home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава двадцать вторая

Никогда раньше Бер не думал, что дождь может быть таким долгим. Он лишь изредка успокаивался, затихал, превращаясь на короткое время в моросящий. А затем с новыми силами штурмовал землю. И мало кто решался выйти на улицу, потому что потоки воды, в прямом смысле, не давали вдохнуть полной грудью, настолько дождь был плотным.

Непогода бушевала вторую неделю, раздавливая психику людей, заставляя некоторых испытывать депрессию. Уж точно никто уже не радовался уходу ненавистной жары. Оставалось радоваться тому, что успели хоть как-то подготовиться и двор представлял собой грязное месиво, а не огромную лужу по колено. Городу "повезло" меньше. Город тонул, захлебываясь водой. Что будет дальше не хотелось даже думать.

В дверь постучали. Бер повернул голову и поинтересовался:

— Кто там?

— Можно? — послышался с той стороны голос Никифорова.

— Заходи, — пригласил Бер.

Дверь распахнулась и вошел Вячеслав, немного его опережая в комнату проскочила Дана и виляя хвостом подошла к Александру. За ней тянулась цепочка грязных следов. Сашка поначалу хотел на собаку шикнуть и прогнать, но увидел в глазах овчарки немой вопрос "ты меня жалеть будешь?" Саша хмыкнул и почесал за ухом. Рука сразу стала мокрой.

— Ах ты хитрая псина. Подлизываешься? Ну и как там погодка? Раз мокрая, значит дождь как всегда?

— Хорошо, что ты уже встал, — сказал Никифоров.

— Давно уже, — согласился Бер. — А с каких это пор ты спрашиваешь разрешения войти? Обычно чуть ли не ногой открываешь.

— Да ты какой-то не такой после несчастного случая с Михаилом. То молчишь, будто в рот воды набрал, то рычишь на всех, — ответил Вячеслав. — Может, хватит заниматься самобичеванием.

— Если бы…. - раскрыл рот Бер, но Никифоров перебил его.

— Знаю, знаю. Слышали уже. Если бы я занимался совершенствованием своих способностей, то смог бы спасти его, — дал жесткую отповедь Слава. — И кому от твоих моральных угрызений легче? Тебе? Мне или другим в клане?

— Девку тебе нужно, — не дождавшись ответа продолжил Никифоров.

Бер недоуменно посмотрел на Вячеслава.

— И не смотри на меня так. Надо было не отпускать Дарью. Девица тебе скрасила бы ночи темные, убрала тоску тоскливую, — последнюю фразу Никифоров сказал нараспев, словно сказитель, чем вызвал улыбку Александра.

— Чего пришел-то?

— Проверить в порядке богатырь али нет, да на трапезу утреннюю сопроводить, — продолжал дурачиться Вячеслав.

Бер уже откровенно рассмеялся. Нехитрые уловки друга сумели поднять ему настроение.

— Пойдем, поедим, пока занятия не начались, — согласился Сашка. — В порядке я. Это дождь на нервы действует.

— Дана, вперед, — скомандовал Бер, — А то вся твоя еда Пушку достанется.

Собака все поняла правильно и опрометью выбежала в коридор. Еще бы! Отдавать этому переростку самое вкусное? Не в этой жизни.

— Как там, кстати, успехи с учениками? — по дороге спросил начальник службы безопасности. Вопрос был не праздный. Вячеславу действительно хотелось знать. Более того, нужно знать. У него были планы на учеников Бера и способы применения новых возможностей клановцев. Он давно придумал и с нетерпением ожидал, когда Сашка позволит использовать людей, естественно взрослых, а не детей, в военном отношении. А именно, давно хотел найти тех ублюдков, которые расправились с мирными зареченцами, кости которых нашли еще во время первого нападения гноллов. И ведь, где-то бродят рядом. Он серьезно надеялся на то что люди, такие как Александр, быстро отыщут уродов. Самого Бера он не хотел отвлекать от многочисленных обязанностей.

— Движемся вперед помаленьку, — ответил Бер, — Не хватает знаний. Не разработаны методики обучения. Приходится тренироваться сначала мне, потом передавать полученный опыт. Это растягивает процесс. И у меня нет уверенности, что, то чему я учу наших людей можно применять во всех ситуациях. Это, в первую очередь, касается медицины. В каждом конкретном случае можно действовать по-разному и сложность в том, какой способ воздействия на организм более действенный, — ударился в пояснения Сашка, — Эх. Не гожусь я в учителя.

