home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава двадцать первая

Ни в этот день, ни в последующие гноллы так и не напали. Видно смерть шхаса произвела на них соответствующее впечатление и аборигены не решились атаковать. Бер предупредил Быстрицкого, что по городу могут бродить местные. В ответ получил заверения генерала, что мобильные группы солдат прочешут город.

Расчет оказался верным. Беспокойство родителя за свою дочь сослужило добрую службу клану. Не пришлось посылать в дальние рейды собственных бойцов, ограничившись прилегающей территорией. Когда через пару суток стало ясно, что опасные гости ушли, Бер успокоился. И жизнь потекла прежним чередом. Почти.

Александр вошел в комнату Пшика, чтобы в последний раз проверить его состояние и посмотреть насколько хорошо зарубцевались раны охотника.

"Долгой жизни", — поздоровался Бер, войдя к гноллу.

"И тебе, Великий", — ответил на приветствие Пшик.

"Как твое самочувствие? Ничего не беспокоит?" — Александр присел на корточки рядом с хашш.

"Немного, но это скоро пройдет. Я благодарен тебе", — Пшик приподнялся и попытался выразить почтение Беру.

"Лежи, лежи", — Саша легонько толкнул охотника обратно на матрас. Хашш покорно откинулся на спину. — "Я осмотрю тебя"

Бер закрыл глаза и медленно провел рукой вдоль тела охотника, внутренним зрением сканируя, как проходит процесс заживления. Спустя несколько минут с удовлетворением констатировал: "Твои раны затянулись. Давай посмотрим".

Пшик протянул перебинтованную руку, позволяя Александру продолжить осмотр, чем Бер немедленно воспользовался. Быстро размотав повязку он уставился на белесый шрам.

— Отлично, — вслух сказал Александр и улыбнулся. Ему было чем гордиться. Вылечить существо с совершенно другой анатомией и энергетической структурой дорогого стоило, и позволило приобрести бесценный опыт.

"Давай сниму остальные повязки", — мысленно произнес Бер.

Хашш уже привычным для него кивком головы согласился. Александр достаточно быстро размотал бинты с остальных частей тела гнолла и тщательно осмотрел каждый затянувшийся шрам.

— Просто замечательно, — громко констатировал Бер и перешел на мысленную речь, более удобную для понимания гноллом: "Ты можешь выходить на улицу, но постарайся не делать резких движений. Хотя бы пару дней. Договорились?"

"Я не перестану восхвалять умения твои, Великий", — хашш все же встал и поклонился Александру. Следующая фраза заставила Бера врасплох. Он конечно ожидал, что рано или поздно эту тему охотник снова поднимет, но надеялся, что не так быстро. Александру хотелось еще многое перенять у гнолла.

"Я поделился с тобой всем, что знал сам", — гнолл опять поклонился и продолжил, — "Хочу уйти в прайд. Отпусти меня, Великий".

Бер задумался. На Пшика у него имелось масса планов, но и задерживать его он больше не мог. Убить хашш, как намеревался ранее тоже уже не хотел, а вот попытаться уговорить остаться стоило попробовать. Такого покладистого и по сути не злобного, относительно конечно, аборигена Саша мог больше и не найти. Поэтому Бер поинтересовался для начала: "Что гонит тебя домой?"

"Дом. Это дом. Там жизнь моя. Только дома я смогу продолжить род свой. Закон хашш велит каждому воину и охотнику дать потомство. Ты не дал меня убить тогда и сохранил жизнь сейчас. Хочу воспользоваться удачей и успеть найти хорошую самку, которая родит много славных воинов хашш".

Александр слушал одну из самых длинных речей охотника, а сам думал: "Приперло Пшика не по детски. Может у гноллов любовь-морковь сезонная? А что…. может быть".

Он задал этот вопрос гноллу и Пшик ответил.

"Игры между воинами и самками всегда начинаются перед Большой Водой. Тогда воины и охотники возвращаются с добычей. Подносят дары старшим и похваляются силой друг перед другом. Самки выбирают самых удачливых и ловких, чтобы потом, во время Большой Воды, вырастить в чреве своем жизнь новую".

