home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 10

— Возможно, я не достаточно старательно привлекала твоё внимание, вампир? — выдохнула Наоми. — Разве я не обещала показать тебе не только подвязки, если бы только ты действительно мог меня видеть?

Она принялась медленно приподнимать юбку, заставляя ткань сминаться в ладонях.

— Знаешь, я в некоторой степени разбираюсь в том, на что мужчинам нравится… смотреть, — сообщила Наоми, продолжая не спеша обнажать ноги.

— Тебе всё ещё не интересно? — поинтересовалась девушка, едва показались кружевные края чулок на изящных бёдрах.

— Может быть, Конраду хотелось бы увидеть мои трусики? — добавила она, и за какое-то мгновение до того, как эти самые трусики должны были явиться взору вампира, Наоми отпорхнула в дальний угол ванной комнаты. Здесь она находилась вне поля зрения Конрада, и чтобы увидеть её, ему придётся обернуться.

— Грань… грань… — настойчиво твердил вампир.

«Он, должно быть, имеет в виду, что нельзя пересекать определённую черту между нами».

— Да, Конрад, грань! Давай пересечём её! Или мне придётся повысить ставки? Что ж, прекрасно, — вздохнула девушка. — Решил поторговаться со мной. Впрочем, я и так чувствую себя слишком одетой, особенно, учитывая, что ты так очаровательно обнажён…

Конрад весь напрягся, как натянутая струна. Наоми видела, как сокращались мышцы его плеч и шеи.

— Ну же, я здесь, в углу, расшнуровываю корсет, — продолжила Наоми, заставляя свой голос звучать низко и чувственно, а платье шелестеть, как настоящее. — Я это делаю медленно, для моего вампира. О… как же… медленно.

«Мне не послышалось? Он только что издал рычание?»

Наоми слегка выдвинулась вперёд, чтобы платье в её руках попало в поле зрения мужчины, и снова отступила в угол, дразня его, словно животное, которое приманкой заманивают в ловушку.

И Конрад не выдержал. Застонав, он обернулся и замер с открытым ртом.

Она стояла к нему спиной, одетая лишь в пояс с подвязками, чулки и миниатюрные чёрные трусики, и смотрела через плечо прямо на Конрада.

— Я так и знала, вампир! — радостно воскликнула девушка.

Горящий взгляд Конрада медленно скользнул по её лицу, спустился по спине, прошёлся по округлым ягодицам, вниз, вдоль ног, и снова нестерпимо медленно наверх.

— Повернись ко мне, — дрогнувшим голосом с трудом выговорил он, и его акцент ещё никогда не был слышен так явственно, как сейчас.

Вампир обращался напрямую к ней. Впервые за последние восемьдесят лет с Наоми кто-то заговорил. Девушка задрожала от счастья и признательности. Всё внутри неё возликовало от этого краткого акта общения. Не говоря уже о том, в каком волнении она пребывала от обжигающих взглядов этого мужчины. Прикрыв руками грудь, она повернулась. Наоми не смущалась, она сделала это намеренно, желая разжечь в нём ещё больший огонь.

Конрад провёл тыльной стороной ладони по губам.

— О-опусти руки.

Прислонившись спиной к стене, Наоми убрала одну руку, затем другую, и подняла их над головой. Руки Конрада непроизвольно сжимались и разжимались, будто в своём воображении он сжимал эту великолепную грудь. Ничто на свете, казалось, не могло заставить его отвести взгляд. Красные глаза мужчины тлели, как горящие угли в золе. Наоми пришла в трепет, заметив, как едва уловимым движением он прошёлся кончиком языка по клыкам.

— Ты думал, я блефовала?

Словно лишившись дара речи и не в силах оторваться от представившегося ему зрелища, вампир лишь коротко кивнул в ответ.

