home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава двенадцатая

— Что видишь? — прошептал Бер Старицкому почти в ухо. В слабый прицел его автомата толком, с такого расстояния, рассмотреть что-либо не представлялось возможным. Олег оторвался от оптики, скосил глаза на Александра и молча протянул мощный бинокль, — смотри…. Вон там на околице слева трое вооруженных и несколько гражданских.

Александр навёл бинокль на указанный ориентир и вгляделся в указанных людей. Да, действительно трое с оружием и шесть… Нет семеро мужчин и женщин роют канаву.

— Не понял ров что ли копают? — задумчиво протянул Александр, не отрывая глаз от окуляров. — А эти трое охраняют от местной живности или конвой? Как думаешь? — он оглядел остальную часть населённого пункта. Усохшая со времени катаклизма до двух десятков дворов деревня Верхняя Юзовка уже была обнесена невысоким, метров четырёх, частоколом с выстроенными по четырём углам башнями. Они всего лишь на метр возвышались над стеной. Над воротами надстроили навес, укрепили стенки мешками с песком между которыми торчал ствол пулемёта. Бер про себя хмыкнул: — "Почти башня". Вот теперь по всей видимости очередь дошла до рва.

Еще два десятка сгоревших остовов деревянных построек, сиротливо украшали пейзаж вне пределов форта. Видать руки разобрать, мешающие обзору развалины пока не дошли. А зря — это нужно было сделать в первую очередь. Сашка окинул панораму собственными глазами, снова приник к биноклю, но угол сместил на противоположную от трудящихся сторону. К форту приближались две телеги запряженные местными животными.

— Время зря не теряют. Вон уже и зубров одомашнивать начали, — прокомментировал увиденное Бер.

— Где? Где? — Встрепенулся Старицкий. — Они же огромные и злобные, как можно их приручить?

— На, сам погляди, — Александр вернул владельцу прибор. Олег схватил протянутый бинокль и уставился в сторону указанную Бером.

— Какие-то они маленькие, — с неуверенностью сказал Олег, — слушай, может порода другая?

— Может и другая, но я думаю это просто телята ещё, — высказал предположение Александр.

— Да фиг с ними. Сейчас пойдём?

— Не стемнело ещё. — Сашка отполз немного назад в низину и повернулся на бок. Достал из рюкзака флягу. Когда напился, закрутил крышку, и положил емкость на место.

— Хватит, — предложил он бывшему омоновцу, — пора перекусить. Я первый.

— Давай. Начальникам везде у нас дорога и почёт. Нам простым смертным достаются, обычно одни объедки с барского стола.

— Зубоскалам тем более, — шутя пригрозил Бер товарищу. За те десять минут, которые потратил на поглощение сухого пайка, в простонародье именуемом "тормозок", Александр попытался очередной раз проанализировать события, произошедшие после нападения гноллов и приведшие их к этой вылазке.


— Так что тебе нашептал наш гость? — задал вопрос Коновалов, когда Сашка отвалился на спинку стула. Деревянный спинка была удобна, такие раньше продавались в восьмидесятых годах двадцатого века во всех мебельных магазинах СССР, теперь продолжали служить людям и в новом мире. Десяток этих поделок совкового времени клановцы смародерствовали в одной пустующей квартире.

Бер медленно с пояснениями, что делал и как, поведал о кратком разговоре с пленником. Закончил рассказ своим взглядом о перспективе сотрудничества гнолла с кланом, конечно при условии, если он не перегрызёт себе ещё чего-нибудь. Особо Сашка указал на три вещи. Первое он хочет попрактиковаться с гноллом в мысленном общении, во-вторых — нужно выбить из пленного, где кнутом, а где пряником, сведения о жизни и быте его сородичей. По сути люди о местных жителях, не знают ровным счетом ничего. И наконец пусть расскажет, как управляться с динозавроподобными тварями. Клану тоже пригодится умение рассекать по степи на грозных животных. Под занавес Бер оставил самое вкусное. Информация о каких-то ишхидах, являющихся врагами гноллов произвела настоящий фурор в столовой. Все заговорили одновременно со всеми. Шум поднялся неимоверный. Когда страсти немного поутихли Сашка сказал.

— Давайте, раз мы не запланировано собрались, решим кто поедет к Быстрицкому. Думаю я поеду точно. Пора мне познакомиться с союзником лично. Кто ещё?