Разъяснения гнолла заинтересовали Александра. Раньше он не задумывался о способах воспроизводства аборигенов, между тем подобная информация может быть ключом к разгадке поведения хашш, по крайней мере одним из них. Он размышлял над сказанным, поэтому до него не сразу дошло, что охотник упомянул о какой-то большой воде. Он спросил у гнолла, что он имел в виду, говоря о воде и когда она придет. И услышал ответ, который главе клана очень не понравился.

"Скоро. Свет от Небесного Костра потухнет на одной стороне неба и вспыхнет на другой столько раз, сколько пальцев на моих руках", — Пшик поднял руки, демонстрируя когтистые пальцы. Немого подумал и добавил: "Может столько, сколько на твоих, Великий Шхас. Не больше. Это я тебе говорю". Гнолл замолчал и уставился на вождя людей всеми четырьмя глазами, ожидая, что же решит Бер.

"Долго будет эта твоя Большая Вода?" — неприятное предчувствие захватило душу Александра и не спешило отпускать.

"Сколько я живу здесь", — ответил Пшик.

Бер не удержался и присвистнул. Значит примерно три месяца, а то и больше. Остался последний, уточняющий вопрос на эту тему: "Вода льется с неба? И как часто?"

"Да. И долгие дни и ночи пытается она затушить Костер, но ни я, ни мои предки не помним, чтобы ей когда-нибудь это удавалось. Костер всегда вспыхивает вновь", — Пшик продолжал неотрывно смотреть на Александра. Даже его подвижная пара глаз замерла, что бывало редко. — "Небесный Костер греет землю, даря тепло новой душистой траве, которая вырастает выше головы, молодые ургуш идут вслед за матерью, прокладывая новые тропы. У них такое сочное мясо. Если этим мясом кормить новорожденных хашш, то они вырастут сильными и ловкими".

Услышав последнюю фразу Бер усмехнулся. Кто скажет, что гноллы тупые? Ишь какой намек подкинул про новорожденных. Мда.

Бер не поддался на такую простую провокацию и промолчал. Новые сведения заставили его еще больше задуматься. Понятно, что так называемая Большая Вода всего лишь сезон дождей, к которому люди совсем не готовы. С одной стороны постоянная жара достала уже всех, однако Александр подозревал — месяцы дождей, тем более ежедневных, заставят народ молиться о наступлении сухой погоды. К тому же повышенная влажность грозит многими неприятностями, и обычный насморк может показаться сущей ерундой. И это если не считать бытовых неудобств. Надо срочно оповестить всех и начать подготовку к смене сезона. Они в этом мире, по ходу, приходят неожиданно. Как зима в России. Бер хмыкнул. Но пока необходимо решить, что делать с просьбой Пшика. Александр продолжал размышлять, ища выход из ситуации. Хашш сидел рядом и ждал.

"Скажи, Пшик, а ты хотел бы стать вождем нового небольшого прайда или племени?" — задал вопрос Саша и почувствовал, как на гнолла нахлынула волны удивления, неуверенности и чего-то еще, чему Бер не смог найти определения.

"Ну, так как?" — поторопил Александр. — "Представь. Ты хозяин собственной жизни. Самый уважаемый. Все самки твои. Со временем в племени появятся воины. Они будут подчиняться лишь тебе. Самый лакомый кусок на охоте — твой".

Пшик не смог сдержать эмоций.

"Хочу. Но как? Надзирающие не позволят. Я стану изгоем и все племена прайда начнут охотиться на меня, если сразу не убьют".

"Не начнут. И не убьют, если ты всё сделаешь правильно. Ты не говори никому, что задумал. Постарайся уговорить несколько самок и молодых охотников уйти с тобой. Пообещай им свободу от надзирающих и наказующих", — уговаривал Бер вовсе не будучи уверенным, что такую свободу жаждет получить Пшик. Но ведь можно убедить его в этом. Цинично? Да. Однако без лояльных к людям хашш человечеству будет трудно выстоять перед давлением гноллов. Бер это понимал. Стоит прайдам хашш объединиться и послать в поход против зареченцев не несколько сотен, как в прошлый раз, а пять, шесть или десять тысяч воинов! И что тогда? Сколько людей выживут и выживут ли вообще? Кто-то сможет сбежать из города. За жизнь этих жалких остатков от человечества Александр не дал бы и ломаного гроша. Возможно такой сценарий не будет написан судьбой, но почему бы не начать готовится к худшему? Приготовившись к такому развитию событий можно его избежать, по меньшей мере минимизировать потери и выстоять. В любом случае, местные опытные охотники и следопыты. Их знания родного мира нужны людям вообще и клану в частности.

