home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5

- Валентина, проверь рюкзаки, – сказала директор клуба, старорежимная грымза, ветеран еще аж довоенного туризма. – С прошлого похода, по-моему, несколько лямок вот-вот оборвутся. Посмотри, пока время есть… Была ты сегодня в школе?

- Как же, Кира Михална, – откликнулась Валя, вынужденная говорить с начальницей оптимистичным тоном.

   Иначе выйдет себе дороже: стоит только допустить интонацию, соответствующую Валиному настроению, как нетерпимая к проявлениям упадничества и безысходности старуха начнет придираться к ней на каждом слове.

- Ну и как народ? Есть желающие завязать с нами дружбу?

- Желающих хоть отбавляй, – бодрым тоном рапортовала Валя. – И такие чудики ребятки, все хотели взять кого-нибудь с собой: родителей там, друзей, кошку-мышку. Один говорит – моей собаке места в палатке не надо, она у меня на животе будет спать!

    Вполне счастливая, старуха рассмеялась низким басистым смехом, а Валя прошла в пахнущую резиной, длинную и темную кладовую, где с одной стороны лежали в мешках палатки, а с другой  висели на крючках рюкзаки. У некоторых из них лямки, действительно, держались на честном слове. Но дело было не в этом! Дело было совершенно не в этом...

- Валентина, поди сюда, посмотри в окошко. Что это он там стоит?

   На улице, напротив их вывески «Детский районный турклуб «Путешественник» торчал восточный человек лет под сорок, в костюме с иголочки, как все они одеваются, стоит им только выйти из-за рыночных прилавков. В соответствии со своей генетической традицией часами глядеть на луну, незнакомец застыл на месте, не сводя глаз с их входной двери.

- Что ему здесь нужно, ты как считаешь? – беспокоилась старуха.

- Ой, да не нервничайте вы. Ну, просто остановился человек, думает о чем-то своем.

- Но почему напротив нас?! Может, он террорист, прикидывает, что как можно сделать…

- Террорист! – Валя фыркнула в кулак. – Террорист бы куда-нибудь в другое место пошел, что-нибудь другое взрывать! Нужны ему наши рюкзаки…

   А про себя она вдруг подумала, что, может быть, это было бы и неплохо. Гори они синим пламенем, все эти оторванные лямки, запачканные землей палатки, все сметы-отчеты, ведомости, списки членов клуба и прочее. И они с Кирой в придачу. Старухе давно уже пора на тот свет, а ей, Вале, до жути все надоело, вся ее безрадостная и никому, в том числе ей самой, не нужная  жизнь. Главное, ничего нельзя изменить... Женщина среднего возраста, средних способностей, средней степени миловидности – почему, казалось бы, не иметь ей среднестатистического счастья? А вот счастья  на ее долю ни крупицы не выпало. Да и откуда оно возьмется, если женщина изо дня в день крутится возле  малолеток, готовит их к походу, а потом отправляется с ними на два дня за город? А если к группе примкнет какой-нибудь мало-мальски симпатичный  человек, то это обязательно отец кого-то из ее подопечных...

  Так было из года в год – в Валиной судьбе ничего не менялось. Ведь не повесишь себе на грудь табличку «Ищу спутника жизни»! Правда, сейчас многие знакомятся через интернет, но это, считала Валя, подходит более молодым девчонкам. И вообще – это ее кто-то должен увидеть, с нею пожелать познакомиться. Пусть Валя несовременный человек, но все-таки инициативу должен проявлять мужчина…

    От таких не в первый раз приходящих мыслей заныл зуб – был у нее один недолеченный, время от времени напоминающий о себе. Лечить его в районной поликлинике не брались, ссылаясь на какие-то специфические сложности, которых в действительности, скорее всего, не существовало. Просто врач не хотел возиться – с какой стати, если это все равно не оплачивается. Надо было пойти в платную стоматологию, но Валя все собиралась с духом. Не так легко взять да и выложить одним махом половину своей  зарплаты. 

- Кирочка Михална, – вслух сказала она. – У вас нет анальгинчику? Что-то у меня зуб заболел.

    Директорша принялась шарить в своем ридикюле времен первой, от силы второй пятилетки, но ничего из его недр не выудила. Оказалось, вчера, мучимая ломотой в пояснице – память о посвященных туризму годах – она прикончила все свое болеутоляющее. Однако, воспитанная на принципах коллективизма и взаимовыручки, старуха не могла видеть, как  товарищ по общему делу кривится  рядом от боли.

- Поди сходи в аптеку. Рюкзаки подождут – все равно ты в таком состоянии не работник…

   Валя живо собралась и пошла. Кроме прочего, ей  хотелось вырваться из надоевшего, пахнущего резиной подземелья на свежий воздух, пройтись по открытому пространству. Вдоль проспекта ветер гнал желтые повядшие листья: еще не сухие, но уже и не полные молодых соков, как летом… словно она сама. Придет время, и ее плоть станет высохшим, аж коричневым листком, а она все будет работать здесь, в этом детском туристическом клубе, разве что на месте старухи. И ничего в ее судьбе не изменится.

   День Знаний, уже переживший свой утренний апофеоз, потихоньку доцветал на проспекте: гаврики как раз закончили учебу и высыпали на улицу. Малыши расходились по домам в почетном сопровождении взрослых. Многие родители отпросились сегодня с работы, чтобы встретить ребенка из школы, а заодно попраздновать с ним. Взрослые с детьми создавали на проспекте атмосферу особой торжественности,  заслуженной гордости собой и друг другом. Как же, одни – выросли, другие – вырастили, есть чем похвастаться в первый день сентября. Вальяжного вида бабушка подвела свою малявку к ларьку выбирать мороженое. Было видно, что девчушку завораживает сама возможность выбора - пока он не сделан, вся витрина кажется твоей.

   У Вали сжалось сердце: ну почему первый же аборт навсегда лишил ее материнства? Можно было вырастить ребенка и без отца. Например, привезти из пригорода свою тетку-пенсионерку, а самой сразу после декрета выйти на работу… Как-нибудь бы прожили. Вопрос решался семь лет назад – не продешеви она тогда, и  картина с девочкой, выбирающей мороженое, могла бы иметь к ней самое непосредственное отношение… Валя достала платочек, чтобы вытереть вспотевший лоб… ну и глаза заодно промокнуть...

- Дэвушка? – с восточным акцентом сказали сзади.


предыдущая глава | Переселение, или по ту сторону дисплея | cледующая глава