— Я поеду, — сказал Вячеслав.

— Нет. Тебе лучше остаться за старшего на хозяйстве.

Вячеслав отрицательно покачал головой.

— У меня уже имеется опыт общения с генералом. Он тот ещё прожженный волчара. Даже не думай, одного тебя я не пущу. Ты просто не представляешь какое давящее впечатление производит на собеседника этот тип в больших погонах. С ним нужно держать ухо в остро. Разжуёт и не подавится, — продолжил настаивать Никифоров, разглядев в глазах Александра искорку упрямства.

— Хорошо, — сдался Бер. — Кто ещё?

— Я поеду. Засиделся в четырёх стенах. Хочу посмотреть, что в округе творится. Чем выжившие живут, — взял слово Сергей Борисович.

— Нет, папа. Ты лучше заканчивай со стройкой века. Успеешь ещё насмотреться до тошноты, — ответил Сашка, а сам подумал: "Только няньки в дороге мне не хватало".

Сергей Борисович испытующе посмотрел на сына, однако смолчал. Наверное нужные слова оставил на потом. Не при людях, как говорится.

— Думаю четверых на уазике будет достаточно. Просто сгоняем туда и обратно. Разживёмся новостями. Попробуем на авось вымутить чего-нибудь полезное, — между тем Александр продолжал. — Эдик ты как? Хорошо себя чувствуешь?

— Я в норме. Почему бы не прогуляться, — дал старый школьный товарищ своё согласие.

— Меня запишите в ваш список, — огибая остальных мужчин к столу подошёл Старицкий Олег. — Буду за рулём, а то вы нарулите.

— Спец по рулению у нас Сапрыкин. Ты ему в подмётки не годишься, — Вячеслав улыбнулся и закинул в рот остатки своего бутерброда.

— Егор в котельной материт Сашку и профессора, которого "долбанутое начальство поставило над ним главным", — попытался скопировать хрипловатый голос Сапрыкина Олег.

Присутствующие разулыбались, представив себе эту картину маслом. Настроение сразу пошло вверх.

— На мой взгляд зря ты Сашка свёл эту троицу вместе, — продолжил Старицкий. — Попомни моё слово, будет как в басне Крылова про лебедя, рака и щуку. Каждый станет отстаивать собственное мнение, а воз с места не сдвинется.

Отсмеявшись вместе с остальными Александр ответил:

— Ничего, если нужно будет, найдём кому вправить им мозги. Потихоньку сработаются. Не маленькие.

Подготовка к отъезду много времени не заняла. Паёк на три дня, на всякий пожарный случай. Двойной боекомплект, запасную канистру в багажник и вперёд. Колона медленно выехала за территорию и взяла курс к базе вэвэшников. УАЗ пристроился сзади. По плану передвижения машина с клановцами была замыкающей. Вячеслав ненавязчиво просился ехать с Краско, чтобы развести лейтенанта, но тот наотрез отказал в поползновении Вячеслава. Что ещё больше убедило начальника "службы безопасности, разведки и МЧС" в намеренном сокрытии как минимум маленькой тайны. В конце концов Слава плюнул и сел на переднее сидение в последнюю машину.

— Не получилось, — Бер похлопал расстроенного Никифорова, — давай не будем гадать. Если не узнаем по пути, даст Бог, узнаем у Быстрицкого.

— Да щас, так он тебе и сказал.

— Не получится за просто так, сможем обменяться информацией, — предложил Эдик.

— Если бы знать, на сколько нам интересна та информация, то можно было бы подумать. А так… — Вячеслав махнул рукой.

— Лично меня сейчас заботит факт, что нам, как замыкающим, придётся глотать пыль поднятую передними машинами, — выразил сиюминутную озабоченность Бер. — Олег сбавь скорость и закрой пожалуйста окно.

— Жара. Под сорок градусов, — запротестовал Старицкий.

— Ничего. Пар костей не ломит, — был ему ответ.

Доехали относительно быстро, учитывая, что приходилось перемещаться по разрушенному городу, всего за пару часов. Когда колона подъехала к району, в котором дислоцировалась часть внутренних войск, первым делом машины тормознули на блок посту. Пост был достаточно необычен по своей конструкции и процесс находился в стадии завершения строительных работ.