"Обещай воинам оружие которого у хашш нет", — Бер вытащил из ножен клинок и показал Пшику, — "защиту и богатую добычу".

"Ты хочешь, чтобы я привел воинов к тебе, Великий. Но тогда ты станешь надзирающим над нами", — донес свои сомнения до сознания Александра гнолл, чем очередной раз доказал Беру, что аборигены далеко не глупые существа.

Саша поспешил заверить охотника: "В некотором смысле да, только в отличие от ваших надзирающих я не стану требовать слепого подчинения. За любую работу я вам хорошо заплачу. Вам не придется испытывать нужду. Разве жизнь у нас была для тебя тяжела? Ты был голоден? Люди обижали тебя? Подумай".

Охотник надолго ушел в себя.

"Нет", — наконец ответил он и тут же заинтересованно спросил. — "А большую рычащую повозку подарите?"

Александр слегка удивился необычной просьбе.

"Нужно долго учиться. Дольше, чем управлять шантархом", — попытался разъяснить Бер.

"Я буду стараться", — пообещал Пшик.

Сашка улыбнулся. Возможно скоро у клана будет необычное пополнение.


Буквально на следующий день Бер проводил Пшика за ворота, на прощание подарив тому хороший нож и копье, на скорую руку сделанное в мастерских клана. Осчастливленный абориген припустил, временами подпрыгивая, на восток. Александр смотрел удаляющемуся охотнику вслед и размышлял, вернется ли он или нет. Когда хашш скрылся из поля зрения, Сашка вошел под защиту стен и ворота за ним закрылись, отрезая территорию бывшего детского сада, волею судьбы превращенного в подобие средневековой крепости, от угроз внешнего мира.

— Убежал? — полюбопытствовал Вячеслав.

— Он вернется, — сказал Александр в ответ.

— Ну-ну, — скептицизм из Никифорова так и выпирал, но Бер решил не обращать на настрой главы СБ клана внимания.

— Быстрицкому сообщили о скорой смене погоды?

— Да, я лично связался с его секретарем. Он пообещал, что передаст все слово в слово. Только я сомневаюсь, что они начнут готовиться к дождям как к бедствию.

Бер фыркнул:

— Кто бы сомневался.

— Что будем делать с учениками навязанными тебе генералом? Отправим обратно или они останутся здесь? В последнем случае могут надолго застрять у нас. Если, конечно, гнолл не соврал и не преувеличил. — Вячеслав в который раз вопросительно посмотрел на Александра. Никифоров сам сильно сомневался, что сезон дождей может представлять собой такое уж бедствие.

— Чтобы дожди шли так долго? Не может быть? — Высказал Никифоров мнение на прошедшем совещании и его поддержали большинство присутствующих. Сашке пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить людей поступить, как он того требовал. Заставить бросить дела, которыми клановцы занимались, и начать подготовку к различным неожиданностям. Начиная от возможной протечки кровли и подтопления строений и заканчивая заготовкой дополнительных запасов — продуктов питания, лекарственных средств, которые, к слову, нужно еще вымутить у вэвэшников, и теплых вещей. Ведь зареченцы привыкли к постоянной жаре и многие просто не заботились о поиске такого простого элемента гардероба как теплый свитер, хотя бы. О плащах и резиновых сапогах и речи не заводили. Теперь это одна из первоочередных задач, и головная боль для Бера.

На сегодня Александр ограничился тем, что приказал отправить часть людей на крышу ознакомиться с ее состоянием и при обнаружении любых повреждений приступить к устранению. Большую часть народа Бер отрядил копать отводные каналы. Люди с недовольством отнеслись к такому приказу начальства, особенно те, кто недавно присоединился к общине. "Какие дожди? Сухо и жарко, словно в доменной печи!" — высказывались некоторые. Таким Бер быстро заткнул рот. Пообещав недовольным выдать паек на три дня и скатертью дорога. Желающих спорить резко поубавилось.

