home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава пятнадцатая

Вчетвером еле разместились на заднем сидении УАЗа. Александр устало подумал, что встреть сейчас проектировщика салона, пристрелил бы без сожаления. Кто так автомобиль для военных конструирует? Сзади даже втроем тесно и ноги свободно расположить негде, потому как передние сидения мешают. Вот зараза. Бер поерзал на месте, пытаясь найти ту, минимально допустимую позу, при которой самому удобно и соседу не мешаешь. Вместо этого стало хуже. Сидящая справа бабуля недовольно зыркнула на Сашку, тем самым прекращая поползновения молодого человека устроится поудобнее, чего с успехом добилась. Александр прекратил дергаться, но теперь фляга уперлась в бок, доставляя неудобство. Он в сердцах чертыхнулся. Вялая мысль вытащить флягу так и осталась мыслью. Лень. Бер откинул голову на подголовник и попробовал вздремнуть под мерное покачивание машины на неровностях дороги.

К Петровичу заезжать не стали, сразу рванули домой. На базу клана добрались, когда местное светило поднялось и ночная прохлада начала отступать под безудержным напором дневной жары. Вести, что вернулось начальство, да не одни, быстро облетели общину. Когда Валентина Николаевна увидела в каком виде предстал перед ней сын, ее чуть удар не хватил. Пришлось Ксении бежать за валерьянкой.

Этот день полностью посветили отдыху. Бер вежливо послав всех на хутор бабочек ловить, по быстрому смыл с себя грязь и дорожную пыль. Никифоров посоветовал ограничить общение спасенных с представителями общины и посадить женщин под комфортабельный домашний арест. Бер прекрасно понял, почему Слава дал такой совет и согласился с ним. После того как Саша распорядился об устройстве освобожденных женщин, завалился спать даже не позавтракав, чем немало расстроил отошедшую от первого шока мать.

Александра разбудил днем отец. Глава клана пошатываясь, в полусонном состоянии, подошел к двери своей комнаты.

— Привет пап, — он зевнул и посторонился, пропуская отца и бешено радующуюся овчарку. Собака норовила лизнуть его в руку, как же самый любимый хозяин вернулся.

— Дана отвянь от меня, — попросил Бер. Но Дана, так преданно посмотрела на него, вертя хвостом из стороны в сторону, что пришлось опуститься и потрепать верное животное за холку. Поучив в ответ длинным собачьим языком в нос Бер поморщился, вытер повлажневшее лицо рукой и поднялся во весь рост.

— Который час? — поинтересовался Сашка у отца.

— Четвертый. Все из великолепной четверки проснулись и я решил, что и тебе пора вставать. Иди, обедай. Народ уже заждался когда глава совета изволит отдохнуть после военного похода. — Сергей Борисович попытался вложить в последнее предложение иронию, но его потуги пропали зря. Сын никак не прореагировал или сделал вид, что не понимает куда клонит отец. Он молча натянул на себя свои старые джинсы и пахнущую чистотой белую футболку. Военно-полевая форма, в последнее время, порядком ему надоела.

— Попытались расспросить остальных, — продолжал говорить отец, — но Слава приказал Эдику и Олегу молчать о ваших приключениях пока ты не выспишься. Он, прежде чем вы доложитесь на совете о вашей "торговой" поездке, хочет с тобой поговорить.

Сергей Борисович замолчал, ожидая от сына пояснительных слов о произошедшем с его участием приключении. Сашка предпочел не вдаваться в подробности. Ни к чему они. По крайней мере в данный момент.

— Пойдем пап. Поем и ты вскоре все узнаешь. Длинная история, в двух словах не расскажешь.

Отец укоризненно посмотрел на своего старшего и вслед за сыном вышел в коридор. Дана не захотела оставаться одна и чуть не сбив с ног, успевшего посторониться Александра, выскочила за людьми из комнаты. Каким-то десятым собачьим чувством она поняла, что сейчас хозяева пойдут в столовую, где ей может перепасть вкусный кусочек. Лишь бы там не было этого вредного Пушка.

— Я так понял вы полезли в логово барона спасать этих женщин, — не унимался отец. Ему одновременно было и любопытно и хотелось сделать выговор за безрассудный, с его точки зрения, поступок.