— Ты посмотри, что они тут наворотили? — поразился Старицкий, он наконец открыл окно и свежий ветер слегка встрепенул отросшую до непослушания русую шевелюру Олега. Он уже собирался выйти и приоткрыл дверь, когда будто из-под земли нарисовался солдат с сержантскими погонами:

— Не выходить пока. Когда можно будет, скажут.

— Едрить тебя налево, — Олег дёрнулся от неожиданности, но при этом успел перехватить короткоствольный автомат Калашникова поудобнее и положить палец на курок. Хорошо, что солдат не обратил внимания. После нападения гноллов каждый ходил на взводе, а учитывая напряжённость в отношениях с Дробышем, то нет ничего удивительного, что на любое действие могут среагировать неадекватно. Потом, конечно, разберутся, но кому от этого станет легче?

— Тихо, тихо, — зашипел с соседнего сидения Вячеслав, — ты чего такой нервный?

— Так напугал скотина. Как ниоткуда возник пред глазами, — сделал попытку оправдаться Старицкий.

— А ты не глазей в одну точку. По сторонам смотри, — отрезал Никифоров, а сам уставился на маленькое чудо военно-инженерного искусства нового мира.

Блок пост представлял собой двух этажное здание из бетонных блоков, стоящий немного в стороне от дороги. Первый этаж был глухой, там по всей видимости находились помещения отдыха защитников, столовая, и оружейная. Второй представлял собой сплошную огневую точку. По четыре прямоугольные бойницы с каждой стороны сооружения, дополнительно укрепленные мешками с песком, контролировали пространство на триста шестьдесят градусов. Со стороны уазика клановцев был виден ствол пулемёта, не возникало никаких сомнений, что и в остальных бойницах ориентированных в разные стороны света будет видно то же самое.

Из задней части крыши "росла" вышка наблюдения сваренная из мощных стальных швеллеров, верхушку которой венчала укреплённая площадка с двумя наблюдателями. Головы которых, в касках, торчали над краем бронированного ограждения. Переднюю часть венчал счетвёренный КПВ калибра 14,5 мм, способный двадцати миллиметровую стальную броню прошить с расстояния в километр. Устаревший, но смертельный агрегат со стрелком в специальном гнезде. Для аборигенов, бойцов Дробыша и залётных бандитов в самый раз. Помимо самого здания, вокруг растянули петлеобразную колючую проволоку в пять рядов. Она по идее должно замедлить продвижение к посту вероятного противника и лишить возможности вести прицельный огонь. В дополнение к имеющимся препятствиям в обоих направлениях от дороги виднелись столбики с табличками. На ближайшем можно было прочесть "Осторожно мины". Так ли это, или просто вэвэшники страх нагоняют, желание проверять истинность написанного не возникало.

— Раньше такого здесь не было, — прокомментировал старший из присутствующих Никифоровых. — Видать сильно их прижали, раз Быстрицкий отдал приказ построить это. Наверняка такой пост будет не единственным. А как быстро его возвели! Зуб даю в три дня уложились. Я проезжал по этой дороге за пять дней до нападения гноллов, ничего подобного не наблюдал и близко.

— А чего удивляться. Пару единиц тяжёлой техники и сотню солдат на ударную стройку…. И всё. В Чечне и не за такие сроки строили, когда жить захочешь, — с заднего сидения подал голос Александр.

— Нет. За три дня не могли однозначно. Думаю, начали до вторжения аборигенов, когда отбились, произошедшее подстегнуло местное руководство активизировать возведение укреплений, — не согласился Вячеслав.

К машине подошел молодой, слегка полноватый лейтенант и с ним двое солдат. Видно было, что жара офицера тяготит. Пот пропитал лобную часть банданы и белые соляные разводы образовывали узоры на его головном уборе.

Лейтенант наклонился к окну со стороны водителя.

— Из клана? — вопросил он. Видать Краско уже просветил начальника поста о притащенном хвосте.

— Оттуда, — подтвердил Старицкий.

— Кто старший?

— Я, — ответил Бер со своего места.

— Оружие оставить внутри и выйти из машины, — скомандовал лейтенант.

— Это, что-то новенькое, — под нос себе буркнул Слава.

Клановцы недоумённо переглянулись, но распоряжение выполнили.

— С какой целью прибыли? — поинтересовался лейтенант, когда Александр и остальные оказались на дороге.

