home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

«Значит, агент по продаже недвижимости все перепутал», — думала Айви, возвращаясь по извилистой подъездной аллее обратно на шоссе. Спальня на чердаке была обставлена для матери Пауля Власковича, а вовсе не для его брата. Истории из прошлого, передаваемые из уст в уста, частенько перевирались и искажались подобным образом. Выходит, Эмилия Власкович сделала записи в своем дневнике, когда была беременна Стефаном, своим первенцем, в самом начале того, что обернулось депрессией, от которой она так никогда и не оправилась.

Быть может, ее увезли в какую-нибудь лечебницу для душевнобольных? Ей стало совсем плохо и она умерла? А может, она совершила самоубийство? Но что бы ни случилось, действительно ли такой конец был менее ужасающим и страшным, чем то, что воображал себе ее маленький сын Пауль?

Человек не может исчезнуть просто так. Или все-таки может? Айви коснулась впадинки на шее, где раньше висел серебряный амулет бабушки.

Вскоре она вырулила на автостраду. Телецентр с огромными спутниковыми тарелками на крыше, высившийся сбоку от дороги, напомнил ей об ушлой корреспондентке, которая бойко вела репортаж, стоя вчера вечером на лужайке перед их домом. Айви включила радио, надеясь услышать выпуск новостей.

Она уже въезжала в Браш-Хиллз, когда вдруг вспомнила о дне рождения своего будущего ребенка. Проклятье! Было уже почти три часа пополудни. Гости, наверное, уже начади собираться.

Айви придавила педаль газа, благоразумно снижая скорость в тех местах, где дорожная полиция устраивала ловушки для лихачей, стремившихся проскочить через город окольными путями, зато с ветерком. Свернув в переулок, она оказалась в тихом квартале, где испокон веку в старинных изящных особняках жили коннозаводчики и просто любители верховой езды.

Узенькая улочка спускалась вниз по склону холма, к широкому устью Непонсет-ривер. Еще ниже, там, где в незапамятные времена простирались болота, а несколько позже — пойменные луга, теперь высилось с десяток недостроенных помпезных особняков. Оказавшись не в силах привлечь покупателей, застройщик прекратил финансирование, и дома потихоньку разрушались, приходя в упадок.

Айви повернула под симпатичный указатель, на котором крупными золотыми буквами значилось: «Компания „Роуз Гарденз“ — ландшафтный дизайн к вашим услугам». Проехав по грязной проселочной дороге, обсаженной высокими деревьями, она очутилась на последних невозделанных акрах земли в округе. Официально Дэвид арендовал землю у своей матери, семья которой занималась здесь сельским хозяйством еще в конце XIX века.

Отца Дэвида едва не хватил апоплексический удар, когда после первого курса сын бросил учебу в Бостонском колледже и основал компанию «Роуз Гарденз». Он совершил неслыханный поступок — отказался от стипендии, которую ему выплачивали как одному из ведущих игроков футбольной команды. А для мистера Роуза спортивная команда колледжа была всем — смыслом жизни и всепоглощающей мечтой. Блестящее будущее, ожидавшее Дэвида, по его мнению, должно было непременно включать степень бакалавра по деловому администрированию и пост исполнительного директора. А Дэвиду ничего так не хотелось, как проводить все свое время на свежем воздухе и работать руками.

«Представители клана Роузов не косят траву на лужайках и не рыхлят землю граблями! — кипятился возмущенный до глубины души отец. — Для этого есть прислуга». Словом, выход на пенсию родителей Дэвида и их последующий переезд в Парк-сити в штате Юта стал облегчением и очень удобным выходом для всех, включая самого Дэвида и его почтенного папашу. Сейчас родители Дэвида пребывали в кругосветном круизе, отдыхая на теплоходе где-то у берегов Южной Америки.

Поначалу офис Дэвида представлял собой однокомнатный трейлер-прицеп, иначе говоря, улучшенный вариант консервной банки. Возглавляемая им компания специализировалась на создании экологически чистых садов с недорогими растениями, не требующими специального ухода, зрелищными скульптурами и украшениями из гранита, добываемого в местном карьере. Философия продаж, которую он исповедовал, заключалась в следующем: «Нечестно и невежливо продавать людям то, что им не нравится и что они не в состоянии содержать».

Впрочем, наличие принципов не помешало Дэвиду в полной мере продемонстрировать семейную деловую хватку. «Ваш супруг способен продать эскимосу холодильник», — заявила как-то Айви офис-менеджер компании «Роуз Гарденз» Лилиан Бейлисс. Если начинал он с одним помощником, то сейчас штат его компании вырос до четырех постоянных сотрудников и полудюжины временных, которых он обеспечивал работой девять месяцев в году.