— Я никогда не блефую. Если требуется обнажить моё тело, чтобы доказать, что ты можешь меня видеть, тогда смотри вдоволь, Конрад, — когда он, наконец, взглянул Наоми в глаза, она склонила голову и послала ему кокетливую улыбку. — Но почему ты игнорировал меня?

— Потому что ты не ре… ты не была реальной, — ответил Конрад и поморщился, словно нашёл свой ответ идиотским.

Он думал, что она галлюцинация. Бедный вампир! Он игнорировал её, потому что пытался сохранить остатки самого себя.

— А ты хочешь, чтобы я была реальной? — отпорхнув от стены, Наоми медленно направилась к мужчине, не отпуская его взгляд. Казалось, он даже не заметил, что неосознанно двинулся ей навстречу и вышел из под льющейся воды. — Меня зовут Наоми, — промурлыкала девушка.

— Наоми, — повторил он рассеянно, — неужели ты совсем не испытываешь смущения?

Девушка покачала головой, разметав волосы по плечам и груди. Несколько локонов скользнули к её соскам, и это зрелище вновь приковало взгляд вампира.

— Довольно трудно заставить себя испытывать сожаления по поводу содеянного, когда мой вампир одаривает меня взглядами, от которых пальцы ног загибаются от удовольствия.

Конрад громко сглотнул.

— Я заставляю твои пальцы загибаться от удовольствия?

Она кивнула и тут же спросила:

— Позволишь присоединиться к тебе?

— Почему ты этого хочешь? — недоверчиво нахмурился Конрад.

— Потому что в настоящий момент кроме тебя ничто на свете для меня не имеет значения, — честно призналась Наоми.


Полуобнажённая призрачная женщина с высокой, пышной грудью желала присоединиться к нему в душе.

А Конрад понятия не имел, как в таком случае следовало себя повести. Вампир покрылся испариной и заскрежетал зубами. У него не было подобного опыта, и он не знал, что полагается делать в такой ситуации.

Конрад родился и вырос в чрезвычайно консервативной среде. За всю свою взрослую человеческую жизнь он ни разу не представал ни перед одной женщиной раздетым, и уж точно ни перед одной не мылся.

А теперь эта призрачная девушка невозмутимо стоит перед ним, облачённая лишь в чулки, подвязки и невероятно сексуальные трусики, плотно облегающие роскошную округлость её попки блестящим чёрным кружевом. А её величественная грудь гордо выставлена напоказ.

«Она ведёт себя столь непосредственно, словно мы муж и жена. А я даже не знаю её полного имени».

Не удержавшись, Конрад окинул очередным жадным взором тело девушки. Наоми оказалась удивительно хорошо сложена, с сильными, стройными ногами и изящными гибкими формами. Это было тело танцовщицы, поражавшее мягкими изгибами бедёр и такой тонкой талией, которую он с лёгкостью мог бы обхватить руками.

И эта грудь…

Конрад тряхнул головой. Она слишком хороша. С чего вдруг полуобнажённой красавице заглядывать к нему в душ? Совершенно случайно появляться в его жизни? Это никак не вязалось со всем тем, что происходило с Конрадом на протяжении целых столетий. С его-то удачей.

— Скорее всего, ты не реальна.

Она лишь ухмыльнулась в ответ, и Конрад в очередной раз проклял себя за свою неотёсанность. Как же ему не хватало той лёгкости, с которой Мёрдок умел обращаться с женщинами. Хотя ещё в ранней юности он уже знал, что напрочь лишён какого-либо обаяния, сейчас Конрад, как никогда прежде сожалел об этом.

— Тебе часто мерещатся вещи, которых не существует? — спросила Наоми.

— Каждый день, — отозвался он. «Но что, если она реальна?..» — Входи. Если хочешь.

Не сводя с него взгляда, девушка полетела по направлению к Конраду. У неё были синие, тлеющие страстью глаза. Они всё понимали. Гипнотизировали. Мужчина против собственной воли потянулся навстречу.

