home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 43

Недели, последовавшие за её воплощением, могли бы стать самыми счастливыми в жизни Наоми.

«Если бы только я не вернулась… другой», — размышляла девушка, поглаживая волосы спящего Конрада.

Вскоре после её воскрешения они поженились. Скромно, без фанфар. Сначала после всех переживаний той бурной ночи Наоми была слишком слаба для свадьбы, но постепенно пришла в себя. И тогда Конрад пригласил священника из мира Ллора, и тот провёл церемонию прямо в Эланкуре.

Наоми грызло чувство вины, потому что она вышла замуж за Конрада, не рассказав вампиру ничего о терзавших её дурных предчувствиях по поводу своей новой сущности. Когда же она узнала, что Бауэн еле вырвал Мари из зеркального плена во время ритуала, Наоми и вовсе потеряла покой. Что-то пошло не так, и заклинание ведьмы сработало неправильно.

Наоми чувствовала, что изменилась.

Она продолжала спать днём, чтобы ночами бодрствовать с Конрадом, но заметила, что теперь нуждается не более чем в четырёх часах отдыха в сутки. Наоми обнаружила также, что могла бы совсем отказаться от пищи. Однако Конрад настолько хорошо изучил её пристрастия в еде, что постоянно соблазнял деликатесами изо всех уголков света. Поэтому она продолжала есть, хотя скорее по привычке, чем по необходимости.

Наоми пыталась дозвониться до Мари, но у Макривов ей ответили, что ведьма с Бауэном отбыли на остров где-то у побережья Белиза. Или у ещё какого-нибудь побережья, похожего на это совершенно фантастическое место.

Наоми мучилась, отчаянно желая сознаться во всём Конраду, но не хотела, чтобы вампир беспокоился. Ведь он бы весь извёлся, переживая за неё.

Рос был полон надежд и так взбудоражен, строя планы их совместного будущего. Он даже уже начал реконструкцию Эланкура, и искренне радовался перспективам новой жизни, которые рисовало ему воображение.

Конрад был счастлив. И она боялась разрушить его счастье.

Тем не менее, когда однажды Наоми порезалась, и рана зажила на ней меньше, чем за час, девушка испытала такое потрясение, что решилась поднять эту тему и попытаться поговорить с ним.

«Я беспокоюсь, Конрад. Иногда мне кажется, что я… не человек», — призналась она.

«Конечно, ты человек, а кем ещё ты можешь быть?» — отмахнулся Конрад, сгребая Наоми в объятия и начиная кружить вокруг себя. Он кружил её на руках, пока не заставил улыбнуться и успокоиться.

Конрад отнёсся к своему обещанию восстановить Эланкур со всей серьёзностью. Наоми проснулась от стука молотка на первое же утро после своего воскрешения. Правда, как только она справилась с последствиями пережитого шока, Конраду не удавалось нормально поработать. Наоми постоянно его отвлекала, потому что находила блестящее от пота тело вампира неотразимым.

Каждый раз, когда она заставала его взмыленного, без рубашки, и смотрела, как перекатываются под кожей мужчины разгоряченные работой мышцы, Наоми не могла устоять. Она хотела его и соблазняла.

«Я пришла в норму», — заявила ему девушка. — «А в нормальном состоянии я откровенно чувственная».

Он ответил на это, что «всегда в её услужении».

Однажды Наоми застала его в своей студии, но Конрад, казалось, не заметил её присутствия. Наоми наблюдала за ним, и у нее перехватило дыхание от гордости за этого мужчину и остро вспыхнувшего желания к нему.

Вампир с нежностью полировал красное дерево балетного станка и сипло бормотал себе под нос: «Когда-нибудь я увижу, как ты здесь танцуешь». Он словно представил себе это прямо в ту секунду и добавил: «Я буду смотреть на тебя часами, а потом попробую на вкус твою влажную кожу».

Они в тот раз даже не успели добраться до кровати…

Забота Конрада об увлечении Наоми заново пробудила в ней желание танцевать, снова использовать эту студию по назначению. Она начала заниматься, едва восстановила силы. И поняла, что её страсть к танцам не ослабела со временем.

