Book: Королевство Крови: Рыцари Ночи



Дечко Марина Владимировна

Королевство Крови: Рыцари Ночи

Вот-вот тот важный час грядет,

Когда во благо мира

Дитя из Темных к нам придет,

Воскреснут меч, рапира.

И встанут рядом стар и млад,

Проснется в каждом Сила,

Чтоб возродился мир и лад,

Развалины из ила.


И перед каждым выбор есть:

Очнуться в этой битве,

Послушать волю, доблесть, честь

Или застыть в молитве


Одно предрешено в веках:

Исход войны великой

Застыл у каждого в руках

Судьбою многоликой.

"Летопись нуаров", Песнь семнадцатая.


Пролог

Мне часто снится один и тот же кошмар.

Звук крови, стекающей с меча на землю. Все вокруг пропиталось тошнотворным запахом смерти. Как будто у меня есть только этот запах, и больше ничего. Ни друзей, ни родных — только он.

Звук падающей крови прервали крики молоденькой девушки. Почему-то в голове всплывает имя "Дайана". Я точно знаю, что это именно она, а не кто-то другой. Все остальные мертвы. Огромный замок, служивший центром моей и многих других людей жизни, вмиг опустел. Я, четырехлетняя девочка, жмусь в комок в детской комнате и жду своего исхода. Я уже не боюсь, просто хочется, чтобы все поскорее закончилось. Кажется, время замерло вместе со всеми обитателями этого места.

Небольшой шорох в углу комнаты, и в следующий момент меня обнимают сильные мужские руки.

— Не бойся, детка, все уже позади. Теперь ты в безопасности, — голос отца. Именно он, мой ангел-хранитель всегда вырывает меня из когтей ночного отчаяния.

Я просыпаюсь в своей маленькой комнатке, наполненной запахами горячей выпечки, которую мама готовит каждое утро.

Глава 1

Неожиданное откровение

В такое утро уже не чувствуешь сна, наоборот, хочется поскорее встать, умыться и прогнать из мыслей последние призрачные картины ночного кошмара.

— Летти, Алекс, пора завтракать, — родители по нашей просьбе называли нас на западный манер.

Я не спеша встала с постели и потянулась, прогоняя остатки сна. Немного подумав, решила не разминаться — устрою себе сегодня отдых. Вообще, я стараюсь поддерживать неплохую физическую форму. Да и родители с детства приучили нас с Алекс к активному образу жизни. На зимних каникулах мы любили выезжать на лыжные базы, кататься на коньках, а летом — поиграть семьей в пляжный волейбол. Поэтому утренняя разминка стала для нас с сестрой обычным делом. Но сегодня особая дата — наш День Свободы.

Сегодня 25 мая, последний день учебы в школе, и мама обещала испечь что-нибудь особенное. В воздухе витал запах корицы и ванили, доносившийся с первого этажа. Если бы меня спросили, как пахнет домашний уют, то я, не задумываясь, описала бы ощущения, испытываемые сейчас. Мне всегда казалось, что так должно пахнуть в домах, где живут любящие друг друга люди. Я быстро оделась и сбежала на кухню.

Да, забыла сказать, что сегодня мне исполняется семнадцать. Кому-то может показаться, что родители отдали меня в школу несколько рановато, но так получилось, что у нас с сестрой всего лишь год разницы — ей восемнадцать — и, поскольку мы были неразлучны, решено было не разделять нас и в этом.

Утро выдалось чудесное: солнце ярко светило за окном, пуская солнечных зайчиков по комнате и создавая веселое настроение. Погода на улице стояла по-летнему теплая, именно такой она и должна была быть в первый день каникул. Спустившись, я увидела родителей, тихо переговаривающихся между собой. Мама и папа были уже одеты, как будто это они сегодня выпускаются из школы.

— Поторапливайтесь, девочки, а то опоздаете.

Мы живем в частном районе маленького городка на западе России. Дом наш небольшой, так как именно такой могут позволить себе семья инженера и врача, но поскольку старшего брата отдали учиться в элитную школу восемнадцать лет назад, у нас с сестрой была возможность жить в отдельных комнатах. По правде говоря, Кевина я почти не помню. Он получал образование в частном комплексе, включающем одновременно школу, колледж и университет, и поступить туда было довольно сложно. Да и дисциплины там придерживались очень строго. Поэтому встречи разрешались крайне редко, так что приходится довольствоваться фотографиями и редкими телефонными звонками. Ему как раз недавно исполнилось двадцать четыре года, и он работал преподавателем истории в том самом учебном заведении, которое окончил. И туда, кстати, мы с сестрой собирались поступать в этом году.

Мы с Алекс взяли в руки цветы, рюкзаки, и уже через пять минут сидели на заднем сиденье нашего минивена.

Настроение у нас было даже выше всех ожиданий. Сегодня мы начнем новую, взрослую жизнь: поступим в престижный университет, и будем жить отдельно. Не подумайте, у нас очень теплые отношения в семье, но мне кажется, что для каждого наступает тот переломный момент в жизни, когда ему просто необходимо быть самостоятельным. Вот и с нами так случилось. Да и родители что-то утром говорили о больших переменах. Может, купят нам в подарок новый ноутбук? Я в тайне очень на это рассчитывала, ведь учеба занимает много времени, и было бы хорошо, чтобы у нас появился электронный помощник.

В школе все прошло без лишних волнений, мы с Алекс получили свои аттестаты, вручили цветы учителям, и перед нами лежало три часа свободного времени до торжественного обеда с родителями. Как могут девушки этим временем распорядиться? Мы сходили в парк, съели по мороженому, прошлись немного по магазинам, и, счастливые, благополучно вернулись домой. Прогулка по свежему воздуху разбудила в нас голод, и нам хотелось скорее приступить к обеду.

Оказалось, что стол к нашему приходу был уже накрыт, так что мы сразу же сели обедать. Мама, которая всегда отличалась умением вкусно готовить, сегодня превзошла саму себя. Нас ожидали румяная курица с ананасами, семейное блюдо, парочка свежих салатов, и картофель с зеленью. На десерт мама испекла торт "Графские развалины", отчего торжественность окончательно воцарилась за нашим столом.

— За начало новой жизни! — этот тост поднял папа, и мы громко его повторили.

Обед был замечательным, мы вмиг расправились со всеми блюдами, помогли маме убрать посуду, и уселись в гостиной за "столом совета". Это, конечно, образное название, но вся наша семья очень любила собираться вместе и общаться. Эту традицию привили нам родители, которые всегда радовались нашей с сестрой сплоченности.

— Как мы уже говорили, сегодня особенный день: вы получили аттестаты, а Летти стала на год взрослее. Конечно, нам с мамой хотелось бы, чтобы этот день был одним из самых счастливых в вашей жизни, но именно сегодня мы должны поведать вам одну тайну, которая хранилась в нашей семье на протяжении последних тринадцати лет. Нам очень жаль, что именно он, этот день, станет одним из самых сложных в жизни Летиции. И если бы мы могли что-то изменить, то, поверь, дочка, сделали бы это. Но ведь не все нам подвластно… Сегодняшний день ты будешь вспоминать как переломный. Он перевернет всю твою жизнь, все твои понятия, все стремления. Мы надеемся, что ты выслушаешь нас внимательно и примешь правильное решение. Возможно, когда-нибудь именно он войдет в историю.

Я попробовала улыбнуться родителям, но внутреннее беспокойство сделало эту улыбку неестественной. С чего это они так говорят? Каждый год тысячи людей выпускаются из школы, выбирают ВУЗ, уезжают учиться. Что же тут переломного, и тем более "исторического". Однако, не произнося ни слова, я продолжала слушать отца.

— Прежде чем начать рассказ, мы с мамой хотим сказать, что очень любим тебя и ни сколько не сомневаемся в твоей рассудительности и понимании.

— Пап, честно говоря, я не думала, что при покупке нового ноута все поменяется так разительно.

— Девочка наша, если бы мы могли что-то изменить или принять твою судьбу, то мы, ни на минуту не задумываясь, сделали бы это. Но твой Путь — это твой Путь, и только у тебя хватит сил пройти его до конца.

— Может, ну его, этот комп, если все так серьезно, — попыталась пошутить я, но, наткнувшись на серьезные взгляды родителей, поняла, что сегодня все действительно изменится.

— Послушай, детка, ты, наверное, уже сто раз слышала рассказы о странных и пугающих созданиях, которые образовали собственную расу. Люди, безусловно, выдумывают многое, но в главном они правы — помимо них существует еще один народ на этой планете. И он достаточно многочисленный. Конечно, это не вампиры, но…

— Что? Я чего-то не понимаю. Вы все это всерьез? — Вопросы рождались у меня в голове стремительней скорости света. — И что значит "люди"? — По мере осознания сказанных родителями слов мои глаза расширялись, а на лбу проступили мелкие капельки пота.

— Успокойся, родная. Мы тебе все расскажем. Историю всей твоей жизни, но обо всем по порядку.

Как уже говорилось, другой народ действительно существует, вот только он не таков, как о нем говорят. И представители его зовутся не вампирами, а Нуарами. Много столетий назад мы, Нуары, и Люди существовали бок о бок. Мы объединялись и давали друг другу необходимое: с нашей стороны люди получали магию, а взамен соглашались жить с нами мирно. Изучая историю, ты, наверное, уже поняла, что это довольно сложно для человеческого рода — не вступать в конфликты. А тем более с существами, которые превосходят обычного человека по своей силе, да еще и владеют магией. Нужно сказать, что наш народ был всегда менее многочисленным, чем человеческий, и в войне мы потеряли бы многих, а это не нужно было никому. Что же касается вампиров… Есть одна из ветвей эволюции нуаров, Звери, которые до Инициации пьют кровь всего два-три раза в год, а после — где-то раз в месяц. В общем-то, людям это особого дискомфорта не доставляло, так как несколько миллилитров своей крови в месяц мог дать каждый, но вот в народном творчестве этот феномен нашел свое отражение. Взамен, как говорилось, мы делились с людьми своей магией. Но обо всем по порядку.

Испокон веков развивались четыре основные ветви эволюции нуаров: Рыцари Ночи, способные взывать к Тьме, были самыми древними. Их магия позволяла в нужный момент воззвать к темной стороне души и вызвать своего двойника. У каждого он выглядит по-своему, потому что нет на свете подобных душ. И вот за счет такого удвоения своей души нуары этого Клана проживают жизнь вдвое больше человеческой.

Другие, Звери Крови, были наделены необычайной силой и скоростью, их раны затягивались быстрее. Это были идеальные воины. И если бы кто-то из правителей использовал этих нуаров в своей кампании, то ни одна человеческая армия против них не смогла выстоять. Среди всего нашего народа они также не знали себе равных по силе. Однако ускоренные процессы, протекающие в их телах, заставляли быстрее уходить из этого мира, поэтому для продления своей жизни им необходимо потребление крови людей. Причем, чем больше они используют свою силу, тем больше жизненного дара другого народа должны получить. Как мы уже упомянули, именно из-за их потребности в человеческой крови и появились мифы о вампирах.

Третьи, Наблюдающие Жизнь, хранили древние знания. Они построили свою философию, которая основывалась на том, чтобы никогда не вступать в военные конфликты, и держаться подальше от суеты этого мира. Народ этого Клана хорошо изучил свойства трав, за что ему была дарована способность исцелять людей и нуаров. Через какое-то время они решили вести образ жизни отшельников и ушли жить в леса. Они научились чувствовать природу и читать энергии окружающего мира, что привело к возможности мимикрии — умения как бы растворяться в окружающем мире.

Четвертые же, Хранители Элементалей, могли управлять силами природы. Они помогали людям в повседневной жизни: взывали к дождю, солнцу и другим силам природы. Магия Хранителей была гораздо сильнее, но использовалась не на всю свою мощь.

В таком устройстве мира прошло несколько столетий — золотые века истории людей и нуаров. Но люди, отличаясь непомерной алчностью и стремлением к власти, попытались подчинить силы нуаров себе. Начались войны и завоевания. В те времена погибло немало представителей всех рас. Но наш народ, обладая мудростью своих предков, понимал всю силу, заключенную в их Дарах Крови, поэтому на Совете Четырех было принято решение скрываться от людей.

Оставшиеся в живых нуары объединились и создали Королевство Крови. Три столетия представителя нашей расы существовали мирно: возглавляемые Королевской Семьей и Советом Четырех, они образовали прочную структуру. Замок, в котором располагался центр нашего мира, был в Швеции. Благодаря силам Наблюдающих Жизнь он был тщательно спрятан от глаз человека. Из него поступали указания по всем сторонам нуарской жизни, и никто не смел их ослушаться. Так было до прошлого столетия. В середине двадцатого века на престол взошла необычная по своей силе семья: Правитель, молодой и мудрый Даниил, был носителем двух Даров — возможности взывать к Тьме, полученной от Рыцарей Ночи, и огромной силы, дарованной кровью Зверей. Королева же, очаровательная Стефания, несла в своих жилах мудрость Наблюдающих Жизнь и силу управлять Природой. Этот союз был во многом необычным: по традициям, возникшим во времена Раскола с людьми, нуары предпочитали жениться на представителях своего клана, соблюдая Правило Чистоты Крови. В них же текла смешанная кровь. Эти кровосмешения давали возможность не только в равной степени проявляться нескольким Дарам, но и возникнуть новому свойству — Дару Единения. С тех пор возник другой, совершенно особый, Королевский клан — Клан Единения, потомки которого несли в себе пять Даров. С одной стороны, такой союз означал равные права правления для всех пяти кланов, но многие опасались смешения рас. Появившееся на свет дитя, чудесная белокурая девочка, была долгожданным ребенком в стране. Из-за продолжающихся беспорядков, которые шли от людей, смутьяны среди нуаров — Звери Крови — предлагали взять власть в мире в свои руки. Остальные же предпочитали тихий и размеренный уклад своей жизни. Так что на этого ребенка возлагали большие надежды.

Носительница всех пяти Даров Крови, она словно была благословенна свыше. Чудесный ребенок подрастал на радость родителям и нес в себе надежду полного объединения Кланов. Казалось, должен был продолжиться Золотой век правления нуаров. Но этого не произошло.

В один день весь наш мир рухнул. Жадные до власти и крови Звери, самый многочисленный и коварный народ, поднял мятеж. Конечно, не все из них встали на темную сторону, но и этого оказалось достаточно. В считанные часы Королевский Замок превратился в гробницу, которая несла в себе тайну смерти многих из нас. Несмотря на весь ужас того дня, можно себе только представить, какой ужас перенесла маленькая принцесса. В те часы перед ней рушился ее привычный мир с добрыми и любящими родителями, с их счастливой семейной жизнью.

Пытаясь спасти тебя, я бросил умирать твоих родителей, зная, что им помочь уже не сможет никто. Ты сидела одна в своей комнате, сжатая в комок и тихонько плакала. Одному Богу известно, почему они не смогли тебя найти: то ли это было влияние Пяти Даров, полученных с кровью предков, то ли какого-то чудного благословения. Но времени задумываться у меня не было. Я подхватил тебя на руки и понес по системе подземных переходов, выстроенных задолго до этого. У выхода нас ждали верные люди, и уже в следующий час мы летели из своей страны в далекую и непонятную Россию, где можно раствориться в толпе, скрыться от преследующих нас нуаров.

Все это время ты росла в нашей семье, любимая как наше дитя, и хранимая для своего предназначения. Сегодня день начала твоей инициации, день твоего семнадцатилетия. И мы открываем перед тобой все карты.

Ты — Летиция Ноэль, последний потомок Королевской Семьи, носительница всех Пяти Даров, обладательница огромной судьбы и предназначения снова объединить наши Кланы в единое Королевство Крови.



Глава 2

Выбор Летиции

Вот так, наверное, чувствуют себя люди во время стихийного бедствия, когда их привычный мир рушится, и уходит в никуда все то, к чему они привыкли, и все теряется безвозвратно. Растерянность, боль и опустошение — вот те первые эмоции, которые ворвались ко мне в сознание.

— И как долго вы собирались скрывать от меня все это? До сегодняшнего дня я жила как обычная девушка семнадцати лет, и не предполагала даже, что способна на такую гамму чувств. Думала, что живу в дружной семье, а сейчас оказалось, что я вообще одна, — эти первые, наверное, очень обидные для родителей, слова вырвались вместе со слезами и отчаянием. И только через мгновение я осознала, что причиняю боль родным для меня людям, которые сделали все для моей защиты.

Понимание этого пришло с новыми слезами. Сквозь пелену обиды, застилпющую мне глаза, я взглянула на свою семью. Мама тоже плакала. Сестра сидела, застывшая и шокированная, но уже наверняка посвященная в эти тайны. Думаю, она ожидала от меня чего-то подобного, но, столкнувшись с такой реакцией, просто растерялась. Один отец все еще владел собой. Я понимала, как ему, наверное, сейчас тяжело, но он просто не мог дать слабинку. Он всегда был нашим стержнем, нашей опорой.

— Дорогая, пройдет время, и ты поймешь, что иначе поступить мы не могли. Ведь нам тоже было тяжело. Твои родители были нашими хорошими друзьями, и мы вмиг потеряли их дружбу, наш мир и дом. Нам пришлось бежать из страны, чтобы уберечь маленькую принцессу от взбунтовавшихся нуаров. Мы старались воспитать тебя согласно устоям твоей семьи, чтобы ты могла повзрослеть и продолжить дело, для которого была рождена, и которое теперь подвластно лишь тебе. Нет больше в мире нуара, который обладал бы всеми пятью Дарами Крови, и у которого хватило бы сил объединить наш народ в Королевство Крови.

— Почему получается так, что кто-то просто рождается для жизни, а я должна продолжать какое-то дело, в котором ничего не смыслю? — слова слетали с губ вместе с обидой на весь мир, на несправедливость, лишившую меня надежд на студенчество, замужество, в общем, на "все как у всех".

— Одни рождаются для того, чтобы вести тихую семейную жизнь, другие становятся людьми науки, третьи находят смысл существования в искусстве и так далее, — объяснила мама, — и мы с отцом искренне верим, что нет существа в этом мире без своего предназначения. Просто перед каждым стоит выбор: спасовать или же расправить крылья и без страха встретить нашу Судьбу. И от этого выбора зависит то, что о нас скажут люди, что напишут на нашем надгробье, и что останется в сердцах дорогих для нас людей. И у тебя тоже есть выбор. Ты можешь прожить тихую жизнь, никогда не высовываясь из кокона повседневности, а можешь поднять голову, расправить плечи и встретить с достоинством те испытания, которые встретятся на твоем пути. Только знай, что от этого выбора, в отличие от других, зависят судьбы народа, дарованного тебе при рождении.

