home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 15

Машина мчала их прочь из центра города. Со всех сторон доносилось завывание сирены. Звук был таким громким, что Спенсер отказался от дальнейших попыток сказать хоть слово. Вдруг он просто расплылся в улыбке и жестом велел Ральфу лежать спокойно и не волноваться. На вопросы он ответит по ходу дела. Их обоих отбросило в сторону, когда машина свернула с шоссе в пустыню, в сторону готового к отправке вертолета.

Казалось, что воздушная машина слегка покачивается на своих лыжах. Сирены смолкли, и Ральф услышал нетерпеливое жужжание плоскостей пропеллера, в лунном свете казавшихся серебряными. Автомобиль остановился у неровного полукруга, образованного на песке полицейскими мотоциклами.

— Выходи, — сказал Спенсер, открыв дверцу со своей стороны. Он сам поспешно вышел и торопливым шагом направился к вертолету. После минутного колебания Ральф последовал за ним.

— Полезай внутрь, — сказал Спенсер, открывая прозрачную дверцу изогнутой формы.

Ральф заглянул в тесное пространство воздушного аппарата. За спиной пилота места было ровно столько, чтобы могли поместиться два пассажира. Прозрачная пластиковая сфера казалась хрупкой и ненадежной, как мыльный пузырь. В нем что-то оборвалось, внезапный страх завладел |его сознанием. Ральф попятился. — Нет, — сказал он и покачал головой. Спенсер изумленно уставился на него. — Эй, что случилось?

— Сюда я не сяду. Я этим больше не занимаюсь. — Он почувствовал, как кровь бросилась ему в лицо. — Мне надоело, что меня дурят, дурят все кому не лень. С меня хватит, вы меня достаточно поводили за нос. Больше я в этом не участвую. Эту вселенную можете апробировать на ком-нибудь еще. — Он с отвращением отвернулся.

— О чем это ты говоришь? — спросил Спенсер.

— Брось, — сказал Ральф, поворачиваясь к нему снова.

Звук работающего двигателя вертолета — пилот с бесстрастным выражением холодного лица полностью открыл дроссель, — неверный свет полицейских голубых мигалок и фар мотоциклов придавали картине налет нереальности.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — прокричал Ральф. — Все, что касается этой дутой фракции «Альфа» и прочей чепухи. Это же надо, прикинуться сначала, что входишь в группу по разоблачению операции «Снонаблюдения», а потом появиться здесь в качестве одного из агентов Муленфельда. И ты еще хочешь, чтобы я влез в эту штуку? Никогда. Вот и весь сказ. Можешь пойти к Муленфельду и сказать, что мне плевать, даже если он взорвет к чертям весь белый свет. Я и пальцем больше не пошевелю, чтобы остановить его. Как будто раньше мог что-то сделать!

— У тебя все всегда шиворот-навыворот, — сказал Спенсер и рассмеялся. — Тебя подобрали не люди Муленфельда, мы как раз-то спасли тебя от них. Почему здесь перестрелка, как ты думаешь? — Он сделал широкий жест в сторону вертолета и стоявшей поодаль машины. — Это все группа «Бета», дурачок.

— Такой фракции не существует, — угрюмо произнес Ральф. — Все это параноидальные фантазии Муленфельда.

— Ха-ха. Бьюсь об заклад, что он очень хотел бы, чтобы это действительно так оказалось. Но не тут-то было. Все это реально.

— Да? Тогда почему же ты ничего не рассказал мне в Лос-Анджелесе?

— Тогда я сам о ней ничего не знал. — Спенсер пожал плечами и взмахнул рукой. — Я ничего не знал до тех пор, пока они не вышли на меня. Сразу после того, как мы пытались поставить «жучок» в конторе базы Опернаб. Помнишь, когда я звонил тебе? Вот кто, оказывается, гонялся за мной, а не агенты Муленфельда. Смотри. — Он схватил Ральфа за локоть и потащил его к вертолету. — Нам нужно торопиться. Полезай внутрь, и я все тебе расскажу. Доверься мне.