Александр за локоть остановил отца и сказал:

— Пап. Не нужно пока распространяться на эту тему. В клане могут быть люди которые сливают информацию на сторону. И кому именно мы не знаем. Если Дробыш узнает кто шуровал в его вотчине, нам не поздоровится. Мы пока слабы для открытого противостояния.

— А генерал….

— А генерал нам помочь не захочет. У него на нас собственнические планы и я думаю, поддержит солдатами лишь в случае, когда мы приползем к нему на коленях, умоляя о защите в обмен на повиновение.

Сергей Борисович недоверчиво покачал головой.

— Дела-а-а, — протянул он. — Хорошо Саша. Я понял тебя. Пока, слава Богу, маразм обходит твоего отца стороной.


— Ты хотел перекинуться парой слов, — Бер и Никифоров мерно прохаживались по двору. Вокруг кипела работа по возведению укреплений. Люди носили к месту строительства стройматериалы. Несколько женщины вывешивали на протянутые веревки выстиранное белье. Жизнь в клане продолжала кипеть, несмотря на последние трагические события.

— Надо поговорить со спасёнными. Некоторые моменты подмеченные мной в Юзовке требуют внимательного изучения.

— Это касается наших гостей?

Вячеслав кивнул.

— И что с ними не так? — Бер машинально потрогал синяк и шишку над бровью. Надо бы заняться самолечением, но некогда. Столько дел требуют личного внимания.

— С Любой не так. Мне кажется она, как и ты, обладает некоторыми способностями. Возможно, лучше будет, если ее переманить к нам.

Бер остановился.

— В чем, по твоему мнению, выражается ее преимущество?

— Мне кажется она знала, что мы придем за ней и ничуть не удивилась нашему появлению. Жопой чую, с ней не все так просто.

— Что прямо-таки эти местом? — не удержался от шпильки Александр. — Мне всегда казалось, что за экстрасенсорные возможности мозг отвечает и отчасти энергетика самого человека.

— Да пошел ты… — беззлобно послал товарища Никифоров.

— Хорошо в следующий раз обязательно. А пока скажи. Как же вознаграждение от твоего сослуживца? Обещанная оплата позарез нам нужна. Ты же сам знаешь.

— Ты лучше подумай какие перспективы сулит обладание такими кадрами как ты, эта Люба. Настена, когда вырастет, вообще будет вне конкуренции. Не зря Быстрицкий на тебя глаз положил.

— Он говорил о клане, — не согласился Александр.

— Да плевать ему на клан. Ну сколько мы сможем собрать людей. Еще двести, максимум триста человек. И все. Жизненное пространство исчерпает себя и нам понадобятся ресурсы на строительство, поиск пропитания. Понадобятся земли под пашни и многое, многое другое.

— Собирает он подобных тебе людей под свое крыло, — продолжал рассуждать Вячеслав. Сашка внимательно слушал и пока отмалчивался. — Вы будущее. Тот у кого под рукой окажется большее количество с… Блин, никак не могу определиться как всех вас называть. То ли магами, то ли паранормами или экстрасенсами. Короче. У кого окажется большее количество людей со способностями, тот будет править Зареченском.

Бер задумался. Такой возможный поворот в политике всех более значимых общин ничуть его не удивил бы. После разговора с генералом, где-то на уровне подсознания тлели подобные мысли, но за ворохом текущих дел на поверхность всплыть они не успели.

Александр посмотрел на палящее солнце. Глаза заслезились и он отвел взгляд, под веками, яркие лучи ударили по сетчатке, вынуждая выступить слезы. Сашка смахнул непрошеную влагу.

— Знаешь о чем я мечтаю? — задал он неожиданный вопрос.

Сбитый с мыслей Вячеслав остановился.

— О чем?

— О ливне. Чтоб как из ведра зарядил, с громом и молниями. Денька на три. Жара скоро меня доконает.

Никифоров хмыкнул. Он бы тоже не отказался от дождика. За все время после переноса погода людей особо не баловала. Пару раз покапала водичка с неба и на этом лафа закончилась.

— По поводу паранормальных ты прав. Скажу даже больше. Скоро на таких людей начнется настоящая охота. Как говорится если ты не с нами, значит против нас. — Бер замолчал размышление о будущем захватили его.

— Насчет роста клана, — перепрыгнул на другую тему Александр, — я в корне с тобой не согласен.