— Мы понимаем, детка, что слишком многое свалилось на тебя сегодня, и тебе хочется побыть наедине со своими мыслями, — отец нежно погладил меня по голове, и это меня немного успокоило, — ступай к себе в комнату, и помни, что мы всегда будем рядом с тобой. Ведь мы твои, пусть и не биологические, но настоящие родители. Мы всегда любили тебя, и будем любить, что бы ты не выбрала.

Не помню, как поднималась к себе. Весь мой мозг кипел. Мысли сменяли друг друга с огромной скоростью. Может ли кто-то требовать чьей-либо жизни даже на благо целого народа? С другой стороны, я уже не верила, что смогу остаться прежней Летти после того, что узнала сегодня. Мысль о том, что я не принадлежу миру людей, одновременно пугала и искушала меня. Зачастую мне было сложно установить контакт со своими сверстниками, я долго привыкала к новым отношениям, но один раз подружившись с человеком, была уже не способна его предать. Так может, это не особенность характера, а мое отличие. Может, я инстинктивно искала людей, таких непохожих на других и таких похожих на меня? Ответить на все эти вопросы сейчас я не могла, однако мне казалось, что, став на путь нуара, я смогу постепенно во всем разобраться. Наверное, уже в этот момент я все для себя решила, хотя признаться в этом мне было страшно даже самой себе.

В ту ночь мне снился все тот же кошмар. Та же кровь, те же крики, вот только теперь я понимала, откуда всплыло имя Дайана. Ведь это была моя няня. Я вспоминала все подробности той страшной ночи, передо мной возникли образы моих родителей, такие далекие и такие близкие одновременно. Я, словно заново, увидела наш родовой замок, великолепное творение архитектуры и магии нуаров. Я вспомнила страну, в которой жила, эти горные склоны, укрытые от посторонних глаз и разрушенные Зверями. И передо мной абсолютно четко возникло решение. Никогда еще во мне не было столько силы и решимости. Я пройду инициацию, как бы сложно это не было, взойду на престол нуаров во всей силе и величии своих предков и стану той, для чего была рождена.

Ночь с неохотой расставалась с темнотой, передавая владения утреннему солнцу, когда я, готовая изменить свою жизнь, была уже одета. Мне не терпелось поговорить обо всем с родителями. У меня было странное возбуждение, и мне было страшно упустить хотя бы минуту своей жизни. Я спустилась на кухню, и пока все еще спали, сварила себе кофе. В то утро мною было твердо решено дать себе клятву, что ни при каких обстоятельствах я не отступлюсь от своего. Я буду сильной, старательной и упорной. И если мне когда-нибудь придется упасть, я обязательно поднимусь, расправлю плечи, подниму голову еще выше и пойду дальше.

При звуке шагов я вздрогнула. Оказалось, что свалившиеся проблемы превратили меня из всегда внимательной девушки в погруженного в свой внутренний мир шизофреника. Как всегда, раньше всех встал папа:

— Доброе утро, Летти.

— Привет, папа. Кофе будешь?

— Буду. А с каких это пор наша соня встает ни свет, ни заря и готовит для всех кофе?

Я многозначительно посмотрела на отца, как будто говоря: "С каких пор? Не помнишь, что ли?"

Отец устало улыбнулся:

— Понимаю. Прости, детка. Так много вопросов встало перед тобой за последние сутки. Ты в порядке?

— Мне кажется, что вряд ли после всего можно быть в полном порядке, — ответила я, — но, в относительном, — да. Я обдумала ваши слова и решила принять свое предназначение.

— Я считаю, что ты можешь взять еще времени на размышление.

— Нет, папа. Я знаю, что вы хотите меня уберечь от проблем, но этим мы только оттянем неизбежное будущее. Почти каждую ночь мне снился один и тот же кошмар, но вчера я узнала что он — это моя история. Думаю, пришло время разобраться с этим.

— В любом случае, решение должно идти от тебя, и каким бы оно ни было — мы все равно тебя поддержим, — в кухню вошли мама с сестрой.

— Я все решила. Кажется, вы что-то говорили об Инициации, так вот теперь мне хотелось бы подробнее об этом узнать.

— Тогда усаживайся поудобнее и слушай.

Обряд Инициации существует в каждом Клане. Это путь, который каждый нуар должен пройти сознательно, чтобы получить один из Даров Крови. К Инициации можно прибегнуть в любом осознанном возрасте, но чаще всего это между пятнадцатью и двадцатью годами. Как ты сама понимаешь, раньше мы не могли тебе позволить этого, потому что боялись открывать тайну твоего существования перед всеми. Теперь ты достигла такого возраста, когда тянуть с Инициацией уже нельзя, и в то же время ты уже можешь правильно оценивать людей, видеть их помыслы, и знать, от кого тебе грозит опасность, а от кого — нет.

Проблема этого обряда заключается в том, что его нельзя начать и закончить за какой-то короткий промежуток времени. Она включает в себя базовое обучение законам Клана, и только при достижении определенного уровня наступает сама по себе, то есть, лишь тогда, когда нуар готов принять этот Дар. После этого собирается Совет Клана, который решает, готова ли ты к жизни в этом Клане. Если репутация безупречна, а успехи в обучении на лицо, тогда ты полноправный член этого общества. Конечно, мы могли бы попробовать раскрыть в тебе Дары Крови самостоятельно, но у нас другой план. Мы считаем, что тебе необходимо пройти полноценное обучение в каждом Клане. Нуарам нужно привыкнуть к тебе, они должны увидеть, что ты именно тот правитель, который им нужен. Когда же ты добьешься уважения среди всех нуаров и получишь древние знания, только тогда найдешь в себе силы объединить наш народ и воскресить Королевство Крови. Ведь хороший правитель должен быть подготовленным.

— Правильно ли я поняла, что мне придется проходить все четыре Инициации вместо одной?

— Если хочешь обладать всеми Дарами Крови, то да. И еще одно. Запомни, когда ты будешь приходить в Клан для обучения, первое отношение к тебе будет двояким. Кто-то будет тебя жалеть из-за смерти родителей, кто-то будет считать выскочкой и неспособной объединить народ, но ты должна будешь стать мудрее их всех. Не открывай свои карты одним махом, предугадывай, к чему они будут готовы, а к чему — нет. И знай, что твой час обязательно наступит. Сейчас же главное — это твоя Инициация и поиск союзников.

— И в каком из Кланов мне стоит начать?

— Мы думаем, что пока ты еще неопытна, за тобой должен приглядывать кто-то постарше. Поэтому мы сегодня связались с Кевином, и сообщили ему, что с августа ты и Алекс будете учиться в Замке Рыцарей Ночи.

— Где? — переспросила я.

— В том Замке, где учился Кевин, — разъяснила мне мама.

— Так значит, все то время, пока мы его не видели, он проходил Инициацию? — только сейчас я начинала понимать, почему редко видела брата. Ведь если бы родители отвезли нас с сестрой к нему повидаться…

— Да. Сейчас же он на службе в Клане Рыцарей Ночи. Он уже договорился о вашем обучении.

— Честно говоря, очень хочется задать один вопрос, — я чувствовала себя несколько неудобно, — Кевин больше не "учитель истории"?

— На самом деле, — засмеялся папа, — здесь мы тебе не соврали. Ну, точнее, не совсем. Твой брат преподает Историю Клана в числе прочих обязанностей. Он, кстати, уже ожидает вашего приезда.

Глава 3

Вещий сон

Солнце уже касалось горизонта, когда вся наша семья собралась за столом.

— Завтра рано выезжать, так что еще раз пересмотрите свои вещи и ложитесь спать, — мама, как всегда, волновалась, чтобы мы не оставили дома что-нибудь важное.

— Немного волнуюсь за то, как нас примут на новом месте, — сказала я.

— Думаю, все будет в порядке. Люди знают тебя, твое положение в мире нуаров, и вряд ли кто-то позволит себе открыто проявить неприязнь, — рассудительно произнес отец, — все правящие семьи нуаров предпочитают поддерживать нейтралитет, никому не нужно повторение той страшной ночи.

— Друзей, думаю, вы тоже себе найдете, — сказала мама, — тем более что Кевин будет вас оберегать. Наверняка, нуары, с которыми он общается, примут вас в свою компанию. Но ведь и это не главное. Помните, что у вас есть год на то, чтобы пройти Инициацию. И особенно ты, Летти. Ведь у тебя впереди еще три клана, три Инициации. Тебе нельзя терять ни минуты.

— Я уже поняла, что времени на развлечения у меня будет не так уж и много. Но и то, что жизнь дает возможность встретиться с новыми людьми, поучиться у них — это само по себе интересное приключение.

— Только помни, детка, — тон отца стал серьезным, — ты не должна примыкать ни к одной из группировок. Не отдаляйся от людей, но знай, что ты — наследница Престола. В твоем поведении должны быть как дружелюбность по отношению к каждому подданному, так и осторожность, ведь никто не знает, какие мысли роятся в чужой голове. И знай, что, может быть, тебя будут окружать виновные в смерти твоих родителей, так что особенно следи за тем, что и кому ты говоришь.

— Я поняла, — задумчиво ответила я, — все-таки как многому мне предстоит научиться за этот год…

Остаток вечера прошел в беседах с семьей. Все мы понимали, что это последний вечер в нашем тихом и уютном доме. Нам с сестрой предстояло сделать первый шаг в неизвестность, чтобы открыть мир и самих себя. И мы понимали ту ответственность, которая завтра должна была лечь на наши плечи. Но сегодня, в кругу самых близких людей на свете, нам с Алекс хотелось впитать в себя домашнее тепло, чтобы оно, как угольки, тлело в наших душах весь следующий год. Помня, как редко мы все видели Кевина, нам приходилось готовить себя к долгим перерывам в отношениях. И хотя родители говорили, что будут нас навещать, мы знали, что разлука будет тяжелой. Но больше всего мне было жалко не себя, а именно их, наших дорогих маму и папу. Я знала, как трудно давалось им то, что они не видели своего сына месяцами, а теперь и мы с сестрой должны были покинуть этот дом. Я даже не могла представить себе, как они вернуться в эти тихие стены, которые когда-то отражали веселый детский смех. Но ничего с этим поделать было нельзя, ведь когда-нибудь и мне придется столкнуться с взрослением моих детей. Таковы законы жизни. Ничто не стоит на месте. Единственное, на что я могла надеяться, так это на то, что воспоминания о нашей счастливой семейной жизни будут поддерживать их в то время, когда нам не будет дозволено видеться.

Позднее мы отправились в свои комнаты. Я зажгла ночник и огляделась. Завтра мне предстоит приехать на новое место, и эта неизвестность одновременно пугала и притягивала меня. Мне хотелось увидеть мир и то, как живут другие люди, хотелось начать самостоятельную жизнь, и я предвкушала все это.

Полночи я от волнения не могла заснуть, и только когда небо тронула розоватая дымка просыпающегося солнца, сон принял меня в свои объятия.

Мне снился кошмар, только в этот раз все было по-другому.

Я стояла в начале дороги. По сторонам от нее рос колючий кустарник, который двумя нерушимыми стенами указывал мне путь. Я сделала первый шаг и почувствовала, что не могу остановиться. Что-то впереди манило меня. Я шла, повинуясь своему любопытству, и увидела перед собой две фигуры. Шаг мой ускорился, и через мгновение я поняла, что передо мной стоят мои родители, два любимых человека, потерять которых мне суждено было еще в детстве. Они улыбались немного печально, мама протянула руку и погладила меня по щеке. И в этот момент я почувствовала всю боль утраты. Слезинка, скатившаяся по моей щеке, упала маме на руку, и превратилась в изумруд. Только вот этот камень был уже в красивой оправе, обрамленный множеством маленьких бриллиантов. Мне показалось все это очень странным, потому что я еще не видела в своих снах ничего подобного.

— Это наш талисман, найди его, — прозвучал забытый голос матери.

Я хотела расспросить ее об этом украшении подробнее, но чья-то крепкая рука вырвала меня из объятий Морфея.

Поначалу я не сразу отличила реальность ото сна. Ужасно разозлившись, что кто-то лишил меня долгожданных минут с родителями, я открыла глаза и увидела отца.

— Дорогая, с тобой все в порядке? Тебе опять снился дурной сон? — лицо его выдавало искреннее волнение. — Уже восемь, тебе пора вставать.

Я села на кровати, все еще потрясенная ночным видением.

— Знаешь, пап, мне снился очень странный сон, — пытаясь бороться с волнением в голосе, — я, конечно, понимаю, что такое заявление с моей стороны уже никого не удивит в нашей семье, но он был действительно необычным. Даже для меня.

Я передала содержание сна отцу, и проследила за его реакцией. Для меня было несколько странным и непривычным наблюдать столь разительные изменения в его лице. Сначала оно выражало лишь интерес, но постепенно этот интерес перерос в волнение, печаль, и что-то, очень похожее на ностальгию.

— А ведь этот талисман действительно существовал. Он передавался в семье твоей матери из поколения в поколение. Считалось, что тому, кто обладает силой правителя, этот кулон дает возможность видеть истинные намерения других нуаров. Когда человек научится работать с силами, сосредоточенными в украшении, он сможет видеть внешнюю оболочку других, их ауру. И в зависимости от того, как этот человек на самом деле к тебе относится, какие эмоции царят в его душе, аура меняет цвет: от красной — при гневе, до светящейся голубой — при гармонии в душе. Окраска ауры в черный цвет говорит о том, что тот, кто стоит перед тобой, — твой смертельный враг. Правители нуаров, использовавшие силу талисмана, могли различать не только эти основные состояния, но и малейшие изменения в настроении своих подданных.

Наверное, ты понимаешь, что иметь такую вещь и уметь ею пользоваться — это огромная власть. В ту ночь, когда ты потеряла родителей, этот бесценный амулет также был утерян. На долгое время и мы забыли о нем, сосредоточась лишь на твоей безопасности, но сейчас твой сон напомнил мне об этой вещице. Как-то за разговором с твоими родителями, они обронили удивительную вещь о том, что нуар из вашего рода, прошедший Инициацию, может призвать кулон. Считалось, что каждый, кто его носил, оставлял в нем частичку своей души, и именно они, души твоих предков, откликнуться на твой зов. Вот только в то время я не думал, что ты можешь остаться без своей семьи, и более подробное описание кулона и его предназначения меня не интересовало, тем более что работает он лишь у тех, в ком течет кровь носивших его прежде. Поэтому помочь тебе еще чем-то в его поисках вряд ли смогу. Но я думаю, что после свершения Инициации перед тобой могут возникнуть новые подсказки.



— Да, пап, я поняла, что этот обряд имеет для меня первостепенное значение. Но как думаешь, я смогу еще раз увидеть своих родителей?

— Не знаю. Меня всю жизнь учили, что души умерших — это как эхо, как отголоски. Все зависит от того, как ты настроена. Но ты должна хорошо запомнить одну вещь: слишком часто с ними общаться нельзя. Не тревожь их покой, ведь переход из мира Тьмы в твой сон требует от них больших затрат энергии. Обращайся к ним лишь в крайней необходимости, и помни: каждый раз может оказаться последним. Будь готова проститься с ними навсегда. Они очень любили тебя, и хотели бы, чтобы ты жила настоящим. Все то хорошее, что чувствуешь ты по отношению к своей семье, должно помогать строить свою жизнь, подпитывая приятными воспоминаниями, а не отвлекать от жизни.

— Спасибо, папа, — обняла я его, — за все.

— Мы с мамой тебя очень любим, — ответил мне отец, — а теперь вставай и собирайся, завтрак ждет тебя внизу.

Сегодня волнительный, и по-своему особенный день — день моего отъезда. Мне очень хотелось произвести хорошее впечатление на новом месте, поэтому я заранее приготовила себе наряд. Мой туалет состоял из приталенного платья небесно-голубого цвета, выгодно подчеркивающего голубые глаза, и босоножек на удобном каблучке серебристого цвета. Волосы я собрала в конский хвост, и закрепила на макушке серебристой заколкой в тон обуви. Хорошенько оглядев себя в зеркале, я осталась довольна своим внешним видом. На шею я нанесла капельку любимых цветочных духов, которые мне всегда давали дополнительную уверенность в своих силах, сделала легкий дневной макияж, и, бросив последний взгляд в зеркало, спустилась на кухню.

Завтрак был легким: мама приготовила фруктовую кашу, свежие пирожные и чай. В завершение мы съели наш любимый персиковый йогурт и были готовы к отъезду.

Вещи в машину папа загрузил еще до того, как все встали, так что мы с Алекс удобнее устроились на заднем сиденье и под пение магнитолы отправились в путь.

Глава 4

Замок Рыцарей Ночи

За окном автомобиля последние полчаса, пока мы ехали по оживленным районам большого города, было непривычно шумно. Вообще, за несколько часов мы пересекли необычно много больших и маленьких городов, поселков и деревень. Нам с сестрой всегда нравилось путешествовать с семьей: это давало странные ощущения единения и свободы. Да и само перемещение как будто помогало нам сохранять ритм жизни, чувствовать, что мы не стоим на месте. Но все же так долго нам еще не приходилось никуда добираться. Хорошо еще, что погода нам благоволила.

Казалось, нашей поездке не будет конца. И неудивительно было то, что жизнь нуаров оставалась незамеченной, ведь кто мог забраться так далеко? Однако когда отец свернул на дорогу, ведущую к Замку Рыцарей Ночи, все переменилось.

Обочина дороги была укрыта от посторонних глаз огромными старыми тополями, росшими плотной стеной по обе стороны от трассы. И если бы кто-то не знал, как добраться отсюда к Замку, то он все равно бы доехал до нужного места, потому что возможности свернуть куда-либо просто не было. Получалось, что посвященный нуар должен был найти путь сюда, а дальше проблем с картой местности у него бы не возникло. Через пятнадцать минут однотонного пейзажа перед нами, наконец, появились здания Замка. Рассматривая их, я одновременно слушала рассказ отца об устройстве жизни в Клане, так как он провел здесь много времени в молодости, учась, а затем и служа Рыцарям Ночи.

Главный корпус, который был центром учебной и административной жизни, выглядел довольно внушительно. Он представлял собою здание, построенное в готическом стиле и возвышающееся на высоту пятиэтажного дома. На первых двух этажах его располагались учебные комнаты, а на третьем этаже была огромная библиотека, которая хранила знания о всей истории Рыцарей Ночи. Два последних этажа были заняты кабинетами Старейшин Клана.