— Скольких людей ты выделил на охрану наших землекопов?

— Не считая бойцов на стенах, две мобильные группы, — ответил Вячеслав.

— Хорошо, — Бер помолчал немного и спросил. — Как думаешь, успеем за неделю?

— Кто его знает? Ты точно уверен….

— Да сколько можно? Не веришь мне, пойди у Давлетшиной спроси. Она тебе ответит.

— Да верб я тебе, верю, — Вячеслав поднял руки ладонями вперед, сдаваясь.

— А кто не верит? — начал заводиться Бер.

— Все верят, но надеются, что ты просто перестраховываешься.

— Ха, — Сашка горько усмехнулся, — верят, но видите ли надеются. Не нравлюсь пусть изберут себе другого руководителя. Меня эти обязанности, иногда, просто убивают. Хочется плюнуть на всё и заботиться только о себе.

— Что за пораженческие настроения?

— Это по твоей вине я тут пытаюсь из кожи вон вылезти, стараюсь угодить всем и каждому, — выдал Бер.

— Здравствуй. Приехали. Теперь я виноват, — Никифоров достал пачку сигарет посмотрел, внутри оставалось всего две штуки, и закрыл. Он сдержал тоскливый вздох. Скоро придется бросать курить. Курево заканчивается, а пополнить запасы неоткуда.

Между тем Сашка продолжал:

— А кто? Это же ты меня выдвинул на этот пост.

— А кого нужно было? Батю твоего. При всем моем уважении к твоему отцу он не справился бы. Моего брата? Он слишком зациклился на самом себе после смерти жены. Остальные, сам понимаешь, не дотягивают до соответствующего уровня. Оставался ты.

— Или ты, — произнес Бер.

Вячеслав хитро посмотрел на Александра и сказал:

— Я на своем месте и мне оно нравится.

— Просто ты лентяй.

— В самую точку, — Никифоров довольно улыбнулся. — Да не переживай так. У тебя неплохо получается командовать, как я и предвидел. К тому же кое-кто поначалу был не против, — сказал Вячеслав, намекая на Сашкину позицию в первые дни основания клана.

— Тогда я не думал, что мне придется руководить столькими, — Бер обвел окружающее пространство рукой. По двору сновали люди. Каждый чем-то занимался. Часть охраняют покой клановцев, сторожа стены. Кто-то нес в столовую продукты, чтобы женщины успели приготовить обед на такую ораву. В мастерских гремело и стучало. По двору бегала малышня. Жизнь кипела.

— Инвентаря всем хватает? — резко сменил тему Бер. Вячеслав не успев переключиться оторопело посмотрел на Александра.

— Это ты про лопаты?

— И про них тоже, — подтвердил Бер.

— Да вроде бы всем. Лучше у бати своего спроси. Он у нас главный по строительству.

— Я то спрошу, — Саша хмуро посмотрел на Никифорова. — А ты почему еще здесь? Насколько я помню некое ответственное лицо должно сформировать небольшой отряд обязанный отправиться оповещать жителей округи о надвигающейся мокрой погоде, слякоти и тому подобным неприятностям.

— Вот таким ты мне больше нравишься, а то сопли развесил, — Вячеслав удовлетворенно хлопнул Бера по плечу, — уже бегу.

Никифоров поправил ремень автомата, развернулся и двинулся в сторону дежурки. После последних событий решили сформировать отряд быстрого реагирования. Небольшой отделение из шести человек теперь обязано всегда находится в специально отведенном помещении. Так сказать при полном боевом параде, и при необходимости бойцы отряда обязаны успеть на стену, пока клановцы вооружаются, в место наиболее вероятного прорыва или оперативно выехать на помощь людям за пределы базы. Таких групп сформировали две — одна отдыхает, другая дежурит. Главным назначили Сапрыкина. Как Егор не отбрыкивался, мотивируя тем, что у него дел по горло, шансов профилонить ни Бер, ни Никифоров ему не дали.

Сашка обвел обширный двор хозяйским взглядом. Как бы то ни было подготовка началась. Оставалось закупить антибиотиков побольше. Бер надеялся, что Быстрицкий расщедрится. Ведь клану, по сути, много и не нужно.


