home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 18

— Ну вот, а мы так хорошо ладили… — пробормотала Наоми, что лишь ещё больше разозлило Конрада. Последние три дня путь вампира к выздоровлению не был простым и гладким, скорее весьма извилистым, с крутыми поворотами, на которых его бесчисленное количество раз заносило назад.

Сейчас они как раз были в состоянии одного из таких вот откатов.

— Наоми, поклянись, что добудешь для меня этот ключ! — требовал Конрад, расхаживая с угрожающим видом перед девушкой, сидящей на кушетке у окна. — Сегодня вечером мои братья уж точно появятся.

Вампиры должны были вернуться ещё день назад, но почему-то задерживались.

— Я же сказала тебе, что не хочу это даже обсуждать, — возразила Наоми. По правде говоря, она даже думать об этом не хотела. Мёрдок считал, что состояние Конрада снова ухудшится, если поторопиться с его освобождением. И Наоми по-прежнему опасалась, что он впадёт в ярость и набросится на братьев, если те попадут ему под горячую руку.

Едва Наоми готова была дать слабину, ей стоило лишь напомнить себе, как всего неполные две недели назад Конрад плевал кровью в лицо братьям, и её решимость тут же укреплялась. Братья разыскивали Конрада несколько веков, так что Наоми не желала оказаться безмозглым призраком, которому втемяшилось освободить вампира, едва он пошёл на поправку.

Прятать от него ключ было рискованно — девушка прекрасно представляла себе бешенство, в которое придёт Конрад, если узнает, что ключ всё это время был у неё. Однако Наоми не хотела, чтобы он зациклился на этом, особенно сейчас, когда его состояние медленно, но верно улучшалось. Если бы Конрад прознал, что у неё есть ключ, это стало бы навязчивой идеей вампира, и он угрозами заставил бы его отдать.

Наоми не лгала ему, просто избегала этой темы. Однако она понимала, что если Росу станет известно, что средство к его освобождению давным-давно лежит в одной из её комнатных туфель в потайной студии, вампир захочет её просто убить…

Конрад перестал мерить комнату шагами.

— Я знаю, тебе мои братья кажутся героями, но если моё состояние не улучшится, они убьют меня, Наоми.

Наоми не верила в это, но знала, что переубедить Конрада не сможет.

— Ты думаешь, я допущу, чтобы в этих стенах тебе кто-нибудь навредил?

Любого, кто попытается убить её вампира, она вышвырнет в болота дельты pour les alligators [66] .

— Ты не понимаешь, что поставлено на карту! — огрызнулся он, едва не срываясь на крик. — Если ты не расслышала, они решительно настроены «положить конец моим страданиям» — мускул задёргался на щеке вампира, что было верным признаком надвигающегося приступа ярости.

К сожалению, эти приступы продолжали случаться. Такой мужчина, как Конрад, просто не мог находиться взаперти. Вампира постоянно угнетало чувство собственного бессилия, и при этом ему всё ещё трудно было управлять своей агрессией.

Порой Рос был подобен бочонку с порохом, который мог в любой момент взорваться. Однако свирепость Конрада была столь неподдельной и искренней! Наоми помнила Луиса двуличным и преисполненным обмана. Ярость же Конрада клокотала в нём в первозданном виде и без прикрас. Этот мужчина не скрывал то, чем являлся.

Впрочем, это вовсе не значило, что Наоми собиралась смиренно терпеть его поведение, если оно оскорбляло её. Однажды она прочла статью о том, как следует устанавливать границы в общении с другими людьми. Если кто-либо ведёт себя недопустимым образом, не следует поощрять подобное поведение, нужно просто игнорировать таких людей. Когда Конрад становился невыносим, Наоми разворачивалась и покидала его, что, по правде говоря, имело прискорбный результат, потому что он лишь ещё больше злился.

Совладав со своим нравом и успокоившись, вампир обычно отправлялся на её поиски и находил Наоми в её излюбленной беседке-фолли или в заросшем саду. Глядя куда угодно, только не в лицо девушки, он, как правило, протягивал руку и резко ронял что-нибудь вроде: «Пошли» или «Не надо убегать…»

— Чёрт побери, Наоми! Почему ты не можешь сделать это для меня? — рявкнул Конрад и в очередной раз ударил кулаком об стену её дома. Терпение Наоми лопнуло.

— Ясотню раз просила тебя не ломать мой дом, Конрад, — произнесла она самым спокойным голосом, на который была только способна. — Может быть, мой дом и выглядит не бог весть как, но это всё, что у меня есть. И если ты не в состоянии относиться уважительно к тому, чего я хочу, я в таком случае не желаю быть рядом с тобой.

И, чтобы он не смог последовать за ней, Наоми телепортировалась в буйно разросшийся сад прямо под палящие лучи полуденного солнца. Оттуда, паря в воздухе над извилистыми запущенными и заросшими травой дорожками, она полетела на берег в свою беседку.

Чем ближе был берег, тем отчётливее Наоми слышала, как под водной гладью сновали обитатели дельты. Они тоже чувствовали её приближение. Почему другие так не могли? Почему лишь Конрад et les animaux [67] были способные её чувствовать и видеть?