Вокруг главного корпуса, как лучи отходят от солнца, отходили еще шесть строений. Два из них были предназначены для проживания воспитанников, так как при учебном заведении молодым людям разных полов запрещалось жить в одном здании. Два других были предназначены для проживания знати, причем правящая семья занимала целый корпус. Семьи, входящие в Совет Клана, как потом объяснил мне Кевин, могли иметь отдельные дома, располагающиеся недалеко от Замка. Так что в корпусе они располагались тогда, когда было много работы, и они не хотели уезжать. В любом случае, служащим Замка было предоставлено полноценное место для жизни, не отходя от рабочего места. Одно из зданий было предназначено для самоподготовки тех, кто приезжал сюда для прохождения Инициации. В этом же здании, на первом этаже, располагалась столовая. Корпус был оснащен по последнему слову техники, содержал много спортивного инвентаря и необходимой литературы. Последнее здание было создано для торжественных приемов.

Внешний вид учебного комплекса поразил меня. Я впервые видела столь величественное здание. К тому же четкая организация корпусов по выполняемым функциям заранее говорила о том, что к Инициации здесь подходят очень серьезно, и все направлено на скорое и эффективное обучение.

В стороне от строений был чудесный парк с аллеей. Здесь стояло множество беседок и кованых скамеек, так что любой гость Замка мог отдохнуть, побыть наедине со своими мыслями, или же, наоборот, занять беседку, и посидеть в компании друзей. В конце аллеи был небольшой пруд, в котором плавали утки. Именно эта часть территории Замка показалась мне при первом знакомстве самой привычной и насыщенной жизнью.

Впечатленная увиденным, я не заметила, как наша машина подъехала к женскому общежитию. У его входа нас встречали куратор общежития — женщина лет пятидесяти с собранными в пучок волосами и строгим лицом, и молодой человек.

— Кевин! — мама не могла скрыть радости от встречи.

Мы вышли из машины, и по очереди обнялись с ним. В последний раз я видела Кевина много лет назад, и вот теперь не узнала его. Он был высокого роста, широкоплеч, с темными волосами. Дружелюбно улыбаясь, брат предложил провести нас в новые комнаты. Сначала мы прошли регистрацию у вышеупомянутой женщины, которая затем вручила нам правила проживания и обучения в Клане Рыцарей, а также расписание занятий. Я оставила подпись в бланке о получении литературы, и проследовала за Кевином на третий этаж общежития.

Здание для проживания учеников было устроено по блочному типу, таким образом, для нас с сестрой был целый комплекс: каждая получила отдельную комнату, которые соединял небольшой коридорчик с мягким уголком и выходом в отдельный санузел. Мы, конечно, остались довольны своими комнатами, так как ни в одном из ВУЗов нам не досталась бы подобная роскошь. Поскольку родителям еще предстояла дорога домой, мы выпили чая, еще немного посидели вместе, после чего родители и Кевин собрались уходить.

— Не знаю, как можно оставить всех вас здесь, — растрогалась мама, — мы с отцом будем очень скучать.

— Мы тоже будем скучать по вам, — ответила Алекс, — тем более что частые звонки здесь не разрешены.

— Но в этом мы с отцом рассчитываем на вашего брата, — ведь в его корпусе установлены телефоны, которыми он, как преподаватель, может пользоваться по надобности.

Уходя, отец задержался в комнате дольше остальных, и, воспользовавшись моментом, пока все прощаются, обнял меня. Я знала, что папа очень любит меня, и расценила его объятия как проявление нежности, но затем услышала едва различимые слова:

— Милая, ты должна помнить одно: мы оставляем тебя не в обычном университете, и не как обычную студентку. Ты — будущий правитель нуаров, и остаешься жить в Замке, обитатели которого станут твоей опорой после восхождения на престол. Отношение к тебе будет предвзятым, но я знаю, на что ты способна, и мое сердце спокойно за тебя. Будь осторожна во всем, и знай, что мы с мамой, как твои самые близкие люди и самые верные советники, всегда на связи.

Отец еще раз крепко обнял меня и оставил наедине со своими мыслями, закрыв за собой дверь. Чтобы не показать сестре ту растерянность, которую поселили в моей душе слова отца, я старалась вести себя как обычно, хотя мой разум был занят другим.

— Я думаю, что пора навести здесь порядок, — деловито сказала я и взяла свой чемодан.

Мы с Алекс принялись распаковывать свои вещи. В каждой комнате стояла кровать, письменный стол, стол для туалетных принадлежностей и шкаф на две дверцы. Я выбрала себе комнату, выполненную в голубых тонах, а сестра — в желтых.

Весь первый вечер мы потратили на то, чтобы создать в наших комнатах уют, который для меня всегда заключался в мелочах. Я расставила на столе несколько фотографий с семьей, напоминающих мне о доме. Еще вчера я решила прихватить с собой несколько плюшевых мишек, которые теперь дружелюбно смотрели на меня с кровати. На полку над письменным столом я поместила свои любимые книги, ведь именно они всегда уводили меня в сказочные миры, помогая отвлечься от тяжелых будней. Когда все было готово, я взглянула на часы. Стрелки их показывали половину двенадцатого.

Перед сном я подготовила себе одежду на завтра, которая у всех обитателей Замка должна была дополняться галстуком или нашейным платком сине-белого цвета с изображением грифона как символа зверя, получаемого нами при Инициации. Мой наряд был довольно прост: я предпочла простые темно-синие джинсы и белую блузку. Ложась в постель, я попробовала представить себе, каким будет завтрашний день. Во мне внезапно возникло волнение. Я боялась, что не смогу выполнить своего предназначения, не смогу проявить себя с лучшей стороны, и, чтобы заглушить неприятные эмоции, я решила прочитать немного страниц перед сном. Одним из моих любимых произведений была книга "Гордость и предубеждение", и хотя я знала ее практически наизусть, каждое новое прочтение придавало мне сил. Хотелось верить, что где-то есть еще такие люди, как главные герои этой книги, иначе мне никогда не осуществить свой план. Так же и теперь, прочитав несколько страниц перед тем, как сомкнуть глаза, я выключила ночник и попыталась уснуть. Сон не сразу пришел ко мне, но затем он поглотил меня, и я проспала без сновидений до утра.

Проснувшись в семь часов утра под пение мобильного телефона, я пошла первым делом в душ. Закончив с этим и одевшись, я захватила с собой сумку и поспешила с Алекс на завтрак в другой корпус. В столовой было многолюдно, и такая толпа несколько смутила меня. Мы взяли на поднос апельсиновый сок, по банке йогурта и фрукты, и нашли незанятый столик. Быстро позавтракав, мы поспешили в учебный корпус. У нас обеих день начинался с собеседования, вот только я шла на встречу с самим господином Алексеем Владимировичем Полянским, главой Клана.

Поднявшись на пятый этаж, я без труда отыскала его кабинет. Он представлял собой огромное помещение, вход в которое был возможен только через кабинет его секретаря.

— Летиция Ноэль? — музыкальным голосом пропела молоденькая девушка, приветливо улыбаясь.

— Да, доброе утро. Я пришла на собеседование к господину Полянскому.

— Конечно. Его пока нет, но Вы можете подождать в его кабинете. Глава Клана появится с минуты на минуту.

— Благодарю Вас. — Девушка провела меня в кабинет директора и указала на кресло перед огромным столом из дуба.

— Вы можете подождать здесь, устраивайтесь, — еще раз улыбнувшись, она оставила меня одну.

Я огляделась. Кабинет выглядел внушительно. Вся мебель была выполнена из дуба и покрыта кожей темно-коричневого цвета. По периметру стен висели портреты предыдущих правителей клана, а над столом — портрет самого главы Клана рыцарей Ночи. Даже когда он еще не зашел в комнату, глядя только на его изображение, я поняла, что мне предстоит встретиться с человеком умным, но вместе с тем властным и хитрым. Уже тогда я четко увидела, что осторожность — это качество, которым я должна руководствоваться в ближайший год. Мои размышления были прерваны шелестом одежд.

— Мисс Летиция, добро пожаловать в Замок Рыцарей Крови, — голос Полянского раздался у меня за спиной неожиданно, и заставил меня вздрогнуть.

Я встала и поздоровалась. Перед моими глазами стоял мужчина лет шестидесяти, но все еще статный. И эта статность выдавала в нем человека гордого и сильного духом. Именно такими я и представляла для себя правителей — воплощением достоинства. Его улыбка и черты лица сказали мне, что я не ошиблась в своей первоначальной оценке.

— Как Вам наш Замок и Ваша комната? Все ли пришлось по вкусу? — Его взгляд испытывал меня, пробовал, из какого теста я сделана. Он словно видел меня всю: мою реакцию, поведение, осанку и еще Бог знает что.

Собрав всю свою уверенность, я попыталась ответить ему с достоинством:

— Благодарю Вас, господин Полянский, мне все очень понравилось, и я с нетерпением жду начала своих занятий, — мне хотелось показать ему, что я приехала в это место с одной целью — пройти Инициацию, и не собираюсь размениваться по мелочам.

— К занятиям Вы можете приступить уже сегодня, и если будут какие-либо неудобства, можете без ложного стеснения обращаться, — Полянский, при всей его внешней благодушности, явно оценивал меня, и это не могло укрыться от моих глаз.

"Пусть пока думает, что я ничего не вижу, это даст мне преимущество", — думая об этом, я все равно не могла убрать дискомфорт, испытываемый мною рядом с этим человеком, и мысленно просила, чтобы меня поскорее отпустили на занятия.

В дверь постучали, и в комнату вошел юноша лет двадцати. Он был очень приятной наружности, также высок, и черты его лица мне показались странно знакомыми. Ах да…

— Прошу прощения, если помешал, — юноша приятно улыбнулся, и уже было хотел уйти, но господин Полянский его задержал.

— Ничего, Игорь, заходи, — твердо произнес глава Клана, — Летиция, позвольте представить Вам моего сына, Игоря Полянского. Он уже прошел Инициацию, и теперь служит в Замке преподавателем по предмету, который называется Взыванием к Тьме. Игорь, перед тобой — Летиция Ноэль, наследница Клана Единения, и, следовательно, Престола.

— Очень приятно, — обратился ко мне Игорь.

Я улыбнулась ему в ответ, и попросила у директора разрешения приступить к занятиям.

— Конечно, через десять минут Вас ожидают в одиннадцатом кабинете на Взывании к Тьме. Там Вас будут учить, как правильно призвать двойника.

— Еще раз благодарю Вас, всего доброго, — я попрощалась с Полянскими, и направилась к практикуму.

Коридоры главного корпуса Замка были переполнены молодыми людьми. Все в спешке шли на занятия, так что разглядеть что-либо или кого-либо не представлялось возможным. Когда мне удалось добраться до кабинета номер одиннадцать, я заметила, что там было всего два человека помимо меня. Один из них — юноша лет семнадцати со светлой шевелюрой и приветливой улыбкой, назвавшийся Алексеем Молниным, другая — молоденькая девушка пятнадцати лет с длинными рыжими волосами и стройной фигурой, облаченная во все зеленое, что невероятно шло к ее внешности. Девушка назвалась Юлей Светляной. Алекс почему-то в нашей группе не оказалось. До начала занятий у нас оставалось еще пять минут, так что мы решили получше узнать друг друга.

Алеша оказался действительно очень открытым и приятным молодым человеком. Его семья брала свои корни из древних родов-основателей Клана Рыцарей Ночи, однако все это не наложило отпечаток "особенности" на его поведение. Оказалось, что он, как и я, приехал проходить Инициацию со старшей сестрой, однако, в одни группы для занятий они все равно не попали.

Юля была тоже довольно приятной особой, однако в ней чувствовался характер и некоторое своеволие.

Только мы с ребятами успели разговориться и познакомиться, как дверь распахнулась, и внутрь вошли трое молодых мужчин, одним из которых оказался Игорь Полянский. Я взглянула на свои часы, и на них было ровно девять часов утра — время, указанное в расписании.

"Ничего себе у них дисциплина", — успела подумать я, прежде, чем один из них начал говорить.

— Наши приветствия вам! — провозгласил самый старший из них. — Сегодня ваша группа начинает изучение основного предмета в этом Замке — Воззвания к Тьме. Все, что вы знали об обучении до этого дня, должно перемениться здесь и сейчас. Мы не будем заставлять вас читать книги по нашему предмету, писать конспекты и заучивать теоремы. Здесь есть лишь практика. У каждого из вас будет свой собственный учитель. Цель этих занятий — как можно скорее призвать двойника и установить с ним прочную связь. До перехода на следующий этап, то есть до того, как вы все сможете призвать своих двойников, вы можете практиковаться в своей силе. Следовательно, тот, кто призовет зверя последним, будет самым неподготовленным ко второму этапу. На второй ступени ваших занятий мы соберем небольшой совет, на котором вы втроем продемонстрируете свои умения, при этом мы выберем лучшего, которому достанутся дополнительные очки для прохождения третьего этапа обучения — зачета. В нем вы все должны будете провести десять показательных боев за одну неделю. В конце зачета Совет Клана решит, кто из вас прошел инициацию, а кто — нет. Меня зовут Господин Виктор Наумский, я буду заниматься с Алексеем Молниным. Слева от меня стоит Господин Юрий Крепский, он будет руководить занятиями Юлии Светляной, а занятия с Летицией Ноэль будет проводить Господин Игорь Полянский.

После его речи преподаватели подошли к каждому из нас и отвели в маленькие тренировочные залы, вход в которые был возможен только через большую комнату.

Пока мы шли в наш зал, я была несколько обескуражена тем, что Игорь Полянский будет вести именно мои занятия, да и вообще что он будет вести занятия. Этот человек казался мне слишком молодым для того, чтобы кого-то обучать. Я чувствовала себя несколько неловко.

Мои размышления прервал голос наставника:

— Твои занятия будут проходить всегда в этом зале, так что привыкай. Для удобства в общении и учебе предлагаю называть друг друга по имени и на "ты", однако, это не означает, что для тебя будут поблажки. Для начала ты должна понять, что все наши усилия будут направлены на вызов двойника. Я не привык проигрывать, так что работать будем усердно, ведь среди преподавателей тоже идет борьба за то, чей ученик раньше достигнет успеха, — с каждым словом, которое он произносил, этот человек все больше рос в моих глазах, и в конце концов в моей душе уже не было места неловкости, — для начала, я думаю, следует тебе показать, если ты, конечно же, не против, как внешне выглядит наш обряд.

Я ответила, что очень хотела бы это увидеть, после чего Игорь, оставив меня в одном конце комнаты, перешел в другой. Мне показалось это весьма странным, но я не произнесла ни слова, а лишь внимательно наблюдала за наставником. Он выпрямился, закрыл на мгновение глаза, и воздух, окружающий его, начал дрожать. Понимая, что это очень странно, я не могла даже двинуться с места — так меня захватило это зрелище. Внезапно, по сторонам от него, стали появляться темные ленты воздуха, похожие на струящийся атлас, а затем они направились к центру его груди, образовав как бы комок. Застыв так на мгновение, из этого места вырвалось нечто. Это действительно было нечто, потому что ничего подобного я до этого еще не видела. Зверь был поистине устрашающим. На огромном змеином теле, покрытом чешуей, были три пары когтистых лап. Голова его была также похожа на голову ящерицы, однако, обрамленная по кругу костными выступами, напоминающими корону. Хвост заканчивался тремя выростами, каждый из которых имел вид наконечника стрелы. На спине этого двойника красовалась пара черных крыльев. Глаза зверя имели оранжево-красный оттенок, что придавало им особую зловещесть. Наверное, если бы я не была готова к такому зрелищу, скажем, если бы я увидела все это при прогулке в парке, я бы уже не дышала от страха. Хотя, не буду малодушной, это зрелище и сейчас привело меня в ужас. Наверное, мои глаза округлились, да и сам внешний вид был, как минимум, растерянным, потому как на лице Игоря играла хитрая улыбка. Наверное, они каждый год забавлялись, глядя на растерянные лица своих подопечных. Из соседних комнат послышались вскрики — видно, им также преподаватели открыли двери в науку Замка. Через минуту воздух вокруг моего наставника опять задрожал, зверь превратился в куски атласного дыма и вошел в грудь его прародителя.

— Ну, как, произвел впечатление?

Пропустив двусмысленность вопроса, я с трудом ответила:

— Еще как. А у меня тоже будет что-то похожее на вашего "питомца"?

— Не знаю, какой он у тебя будет, но явно не такой, как у меня, — попытался объяснить Игорь, — нет двух людей, похожих друг на друга, и нет похожих двойников. Даже у близнецов они разные.

Я кивнула в знак того, что поняла наставника, и он продолжил:

— А ты знаешь, почему именно изображение грифона носишь на своем платке?

Я покачала головой.

— Ведь у первого правителя нуаров двойником был именно грифон. Говорят, этот зверь не имел себе равных по могуществу, так как мощь двойника зависит от силы духа его хозяина. Вот только уже давно в мире нуаров нет ничего подобного тому зверю. Видно, нет и душ, равных по силе тому правителю.

Я немного задумалась. Ведь как много необъяснимого и такого интересного могло пройти мимо меня, если бы я приняла другое решение. А теперь я не представляла своей жизни без этих сложностей. И в моем мозгу четко возникла цель: во что бы то ни стало, именно я первая призову двойника, и сделаю все возможное, чтобы ему не было равных по силе.

— О чем замечталась, подопечная, — поинтересовался Игорь, — может, решила взять первенство в призыве двойника?

— Решила. И не только взять первенство, но и постараться наладить со зверем прочную связь. Готов помочь мне в этом?

— Только если ты сама готова проводить почти все свое свободное время за занятиями, а уж я тебе помогу во всем, что от меня зависит, — довольно ответил наставник. Видно, ему пришлось по душе то, с каким рвением я приступаю к учебе.

— Тогда за дело, — решительно сказала я.

Все оставшееся время до конца занятия, то есть до часа дня, Игорь заставил меня медитировать вместе с ним. Он объяснил это тем, что ни один нуар, не заглянувший в самые потайные уголки своей сущности, не сможет призвать темную часть своей души. Я спросила, что значит "темная часть души", неужели это значит какие-то скрытые отрицательные качества нашего "я", которые дремлют до поры, до времени. Игорь ответил, что это вовсе не означает, что наши души хуже человеческих, это означает, что лишь нуар, в котором течет кровь Рыцарей Ночи, может познать всего себя, познать силу своей души и призвать ее себе в помощь в облике зверя. Что ж, это было необычно. Хотя, если я собираюсь здесь прижиться, то мне вообще стоит отказаться от слова "обычно".

После занятия я, попрощавшись с Игорем, направилась в столовую на обед. По пути мне встретилась Алекс. Скучая без сестры целый день и думая, как у нее все прошло, я очень обрадовалась этой встрече.