Один из двух мужчин, ехавших с ними из города, вышел из автомобиля и направился к ним. Фары ореолом осветили его громоздкую фигуру.

— Что стряслось? — спросил он. — Чего вы ждете?

— Ничего, все в порядке, — ответил Спенсер. — Просто немного боимся высоты, вот и все. — Он сильнее дернул Ральфа за руку.

Ральф еще некоторое время раздумывал, потом направился к вертолету. «Что я могу потерять? — думал он, вскарабкиваясь в овальную дверцу. — Самое худшее, что может меня ждать, это еще одна ложь».

Пилот через плечо улыбнулся им и пальцами показал «о’кей». Спенсер тоже поднялся, закрыл люк и задраил его. Машина задрожала, и земля поплыла в сторону.

Ральф посмотрел вниз сквозь прозрачный, с плавным изгибом бок вертолета. Эскорт из полицейских мотоциклов развернулся и тронулся в сторону города. Свет, отбрасываемый их фарами, становился все слабее, пока наконец не исчез из виду, а вертолет, накренившись, развернулся на запад. Внизу Ральф узнал узкую полоску шоссе, по ^которому всего несколько часов назад мчал в обратном направлении. «Снова на базу, — сообразил он. — Вот куда мы следуем». Когда ему показалось, что он кое-что начал понимать, взглянул на сидевшего рядом Спенсера. «Во что на этот раз должен я буду поверить?»

— Что ж, готов выслушать тебя, — сказал он.

— Как ты уже понял, — начал Спенсер, — во многое из того, что тебе уже известно и что предстоит узнать, трудно поверить. Все так странно.

— Не думаю, что у меня будут с этим хоть какие-то трудности. Обещаю тебе.

Спенсер наклонился и поднял с пола какой-то прямоугольный предмет. Он походил на миниатюрный портативный телевизор из белого пластика с серым экраном. Положив его на колени Ральфа, Спенсер нажал на кнопку сбоку. Экран засветился, и через некоторое время на нем возникла картинка.

— Очень хорошо, правда? — сказал Спенсер. Это первоклассная техника, поверь мне. Может быть, в какой-то степени чересчур заумная. Вершина электроники.

Внимание Ральфа привлек экран. На экране на его глазах начали появляться буквы, достаточно мелкие, так что читались с трудом: «Психиатрическая помощь в социальной ориентации группы «Бета»». Ниже стояло его имя. Слова исчезли. Вместо них на экране появилось миниатюрное изображение молодой женщины с серьезным лицом, в очках с тяжелой черной оправой. Она сидела за столом и держала в руках несколько листов бумаги.

— Привет, — произнесла она. Странно было слышать человеческий голос, исходивший от крошечного телевизионного устройства. — Если вы смотрите это…

— Что это? — вскричал Ральф. Голос умолк, и изображение женщины застыло, поскольку Спенсер нажал кнопку на боковой панели. Ральф похлопал телевизионный приемник ладонью. — Бога ради, я не собираюсь сидеть здесь и смотреть дурацкий учебный фильм.

— Не принимай близко к сердцу, — сказал Спенсер. — Нам пришлось как следует посуетиться, чтобы приготовить его для тебя. Фильм был закончен всего несколько часов назад.

— Да, ну и что с того?

— Его цель, как и было сказано, — оказать помощь в социальной ориентации. — Было видно, что Спенсер с трудом справляется с охватившей его досадой. — У тебя появились откровенно враждебные настроения. Ты это-то знаешь?

Ральф негодующе фыркнул.

— Все это из-за ненадежности мира, в котором мы живем, — сказал он. — Как мне удалось выяснить.

— Большое дело. Добро пожаловать в наш клуб. — Спенсер снова нажал кнопку. — Знаешь, просто посмотри фильм и все, ладно? Пленку, я хотел сказать.

Изображение на экране снова сменилось. Ральф сконцентрировал внимание на экране, раздвинувшем перед ним тесное пространство кабины вертолета.