Едва Наоми впорхнула в душевую кабину, тысячи мельчайших электрических разрядов заискрились вокруг неё, словно сверкающий ореол, не позволяющий воде намочить девушку.

Это был сон… эротический сон. Неужели это действительно он, Конрад, абсолютно голый в душе с полуобнажённой танцовщицей? Нужно только расслабиться и получать удовольствие.

Только, чёрт возьми, как? Он не испытывает сексуального возбуждения. Он не способен к эрекции. И она… она — призрак!

Тем не менее, Наоми это всё, казалось, не останавливало. Конрад никогда ещё так отчётливо не ощущал исходящую от неё силу. Призрачная девушка буквально излучала энергетические волны, перетекавшие от неё к вампиру и обратно.

— У le dfiment великолепное тело, n`est-ce pas [30]? Ты такой сильный, мужественный.

Затылок Конрада привычно заныл.

— Не зови меня так больше.

— Значит, помимо прочих языков, ты говоришь и по-французски? — удивилась Наоми и, когда он лишь коротко кивнул в ответ, продолжила:

— Что ж, как же мне тебя называть в таком случае? Конрад Неистовый? Или Конрад Безумный? А может, я могла бы называть тебя «Мой вампир»? — проворковала девушка ещё более ангельским голосом. — О, кажется, последнее тебе пришлось по душе.

Она будто видела его насквозь, и Конрад не представлял, как ей это удавалось.

— Ну, раз ты можешь слышать меня и видеть, я хотела бы выяснить и всё остальное. Быть может, я смогу… возможно, я могла бы прикоснуться к тебе? — прошептала Наоми, и в её голосе вдруг проявилась такая пронзительная тоска, что Конрад невольно содрогнулся. — Видишь ли, я ничего не чувствую. Мои руки проходят сквозь всё, к чему я прикасаюсь.

Эта девушка не могла ни к чему прикоснуться, а он не способен был испытывать возбуждение. Впрочем, он всё же не лишился всех радостей жизни — Конрад по-прежнему ощущал вкус крови на языке, опьянение от бодрящего прикосновения прохладного ветра.

— Что если я очень тщательно сконцентрируюсь, может быть, с тобой… с тобой я снова смогу чувствовать? — Наоми подняла изящную, бледную руку с окрашенными тёмным лаком ногтями и прилипшим к тыльной стороне ладони розовым лепестком. Лепесток слетел с запястья девушки, закружился и растворился в воздухе. — Можно я попробую к тебе прикоснуться?

«По крайней мере, на этот раз она спрашивает».

— Делай, что хочешь, — хрипло согласился Конрад.

Она потянулась к нему, медленно, дюйм за дюймом приближая дрожащую руку к телу мужчины. Конрад ощутил, как его кожу начало покалывать электрическими разрядами. Ощущала ли она прикосновение к нему?

«Хочу ли я, чтобы у неё получилось? Да, Господи, да».

Он этого хотел. Однако рука девушки беспрепятственно прошла сквозь его грудь. И хотя там, где она коснулась его, Конрад ощутил небольшое покалывание, и мускулы непроизвольно сократились, он не почувствовал ни малейшего давления, как от настоящего прикосновения.

Наоми выглядела поникшей от разочарования. Она сделала ещё одну безуспешную попытку, проведя рукой вниз по телу вампира, но он по-прежнему ощущал лишь покалывание, которое, впрочем, не казалось ему неприятным

Значит, не судьба, — вздохнула Наоми, и в её голосе прозвучало столько горечи, что Конраду сделалось не по себе, будто это он был повинен в разочаровании, постигшем девушку.

Откашлявшись в кулак, вампир предложил:

— Ямогу попробовать… коснуться тебя.

В мгновение ока лицо Наоми прояснилось. Неужели ему удалось её воодушевить? Так просто?

— И где бы ты хотел коснуться меня, Конрад?

Он уставился на её грудь, прежде чем смог совладать с собой.

