home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Бабочка и кокон

Журема была вдовой миллионера, но нужды в демонстрации своего богатства не испытывала. Временами она отказывалась от машин, от шофера, от красивой одежды и других благ, которые ей позволяло иметь ее состояние. Жизнь ее была приятной. Раньше мы никогда не ездили в такой шикарной машине и пришли от нее в восторг. Однако учитель, этот пешеход, который, как нам казалось, машины никогда не имел, оставался безучастным. Он узнал адрес профессора и сказал, что пойдет пешком. Ему нужно было поразмышлять. Как это часто бывало, он предпочел остаться в одиночестве.

Он появился два часа спустя. Миллионерша успела сходить в магазин и купить кое-что из одежды для нашей шайки. Мы снова стали похожи на цивилизованных людей. Мы уже помылись и теперь лакомились сырами и прохладительными напитками. А мы ведь совсем забыли о том, что у системы есть и хорошие стороны. Краснобай оказался таким голодным, что хватал лакомства прямо руками, вместо того чтобы пользоваться столовыми приборами. Соломон молчал, увлеченный поглощением пищи. Наблюдая за ним, я с радостью заметил, что его тики и прочие странности стали менее заметны. Не знаю, были ли причиной тому голод или устойчивая ремиссия.

Димас, набивающий сыром рот, был похож на жулика, который поверх горок хрусталя разглядывает дорогие вещи, а также прекраснейшие картины на стенах. Думаю, что если бы учитель не увлек его своим проектом, то он с удовольствием обчистил бы и этот дом. Моника ела немного. Она была так рада тому, что ее приняли в нашу группу, что почти ни на что больше не обращала внимания. Мне никогда не приходило в голову, что красивые люди могут так страдать, как она.

Учителя проводили в центральный зал площадью в сто пятьдесят квадратных метров, разделенный на пять отличавшихся друг от друга частей. На шикарную виллу профессора он не обратил никакого внимания. Журеме такое отношение понравилось. Она устала от людей, которые заискивающе расхваливали ее дом, но и не прогоняла их. Вскоре он помылся и получил новую одежду.

Когда мы все начали получать удовольствие от вкусного ужина, продавец грез обратился к хозяйке с просьбой:

— Расскажите нам немного о вашем покойном муже.

Она пришла в полный восторг, ибо люди редко спрашивают о мертвых, не желая поставить собеседника в неудобное положение. Но ей очень нравилось говорить о любимом человеке. Она рассказала о его молодых годах, о том, как они полюбили друг друга, как поженились. Потом рассказала о его доброте, смелости и интеллигентности.

— Великий человек! Он тоже был продавцом грез, — дважды повторил учитель.

Журема тут же сообщила, что ее муж был директором-президентом одной из компаний, входящих в могущественную группу «Мегасофт», состоявшую более чем из тридцати предприятий. Нам казалось, что деловой мир нашего учителя не заинтересует, но он все-таки задал вопрос:

— Как он разбогател?

Прежде чем поведать о финансовых делах мужа, Журеме пришлось кратко рассказать о судьбе президента группы «Мегасофт». Мы узнали о том, как некий владелец большого предприятия после смерти оставил свое состояние сыну, молодому человеку двадцати пяти лет. Наследник был человеком большого ума и обладал теми качествами, которые должен иметь предприниматель и лидер. Сын намного превзошел отца. Он открыл капитал унаследованного предприятия, оперируя ценными бумагами, расширил дело и начал инвестировать средства в различные корпорации. Вкладывал деньги в нефть, в сеть магазинов одежды, в средства связи, в индустрию информатики, в электронную промышленность, в гостиницы. Через пятнадцать лет он уже создал группу «Мегасофт», которая вошла в первую десятку самых богатых корпораций мира.