— …это, — говорила сосредоточенная женщина, — мистер Метрик, мы намереваемся попросить вас оказать содействие в одном важном деле, от исхода которого в буквальном смысле зависит судьба мира. — Она замолчала, в нижней части экрана появилось написанное большими буквами слово СУДЬБА.

— В создании этого фильма нам помогала аудио-визуальная компания, — прошептал Спенсер, — которая обычно занимается детскими образовательными программами на телевидении. Как мне кажется, это чувствуется.

Ральф пропустил замечание мимо ушей. Мерцающий экран всецело поглотил его внимание, и темноты за бортом вертолета словно уже не существовало.

— Цель этой ленты, — сказала женщина на экране, — просветить вас относительно действительной природы организации, известной под названием «Операция Снонаблюдения», а также познакомить вас с силой, пытающейся отвести нависшую над человечеством угрозу.

— Многовато пафоса, не правда ли? — вставил Спенсер.

— Заткнись. — Ральф ближе наклонился к экрану.

— Короче, — продолжала женщина, — группа, с которой вы имели дела раньше, известная под названием «Альфа», была не единственной командой, занимавшейся расследованием операции «Снонаблюдения» и борьбой с ней. Фактически фракция «Альфа» была всего-навсего отвлекающим маневром, призванным до поры до времени скрывать существование группы «Бета», единственной реальной организации, способной сразиться с Оперна-бом. Организованная на базе армейской разведки группа «Бета» больше года наблюдала за сенатором Муленфельдом и его деятельностью. Возникновение Федерального агентства безопасности под командованием Муленфельда и его единомышленников продиктовало необходимость создания отдельной тайной организации, на которую можно было бы возложить указанные задачи.

Существование группы «Бета» сохранялось в секрете от членов фракции «Альфа». Последняя была специально образована для того, чтобы своей деятельностью отвлекать внимание Муленфельда от его истинного противника. Сведения о существовании фракции «Альфа» нарочно были распространены на базе Опернаб. Поскольку с тех пор члены фракции находились под постоянным пристальным вниманием агентов Муленфельда, факт существования группы «Бета» тщательно скрывался от них, чтобы не подвергать опасности более крупную антимуленфельдовскую группировку. Один человек, Майкл Штиммиц, являлся членом обеих групп и занимался координацией их деятельности.

— Но Майк ни разу мне не говорил об этом, — с гордостью заявил Спенсер. — Я узнал об этом только тогда, когда они настигли меня в телефонной будке.

— К несчастью, — продолжала женщина на экране, — на прошлой неделе Муленфельд узнал о существовании группы «Бета». Результатом этого стала неосторожная засветка одного из ее членов, проникшего в Федеральное агентство безопасности. При первом же допросе члену группы «Бета» удалось привести в действие взрыватель миниатюрной бомбы, имплантированной в его череп.

«Так вот о чем говорил Стайлз», — подумал Ральф. Мгновенно воображение нарисовало ему гибельный взрыв, разорвавший голову безымянного конспиратора.

Женщина зашуршала бумагами, которые держала в руках и снова заговорила.

— Другие попытки проникновения оказались более успешными, наши люди есть даже среди персонала Дома Тронсена. Мы собрали уже достаточное количество информации, чтобы некоторое время назад сложить более или менее ясную картину действительных намерении операции «Снонаблюдения» и получить представление о механике их осуществления. На основании первых сообщений о том, что происходит в стенах Дома Тронсена, было выдвинуто предположение, что спящие подростки — составная часть прикрытия истинных целей программы. Но дальнейшее расследование показало, что эта гипотеза была ошибочна. Дети на самом деле являются весьма существенным компонентом задуманной операции. Действительная цель операции «Снонаблюдения» состоит в создании и приведении в действие взрывного устройства неимоверной силы. Дети, которые спят в Доме Тронсена, и являются такой бомбой.

Внизу крохотного экрана появилось слово БОМБА.

Стоило Ральфу представить увиденных им спящих подростков, как у него защемило в груди.

