home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Книга 1, басня 3

Лягушка, на лугу увидевши Вола,

Затеяла сама в дородстве с ним равняться:

Она завистлива была.

И ну топорщиться, пыхтеть и надуваться.

«Смотри-ка, квакушка, что, буду ль я с него?» —

Подруге говорит. «Нет, кумушка, далеко!» —

«Гляди же, как теперь раздуюсь я широко.

Ну, каково?

Пополнилась ли я?» – «Почти что ничего». —

«Ну, как теперь?» – «Все то ж». Пыхтела да пыхтела

И кончила моя затейница на том,

Что, не сравнявшися с Волом,

С натуги лопнула и – околела.

Пример такой на свете не один:

И диво ли, когда жить хочет мещанин,

Как именитый гражданин,

А сошка мелкая – как знатный дворянин.

У меня еще в запасе

Есть сокровище – семь басен!

И к тому совет: ищи

Смерти аромат в ночи.[15]

Отпустив тело Жабы, который тут же опять плюхнулся головой в варево, Виравольта выхватил шпагу из ножен и бросился к выходу.

– Он был здесь! – вскричал Пьетро. – Бог знает, как ему это удалось, но он был здесь!


В глубине магазина все было тихо, и Пьетро рывком открыл дверь в главный зал. Констанция рыдала, забившись в угол. Баснописец оттолкнул ее, порвав ей платье; вокруг нее были разбросаны помятые букеты; на полу валялись флаконы и фиалковая пудра. Смертельно бледная, она указала на входную дверь, которая все еще оставалась полуоткрытой. Она задыхалась, губы ее тряслись, она не могла произнести ни единого слова.

Пьетро подбежал к двери, ведущей на улицу. Там продолжалось хаотичное движение слепого и анонимного механизма, коловращение людей, выполняющих свои обязанности. Буржуа в коляске. Группа студентов. Учитель танцев. Крики кучеров «сторонись!». Дети. Купцы, расхваливающие свой товар. Мясник с ножом.

Вот в сумерках проходит аббат.

Звонят тысячи колоколов.

Париж.

Пьетро взглянул на сутолоку, посмотрел налево… направо.

В одной руке у него была шпага, в другой треуголка. Он состроил гримасу.

– Miseria,[16] – проговорил он.


Он вернулся в магазин. Девушка постепенно приходила в себя. Она поднимала разбросанные букеты и флаконы.

– Вам лучше?

– Я… Я не слышала звонка… Он застал меня врасплох… Он был в капюшоне… Я ничего не видела…

Пьетро снова пересек зал, направляясь в заднюю часть помещения.

– Закройте магазин, – сказал он.


Он вернулся в лабораторию. Фаржон все еще был там, без толку размахивая руками. У него был ужасный вид. Он не отрываясь смотрел на труп Жабы, но не решался до него дотронуться, а тот продолжал плавать в месиве из парфюмерных средств и своих внутренностей.

Парфюмер, который выглядел так, как будто сам только что вернулся с того света, вдруг воскликнул:

– Болотный ирис!

– Простите? – спросил Виравольта.

– Аромат того цветка… который я никак не мог вспомнить. Это ирис, то есть… особая разновидность ириса… – Фаржон растерянно вытаращил глаза. – Болотный ирис. Это цветок… цветок шабаша ведьм!

Лицо Пьетро потемнело.


Необычный парфюмер | Десять басен смерти | Ворона и Лисица