— Как прошел день? — поинтересовалась Алекс.

— Знаешь, если не считать разочарования от того, что мы с тобой оказались не в одной группе, хорошо, — ответила я, — а вам тоже сегодня демонстрировали Призыв?

— Да. Знаешь, оказалось, что здесь будет не так уж и скучно, — восторженно проговорила сестра.

Когда мы зашли в столовую, то увидели там множество собравшихся студентов-новичков. Надо сказать, что по особой манере держаться, можно было сразу угадать в них новеньких. Мы нашли Юлю, Лешу и еще двоих из группы Алекс — Доминику и Патрика, после чего, набрав на подносы еды, заняли свободный столик на шестерых.

Так как мне предстояло многое узнать об этом месте, я решила начать с его обитателей. Патрик, который был в группе Алекс, оказался смешным парнем. Он то и дело шутил по разным поводам, так что о неловкости, которая обычно возникает при первом знакомстве, не могло быть и речи. Сама его внешность, казалось, предрасполагала к тому, чтобы быть душой компании. Он был курнос, и его волосы, разбросанные чуть рыжеватыми густыми кудряшками, наверное, никогда не знали расчески. И только глаза его были серьезными: светло-голубые, они проникали в саму суть вещей. Ника же была его антиподом. Она представляла собой хорошенькую темноволосую девушку, которая старалась следить за своей внешностью. Ее красота компенсировалась некоторой молчаливостью во время разговора. Мы провели много времени за столом, общаясь друг с другом.

После знакомства я сделала вывод, что все ребята приятные, и было принято общее решение держаться вместе, когда будет выпадать свободная минута. Пообедав, мы все устремились в библиотеку, взяли себе по книге истории Рыцарей Ночи, и направились в корпус для самоподготовки.

Надо сказать, что здешние книги отличались наглядностью. Страницы содержали множество портретов как самих Глав Клана, так и их двойников, подробные описания чувств, сопровождающих Вызов темной стороны души. Каждая глава была посвящена предводителям нуаров, их правлению и проводимой политике. Некоторые отрывки были взяты из древних летописей, в написании которых участвовали сами правители. Было интересно и необычно чувствовать свою принадлежность к чему-то великому.

Уделив два часа свободного времени чтению исторической литературы, я узнала много нового о мире нуаров и о Рыцарях Ночи в частности. Оказалось, что представители этого рода отличались умом, однако и не чурались хитрости. Во времена сильных правителей, объединявших все четыре великих Клана, эти люди также подчинялись, не желая иметь проблем. Однако стоило дать слабину, как все могло выйти из-под контроля. Таким образом, мне удалось сделать для себя важный вывод: если буду достаточно сильна духом, чтобы руководить моим народом, Рыцари Ночи поддержат меня. И я очень надеялась на это.

После ужина мы с Алекс разошлись по своим комнатам, и, поскольку день выдался тяжелым, решила лечь спать пораньше. Еще немного почитав перед сном, я натянула на себя теплую фланелевую пижаму и легла спать.

Глава 5

Первый враг

Следующий день был днем истории Клана Рыцарей ночи. Говорят, плох тот правитель, который не знает становления и развития своего народа, так как, не зная истории, он будет повторять ошибки, сделанные до него. Поэтому я шла на занятия с твердыми намерениями узнать побольше о Клане, в который приехала проходить Инициацию, тем более что, живя в человеческом мире, я могла не много узнать о моих соотечественниках.

Занятия были организованы по типу лекций. Предполагалось, однако, что они могут быть построены и по типу живой беседы, так что нам разрешалось обсуждать волнующие вопросы с преподавателем.

Мы с Алекс зашли в аудиторию и увидели, что там было довольно много народа.

Человек пятьдесят учеников различных возрастов, приехавшие проходить Инициацию из разных стран, разговаривали между собой, что создавало впечатление гудящего улья. Нужно сказать, что в каждом Клане придерживались обучения на международном языке или на языке той страны, на территории которой был расположен Замок. К первому варианту приходилось прибегать нечасто, так как все старались выучить иностранный язык, чтобы лучше влиться в атмосферу места.

— Вон там есть свободные места, — указала Алекс на два места, расположенные рядом, — давай скорее, а то займут.

Мы забрались в середину зала, открыли конспекты и принялись ждать преподавателя. Нашему удивлению не было конца, когда мы увидели, что в дверь вошел Кевин. Зал встал, приветствуя наставника.

— Добрый день. Меня зовут Кевин Вендли, и вы можете меня называть господином Вендли. Я буду читать вам историю Рыцарей Ночи. Прошу записывать ключевые моменты и готовиться самостоятельно, так как вопросы по данному предмету войдут в аттестацию. Сегодня мы разберем формирование отношений между людьми и нуарами, которые предшествовали обособленному существованию Клана.

Мы с Алекс превратились в само внимание — ведь теперь нам была интересна не только история, но и то, как наш брат ведет преподавание. Разложив перед собой листы с опорными моментами и удобно устроившись за кафедрой, Кевин продолжил:

— Нужно сказать, что нуары, как отдельная ветвь эволюции, возникли вместе с людьми. Первое письменное упоминание о нашем народе было найдено в 5 веке до нашей эры. Оно свидетельствует о том, что в то время вся нация существовала под единым знаменем, и руководил нуарами в то время король Георг Четверорукий. Такое прозвище было дано ему за то, что он имел очень прочную связь со своим двойником. К слову сказать, изображение этого зверя вы все носите на своей одежде. Да, это был грифон. И в бою они управлялись с противниками как единое целое, то есть его руки были удвоены лапами двойника. Источники говорят также о том, что его грифон — сильнейший из существовавших когда-либо Зверей. Отрадно отметить то, что он принадлежал именно к нашему Клану, поэтому изображение грифона — это не только нашивка на галстук, но и символ всех Рыцарей Ночи. Времена правления Георга считают первым золотым веком в совместной истории людей и нуаров. Мы объединялись, жили в мире и давали друг другу все необходимое. Как раса мы всегда были менее многочисленны, чем человеческие существа, поэтому, чтобы не было конфликтов, мы делились с ними своей магией. Так продолжалось три века, пока был жив король и прочна его власть. Как вы уже знаете, жизнь Рыцарей больше человеческой, а жизнь Георга была долгой даже для нас. Он обладал не только необычайно крепким умом, но и здоровьем. Когда подошел конец его существованию, он передал власть своим сыновьям. Но все сразу вы выучить не сможете, так что правление последователей Георга Четверорукого мы разберем на следующих занятиях.

Рассказ Кевина о первом правителе нуаров был очень интересным. Нужно сказать, что никто в зале не проронил и звука, и я искренне гордилась братом. Его рассказ так увлек меня, что вызвал некоторые вопросы. Немного поколебавшись, я подняла руку, и спросила, может ли нуар добиться такого же успеха в единении со своим двойником, или это вещи предопределенные.

По залу прошел шепот. Сначала мне было сложно понять, чем это вызвано, но Алекс шепнула, будто это все из-за того, что среди учащихся уже разнеслась новость о моем обучении, и не всем она пришлась по душе. Я понимала: восприятие меня как проходящую Инициацию будет у всех разным, и когда-то мне придется встретиться с проявлениями малодушия нуаров, но не думала, что это произойдет так скоро. Кевин, надо отдать должное его профессионализму, быстро погасил обсуждения, и, как ни в чем не бывало, ответил на мой вопрос:

— Безусловно, тренировки важны и в вызове двойника, и в единении между нуаром и его зверем. Однако не следует забывать, что двойник — это отражение части нашей души, поэтому его особенности во многом зависят от самого инициирующегося. У нуара, который силен душой, двойник будет гораздо сильнее, чем у того, кто не обладает такими качествами. Сила вашего духа и разума, которая определяется природой, характером и воспитанием, и лежит в основе проявления двойника.

Я поблагодарила брата за ответ, но затем еще спросила:

— Следовательно, взглянув на кого-либо и оценив его правильно, мы можем еще до боя предположить свои шансы на победу? — поинтересовалась я.

— Совершенно верно, однако нужно помнить, что не всех нуаров, как и людей, можно читать как открытую книгу. Поэтому всегда хорошо, если вы готовы к худшему. Конечно, вы должны настраивать себя на положительный исход боя, иначе ничего не выйдет. Но всегда нужно оставить место для непредвиденных обстоятельств.

Позади меня раздался смешок, и я расслышала слова:

— Эта выскочка считает себя способной до боя оценивать противников.

Обернувшись на голос, который слышали все окружающие, так как произносящая эти слова очень старалась, я наткнулась на жесткий взгляд карих глаз. Внешне девушка была очень приятна собой, если бы не это выражение лица. Возможно, оно было способно и на другие эмоции, но сейчас в нем была насмешка и жестокость.

Алекс объяснила мне, что это — Ядвига Оранская, потомок очень древнего рода, который по своей значимости для Рыцарей ночи стоит почти сразу после рода Полянских. Возможно, она имела свои планы хотя бы на власть в Клане Рыцарей Ночи, и мое право на правление среди всех нуаров, безусловно, бесило ее. Я понимала причину ее агрессии, однако настроение было испорчено. Сделав попытку сосредоточиться на словах брата, я обратила все свое внимание на его повествование.

Кевин еще долго рассказывал про особенности быта и политики того времени, а мы с Алекс старались успеть все это законспектировать. На дом нам было задано изучить всю историю с пятого по второй века до нашей эры, то есть времена правления Георга Четверорукого, а также ознакомиться со следующим этапом.

После лекции мы направились в столовую на обед. Как всегда, собравшись за нашим столом, компания обсуждала лекцию и предстоящие занятия по Взыванию к Тьме. Неожиданно за моей спиной раздался голос брата:

— Не против, чтобы я к вам присоединился? — спросил Кевин, улыбаясь тому впечатлению, которое произвел его визит на наших друзей.

Мы ответили, что очень рады ему, и представили брата нашим друзьям. Заметив, что некоторое из них потрясены тем, что преподаватель сидит за нашим столом, Кевин сразу перешел к цели своего визита:

— Я, в общем-то, по делу, — многозначительно сказал он, — сегодня намечается вечеринка, о которой новичкам не известно. Пока еще учеба не идет полным ходом, может, захотите туда сходить? Я и друзей ваших туда проведу, — сказал Кевин, наблюдая за тем, как быстро меняются эмоции на лицах новичков — от растерянности до радости.

Восторг появился в глазах наших товарищей, а, тем более, девушек, так как брат был хорош собой. Алекс обрадовалась приглашению, а вот меня оно немного смутило. Ведь я четко знала, с какой целью приехала сюда, и мне не хотелось терять драгоценное время. Я думала уже сегодня засесть за книги, и тут мои планы должны были поменяться.

Видя мою нерешительность, Кевин сказал мне тихонько:

— Эта вечеринка особо не отвлечет тебя от занятий. Послушай, там будут многие представители нуаров из этого Клана, которые постарше тебя, а это важно. Безусловно, общаясь со своими друзьями, ты создаешь приятное впечатление о себе и образуешь прочные связи на будущее. Но также немаловажно то, что сегодня тебе удастся встретиться со многими молодыми преподавателями, моими друзьями, в неофициальной обстановке и произвести хорошее впечатление. Ведь результат твоего визита в этот Замок зависит не только от успешно пройденной Инициации, но также и от того, сможешь ли ты заручиться здесь поддержкой на будущее.

Я подумала, что ведь он прав, и решила пойти.

— Форма одежды? — коротко уточнила я.

— Надень что-нибудь нарядное, но не вычурное. Ты должна выглядеть хорошо, только не перестарайся, сестренка.

— А где все будет проходить? — задавая новые вопросы, мне все больше казалось, что план не так уж и хорош.

— В корпусе для официальных приемов. Поэтому будьте готовы с друзьями к восьми, и ждите меня у выхода из вашего общежития. Поскольку вечеринка ориентирована не на новичков, я вас проведу, чтобы не было проблем.

— Хорошо, тогда увидимся в восемь, — с этими словами я вышла из-за стола и направилась на занятия с Игорем.

— Привет, — поприветствовал меня он, когда мы были уже готовы к занятиям.

— Привет, — поздоровалась я с наставником, — знаешь, мне сегодня хотелось бы закончить до шести, если ты не против, потому что у меня есть планы на вечер.

Я чувствовала себя несколько неловко из-за того, что просила не задерживаться сегодня в зале. Ведь еще вчера говорила, как приложу все усилия для достижения успеха. Наверное, Игорь подумает, что я просто много говорю. Все это меня расстроило.

— Заниматься своими делами во время учебы, — улыбаясь моему смущению, сказал Игорь, — как непрофессионально! — его лицо приняло плутовато-укоризненное выражение. — Так какие планы?

— Слышал про вечеринку? Так вот, Кевин обещал нас туда провести, — выдохнула я.

— Кевин? Это который господин Вендли, преподаватель Истории?

Мне удалось лишь выдавить из себя кивок.

— А откуда ты его знаешь? — поинтересовался Игорь.

— Я жила в семье Вендли после того, как потеряла свою. Мои новые родители полностью заменили мне все то, что было в прошлой жизни. Мы стали очень близки. Думаю, далеко не все биологические родственники так дружны. Что же касается Кевина, то родители отдали его в Клан очень рано, так как это было их семейной традицией. И, учитывая дисциплину в Клане, мы виделись не очень часто. Зато теперь, я надеюсь, все встанет на свои места.

— В тебе много сюрпризов, Летиция Ноэль, — улыбнулся Игорь, — а теперь приступай к работе.

В последующие четыре часа я медитировала, пыталась воззвать к Тьме и провести в мир своего двойника, затем, когда у меня это не получалось, я опять медитировала, и так, казалось, до бесконечности.

В шесть часов вечера, прощаясь с Игорем, я чувствовала себя как выжатый лимон, и мне уже не хотелось никуда идти.

— Ну что, до вечера?

— В смысле? — смутилась я.

— Как, я забыл сказать, что тоже там буду? — смеясь, Игорь направился к выходу.

Вернувшись в свою комнату, я решила принять душ перед вечеринкой. Сегодня, после того, как с полной самоотдачей занималась целый день, я так устала, что мне хотелось только побыть одной. Забравшись в душевую, позволила себе немного расслабиться, после чего насухо вытерлась и занялась своим внешним видом. Я подвела глаза, нанесла немного удлиняющей туши и подчеркнула губы легким блеском. Волосы были тщательно расчесаны и закреплены красивыми заколками.

Взглянув на себя в зеркало, я осталась довольной своим отражением, так что можно было подбирать наряд. Выбор мой остановился на небольшом черном платьице, которое, при своей его простоте, выгодно подчеркивало все изгибы фигуры. В дополнение я решила надеть черные туфли на высоких каблуках, и взяла к ним сумку клатч, в которую можно было поместить необходимые принадлежности.

Собравшись, я обнаружила, что уже почти опаздываю, и поспешила спуститься.

Друзья уже ожидали меня внизу. Все были хорошо одеты, ведь каждый немного волновался перед "выходом в свет". На Алекс было коричневое легкое платье, сделанное из шифона, и выгодно оттенявшее ее внешность. В руках у нее была небольшая сумочка, в которую, я думаю, она не забыла сложить помаду и маленькую расческу.

Мы услышали звук приближающихся шагов, и увидели Кевина, идущего с четырьмя друзьями. Девушки в нашей компании явно стали волноваться еще больше.

Когда они поравнялись с нами, Кевин представил нас друг другу, после чего мы направились в корпус для приемов.

Пройдя через наблюдающих, мы оказались в просторном помещении, часть из которого была обставлена уютными столиками на различное количество человек, а другая часть была предназначена для танцев.

Мы выбрали столик, за который могли бы уместиться одиннадцать человек, и стали знакомиться.

За столиком оказался Леонардо Боэн, который приехал из Северной Америки для прохождения Инициации в Клане, а затем остался на службу; Дмитрий Гольский, преподаватель магических заклинаний; Андрей Ларченин, лучший друг Кевина и по совместительству преподаватель Воззвания к Тьме у Алекс; и Роберт Нали, также чужестранец, выходец из Клана Хранящих Элементалей, работа которого заключалась в сокрытии нашего Замка от человеческих глаз силами природы.

Некоторое время до начала вечеринки мы общались друг с другом. Оказалось, что молодые люди, которые пришли с Кевином, были довольно простыми, и у нас легко завязался непринужденный разговор. Роберт показался мне приятным молодым человеком, он всегда поддерживал дружеские отношения внутри компании, шутил, и не давал никому скучать.

Через полчаса, когда все столики были заняты, на сцене появился ведущий.

— Добро пожаловать на ежегодную вечеринку по случаю открытия нового сезона Инициации!

Зал зааплодировал, видимо, уже знакомый со старыми программами и ожидая нового веселья.

— Сегодня — совершенно особенный вечер. Вы можете расслабиться, не думая об ежедневных проблемах. Это время только для вас. Так пусть же начнется праздник! — зал снова взорвался аплодисментами.

Первая часть вечера, довольно непродолжительная, состояла из представления. Во время его мы меньше смотрели на сцену, стараясь больше общаться. Было разрешено заказывать алкогольные напитки, так как ориентация вечера была все-таки на нуаров постарше, но Кевин сказал, что сегодня нам можно попробовать только по одному коктейлю.

Мы пили свои напитки, смеялись, и ожидали дискотеки.

Когда на сцену вновь вышел ведущий, было объявлено, что начинаются танцы.

Зазвучала мелодичная медленная композиция, и молодые люди из нашей компании встали, чтобы пригласить девушек на танец. Вдруг я почувствовала прикосновение к своей руке и обернулась. За мной стоял Игорь и, протянув руку, спросил:

— Ты не откажешь мне в танце?

Немного смутившись его предложению, я все же улыбнулась и взяла его за руку. Игорь вывел меня на середину танцпола, и закружил в танце.

— Как тебе наши вечеринки, — поинтересовался он.

— Очень весело, — ответила я, пытаясь совладать с волнением оттого, что танцую со своим преподавателем.

— Да, я всегда любил пробираться сюда, когда был еще студентом, и мне официально было запрещено здесь находиться, — он засмеялся, видимо, вспоминая то, как обманывал нуаров на входе.

— Ты же меня не выдашь? — осторожно поинтересовалась я, помня о том, кем был отец моего учителя.

— Зачем, ведь я уже получил приятный бонус в виде танца с тобой, — шутливо произнес Игорь, — а вот если бы ты отказалась…

Невольный смех вырвался у меня на его слова.

— Неужели я сказал что-то смешное, — с лукавой улыбкой поинтересовался Игорь.