— Принцип работы устройства, — продолжала женщина, — является аналогичным принципу работы ядерного реактора, только вместо атомной энергии в данном случае используется энергия психическая. Разработчики операции «Снонаблюдения» нашли способ, как всю энергию человеческого разума преобразовывать в разрушительную энергию невероятной мощности. — Женщина замолчала. Глаза ее за линзами очков, казалось, скоро просверлят двойную стеклянную преграду, отделявшую ее изображение от Ральфа. — По нашим подсчетам, — сказала она спокойно, — энергетического потенциала достаточно, чтобы буквально уничтожить всю нашу планету, переведя земную кору в расплавленное или газообразное состояние.

Ральф сидел, не шевелясь, словно врос в сиденье, и неотрывно продолжал смотреть на крохотный экран на своих коленях. Женщина снова принялось перебирать бумаги на столе. Ральф повернул голову я устремил взгляд в непроглядную тьму ночи, открывавшуюся за прозрачным люком вертолета. Перед его мысленным взором возникла вскипевшая земная поверхность и взметнувшиеся языки пламени обнаженного ядра планеты. Вопрос верить или не верить для него не существовал. В душе он хорошо знал, что мир — это всего лишь тонкая оболочка, противостоящая всевозможным напастям. Голос женщины снова вернул его внимание к экрану.

— Психическая бомба, — продолжала она, — работает следующим образом. Отбор детей для работы был очень строгим и осуществлялся согласно оценкам их психического состояния, где главными факторами были наличие высокой врожденной энергии и низкой толерантности эмоциональных напряжений. Именно эти качества и привели их в первую очередь к совершению правопреступных действий. Заключенные в Доме Тронсена, они пребывают в состоянии сна. При этом путем формирования сонного поля происходит объединение и накопление их психической энергии. В результате им навязываются сновидения, основанные на душевных переживаниях каждого отдельно взятого индивидуума. Цель их состоит в том, чтобы повысить степень эмоционального напряжения, что в свою очередь повышает концентрацию психической энергии в накопителе. Далее все происходит, как в атомном реакторе. Уровень энергии достигает такого значения, после которого его дальнейшее увеличение происходит по экспоненте роста, далее энергия увеличивается с нарастающей быстротой и уже без внешнего вливания. Начинается цепная реакция, которая создает разрушительную силу фантастической мощности, если не имеется какого-то средства сдерживания.

Для управления цепной реакцией в ядерном реакторе в качестве глушителя энергии можно использовать материалы типа кадмия. Этот металл, введенный в ядерный реактор, поглощает часть энергии и позволяет удерживать реакцию на безопасном уровне.

«Все правильно, — подумал Ральф, — поглощающие стержни».

— Чтобы избежать нежелательного взрыва «психической бомбы», разработанной в ходе операции «Снонаблюдения», применили аналогичный метод. В поле погружались лица, характеризуемые низким уровнем психической энергии, — так называемые «наблюдатели». Цель их внедрения состояла в том, чтобы поглощать часть вырабатываемой спящими детьми энергии и не дать процессу достичь экспоненты роста. Наблюдатели способны поглощать неограниченное количество энергии, без видимого влияния на собственное естество в такой же степени, как и отдельные индивидуумы способны вырабатывать психическую энергию в невообразимых количествах. Это нашло подтверждение в результатах секретного электронного наблюдения за серотонин-мелатониновой активностью, происходящей в мозгу каждого наблюдателя. Хотя уровни этих гормонов сами по себе не являются психическим энергетическим процессом, но они являются показательным побочным эффектом его. Чтобы ограничить количество энергии, поглощаемой наблюдателями в сонном поле, использовались большие дозы этилового спирта — в виде пива, широко доступного им. Таким образом, уровни психической энергии детей удерживались на безопасном уровне до тех пор, пока их психические переживания в сонном поле не достигли концентрации, достаточной для освобождения энергии, способной уничтожить планету.

Женщина снова на минуту замолчала.

— К несчастью, операция «Снонаблюдения» приблизилась к этому критическому моменту. Создание психической бомбы подошло к завершению. В настоящий момент коллективная психическая энергия детей достигла экспоненты роста и неуклонно приближается к уровню, необходимому для срабатывания детонатора.