Путь обратно на сцену для Наоми был закрыт, она это прекрасно понимала, но решила, что могла бы открыть школу балета для обитателей Ллора. В мире Ллора ничего подобного не существовало. А Наоми с замиранием сердца узнала, что многие дети бессмертных не могли посещать обычные человеческие школы из-за своих рожек, крылышек или голосков сирен.

Когда она поинтересовалась мнением Конрада насчёт идеи открытия «Школы танца Наоми Рос», он ответил: «Если это сделает тебя счастливой, мы запишем каждого щенка Ллора, который пожелает расхаживать в розовом», — и, почесав затылок, добавил: — «Правда, придётся подумать, как расширить твою студию…»

Конрад пошевелился во сне, но не от кошмара. Вампир повернулся к ней лицом, и Наоми погладила его по щеке кончиками пальцев. Конрад тут же уснул ещё крепче. В последние дни кошмары посещали его всё реже и реже.

Конрад боялся снова пить кровь Наоми, однако тот единственный укус уже передал ему воспоминания девушки. Она, в свою очередь, опасалась, что её воспоминания могли стать той последней каплей, которая приведёт его за грань и прорвёт плотину безумия. Однако всё вышло наоборот. Воспоминания Наоми, казалось, принесли лишь пользу, успокоив бунтующий разум вампира.

«Мне снится музыка, смех и тепло…» — признался он ей в один из вечеров. — «Когда я погружаюсь в твои воспоминания, это так… успокаивает. Я с тобой, когда бодрствую. И во сне я тоже с тобой. Мне нравится это».

Наоми знала, что процесс исцеления Конрада ещё не окончен. Это должно было занять много времени. Просто она хотела иметь возможность быть рядом с ним как можно дольше. Получив шанс на новую смертную жизнь, Наоми теперь жаждала бессмертия.

Ведь жизнь с Конрадом сулила такие заманчивые возможности…

Если бы только Наоми имела хоть малейшее представление, что она теперь такое.

Иногда, когда она смотрела на себя в зеркало или замечала краем глаза своё отражение в окне, девушка видела, как проступает её призрачный образ. На мгновение, словно выдернутые вспышкой света из темноты, вокруг глаз и под скулами проявлялись тени.

Её ночное зрение стало таким же совершенным, каким она обладала, будучи призраком. По ночам ей снилось, как она снова парит по воздуху и двигает предметы силой разума.

А сегодня на закате Наоми проснулась, сжимая в ладони розовый лепесток…

За время, прошедшее с ночи воскрешения, Никс несколько раз навещала Наоми. И в каждый из своих визитов валькирия откровенно изучала девушку, бесцеремонно рассматривая её своими золотистыми глазами. Не известно, что там видела прорицательница, но это явно представляло для неё глубокий интерес. А прошлой ночью Никс явилась в Эланкур и вообще не произнесла ни слова. Просто стояла и безучастно смотрела, будто сквозь Наоми.

«Никс, что я такое?» — не выдержав, спросила девушка.

«Что-то… непростое?» — то ли ответила, то ли спросила саму себя Никс.

«Я вернулась неправильной, да?»

Никс вздохнула: «Чем бы ты ни была, я никак пока не могу разобраться».

Наоми и сама не могла разобраться в себе. Она не ощущала себя ни человеком… ни призраком.


Это была странная встреча. Все чувствовали себя, мягко говоря, неловко.

— Садись. Пожалуйста, — сказал Николай, указывая на одно из кресел, расположенных перед его письменным столом. Себастьян уже занимал второе.

Конрад явился в Блэкмаунт, замок Николая, чтобы встретиться с братьями… По настоянию Наоми. В Новом Орлеане сейчас был день, и Наоми захотела вздремнуть после обеда. Так что вампир решил, что успеет покончить с этим, пока она поспит.

У братьев имелась к нему куча вопросов относительно его прошлого, а он со своей стороны намеревался выкупить Эланкур у Николая.