— Тогда коснись их, Конрад, — промурлыкала Наоми, и каждое слово девушки звучало, словно ласка.

Энергия, исходившая от Наоми, привела Конрада в состояние необъяснимого внутреннего смятения. Странные желания обрушились на вампира. Он вдруг захотел не просто коснуться её. Конраду хотелось целовать её тело, заставить Наоми прильнуть к нему, пройтись языком по её напряжённым соскам. Понравилось бы ей такое? Смог бы он заставить её стонать от удовольствия?

Вампира внезапно обуяла невыносимая потребность прижать Наоми спиной к стене душевой кабины, не оставляя девушке пути к отступлению. Она могла бы пройти сквозь эту стену, однако позволила Конраду опереться коленом о кафельную поверхность у самого её бедра и, подняв скованные руки над её головой, нависнуть над ней.

Конрад замер, утонув в самых прекрасных глазах, какие ему доводилось видеть. Он смотрел в лицо этой девушки, и мгла в его голове рассеивалась, словно утренний туман, сдуваемый морским ветром. Смущение отступало, мысли делались ясными. Конрад чувствовал, что может сосредоточиться.

Он чувствовал… что-то… столько всего…

Разум прояснялся. Все его эмоции приходили в равновесие. Даже мысли, казалось, упорядочились. Он мог сфокусироваться на каждой из них в отдельности.

И Конрад хотел понять почему.

Неужели, Наоми действовала на него подобным образом, или лекарства, которые ему кололи, всё же начали давать эффект? Кем эта девушка была для него? Смутное подозрение закралось в душу мужчины, однако Конрад отмахнулся от него.

Дыхание Наоми участилось, и она прикрыла веки, будто прислушиваясь к своим ощущениям. Эта миниатюрная девушка казалась самим совершенством, но при этом смотрела на Конрада таким… жадным взглядом, словно, ни его красные глаза, ни его испещрённое множеством шрамов массивное тело не смущали её. Способны ли призраки испытывать желание?

Конрад терялся в догадках, ведь с подобными созданиями он никогда не имел дела — ни с призраками, ни с чувственными, не скрывающими своей страстной натуры женщинами.

А Наоми оказалась одновременно и тем и другим, и поэтому Конраду вдвойне хотелось прикоснуться к ней.

Шумно сглотнув, вампир опустил руки на восхитительную грудь девушки.

Она действительно выгнулась ему навстречу? Большие ладони Конрада накрыли грудь Наоми, но он ощутил лишь уже знакомое покалывание электрических разрядов.

Вампир заметил, как девушка опустила взгляд. Она желала знать, как отреагировал он. Конрад уронил руки, ощущая волну стыда за то, что не был твёрд. В это мгновенье он всё бы отдал, лишь бы снова быть на это способным.

— Ты не можешь меня возбудить, — он шагнул назад под поток воды. — Я такой уже три сотни лет.

— Но тебе бы этого хотелось?

— А тебе?

— Да, — начала Наоми и уже шутливо добавила: — думаю, это было бы милое зрелище.

Когда-то Конрад был доблестным, гордым военачальником. А теперь это бестелесное создание заставило его сгорать от стыда. Что бы она подумала о нём, вернись к нему жизнь? Что сказала бы, если бы его член гордо вздымался, твёрдый и налившийся от вожделения?

— Для того, чтобы вдохнуть в меня жизнь, нужна особая женщина. Я полагаю, женщина во плоти и крови. Так что, ты не подходишь.

— Ты говоришь о своей Невесте?

— Радуйся, что ты — не она, — отозвался Конрад, но задумался.

Сегодня его разум просветлел настолько, что вампир, наконец, смог вспомнить, чего он так страстно желал, о чём так сожалел, осознав, что ему не суждено больше это познать.

«Я хотел найти свою женщину. Заявить на неё права, защищать, делить с ней удовольствия».