Изображение на экране вдруг погасло, и вместо него появилась надпись: «Конец психической ориентации». — По времени как раз уложились, — произнес Спенсер. — Ну, вот мы и приехали.

Ральф оторвался от окончательно потухшего экрана и посмотрел сквозь люк вертолета. Навстречу им вздымались знакомые очертания зданий базы. За жилыми постройками, как он заметил, воздушного лайнера Муленфельда больше не было. «Интересно, где сейчас Сара?» — подумал Ральф. Когда вертолет, вздымая тучи пыли приземлился, Ральф сказал:

— Подождите минутку. — Было видно, что из административного здания выходили люди и теперь шли им навстречу. — Пленка не все объяснила.

— Такие вещи никогда не дают полной ясности. — Спенсер снял техническую новинку с колен Ральфа и поставил на пол вертолета. — Так что еще хотел бы ты знать?

— Если энергетические уровни всех наблюдателей тщательно анализировались, каким образом могло случиться, что твой брат не попал под подозрение как человек другого плана? Я имею в виду его энергетический уровень, наверняка он у него был выше, чем у всех остальных.

Спенсер кивнул.

— Это лишний раз подчеркивает классность подготовки операции группой «Бета». О тестах они знали еще до того, как Майк пошел наниматься на работу наблюдателя. Так что они изменили биохимию его мозга — во всяком случае мне, так сказали, когда я поинтересовался данным вопросом. Чтобы его мозг не мог вырабатывать нормальный серотонин, к гормону добавили молекулярный довесок. По этой причине монитор базы не могли точно определять уровнень его се ротонин-мелатониновой активности. В результате показания тестов давали цифры по психической энергии гораздо более низкие, чем они были на самом деле.

Озадаченный Ральф поскреб подбородок.

— А как же я? — спросил он. — Если наблюдатели годятся только для того, чтобы поглощать человеческую энергию, тогда почему Майк решил, что для группы «Бета» я могу оказаться полезным? Что я, по-вашему, должен уметь делать?

— Майк просчитал, что ты не похож на всех остальных наблюдателей. Что-то навело его на мысль, что уровень твоей психической энергии был низким не от природы, что на самом деле он был в норме или несколько повышенным. До того, как ты попал в наблюдатели, должно быть, тебе пришлось длительное время находиться в окружении людей с очень низким уровнем психической энергии. В результате, уловив это, твое подсознание осуществило биохимическую перестройку и снизило энергетический уровень, чтобы ты без проблем мог вписаться в окружение.

«Дом Юности», — вспомнил Ральф. Тесное помещение кабины вертолета как бы перестало существовать, и память вернула его в исправительное учреждение близ Лос-Анджелеса, где нес он долгие ночные дежурства. «Несомненно, — думал он, — заключенные там подростки попали в беду не из-за избытка энергии и чувства безысходности. В основном это были безвольные наркоманы и попавшиеся на мелких кражах, преступившие закон как раз из-за отсутствия энергии для оказания сопротивления. Они были так пассивны, что жизнь мотала их из стороны в сторону, как придорожные листья. Среди них проводил я ночь за ночью, и их сны просачивались сквозь щели дверей маленьких запертых комнат и цеплялись за мои ноги, когда я проходил мимо с фонариком. Не удивительно, что после этого я созрел для вступления в ряды наблюдателей».

— Но что послужило толчком? — спросил он, обращая взгляд к Спенсеру. — Что заставило Майка заподозрить все это?

— Ты на самом деле хочешь знать? — Спенсер улыбнулся. — Ты был единственным наблюдателем на базе — за исключением его самого и Хель-ги, конечно, — у которого в квартире не было телевизора. Даже маленького, портативного. Это очень не по-наблюдательски. Телевизор — это самая необходимая вещь в арсенале лиц с низким уровнем энергетики.

— Возможно, — сказал Ральф. На какое-то время его ум заняла мысль, какой уровень энергии мог быть у него сейчас, после того как ему пришлось пройти через все это. — Но что я должен делать теперь? Я хочу спросить, для чего вы снова привезли меня сюда?

