home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 45

Если Наоми снова мертва, значит, к ней должны были вернуться прежние силы, и она сможет его спасти. Она сможет передвинуть предметы силой мысли.

Лёгким движением руки Наоми разбросала груду обломков, освобождая себе путь и продвигаясь по следу крови Конрада. Второй взмах ладони — и рухнувшая на вампира часть крыши взметнулась в воздух и вылетела наружу, упав далеко во дворе. Конрад лежал без сознания. Острый обломок балки пригвоздил его к полу.

Стараясь действовать как можно более осторожно, Наоми начала извлекать обломок из тела мужчины. Конрад закричал, не приходя в сознание. Она причиняла ему боль, но другого выбора не было. Пламя продолжало бушевать вокруг них. Весь остов дома содрогался.

Наоми вытягивала окровавленное дерево дюйм за дюймом…

Наконец-то! Обломок вышел из тела, и Конрад был свободен. Теперь они могли выбраться из пожара. Наоми телепортировала вампира наружу, под сень огромного дуба, куда не долетали разносящиеся во все стороны от горящего поместья искры и угли.

Наоми нужно было укрыть от них мужа. Сама она не ощущала их обжигающих прикосновений.

Паря в воздухе рядом с Конрадом, девушка осматривала рану вампира в ужасе от того, как быстро он продолжал терять кровь.

— Конрад! Пожалуйста очнись… скажи мне, как тебе помочь?!

Он говорил, что не может умереть от подобного ранения, но его бледность пугала Наоми до безумия. Ему нужна была кровь. Не задумываясь, что делает, она прижала запястье ко рту Конрада.

И ахнула.

«Oh, m`ere de Dieu…» [126]

Наоми почувствовала, что снова воплощается, мало-помалу, начиная с руки, её тело восстанавливалось. Влажная от росы трава прикоснулась к ногам, в лицо дохнул бриз, веющий из дельты.

«Как это возможно?»

Инстинкты Конрада отреагировали мгновенно. Наоми и глазом не успела моргнуть, как клыки вампира сомкнулись на её запястье, словно ставя клеймо. Он пил её кровь, и это было так же до умопомрачения соблазнительно, как она помнила. Когда он издал тихий стон, не отрываясь от её кожи, Наоми едва не лишилась чувств от удовольствия.

Конрад отпустил её слишком быстро, как ей показалось, сладко лизнув напоследок. Всё ещё с закрытыми глазами вампир пробормотал низким волнующим тоном:

— Вот это да… Ради такого я согласен, чтобы меня протыкали деревянным колом каждую ночь. — Конрад разлепил глаза и пробежался взглядом по Наоми, осматривая её с головы до пят. Она опять была в до боли им обоим знакомом чёрном платье. — Я видел, как ты снова стала призраком. Но ведь только что я ощущал… плоть и кровь. Что происходит?

Наоми почувствовала, что укус на запястье уже начал заживать.

«Я не знаю, что я теперь такое», — подумала девушка и прошептала в ответ:

— Я изменилась. И я не понимаю, что со мной происходит.

Они несколько долгих мгновений просто смотрели друга на друга. Краем глаза Наоми видела, как высоко вздымаются в ночное небо языки огня. Дым клубами вырывался из окон и дымоходов горящего поместья. Жар пламени ощущался даже там, где они находились.

— Я уже давно поняла, что со мной что-то не правильно, но…

— Ничего неправильного в тебе нет! — порывисто возразил Конрад и поднялся, пытаясь сесть.

— Тогда что я такое?

— Да какая к чёрту разница! Пока ты со мной, это не имеет значения.

— Но для меня это имеет значение! Что если я опять застряну в своём призрачном обличье? — Наоми ненавидела этот странный потусторонний мир полутеней, мир, где нет ни настоящей жизни, ни настоящей смерти. Она уже почти забыла, каким одиноким и бесцветным было её загробное существование, словно унылое эхо, отдающееся в пустых комнатах заброшенного поместья. — Я не смогу обнять тебя, если ты будешь ранен, или спать на твоей тёплой груди. Или заниматься с тобой сексом. А я хочу этого… так сильно этого хочу. И как же я ненавижу это платье!

— Так вот что ты такое! — воскликнул женский голос в ветвях дуба у них над головами. — Ну, теперь всё ясно!

Наоми и Конрад как по команде посмотрели наверх. На одной из ветвей восседала Никс. За спиной у валькирии болтался меч.

— И ты была там всё это время! — прогремел Конрад, но тут же поморщился, прижимая ладонь к израненному боку. — И даже не попыталась нам помочь?

Никс поднялась и, шагнув прямо с ветки вниз, словно с тротуара на мостовую, беззвучно приземлилась рядом с вампиром и Наоми.

— Так что тебе ясно? — ухватилась Наоми, и в голосе девушки отчётливо слышался страх. — Что я такое?

Она заметила, как Конрад сглотнул, и поняла, что даже он не был уверен, что хочет это знать.