Никифоров недовольно повел плечом. Иногда с Александром тяжело было разговаривать. Он нередко перескакивал с одной темы на другую, вгоняя собеседника в ступор. Вячеслав, как-то давно, в прошлой жизни читал, что люди ведущие подобным образом разговор думают о нескольких вещах одновременно. Некоторые психологи утверждали, что так проявляется первый признак гениальности. Но, черт, как же порой тяжко с такими гениями общаться.

— Как не согласен и с предложениями, высказанными на прошлом совете об ограничении принятия под нашу защиту нуждающихся, — продолжал, тем временем говорить Бер. — Люди нам нужны и чем больше их будет, тем в большей безопасности станут жить члены клана. Голод нам не грозит. Пока. А вот над проблемой воды уже сейчас нужно думать. Но сначала давай решим текущие вопросы. Пойдем, прямо сейчас поговорим с Любой.

"Опять резко сменил тему", — подумал Никифоров, но вслух произнес.

— Пошли.


— Добрый день, — поздоровался Бер, когда он и Вячеслав вошли в предоставленную женщинам комнату для гостей. — Как вам спалось? Если есть пожелания скажите и вам принесут все необходимое.

— Здравствуйте. Нам пока ничего не нужно, кроме объяснений, почему вы нас заперли. Мы пленники? — Возмущение Любы можно было понять. Она думала, что ее освободили, а в итоге наоборот. Даже в туалет без охраны не отпускают.

— Мы ограничили ваше перемещение и общение с нашими людьми по причине непонимания некоторых связанных с вами моментов, а также чтобы соблюсти минимальную секретность. Никто не должен знать, откуда мы привезли вас, — не стал лукавить Александр. — От сохранения в тайне нашего участия в вашем освобождении зависит многое. В том числе и жизни проживающих в нашей общине ни в чем не повинных обычных людей.

— Тогда почему вы не отвезли нас сразу к Глебу?

Сашка испытующе посмотрел на Любу.

— А вы бы этого хотели?

Вопрос для Любы оказался неожиданным. Она задумалась.

Такая реакция на, в общем-то простой вопрос, о многом сказала Беру. Он переглянулся с Вячеславом. В истории наметился поворот и к чему он мог привести пока было неясно.


— С Глебом я познакомилась достаточно давно, лет десять назад, если мне не изменяет память, — рассказывала Люба. Её мать сидела в кресле у приоткрытого окна и было не понятно, то ли пожилая женщина просто прикрыла глаза и слушает беседу дочери с клановцами, то ли задремала.

— Я уже тогда занималась тем, что зарабатывала на жизнь гаданием на картах и кофейной гуще. Ко мне многие приходили, в основном женщины конечно, редко захаживали и мужчины.

Однажды пришел Глеб. Весь на нервах. Видно было по его глазам, что таким людям как я он не верит ни на грош. Но и любопытство угадывалось. Не он первый, не он последний. — Любовь улыбнулась. — Когда в жизни любого человека наступает неопределенность, многие идут к гадалкам в надежде услышать, что невзгоды скоро уйдут и впереди судьба приготовила лучшую долю, чем они заслужили. — В горле пересохло от волнения и жары, Люба отпила из стакана глоток воды. — Мне он показался тогда таким милым, такой большой, подтянутый, в военной форме. Настоящий полковник, хоть и прапорщик, так смешно говорил, вставляя где не попадя украинские слова, — женщина улыбнулась своим воспоминаниям, — и застенчивый. Он запомнился мне тем, что его внутреннее состояние сильно контрастировало с его внешним видом. Я погадала ему, а через некоторое время он пришел снова. Через месяц опять. Постепенно мы сдружились, и спустя время Глеб пригласил меня на свидание. — Люба замолчала.

Чтобы как-то скрасить возникшую после откровений гостьи, неловкость Вячеслав поинтересовался:

— Это из-за жены приходил в первый раз?

Люба кивнула:

— Да он, тогда как раз с ней развелся и не знал, как быть дальше. Вот, люди подсказали ко мне прийти.

Вячеслав кивком показал женщине, что принял ответ, затем извинился и попросил рассказывать дальше.

— Где-то около года мы встречались. Он даже замуж предлагал, но… Слишком Глеб "хозяйственным" оказался. Жадноватым. Я была моложе и хотела гораздо большего от партнёра. В общем, не срослось у нас, — Любины губы растянулись в кислой улыбке. — С тех пор не виделись. Относительно недавно, буквально за пару дней до переноса, случайно встретились. Ничего особенного. Посидели в кафе. Поболтали и разбежались, каждый по своим делам.