Снаружи кто-то открыл дверь вертолета. Спенсер рассмеялся и подтолкнул Ральфа к выходу.

— Спрашиваешь, что делать? — сказал он. — Спасать мир, балбес! Что еще можно делать здесь?

Ральф, зацепившись каблуком ботинка за порог люка, почти вывалился из вертолета. Его поймал какой-то мужчина в военной форме.

— Мистер Метрик? — прокричал мужчина сквозь гул вертолетного винта.

Ральф кивнул и прикрыл глаза рукой, пытаясь защититься от песчаной бури, поднятой лопастями вертолета. Он услышал, как за спиной на землю спрыгнул Спенсер.

— Тогда пройдемте, — военный взял его под локоть и повел прочь от ветра и шума.

Казалось, что теперь на базе хозяйничают военные. По дороге к административному зданию Ральф заметил, что вдоль ограды на равном расстоянии друг от друга стоит солдатский патруль. В центре базы были сосредоточены темно-зеленые военные грузовики. Вся территория и строения базы были залиты ярким электрическим светом от многочисленных прожекторов, установленных на передвижных башнях.

У порога административного здания стояла вооруженная охрана. Увидев их, солдаты отдали честь. Человек в военной форме — по-видимому, офицер армейской разведки, как догадался Ральф, — торопливо вел его по длинному коридору. Спенсер спешил сзади. У порога кабинета командира Стай-лза их приветствовал еще один охранник. Он же отворил дверь.

В кабинете за столом сидел седовласый человек, напоминающий лицом рассерженного орла. На нем был темно-зеленый комбинезон с четырьмя звездочками на погонах. В руке он держал трубку, сделанную из корневища вереска. На этот раз первым поздоровался встретивший их. офицер. Потом он отступил и, выйдя из кабинета, закрыл за собой дверь.

— Он доставлен, генерал. — Спенсер повернулся к Ральфу: — Это генерал Лорен. Он возглавляет все операции, проводимые группой «Бета».

— Мистер Метрик. — Генерал поднялся и протянул через стол большую загорелую руку. Пожав ее, Ральф заметил оторванный угол защитной сетки, натянутой на окно, и кровавое пятно, оставшееся Б том месте, куда упала голова Стайлза. — Рад, что наконец-то вы с нами, — проговорил генерал. — Боюсь, что у нас осталось совсем мало времени.

— Все об этом только и говорят. — Ни с того ни с сего Ральф вдруг почувствовал в себе прилив нетерпения. Рывком вытащив из-за стола кресло, он сел. — Но мне до сих пор никто не удосужился сказать, что именно я должен делать.

Генерал, не вынимая трубку изо рта, вздохнул и, сцепив свои большие руки, положил их на стол.

— Мистер Метрик, — медленно начал он, — мне бы хотелось иметь побольше времени, чтобы я мог вам все растолковать, или чтобы вы по крайне мере могли бы отдохнуть, прежде чем примите это трудное решение. Но вам придется действовать, опираясь лишь на весьма поверхностные знания о сложившейся обстановке.

— Ладно, это неважно. — Ральф беззаботно взмахнул рукой. У него немного кружилась голова — собственные эмоции как бы отделились от реальных событий и с нарастающей быстротой претерпевали независимые от всего остального изменения. Его слегка подташнивало. — Поскольку это «хорошие» поверхностные знания, это все же будет больше, чем то, чем я располагал до сих пор.

— Вы что, выпили? — поинтересовался генерал, нахмурившись.

— Нет, он в норме, — вместо Ральфа ответил Спенсер. — У него это от избытка переживаний. Соберись, Ральф, это серьезно.

— Ладно! — крикнул Ральф. От охватившей его злобы он даже покраснел. — Итак, продолжайте! Жду.

Генерал Лорен шумно пососал свою незажженную трубку.