— Хотим узнать, как обстоят дела в подконтрольном вам районе и рассказать что у нас творится. Выяснить, что на что обменять можно и встретиться с генералом Быстрицким, — не стал лукавить Бер.

— Понятно, — как-то не хорошо протянул офицер. — Руки положите на машину.

— Я чего-то не понял? — изумился Вячеслав. И не он один.

— Я сказал руки на машину, — скомандовал офицер и передернул затвор. Солдаты повторили движение командира.

— Хорошо, хорошо, — Бер выставил руки ладонями вперёд, в примиряющем жесте. — Ребята… — Александр развернулся, положил руки на капот, подавая пример своим спутникам. Те бросив косые и не довольные взгляды на вояк выполнили требуемые действия.

Их бесцеремонно начали обыскивать. Потом один из рядовых залез в уазик и стал шмонать салон и багажник. Так продолжалось пару минут, пока не подошел Краско. Посмотрев на творящееся безобразие, он отвел потеющего лейтенанта в сторону и сказал ему пару, по всей видимости не очень ласковых слов. Бер искоса смотрел на этот спектакль. Показалось или нет? Вроде местный сорвиголова начал потеть сильнее и бросать странные взгляды на четвёрку клановцев.

Лейтенант достал платок вытер им шею и жестом просигналил подчинённому, мол заканчивай и вылазь из машины. Солдат с невозмутимым видом, почти сразу вылез наружу, а что ему, приказали обыскать, обыщет. Последует иная установка, выполнит.

Четвёрка находилась в унизительной позе, пока проверяющие не удалились и к ним не подошел Краско.

— Извините постовых. На нервах они, а тут приказ осуществлять досмотр всех без исключения. Лейтенант этот новенький оказался. Ещё не обтёрся.

— В смысле новенький? — не понял Бер.

— Призвали всю молодежь под ружьё. У кого в наличии имелось высшее образование, тех в офицеры. Остальных в рядовые, — снизошел до пояснения Краско.

— Что? Так всё плохо? — в первый раз за время остановки подал голос Эдик.

— По правде сказать, сам ещё не разобрался, но говорят потери исчисляются сотнями, — Краско помрачнел.

Ни один из клановцев не нашёл слов прокомментировать это заявление. Известие, мягко говоря, не утешительное.

— Ладно. Мы отчаливаем. Если вы закончили разминаться, то давайте за нами. За блокпостом каждый своей дорогой, — Краско протянул руку.

— Бывай, — первым пожал протянутую мозолистую ладонь Вячеслав. Остальные сделали то же самое.

— Спасибо за помощь лейтенант, — поблагодарил Александр.

— Сочтемся, — Краско подмигнул и собрался уходить.

— А всё-таки, что вы там нашли? — не выдержал Никифоров. Любопытство распирало и не давало ощущать спокойствие.

Краско, на ходу, повернул голову и ухмыльнулся. Так и не ответив, запрыгнул в кабину Урала. Грузовики зарычали, выпустили густые клубы чёрного дыма и не спеша завертели колёсами, наверное стремились поскорее попасть в чуткие руки автомехаников, ждущих их в гараже.

— Вот чертяка, — с досадой сплюнул на дорогу Вячеслав, — так и не сказал.

— Почему же. Он сказал больше, чем ему положено, — не согласился Бер, — намекнул, что они всё же, что-то нашли. И это "всё же", очень интересное.

— Ты про его загадочную улыбочку?

— И про нее тоже.

— Будет вам, хорош прохлаждаться. Пора ехать, — предложил Олег, забираясь на место водителя.


Вотчина Быстрицкого представляла собой кусочек цивилизации, с налётом разрухи конечно, как же без этого, но тем не менее…. Военный городок и прилегающие к нему с восточной стороны улицы и квартала сохранились достаточно хорошо, по причине удалённости от эпицентра катастрофы. По тротуарам спешили по делам пешеходы и важно вышагивающие патрули. Изредка на встречу проезжали автомобили, в основном военные, однако парочка гражданских повстречалась. Работали некоторые магазины, они вызвали немалое оживление в салоне. Никифоров и другие клановцы, посещавшие укрепленный район вэвэшников во время торговых поездок, рассказывали о происходящем здесь, однако слышать и видеть совершенно разные вещи.

— Да, — выглядывая в окно сказал Бер, — не кисло тут жизнь устроена. Много народу обитает в этом раю?