— Как же он узнал, что вы выжили и находитесь у матери в деревне, — задал, напрашивающийся вопрос Бер.

— Глеб приезжал к Дробышу. Барон тогда к Верхней Юзовке квартиравался. Там и свиделись вновь. — После этих слов у Сашки в груди заворочалось нехорошее предчувствие. Бер с еще большим вниманием стал слушать женщину. — Затем он заходил к нам в дом. Уговаривал с ним уехать. Обещал, что сможет договориться с бароном, — Любовь произнесла фразу, словно выплюнула.

Александра спросил:

— Зачем он приезжал?

Люба пожала плечами.

— Знаю, что они долго о чем-то говорили и все.

— Глеб упоминал, что пытался выкупить вас. Это правда? И почему у него не вышло? — Вячеслав переступил в нетерпении с ноги на ногу.

Петрович говорил почему, но в свете новой информации стоило проверить слова старого знакомого, вдруг Люба знает и расскажет больше.

— Правда, — подтвердила Любовь.

— Поподробнее, пожалуйста, — более резко, чем собирался, сказал Никифоров.

Женщина недовольно посмотрела на Вячеслава. Ей не понравились, появившаяся у клановца интонация, будто на допросе, тем не менее продолжила:

— А почему не вышло? Я говорила, что зарабатывала гаданием. После переноса у меня стало лучше получаться, гораздо лучше и точнее. В последние месяцы научилась предсказывать будущее без костылей вроде карт и тому подобных вещей. Пока не всегда получается, но все чаще и чаще. Дробыш в шутку называет меня оракулом. Тоже мне барон выискался, — Люба фыркнула. — И твердит, что с моей помощью станет повелителем мира. Ну не идиот ли? — Люба звонко рассмеялась. — От полученной дозы новых данных у Бера разболелась голова. Вот это подстава так подстава. Спрашивать женщину, собственно больше не о чем, он жестом показал Никифорову на выход.

— Благодарю за рассказ. Мы покинем вас. Есть неотложные дела.

— Что с нами будет? Вы нас отпустите? Отправите к Глебу или нет?

— Давайте побеседуем об этом чуть позже, — ушел от прямого ответа Бер. И не дав женщине что-либо спросить снова, вышел со Славой из комнаты.

— Никого не выпускать и не впускать, — приказал Бер охраннику.

Люба печально посмотрела на закрывшуюся за посетителями дверь, вздохнула и перевела взгляд на престарелую маму. Мать все-таки уснула. Разморила жара бабулю.


Бер с Никифоровым остановились на площадке между вторым и третьим этажами.

— Блин, что за интриги мадридского двора? — Александр рубанул рукой воздух. — Твой Петрович, оказывается, ведет дела за спиной Быстрицкого.

— Он не мой, — Вячеслав выдохнул дым сигареты в распахнутое окно.

— Да какая разница!? — в сердцах воскликнул Бер.

— Не кричи. А то сбегутся любопытные.

Вячеславу самому становилось тошно от осознания положения в которое они угодили по незнанию. Жадность подвела. Захотелось всего и побольше. В итоге клан может вместо оплаты получить люлей. Дробыш простил бы потерю простой женщины. Предсказательницы, нет. Но кто же думал, что так получится?

— Получается Петрович не мог не знать, что его бывшая качественно изменилась после переноса. Поначалу решил закосить под дурачка и выкупить Любу, когда понял что номер не проходит, нанял нас, — в голосе Александра слышалось раздражение, — подмять под себя такой востребованный кадр мало кто откажется, а тут такая удача — любовница из прошлой жизни, которая в благодарность за освобождение и по старой памяти позволит воспользоваться своим даром другому человеку. К тому же она весомый козырь в отношениях с генералом.

— Твой Петрович…

— Он не мой, — угрюмо повторился Вячеслав.

Александр не обратил внимание на слабый протест и продолжал рассуждать вслух:

— … знал об интересе генерала к измененным людям. Вот представь…. Люба, как любая нормальная женщина, ищущая защиту в это неспокойное время, становится женой Петровича. Тогда в отношениях с Быстрицким у него появляется большая свобода. Генерал не станет упорно, по меньшей мере не сразу, притеснять ушлого кладовщика, опасаясь что Любовь перестанет снабжать необходимой информацией, — Бер перевел дух.