— Опять себя жалеешь?!

— Да причем тут это? — возмутился Бер, когда подходили к столовой из которой доносились голоса. — Я не ученый и не преподаватель. Не умею я доступно объяснить материал. Многое сам только, только стал понимать и действую больше на интуиции, чем опираясь на знания и опыт.

— Разъясняй только то, что сам понимаешь и умеешь.

— Я так и делаю.

— Мало чем могу помочь. Разве что посоветовать законспектировать всё, что ты успел наработать. Таким образом создай хоть какой-то учебник или методичку, называй как хочешь. И потом, добивайся от учеников главного. Умения анализировать. Пусть не сразу, но появится человек, который сможет, опираясь на данные тобой знания продвинуть новую науку дальше.

Бер задумчиво посмотрел на своего товарища. В рассуждениях Вячеслава имелось рациональное зерно, тем более сам Александр к подобным выводам не пришел. Тем ценнее для него мог оказаться совет Никифорова.

"Это стоит обдумать", — решил Бер и вместе с Никифоровым и овчаркой вошел в столовую, где уже завтракали многие клановцы.


Перед Александром сидели все его ученики. Занятия проходили в просторном помещении на первом этаже, где в другое время проходили совещания и важные мероприятия, требующие присутствия многих людей.

Учеников было не так уж и много. Всего несколько детей и взрослых. Вот как раз взрослые для Бера являлись головной болью. Они немного стеснялись того, что им приходится учиться одновременно с детьми. Ай, да что скрывать. Сильно стеснялись. К тому же плохо усваивали материал, изрядно тормозя учебный процесс. Сказывалось устоявшееся мнение об экстрасенсах, магии и как выразился один из учащихся — тому подобной чепухе. Не последнюю роль играла и гибкость мышления. Дети быстрее и с большей охотой воспринимали новое и необычное. Александр серьезно задумывался о разделении групп на старшую и младшую. Раньше это было невозможно по причине занятости главы клана, но пока идет сезон дождей, то почему бы и не воспользоваться случаем.

— Вчера я вам рассказывал об энергетических структурах различных живых организмов и способах манипулирования этими структурами. Каждый из вас уже умеет видеть их, — Бер посмотрел на уже немолодого мужчину, у которого он нашел дар совсем недавно. Стоило больших усилий убедить того заниматься. Упирался, словно его заставляли делать нечто непристойное. Вот и сейчас сидит и с недоумением осматривается. Типа — елки палки, куда же это я попал? "Надо будет с ним поговорить по душам опять. Или отпустить, если так и не поймет важность происходящего. Иначе будет мучаться и мешать остальным", — сделал себе зарубку на память Сашка.

— Так вот, — продолжал Бер, — у людей, как вы знаете, структура достаточно сложная и требует большого внимания с вашей стороны. Малейшая ошибка может привести к печальным последствиям, прежде всего для человека, которого вы возьметесь лечить. Однако и вам может грозить опасность, если вы не научитесь правильно распределять энергию в собственном теле, ведь вам придется иногда излечивать серьезные раны и черпать энергию из собственных запасов. Значит каждому из вас необходимо научиться аккумулировать ее и правильно расходовать без ущерба для себя. Как и где накапливаются жизненные силы и будет темой сегодняшнего и нескольких последующих уроков.


В некотором смысле Александр не столько учил, несомненно и это тоже, сколько учился сам. Чтобы не ударить в грязь лицом и иметь возможность рассказать на уроках нечто позновательное, ему приходилось ежедневно тренироваться, основываясь на воспоминаниях о прочитанном и небольшой коллекции книг по экстрасенсорике и эзотерике. Он успел приобрести несколько до катастрофы и теперь пытался вычленить из написанного то, что действительно сможет пригодиться и главное — работает.

К своему удивлению, не все, но многое, на земле казавшиеся недоступным или полным бредом, здесь действовало. Перед Сашкой лежала тоненькая книга по созданию амулетов. Он купил ее сам не зная зачем и даже не открывал ни разу.

Идею создать амулет подал один из учеников, который поинтересовался у Бера о возможности передачи предметам части энергии с целью накопления и дальнейшего использования таковой любым желающим. Александр тогда не смог ответить, но идею не отбросил. Наоборот заинтересовался и теперь сидел перед раскрытой книгой, задумчиво вертя в руках небольшой, размером с грецкий орех, камень округлой формы подобранный во дворе.