— Порядка пяти, шести тысяч, как я слышал, — ответил, не оборачиваясь Вячеслав.

— Я думал меньше. Почему раньше не говорил? — потребовал объяснения Бер. — Мне заставлять тебя отчёты писать, словно в "старину".

— Млять. Прости. Ты же не спрашивал и я думал ты в курсе, — смутился Вячеслав. Это действительно прокол с его стороны. Сам признал за Александром верховенство, а о таких вещах не доложил. В условиях нехватки людских ресурсов, подобные сведения являются, порой, жизнеопределяющими. Никифоров повернулся боком к Беру и заметил смешинки в глазах главы клана.

— Чтоб тебя…. — Вячеслав сел ровно и уставился в лобовое стекло. — Заставил покраснеть старика.

В машине раздался смех.

— Старик. Ты меня всего на несколько лет старше, — со смехом сказал Эдик, — дядя Слава. Дядя Слава справа вижу магазин. Может, зайдём? Купишь мне мороженное?

— Да пошли вы! Хохмачи. А ты, племянничек за дядю ответишь.

— Что я не так сказал? — деланно возмутился Ник. — Я твой племянник? Да. Значит ты мне кто?

— Дед Пихто, — огрызнулся Вячеслав. — Вот сейчас налево поворачивай, — уже Олегу сказал он. — Сначала на склад заедем с Петровичем побалакаем за жизнь.

— Ху из Петрович? — поинтересовался Эдик.

— Приедем, узнаешь. Очень колоритный тип. Раньше служили вместе. Теперь барышничает. Не знаю как, но в данный момент устроился под крылом генерала. Я встретил его недавно, уже после переноса и честно говоря очень удивился, увидев этого прохиндея в Зареченске. Держит склады с продовольствием и разными материалами, начиная от бытовой химии и заканчивая ГСМ.

— Любопытно, почему Быстрицкий не покусился на такой лакомый кусок? — Олег повернул руль, объезжая очередную выбоину.

— Мне тоже. Думаю в своё время я это выясню, — ответил Вячеслав.

Пропетляв немного по улицам, остановились около территории огороженной высоким забором из бетонных плит. Видно было, что некоторые треснули под напором катаклизма, но чудом устояли.

— Подруливай к воротам, — попросил Никифоров Олега.

Тот переключил скорость, в коробке передач, как всегда в уазиках, затрещало и машина медленно подкатила к металлической створке. По всей видимости раньше она открывались электроприводом и на роликах по направляющим уходила в сторону, теперь же явно приходилось толкать вручную и если судить по её тяжеловесному виду "раздвигающим" приходилось немало попотеть.

— Так. Приехали. Вы двое остаётесь, а я с Сашкой прогуляюсь.

Бер вслед за Вячеславом вылез из машины. Под ногами заскрипела мелкая щебёнка щедро насыпанная по обочинам и на месте бывших ям раздолбанного асфальта.

— Автомат оставь. Неправильно могут понять, — попросил Вячеслав.

Александр молча повиновался, положил оружие на место, где сидел и захлопнул дверь.

— Пистолет?

— Если скажут убрать, уберем. А на нет и суда нет. Олег! Посигналь им!

Воздух прорезал гудок клаксона. За воротами залаяли собаки. Судя по басам нехилые размерчики имеют четвероногие сторожа.

— Роман, Прохор! Заткнитесь! На место подлюки волосатые! Я кому кажу! — Раздался зычный голос. — Эй вы там! Погодьте чуток! Я щас, видчиню! Тильки у будку загоню зверей, а то не жрамши воны у мэнэ!

После последней фразы внутри периметра послышался гогот из нескольких глоток.

— А вы шо ржете окаянные, як конячки! Раздай ворота вширь!

Ворота медленно начали откатываться в сторону. Створку толкали дюжие человеки в камуфляже и калашами за спиной.

Бер молча наблюдал за происходящим и не мог сообразить, кто перед ним, военные или нет. Спрашивать у Никифорова сейчас было не резон. Хозяева могли в любой момент выйти и услышать. "Потом видно будет". — Немного подумав, решил он.