Дона Журема пояснила, что, сделав свое предприятие открытым, он дал служащим возможность покупать акции. Ее муж стал держателем наименьшего пакета акций компании, которой руководил этот молодой человек. С грандиозным ростом группы он заработал много денег. Услышав эту историю из уст доны Журемы, я подал реплику «из зала»:

— Размышляя о блестящих успехах в предпринимательстве этого молодого миллионера, я вспомнил, что самым крупным держателем акций моего университета была именно группа «Мегасофт». После того как она вошла в число спонсоров университета, денег на исследования и подготовку аспирантов стало вдоволь.

Затем продавец грез задал профессору Журеме целую серию вопросов:

— Вы были лично знакомы с молодым человеком, столь быстро расширившим эту группу? Был ли он свободен или оставался пленником системы? Какая философия управляла его поступками — любить больше деньги, чем жизнь, или любить жизнь больше, чем деньги? Какие ценности влекли его? Какими были его приоритеты? Понимал ли он, что жизнь коротка, или полагал, что всемогущ?

Пожилая ученая была захвачена врасплох и не знала, что ответить, поскольку встречалась с молодым человеком редко. Тот был очень занят. Его обхаживали короли и президенты, в то время как сама она была всего лишь профессором. Но мужу этот человек очень нравился.

— Со слов других мне известно, что это был образованный и добрейший человек, — сказала она присутствующим. — Но после смерти мужа, а это случилось семь лет назад, я получала о нем мало известий. Разве что только о несчастном случае в его семье. Кажется, у него были проблемы с психикой. Говорили, что он умер, но его предприятие скрыло этот факт. Считают, если бы он был жив до сих пор, то превзошел бы всех прежних магнатов и стал бы самым богатым человеком в мире.

Учитель внимательно посмотрел на нас и заговорил:

— Уважаемая Журема, вы были добры к этому великому предпринимателю. Я тоже наслышан о его смелости, его жизни и его смерти. Однако мы склонны превращать в ангелов людей, которые умолкли навсегда, превозносить их хорошие качества и замалчивать недостатки. Один человек, который близко знал его, рассказывал мне, что он был амбициозным и не находил времени ни на что, кроме как на приумножение своего капитала. То, что было наиболее важным в его жизни, он положил в основу своих жизненных устоев.

Смутившись оттого, что представил не совсем в выгодном свете лидера, выбор жизненного пути которого он не одобрял, учитель высказал несколько незабываемых мыслей:

— Я не прошу вас проклинать деньги, равно как и прочие материальные блага. Такова ситуация, в которой мы живем сейчас, а что будет потом, никто не знает. Сегодня мы ночуем под виадуками, и небо служит нам одеялом, а кто может предвидеть, что будет завтра? Я только прошу вас понять, что деньги сами по себе счастья не приносят, а их отсутствие может окончательно отнять его. Деньги не сводят с ума, но любовь к ним уносит спокойствие. Отсутствие денег делает нас бедными, но дурное их использование превращает нас в людей жалких.

Мы задумались.

— Шеф, быть счастливым — это хорошо, но если ты при деньгах, это еще лучше, — философствовал Бартоломеу, посасывая кокосовое молоко, в то время как мы пили вина Франции и Чили.

Учитель улыбнулся. Трудно было переспорить этого уличного философа.

На следующий день мы отправились гулять по центральным улицам города. Люди, узнававшие учителя, хотели обнять его. Когда они глядели на него, их глаза блестели. Некоторые его целовали. Учитель постепенно становился более известным, чем политики, что порождало еще большую зависть к нему.

Возле большого торгового центра вокруг него собралось множество людей. Учитель поднялся на несколько ступенек по главной лестнице и произнес речь, ставшую впоследствии очень популярной. На этот раз он сделал философское обобщение знаменитой Нагорной проповеди Учителя Учителей.

Учитель уже говорил нам, что ему нравится эта часть Священного Писания и что он согласен с Махатмой Ганди, который утверждал: если бы все священные книги мира были уничтожены, кроме Нагорной проповеди, то у человечества все равно оставался бы спасительный луч света.