— Ты один из тех могучих фантомов Ллора, о которых я тебе рассказывала. Правда, процесс твоего старения был ускорен на несколько столетий. И очень вовремя, скажу я вам. — Никс украдкой указала на горящее поместье и сообщила драматическим шёпотом: — Только между нами, но твой призрачный якорь горит. — В то же мгновение раздался громогласный взрыв, и стёкла из оставшихся окон первого этажа разлетелись мелкими осколками во все стороны. — И да, я специально подгадала так, чтобы громыхнуло именно в этот момент. Чтобы подчеркнуть важность моих слов.

«Fant^ome?» [127]

— Фантом? — Конрад потёр лоб, размазывая по нему сажу. — Призрачный якорь?

Наоми объяснила:

— Несколько недель назад Никс говорила мне, что я могу стать фантомом Ллора, если проживу достаточно долго как призрак. Фантомы могут принимать телесную форму по собственному желанию, могут телепортироваться и передвигать предметы силой мысли. И они не привязаны к тому месту, где заключён их дух, к своему призрачному якорю. Однако это могло занять по меньшей мере лет пятьсот, пока я создала бы тело, в которое могла бы воплощаться. Очевидно, Марикета ускорила всё на пять столетий.

Никс широко распахнула глаза:

— Да, умница, умница Марикета! Изобретательница заклинаний и разрушительница правил! Вот почему Мари моя самая любимая ведьма из всех ведьм на свете.

Конрад пробормотал:

— Я до сих пор не… О чём вы тут говорите?

— Мари нарушила правила Дома, или скорее она обошла их. Ведьмам не позволено создавать бессмертных, — пояснила Никс и повернулась к Наоми: — Но в теории ты и так уже была бессмертной. Так что Мари просто дала тебе тело и запустила процесс твоего старения, нужный, чтобы стать фантомом. А ещё каким-то образом она сделала так, что в процесс добавилась капля крови существа Ллора, необходимая для активации превращения из человека в бессмертного. Может, вампир случайно порезался, когда в спешке тащил и устанавливал зеркала для ритуала ведьмы? Понятия не имею…

— Так она теперь отчасти вампир? — задохнулся Конрад.

— Нет, твоя кровь стала всего лишь катализатором, ускорившим процесс. Даже Мари не может создать вампира женского пола.

— Не удивительно, что ведьма так нервничала, — проговорил Конрад. — Она знала, что ввязывается в рискованную игру.

— Да, вы оба очень обязаны Мари. Она не нарушила букву закона, но нарушила его дух. Если кто-нибудь узнает, её могут очень жестоко наказать. Даже заклеймить, как отступницу. Короче говоря, Марикета Долгожданная не станет распространяться о том, что между вами было. А вам следует послать ей хорошую открытку на Белтейн [128] .

— Так значит, я могу принимать то одну форму, то другую по собственному желанию?

— Ты перевёртыш, который обращается между жизнью и смертью, — ответила Никс. — Попробуй, сконцентрируйся на бестелесной форме.

Наоми сконцентрировалась. Когда это начало срабатывать, Конрад невольно отпрянул, прежде чем успел взять себя в руки.

— Извини, mon grand [129] ! — Она усилием воли заставила себя восстановить тело, и постепенно воплотилась снова.

— Но… Наоми, — заговорила Никс с чрезвычайно посерьёзневшим выражением лица, — всякий раз, когда ты будешь принимать бестелесную форму… — она смолкла, словно подбирала слова, чтобы сообщить трагическую новость.

— Да?.. — прошептала Наоми. Конрад затаил дыхание.

— Ты будешь… одета в это платье, — закончила Никс, наконец.

Наоми и Конрад со стоном выдохнули.

— Воспринимай это, как образ своего Альтер-эго. Как игру в переодевания, когда ты косплеишь свой готический стиль с жуткими лепестками роз. Кстати, об Альтер-эго, полагаю, мы должны назвать тебя Инкарнатрикс. Может, повесить на тебя светящуюся табличку с надписью?

— Я теперь бессмертная? — проговорила Наоми, ещё не в силах до конца осознать случившееся. — Я часть Ллора? — Того самого Ллора, который ей так нравился.

— Да. И у тебя почти нет шансов умереть, разве что, лишишься головы, будучи в своей телесной форме. Потому что в форме призрака тебя вообще невозможно убить. В этом отношении фантомам очень завидуют в Ллоре. Ты невероятно сильна и практически неуязвима. Ладно, мне пора бежать. У меня назначено ещё как минимум четыре встречи на сегодня. Как вы сами понимаете, работёнка Прото-Валькирии и Прорицательницы, Которой Нет Равных, весьма важная и очень изматывающая.

— Но у меня столько вопросов… — заикнулась Наоми.

Никс вздохнула:

— Ладно, вот тебе предсказание, пока я хорошем расположении духа. И потому что я не сделала тебе свадебного подарка. — Драматическим жестом поводив рукой над головой Наоми, Никс выдохнула: — О, вижу. — Затем она встретилась глазами с вампиром и Наоми: — Нет. Серьёзно. Я вижу на самом деле.

— Ну, говори же!