Он пытался понять существует ли возможность применить к камню воздействие описанное в прочитанной только что книге. В голове родилась мысль сделать амулет пассивной защиты, таков был план, чтобы человек носящий его смог получить дополнительную энергию. Смог чуть быстрее побежать или чуть выше подпрыгнуть. Для человека не имеющего паранормальных способностей это шанс избежать угрозы. И желательно даже не вспоминая об амулете. Все должно произойти само собой. Ведь во время стрессовой ситуации вряд ли кто-либо способен помнить, о каком-то камешке в кармане. Значит предмет должен быть связан с самим носителем и принимать соответствующие сигналы от организма, например выброс адреналина или ощущение боли. Затем резко вбрасывать накопленную энергию и вуаля — ты бежишь, уклоняешься, подпрыгиваешь (нужное подчеркните) и "чудом" избегаешь неприятностей.

"Чего тянуть! Попробуем", — решился Александр.

Саша сформировал в раскрытой руке энергетический сгусток, обычным зрением такого не увидишь, положил камень на ладонь в центр сгустка. И усилием воли начал внедрять в структуру камня энергию. В первую минуту ничего не получалось и Саша подумал, что идея не выгорит и что все эти и амулеты и сказочные артефакты обычная чушь. И когда он решил выкинуть затею из головы, энергетический сгусток, под давлением Сашиной воли, вошел наконец-то внутрь. Камень моментально нагрелся почти до красноты. Бер отдернул руку и камешек упал на пол.

— Ах ты черт! Твою… Ах… фсссс, — Сашка затряс в воздухе кистью. Он сморщился от нежданной боли и посмотрел на руку. В центре ладони намечался волдырь от ожога. Александр недоуменно посмотрел на камень. Несостоявшийся амулет лежал на полу и больше смахивал на раскаленный кусок угля, который только что вытащили из печи.

Бер быстро вскочил взял пыльный стакан, которым давно не использовался, и ложку. Подцепил столовым прибором камень и бросил в подставленную посудину. На месте где лежал жертва Сашкиного эксперимента линолеум поменял, от высокой температуры, цвет. Еще немного и получилась бы проплавленная дыра. "Хорошо, что не на ковёр", — посетила голову запоздалая мысль.

— И что мне теперь с тобой делать? — задал непонятно кому вопрос Бер. — Полежи пока тут. — Зачем-то он сказал несостоявшемуся амулету.

Александр занялся своей рукой. Затратив на лечение некоторое количество энергии и почти двадцать минут он открыл глаза и посмотрел на место ожога. Как и ожидалось его не было, с каждым разом самолечение у него получалось лучше и быстрее, сказывался некоторый опыт и тренировки. Единственное, место затянувшейся раны сильно чесалось. Это терпимо, так и должно быть.

Бер снова взял стакан и глянул сквозь стекло на переполненный энергией "амулет". Он некоторое время полюбовался на дело рук своих и неожиданно для самого себя продолжил закачивать в камень энергию. Тот все больше краснел и начал изменять цвет на белый. Бер попробовал проникнуть внутрь камня и понаблюдать за происходящими изменениями. Раньше он не совершал подобных действий. Саша подумал, раз у него получается с людьми, то почему бы не должно получиться с неживыми формами? И ему удалось.

Словно трехмерная графика вспыхнула перед глазами. Он увидел нагромождение неровных слоев из множеств гранул разного размера, сцепленных друг с другом. По поверхности этих образований мелькали сотни голубых росчерков. Будто молнии змеились. До Александра не сразу дошло, что он видит молекулы, а микромолнии есть не что иное, как переданная веществу энергия. Её было много, явный переизбыток. Эти микромолнии сверкали чаще и чаще. Часть гранул стала разрушаться, деформироваться.

Саша сообразил, что перестарался в своем рвении к экспериментам, открыл глаза и бросил стакан в угол, а сам поспешил ретироваться в коридор. Глухо бабахнуло. Послышался звон разбитого стекла и потянуло гарью. Экспериментатор приоткрыл дверь и заглянул в помещение. Угол, куда он так поспешно бросил стакан был иссечен осколками стекла, старый линолеум красовался в этом месте прожженной дырой с обугленными краями. Тетрадь, ручки, пластиковая бутылка с водой, раньше находившиеся на столе, валялись на полу. Не хватало изрядного куска оконного стекла. Его разбило донышко от "лабораторного" стакана. Вон и оно валяется на подоконнике. Ишь ты, далеко отлетело!