— Борьба за паранормальных ведется, а мы ни сном ни духом, — Никифоров выкинул окурок на улицу и подкурил вторую сигарету. Возбуждение Александра начало передаваться и к нему, — думали мы одни такие хитрые первопроходцы.

— Думали, — Сашка с тоской посмотрел на видный в окне кусочек голубого неба. — Что делать будем? В голову не лезет ни одна достойная мысль, на которую можно опереться и придумать руководство к действию.

— Давай подведем итог, — предложил Никифоров.

— Подводи.

— Глеб нас подставил под удар барона. Полагаю, что с помощью моего старого товарища, который мне совсем не товарищ, Дробыш вскоре узнает кто именно умыкнул оракула и где она находится. Сам Петрович отсидится за спиной генерала. Мы не сможем, — второй окурок последовал за первым. — Следующее. Быстрицкому нападение Дробыша на клан очень выгодно. Нам ничего не останется, лишь просить у вэвэшников протянуть руку помощи. Тогда он снизойдет, но взамен потребует принять его покровительство.

— Слушай, — прервал Вячеслава Саша, — а вдруг это Быстрицкий задумал комбинацию изначально? — Глаза Александра загорелись. Ему казалось, что он нащупал правильную версию происходящего. — Он узнаёт, что Дробыш обзавелся предсказательницей, что женщина имела любовную связь с Петровичем, который по совместительству твой старый знакомый. Приказывает ему нанять нас для освобождения, получает и Любу и нас.

Никифоров задумался.

— Не знаю. Слишком мудрёно получается. Можем так додуматься до чего угодно. Когда начинаешь строить многоэтажные версии обычно самого себя запутываешь. Все должно быть гораздо проще, — Слава замолчал.

На лестнице послышался детский смех и топот. Перепрыгивая через одну ступеньку наверх пронеслись два сорванца. За ними с решимостью на лице гналась Настя. Сашка перехватил девочку за руку.

— Ты куда такая грозная мчишься?

— Дядя Саша отпустите, — попросила Настя.

— Они тебя обидели?

— Ага, такую обидишь! — донеслось с третьего этажа.

— Спускайтесь, — громко сказал Бер.

— А вы обещаете, что она нас не тронет.

— Обещаю, — и чуть тише для Насти добавил, — мы же их не тронем?

— Фи. Не нужны мне облезлые скальпы, — Девочка высвободила локоть из ладони главы клана.

— Признавайтесь из-за чего боевые действия? — поинтересовался Александр у малолетних беглецов, когда они не без опаски спустились вниз.

— А чего она не дает на Пушке покататься, — с жаром выпалил один.

— Он тебе не лошадь. Он мой друг! — выкрикнула Настя.

— Тихо, тихо, тихо. — Бер легонько дернул девочку за косу.

— Ой. Дядя Саша! — возмущению Насти не было предела. Мальчишки захихикали.

— Пушок действительно не лошадь. Он хищник и может поранить кого-нибудь. Поэтому я запрещаю вам на нем ездить. Это понятно? Не слышу.

— Понятно, — раздались разочарованные голоса мальчишек.

— Тебе Настя выговор за попытку учинить драку. И дополнительные занятия в школе и со мной, — Бер попытался выглядеть максимально грозно. Кажется внушение возымело действие. Вся троица обижено насупилась. — А теперь марш на улицу.

Ребятня не заставила долго ждать. Лестничная клетка очистилась от подрастающего поколения.

— Тебе пора жениться и детишек завести, — Никифоров ехидно ухмылялся.

— Пора, — не поддался на подначку Бер. — Да не на ком.

— Был бы желание, а невесту найдем.

— Ищите. Самому некогда.

— Во, наглец, — весело возмутился Слава.

— Да я такой и у меня появилась наглая идея.

— Какая? — Заинтересовался Никифоров.

— Давай уговорим Любу остаться, — выдал Александр.

У бывшего майора от такого предложение глаза на лоб полезли.

Бер между тем вслух развивал возникшую в голове идею:

— По реакции и высказываниям Любы я понял, что особого желания и положительных эмоций в компании Глеба она давно не испытывает. Все женщины ищут безопасную, стабильную жизнь. Постараемся убедить, что мы сможем предоставить и то и другое.