Каждый раз, когда Конрад пытался обуздать свой нрав, он устремлялся именно сюда и ходил из стороны в сторону, пока не успокаивался. У Наоми защемило в груди, когда она остановилась взглядом на протоптанной ногами мужчины дорожке вдоль берега, вокруг торчащих из земли корней кипариса.

«Что же мне с ним делать?»

Он так старался. И достиг значительных результатов.

Она подсмотрела однажды, как Конрад нашёл тряпку и попытался с её помощью начистить до блеска свои ботинки, словно солдат, которым он когда-то был. Вампир ежедневно принимал душ, чистил зубы и брился. Ну, возможно, брился он раз в два дня, но ей нравилась лёгкая щетина. Каждый день на закате Наоми, борясь с отвращением, приносила ему кружку крови, из той, что оставили братья. И Конрад выпивал её, потому что его хозяйке это стоило таких очевидных усилий. Постепенно цвет кожи вампира значительно улучшился, а мускулы налились ещё больше.

И по мере того, как он шёл на поправку, они говорили друг с другом всё больше и больше, оба отчаянно нуждаясь в общении. Часто они теряли нить рассуждений, перепрыгивая то назад, то вперёд, но отлично понимали друг друга, словно их мысли каким-то непостижимым образом были абсолютно схожими. Наоми как-то сказала ему:

— Мне нравится, как мы то умолкаем, то снова начинаем говорить, как ни в чём не бывало. Кажется, нет необходимости отзываться на каждое замечание, нет нужды что-то пояснять — как будто мы чувствуем друг друга, понимаем с полуслова. Это всё равно, что танцевать.

— Или заниматься сексом?

Она улыбнулась:

— Только, если он потрясающий.

Он, соглашаясь, кивнул:

— Тогда у нас был бы потрясающий секс.

«О, Господи, да, мог бы быть…»

Казалось, они подходили друг другу во всех смыслах. Конечно, вампир был наполовину безумен, но, поскольку Наоми была призраком из времен «Сухого закона» [68] , имевшим склонность к воровству презервативов, пристрастие к пирожным «Мун-пай» [69] и коллекционированию нижнего белья, в отношении неё также можно было сказать, что она слегка не от мира сего.

Конрад мог её видеть, и присутствие Наоми, казалось, было единственным, что успокаивало его разум. Вампир постепенно приходил в норму, а Наоми чувствовала себя счастливой, как никогда прежде за прошедшие восемьдесят лет. Их истерзанные души обрели подобие покоя рядом друг с другом в этом р азрушающемся доме.

Возможно, пребывание Конрада здесь не было такой уж случайностью, как она полагала сначала. Наоми не могла поверить, что всё это лишь совпадение. Может быть, ему суждено спасти Наоми от её проклятой загробной жизни?

А может быть, судьба Маргариты л'Ар так ничему её и не научила. Если кто и должен был спасать Наоми, то только она сама…

Как только наступили сумерки, явился Конрад.

— Я не буду больше наносить вред твоему дому, — сообщил вампир сходу, при этом умудрившись сохранять одновременно и строптивое, и раскаивающееся выражение лица.

— Merci d' avance [70].

— Я хочу, чтобы ты пошла в дом вместе со мной, — сказал Рос и протянул ей руку.

— Нет, Конрад, не сегодня, — ответила Наоми, заставляя его заскрежетать зубами.

Она знала, что её отказ расстроил его не только потому, что он хотел быть рядом с ней. Наоми полагала, что Конрад испытывал тайную потребность защищать её, словно ей что-то угрожало, и она нуждалась в его защите.

Как будто он считал, что вправе опекать её.

Когда бы он ни смотрел на Наоми в последнее время, его глаза темнели, и взгляд становился всё более и более собственническим.

— Возможно, я сломал кое-что, но я же многое и отремонтировал, — заметил Конрад.

— C’est vrai [71] , — согласилась Наоми. Вампир раздобыл кое-какой инструмент в сарае за подъездной аллеей и подремонтировал дом, починив на скорую руку и залатав дыры в окнах, а также посадил на петли входную дверь, которую сам же и вынес недавно.

Как будто повинуясь какому-то непреодолимому инстинкту, Конрад, казалось, вознамерился окружить Наоми заботой, содержать в тепле и безопасности, и изо всех сил пытался придать главным апартаментам поместья пригодный для жилья вид.

На кровать в основной спальне Конрад уложил новый матрац и добавил к обстановке комнаты несколько предметов мебели из того, что удалось найти. На чердаке вампир откопал антикварный туалетный столик и стул, о которых даже Наоми понятия не имела. Каким-то чудодейственным образом ему удалось прочистить дымоход, и теперь они могли разводить огонь в камине. И, хотя не было заметно, что он мёрз, а Наоми не ощущала холод в принципе, он сообщил ей, что отныне она будет спать с ним в этой комнате.