Въезд во внутрь открыли не полностью, так, чтобы могли пройти пару человек и всё. В просвете, кроме "раздвигателей" показался высокий, мощный, но постаревший мужчина. Военная форма сидела на нём кое-как. Рукава закатаны выше локтя, открывая миру татуированную загорелую кожу. Даже отсюда Сашка смог прочитать на левой руке надпись сделанную крупными буквами "Алка ты моя русалка". Правая исписана какими-то рисунками, отсюда не представлялось возможности разглядеть какими именно. Форменная рубашка расстегнута почти до пупа. Подставленная знойному солнцу грудь кучерявилась достаточно густой порослью. Из брюк, растянутых в коленках и с грязными разводами, выглядывали босые ноги обутые в растоптанные пляжные тапочки синего цвета. Но самой примечательной приметой этого субъекта являлась борода. Шикарные заросли скрывали половину лица. Губ не видно вовсе, щёки заросли наполовину, лишь нос картошка выпирал из "джунглей" и холодные глаза буравили посетителей. Об них Бер и споткнулся.

Пронзительные голубые глаза бородача просканировали сначала его, потом Никифорова. Немного потеплели в узнавании и в бороде блеснули белые здоровые зубы. Наверное так он улыбается.

— О! Ба-а! Да какие ж люди к нам пожаловали! — В ответ на его восклицания за забором снова послышался лай.

— И тебе Петрович не болеть. Примешь гостей? — Вячеслав подошел к здоровяку и они обнялись, похлопывая друг друга по спинам.

— А як жжешь. Прыйму. Гарни хлопцы завсегда в моём углу сугрев знайдуть. Загоняйте свою таратайку и пошли до мэнэ новинами поделимся. — Петрович подал знак и исполняющие обязанности мотора парни толкнули ворота. Те ржаво скрипнули, освобождая проезд. Олег правильно понял происходящее и повернул ключ в замке зажигания. Машина покатилась в глубь территории, вслед за вошедшим Бером, Вячеславом и гостеприимным хозяином. Александр, проходя мимо охраны присмотрелся и определил для себя, что они не военные, по крайней мере давно. Повадки другие, больше похожи на сытых кладовщиков, чем на людей привыкших носить форму. С другой стороны в армии таких кадров тоже хватало. Немного поломав голову, решил выкинуть их из головы: — "Да какая разница кто они".

Идти пришлось недолго. Они миновали огромный вольер, на обтянутую сетку рабицу при виде чужих, бросились два огромных кавказца. Казалось вот-вот порвут хлипкое ограждения и тогда всё…. Конец.

— Это они Роман и Прохор? — задал вопрос Александр. — Не типичные клички для собак.

Петрович хмыкнул в свои заросли.

— А собачки сами по себе не типичные. Если бы вы бачили, як воны окаянных тварюг рвали на запчастыны. Любо дорого было глянуть. Красота. А назвал я их в честь сынков своих. Остались они там, на той стороне с матерью. Эхехех.

— Извините я не знал…

— Ты шо! Подумал, шо воны мэртвы? Та тьфу на тэбэ парубок[5], шоб язык твий видсох. Живы воны, я с женой да-авно в разводе. В Ростове-на-Дону они жили, колы бухнуло.


Бер сильно смутился и проклял себя за несдержанность.

— Да будет вам, — попытался разрядить обстановку Никифоров, — главное все живы и здоровы. На вот держи, специально для тебя приготовил, — Вячеслав вытащил из разгрузки плоскую флягу. — Настоящий пятизвездочный армянский коньяк.

— Оце добре, це по нашински. Уважил, так уважил, — Петрович взял флягу отвинтил крышку и сделал глоток. — Ох хорош. Ну лады, чего встали? Пошли.

Вслед за хозяином миновали не очень длинные склады с закрытыми дебаркадерами и подошли к одноэтажной конторе в конце двора. Всё это время уазик медленно ехал за ними.

— Проходьте, и гавриков своих кличьте, — Петрович сделал приглашающий жест в сторону открытого входа в здание, — оружие можно в машине оставить. У нас не крадуть, — и сам своим словам рассмеялся.

Сашка приглашающее махнул сидящим в машине Старицкому и Нику.

— Автоматы в салоне оставьте, — громко сказал он им. Когда ненавязчивое пожелание хозяина было выполнено, впятером прошли внутрь.

— Вы сидайтэ, где глаз полюбит, — предложил гостям Петрович, — я мигом стол накрою.

Пока все рассаживались Петрович выскользнул в смежную комнату, из которой сразу послышалась возня, звон посуды и его басистый голос напевающий:

Призрачно все в этом мире бушующем.