Конрад был так напряжён, что у него начало сводить мышцы шеи. Поэтому, поколебавшись, всё же опустился в кресло. Он едва держал себя в руках, потому что впервые оставил Наоми одну с момента её воскрешения. А пребывание в этом замке только подливало масла в огонь, возвращая его к другим, не менее страшным воспоминаниям.

— Я подумал, вы здесь будете все трое, — отметил Конрад, решив, что нужно разрядить повисшее в воздухе напряжение. — Где Мёрдок?

— Пропал без вести, — ответил Николай. — Мы полагаем, это связано с его таинственной Невестой. Думаю, впервые в жизни у него серьёзные неприятности из-за женщины.

— Пожалуй, ему не повредит, — заключил Себастьян и обратился к Конраду: — Согласись, вернувшись сюда, испытываешь такие нереальные ощущения!

Конрад кивнул. В этом замке он и большинство членов его семьи встретили свою смерть. Он помнил, как младшие сёстры плакали, умирая одна за одной в своих покоях. В Блэкмаунте Конрад родился и вырос… и здесь же он восстал из мёртвых.

Три сотни лет Конрад ненавидел Николая за решение, которое брат принял той судьбоносной ночью. Сейчас из-за Наоми Конрад был ему признателен. Если бы Николай не сделал свой нелёгкий выбор, если бы не решимость Мёрдока, поддержавшего брата, Конрад никогда бы не узнал свою Невесту. Он никогда бы не смог любоваться ею перед сном, тем, как она раздевается, как расчёсывает свои длинные волосы…

Только вчера он смотрел на неё и думал: «Моя Невеста, моя судьба, моя законная жена…»

— Я чувствовал то же самое, когда впервые вернулся, — улыбнулся Себастьян.

Николай фыркнул:

— Ничего подобного. Ты был слишком занят, разукрашивая мне лицо.

— Ну, значит, во второй раз.

Воцарилась неловкая тишина. Конрад оглянулся, изучая обшитый деревянными панелями кабинет. Николай постукивал ручкой по столу. Себастьян тряс ногой.

В конце концов, Николай поднялся из кресла.

— Тут у меня есть кое-что твоё, — сообщил он и, вытащив из ящика стола папку, протянул Конраду. Внутри лежали документы, подтверждающие право собственности на Эланкур, и договор дарения.

— Я подписал дарственную на твоё имя и имя твоей Невесты ещё в ту ночь, когда ты вернул её.

Напряжение, не отпускавшее Конрада, усилилось до предела:

— Я могу заплатить.

— Фактически поместье и так принадлежит Наоми, разве нет? Так что считай это свадебным подарком.

Конрад ненавидел чувствовать себя обязанным.

— Подожди, — обронил он и исчез.

Вампир переместился в Эланкур. Там он сначала проверил, всё ли в порядке у Наоми, поправил ей одеяло и легонько поцеловал. Затем отправился к ящикам с виски и взял одну бутылку. Наоми с самого начала предлагала захватить её с собой, но Конрад резко отказался. Теперь передумал.

Вернувшись в Блэкмаунт, Конрад протянул бутылку Николаю.

Николай стёр пыль с этикетки и потрясённо выдохнул:

— О, мой Бог, это же… это же…

— Да, это именно то, о чём ты думаешь. Настоящее совершенство, — закончил за него Конрад.

Себастьян не стал терять время даром и встал, чтобы принести бокалы из серванта:

— Тогда хватит пялиться на бутылку. Давайте выпьем!

Так они и сделали. Двумя часами позже Конрад пришёл к выводу, что приговорив на троих бутылку виски стоимостью в двадцать тысяч долларов, он не так уж и неловко чувствует себя в присутствии братьев.

Когда Николай и Себастьян начали расспрашивать его, что происходило с ним за последние триста лет, он просто взял и рассказал им всё. Когда они спросили его о Наоми, вампир обнаружил, что с гордостью повествует им о достоинствах своей жены:

— Вы никогда не видели женщину, танцующую, как Наоми. И она заработала деньги на это поместье сама… Только подумайте, сама, будучи незамужней девушкой в двадцатые годы!

Голос Конрада выдавал, как этот факт его самого до сих пор поражает.