— Забыл, что она предсказательница? Вдруг наше будущее не столь радужное, как тебе представляется. Она увидит и откажет, — Никифоров в сомнении покачал головой.

— И хорошо.

— Что ж тут хорошего? — удивился Вячеслав.

— Люба упоминала, что ее дар проявляется не всегда. Возможно, что неопределенность собственного будущего подстегнет женщину и она выдаст прогноз на ближайшее время. Мы выиграем в любом случае. Останется хорошо. Не останется, тогда будем точно знать что ждет клан. Предупреждены, значит вооружены. — Как смог объяснил Бер.

— Такое будущее я тебе сам могу предсказывать хоть каждый день.

— Нет. Тебе нельзя. Накаркаешь беду, — Александр хмыкнул.

Никифоров слегка поклонился:

— Спасибо на добром слове.

— Не за что. Можно пойти дальше. Отправить Любу, с ее согласия конечно, к Петровичу. Получить за выполненную работу причитающуюся награду, затем увести обратно. Типа сама так решила, мы не причем.

— Думаешь наши оппоненты дураки. Да? За такую наглость против клана ополчатся все кому не лень, — высказался Вячеслав. Несмотря на очевидную глупость предложенного, сама идея Никифорову понравилась. Вопрос в том, как осуществить задумку и не перехитрить самих себя.

— Не перегибай. Ты плохо думаешь о людях. На самом деле подавляющему большинству очень лень.

Немного помолчали, переваривая высказанное.

— Что скажем нашим? — бывший майор уставился на Бера в ожидании ответа на вопрос.

— Ничего. Просветим некоторых. Людям вредно зря волноваться. Даже не всем членам совета следует знать. Например инженеру и Гофману абсолютно такие познания ни к чему. Достаточно будет приобщить твоего брата, моего отца и Коновалова. Эдика и Старицкого предупредить, чтобы помалкивали откуда Люба и Полина Егоровна.

— Согласен.

— Раз согласен, иди нужных людей просвети, кому правда на данном этапе противопоказана соври, — распорядился Бер.

— А самому….- начал возмущаться Вячеслав.

— Я самый большой босс здесь. Боссам ложь не к лицу. Начальники, перед людьми и богом, должны выглядеть чистыми и непорочными.

— Сашка ты негодяй, — констатировал Никифоров.

— Знаю. Поэтому пойду, проведаю пленного гнолла, а ты иди куда я тебя послал.

— Припомню тебе.

— Да пожалуйста. Когда придешь ко мне вспоминать, не забудь у Вась-Васи пол-литра взять.

Вячеслав захлебнулся словами от такого поворота в разговоре. В этот раз Бер в дружеской перепалке смог его переиграть.


Довольный окончанием разговора с Вячеславом, Бер спустился в подвал. У камеры содержания пленного аборигена на табуретке сидел Гвоздь и дремал. Сашка подумал, что раздолбайство парочки несостоявшихся гопстопников исправит только могила. Александр тихонько подошел к Алексею и немного понаблюдал за посапывающим на посту товарищем и подчиненным в одном лице.

— Спишь, — шепнул он Лехе в ухо.

Гвоздь резво подскочил, перепугано хлопая заспанными глазами.

— Нет, — соврал Гвоздь.

Бер решил пока не заострять внимание на проступке. Но себе пообещал доложить Сапрыкину. Пусть вздрючит подопечного. Его обязанность воспитывать подопечных. И вообще пора с разгильдяйством этих двоих кончать, пока не стало слишком поздно.

— Как там наш гость? Напоен, накормлен, не буянит?

Леха сначала закивал бестолковкой верх вниз, затем вправо влево.

— Открывай, — приказал Бер.

— Нельзя, — воспротивился Гвоздь, — Он не привязан.

— Как так? — искренне удивился глава клана. Да что здесь творится. Стоит уехать на пару дней, как все распустились.

— После последней кормежки начал шипеть и клацать зубами. Побоялись подходить, — выдал расклад Гвоздь.

— Беги за подмогой, — распорядился Александр. Поддержка не помешает. Черт знает, что у гнолла на уме? КсеноФрейда в наличие нет, придется постепенно самому разбираться с мышлением местных жителей. — Сапрыкина позови и Махно. Отставить Махно. У него рука до конца не восстановилась. Позови Подберезина.

Леха опрометью бросился по коридору и верх по лестнице.