— Знаешь, я на минуту представила, как бы ты жаловался своему отцу на то, что видел новичков на вечеринке, и мне это показалось смешным.

Игорь нарочно строго на меня посмотрел, после чего мы оба рассмеялись. Он оказался очень приятным молодым человеком. А кто бы мог подумать, заранее зная его отца, что с ним можно вот так вот легко и непринужденно общаться.

После танца Игорь проводил меня к нашему столику. К тому времени все также успели возвратиться на свои места, и молодые люди, работающие преподавателями в Замке, поспешили поприветствовать Полянского. Оказалось, что он был на хорошем счету у своих знакомых. Мы пригласили его остаться за нашим столиком, но Игорь отказался, сославшись на то, что пришел со своей компанией, и ему будет неудобно присоединиться к другим. Попрощавшись, он ушел за свой столик.

Зазвучала веселая музыка, и мы пошли на танцпол. Оказалось, что в нашей компании начали образовываться парочки. По крайней мере, Роберт ни на минуту не отходил от Юли, которая, кажется, была не против его ухаживаний. Кевин старался держаться поближе ко мне. Во время танца, когда все заняты были сами собой, он спросил, как прошел танец с Игорем.

Немного смущенная этим вмешательством в мою личную жизнь, я ответила:

— Все нормально, разве есть повод волноваться?

— Не пойми меня неправильно, я не собираюсь лезть в твою жизнь. Игорь — достойный молодой человек, однако он выдерживает огромное давление со стороны своего отца, ведь тот, одержимый властью, мечтает о браке сына с девушкой из многообещающей семьи, — начал было Кевин.

— Но что моя семья может "пообещать" господину Полянскому? — удивилась я.

— Я не думаю, что Игорь опуститься до того, чтобы влезать в интриги отца, но ведь ты должна понимать, что, когда у тебя все получится, ты станешь самой "многообещающей" невестой. Просто дай мне слово мне, что хорошенько разберешься в своем отношении к нему, ладно? — я увидела в Кевине искреннюю заботу, и мне стало неловко за первые впечатления от разговора.

Ближе к двенадцати часам ночи, когда вечеринка уже подходила к концу, ребята проводили нас до общежития. Мы, бесконечно довольные вечером, тепло со всеми попрощались и поднялись в свои комнаты.

Нам с Алекс еще не хотелось спать, и мы решили выпить немного чая перед сном. Сестра все время говорила, как ей понравился этот вечер, а я думала о словах Кевина. Мои мысли перебила Алекс:

— Знаешь, а ведь тот молодой человек, с которым ты танцевала сегодня вечером, очень даже ничего.

— Да, возможно, — согласилась я.

— Может, вы с ним будете встречаться? — с интересом спросила Алекс.

— В этой жизни возможно все, однако тот факт, что он — мой преподаватель, существенно меняет дело. Представляешь, как будет неловко, если ничего не получится? Да и если что-то получится, тоже будет немного странным встречаться со своим наставником. Да и ты сама знаешь, что завязывать отношения в Клане — это не то, что мне сейчас нужно. В любом случае, сегодня я знаю лишь одно: завтра снова будут занятия, и нам с тобой нужно выспаться.

— Ладно, — сказала сестра, — ты что-то стала слишком серьезной. Не знаю, как ты, а вот я, может, и попробовала бы…

Я пожелала Алекс спокойной ночи, после чего мы разошлись по своим комнатам, и легли в постели.

Глава 6

Взывая к Тьме

Я занималась с Игорем уже месяц, а явных сдвигов все еще не было. Он говорил, что все идет нормально, однако волнение за то, чтобы у меня все получилось, разъедало мне душу. Тот танец на вечеринке мы не упоминали, и наши внеклассные отношения остались прежними. У моих друзей дела шли тоже неважно. Иногда, в свободные минуты, мы собирались вместе, обсуждали наше продвижение в Инициации или просто болтали. Вот только таких минут с каждым днем становилось все меньше и меньше. Исключительно для меня пригласили учителя шведского языка, так как следующую Инициацию я должна была проходить в Клане Зверей Крови, который базировался в Швеции. Мне не хотелось пользоваться там английским языком, потому что это ухудшило бы мои взаимоотношения с нуарами. Кому нужен правитель, не понимающий даже то, о чем говорят его подданные?

Лето стояло в полном разгаре. На улице была такая жара, что, кажется, невозможно было дышать горячим воздухом, которым были заполнены классные комнаты. В редкие дни нам разрешали занятия на свежем воздухе, и тогда мы собирались все втроем, с нашими преподавателями, и пытались вызвать двойников. Такие занятия напоминали мне о доме, ведь лето — та самая пора, когда больше всего проводишь времени на природе. К слову сказать, природа вокруг Замка была превосходная: сюда не доходил смог больших городов, не было шума огромных грузовых машин, едущих по трассе, впрочем, как и людского гомона, заполняющего улицы мегаполиса. Когда мы медитировали на природе, дыша запахом лесных трав, нам казалось, что Инициация совсем близко. Я была благодарна Игорю за это, ведь он давал мне приступить к делу с энтузиазмом, а такой подход для меня очень много значил.

Первого июля всем учащимся объявили, что в наши занятия внесены корректировки. Было отмечено, что все делают неплохие успехи (хотя сами мы так не считали, злясь, на все еще не пройденную Инициацию), поэтому к нашим занятиям по Воззванию к Тьме были добавлены уроки магии. На общем собрании господин Полянский объявил:

— Уважаемые ученики! Вы все хорошо старались последний месяц. Ваше тело и разум уже готовы призвать двойника, это только вопрос времени. Однако мы считаем, что одного умения призвать темную часть вашей души в теперешнем неспокойном мире не достаточно. В воспоминаниях еще свежи события Великого Переворота. Наверняка, родители рассказывали вам об оборотной стороне нашего Дара Крови — умении использовать боевую магию. Раньше мы не прибегали к этой возможности, так как в ней не было необходимости. Однако в ночь, когда пал Клан Единения, мы поняли, насколько неправильным было отказаться навсегда от дарованного нам умения применять заклинания. Конечно, все нуары надеются, что в один прекрасный день мы станем единым целым, однако, пока наш народ живет разрозненно, вам нужно уметь защищать себя и своих близких. Поэтому теперь дни преподавания Воззвания к Тьме будут чередоваться с днями Магии Рыцарей.

Конечно, все мы знали о Дне Переворота, но никто не мог ожидать того, что в Клане станут преподавать магию. По залу прошел шепот. Каждый понимал, что, в отличие от Клана Хранящих Элементалей, Клан Рыцарей Ночи может использовать магию лишь в бою. Некоторые предполагали, что Рыцарям грозит опасность, кто-то был рад приступить к изучению нового предмета, а я расценивала это как часть своей Инициации. Ведь если кто-то и сможет тихо прожить свою жизнь, то это явно буду не я. Для меня было бы слишком большой роскошью надеяться на то, что никто не воспротивиться возвращению власти к Клану Единения.

Назавтра мои занятия были в другом практикуме, в котором, с нехарактерной многолюдностью для наших уроков, собралось пятнадцать студентов. К моей радости, там оказалась и Алекс. Однако, лучше рассмотрев ребят, я увидела здесь и Ядвигу Оранскую.

"Да, — подумала я, — не могло же мне просто повезти с классом".

Занятия у нас назначили вести Дмитрия Гольского, который был другом Кевина и нашим хорошим знакомым. Мы с Алекс очень этому обрадовались.

— Здравствуйте, меня зовут господин Дмитрий Гольский. С этого дня вы начинаете изучение абсолютно нового для вас предмета — Магии Рыцарей. Как вы, наверное, знаете, не все нуары могут использовать заклинания. Магия нашего Клана может применяться в бою, поэтому в мирное время пользоваться ею можно лишь в крайних случаях. Магические умения Хранящих Элементалей основываются на использовании сил природы, и раньше они были широко распространены для помощи людям… Есть также абсолютно особенная магия у Наблюдающих Жизнь, однако ею владеют очень немногие.

Для изучения наших возможностей вам будет предложено разбиться на три команды, в каждой из которых будет по пять человек. Вы будете работать совместно, и оттачивать свое мастерство друг на друге. Вы должны помнить: кроме того, что эти знания пригодятся вам в последующей жизни, ими также можно будет пользоваться на втором и третьем этапах аттестации — Турнире Инициированных. Поэтому я предлагаю приступить к занятиям прямо сейчас.

Дмитрий распределил нас на группы, и мы с Алекс оказались в одной из них вместе с Ядвигой Оранской, ее подругой Джоанной Корнуэлл и одним тихим парнем по имени Джек Нортен. Последний, кстати, был просто гигантского роста и телосложения, что никак не вязалось с его тихим поведением.

— Что за невезуха какая-то, — прошептала мне на ухо Алекс, — быть с этой змеей в одной команде — значит ожидать ее укуса в любой момент.

— Зато мы в полной мере можем почувствовать военную обстановку, — ответила я.

"Хотя, конечно, — подумала я про себя, — лучше бы мы попали в мирное время".

Занятия начались. Сегодня нам предстояло выучить, как во время боя сформировать дополнительную защиту для себя и своего двойника. Но, поскольку двойников пока ни у кого не оказалось, мы учились защищать себя.

Для этого каждый должен был начертить на том месте, где он стоял, защитный символ и произнести следующие слова:


Семь звезд со змеем, круг огня —


Защита от всего.


Пусть заслонят в бою меня


И зверя моего.

При всей кажущейся легкости заклинания, символ оказался довольно сложным для изображения. Каламбур всего этого заключался в том, что, если нарисовать его неправильным в деталях или пропорциях, то он мог даже навредить самому нуару. В центре этого символа были семь звезд, которые образовывали корону над змеей, и все это должно было быть заключенным в круг. Простому обывателю могло показаться, что это слишком сложно и требует больших затрат времени, когда идет бой, но в этом-то и заключалось умение нуара. Чем быстрее и правильнее мы могли нарисовать изображение, тем больше у нас было шансов на победу.

Как только прозвучала команда начинать тренировки, все новички принялись с особым усердием чертить символы защиты. В воздухе витали напряжение и скрежет мелков, которыми мы работали. Тренировки шли уже четыре часа, и мне казалось, что мозги мои начали закипать от усталости. Я начала уставать и клевать носом. Когда, кажется, моя усталость достигла своей кульминации, мне вдруг показалось, что рядом был взмах светящегося крыла. Я вздрогнула, и это движение не утаилось от наставника, внимательно следящего за нашим обучением по просьбе Кевина.

— Летиция, с тобой все в порядке? — встревожено спросил Дмитрий.

— Спасибо, господин Гольский, — я в порядке, только немного устала.

Я видела тень злорадства, пробежавшую по лицу Ядвиги, и это несколько огорчило меня.

— Молодец, Летиция, — разозлилась я на себя, — дала еще один повод для разговоров.

— Летиция, можно вас попросить выйти на минуту, — не оставлял меня в покое Дмитрий. На его лице было искреннее беспокойство и тревога за меня.

Мы вышли из класса, и прошли в его кабинет, который располагался рядом.

— Летиция, я обещал Кевину следить за твоими успехами, — озабоченно произнес наставник, — если что-то не так, или у тебя какие-то вещи не получаются, ты можешь прямо мне сказать об этом. Если переживаешь о том, что кто-то узнает об этих проблемах, то это зря. Могу обещать совершенно точно, что все останется здесь, в пределах стен моего кабинета.

— Правда, все в порядке, — пыталась отговориться я, — просто сегодня я слишком устала, и, наверное, мозг стал отключаться.

— Но мне кажется, ты работала усердно, и была внимательной, — настаивал Дмитрий.

Я видела, что его беспокойство искреннее, тем более что его просил присматривать за нами Кевин. А ведь просьба друга — это первостепенно. Поэтому я посчитала правильным рассказать ему обо всем.

— Просто в какой-то момент мне показалось, что я увидела взмах светящегося крыла, — ответила я, — думаю, что это не имеет особого значения.

Лицо Дмитрия осветилось:

— Не имеет особого значения! — радостно вскричал он. — Да ты хоть понимаешь, что произошло?

Удивляясь странной реакции наставника, я покачала головой.

— Ты только что впервые увидела своего двойника — вот что произошло!

Не сразу поняв то, о чем говорит учитель, я остолбенела, но затем, по мере осознания…

— Что? — удивилась я. — Я что увидела?

— Не знаю, почему вам не объяснили этого, но, видно, еще слишком рано, — начал объяснять мне Гольский, — все дело в том, что вы ожидаете вызова как чего-то единовременного. Но на деле получается, что это процесс постепенный. Двойник — это часть души нуара, которая скрыта как от посторонних глаз, так и от него самого. И постепенно, познавая себя, возможно познание его. Если говорить образно, то ни один зверь во время приручения не пойдет к тебе сразу же. Сначала он боязливо подкрадется, возьмет еду, и убежит. Сразу погладить его не удастся. Но постепенно он к тебе привыкнет. Так и здесь. Ты будешь замечать его движения, а затем и детали внешнего облика. Для меня вообще довольно странно то, что в самый первый раз он вообще показался тебе, хотя и частично. Наверное, ты хорошо постаралась. Если не против, то я сегодня же обрадую твоего брата об этом успехе.

Дмитрий явно был доволен собой, ведь именно ему представилась честь объяснить первому из новичков детали Инициации. Он был рад, казалось, не меньше моего.

Что же касается моих ощущений, то на меня снизошло такое счастье и спокойствие, что я уже не воспротивилась бы, окажись, что Ядвига Оранская — моя родная сестра. Все мои усилия окупились с лихвой, и я радостно шла за преподавателем назад в практикум.

У нас еще было полчаса времени для тренировок до конца занятия, так что я, рассказав тихонько Алекс о случившемся, с удвоенными стараниями принялась за дело. Сестра была очень за меня рада. Она даже не могла скрыть своих эмоций, так что, в конце концов, на нас стали оборачиваться другие новички.

В конце занятия Дмитрий сказал нам, чтобы мы в свободное время потренировались над защитой, так как на следующем занятии, которое будет через день, нас всех протестируют на умение применять эту магию в бою.

Когда мы покидали классную комнату, Гольский сказал нам:

— Не могу рассказать всего сразу, но будьте готовы к серьезной проверке своих умений, так как за вами будут наблюдать.

Мы поблагодарили его, зная, что он поведал нам больше, чем мог. По дороге на обед сестра все время говорила, как хорошо, что наш брат служит в этом Клане, ведь все самое интересное разворачивается перед нами. Мы вошли в столовую, взяли себе еду и выбрали места.

За столом я рассказала обо всем своим друзьям, но попросила их никому больше об этом не говорить.

— Здорово! — в один голос прокричали Патрик и Леша. — Вот бы и у нас скорее получилось.

— Получится, только будьте внимательны к этим знакам, а то я так бы и думала, что это бред уставшего и засыпающего мозга.

Все рассмеялись.

— Как насчет того, чтобы потренироваться сегодня вместе? — спросила Ника.

Все поддержали ее идею, и, воодушевленные моей маленькой победой, пошли в корпус для самостоятельных тренировок.

Мы попросили ключ от отдельного класса, и удобно разместились по его периметру. Каждый сосредоточился и начал медитацию. Мне казалось, что я слышу звук перекручивавшихся винтиков в головах моих друзей — так упорно все старались приблизить момент Инициации.

Прозанимавшись два часа над вызовом двойника, было решено уделить еще три на занятия магией. Мы с Алекс рассказали, что нас ожидает какая-то серьезная проверка, поэтому все трудились очень усердно.

В конце тренировок, перед ужином, мы чувствовали себя так, как будто из нас выжимали сок. Но, тем не менее, все были довольны этим днем.

После ужина мы с сестрой, придя домой, решили еще немного потренироваться в магии. Мы разместились в моей комнате, и устроили маленькое соревнование на то, у кого получится начертить символ быстрее и качественнее. Когда с тренировками было покончено, Алекс пожелала мне спокойной ночи и пошла к себе. Я взглянула на часы: на них была полночь. Из-за того, что в душе было еще возбуждение от ощущения двойника, спать мне еще не хотелось. Открыв учебник шведского языка, я выполнила несколько упражнений, после чего легла спать.

На следующий день у нас было Воззвание к Тьме. Я шла на это занятие, окрыленная своим успехом.

— Привет, Летиция, — поздоровался со мною наставник, — слышал, ты получила свой первый приз за старания.

— Тебе, наверное, Дмитрий рассказал? — с притворной обидой пожаловалась я, — никогда не дадут объявить все первой!

Игорь рассмеялся:

— Что ж, рад, что именно моя ученица проявила себя первой. Не хочешь это отпраздновать?

— В смысле? — спросила я.

— Ну, поскольку ты заслужила награду, я думаю, что могу угостить тебя молочным коктейлем после занятия. Не против?

— Как можно быть против коктейля, — улыбнувшись, сказала я и добавила, — тем более, заслуженного.

Тренировка прошла без каких-либо особенностей, но и зверь пока больше не показывал мне себя. Мы с Игорем собрали вещи и пошли к маленькой беседке, расположенной недалеко от пруда. Мне нравилась именно она за то, что стояла несколько отдельно от остальных, в конце аллеи. Здесь было спокойно и тихо. Игорь немного задержался, потому что ходил за коктейлями.

— Тебе с малиной, а мне — шоколадный. Ничего не напутал? — улыбаясь, спросил он.

— Все правильно, — ответила я, забирая свой напиток.

Мы некоторое время сидели молча. Затем Игорь спросил:

— Пока только в нашем Клане нуары точно знают о твоем существовании. Не боишься реакции других, когда они узнают о тебе? Ведь наверняка не все будут рады твоему присутствию и твоему праву на Трон?

— А ты бы не боялся? — поинтересовалась я.

— Прости, — учитель был несколько расстроен моей реакцией, — если этот разговор неприятен для тебя, тогда давай поговорим о чем-либо другом.

— Нет, все нормально. Тем более, что, как представитель Главы Клана ты имеешь право узнать об этом. Ведь если все вернется на круги своя, то главы Кланов опять войдут в Совет Четырех, и тогда не будет уже прежнего положения дел.

— Думаешь, для меня власть имеет такое огромное значение? — обиженно спросил Игорь.

— Прости, я не хотела тебя обидеть, — обеспокоено произнесла я, — просто сам мир нуаров возник в моем понимании чуть более месяца назад, и меня, если честно, вообще многое пугает. Просто я стараюсь думать о перспективах как о чем-то хорошем.