— Цепи, наркотики и грубая сила, не смогли удержать Конрада под контролем, — не переставал дивиться Николай, — а крошечная балерина с лёгкостью его приручила. И продолжает дрессировать.

— А как ты собираешься решать вопрос её смертности? — спросил Себастьян.

— Буду искать способ сделать её бессмертной, — отозвался Конрад. Когда братья одарили его недоверчивыми взглядами, Конрад добавил: — Я знаю, это сложно. Но это более предпочтительный сценарий, нежели мне последовать за ней туда, куда она попадёт после смерти. — Конрад залпом допил свой виски и пристально уставился в стеклянное дно бокала. — А вы не думаете о сёстрах, когда возвращаетесь сюда?

Николай и Себастьян многозначительно переглянулись.

В конце концов, Николай протянул:

— Мы собираемся вернуть их. У нас есть возможность забрать их сюда из прошлого… Не изменить историю, а просто отправиться туда и вернуться с ними в наше время.

Конрад прищурил глаза, вглядываясь в брата. Николай ведь не мог шутить такими вещами?

— Как?

— У нас есть волшебный ключ, — ответил Себастьян совершенно серьёзным тоном.

Слово «ключ» заставило Конрада вздрогнуть.

Себастьян разлил остатки виски:

— Богиня по имени Риора даровала мне единственный поворот ключа, но с условием, чтобы я использовал его для воссоединения моей семьи. И я знаю наверняка — ключ сработает.

Если уж скептик Себастьян заявлял, что это должно сработать, то очевидно так оно и было.

— И вы намеревались вернуть и меня, того «прошлого» меня?

— Да, и предложение по-прежнему в силе, — ответил Николай. — Ты только подумай. Мы могли бы очистить твои глаза от крови. И полностью избавить тебя от воспоминаний, которые сводят с ума.

— А что произойдёт с моим теперешним «я»?

— Ты перестанешь существовать, — ответил Себастьян.

— Я так и знал, что у вас был припрятан туз в рукаве. — Не удивительно, что братья были так уверены в его выздоровлении. — Но меня это не устраивает.

Николай в удивлении развёл руками:

— Ты не хочешь снова стать человеком?

— Больше никаких красных глаз, никакой жажды крови, — добавил Себастьян.

Конрад покачал головой:

— И никакой силы, чтобы защищать Наоми. Мне необходимо её беречь. Если прошлое в остальном не изменится, то мои враги останутся прежними, и значит, они будут продолжать охотиться на меня… и на неё. — Конрад снова осушил бокал, думая о том, как ненавидит жестокость своего мира. — Почему вы не сделали этого, не спрашивая меня? Зачем пошли на весь этот риск, захватывали, приковывали, возились со мной?

Он вспомнил, как плевал им в лицо кровью и пытался их убить.

— Мы хотели привести тебя в чувства, чтобы ты стал достаточно стабилен и мог сам сделать выбор, — ответил Николай. — Ведь мы планировали лишить тебя бессмертия. И всех воспоминаний о последних трёхстах годах твоей жизни. Это непростое решение. Мы не могли принять его за тебя, — и тихо добавил: — Я не хотел совершить одну и ту же ошибку дважды.

— Первый раз не был ошибкой, — уверенно заявил Конрад. — Ты принял судьбоносное решение, и за него я в долгу перед тобой.

— Хорошо. Тогда ты не против помочь нам вернуть девочек?

Иисусе, их сёстры на самом деле будут снова живы. У него появится второй шанс узнать их получше.

«О, чёрт, Наоми сможет научить их танцевать», — подумал Конрад и расплылся в улыбке, шокировав такой непривычной для него реакцией братьев.

— Когда мы отправляемся за ними?

— Мы собирались сделать это сразу по возвращении Мёрдока.

Конрад открыл рот, чтобы ответить, и вдруг застыл. Что-то было не так. Мурашки поползли у него по спине.

— Я вернусь, — бросил он и в мгновение ока переместился в Эланкур.

Прямо в открытое пламя.


Глава 42 | В оковах мрака | Глава 44