В своей смертной жизни Конрад непрестанно об этом мечтал. Что если именно эта женщина была ему суждена?

Рана на руке вдруг засаднила под струями воды. Если то, что этой отметиной на него наложили проклятье, было правдой…

Неужели сама судьба привела его к маленькой призрачной хозяйке Эланкура? Вампир вспомнил, как его пробрала дрожь, когда Николай всего лишь упомянул название её поместья.

А теперь Конрад оказался здесь взаперти. И это, скорее всего, лишь первый шаг на пути к предречённому. Его мечта… её злой рок.

— Тебе нужно держаться от меня подальше, — «Я должен выбраться из этого места». — Ради твоего собственного благополучия.

Наоми нахмурилась.

— Не знаю, вампир, смогу ли я удержаться от искушения, — возразила девушка, но ответить Конрад не успел.

В ванную комнату вошёл Николай, а за ним по пятам Себастьян.

— Что здесь происходит? — поинтересовался старший.

Конрад стремительным движением закрыл Наоми своим телом и оскалился в сторону братьев. Ярость затопила вампира при мысли, что она не одета и находится в одном помещении с другими мужчинами. Клыки сами собой заострились от охватившего его бешенства.

— Уходи. Немедленно, — велел он ей через плечо. Конрад рычал и шипел одновременно.

— Но они не могут меня… — заикнулась Наоми.

— Я сказал немедленно! — рявкнул Конрад, да так, что Наоми невольно зажмурилась, замерцала и исчезла.

Он её напугал. Ему следовало её напугать.

— Что здесь, чёрт побери, происходит, Конрад? — допытывался Николай, держа наготове новый шприц.

«Мне нельзя ещё один укол».

Ему нужно было осмыслить всё то, что только что произошло между ним и этой женщиной. Сжав виски руками, Конрад постарался подавить плещущуюся в нём ярость, заглушить воспоминания, вернувшиеся к нему вместе с гневом. Николай заколебался — ведь это именно он говорил Конраду, что его воспоминаниями можно управлять. И сейчас, прямо у него на глазах Конрад прилагал все усилия, чтобы справиться с ними…

Время шло… «Держи себя в руках», — внушал себе вампир. И он, должно быть, преуспел, потому что Николай, в конце концов, убрал шприц в карман.

— Ты совладал с этим, Конрад, — с гордостью провозгласил Себастьян. — Это первый шаг.

Николай оказался более внимательным.

— С кем это ты здесь разговаривал?

— Просто уйдите и дайте мне одеться, — устало отозвался Конрад, ощущая, как его тело было измотано борьбой с собственным разумом. — Вы не поверите мне, даже если я скажу.

Теперь, когда женщина исчезла, а её волнующий аромат развеялся, Конрада охватили сомнения по поводу произошедшего. Братья не стали давить на него — они, скорее всего, не сомневались, что не поверят ему. После некоторых колебаний они, всё же, вышли дожидаться Конрада снаружи.

Выключив воду, он насухо вытерся и, возможно, впервые за минувшие три сотни лет решил взглянуть на собственное отражение. На щеках давно не бритая щетина, кроваво-красные глаза, волосы пострижены неровно и уже слишком отросли. Даже ему самому его внешний вид показался устрашающим, и это учитывая, что из зеркала на Конрада взирал весьма улучшенный за несколько последних дней его вариант. Вампир выругался. Хотя и в прошлом, будучи ещё смертным, он никогда не уделял своей внешности особого внимания, удостаивая собственное отражение в лучшем случае мимолетным взглядом.

С другой стороны, никогда прежде ему не хотелось ни на кого произвести впечатление.

Конрад натянул джинсы, оставленные для него братьями. Со скованными руками рубашку одеть не получилось, и ему нестерпимо захотелось прибить за это Николая и Себастьяна. Однако на это у вампира совсем не осталось сил.