Прежде чем войти в камеру, Беру пришлось выдержать настоящий бой с подошедшими клановцами. Те не желали впускать Александра без бронежилета. Он был уверен, что опасность ему не грозит, но в конце концов пришлось Лехе бежать за защитой в оружейную.

Бер стоял напротив гнолла и смотрел в подвижные глаза пленника. Тщетная попытка прочитать в них… Что? А хрен его знает. Все равно что смотреть в зрачки жабы и пытаться уловить в них отблески эмоций.

Один глаз гнолла уставился Сашку, другой на стоящую у стены, вооруженную до зубов группу поддержки.

Сашка рукой показал гноллу на лежащий на полу матрас, приглашая аборигена сесть. Тот правильно понял жест человека и медленно опустился на предоставленное людьми импровизированное ложе.

Несмотря на то, что матрас был старый, в ржавых пятнах, гнолл по-своему оценил заботу пленителей. Ему очень понравилась мягкая "кровать", такой не было даже у старшего надзирающего. Правда люди об этом, естественно, не догадывались.

Когда пленник устроился, Бер сел напротив прямо на пол, по-турецки скрестив ноги, и послал зов-приглашение к разговору. Контакт удалось наладить спустя десять минут, значительно быстрее, чем в прошлый раз.

"Что тебе нужно нежнокожий?"

"Хочу учиться у тебя". — Сашка почувствовал удивление гнолла.

"Чем я могу быть полезен для шхаса? Я простой наездник".

"Научи управлять шантархом".

Молчание гнолла затянулось. Александр уже начал думать, что просьба не дошла до адресата или он как-то неправильно произнес название боевого животного и был просто не понят. Он уже намеревался повторить, когда ответ возник в его голове.

"Что дашь взамен?"

Большое достижение. Бер боялся спугнуть удачу.

"Пища в достатке, кров, безопасность. После обучения получишь свободу".

Гнолл опять надолго затих.

"Если откажу?"

Глава клана поначалу хотел ответить, что в таком случае убьет пленного, но неожиданно передумал.

"Отпущу".

Гнолл заерзал на месте. Хвост резко дернулся несколько раз, а мозг Бера захлестнула волна непонятных, чужих эмоций.

Сапрыкин и Подберезин заметили изменения в позах "собеседников", насторожились и приготовили оружие к применению. Александр поспешил успокоить бойцов клана. Опасности он не видел.

"Почему?" — спустя некоторое время задал вопрос гнолл.

"Почему отпущу или почему прошу научить?"

"И то и другое".

"Я шхас и правитель. Мне не нужна твоя смерть, что бы доказать собственную власть и силу. Поэтому отпущу. А знания лишними не бывают. Мир освещается солнцем, а человек — знанием, ибо учение свет, а не учение тьма и новое умение везде найдет применение, потому что стыдно не знать, стыдно не учиться", — выдал тираду из пословиц Александр.

Если бы гнолл был человеком, то Бер с уверенностью смог бы сказать, что пленник офонарел. Гнолл опять заерзал на месте, убивая нервные клетки бывших омоновцев.

"Я ошибался. Ты самый мудрый из встреченных мною шхасов", — вынес вердикт гнолл. — "Но ты понимаешь, я вернусь в прайд и расскажу о вас. Многое мне стало известно, многое для меня во тьме, но знающие разберутся с тем, что видели мои глаза. Мы вернемся и не пощадим никого и я буду среди воинов и охотников".

"Мы не боимся. В первый раз никто о вас ничего не знал. Теперь знаем. Вы слабы", — Сашка не понимал, врет он или нет. Хотелось верить, что нет. — "Тебе решать на чьей стороне ты будешь".

"Ты честен".

Бер скромно промолчал. Да я такой. Иногда.

"Я помогу тебе, но только тебе. Твоих воинов учить отказываюсь".

Бер еле удержал в груди ликование.

"Я рад. Ты выбрал верный путь", — Александр удовлетворенно кивнул и решил подсластить жизнь пленника. Хорошее отношение никому не вредило. — "Есть ли у тебя пожелание?"

"Хочу жареного мяса".


После напряженного диалога у Бера разболелась голова, но он постарался не обращать внимание на такую мелочь. Александр не ожидал, что выйдет такой продуктивный разговор с аборигеном.

Хоть одна положительная новость сегодня.


Глава четырнадцатая | Хроники Зареченска. Книга первая | Глава шестнадцатая