ири.

– А что я? – решила я изображать из себя блондинку. Хотя могла не сильно стараться. Изо всех дроу я была единственной представительницей этого вида. – Я ничего.

– Нуну. – Многозначительно покачала головой Ири. И, пожелав мне спокойного дня, удалилась.

Я долго не могла уснуть. В голову лезли всякие непристойности. И только под утро я провалилась в сон.

– Видишь, какие красивые? – Тамир поднес банку с рыбками к моему лицу. – Ты похожа на них в своем платье. – Засмеялся он, кивнув на шлейф.

Я засмеялась.

– Тамир. Ну зачем ты мучаешь бедных рыбок? – не унималась я. – Немедленно выпусти их назад.

– Выпущу за поцелуй. – Сразу согласился он.

– Ах, ты… – возмутилась я – Хорошо. Но только один и выпускай.

Он отставил банку на бортик фонтана и наклонился к моим губам.

Я прикрыла глаза в ожидании поцелуя.

И тут он притянул меня за талию и впился в мои губы.

От неожиданности я задохнулась и, воспользовавшись этой секундной слабостью, его язык рванулся мне в рот.

Я попыталась оттолкнуть его, но силы были не равны. А потом я вдруг неожиданно для себя начала отвечать.

Голова закружилась, а тело начало гореть от недостатка кислорода.

Он оторвался от меня на мгновение и, не успела я перевести дух, как снова жадно припал к моим губам.

«Боги». – Простонала я про себя. – «Он сводит меня с ума».

Внизу живота растекалась приятная истома. Затвердевшие соски налитой груди уперлись ему в грудь.

Малейшее движение вырывало стон из моих губ. Я больше не могла терпеть. И он, почувствовав, что я больше не буду сопротивляться, подхватил меня на руки.

Банка с рыбками, сбитая моей ногой, булькнула в фонтан.

А меня понесли под сень деревьев и бережно опустили на мягкую траву.

Я просто лежала и смотрела на него изпод полуприкрытых век.

Я уже все решила для себя и не сопротивлялась. Наоборот, я ждала его действий, а он смотрел на меня и ничего не делал.

– О боги. Тамир, – простонала я – чего же ты ждешь. Возьми меня!!!

Я открыла глаза в своей постели.

«Это был сон». – Подумала я. – «Просто сон».

Между ног ощущался какойто дискомфорт.

Я просунула туда руку и обнаружила, что там все было мокрое.

Я откинула одеяло и посмотрела. Трусики и простыня пропитались моими соками.

«Ну, ты даешь подруга». – Тебя чуть не трахнули во сне.

Быстро встав с кровати, я стянула простыню, зашла в ванную, кинула ее в корзину для белья и мгновенно нагрев воду, погрузилась в ванную.

В это время в дверь спальни постучали, и голос Ири спросил:

– Ти. Ты уже не спишь?

– Нет. Заходи. – Крикнула я. – Я в ванной.

– Тут тебе передали коечто. Я на тумбочку поставлю.

– Ладно. Я скоро выйду.

Ири ушла.

Я вылезла из ванной и, насухо вытерев тело и обмотав голову полотенцем, вышла в комнату.

На прикроватном столике стоял огромный букет цветов, похожих на белые розы. По краям листочков пробегали разноцветные огоньки. По комнате распространялся прекрасный нежный аромат.

Я подошла к букету, вытащила один цветок и, держа его в ладошках, поднесла к лицу. Опустив носик в бутон, я глубоко втянула запах.

«Ох, как сильно пахнет», подумала я, – «даже голова закружилась».

Потом я вспомнила, что обоняние у меня сейчас намного сильнее, чем у человека и так нюхать цветы действительно не стоит.

Засунув цветок обратно в букет, я обратила внимание на записку. Я развернула ее и прочла:

«Тысячу лет я пребывал в печали.

Тысячу лет забыл, что есть любовь.

Но вот твои глаза мне повстречались.

Былые страсти разбудили вновь.

И рвется в клочья раненое сердце.

И буря дум бередит разум вновь.

Тинувиэль, ты в сны мои ворвалась.

Молю тебя. Прими мою любовь.»

«Твой милый дурачок.»

Я прижала записку к груди и закружила по комнате в ритме слышимой только мне музыки.

«Почему я не умею записывать ноты или играть на какомто инструменте», с сожалением думала я, – «пропадает такая прекрасная мелодия».

А я все кружила и кружила и слезы катились по моим щекам. А глаза сияли от радости.

«Что со мной? Что происходит со мной? Неужели влюбилась? Но нельзя же так быстро. Это не правильно. Я еще так молода, а он… он такой взрослый, такой… милый…, милый, любимый, глупенький дурачок».

– К чертям все условности. Я ведь женщина. Я хочу любить и быть любимой.

– Я хочу. Хочу!!! Хочууууууу!!!!!!


Глава 3 | Хроники Алаварна | Глава 5