Коридор заполнился гулом голосов. Бер обернулся и наткнулся на беспокойные взгляды выбежавших на хлопок взрыва людей.

— Все в порядке! Уже все в порядке! — попытался он успокоить народ. Саша увидел как приближаются отец и мать, и специально для них сказал. — Ничего страшного не случилось. Просто неудачный эксперимент получился.

— Ты хотел сказать не получился, — раздался голос Вячеслава. Никифоров протолкнулся сквозь образовавшуюся толпу.

— Ага, особист. Куда же без вас, — хмыкнул под нос Бер.

Никифоров все равно услышал, однако при посторонних ничего в ответ не сказал. Он подошел вплотную и тихо спросил:

— Чего случилось?

— Ничего. Просто эксперимент проводил.

— Давай зайдем и ты мне расскажешь, чем занимался, — и более громко остальным присутствующим. — Разойдитесь по комнатам! Нечего тут митинги устраивать!

Глава клана с Никифоровым быстро разогнали всех, стараясь убедить народ, что беспокоиться не о чем. Александру приходилось еще и извиняться чуть ли не перед каждым присутствующим. Когда все разошлись и страсти утихли Сашка, Вячеслав и чета Беров старших вошли в комнату Александра.

— Какая вонь, — посетовала Валентина Николаевна. — Что ты тут делал?

— Сейчас выветрится, — Саша сноровисто открыл окно, впуская плотный ветерок. Стало легче дышать. Бер бросил быстрый взгляд во двор. "Хорошо дождь не такой сильный, при таких резких порывах ветра может и комнату залить", — машинально отметил он.

— Колись, — поторопил Слава.

— Нечего особенно рассказывать, — Александр вздохнул и поведал, чем он занимался последний час и как его опыт завершился.

Первой взяла слово мать. Слова были едкие, а фразы длинные и не ласковые. По ее мнению они должны подвести сына к единственной мысли — "если себя не бережешь, так хоть нас с отцом пожалей". Когда она высказалась мужчины выпроводили женщину, успокоив ее, как могли. Саша пообещал, что больше ни-ни. Никифорова развеселила сцена: голова достаточно большого сообщества оправдывается словно дите малое. Бер зыркнул на друга, но промолчал.

Выпроводив Валентину Николаевну мужчины приступили к серьезному разговору.

— Что ты еще можешь? — сразу после ухода матери Александра, полюбопытствовал Никифоров. В его голосе слышались нотки нетерпения. И вообще всем своим видом он демонстрировал нездоровое оживление.

— Ты чего перевозбудился? — вместо ответа спросил Саша.

— Не понимаешь, что умудрился сотворить? Ты же гранату сделал, — выдал Никифоров.

— Да ну? — на лице Александра промелькнула кривая усмешка и тут же исчезла. — Не считай меня тупым, Слава. Думаешь, мне не пришла в голову подобная мысль? Допустим, ты окажешься прав, — Бер указал рукой на угол, где красовался результат его неумелых изысканий, — как ты планируешь её применять, хранить в конце концов? Знаешь, таскать в кармане разгрузки раскаленный булыжник, как-то не очень удобно. Ты не находишь? — охладил энтузиазм Никифорова Александр.

Тот сразу сник, признавая правоту главы клана. Саша решил добить Вячеслава:

— Пойми, здесь могут играть множество факторов. Например этот камень. Из каких элементов он состоял? Я же поднял на улице первый приглянувшийся. А вдруг другие не подойдут, состав не тот или еще что?

Говоря, Бер думал, что не хватало, чтобы начальник службы безопасности запряг его заниматься в нагрузку наукой. Итак дел выше крыши. Он, собственно, против не был, но когда? Когда выкроить время на все это?

— Может иные вещества на схожие воздействия реагировать будут по-другому, — продолжал говорить Бер. — Полагаю, придется долго выяснять так ли это. Потребуется отдельное строение подальше от жилья. И самое главное время. Ты же сам понимаешь, я не смогу. Просто некогда.

— Это несмотря на то, что просто смертельно опасно, — вставил слово Бер старший. Никифоров еще больше посмурнел.