Айви подъехала к сложенному из бревен большому строению, несколько лет назад заменившему трейлер. Теперь здесь размещались просторный демонстрационный зал с окнами из зеркального стекла и несколько рабочих кабинетов в задней части дома. Вдоль всей передней стены здания тянулась широкая уютная терраса с деревянными креслами-качалками.

Парковочная площадка, огражденная кованой решеткой, была сплошь заставлена автомобилями. Среди них Айви заметила черную «тойоту камри», принадлежавшую Нарешу Шарме, ее боссу, директору по маркетингу компании «Мордаунт Текнолоджиз». На красном внедорожнике ездила ее коллега Патти-Джо Линехан. Здесь же стоял и черный «лексус» Тео. Ядовито-зеленый «фольксваген» — это, несомненно, средство передвижения Джоди. Грузовичок самого Дэвида и машины его сотрудников, похоже, были припаркованы на специальной стоянке позади офиса.

Айви взглянула на себя в зеркальце заднего вида и поправила прическу. Дверь демонстрационного зала распахнулась, и на пороге появился Дэвид, разводя руки в стороны в красноречивом жесте, говорившем: «Где тебя носит, черт побери?»

Едва Айви вошла в комнату, как грянули аплодисменты. В зале собрались шесть или семь ее коллег, одетых в строгие деловые костюмы, и сотрудники Дэвида в джинсах и рабочих спецовках. Из дальнего угла комнаты ей радостно замахала рукой Джоди. На коленях у нее восседал луноликий Райкер, размахивающий леденцом на палочке с таким видом, будто он и дирижировал этим представлением. Тео, единственный мужчина в комнате, одетый в дорогой костюм в тонкую полоску, подпирал дальнюю стену.

Просторный, залитый светом выставочный зал наполняли запахи свежей глины и жирного чернозема, долетавшие из соседней теплицы. В углу грудой были свалены детские игрушки и подарки.

При виде друзей и коллег, пришедших сюда, чтобы пожелать им обоим всего наилучшего, у Айви потеплело на душе. Заодно ее охватила гордость за великолепное помещение, которое сумел буквально из ничего создать Дэвид. Одну стену занимали фотографии ландшафтных проектов «до и после», а другую было почти не видно под слоем дипломов, медалей и похвальных грамот от местных властей и благотворительных организаций, которым Дэвид оказывал щедрую поддержку.

В комнату вошла Лилиан Бейлисс, Она до сих пор сохранила стройную и подтянутую фигуру, хотя ей давно перевалило за шестьдесят. То, что Дэвиду удалось уговорить ее оставить мысли о пенсии и поступить к нему на работу, он считал своим самым удачным деловым решением в жизни. С тех пор уже она сумела создать порядок из хаоса и балансовые отчеты компании «Роуз Гарденз» неуклонно стремились к росту прибылей и сокращению убытков.

Глаза Лилиан искрились от удовольствия.

— Привет, милая. — Она погладила Айви по щеке прохладной рукой, и на ее лице появилось задумчивое выражение, когда она взглянула Айви в глаза. — Как ты, держишься? — спросила она, и Айви поняла, что имеется в виду не только беременность.

Айви с некоторым усилием, но все-таки кивнула головой в ответ.

К ним подошла улыбающаяся молодая женщина, которую Айви не узнала.

— Значит, вы и есть Айви, — прощебетала она. Ее курносый нос обгорел, а щеки цветом могли поспорить со спелым персиком. — Я так много слышала о вас. — Конский хвост у нее на затылке качнулся из стороны в сторону, когда она протянула Айви руку. — Меня зовут Синди Гудвин.

Пожатие у нее оказалось крепким, а ладонь загрубевшей от мозолей. Ногти на коротких и толстых пальцах были подстрижены. Из заднего кармана ее джинсов с низкой талией свисали рабочие перчатки.

— Синди — наш новый помощник управляющего, — представила ее Лилиан.

Айви постаралась скрыть удивление. Она знала, что Дэвид пытался нанять кого-нибудь в помощь Лилиан, и теперь вспомнила, что он даже рассказывал ей о том, что побеседовал с одной соискательницей.

— Ай-ииии! — Чей-то пронзительный крик привлек внимание Айви.

Она обернулась и увидела, как Райкер, по-прежнему сидя на коленях у Джоди, протягивает к ней свои пухлые ручонки.

— Привет, дружочек, — сказала она, подхватывая его на руки.

Райкеру исполнился всего годик, но он уже походил на толстенького херувимчика с очаровательными ямочками на розовых щечках, за которые его так и хотелось ущипнуть.

— Салют, дорогуша, — приветствовала ее Джоди.

