home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



29

   И вот оно наступило по-настоящему, это утро. Алишер не юлил, не суетился, как тогда во сне, но с неусыпной бдительностью следовал за ней взглядом везде, куда бы она ни повернулась. В глубине его миндалевидных черных глаз таилась усмешка: что, мол, ты там себе думаешь – все равно все будет по-нашему… Эта усмешка, если снять с нее все покровы, навеянные глупой женской доверчивостью, оказалась попросту алчной, насмешливой и злобной. Теперь уже Валя не сомневалась, что коль скоро у шакалов все получится, по прилету в Турцию ее ждет не семейная жизнь, а продажа в рабство.

   У подъезда стояла машина, на которой они доехали до клуба. Все время поездки Алишер многозначительно поглядывал на Валю и крепко сжимал ей руку: вроде как ласково, но и с предупреждением. В его понимании, вероятно, все женщины были дуры. Но Валя прекрасно чувствовала несвоевременность каких-либо действий: даже если этот шофер не член группировки, а обычный никем не ангажированный  извозчик, он, скорее всего, не станет лезть в чужие дела. Тем более такие опасные. Кому охота подвергать себя риску? Вот разве что его собственный ребенок должен пойти сегодня в поход…

    Она еще не успела собраться с мыслями, как вокруг замелькали знакомые декоративные кусты с белыми шариками-сережками, из-за угла выступило здание клуба, и машина остановилась. Так и есть – на площадке перед входом уже ждали разноцветные фигурки с привешенными на спины хмуро-зелеными рюкзаками. Яркие курточки, комбинезоны, шапки с помпонами – будто на праздник. Сколько раз Валя говорила, что в поход надо надевать поношенную одежду, но эту публику ничем не проймешь. Если крикнуть сейчас «Разойдись по домам!!!» – тоже никто не послушает. Она только выдаст себя, а делу пользы не будет.

    Алишер галантно помог ей выбраться из машины, но теперь он сжимал ее руку словно тисками. Наверно, рассчитывал на то, что мужская сила психологически подавляет женщину, тем более такую измученную и смятенную, какою была сейчас Валя. И она действительно опустила голову, чтобы не смотреть на ребятишек, которым, скорее всего, ничем не сможет помочь.

-  Стой, Валюша! Неужели это ты?

Чей-то знакомый голос звал ее по имени. Алишер напрягся, словно леопард перед прыжком, но в следующую секунду замер на месте. Вероятно, его мозг лихорадочно переваривал это новое препятствие – что кто-то зовет Валю по имени. С одной стороны, это естественно: ведь она работает в клубе, ее тут знают и в любую минуту могут окликнуть. С другой стороны, никакие отступления от плана, разработанного им вместе с дядей, крайне нежелательны.

   Пока Алишер раздумывал, Валя подняла голову: им навстречу спешила Светка, с которой познакомились в парикмахерской. Впереди себя она подгоняла двух ребятишек, один из которых, по-видимому, был ее сыном. Ведь она говорила, что у нее есть сын, который учится в пятом классе.

   Сегодня он у нее действительно есть, а что будет завтра, одному Богу известно…

   Валя почувствовала, что не может выдерживать такого напряжения. Скорей бы уж наступила развязка: она выкрикнет свое предостережение, хотя бы это оказался крик в пустоту! И после будь что будет…

 Между тем Светка с улыбкой остановилась рядом.

- Здравствуйте, – не без жеманства поздоровалась она с Алишером. – Валюша, а я смотрю, ты это или не ты. Только сейчас сообразила, что твоя работа связана с туризмом и с детьми тоже, так, значит, ты и есть сопровождающая. Забавно, правда? Вот привела тебе двух походников, –   Светка оглянулась назад, но ее мальчики уже успели отбежать в сторону. – Мой сынишка и его друг, учатся в одном классе.

- Да… это хорошо… – выдавила из себя Валя.

Светка перевела взгляд на Алишера:

- А вы тоже пойдете в поход?

- Я? Да…– смешался шакал, не ожидавший прямого вопроса. – Грущик буду… палаток много таскать…

- А разве у вас не будет автобуса?

