home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



XIII

На обед Томаш пробовал «чело-кебаб», очередную разновидность «кебаба» за время своего пребывания в Иране. Честно говоря, португалец уже досыта насладился «кебабной диетой», и потому известие о том, что ближайшей ночью его тайно вывезут из страны, принял в каком-то смысле с облегчением. Правда, перед этим еще предстояло «посетить» министерство, но от него мало что зависело, свои опасения он постарался запрятать в дальний уголок сознания, теша себя мыслью, что люди из ЦРУ неплохо знают свое дело.

В какой-то момент ему пришло в голову, что это их последний совместный обед, и он с грустью посмотрел на Ариану, эту прекрасную женщину, в гипнотических глазах которой светились душевная теплота и ум. Томаша так и подмывало открыться ей и все рассказать, даже предложить бежать из страны вместе, но он вовремя спохватился, понимая, что все это пустая фантазия, они люди из разных миров, и задачи у них прямо противоположные.

— Вы полагаете, что головоломку удастся прочесть? — осведомилась она, пытаясь избежать его пронзительного взгляда.

— Мне нужен ключ, — резюмировал Томаш. — Если быть откровенным, мне кажется, без этого ключа задача, стоящая перед нами, невыполнима.

— А если бы это был шифр, было бы проще?

— Да, конечно. Но это не шифр.

— Вы уверены?

— Уверен. — Томаш развернул рабочий листок на уголке стола. — Посмотрите, этот стих состоит из слов и фраз. Шифр же оперирует только буквами. Если бы это был шифр, мы бы видели бессмысленную череду букв, типа, «hwxz» и тому подобное, нечто немного похожее на вторую загадку. — Он указал на слова, накарябанные на листке. — Замечаете разницу?

— Да, «!уа» и «ovqo», буквы с восклицательным знаком впереди, — это, очевидно, шифр, — полувопросительно сказала иранка. — А разве нет таких шифров, которые бы внешне выглядели как нормальные слова?

— Разумеется, нет, — ответил он, и его тут же взяли сомнения. — Постойте-ка, если только не… если только речь идет не о перестановочном шифре… Знаете, существует три вида шифровки. Первый — сокрытие послания при помощи приемов, как правило, несложных. Самый древний известный пример — запись сообщения на голове наголо обритого раба. Когда носитель информации вновь обрастал, его отправляли по назначению.

— Очень изобретательно.

— Затем идут шифры подстановки, в которых одни буквы в соответствии с заранее обусловленным ключом заменяют другими. В основе современных шифровальных систем, которые генерируют комбинации символов вроде наших «!уа» и «ovqo», обычно лежит данный вид шифра.

— То есть сегодня они наиболее распространены?

— Можно сказать и так. Но также существуют и шифры перестановки. В них буквы шифруемого текста переставляются в ином порядке.

— Не поняла…

— Взгляните, простой разновидностью перестановочного шифра является, например, анаграмма, слово, составленное из букв другого слова. К примеру, «Elvis» является анаграммой «lives». Оба слова состоят из одних и тех же, но расположенных в разном порядке букв. Или «elegant man» и «a gentleman». Единственный вид шифра, в котором послание может выглядеть как текст, это перестановочный шифр.

Ариана внимательно всмотрелась в написанные на листке слова.

— А как вы считаете, эти строки могут быть написаны при помощи подобного шифра?

Историк, устремив изучающий взгляд на текст, в задумчивости скривил губы.

— Гм-м… Да, это возможно. Мы можем проверить это, попытавшись составить из использованных в четверостишии букв другие слова. Со словами из португальского языка это не привело ни к какому результату. Может, получится с английскими. Давайте-ка попробуем. — Он склонился над листком. — Рассмотрим первую строку.

Формула Бога

— Соединим буквы «t» и «а». Поставим рядышком обе «f». Что вышло?

— «Taff».

— Это ничего не означает. А если в конце добавить «i»?

— «Taffi».

— Переставим «i» вперед, перед двумя «f».

— «Taiff». Это название города в Саудовской Аравии. Но, насколько я знаю, он пишется с одним «f».

— Вот видите? Это уже кое-что. А что если между «а» и «i» воткнуть «r», получится… что? «tariff». Хотелось бы понять, что делать с остальными буквами. Что у нас в запасе? По одной «е», «r», «i» и «n».

— «Erin»?

— Гмм… «erin»? Или «nire». Или, может, «rine». Или… а почему бы и не «rien»? Вот, смотрите.

Он написал:

Формула Бога

— «Tariff rien». Но что это значит?

Томаш пожал плечами.

— Ничего. Попытка не удалась. Покрутим как-нибудь иначе.

В течение всего следующего часа они перебирали разные варианты. Из букв первой строки удалось составить еще комбинации «finer rift», «retrain fit» и «faint frier», но ни одна не имела какого-то внятного смысла. Из второй строки — «De terrors tight» — складывалась только одна анаграмма: «retorted rights», но и она была лишена разумного содержания.