— Знаешь, я ведь отличаюсь от своего отца. Для меня никогда не имело значения, буду ли я кем-нибудь управлять, или нет. Так получилось, что все детство отец, боясь переворота в Клане, мало принимал участия в моем воспитании, и мною занималась практически только мать. Именно она привила мне принципы чести, уважения и взаимопомощи. Конечно, папа возлагает огромные надежды на то, что я буду управлять Кланом после него. И если Богу будет угодно оставить нуаров как четыре отдельных народа, то я с честью приму свой долг. Но если у тебя получится объединить всех нас под своим началом, я, клянусь своей жизнью, помогу тебе в этом.

Речь Игоря была наполнена честью и достоинством, и я поняла, почему он пользуется уважением среди своих друзей.

Я поблагодарила его и пообещала сделать все возможное для объединения нашего народа. Мы еще немного посидели, не затрагивая больше темы правления, после чего Игорь проводил меня до корпуса.

Поднимаясь в свою комнату, я думала о том, что младший Полянский — действительно хороший человек, и когда он остановит свой выбор на какой-нибудь девушке, то сможет сделать ее по-настоящему счастливой. Но совершенно четко для меня в этот день стало понятно, что ею буду не я. Этот вывод обрадовал меня: ведь больше не существовало нерешенных проблем между мной и моим наставником, и теперь можно было сосредоточиться только на Инициации, не думая ни о чем другом.

Глава 7

Испытание боем

На второй день занятий магией мы собрались в классе за пятнадцать минут до начала тренировок. Все обсуждали продвижение в написании магических символов, а некоторые даже хвастались своими успехами перед началом занятий.

В комнату вошел Дмитрий Гольский.

— Добрый день. Сегодня, как я вам и говорил на прошлом занятии, будет проверка вашего умения строить себе защиту. Все ли тренировались дома?

Мы дружно ответили, что хорошо занимались, и учитель произнес:

— Тогда для вас, наверное, не составит особого труда защитить себя в поединке.

Мы переглянулись. Все понимали, что наши тренировки длятся чуть больше месяца, и что ни о каких поединках речь пока не шла. На лицах моих товарищей были написаны удивление и испуг.

— Вам дается минута на написание магического символа, после чего на вас нападут. Время пошло!

Вокруг началась суматоха. Каждый пытался начертить знак как можно правильнее, но оттого, что время было ограничено, у многих получалось не очень хорошо. Глядя на то, как остальные в панике портят себе результаты, я решила, что, не смотря ни на что, буду работать спокойно.

Пока мы пытались обеспечить себе защиту, не заметили, как в комнату вошли преподаватели и встали напротив каждого из нас.

Приготовившись, я предвкушала атаку. Нужно сказать, что ждать пришлось недолго. Вокруг каждого из преподавателей воздух задрожал, и рядом возникли их двойники. Каждый зверь, призванный для нашей тренировки, стал в боевую позу, и был готов к нападению. Так вот о какой проверке говорил Дмитрий!

Двойник, который должен был испытать на прочность мое заклинание, был похож на огромного дикого медведя. Взгляд его диких глаз не сулил ничего хорошего. Я проверила по своим ощущениям защитное поле и приготовилась к нападению. Нужно сказать, что, поскольку процесс все-таки был учебным, зверь по приказу хозяина приступил к исследованию защиты, чтобы сначала найти в ней огрехи. Те ученики, в защите которых они были найдены, не допускались до дальнейшего испытания. Для тех, у кого пробелов в защите не было, наступало самое тяжелое. Зверь преподавателя со все возрастающей силой пытался пробить защитное ограждение. Выстоять было очень тяжело. Мне самой за все время испытания приходилось два раза поправлять символ и дочитывать заклинание. Но вот наступил долгожданный момент, когда усилия зверя больше не чувствовались, и я вздохнула с облегчением.

— Хорошо, класс. Испытание прошли лишь пятеро из вас. Это были Летиция Ноэль, Ядвига Оранская, Александра Вендли, Патрик Сайрок и Джек Нортен. Этих ребят я поздравляю, а остальных попрошу подготовиться еще раз и сдать зачет в свое свободное время. Но сразу хочу сказать, чтобы вы не тянули с этим, потому что на каждом занятии мы будем изучать по новому заклинанию и сдавать его на следующей тренировке. Те, кто не успеют пересдать все зачеты к началу второго этапа аттестации, не будут к нему допущены, а, следовательно, и не смогут через год закончить обучение.

После проверки нашего домашнего задания Дмитрий Гольский предложил нам изучить заклинание, направленное на ослабление силы или защиты, если она есть, противника.

Для этого нужно было нарисовать ползущую змею, заключенную в треугольник с вершиной, направленной в своего противника, и произнести:


Змеею ужас подползет


К противника ногам,


Защитный полог упадет —


Останется он сам.

И снова мы тренировались в новом заклинании, уже наперед зная, что за проверка ожидает нас на следующем занятии.

После этого урока мы пошли на обед, а затем Алекс, очень уставшая во время тренировок, пошла немного отдохнуть к себе. Я же не хотела сидеть в тишине своей комнаты, потому пошла в беседку возле пруда, чтобы немного собраться с мыслями.

Немного побыв в одиночестве, вдруг услышала звук приближающихся шагов. Обернувшись, я увидела подошежших ко мне Кевина и еще какого-то молодого человека.

— Привет, Летти, слышал о твоем маленьком успехе, — сказал брат.

— Да, я постаралась, — недовольная тем, что кто-то вторгся в мои временные владения, ответила я, — а ты что здесь делаешь? Разве не ведешь сейчас какие-нибудь занятия?

— Нет, мои занятия, так же, как и твои, заканчиваются с наступлением обеда. Ведь у преподавателей должно быть какое-то время на личную жизнь, — насупился Кевин.

— Так чего же ты не идешь ее устраивать, — пошутила я, — а тратишь драгоценные минуты на меня?

— Но должен же я уделить время и своей названной сестренке. Кстати, познакомься с моим другом, — Кевин показал жестом на молодого человека, с которым пришел, — это Николас Уэйлз. Он находится на службе в нашем Клане первый год.

— Очень приятно, — улыбнулась я, отметив про себя интересную наружность молодого человека, и в знак уважения к новому знакомому, протянула ему руку.

— И мне тоже, — мягко пожал мою руку Николас, отчего странное тепло побежало вверх от его пальцев.

Внезапно у Кевина зазвонил телефон, и он, поговорив немного, попрощался со мной:

— Прости, я должен идти, — извинился брат, — неотложные дела требуют моего присутствия.

— Не знала, что здесь разрешено пользоваться мобильными, — сказала я.

— Ими разрешено пользоваться только преподавателям, — подмигнул мне брат и обратился к своему другу, — Ты идешь?

— Нет, у меня сейчас нет никаких дел в Замке, и если твоя сестра позволит остаться, то я бы предпочел подышать свежим воздухом, — сказал Ник и вопросительно посмотрел на меня.

— Я не против, — пожав плечами, ответила я.

Только вот мне стало интересно: действительно ли ему захотелось просто подышать свежим воздухом, или он хотел продолжить знакомство?

— Ну, хорошо, а то я опаздываю, — произнес на ходу Кевин.

Между мной и Николасом возникло неловкое молчание, во время которого я незаметно его рассматривала. Нужно сказать, что впечатление, которое он производил на меня своим присутствием, было даже сильнее того, которое произвел при появлении. Ник был высокого роста с темно-русыми волосами и голубыми глазами. По его фигуре было видно, что он регулярно занимается спортом. Что-то особенное было в его внешности. Наверное, это осанка. Да, именно такой осанкой должны обладать люди, управляющие другими. Весь его внешний вид был исполнен достоинства. Так я размышляла о нем, пока мои мысли не прервались его настойчивым вопросом, повторявшимся, по всей видимости, уже не в первый раз.

— Летиция, ты находишься в этом Замке первый год? — в очередной раз спросил он.

— Да, только в этом году я узнала о том, что принадлежу к миру нуаров, — рассказала я, — и приехала сюда, чтобы пройти свою первую Инициацию.

Голос этого молодого человека, как ни странно, вселял доверие, и мне хотелось поговорить с ним обо всем на свете.

— Подожди, что значит "первую Инициацию", она же только одна и бывает, — удивленно спросил Николас.

Поначалу я не хотела особо углубляться в эту тему, но Ник вынудил меня:

— Дело в том, что я несу в себе не одну кровь, а все четыре, — объяснила я своему знакомому, — поэтому и Инициацию мне нужно пройти в четырех Кланах.

Мой новый знакомый удивленно заморгал:

— Неужели это значит то, что я сейчас говорю с последним представителем Клана Единения? — Увидев мой кивок, он продолжил: — А Кевин мне ничего об этом не рассказывал.

— Понимаю, просто мой брат старается оградить меня от лишних разговоров о моем предназначении. А давно вы с ним знакомы? — поинтересовалась я.

— Знакомы довольно давно, — рассказал мне Ник, — я отношусь к Клану Хранящих Элементалей. Когда пришло мое время для прохождения Инициации, к нам приехал Кевин и еще несколько молодых людей для обмена знаниями. Также они помогли организовать необходимый уровень охраны в клане на случай нападения. Уже тогда мы с ним подружились. А вот теперь я приехал сюда с ответным визитом.

— Удивительно, где мы можем встретить друзей, — произнесла я, — ведь казалось бы, что при теперешней обстановке и том, что Кланы живут разрозненно, невозможна нормальная связь между представителями разных ветвей. А представить себе прочную дружбу, когда видишь своего друга крайне редко, и того сложнее.

— Да, но ведь именно такая дружба позволит нам обратиться друг к другу в случае опасности. Мы должны поддерживать хорошие отношения, ведь поодиночке любого из нас легко сломать. Вот и в это пребывание хорошо было бы обзавестись новыми друзьями, — закончил Николас свою речь, и затем, немного подумав, добавил: — может, ты станешь одной из них?

— Может быть, — ответила я.

Мы с Ником сидели в беседке еще около часа и просто беседовали. Он мне показался милым, да и я, как мне казалось, ему понравилась.

Но время шло, и у меня не было возможности долго оставаться с Николасом.

— Мне пора идти — завтра занятия, и нужно еще потренироваться.

— Да, мне тоже пора, — Ник поднялся, — мы еще увидимся?

— Возможно, — улыбнулась я и, не давая ему отреагировать на то, что не ответила четко на его вопрос, ушла.

Вернувшись в свою комнату, я немного позанималась с заклинанием, ослабляющим силу противника. После этого уделила два часа на изучение иностранного языка, а затем постучала в комнату к Алекс:

— Ты не занята? — поинтересовалась я.

— Нет, все в порядке, заходи, — увидев, что меня что-то беспокоит, сестра продолжила, — ты хочешь о чем-то поговорить?

Поскольку у нас было не принято скрывать что-либо друг от друга, я рассказала Алекс о своем новом знакомом.

— Вот как, — пошутила сестра, — в то время, когда кто-то пытается выучить новое заклинание, другие знакомятся с молодыми людьми.

— Вообще-то, в такие моменты не шутят, — притворилась обиженной я, — может, мне хочется обсудить с тобой что-то важное.

— Ты ведь знаешь, сестренка, что можешь обсудить со мной абсолютно все, — Алекс стала серьезной.

— Просто на меня столько навалилось в последнее время, а тут еще и молодой человек, который мне понравился, желает встретиться со мной еще раз. Даже не знаю, что мне с этим делать. А как бы поступила ты на моем месте?

Совет сестры был действительно важным для меня, потому что я знала: она мне ответит так, как сделала бы в такой же ситуации.

— Знаешь, ведь мне никогда не оказаться на твоем месте. Но все же я бы посоветовала тебе увидеться с ним еще раз, — предложила Алекс, — кто знает, может быть, из этого что-то и выйдет.

— Но ведь мне нужно думать об Инициации! — воскликнула я, не понимая, почему сестра не берет в расчет время, ускользающее от меня с каждой прожитой минутой.

— Никто ведь не говорит тебе забыть об учебе, но и думать только о ней — это тоже не лучший вариант, — задумчиво произнесла сестра.

— Ладно, решено: я увижусь с ним еще раз. А как, кстати, у тебя дела? Может быть, тебе кто-то тоже приглянулся?

Алекс немного смутилась и ответила:

— Да нет, если бы мне кто-то понравился, ты узнала бы о нем первой.

Несмотря на то, что всю жизнь мы были самыми близкими людьми, я заметила колебания в ее словах и приписала это на то, что она находится между двух огней. Я решила не вытягивать из нее информацию, а дать ей время разобраться со своими чувствами и потом рассказать мне обо всем самой.

Мы еще немного посидели в комнате Алекс, после чего отправились на ужин. Наши друзья рассказали, что те, кто должен пересдавать первое заклинание, настолько серьезно приступили к его изучению, что теперь даже не выходят лишний раз на улицу.

— Хорошо, что у нас все в порядке, — сказала я, — тут чтобы сдать и одно заклинание, нужно отменно потрудиться, а подготовить одновременно два занятия — это вообще сущий кошмар.

Мы обсудили успехи в изучении магии, и оказалось, что у всей нашей компании получается довольно неплохо. Радуясь, что нам ничего не надо пересдавать, мы доели свой ужин.

После него, возвратившись в свою комнату, я попыталась немного медитировать. Помня ощущения от предыдущего раза, я старалась настроиться на такой же лад.

Уже прошло около часа, а мои попытки отыскать зверя внутри себя не завершились успехом. И внезапно, почувствовав движение в глубине своего тела, я встрепенулась. Движение это было таким незначительным, что при других обстоятельствах оно осталось бы незамеченным. Но теперь у меня было четкое представление о его значении. Я попыталась как можно лучше очистить свой разум от посторонних вещей и еще больше сосредоточиться на своих ощущениях.

Через некоторое время чувство движения стало уже явным, и я искренне обрадовалась этому.

Внезапно у меня возникла идея: а что, если попытаться с ним поговорить? Если мы с ним — одно целое, то, наверняка, мысли, возникающие в моей голове, будут доступны и ему. И я из всех сил попросила его: "Пожалуйста, откликнись на мой призыв!".

Для меня стало просто откровением то, что случилось после этого. Нет, я не увидела его полностью, но то, как он двигался, даже лишило меня равновесия.

Я открыла глаза, и связь исчезла. Но то, что мне наконец удалось наладить с ним четкий контакт, было огромной радостью. Мне нужно было срочно поделиться этими эмоциями с кем-то еще. Я вбежала в комнату Алекс, и выпалила все на одном дыхании.

Сестра не сразу поняла, что случилось, но затем очень обрадовалась за меня. Наверное, так могут радоваться друг за друга только действительно очень близкие люди. Алекс была счастлива за меня так, как будто это была ее личная победа, и мне стало совестно, ведь у сестры еще не было продвижений в вызове двойника.

Увидев, что я нахмурилась и, как будто прочитав мои мысли, она сказала:

— Не стоит из-за меня переживать, я твердо знаю, что у меня все получится, только чуть позже.

Я обняла сестру и пожелала ей спокойной ночи.

Глава 8

Уикенд на природе

Дни пролетали с огромной скоростью. Они складывались в недели и ускользали как песок сквозь пальцы. Нам задавали так много всего, что мы даже не успевали думать о чем-то другом, кроме Инициации. График занятий был очень плотным: в первой половине дня были занятия с наставниками. Они обучали нас новым заклинаниям либо искусству вызова двойника. Вторая же часть дня была дана нам для самостоятельной работы. У некоторых из нас получалось действительно неплохо. Юля освоила магию Рыцарей Ночи до такой степени, что когда мы тренировались, мало кто мог ей противостоять. Я старалась изо всех сил, и мы с ней шли в ногу. По вечерам на моем столе были разложены книги по шведскому языку, в изучении которого мне удалось добиться неплохих успехов.

В вызове двойника я стала не намного ближе предыдущих дней. Конечно, постепенно мне удавалось различать все больше и больше признаков его присутствия, но ведь так хотелось поскорее его призвать! Живя в мире нуаров, я стала постепенно ощущать себя его частью, и боль от утраты родителей, а также гнетущее настроение от того, что мне предстояло объединить когда-то цветущую нацию, становились сильнее. Чтобы заглушить эти чувства, я стала заниматься еще больше.

С Николасом мы виделись очень редко, и большей частью среди других новичков. Наши встречи ограничивались приветствиями и общими разговорами. Конечно, он был мне симпатичен, да и кому бы не был? Наверное, почти любая девчонка в Замке мечтала, чтобы на нее обратил внимание такой юноша, однако мне приходилось постоянно напоминать себе о том, зачем я здесь. Не смотря на то, что удовлетворение от обучения было полным, мне не хватало живого общения. И в частности, общения с Ником. В том, что Николас занял прочный уголок в моем сердце, я не желала признаваться даже самой себе. Каждую ночь, перед тем, как уснуть, я думала о нем. Затем я просила, чтобы Бог забрал от меня эти запретные чувства, мешающие полностью сосредоточиться на тренировках.

Для того чтобы как-то улучшить свои успехи в заклинаниях, мы стали собираться вместе, и устраивать что-то вроде тренировочных боев. В нашей компании были объединены две группы — моя и Алекс. Мы с ребятами так подружились, что каждый день ожидали этих совместных занятий, ведь на них можно было не только тренироваться, но и обсудить последние новости.

До нашей школы дошли слухи о том, что в других Кланах начались волнения. В стороне от событий оставались лишь Наблюдающие Жизнь. Слух о моем обучении в Клане Рыцарей ночи распространился на всех нуаров, и не все восприняли эту новость хорошо. Некоторые поддерживали меня, так как считали, что объединение нашего народа поможет решить множество проблем. Они были рады изменениям и тому, что наследница Клана Единения наконец взойдет на престол. Другие были не так довольны грядущими переменами, потому что просто боялись повторения тех событий, которые унесли жизни моих родителей. Они считали, что жить так, как сейчас, лучше, чем умереть в борьбе за другое будущее. Существовали, безусловно, и те, кто был непосредственно замешан в Перевороте. Я понимала, что они не будут открыто придерживаться какой-либо точки зрения до решающего момента, чтобы не выдать себя. Для меня также было очевидным, что эти нуары могут окружать меня в любом из Кланов, и, притворяясь доброжелателями, строить планы против меня. Поэтому я старалась быть максимально осторожной.

На улице стало холодать. С тех пор, как мы с сестрой приехали в Замок, прошло четыре с лишним месяца. За это время мы сделали много успехов, но намеревались сделать еще больше.

Листья на деревьях начали желтеть, и в свободное время мы отправлялись собирать самые красивые из них, чтобы они остались с нами как память об этом месте. Гуляя вокруг озера, мы остановились на его берегу и присели на скамейку.

— Как думаешь, когда получится призвать двойника? — поинтересовалась я у Алекс.