   Словно в ответ на ее слова из-за угла вырулил «Икарус», очень похожий на тот, который Валя видела во сне. Только шторка кабины оказалась задернутой, и шофера не было видно.

- Какой красавец!.. Вы знаете, я и сама пошла бы с вами в поход, – доверительно сообщила Светка. – Да только боюсь, что Славку моего будут потом дразнить – маменькин сынок! Как это у мальчишек бывает, знаете…

   «Где старуха?» – тоскливо думала Валя. Светка, сама того не подозревая, проводила отвлекающий маневр, и сейчас, пожалуй, можно было бы подать голос, прежде чем шакал зажмет Вале рот. Но надо, чтобы этот голос был кем-то услышан. Светка, конечно, тоже взрослый человек, но в сравнении со старухой никуда не годится. Старуха всегда  боялась террористов, до смешного много думала о них – поэтому и могла моментально врубиться в суть дела. Она, и больше никто. А болтливая, чересчур общительная Светка вряд ли сумеет сориентироваться в ситуации.

- Вы давно знакомы с Валюшей? Она мне много о вас рассказывала! В наши дни это редкость – когда кто-то так красиво ухаживает за женщиной…

- М-м-м, – промычал  шакал, не знающий что сказать.

- Летом вы, наверное, повезете ее отдыхать в свой родной город? Вы ведь живете на море, правда? Или ближе к пустыне? А я, знаете, была в Египте…

   «ЗАЛОЖНИКИ…» – Валя мысленно приготовилась произнести одно это слово. Больше не успеет, а это можно попробовать сказать. И надо сейчас, не то уже будет поздно…

- На свадьбу-то пригласите? – приставала к шакалу Светка. – У Валюши это первая свадьба, а у вас? Ой, я, наверное, неделикатно…

- М-м-м… – мычал злополучный жених.

- Приходите к нам в гости. Вот как вернетесь из похода, так сразу договоримся…

- ЗА – ЛОЖ… – громко начала Валя.

   Ну до чего долго говорить вслух, гораздо медленнее, чем про себя! В следующий момент крепкая ладонь зажала ей рот.

   Дальше казалось, что она опять видит сон, как это уже было прошлой ночью. Светка замерла, а через секунду отпрыгнула, словно кенгуру, в сторону детей. Цветные курточки колыхнулись, но отнюдь не подумали броситься врассыпную; наоборот, еще плотнее сдвинулись посмотреть, что будет. Но среди них, как в мультике, выросли невесть откуда взявшиеся пятнисто-зеленые фигуры, бесшумно устремившиеся к автобусу. В следующий момент Валя почувствовала себя мячом, который баскетболист выбивает из рук противника и пасуют игроку своей команды. А тот – другому игроку.  Два-три таких паса – и она, оглушенная и непонимающая, оказалась на крыльце клуба. Во всяком случае, теперь под ее насильно пригнутой головой были знакомые полустертые ступеньки.

   - Что вы, наша сотрудница… – раздался где-то сверху густой басистый голос старухи. – Это она предупредила меня о том, что готовится теракт.

   Тогда мяч снова бросили, и он полетел в угол. Очнувшись, Валя увидела два склоненных над собою лица: старухи и еще чье-то… тоже женское, немолодое, смутно знакомое. Затем появился стакан с водой, от которого остро пахло аптекой; старуха и другая склонившаяся к ней женщина повторяли два слова, смысл которых Валя никак не могла понять: «выпить успокоительное».  Наконец до нее дошло...

   Потом эти женщины стали гладить Валю по волосам, тянули за руки, чтобы поднять с полу. Валя вдруг осознала, что сидит в углу, привалившись спиной к стене, и трясется как в лихорадке. А они говорили  наперебой:

- Валюша, уже кончилось, теперь все страшное позади… Пойдем, приляжешь у меня в кабинете!

- Дети спасены, понимаете? Опасности больше нет! И с вами все хорошо – через полчаса вы будете в порядке…

- Я уже в порядке, – пробормотала Валя и сделала попытку встать, но ставшие ватными ноги не держали.