Обладательница рыжевато-коричневых кудряшек и плавных изгибов полноватой фигуры, Джоди всегда казалась полной противоположностью Айви. Занимаясь в молодости бегом на короткие дистанции, Джоди сохранила спортивную живость и способность быстро перебирать коротковатыми, в общем-то, ножками. На один шаг Айви ей приходилось делать два своих, чтобы держаться рядом.

— Ну, и что это за птица? — Джоди кивнула головой в сторону Синди.

— Новый помощник управляющего «Роуз Гарденз», — машинально ответила Айви.

— Помощник управляющего? Я почему-то представляла себе какого-нибудь рубаху-парня в рабочем комбинезоне, а не куклу Барби. Живот у нее плоский и твердый, как гладильная доска, чтоб ее черти взяли, — едва слышно пробормотала Джоди, которой так и не удалось сбросить лишние двадцать пять фунтов, набранные во время беременности и после рождения Райкера.

— О чем это вы шепчетесь? — поинтересовался неслышно подошедший Дэвид, обнимая Айви одной рукой за талию. Улыбаясь во весь рот и подняв над головой бутылку шампанского, он провозгласил: — За мою красавицу жену!

Его голос заглушили жидкие аплодисменты.

Дэвид наклонился к уху Айви.

— Эй, Тянучка! Я люблю тебя. Тебя и того, кого ты до сих пор скрываешь от меня там, внутри.

Эмоции захлестнули Айви, и она заморгала, прогоняя непрошеные слезы. Протянув Райкера Джоди, она крепко обняла Дэвида.

Из соседнего кабинета вышла Синди, держа в руках связку пастельных воздушных шаров, надутых гелием, и большую корзину, завернутую в целлофан. К корзине была привязана детская бейсболка, над козырьком которой красовался логотип «Роуз Гарденз». Лилиан внесла в зал торт из кондитерской, посыпанный белой сахарной глазурью, с желтым кремом по краям, и пирожные.

Тео подкатил офисное кресло, и Айви опустилась в него, с благодарностью приняв из чьих-то рук стакан шипучки. Сделав крохотный глоток — яблочный сидр, — она откинулась на спинку. Расслабившись, она постаралась отогнать прочь тревожные мысли и полной грудью вдохнула запахи торфяного мха, мульчи и сахарной глазури.

Часом позже Айви поглотила невероятное количество сыра с крекерами, картофельных чипсов для гурманов и пирожных. Она принялась вскрывать подарки. Большущий пакет, который вручили ей коллеги из «Мордаунт Текнолоджиз», оказался итальянской детской коляской. Судя по хвастливой надписи на ярлыке она могла выдержать вес до 125 фунтов. Айви живо представила себе, как толкает коляску, в которой восседает — или возлежит — утенок Бэби Хью.[20]

— Будь осторожна, — предостерег ее Нареш. Хотя вот уже четыре года он оставался ее боссом, они на равных работали вместе над созданием веб-сайта «Мордаунта». — После того как ребенок вырастет из этой колесницы, он потребует себе как минимум «порше». — Сохранявший обычно чопорность и ледяную вежливость, сейчас Нареш тепло обнял Айви. Отстранившись, он посмотрел на Айви долгим взглядом, и глаза его затуманились. — Ну вот, — пробормотал он, и Айви вдруг обнаружила, что ей тоже трудно дышать.

— Коляска, — глотая слезы, прошептала она. — Подарок просто потрясающий. Она великолепна. Кто ее выбирая?

Нареш просиял, глядя на нее с ласковой укоризной, и легонько прижал ко лбу кончики пальцев.

Ах да! Чуть не забыл. У меня же есть кое-что и для новоиспеченного отца. — Порывшись в кармане, он выудил оттуда маленькую коробочку и протянул ее Дэвиду.

Дэвид поднес коробочку к уху и встряхнул. Что бы там находилось, оно гремело и перекатывалось, как сухая фасоль.

— Затычки для ушей?

— По-моему, я знаю. Это годовой запас амбиена,[21] — предположила Айви.

Судя по выражению лица Нареша она угадала верно.

Стены демонстрационного зала задрожали от смеха, и Дэвид поднял руки, призывая к тишине.

— Спасибо вам всем большое. Вы — самые лучшие друзья, каких… — начал он, но его прервал донесшийся снаружи скрежет шин по гравию. Хлопнула дверца автомобиля. — …мы могли только пожелать. — Хлопнула еще одна дверца, за ней еще и еще. Собравшиеся в комнате начали недоуменно переглядываться. — И я хочу сказать…

Тео подошел к окну, выглянул наружу и поспешил к двери как раз вовремя, чтобы перехватить на пороге детектива Бланчарда и трех офицеров полиции, сопровождавших его.


ГЛАВА ДЕСЯТАЯ | Никогда не лги | ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