— Не знаю, но мне кажется, что ты слишком много думаешь об этом. Твои переживания не дают перейти на новый уровень, а ведь отдыхать тоже нужно, — произнесла сестра, — я думаю, что пока это напряжение не уйдет, окончательной победы тебе не видать.

— Может быть, — согласилась я, — но что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что совершенно определенный молодой человек заслуживает твоего внимания, — заговорщицки подмигнула Алекс, — и, быть может, свидания?

— Что ты, у меня столько занятий, я просто не могу отвлечься на что-то другое.

— А если бы, скажем, этот молодой человек прямо сейчас был здесь, — продолжала сестра, — ты ответила бы так же?

— Что за глупости, — отмахнулась я, — если мы будем говорить обо всех "если бы", то у нас времени и до завтрашнего дня не хватит.

Алекс засмеялась и указала глазами на кого-то позади меня. Я обернулась и увидела приближающегося к нам Николаса.

— И давно ты видела, что он идет к нам? — зашипела я на сестру, — могла бы и предупредить.

— Зачем, — недоумевала Алекс, — чтобы ты могла смыться до того, как он подойдет?

— Это нечестно, — сказала я укоризненно.

— Зато правильно, — победоносно провозгласила Алекс и состроила дружелюбную гримасу.

Приятный мужской голос спросил:

— Я вам не помешаю, если присоединюсь?

Если бы он только знал, какие чувства вызывает у меня одно его появление…

— Нет, конечно, — быстро сообразила Алекс, — присаживайся, мы как раз говорили о том, что нужно немного расслабляться.

— Правда, — спросил Ник, внимательно глядя на меня, — и что вы придумали?

— Пока ничего, но, думаем, у нас обязательно что-то получится, — улыбнулась сестра, — может быть, с твоей помощью?

— Я всегда рад помочь. Что вы думаете насчет пикника на природе, — спросил Николас, и его зеленые глаза, кажется, заглянули мне в душу, — пригласим вашего брата, друзей — думаю, компания соберется что надо.

— А это отличная идея, — воскликнула Алекс, — но где мы сможем все это устроить?

— За Замком есть лес, и там мы с Кевином знаем одну очень красивую поляну. Когда мы с ребятами хотим отдохнуть, то всегда ходим именно туда. Выезжать за пределы Замка ученикам запрещается, а это место как раз относится к охраняемым территориям. Здесь мы будем в безопасности и сможем отдохнуть.

— Не знаю, хорошая ли это идея, — засомневалась я, — впереди нас ожидает Турнир, и мы не можем терять время.

— Брось, Летти, если мы немного отдохнем, время от нас никуда не уйдет, да и с братом и другими старшими ребятами мы будем в полной безопасности. Соглашайся!

— Мы с Кевином будем следить за тем, чтобы все прошло хорошо. Поскольку наше обучение уже давно позади, доставку провианта возьмем на себя, — рассказал Николас, — придется немного поговорить на кухне и сказать, что у одного из преподавателей День рождения. Нам не откажут. Вы можете пригласить своих друзей, и, когда все соберутся, встретимся в эту субботу. Пойдем туда не всей компанией сразу, а небольшими группами, чтобы не создавать поводов для подозрений. Соберемся в двенадцать часов дня, а к вечеру вы будете уже в своих комнатах. Что скажете?

Сначала я засомневалась. Чувствуя огромную ответственность за каждый свой шаг, мне казалось неразумным пойти на такое мероприятие. Но, с другой стороны, у меня никогда не было возможности провести время с молодым человеком, который мне очень нравился, а тут такой шанс сам шел в руки. Наверное, никто не будет меня осуждать, если я проведу одни выходные в свое удовольствие.

— Думаю, это неплохой план, — согласилась я, — тогда до субботы?

— До субботы, — согласился наш знакомый.

Мы попрощались, и направились с сестрой в свои комнаты.

— Что скажешь? — спросила я у Алекс, — Думаешь, стоит туда сходить?

— Думаю, что явно стоит, — ответила сестра и, смеясь, добавила, — и еще думаю, что ты определенно нравишься Николасу.

— Да ну тебя! — сказала я, — он красивый, работает в Замке, и у него, наверное, толпы воздыхательниц. С чего бы я ему нравилась?

— Ну, мне кажется, что на этот вопрос он бы тебе лучше ответил сам, — улыбнулась Алекс, — но если хочешь знать мое мнение, то я считаю, что ему в тебе нравится тот стержень, который заставляет тебя двигаться вперед, не смотря ни на что. Всем нам нравятся люди, в характере которых есть что-то сильное. Просто красивая легкомысленная девушка может увлечь парня ненадолго, а вот такая как ты — навсегда. Стоит только определиться с тем, на кого ты решишь поставить.

Сестра смеялась. Ее искренне забавляла моя ситуация и мое невежество в амурных делах.

— Почему ты смеешься, — раздраженно спросила я, — неужели думаешь, что вся эта ситуация смешна?

— Я думаю, что ты даже не подразумеваешь пока, как можешь нравиться мальчикам, — снова рассмеялась Алекс.

— Но Николас не мальчик, — спорила я, — он — взрослый мужчина.

— Тем более, — сказала серьезно сестра, — именно он и сможет тебя оценить по достоинству.

— Мне кажется, что тебя это все забавляет, — сказала я обиженно.

— Меня забавляет лишь твое незнание своих сил, — сказала Алекс, — но в остальном я готова тебе прийти на помощь. Всегда. Ты ведь это знаешь?

Сестра взяла меня за руку и обняла. Она старалась помочь мне разобраться в себе, и я ценила эту помощь.

— Я знаю, сестренка.

— Тогда я предлагаю отправиться в комнату и обсудить одежду, в которой ты собираешься отправиться на пикник, — улыбнулась Алекс, — ведь важно, в чем ты будешь его соблазнять.

— Я не собираюсь его соблазнять, — отмахнулась я от надоедливости Алекс.

— Но ведь у тебя две натуры, как и у всех Рыцарей Ночи, — шутила Алекс, — одна из них, явная, может, и не собирается его соблазнять. А вот другая, темная… Кто знает, чего она хочет?

Алекс рассмеялась, и бегом направилась в корпус.

— Вот только попадись мне, — прошипела я, и побежала за ней.

Придя в комнату, мы позволили себе немного отдохнуть: сидели за чашкой чая, и обсуждали все на свете. Потом собрались, оделись и пошли в малый зал для тренировок.

Вся эта неделя прошла в непрерывной работе. Мы с сестрой не позволяли себе расслабляться, потому что знали, что нам нужно как можно скорее пройти Инициацию. Да и предстоящие выходные уходили из тренировок из-за пикника. И снова, каждый вечер, ложась в постель, я думала о Нике. Раньше, когда я еще училась в школе, ни у одного молодого человека не получалось так завладеть моими мыслями. А в этот раз все получалось по-другому. Чем больше я думала о Николасе, тем прочнее он занимал место в моих мыслях, и тем сложнее мне было не думать о нем.

Неделя прошла быстро, и наступил долгожданный день.

Субботнее утро выдалось теплым и солнечным. На улице стояло "бабье лето" — несколько деньков сентября, когда забываешь о том, что впереди сильные крещенские морозы, а помнишь лишь тепло летнего солнца. В такие выходные мы с родителями любили выезжать на природу. Это совпадение заставило меня вспомнить о том, как беззаботно мне жилось дома. И из-за этих воспоминаний в моем настроении воцарилась легкая ностальгия.

Хорошенько выспавшись после недели занятий, мы с сестрой встали в десять, позавтракали, и у нас был еще час на то, чтобы собраться. Радуясь предстоящему отдыху, мы думали, что бы нам надеть. Я выбрала удобные джинсы и бежевый свитер, а на ноги надела кроссовки — идти до места пикника было минут тридцать, и одежда должна была соответствовать. Расчесав длинные волосы, я собрала их в пучок на макушке. Когда мы с сестрой были готовы, за нами зашли друзья.

Было решено, что я, Алекс, Кевин, Ник и Юля с Лешей пойдем вместе через аллею, а за остальными зайдет друг брата. Мы вышли на улицу и стали ожидать ребят.

— Как все-таки здорово, что вы, девочки, нас пригласили, — радовалась Юля, — когда еще выпадет такой шанс.

— Вот и я о том же говорила Летиции, — пожаловалась сестра, — впереди все-таки у нас много дел, и пока есть время и приятная компания, нужно ловить момент.

Через минуту к нам подошли Кевин и Николас:

— Все готовы идти? — спросили они у нас, и, дождавшись положительного ответа, направились с нами в сторону аллеи.

— Остальные ребята уже на месте, — сказал Кевин, — там нас уже ждет Андрей Ларченин, который, кстати, пришел один. Так что, девушки, не теряйте времени даром. Кстати, наш гость из Хранящих Элементалей, как и Николас, пригласил на пикник одну вашу хорошую знакомую.

— Кого? — хором спросили мы.

— Ядвигу Оранскую, — ответил Кевин, — так что у вас будет компания.

— Ядвигу, — переспросила я, — а они знакомы?

Видимо, выражение наших с Алекс лиц было, мягко сказать, не очень радостным, так что Кевин с удивлением ответил:

— Ну, вы же все помните ту вечеринку в честь открытия нового учебного года в Клане, так вот с того момента могли образоваться парочки. И я этому не удивлюсь.

Мы с сестрой не хотели рассказывать Кевину о том, что не переносим Оранскую, и тем более, что ее есть за что не переносить. Зная, что помощи от него в этом вопросе будет немного, было решено вообще не беспокоить брата. Но сейчас в наших головах была одна и та же мысль: "Может, все-таки, нужно было ему сказать об этом. Ведь в таком случае нам не надо было бы терпеть ее присутствие в этот выходной".

— Кстати, Летти, — вспомнил Кевин, — там будет и твой преподаватель Воззвания к Тьме, Игорь Полянский.

— А это ничего, что сын главы Клана будет присутствовать на тайном пикнике, — спросила Юля, — может, в разгар вечеринки нас найдут служители Замка?

— Нет, вам не стоит об этом волноваться, — ответил Кевин, — Игорь — очень хороший человек, и к тому же наш давний друг. Вы ему можете смело доверять.

— А он с кем пришел? — поинтересовалась Алекс.

— Да тоже один, — ответил брат, — в общем, у вас сегодня много возможностей.

Мы уже приближались к поляне, и впереди были видны фигуры пришедших туда до нас людей.

Подойдя ближе, мы увидели, что все действительно были уже в сборе, и ожидали только нас. Среди них была и Ядвига Оранская. Все так, как и сказал Кевин.

"Ну, не могла она немного простудиться, или заниматься на этих выходных. Или просто так не пойти", — подумала я.

Создавалось такое ощущение, что целью всей ее жизни было испортить мою, и иногда ей это удавалось.

Поздоровавшись со всеми, мы стали расстилать пледы, на которые хотели разложить еду. Ребята действительно постарались — никто из нас даже и не предполагал, что им удастся столько всего принести из столовой.

— Кевин, если бы я знала, что у тебя такой талант выпрашивать еду на кухне, — шутила Алекс, — то не сидела бы без сладостей по вечерам.

— А вот я и не сижу, — ответил ей брат.

Мы все рассмеялись. Настроение начало подниматься, и я решила, что если сегодня буду держаться подальше от Ядвиги, то, возможно, все пройдет хорошо.

Когда все было готово, мы расселись по кругу, чтобы видеть друг друга. Все взяли себе по баночке напитка.

— За нашу многообещающую молодежь, — провозгласил тост Кевин, и нуары постарше его поддержали.

Алекс сидела рядом со мной, а сбоку от нее был Игорь. Я даже удивилась, что он сел не рядом с Кевином или кем-то другим из служителей Замка.

"Вот уж кто действительно знает о своих силах", — подумалось мне, глядя, как мило Алекс общается с ним.

Поначалу она отвлекалась и на меня, но затем ее вниманием полностью завладел мой наставник. Я посмотрела по сторонам — все кругом общались друг с другом, и, похоже, им было весело. Я нашла глазами Ника, который в этот момент общался с Кевином и не видел меня.

Мне как-то стало одиноко, и, взяв свою баночку с напитком, я незаметно выскользнула из общего круга веселья и хорошего настроения. Отходя все дальше от голосов, раздававшихся за моей спиной, я думала о своем. Мне вспомнились слова Алекс о том, что нужно уметь расслабляться. Но даже тогда, когда все вокруг только это и делали, у меня никак не получалось.

— Скучаешь, — раздался позади меня знакомый голос, — можно к тебе присоединиться?

— Ко мне? — глупо переспросила я, — Да, конечно. Только мне показалось, что ты вовлечен в беседу с Кевином.

— Видела? — обрадовался Ник, — а я уж думал, что ты никогда не обратишь на меня внимания.

Эти слова несколько подняли мне настроение. Ник ждал, чтобы я обратила на него внимание… Ничего себе! Если бы это сказал кто-то другой, я, наверное, не поверила бы.

— Почему ты не осталась на поляне, вместе со всеми, — спросил Ник, — тебе не нравится шум?

— Я не знаю, — ответила я, — просто захотелось вдруг побыть одной, да и с кем мне было там оставаться? Алекс была полностью увлечена беседой с Игорем, впрочем, как и он с ней. Так что я решила не мешать. Все остальные тоже разбились по группам.

— Но ведь ты могла присоединиться к какой-нибудь из них, — предложил Ник, — одной ведь скучно.

— Но я же не одна…

— Это правда, только ведь ты не могла знать, что я пойду за тобой, — с подозрением спросил Николас, — или все-таки могла?

Я засмеялась.

— Конечно, нет, но все хорошо, что хорошо кончается.

— Так ты не против, чтобы я к тебе присоединился?

— Конечно, нет, — сказала я, — мне будет приятна твоя компания. Кстати, если уж мы здесь вместе, может, расскажешь мне немного о себе?

— Если тебе интересно.

— Конечно.

— Я родился в Клане Хранящих Элементалей, в семье, которая правила этим Кланом на протяжении многих столетий. У меня есть младшая сестра. Родители долго не могли иметь детей, и когда у них все-таки родился я, это было большим счастьем для всего нашего Клана — ведь появился наследник. Сейчас меня отправили на службу в Клан Рыцарей Крови для того, чтобы я увидел жизнь за пределами родных стен, а также нашел себе верных союзников. Ведь когда я вернусь домой, все правление Кланом ляжет на мои плечи — родители уже не могут держать все под контролем. Вот, наверное, и все, если коротко, — закончил свой рассказ Ник, — а что насчет тебя?

— Ну, думаю, что мою историю, по большому счету, знают все.

— Но я хочу узнать о тебе как о личности, — настоял Ник, — о чем мечтаешь, чего тебе хочется.

Я внимательно посмотрела в глаза Нику и увидела в них искренний интерес.

— Знаешь, о том, что я — нуар, да еще и последняя из Клана Единения, я узнала совсем недавно, — начала я, — но только мне всего этого не хотелось. Я хотела поступить в обычный университет, и жить так, как живут все остальные. Но этот путь Судьба припасла для кого-то другого.

— Я верю, — взял меня за руку Ник, — что мы сами выбираем свой путь, — и если ты решила пройти все эти Инициации, то это именно твое решение.

Я внимательно слушала его, и мне показалось, что он прав.

— Знаешь, я просто подумала, что объединение нуаров — это единственное, что может спасти наш мир от гибели, войн и разрушений. Как бы поступил ты на моем месте?

— Думаю, что также, — ответил Ник, — но мне кажется, что та дорога, которую ты выбрала, слишком трудна. Возможно, ты будешь об этом когда-нибудь жалеть.

— Я тоже думала об этом, — тягостные мысли поглотили меня, — но мне кажется, что каждый из нас, кто выбирает сложный и тернистый путь, не раз сомневается в себе и своем выборе, и не раз о нем жалеет. В этом, наверное, и состоит самая большая трудность — поверить в себя как никто другой. Но ведь важен результат. А я верю, что если приложу максимум усилий, все, что задумала, исполниться.

Пока я все это говорила, Ник смотрел на меня с нескрываемым восхищением. И когда моя речь подошла к концу, он сказал:

— Знаешь, а ведь мне действительно верится в твой успех.

— Правда? — спросила я.

— Да, — ответил он, — и я уже сейчас готов пообещать тебе поддержку своего Клана.

Я смотрела на своего нового знакомого, и не знала, что ему ответить. Кевин всегда очень хорошо отзывался о нем, так что его словам можно было доверять. Я была искренне рада, что услышала эти слова именно от него, от того, кто мне очень нравился. И тут только тут я обратила внимание, что он до сих пор держал мои руки. Это меня смутило. Я отпрянула от Ника и сказала:

— Думаю, что нам пора возвращаться, иначе все начнут беспокоиться.

— Да, и особенно Кевин, — смеялся Ник, — он ходит за вами с Алекс как наседка за цыплятами, невозможно даже уловить момент, чтобы побыть с тобой наедине.

Мы направились к остальным, смеясь по дороге.

Когда вечер подходил к концу, все дружно вместе убрали за собой и направились к корпусам. Было решено, что ребята пойдут отдельно, чтобы не создавать впечатление толпы. Мы с сестрой шли чуть поодаль, и могли немного поболтать.

— Здорово сегодня все получилось, — радовалась сестра.

— Да, — ответила я, — но ты, наверное, имеешь в виду то, как вас с Игорем было не оттянуть друг от друга.

— Не только это, — удивленно ответила сестра, и, собравшись с духом, добавила, — а также еще и то, что тебя и Ника не было какое-то время вместе со всеми.

— Кто-нибудь это еще заметил, — испугалась я, — ты не знаешь?

— Не думаю, — успокоила меня сестра, — каждый был занят своими собеседниками, так что можешь не переживать. Кстати, расскажешь мне о том, где вы гуляли.

— Не знаю, — пошутила я, — только в обмен на твое безупречное поведение.

Мы вернулись в свои комнаты, и еще долго сидели вместе, обсуждая прошедший день.

Глава 9

Наследие Летиции

Мы занимались уже месяцев, среди которых у нас не было времени передохнуть. Осень уступила свои владения зиме. Было начало декабря, и все нуары, приехавшие проходить Инициацию, уже устали, поэтому руководство Замка решило сделать что-то вроде каникул для нас. Впереди была целая свободная неделя для самостоятельной работы. Нам задали изучить по возможности описание в литературе наших предков. И, хотя казалось, что времени еще очень много, я решила не терять ни минуты.

С самого утра я и Алекс, позавтракав, направились в библиотеку и взяли по тому "Истории Нуаров". Попросив библиотекаршу выдать нам эти книги на день для самостоятельной работы, мы заняли в корпусе маленькую комнатку с двумя столами и приступили к работе.