   Тогда старуха, любившая выражение «подставить плечо», сделала это в прямом смысле слова, а смутно знакомая женщина в это время поддержала Валю с другой стороны. И вскоре все трое уже сидели на кожаном диване в кабинете старухи. Валя принудила себя проглотить пахучую жидкость, которая была в стакане, и довольно скоро почувствовала, что уже может спрашивать и понимать.

- Что это было такое?

- А вы еще не поняли? Обыкновенный захват заложников… 

 Лицо ответившей женщины казалось ей все больше знакомым. Эта косая морщинка между глаз…

- Вспоминаете меня? Мы виделись как-то в парикмахерской…

- Женщина без очереди! – вырвалось у Вали.

- Почему же без очереди, я занимала…– с некоторой обидой и конфузливостью отозвалась та, которая когда-то испортила Вале настроение.

   Как давно это было, хотя по времени совсем недавно! Всего полтора месяца прошло, а для Вали – целая жизнь. Если бы она сразу задумалась над словами этой серьезной женщины, ей бы не пришлось испытать кошмара последних дней…

- Лена наш старый друг, – поспешила вмешаться старуха. – Она у нас в округе читает лекции по безопасности.  Елена Дмитриева Короткова, не слышали? Так вот –  когда ты, Валюша, мне позвонила…

- Но я же ничего не сказала! – Валя сейчас совершенно не могла сдерживаться, вскрикивала, перебивала – до того сдали нервы. –  Я же, наоборот, сказала, что это я вызвала автобус!

- А я так тебе и поверила!  Ты говорила странно, словно через силу… Я ведь знаю твой голос больше десяти лет! – торжествующе заключила старуха. – Кроме того, твой  э-э… добрый знакомый последнего времени не располагал к безмятежному спокойствию… 

- Вы всегда его подозревали? – хриплым шепотом вырвалось у Вали.

- Ну, в общем, да… Скажем так – я никогда не испытывала к нему полного доверия.

- И что же?

- После нашего разговора я позвонила тебе домой: соседи сказали, что ты вторые сутки где-то отсутствуешь. Потом позвонила в Мострансагентство, выяснить, каким кредитом оформили автобус. Там сказали, ничего подобного не было. И вот тогда я стала подумывать – не заявить ли в правоохранительные органы? Но знаешь, как это бывает – вроде боишься зря кого-то побеспокоить…

- Вы могли просто обзвонить детей, что поход отменяется, – по-прежнему хрипло сказала Валя. – Список лежал у меня в столе, вы не знали?

  Старуха усмехнулась:

- Хороша я была б директор, если б не знала, где что лежит! Конечно, знала. Но ведь твоему голубчику так и так требовалось уехать,  – развела руками Кира Михайловна. – Сорвалось бы у нас, он бы в другом месте поискал, других заложников. Где-нибудь да нашел бы… А потом, при отсутствии во дворе детей подозрение должно было пасть на тебя…

- Вы и об этом подумали? – поразилась Валя. – Не только о детях, но и обо мне?

- Ты сама подумала о других, Валюша, – нежно сказала старуха, склоняясь к ней и поправляя ее растрепавшиеся волосы. – Ведь ты пыталась предупредить… Ну, а я со своими сомненьями обратилась к Елене Дмитриевне…

- И я сразу же предложила вызвать бригаду, – подхватила женщина из парикмахерской. – В таких делах, знаете, лучше пересолить, чем недосолить…

- Но ведь могло оказаться, что ничего такого нет! – выкрикнула Валя. – Тогда вы обе оказались бы в неловком положении!

- Пережили бы, – залихватски подмигнула старуха. – Ну, может, пришлось бы заплатить штраф. Но я ведь им так и сказала – предположение. Поначалу я не была уверена…

- А когда уверились? – спросила Валя.