Александр стоял на стене и смотрел на творение рук человеческих. Отводные каналы были закончены. Получилось нечто вроде крепостного рва окружающего стены и с некоторыми отличиями. Правильнее было называть его канал, но аналогия с крепостным рвом навевала иное название. И люди не долго думая так его и окрестили. Мужчины вырыли неглубокий и не очень широкий ров примерно по пояс глубиной и около двух метров шириной. Стенки укрепили арматурой и проволочной сеткой, чтобы земля не осыпалась. Конечно удобнее вообще забетонировать все, но Сашка чувствовал, что этого сделать не успеют. Поэтому дал отмашку прекратить начавшиеся работы по упрочению.

В последнюю очередь выкопали длинный отвод далеко в сторону, куда вода должна уходить в более низменную часть города, в которой никто в настоящее время не проживает. Также пришлось изрядно потрудиться и пробить под стенами сквозные отверстия и вставить в них гильзы, нарезанные из старых канализационных труб. Работенка оказалась по трудоемкости почти такая же как и рытье самих каналов. Но в итоге получилось очень даже неплохо, будет куда воде уходить со двора и можно не опасаться подтопления.

Бер посмотрел на небо. Ни одной тучки, но это ничего не значило. Александра не покидало ощущение — уже скоро. Люба подтверждала его опасения, более того напредсказывала кучу неприятностей, что Сашка даже засомневался все ли он сделал и готов ли клан к тому, что предстоит испытать.

— Посмотрим, — под нос себе сказал Бер. — Заодно и проверим, стоили усилия потраченные на столь масштабные работы?

Он повернулся и спустился по лестнице вниз по пути размышляя.

Быстрицкий внял предупреждению клановцев и решил отозвать своих людей, пока ситуация не проясниться. Завтра Дарья отправится обратно домой. Сашка не мог разобраться хочется ему, чтобы девушка покинула клан или нет. Одно хорошо, у него теперь появится больше времени для собственного самосовершенствования и обучения Насти, а то совсем девчонке перестал внимания уделять. От рук отбилась, озорует с Пушком. Люди жалуются.

Недавно переполошила всю общину. Убежала со свои любимцем "погулять". Как со стены спустилась и посты миновала? Молчит, как партизан в застенках гестапо. Нашлась Слава Богу. Пушок защитник каких поискать, но мало ли…. Бесовка.

Малышу больше внимания уделить тоже не помешало бы. Когда Сашка спешит мимо запертого шантарха по делам, отчетливо чувствуются волны тоски зверя по хозяину. Бер лишь по утрам заходил к нему, покормить и напоить. Иногда вечером забегал убрать клетку и пять-десять минут пожалеть и сказать пару ласковых слов. Затем уходил к себе, где падал на кровать и засыпал как убитый, порой не успев раздеться.

Вот и сегодня денек выдался сумасшедший. Животные уходили все дальше на восток, и охотничьим партиям стало тяжелее добывать зубров и других травоядных. Поняв, что стада покидают окрестности Зареченска, последние скептики перестали ворчать. До многих наконец дошло, то о чем твердил так долго глава клана не простые выдумки. Перемены надвигаются и тревога буквально висит в воздухе. Но нет худа без добра и наоборот. Авторитет Бера вырос, оставалось хлынуть дождю дабы закрепить его.

— Что, Малыш. Скучаешь? — Сашка погладил шантарха по морде. Выполняя этот нехитрый ритуал Бер с удовольствием смотрел на закрывшего глаза зверя. Малыш наслаждался лаской. — Ты никак подрос маленько. Молодец, — Бер похлопал Малыша по шее. — Скоро меня катать будешь.

Шантарх лизнул хозяина в плечо, мол, скоро — скоро.

— Я тебе вкусное принес. На кухне спер. Ты ж меня не заложишь? — Александр достал из принесенной с собой сумки полиэтиленовый сверток, развернул его и достал кусок прожаренного мяса. — Правда Пшик говорил, что по вечерам тебя кормить не нужно, но ты же у меня хороший.

Ноздри шантарха затрепетали и до Бера донесся образ, в котором Малыш притащил Сашке большущий кусок свежего мяса.