— Наоми — жена, мать и владелица единственной в своём роде Академии Балета Ллора в этой реальности. Конрад — муж, обожающий свою жену, и любящий отец. Он всё ещё временами поддается безумию, но упорно работает над тем, чтобы оставить всё это в прошлом. И еще… он каждый раз станет закатывать скандал, когда ты будешь уходить на девичники, а потом ждать тебя, обливаясь холодным потом и до побеления костяшек сжимая кулаки. Но с годами привыкнет и смирится.

Наоми нахмурилась:

— Мы будем родителями? Я могу?.. Мы можем иметь детей?

Конрад сжал её руку:

— Наоми, это не имеет значения…

— Я перепроверю свои источники, чтобы уж наверняка. — Никс уставилась в небо, свела брови, словно заново прокручивала что-то в мозгу, чтобы вспомнить. Хотя она думала не о прошлом, а заглядывала в будущее. В какой-то момент валькирия поморщилась. — О-о-о, — неприязненно пробормотала Никс и состроила ещё одну гримасу. — Вот ёлки, вот это совсем даже не мило!

Конрад приоткрыл рот.

— Что, чёрт побери, ты там видишь?

— У вас будут дети, всё в порядке, — зловеще объявила Никс. — Но эта ваша первая парочка близнецов… — прорицательница содрогнулась.

— Первая парочка? — ошарашенный Конрад закашлялся. — Что ты видишь?

— Чего только я не вижу. Приведу всего пару примеров. Каждый раз, когда вы будете пытаться загнать их в ванну, они станут прятаться, растворяясь в стенах, или вонзать свои клыки в дверь так, что никто не сможет их оторвать. А их шалости… не заставляйте меня смотреть на их шалости. Можете даже не обращаться к тётушке Никс с просьбой посидеть с детками в эти первые двадцать лет. Я буду вне зоны доступа.

— Кажется они… просто прелесть? — пробормотала Наоми.

Тон Никс смягчился:

— К счастью, они вырастут сильными, у них будет ясный ум и гордые сердца. — Валькирия окинула взглядом будущих родителей. — Ну а пока что я рассчитываю увидеть вас обоих на первом фланге в грядущем Воцарении, — закончила она и повернулась, чтобы уйти.

— Подожди! — закричал Конрад. — Это кто-то… скажи, это кто-то из моих врагов устроил этот пожар?

Никс обернулась с ухмылкой:

— Ну, если только ты не насолил чем-нибудь семейству голодных нутрий, которые сгрызли проводку, то мой ответ будет «нет».

И валькирия растворилась во тьме.

Потрясённые, Наоми и Конрад остались сидеть рядом друг с другом на земле, молча вглядываясь в сполохи огня, пожирающего то, что было домом Наоми последние восемьдесят лет.

Слёзы побежали по лицу девушки, и Конрад потянулся, пытаясь их стереть:

— Koeri, я так сожалею о доме.

Да, она плакала, но не по той причине, по которой думал Конрад.

«Со мной всё в порядке».

Не удивительно, что она не чувствовала себя ни призраком, ни человеком, потому что в ней было понемногу от каждого. И облегчение, испытанное ею, было настолько сильным, что Наоми не смогла удержаться и расплакалась.

«Я теперь бессмертная».

Наоми посмотрела Конраду в лицо, отмечая, как к нему возвращаются краски. Теперь он быстро залечит свою рану и придёт в норму.

«Мы будем вместе. И у нас будут невыносимые, невыносимые маленькие детки».

Когда первая стена Эланкура обрушилась, Наоми засмеялась. Пламя поглощало её дом, но всё, что она могла думать в этот момент, было… «Пусть горит».

— Наоми? — Конрад бросил на неё встревоженный взгляд. — Ты почему смеёшься?

Она ощущала себя свободной, готовой шагнуть в новую жизнь.

— Потому что я счастлива!

— Кажется, это один из тех моментов, когда твоя радость сбивает меня с толку. Ты же говорила, что это дом твоей мечты…

Мечты могут меняться. Она встала на колени перед Конрадом.

— Единственное, что имеет значение, это то, что мы вместе. И сейчас, когда я стала бессмертной, если мы правильно распорядимся шансом, который дала нам судьба, мы будем вместе всегда.

Его брови сошлись над переносицей, словно осознание этой правды пришло к нему только сейчас.

— Но ты любила это место.

— Да, любила. Оно было всем для меня. Раньше, когда у меня кроме этого дома ничего больше не было.

— Ну что же, по крайней мере, это решило проблему, как расширить студию, — заметил Конрад.

— Exactement [130] , — улыбнулась Наоми и заключила его лицо в ладони. — И у нас масса времени на ремонт. Мы можем не спешить и получать от этого удовольствие. Да у нас с тобой в распоряжении всё время мира.

Наоми наклонилась, чтобы поцеловать вампира, которого любила.

Ухмыльнувшись ей в губы, он пробормотал:

— По крайней мере, пока не появится первая парочка близнецов.


Глава 44 | В оковах мрака | Примечания