Есть только миг — за него и держись.

Есть только миг между прошлым и будущим.

Именно он называется жизнь.

Л. Дербенев

Наконец хозяин появился. В обеих руках он нёс поднос, заставленный всякой снедью вокруг графина с прозрачной жидкостью. Петрович поставил на стол доставленное и снова скрылся, что бы тут же появиться с тарелками и рюмками. Он сноровисто разложил в посуду бутерброды с копченой колбасой и сыром, бутерброды с красной икрой. Разлил жидкость по рюмкам и поднял свою к бороде. Никто не выказал удивления, хотя очень хотелось.

— За встречу, — прокомментировал свой жест Петрович и опрокинул жидкость в рот, взял бутерброд и в два укуса отправил его вслед выпитому.

Когда гости сделали то же самое, Никифоров взял слово.

— Хорошо живёшь. Икра, холодная водочка. Неужто холодильники работают?

— Да какой там… — отмахнулся хозяин и разлил по новой. — Электричество тильки у генерала имеется, да в военном городке, на некоторых объектах. И всэ.

— Тогда откуда? — теперь по настоящему удивился Вячеслав. Остальные тоже уставились на Петровича, в ожидании ответа.

Тот загадочно улыбнулся:

— Так и быть скажу, — он выдержал театральную паузу и сказал. — Сухой лёд.

— Что сухой лёд? — Поначалу не понял Никифоров, но почти сразу сообразил. — А кто делает и как ты его хранишь?

— Тю. Так ребята Быстрицкого и робят. Это ж простой СО2 запрессованный. У Быстрицкого и установка, как полагается на триста атмосфер есть и епистричество всякое.

— Угу, — задумался Никифоров. — Понятно. А хранишь ты его как. Сухой лёд на воздухе испаряется.

— Я тебя не разумею майор. Где твий ум разведчика? А термоконтейнеры на что? — Петрович рассмеялся. — Эх ты, не узнаю я тэбэ.

— Твою мать, — осталось только выругаться, что Вячеслав и сделал. — Давайте выпьем, для прояснения в голове.

— Хорошо. Давно пора.

— Мне не наливайте. Я за рулём, — воспротивился Олег.

— Да ты шо, малый, — возмутился хозяин, — никак ГИБДД испугался? Так нету его. Те кому посчастливилось уцелеть или к генералу прибились, или у Дробыша дупу[6] лижут. Так што пей, никто лишнего глотать не заставит. Но эту выпей. За дружбу, та деловые сношения. — И не дожидаясь остальных махом проглотил содержимое стопки.


Спустя пять минут и очередной порции водки хозяин, по которому было видно, что он ни в одном глазу, сказал:

— А теперь хлопцы колитесь с чем пожаловали?

— Новостями поделиться…. - начал Вячеслав.

— И хотя бы парочкой военных радиостанций разжиться, — закончил Александр.

— Вон оно як. Што ж…. это можно. За сплетни вы армянским, считай, расплатились, вот за рации как будете?

— А что есть? — воспрянул духом Бер.

— Как не быть? У Петровича всё найдётся, на то я и Петрович, — он расхохотался.

— Что необходимо взамен? — Никифоров взял в руку бутерброд с икрой, а сам напряженно ждал ответа. Давно зная этого типа, Вячеслав морально готовился к нехилому подвоху. И дождался таки.

— Зазноба у меня была. Недавно узнал, шо жива и здорова моя Люба. Перед переносом к матери в Верхнюю Юзовку отправилась. Там сейчас и находится. Эти суки, эти гады ничтожные, в крепостные записали мою ненаглядную. Вытащите её, получите требуемое.

Никифоров чуть не подавился. Остальные тоже остолбенели.

— Ты понимаешь о чем просишь? Сколько мы должны людей потерять, чтобы твою Любу вытащить?

— Я же не за так, — обиделся Петрович, — я все разумею. К радио ещё двадцать ящиков патронов подкину и по ящику гранат ф-1 и вог-25.

Видно было, что клановцы задумались. Петрович, пройдоха, заметил это и сказал:

— Вижу покумекать вам трэба хлопцы. Пойду я проверю охламонов своих, а вы тут кушайте. Не стесняйтесь. — И вышел из конторы.


Глава одиннадцатая | Хроники Зареченска. Книга первая | Глава тринадцатая