Это живо напомнило Наоми, что он был военачальником семнадцатого столетия, рождённым аристократом. Конрад Рос привык, чтобы его желаниям подчинялись.

Поэтому он оказался совершенно сбитым с толку, когда она лишь рассмеялась в ответ и высказала мнение, что его деспотические повадки кажутся ей tr`es charmant [72] . А когда Наоми сообщила ему, что у неё уже есть своя комната в доме, он и вовсе разозлился.

Вампира в высшей степени раздражал тот факт, что у неё уже было собственное убежище, куда она каждый день удалялась, оставляя его одного…

— Итак, ты идёшь? — повторил мужчина.

Когда она и с места не сдвинулась, у Конрада буквально на лице было написано, как у него чешутся руки затащить её в дом. Безо всякого сомнения, если бы она существовала во плоти, вампир бы силой заставил её вернуться. Если бы она была материальна, то уже висела бы у Роса на плече, а он тащил бы её в дом.

Этот мужчина, нависавший над Наоми подобно горе, мало-помалу смирялся с тем, что его огромная физическая сила, на которую он, безусловно, полагался во всём и везде, была абсолютно бесполезна в её случае.

Хоть в чём-то её бестелесность оказалась очевидным преимуществом.

Поэтому, если Конрад желал быть с ней, ему стоило убедить её вернуться назад или же не вести себя в самом начале так, чтобы ей захотелось покинуть его.

— Я сказала — не сегодня, — настояла девушка, хотя чувствовала себя не менее несчастной вдалеке от вампира. Однако Наоми не могла позволить, чтобы у него вошло в привычку срывать свой гнев на её доме — или на ней.

— Поступай, как знаешь, — ответил он, едва сдерживая бурлящие эмоции, и отвернулся, чтобы уйти. И всё же Наоми успела заметить, как задёргался мускул на его щеке.


Поздно ночью Наоми, только-только задремавшая в своей студии, проснулась от вопля Конрада.

И, прежде чем она успела подумать, что делает, девушка телепортировалась к нему. В ту секунду, когда она материализовалась рядом с вампиром, Конрад вскинулся и снова закричал во все легкие так, что стёкла задребезжали в окнах.

Наоми метнулась к нему, увидев, как он спустил ноги с кровати и сел.

— Конрад, всё в порядке. Это был просто сон.

Раскачиваясь из стороны в сторону, Рос упёрся локтями в колени и сжал голову закованными в цепи руками.

— Моя голова… разрывается.

Он так сильно сжимал виски, что Наоми испугалась, как бы он не раздавил собственный череп.

— Ш-ш, ш-ш, mon coeur [73] , — прошептала Наоми и толкнула вампира с помощью телекинеза, опрокидывая его на спину. — Всё закончилось.

— Я не хочу… не хочу быть таким больше, — его голос был полон страдания.

— Тебе стало гораздо, гораздо лучше, — уговаривала мужчину девушка. — Скоро твои кошмары прекратятся.

Конрад сфокусировал на ней взгляд, словно только сейчас заметил, что Наоми здесь.

— Ты была… убита, ты напоминаешь мне о всех тех вещах, которые я делал… о последствиях, — сдавленно выговорил он. — И, глядя на тебя, я вижу, что мог бы иметь… если бы всё было… по-другому.

Он снова схватился за голову и забормотал: — Ты — всё, чего не хватало в моём прошлом. И всё, чего будет не хватать в будущем.

Наоми знала, что назавтра он не вспомнит почти ничего из сказанного, а может, и не единого своего слова, но она будет помнить.

— Конрад, твоё будущее не предопределено. У тебя ещё много хорошего впереди.

— Ты — идеальное наказание для меня.

— О, — задохнулась Наоми и поднялась, чтобы уйти, но он потянулся, чтобы удержать её. Когда его огромная ладонь сомкнулась, ухватив лишь воздух, он отвернулся и в отчаянии ударил кулаком об изголовье кровати. Его пылающие красные глаза были пусты.

— Был ли на свете человек, который желал своё собственное наказание с большей силой? — прохрипел вампир.

Наоми ничего не ответила, но вернулась, села рядом с ним и убрала волосы с его лба. Она не хотела, чтобы он испытывал подобную боль, и неистово желала быть способной избавить Конрада от неё. Когда-то он был героем, посвятившим свою жизнь чему-то великому, но сейчас он страдал.

Наоми знала, что этот мужчина был сломлен и нуждался в спасении. И за последние трое суток она убедилась, что вампир был достоин того, чтобы его спасли.

Однако сейчас, глядя на него, Наоми осознала, что, возможно, это будет её бремя.

Только как она могла ему помочь? Девушка вздохнула и попыталась снова уложить Конрада в кровать. Наоми была танцовщицей, поднявшейся из низов до полусвета [74] , которую при жизни увлекали лишь шумные пирушки и вечеринки. Что она знала о том, как возвращать вампиров назад от края бездны?

Похоже, ей придётся положиться лишь на те средства, которые были под рукой, и уповать на то, что целебные свойства виски и смеха просто недооценены.


Глава 17 | В оковах мрака | Глава 19