— Обещаешь в следующий раз меня угостить? Ловлю на слове, — Александр рассмеялся и протянул Малышу подарок. Шантарх немедленно взял из рук хозяина угощение и моментально проглотил. — Ты меня прости. Пойду я к себе. Спать хочу, умираю просто. Увидимся завтра.

Бер погладил напоследок шантарха и вышел из загона. Позади раздался расстроенный рык Малыша.

Александр ополоснулся в душе и поднялся к себе, скинул пропыленную одежду и завалился спать.

Ночью его разбудило эхо близкого взрыва. Бер вскочил, спросонья попытался найти оружие в темноте. Схватил автомат. Бабахнуло снова. На этот раз гораздо ближе. Гулкий звук прокатился по улице, такое ощущение будто великаны кучу валунов уронили. Сашка, как был в трусах и с грозой в руке, подскочил к окну. Небо озарила яркая вспышка. Вдалеке сверкнула огромная, ветвистая молния.

— Началось, — прошептал Бер.

Порыв ветра взъерошил волосы Александра. Бер закрыл, обычно всегда открытое, окно. В комнате сразу стало гораздо тише. Саша быстро оделся, вышел в коридор и бегом спустился вниз. Судя по царившему оживлению гром и молнии перебудили многих, если не всех жителей.

Люди выходили на улицу, задирали головы вверх, наблюдая за буйством стихии в вышине. Небо, непосредственно над базой, пока не было закрыто тучами. Но это пока. Сашка тоже смотрел туда же куда и все. Грозовой фронт быстро приближался.

— Знаешь, я даже рад этому.

Бер повернул голову в сторону говорившего.

— Боюсь, пап, скоро мы проклянем дождь, — ответил Саша подошедшему отцу и кивнул в сторону очередной сверкнувшей молнии на горизонте.

— У природы нет плохой погоды, — философски заметил Сергей Борисович, цитируя строку из песни.

— Дождь ли, снег — любое время года надо благодарно принимать, — пропел Александр, — Посмотрим.

Новый порыв ветра подогнал тучи ближе. Пахнуло свежестью. Несмотря на тягостное чувство Сашка блаженно растянул губы в улыбке.

Все-таки так приятно, когда жара отступила и более прохладный воздух обдувает тебя, наполняет легкие не удушливым зноем, а свежестью, даря ощущение будто ты заново родился.

С каждой минутой народ все прибывал и прибывал. И вскоре стало казаться, что во дворе не останется места. Бер вертел головой и удивлялся. Неужели в клане уже столько людей? Нет, он, конечно, знал точное количество, однако видеть почти всех одновременно ему не доводилось. Большинство постоянно заняты каким-либо трудом, поэтому на глаза главе клана, такими толпами не попадались. Но не сегодня ночью.

Темная субстанция спрятала последние звезды. Бабахнуло прямо над головой, заставляя особо впечатлительных вжать голову в плечи. И тут же ветер принес первые капли. Они падали всё чаще и чаще. Сначала на плечи, волосы, в подставленные ладони. Бер всмотрелся в ночь. Несмотря на тьму всё равно было видно как более темная, чем ночь стена приближается. Ближе и ближе.

— Вот сейчас точно начнется, — проговорил Бер.

Очередной резкий порыв ветра и дождь хлынул с небес целым потоком. В толпе кто-то радостно воскликнул.

— Дождь!!! — и заливисто засмеялся.

Многие развели руки в стороны, подставляли косым струям воды лицо и радостно улыбались, смеялись. Александр не удержался и тоже поддался всеобщему настроению. Некоторые начали приплясывать по зарождающимся лужам. Особенно старалась детвора. Оно и понятно, какой ребенок упустит такую возможность?

Очарование момента испортила молния. Электрическая дуга ударила в самую высокую точку — трубу котельной. Громкий хлопок сопровождал выброс энергии бушующей природы. Люди моментально застыли, часто моргая после яркой вспышки.

Бер ринулся к зданию котельной, увидев по пути Сергея Махно, скомандовал:

— За мной.

Махно последовал рядом. За спешащим главой клана пристраивались люди и к зданию Бер добежал в сопровождении двух десятков мужчин, в основном бойцов клана. Около самой котельной уже находились люди — холостяки проживающие в переоборудованных под жилье помещениях. Когда ударила молния они все находились или неподалеку, или внутри.

