home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



60. О'Брайен — об укреплении новой системы

Я сейчас выдам государственную тайну. Так называемое Временное правительство Океании было создано не на океанийской территории, а на евразийском крейсере «Стелла». Здесь правительство, состоявшее из тех членов внутренней партии и полиции мыслей, что оказались под рукой, приняло знаменитую сентябрьскую присягу. Оно торжественно поклялось, что при восстановлении порядка не будет пролита ни одна капля крови, ни единая слеза сверх необходимого. Оккупационные силы Евразии не возражали.

Перед вновь созданной полицией безопасности стояла нелегкая задача, требовавшая от нее одновременно осторожности и эффективных действий. В первые дни потенциальных противников нового режима свезли на стадион «Победа», который вмещал 150 тысяч человек. Здесь их разделили на три категории:

1) те, кого следует подвергнуть заключению;

2) те, кого можно подвергнуть заключению, а можно и не подвергать;

3) те, кого следовало бы, но нельзя подвергнуть заключению.

К первой группе относились вожди рабочих-мусульман, авторы «ЛПТ», активисты "Понедельничного клуба" и весь студенческий комитет из Университета аэронавтики. Естественно, от наказания были освобождены те, кто принимал участие в деятельности перечисленных организаций по приказу полиции мыслей. Ко второй группе принадлежали простые верующие рабочие, подписчики «ЛПТ» и случайные посетители кафе "Под каштаном". К третьей категории отнесли тех артистов, ученых и инженеров, которые безусловно заслужили наказание, но были нам нужны для установления нового порядка.

Вот пример тех тонких различий, какие предусматривала новая система наказаний. На стадион были доставлены все те, кто в мае участвовал в премьере «Гамлета». Но Гамлет и Клавдий получили по три месяца, Гертруду и Полония приговорили к домашнему аресту, Розенкранца и Гильденстерна избили, а Офелию в тот же день выпустили.

Было очень трудно соблюдать умеренность в пытках. К этому нелегко привыкнуть. Во всяком случае, из-за постоянных перебоев с электроэнергией нам пришлось отказаться от пыток электрическим током, а применение резиновых дубинок евразийские эксперты допускали лишь в редчайших случаях.

— Допрос — не ремесло, а искусство, — говорил их главный специалист и был совершенно прав.

В создавшейся ситуации пришлось отказаться и от массовых казней.[86] Ну, Мухаммед Стэнли, конечно, не мог избежать петли, хотя, познакомившись с ним на допросах, я нашел его довольно симпатичным. Заплатили своей жизнью и все те, кто участвовал в линчевании полицейских или членов внутренней партии. Не могли рассчитывать на милосердие и те, кто уничтожал государственные телекраны. Доказательств было достаточно: в те сентябрьские дни наши люди все фотографировали и снимали на кинопленку. На месте линчеваний иногда оказывалось так много наших фото— и кинооператоров, что, будь они вооружены, можно было бы предотвратить эти отвратительные, жестокие акты народного правосудия.

Конечно, не могло быть и речи о том, чтобы карать смертной казнью за такое незначительное преступление, как распространение «ЛПТ». На стадионе «Победа» мы обнаружили: для того, чтобы запугать сто человек, вовсе не обязательно убить или избить столько же, как мы наивно предполагали в прошлые героические времена. Больше того, многих людей можно удержать от преступления одной угрозой наказания. Самым любопытным примером эффективности такой меры был один профессор, которого по ошибке доставили на стадион прямо из университета. Когда ему объявили, что он может спокойно идти домой и что мы обеспечим его безопасность, он совершенно обезумел от страха.


59.  Смит — о поражении революции | 1985 | 61.  Джулия — о своей роли в новой системе