— С английским мы тоже далеко не уехали, — подвел итог Томаш. — А могло ли сообщение Эйнштейна быть на немецком? Если весь текст на немецком, ничто не мешало ему и это сообщение написать по-немецки. — Он пробежал глазами по бумаге. — «Месседж» на немецком, скрытый в строках стиха на английском. Блестящий ход, как по-вашему? Что ж, игра стоит свеч, попробуем! — Он озабоченно потер лицо. — Постойте-ка… а что если в зашифрованном сообщении фигурирует название рукописи?

— Какое название? «Формула Бога»?

— Да, но по-немецки — «Die Gottesformel». Нет ли в какой-нибудь из строчек букв «g», «о» и двух «t»?

— «Gott»?

— Да, слова «Бог» по-немецки.

Ариана быстро проанализировала строки.

— Во второй! — воскликнула она. — Сейчас подчеркну.

Формула Бога

— Значит, есть: «t-o-g-t». Переставляем их и получаем «Gott».

— Но не хватает «formel».

Историк смотрел на оставшиеся буквы.

— Н-да, «Formel» из этого при всем желании не сложить.

Ариана явно колебалась.

— Но… посмотрите, как интересно, — заметила она. — Кроме слова «Gott», здесь есть еще «Herr». Видите? То есть, если их соединить, выйдет «Herrgott», «Господь». Одно из имен Бога.

— Ого! — оживился историк. — «Herrgott»! А из оставшихся букв какие-нибудь немецкие слова не складываются?

Ариана взялась за ручку и старательно вывела на черновике:

Формула Бога

— Гмм, — промурлыкала она себе под нос. — «Herrgott dersit».

— А это что-то значит?

— «Dersit»? Если, например, разделить, получится «Der sit»… А ведь это не «sit», а скорее, «ist». Тогда и смысл появляется.

— «Herrgott der ist»?

— Нет. Наоборот. «Ist der Herrgott».

— И что это означает?

— «Господь» и глагол «быть» в третьем лице. — Ариана взяла листок в руки, пытаясь понять, какие еще слова можно составить из имеющихся букв.

— Какие слова наиболее часто используются в немецком языке? — нетерпеливо спросил Томаш.

— Ну… пожалуй, «und» или «ist».

— «Ist» у нас есть. A «und» где-нибудь выходит?

Иранка зрительно перебрала все буквы стиха.

— Нет, «und» здесь быть не может. Нет ни одной буквы «и».

— A «ist»? Может, еще один «ist» найдется?

Ариана с торжествующим видом указала на четвертую, последнюю строку:

— Вот!

И подчеркнула три буквы.

Формула Бога

— Отлично, — одобрил Томаш. — Теперь заострим наше внимание на двух первых буквах каждого слова. «Ch-ni». Это может что-то значить?

— Нет, — ответила она, но тут же засомневалась: — Постойте… если переставить местами слоги, выходит «nich». Не хватает только «t». Одно «t» у нас уже было, но мы использовали его в глаголе-связке «ist».

— А если поискать еще одно «t»…

— Да вот оно! Тогда получается «nicht»!

— Ага! — обрадовался историк. — У нас в этой строчке есть «ist» и «nicht». Какие-то буквы остались не при деле?

— Одна «r» и одна «е».

— «Re»?

— Нет, подождите! «Er»! Получается «er»! «Ist er nicht». Видите?

— Вижу. И что это означает?

— Дословно: «он не есть».

Томаш записал на черновике под второй и четвертой строкой получившиеся слова.

Формула Бога

— Так, что у нас осталось? Возьмемся теперь за первую и третью.

Эти две строки никак не поддавались расшифровке. После того как был перепробован целый ряд перестановок, Ариане пришлось попросить на ресепшн немецкий словарь, чтобы с его помощью отрабатывать новые версии. Они давно покинули ресторан и вернулись в бар, перетасовывая в разном порядке буквы и слоги, складывая из них слова и пытаясь скомпоновать их в значащие фразы.

Под их напором шифр наконец стал понемногу выдавать свои секреты. В третьей строке Томашу и Ариане удалось обнаружить слово «aber», что и позволило им прийти к финальной формулировке. С победной улыбкой Ариана начертала на черновике расшифрованные строки четверостишия:

Формула Бога

— И что же мы имеем в целом? — поинтересовался Томаш, для которого немецкий скрывал еще много тайн.

— «Raffiniert ist der Herrgott, aber boshaft ist er nicht».

— Это я и сам прочитал, — заметил он. — Но что все это означает?

Ариана откинулась на спинку дивана, провела языком по тронутым легкой улыбкой чувственным губам, предвкушая чудесное звучание фразы, сокрытой Эйнштейном в таинственном четверостишии.

— «Изощрен Господь Бог, — перевела она чарующим голосом, — но не злонамерен».


предыдущая глава | Формула Бога | cледующая глава