— Кто сегодня дежурит на верхотуре? — задал вопрос Александр.

— Михаил, — ответил находящийся здесь же Коновалов.

— Из третьей группы, — добавил вынырнувший откуда-то Сапрыкин. Он, как исполняющий обязанности инструктора, знал всех бойцов очень хорошо.

Бер напряг память и вспомнил молодого парня, лет двадцати, пришедшего в клан чуть больше месяца назад вместе со своей младшей сестрой.

— Свяжитесь с ним, — попросил Бер. Свою рацию он, непростительно, оставил в комнате.

Коновалов достал радиостанцию, но в ответ на его вызов из динамика раздалось шипение помех.

Александр уже было дернулся подниматься по лестнице, но Коновалов остановил его, положив руку на плечо.

— Без тебя есть кому подняться. — Он отдал приказ и двое крепких бойцов ринулись на самый верх.

Повисло тягостное ожидание. Сплошная пелена дождя, из-за которой ничего не было видно, лишь усиливала общее состояние нервозности. Наконец молния высветила силуэты спускающихся.

— Что-то долго они, — раздался чей-то взволнованный голос.

Прошло добрых пять минут, прежде чем пара бойцов оказалась на земле. На плече самого крепкого висел дежуривший сегодня на трубе Михаил.

— Живой еще, — предупреждая вопросы сказал боец и передал тело подоспевшим клановцам, а сам отошел в сторону тяжело дыша.

— Быстро под крышу его, — скомандовал Бер.

Михаила, в бессознательном состоянии, внесли в помещение котельной.

— Мне нужно больше света, — попросил Александр.

— Сейчас, — пообещали ему.

— Положите его.

— На пол?

— Куда-нибудь.

Раненого положили у ног главы клана. Бер опустился на колени перед Михаилом и с ужасом посмотрел на обожженного молнией парня. Некоторые части тела, в основном грудь и руки обуглились. Наверное он держался за ограждение, когда ударила разряд. Оставалось только удивляться, как пострадавший вообще до сих пор жив.

Александр осторожно положил руку на раненого, закрыл глаза и попытался определить его общее состояние. Настроившись на соответствующий лад начал осмотр. То что он увидел, заставило его действовать немедленно. Прямо на глазах энергетическая структура Михаила разрушалась. Каналы переставали снабжать энергией органы и отключались один за одним. И это основные, второстепенные вообще представляли собой сгустки чего-то непонятного. Настолько они разрушились. Повреждений было столько, что Бер на мгновение растерялся и… приступил к работе. Он начал вливать через себя в тело бойца так необходимую жизненную силу, но она большей частью уходила через полученные разрывы в никуда. Тогда Бер попытался одновременно с перекачкой энергии восстанавливать эти повреждения, но этого оказалось недостаточно. В тканях органов уже начался некроз и усилий Александра было явно недостаточно, чтобы помочь организму справиться с такой бедой. Сердце, работающее в режиме аритмии усугубляло ситуацию. Сашка удвоил усилия. Но тщетно. Парень пару раз с силой вздохнул, раскрыв широко рот и его сердце не выдержало и остановилось.

Бер поднялся с колен. Его начинало колотить. Сказывалась слишком большая отдача собственных жизненных сил.

Сквозь столпившихся людей, помогая себе локтями в первый ряд пробилась симпатичная, темноволосая девушка лет пятнадцати. Увидев лежащего она вскрикнула:

— Мишка! — зажала рот руками и медленным шагом стала приближаться к трупу.

— Уведите девочку, — попросил Бер и не дожидаясь как исполнят его просьбу он развернулся и пошел к себе, стараясь ни на кого не смотреть.

Ему пытались что-то говорить, но он никого не слышал. Не обращая на людей внимания поднялся в комнату и без сил рухнул в кресло. Сашка обхватил голову руками, мышцы лица будто закаменели в гримасе. И лишь вода стекала с волос каплями по лбу, перебираясь на щёки, оставляя мокрые дорожки. В этот момент Бер сам себе не смог бы ответить, слезы это или последствия дождя.


Глава двадцатая | Хроники Зареченска. Книга первая | Глава двадцать вторая