— Полагаю, — наконец произнес он, — что мистер Штиммиц показал вам специально подготовленную пленку по психической ориентации. Хорошо. Тогда вы уже знакомы с природой несчастья, которое мы собираемся предотвратить. Хотя «несчастье» — это еще мягко сказано. Если операция «Снонаблюдения» подойдет к кульминационному моменту, не останется никого, кто мог бы назвать происшествие несчастьем. — Он вытер проступивший на лбу пот. — Честно говоря, единственное, что в создавшейся обстановке позволяет нам сохранить присутствие духа, так это то, что мы уже сжились с этой мыслью.

«Наверное, — подумал про себя Ральф, — лучше бы я жил с этой мыслью, чем она весь день меня преследовала».

— Продолжайте, — спокойно попросил он.

Сделав глубокий вдох и успокоившись, генерал пустился в дальнейшие объяснения.

— В настоящий момент уровень психической энергии, заложенной в сонном поле Опернаб, неуклонно приближается к точке, в которой произойдет детонация. Из информации, которой мы располагаем, известно, что в нашем распоряжении имеется всего несколько часов…

— Почему бы не взорвать Дом Тронсена? — оборвал его Ральф. — Разбомбить его, то есть нанести превентивный удар. Если уничтожить находящихся там ребят, разве вырабатываемая ими психическая энергия не будет тоже уничтожена? Я понимаю, что это, может быть, звучит жестоко, но в сложившейся ситуации…

— Нет. — Генерал покачал головой. — Уже поздно, и это не поможет. Многие дети из Дома Трон-сена физически уже давно перестали существовать, поскольку их психическая энергия была уже перенесена в сонное поле и она недосягаема для нас. После того как энергия выходит на экспоненту роста, она становится неуправляемой и живет собственной жизнью. Ее уже нельзя притушить, послав в поле наблюдателей, при условии, что нам удалось бы уговорить кого-нибудь из них.

— Минутку, минутку. — Ральф попытался порассуждать. — Если энергия расположена в сонном поле, с чего бы нам волноваться из-за взрыва? Это карманная вселенная, существующая вне зависимости от нашей. Взрыв там ни в коей мере не повредит нам здесь.

— Нет, если сонное поле останется независимым миром. Но он может быть перенесен в наш. Таким же образом, как часть этого мира — наблюдатели — могла быть перенесена в тот мир, так и сонное поле может быть перенесено в наш мир.

— Именно так и погиб мой брат, — сказал Спенсер. — Видишь ли, степень перехлеста нашего мира с сонным полем может варьировать. Наблюдатели никогда в полной мере не внедрялись в сонное поле, а ровно настолько, чтобы они могли стать свидетелями тех событийных последовательностей, которые пропускали через сознание сонных детей, — хотя это неважно, — и чтобы они могли поддерживать безопасный уровень энергии, предотвращая преждевременный взрыв. Как бы то ни было наблюдатели всегда находились между двумя мирами, если можно так выразиться. Поэтому физически они не могли взаимодействовать с образами сонного поля. До тех пор, пока Майк не был убит. Тогда поле на одно мгновение было трансформировано в ту же плоскость, где находились наблюдатели, и существующий в поле Слидер сумел достать Майка.

«Что ж, объяснение вполне логичное, — подумал Ральф. Перед его мысленным взором снова возникло кровавое пятно, которое он видел в пустыне. «Внезапное перемещение, должно быть, толкает нас ближе к нашей собственной вселенной, настолько близко, что мы можем оставить в ней кровавый след».

— По этой причине психическая бомба опасна, — продолжал генерал. — За долю секунды до взрыва весь мир сонного поля вместе с психической энергией будет внедрен в нашу вселенную.

— О, — простонал Ральф и почувствовал, как внутри у него все сжалось, словно уступая место сонному полю. Неизбежность этого уже как будто тенью легла на окружающий ландшафт, видимый из окна. — Вы хотите сказать, что притащили меня сюда только для того, чтобы все это выложить? Мне кажется, что с вашей стороны это не совсем тактично. В противном случае я мог бы встретить неизбежное со всеми остальными в Лас-Вегасе и ничуть не стать от этого несчастнее.

Генерал невесело хмыкнул.