— Я понимаю, — он рубанул рукой воздух, — но и вы поймите! Ведь это выход из положения. Насколько нам хватит боеприпасов? Еще на год, полтора, может два? И заметьте, при условии, что мы будем использовать патроны лишь для охоты и мелких стычек. Вы уверены, что никто на нас не нападет? — Никифоров пристально посмотрел на каждого присутствующего. Не дождавшись ответа, закончил. — То-то же. А так появится дополнительный шанс….

— Все правильно. Никто с тобой спорить по данному поводу не станет, — Сергей Борисович подошел к креслу и сел, удобно вытянув ноги, — Но Саша прав в одном. Я в вашей магии шмагии не силен, да и в науках тоже, однако согласен, что на разработку потребуется уйма времени и сил. Я верно говорю? — дождавшись утвердительного кивка от сына заговорил дальше. — Давайте, чтобы не спорить подведем некоторые итоги. Так сказать сведем думки в кучу. Я начну, а вы дополняйте, — отец Александра начал загибать пальцы. — Во-первых первичные знания, по данной тематике, отсутствуют. Единственный опыт, чудом никого не угробивший, — кинул камешек в огород сына Сергей Борисович, — ничего не значит. Потребуются месяцы, а то и годы на получение первого удовлетворительного результата. Второе — построить лабораторию с продуманной внутренней планировкой, достать оборудование и обеспечить охрану. Это Славка по твоей части.

Никифоров также молча кивнул, соглашаясь.

— Нужен будет достаточно большой полигон, и желательно подальше от посторонних глаз и ушей. Мало ли…. - добавил Александр.

— Отнесем это ко второму пункту. А то, боюсь у меня пальцев на руке не хватит, — хмыкнул Бер старший и загнул третий палец. — Где взять толковых помощников, ассистентов? Не думаешь же ты, — обратился Сергей Борисович к Никифорову, — что мой сын будет придумывать всё исключительно сам. Проводить опыты и руководить кланом, объезжать шантарха, учить бойцов навыкам наездников. Я так понимаю нам придется рано или поздно пересадить часть бойцов на этих зверей. Ты, Слава, — Сергей Борисович поднял указательный палец вверх, — решил загнать моего сына пока он не скопытится?

— Никто его не загоняет, — отмахнулся Никифоров, — но и вот так сидеть сложа руки не по мне.

— Не волнуйся. Сидеть, как ты выразился, сложа руки не собираюсь. Ничего сразу, — Бер щелкнул пальцами, — не получится. Я не против изучить вопрос и заняться изобретением альтернативы современному оружию. Однако откуда изыскать на это средства я решительно не понимаю.

— О каких средствах ты говоришь? — не понял Никифоров. — О деньгах? Да кому они сейчас нужны?

— Ай, да какие деньги! Не тупи, Слав. Средства это не только деньги. Сам подумай. Понадобятся мне, к примеру, материалы. Не спрашивай, сам пока не знаю какие. И придется снаряжать чуть ли не экспедицию. А это рабочие, охрана, которые не будут участвовать в обеспечении безопасности поселения. Бензин для машин. Придется заняться подготовкой и не дай Бог последующим ремонтом. И так далее и тому подобное. — Бер заложил руки за спину, приблизился к окну и всмотрелся в дождливую ночь. — Так что видишь, не всё так просто, как хочется.

Александр развернулся и закончил:

— Я могу привести достаточное количество доводов за и против. Стоит всё хорошенько обдумать и взвесить, приготовить, в конце концов.

— Всё равно я с тебя не слезу. Сказанное вами верно. Тем более нужно, как можно скорее приступить к опытам, пока мы можем защититься с имеющимся в наличии запасом боеприпасов.

Закончатся патроны и гранаты, пополнить будет негде, и тогда как бы не пришлось локти кусать, — ответил на доводы Беров Вячеслав. Все замолчали, обдумывая только что сказанное. Никифоров зевнул, шагнул к двери. — Я спать. А вы как хотите. Лично с меня на сегодня достаточно, — сказал и вышел, прикрыв за собой дверь.

Следом из кресла поднялся Сергей Борисович.

— Тоже пойду на боковую. А ты, сынок, поразмысли. И я тебя прошу, никаких сегодня экспериментов больше.

Сашка дурашливо отсалютовал отцу и пообещал:

— Честное пионерское. Сегодня, — он выделил слово особо, — ничего не взорву.


Глава двадцать первая | Хроники Зареченска. Книга первая | Глава двадцать третья