- Когда увидела в окно, как ты из машины выходишь с этим своим… лунноликим. И как ты смотришь, и как он на тебя смотрит и держит тебя при себе, словно собачку на поводке. Потом к тебе какая-то женщина подошла, очень кстати. Это дало бригаде время сгруппироваться…

    Валя снова вспомнила этот ужасный миг – как она внутренне гонит, торопит произносимые в мыслях звуки одного-единственного слова, а наяву получается страшно медленно: ЗА –ЛОЖ –НИ – КИ… Ни за что на свете не хотелось бы ей еще раз говорить так, мучительно ощущая несовместимость желаемого с тем, что выходит на самом деле. Жуткое чувство, хуже не придумаешь…

- А кто она, эта женщина, которая к тебе подошла?

- Подруга, – очнулась Валя. – Просто подруга. Мы с ней познакомились в той самой парикмахерской...

- Хорошо, когда у человека есть друзья, – улыбнулась Елена Дмитриевна. – Кстати, я ее помню, ведь это вы с ней тогда в очереди разговаривали. А еще я знаю, что ее сын учится в одном классе с моим племянником.

- Как мир-то тесен, – удивилась старуха.

- И не говорите, Кира Михална. С этим делом, слава Богу, закончили, другое на подходе… И, между прочим, в помощи нуждаются те же самые мальчишки!

- Неужели снова какая-то напасть? И опять на тех же ребятишек?! Да что ж это за жизнь такая пошла, в конце концов?!

- Вот такая и есть, – вздохнула Елена Дмитриевна в ответ на эмоции старухи. – Все под Богом ходим. Если бы человек знал обо всех опасностях, которых ему удалось избежать за день… Только крестился бы да Бога благодарил!

   Валя уже не слушала их, не могла слушать. Счастье, что дети спасены. Но как только с ее души спал этот главный камень, изнутри поднялась другая, словно освобожденная им, надрывно-горькая тяжесть. Как теперь жить ей, Вале? Она потеряла то, что некогда и невозможно было оплакать раньше – милого Алишера, любящего, чуткого и щедрого, созданного ею таким в ее собственном воображении. И вместе с этим образом она потеряла билет на праздник жизни: туда, где расцветают огнями люстры, играет музыка и где ты сама – прекрасная женщина, по праву вступающая в этот мир об руку с любящим тебя мужчиной.  Отныне все это в прошлом. Теперь Вале предстоит вернуться к скудости жизни – как в средствах, так и в мечтах...

   Но существовало еще нечто, чего нельзя было сбрасывать со счетов. Теперь она заново утверждалась обладательницей истинного богатства, совсем недавно казавшегося безвозвратно утерянным. При ней опять была ее комнатка в коммуналке, знакомые улицы,  работа, с которой она тоже уже сроднилась за столько лет. А еще детство, словно придвинувшееся из прошлого: Зоя Космодемьянская, мудрые учителя вроде старухи, вовремя оказывающиеся рядом друзья… И умная заботливая сила, которую в случае чего можно позвать на помощь –  люди в пятнисто-зеленом, отбившие ее словно мяч, прежде чем преступники успеют причинить ей зло. А еще родная земля, с которой Валя никуда не желает переселяться, – свой климат, родной язык, привычная жизнь вокруг!

   Теперь ей было ясно, что она сделает в первую очередь, как только попадет сегодня домой. Примет ванну, смыв с себя все, что произошло с ней за последние полтора месяца, и подотрет мокрый пол тем самым костюмом, который на ней сейчас… последним подарком шакала. А завтра придет сюда на работу в своей старой куртке и спортивных брюках с полосками, и будет отлично себя чувствовать. У нее теперь все в порядке. Стоит человеку поладить с самим собой, и у него все будет в порядке. Выходит, раньше ей не хватало одного – осознать богатства собственной жизни, до сих пор неучтенно и неосознанно протекавшие у нее сквозь пальцы. Столь пустыми представлялись они, а на поверку оказались дороже всех сокровищ мира. Пусть кто-то ищет иных берегов, хочет менять жизнь, куда-то переселяться… А Валя лишь теперь поняла слова старушки под черной вуалью, гулявшей когда-то в их дворе: «Что имеем – не храним, потерявши – плачем…».


предыдущая глава | Переселение, или по ту сторону дисплея | cледующая глава