И он в полный голос заговорил:

— Блаженны нищие духом, ибо их есть Царствие Небесное. Но где истинные нищие, те, кто освободился от самого себя? Где те, кто признает собственное безрассудство? В каком окружении пребывают люди, бесстрашно признающие свою незначительность и свои слабости? Люди, каждый день сражающиеся с высокомерием?

Произнеся эти слова, учитель внимательно посмотрел на собравшуюся толпу. На лицах людей он увидел выражение озабоченности и томительного ожидания, перевел дух и продолжал:

— Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю. Что это за земля? Это земля спокойствия, почва очарования жизнью, место для искренней любви. А где тихие заводи? Где люди податливые? В какой обстановке живут друзья терпимости? Кто отвечает лаской, когда ему противоречат, даже если он пребывает в отчаянии? Многие не относятся со смирением даже к самим себе. Они живут под давлением податей и наказывают себя самоистязанием.

Вокруг учителя собиралось все больше людей. Он посмотрел наверх, медленно перевел взгляд вниз и завершил интерпретацию второго блаженства, переставляя в обратном порядке классические рассуждения о мотивации.

— Я призываю вас покончить с желанием менять других, обусловленным неврозами. Никто никого не обязан изменять. Тот, кто отбирает у других слишком много, пусть работает в финансовом учреждении, но только не с людьми, — сказал учитель и продолжил: — Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Но почему мы живем в мире, в котором люди прячут свои слезы? Плачут из-за эгоцентризма, набрасывающего на наши глаза повязку и не дающего нам возможности увидеть, что происходит с психикой тех, кого мы любим? Сколько тайных страхов нам так и не удалось познать? Сколько тайных конфликтов так и не обрели выражения? Сколько ран мы нанесли, не сознавшись в этом?

Пока он говорил, люди размышляли.

— Блаженны миротворцы, ибо нарекут их сынами Божьими. Но кто умиротворит бурные воды эмоций? Где мастера урегулирования бытовых конфликтов? Не являемся ли мы специалистами лишь в оценке других? Есть ли люди, которые защищаются, отрекаются, отдаются, примиряются, верят? Общество подразумевает наличие разделения, любое разделение подразумевает уменьшение. Поэтому умиротворять — не значит учить арифметике сложения, это значит постигать смысл вычитания. Тот, кто не понимает этого математического действия, тот готов к совместному существованию с животными и машинами, но не с человеческими существами.

Подобные утверждения поставили меня в тупик. Имея превосходное университетское образование, я был чрезвычайно неприспособлен к сосуществованию с человеческими существами. У меня были собаки, и я не испытывал с ними никаких проблем, по крайней мере, они не жаловались. А вот сосуществование с человеческими существами являлось источником самых различных проблем. Я много зарабатывал. Имел должность в банке. Мне был непонятен смысл вычитания. Я позволял людям иметь собственные мысли, только если они совпадали с моими. И только теперь я начал понимать, что ты становишься счастлив лишь тогда, когда в совершенстве овладеваешь искусством выносить потери в большей степени, чем искусством обретать. Ждать многого от других — это все равно что плыть на корабле с пробоиной в днище.

А люди все продолжали подходить, чтобы послушать речь учителя. Остановилось движение транспорта, отчего на улице создалась очень сложная обстановка. В связи с возникшим беспорядком учителю пришлось срочно прекратить проповедь. В тот день учитель обрел еще несколько учеников. У каждого из них были свои особенности. Никто из них не был святым и даже отдаленно не напоминал идеал человека.

Многие начали сопровождать продавца идей в любых его походах. Люди связывались по Интернету и вычисляли его маршруты. Несмотря на наличие стольких последователей, он обучал лишь некоторых. Не потому, что они больше других годились на эту роль, а, может быть, как раз потому, что в их души было труднее проникнуть или сломить их сопротивление.


Призваны манекенщица и революционерка | Продавец грез | Двухдневный поход