Впрочем, у него появилась гораздо лучшая идея…

— Что тебя там так взбесило? — спросил Себастьян, едва Конрад переступил порог ванной комнаты.

«Надо заставить их думать, что я исцеляюсь».

— Ничего.

«А я исцеляюсь?»

Конрад решил, что станет делать то, чего братья он него хотят, пока не придумает, как сбежать отсюда.

Себастьян взял в руки бинты и с молчаливым вопросом на лице уставился на Конрада. Поколебавшись мгновение, вампир протянул брату раненную руку.

— Как ты это получил? — поинтересовался Николай, пока Себастьян перевязывал рану.

— Профессиональный риск, — пробормотал Конрад.

Любезность Тарута, древнего и могущественного сонного демона, сотрудничавшего с Капслигой.

Они с Конрадом пытались убить друг друга на протяжении нескольких столетий, но ни один не преуспел. Однако две недели назад Тарут записал на свой счёт весьма значительную победу.

Он отметил Конрада когтями. И, если сплетни о сонных демонах правдивы, то всякий раз, когда Конрад и демон заснут одновременно, Тарут сможет определить местоположение вампира.

Конрад полагал, что слухи о метке были обычными байками, которые демоны распространяли намеренно. Однако рана не заживала.

И это была лишь часть проклятья. Легенда гласила, что Конрад не сможет излечиться, пока либо он, либо демон не будут убиты — или пока самая заветная мечта и самый страшный кошмар Конрада не станут явью.

— Ты потеряешь всё, о чём мечтал, — сказал ему Тарут при их последней стычке.

Конрад подавил озноб. Проклятье, возможно, начинало сбываться. Его мечта… её злой рок.

— Ты выглядишь в тысячу раз лучше после душа, — отметил Себастьян. — И существенно более собран.

Конрад пожал плечами. Это не имело значения. Ведь помимо Тарута за его головой охотилось по меньшей мере полдюжины профессиональных убийц, готовых заполучить его любыми средствами, живым или мёртвым.

Капслига, орден, к которому он когда-то принадлежал, требовала его смерти, потому что само существование вампира, носящего знак ордена на спине, было кощунством. Конрад стал их главной целью, и они объявили охоту на него, спустив с цепи Тарута и других убийц.

Следующими на очереди шли бесчисленные потомки жертв Конрада, жаждущие отомстить мечом за кровь своих предков.

И, наконец, это было лишь вопросом времени, когда его разыщут Ридстром Вуд, сверженный король свирепых яростных демонов, и его наследник Кейдеон, потому что Конрад раздобыл некую информацию, за которую эти двое готовы были убить.

И, хотя ещё по меньшей мере дюжина самых разных демонархий объявила падшего вампира своим врагом номер один, никого из них Конрад не опасался, кроме этих братьев Вуд, как прозвали эту пару.

Любой из тех, кто охотился на вампира, был способен не колеблясь уничтожить всё на пути достижения своей цели. Всех, кто был рядом с ним, могли прикончить в любую минуту, да так, что Конрад и братья и пальцем не успели бы пошевелить ради своей защиты.

— Не надумал попить? — спросил Николай.

— Единственное, что я пью помимо живой крови из вены — это виски, — солгал вампир.

Конраду доводилось пить кровь из пакетов, но сейчас он упорно отказывался. Его жажда усиливалась, однако он не нуждался в столь частом приеме пищи, как многие другие вампиры, и да будет он проклят, если подчинится братьям и в этом.

Мёрдок обозвал его упрямцем, и Конрад этого не отрицал. После того, как они его пленили, заковали в цепи и напичкали лекарствами, вампир не собирался потакать их тщетным планам, особенно теперь, когда он решил убраться отсюда как можно скорее.

Конрад обратил внимание, что ключ от его цепей был у каждого из братьев. Когда призрак вернётся, он заставит её украсть один из них. А потом он сбежит.

Нет ничего проще.


Глава 9 | В оковах мрака | Глава 11