— Дело в том, — сказал он, — что есть способ, с помощью которого можно предотвратить взрыв психической бомбы. Вот для этого вас и доставили сюда.

Внутри у Ральфа шевельнулось неприятное предчувствие, и по спине побежали мурашки. Но не страх опасности пугал его — к этому времени он уже знал, что полностью преодолел его. Пугало бремя ответственности, вся тяжесть которого ложилась на его одинокие плечи. В нем проснулся страх, который он знавал в школе, только теперь он вышел наружу и разросся до неимоверных размеров. «Что, если я подведу?» — промелькнуло у него в голове. Не помогало даже сознание того факта, что на земле не останется никого, кто смог бы потом обвинить его в этом, как, впрочем, и самой планеты. Едва разжимая губы, он спросил:

— Что я должен для этого сделать?

На больших коричневых руках генерала побелели костяшки пальцев. Он, казалось, превратился в камень, и трубка примерзла к его помертвевшим губам.

На глазах Ральфа лицо генерала от яростного гнева пошло пятнами. «Он только что понял, что вся операция всецело зависит от меня». Ральф похолодел.

— Забудь о нем, — сказал Спенсер и, подойдя ближе, подсел на край стола. — Я удивлен, что военный ум оказался способным терпеть это так долго. Вещи такого рода им просто непонятны.

— Так в чем же заключается план? — спросил Ральф. — Что я такого должен сделать, чего никто другой не может?

— Дело вот в чем. Психическая энергия не может взорваться спонтанно в какой-то точке экспоненты роста. — Спенсер на несколько дюймов развел ладони. — В реальности детонация может произойти только на весьма ограниченном участке экспоненты роста. Ниже этого уровня, если предпринять попытку произвести взрыв, психическая энергия просто рассосется, не причинив никакого вреда. Выше этого уровня произойдет самопоглощение энергии — самосожжение, иными словами. Если бы удалось извлечь детонатор до того, как накопление энергии достигнет критического уровня, психическую бомбу можно было бы обезвредить.

— А где детонатор? — Тоже в сонном поле. Наблюдатели называли его гадом-Слидером. На миг Ральф увидел смыкающиеся ножницами клыки и даже привстал со своего места.

— Ты хочешь сказать, что я должен вернуться в поле и что-то сделать с этой тварью?

Спенсер властно усадил его в кресло.

— Группа «Бета» изобрела устройство, которое ты возьмешь с собой в поле. От тебя всего лишь требуется обнаружить Слидера и установить устройство так, как тебе покажут, а потом запустить его в действие до того, как энергетический уровень достигнет критической отметки. То есть, обезвредить бомбу.

— Это все? — Ральф расхохотался, как зарыдал. — Ты что, одурел? Эта тварь может находиться где угодно. К тому же что помешает ей напасть на меня, как она напала на твоего брата?

— Желательно, чтобы ты первым обнаружил Слидера и первым же напал на него, а не он на тебя. Что касается его обнаружения, то, чем быстрее ты туда отправишься, тем больше шансов у всех нас.

«Нет ничего удивительно в том, что генерал впал в столбняк», — подумал Ральф.

— Это невозможно, — сказал он.

— Не имеет значения, что ты думаешь по это му поводу. — Спенсер, обхватив ладонями край стола, наклонился над Ральфом. — Ты единственный, кто может попытаться сделать это. Только бывший наблюдатель может быть внедрен в сонное поле. Времени на подготовку нового человека, который там никогда не был, нет. Кроме того, тебе отлично известно, что и к помощи других наблюдателей мы не можем прибегнуть, даже если бы сумели уговорить кого-нибудь из них. Они не годятся для повседневной жизни, не говоря уже о делах таких серьезных. Посмотри правде в лицо. Ты — единственный, на кого можно положиться.

В воображении Ральфа возникло два образа: Сара, и — по какой-то необъяснимой причине — собака по кличке Рин-Тин-Тин. «Во всяком случае, он пытался, — подумал Ральф. — Или что-то в этом духе».

— Ладно, — сказан он. — Я готов идти.


* * * | Сонное царство | Глава 16