Первые главы книги содержали в себе общую информацию о мироустройстве в те времена, когда мы с людьми жили в согласии. Третья глава была посвящена Георгу Четверорукому. Оказалось, здесь было много интересного.

В книге упоминался вещий сон первого правителя, который приснился ему в то время, когда тот был еще совсем молод. Сам он довольно часто упоминал об этом сне в летописях.

Вот то, что сохранилось в письменах об этом сновидении.

Когда молодой Георг направлялся на переговоры с другими главами Кланов, путь лежал через большие пустоши. Пройдя без остановок целый день, он отдал приказ остановиться на ночлег. Получилось так, что солдаты, сопровождавшие первого правителя нуаров, разбили лагерь вблизи небольшого озера, а палатку самого Георга поставили под огромным деревом. Когда все в лагере утихло, и стало слышно лишь посапывание солдат, предводитель Рыцарей Ночи наконец-то уснул. Хотя сон это был, или видение, никто не может сказать и по сей день.

По волнам того самого озера плавно, словно королева, шла чудесная женщина. Она была настолько хороша собой, что Георг невольно залюбовался ею. На ней было светящееся голубое одеяние, которое мерцало в лунном свете.

— Здравствуй, Георг, Глава Рыцарей Ночи! — провозгласила женщина.

Правитель был очарован ее красотой. Его сбило с толку то, что эта женщина знает, кто он, и как его зовут. Он растерялся и не сразу нашел, что ей ответить.

Видя его замешательство, красавица улыбнулась:

— Не удивляйся тому, что я знаю тебя, ведь дальше я расскажу тебе еще более таинственные вещи.

Георгу оставалось только слушать.

— Сейчас ты идешь в другие Кланы для того, чтобы объединить нуаров. Это благородный поступок, который необходим для всего вашего народа. Поэтому я хочу тебе помочь, — и она сняла с себя кулон, который был огромным изумрудом, обрамленным в венец из бриллиантов.

Женщина, немного погодя, продолжила:

— Когда ты пойдешь к своему народу, кто-то будет слушать твои мудрые слова, но кто-то и воспротивиться. Я дарю тебе этот талисман, который сослужит тебе и твоему роду огромную службу. Слушай его, и он укажет тебе, кто для тебя друг, а кто — враг. Когда ты объединишь свой народ, вернись на это место, и обоснуй здесь замок, который будет центром жизни нуаров на протяжении многих столетий. Да, и помни: откуда талисман вышел, туда он и вернется.

С этими словами красавица повернулась, и пошла назад по воде, постепенно растворяясь в лунном свете.

Георг не смог заснуть в ту ночь. Он долго размышлял над случившимся, и решил сделать все так, как велела озерная нимфа.

После того он действительно научился пользоваться талисманом, и благодаря этому избежал многих предательств на пути к объединению своей расы. После того, как народ стал единым целым, он вернулся к озеру и выстроил огромный дворец — дань благодарности светлому созданию, которое помогло ему осуществить задуманное. Во дворце жило много придворных: там всегда были главы Кланов, которые теперь вошли в Совет Четырех и помогали Георгу в правлении, а также все те нуары, которые хотели быть ближе ко двору. И так существовало все это много веков, за которые дворец оброс вокруг красивым городом — местом жизни большинства нуаров. Этот город называли Светлый Город Нуарил, и так продолжалось вплоть до Ночи Великого Переворота.

Узнав все это, я была поражена. Впервые мне удалось узнать о том, что моим далеким предком был сам Георг Четверорукий. У меня вдруг появилась четкая уверенность в том, что все получится. Радостным было также и то, что я нашла первое упоминание о Талисмане. Вот только последняя фраза этой женщины осталась для меня загадкой. Что могли означать ее слова? "Откуда талисман вышел, туда он и вернется". Странно все это…

Не найдя ответа на свой вопрос при дальнейшем изучении книги, я оставила эти попытки.

— Алекс, ты не хочешь чего-нибудь перекусить, и потом взяться за дело с удвоенной силой?

— Насчет первой части фразы мой ответ — абсолютное "да", — посмеялась сестра, — а вот насчет второй я еще не уверена.

Мы взяли свои книги и вышли на улицу. Было решено взять по бутерброду и стаканчику горячего кофе, и засесть в нашей любимой беседке. Мы с Алекс обсуждали найденный материал для написания работы, и оказалось, что данных о семье Вендли было очень мало.

— Да и что особенно может сохраниться в такой литературе о семье придворных, пусть и берущей свои истоки почти от самого начала? — посетовала Алекс.

— Знаешь, просто в книге все слишком обобщено, — попыталась я успокоить сестру, — завтра поищем другую.

Мы с аппетитом съели свои бутерброды, выпили кофе, и, поскольку погода была хорошей, решили еще какое-то время посидеть в беседке, и поработать с книгами.

Пролистывая оглавление, я нашла занимательную главу, которая называлась "Легендой о Семи". В ней говорилось, что у короля нуаров, Лайонелла Мудрого, который правил в 15 веке, было на груди семь небольших родинок, образующих корону. Говорят, что при его рождении, повитуха взяла младенца на руки и сказала: "На груди у него семь звезд. Это будет очень мудрый правитель, который изменит Судьбу нашего народа". И спустя двадцать с лишним лет, когда люди объявили войну нуарам, народ понял всю силу этого предсказания. Всегда мы, как раса, были менее многочисленны, чем люди. И в тот день, когда на поле вышли две армии, нас было вдесятеро меньше, чем людских воинов. Целый день мы бились, не жалея своих жизней, и, когда наступила ночь, на небе засветились лишь семь огромных звезд, которые повторяли рисунок на груди нашего короля. Все были поражены этим совпадением, а сам Лайонелл воспринял рисунок, который составляли небесные светила, как знак свыше. Он заперся со своими генералами, и придумал план. Всю свою армию он разделил на семь равных частей. Когда люди еще спали, он отправил по части своего войска во фланги и тыл противника, чтобы его окружить. А оставшиеся четыре части, не давая опомниться людской армии, пошли в лобовую атаку под покровом ночи и под знаменем семи сияющих в небе звезд. Лайонелл победил, и с тех пор семь звезд, как и само число семь считаются магическими для нашего народа.

Теперь мне стало ясно, почему в магических символах мы рисовали именно семь звезд.

Так много нового я узнала сегодня только из одной книги, а если бы занялась этим раньше… Кто знает, какие тайны хранятся в библиотеке Замка? Однако, несмотря на то, что прочтение древних книг открывало передо мной все больше и больше тайн, оно создавало еще больше вопросов, которые требовали ответов. Попрощавшись с сестрой, я направилась в библиотеку Замка, где попросила еще несколько книг. Договорившись о том, чтобы принести их через несколько дней, я решила прочесть эти рукописи дома. Ведь только в комнате можно было полностью погрузиться в чтение.

Я трудилась над полученными материалами почти неделю, но так и не нашла ничего нового. Как же странно все устроено: в одной летописи можно найти так много нового, в то время как другие полностью бесполезны. Устав за прошедшую неделю от информации, в выходные было решено отдохнуть.

Стоял тихий декабрьский воскресный вечер. Именно в такие вечера природа окутывает нас своей загадочностью.

Снег огромными хлопьями ложился на землю и ветки деревьев, придавая их убранству особую пышность. На улице уже давно стемнело, ведь в это время года темнеет рано. Казалось, что воздух был сиреневым. Снежинки легкими искрами устилали все вокруг. Я особенно любила такую погоду. В эти тихие зимние вечера особенно ясно чувствуешь тепло домашнего очага. Мне вспомнились родители и то, как мы проводили это время у нас дома. Как же мне всего этого не хватало!

Это время года ассоциировалось у меня с запахом корицы и мандаринов. Мама обязательно пекла булочки с этой пряностью, так что теплый аромат пропитывал весь дом. Мы усаживались в зале возле камина, и пили горячий шоколад с маминой выпечкой. Почему-то все в нашем доме любили мандарины. Как только наступала зима, ими всегда были заполнены фруктовые вазы, чтобы каждый мог угоститься любимым лакомством.

Каждый вечер родители собирали нас, и мы обсуждали то, что произошло за день. Я очень любила эти посиделки, ведь именно в такие моменты человек чувствует себя частичкой одного большого целого. Мы наслаждались общением, и тогда казалось, что нет неразрешимых проблем, что все дороги лежат перед нами, и нужно только сделать первый шаг.

Вот и сейчас я сидела, укутавшись в шерстяной плед, с чашкой горячего шоколада и булочкой с корицей. Услышав звук хлопающей двери, я заметила, как Алекс пытается тихонько пробраться в свою комнату. Открыв свою дверь, я спросила:

— Уже довольно поздно, где ты была?

Увидев смятение на лице сестры, я быстро добавила:

— Не хочу, чтобы ты думала, что я тороплю тебя с объяснениями. Расскажешь мне о Нем тогда, когда сама будешь к этому готова.

Сестра промолчала в ответ. Чтобы как-то сгладить неловкость, я сказала:

— Я соскучилась без тебя и родителей, без наших длинных, зимних вечеров. А ты? — мне хотелось, чтобы ей было уютно здесь, в Замке.

Почувствовав, что никто не собирается узнавать ее тайны, сестра расслабилась:

— Знаешь, я тоже, — улыбнулась Алекс, — у тебя не найдется еще одна кружка с какао?

— Не только какао, но и булочка, — сказала я, — заходи.

Сестра зашла в комнату, и, раздевшись, удобно устроилась на кровати. Я подала ей горячий напиток и сдобу, и мы молча принялись их жевать, глядя в окно.

— Знаешь, я столько нового открыла для себя за этот год, — первой нарушила молчание Алекс, — и огромную ответственность за Инициацию, и нашу с тобой дружбу, упрочнившуюся от разлуки с родителями.

Немного помолчав, сестра тихо добавила:

— И первую любовь…

Я невольно подняла глаза на Алекс, и увидела в ней некоторое колебание.

— Милая, ты не должна мне ничего говорить, — мне не хотелось, чтобы сестра чувствовала себя неловко рядом со мной. Если еще не время, значит, так тому и быть.

— Нет, — возразила сестра, — я ничего не рассказывала тебе о своих переживаниях не потому, что не доверяю тебе, а потому, что говорить о них мне было нельзя.

Я была несколько сбита с толку, так как не знала, почему сестра не могла рассказать мне о своих чувствах. Тем более что она уже услышала о моих, а это говорило о том, что дело здесь не в стеснении.

— Я все пойму, ты же знаешь, — взяв сестру за руку, я попыталась ее успокоить, — давай поговорим об этом в другой раз.

— Нет, — решительно заявила Алекс, — я доверяю тебе и рассчитываю на то, что мои откровения останутся тайной до определенного момента.

— Сестренка…

— Нет, иначе я не решусь, — воскликнула Алекс, и, немного помолчав, добавила, — мы с Игорем встречаемся.

— С кем? — не поняла поначалу я.

— С Игорем Полянским, — подняла глаза сестра, — но ты обещала никому ничего не говорить.

— Знаю, я и не собираюсь никому рассказывать, но ведь нам запрещено встречаться с преподавателями, — недоумевала я.

— Да, и именно поэтому мы до сих пор не рассказывали никому о наших отношениях, — тихо произнесла Алекс.

— Что значит "до сих пор"? Как долго длится ваш роман?

— Мы вместе с ноября, только не осуждай меня.

— Даже не собиралась, — поубавив немного пылу, я добавила: — и как все это началось?

— Я впервые по-настоящему заметила Игоря на той вечеринке, куда провел нас Кевин, — начала свой рассказ Алекс, — и он мне сразу понравился. Но мне было известно, что он преподает Воззвание к Тьме, так что отношения между нами невозможны. Я постаралась не думать о нем. Однако, чем больше я пыталась рассмотреть что-либо в других парнях, тем чаще обращала внимание на него. Казалось, что нет на земле еще одного нуара, который мог уместить в себе все самое хорошее. Меня смущало только то, что на вечеринке он пригласил на танец тебя. Я боялась, что могу встать между вашими чувствами, и поэтому хранила их глубоко внутри своего сердца. Так длилось до пикника. Не знаю, что могло произойти, если бы мы не пошли на него тогда. Именно с тот день мы с Игорем поняли, что не можем больше существовать по отдельности, и со следующего дня начали встречаться.

— Но как мог один единственный танец убедить тебя в том, что между нами что-то может быть, — удивилась я.

— Просто Игорь — твой преподаватель. Вы проводите с ним очень много времени, и я думала, что из этого может что-то выйти. Да и его отец был бы не против того, чтобы он женился на будущей правительнице нуаров, — ответила Алекс.

— Так ведь ты могла меня спросить, — обиженно сказала я, — ведь я ни в коем случае не хотела быть помехой твоему счастью. И сейчас очень сожалею, что оттянула ваши отношения до пикника.

— Сестричка, вспомни, как ты, боясь обидеть мои чувства, не расспрашивала о парне, с которым я встречаюсь. Точно так же и я не хотела ставить тебя в неловкое положение, — пожала плечами сестра, — но весь этот разговор уже не имеет смысла, так как мы вместе.

— Да, — согласилась я, — похоже, что наше хорошее воспитание сыграло против нас.

Сестра рассмеялась и произнесла:

— Но ведь в итоге все получилось как нельзя лучше. Жаль только, что мы не могли открыто встречаться, и мне пришлось все скрывать даже от тебя, самого моего близкого человека. Кстати, Кевин до сих пор ничего не знает. Я немного боюсь за его реакцию, поэтому расскажу ему обо всем чуть позже.

Я была искренне рада за сестру, но тревога за их с Игорем отношения взяла верх.

— Знаешь, для меня очень приятно знать, что ты счастлива, — обняла я сестру, — но ведь нельзя отрицать принадлежность Игоря к роду Полянских. Когда вы собираетесь сообщить обо всем его отцу? — поинтересовалась я.

— Пока об этом не думали, — сказала Алекс, — мы решили держать наши отношения в секрете, пока не наступит подходящий момент для их огласки. А там посмотрим. В конце концов, нам сейчас хорошо вместе, но никто из нас не знает, чем все закончится.

— Я считаю, что мы не должны думать о плохом, — ободрила я сестру, — пускай все идет своим чередом, и не беспокойся: твоя тайна в надежных руках.

Мы еще долго сидели рядом и думали каждая о своем. Говорят, близкие люди понимают друг друга даже в молчании. Мы понимали, что найти того единственного в этом мире — задача не из легких, однако каждой из нас была заранее известна реакция на эти отношения господина Полянского. Но сегодня нам хотелось просто отдохнуть, и отвлечься от всего.

Глава 10

Непрошенные чувства

Декабрь пролетел почти незаметно. Подходило время Нового года — нашего любимого праздника. В честь главной ночи в году, а также в подарок за успехи в обучении Совет Клана разрешил провести бал-маскарад. Каждый нуар, пришедший на этот вечер, должен был быть одет в костюм, который соответствовал бы определенному образу. Для того чтобы маскарад был более веселым, нам велено было прийти в масках, скрывавших лица своих хозяев.

Мы с Алекс были вне себя от счастья: ведь во время учебы в школе нам никогда еще не приходилось бывать на таких вечеринках. За несколько недель до праздника в Замке начался переполох. Каждый думал о том, какой костюм ему выбрать, и, главное, где его достать. Поскольку нам запрещалось во время обучения покидать пределы Замка, большинству из нас костюмы привезли родители. Я же с сестрой решила, что лучше всего будет сшить костюмы самостоятельно, ведь в таком случае нам удастся сделать именно то, что мы хотим, да и наши наряды не будут повторяться с другими.

С покупкой ткани и других необходимых вещей нам помог Кевин — он как преподаватель мог спокойно посетить любые магазины, находящиеся за пределами нашей обители. Мы дали ему подробные указания насчет того, какую ткань будем использовать, что за босоножки наденем, и какие заколки нам необходимы для прически. Наверное, именно тогда он понял, как сложно быть братом двум молоденьким девушкам.

Через неделю Кевин достал нам все необходимое, и работа над платьями пошла полным ходом. Здесь-то и пригодились знания, которыми поделилась с нами мама. Мы старались изо всех сил, и, когда все было окончено, результаты превзошли наши ожидания.

Мое платье было в греческом стиле: серебристым атласом ткань струилась по коже, будто волны на неспокойном море. Тонкой петлей оно охватывало шею, а затем, собранное под грудью лентой стального цвета, свободно ниспадало до пола. Спину я оставила открытой, чтобы образ получился более привлекательным. В праздничный день я создала из волос множество мелких завитков, которые, собранные и переплетенные серебристой лентой, создавали обаяние Древней Греции.

Платье же Алекс было в традициях восемнадцатого века. Такие наряды в то время носили юные барышни на балы. Оно было светло-зеленого цвета, под грудью собиралось тонкой лентой, которая на спине превращалась в изящный бант. Рукава-фонарики придавали этому наряду особую воздушность. Часть волос на макушке сестра приподняла, и укрепила красивыми заколками, а остальные, завитые, оставила ниспадать на плечи аккуратными локонами.

Конечно, всем этим стараниям с приготовлениями нарядов объяснением была не только новогодняя ночь. Где-то за месяц, гуляя вдоль кромки леса, чтобы оставаться неузнанными, мы с Николасом говорили об этой вечеринке. И вдруг он сказал, что просит меня пойти на вечер вместе с ним. Меня и раньше приглашали на праздники, но в тот момент я испытала нечто особенное: ведь когда кто-то очень нравится, то кажется, что это приглашение — самое долгожданное. Когда я, радуясь всем сердцем, пришла к сестре, чтобы поделиться с ней своим счастьем, оказалось, что у нее такие же приятные новости. Алекс и Игорь к тому времени уже встречались, так что приглашение с его стороны не было чем-то неожиданным, в отличие от поступка Ника…

Признаться, учась в школе, я не ходила на свидания: все как-то времени не хватало. Мы старались прилежно учиться для того, чтобы после ее окончания без особых сложностей поступить в университет. Да и из парней никто особо не нравился, наверное, сердце ожидало кого-то совершенно особенного. И дождалась: и молодого человека, и приглашения от него на бал.

Однако, радуясь за то, что пойду на праздник с Николасом, я очень переживала, чтобы нас на нем никто не узнал. Ведь если эта новость разлетится по Замку, последствия могут быть самыми разными. И хоть он не служит преподавателем в Клане Рыцарей Ночи, все же такие отношения не приветствуются. Поэтому то, что вместо обычного вечера устраивался маскарад, нам было только на руку: под маской и в красивых вечерних нарядах мы будем далеки от обычных Летиции и Николаса, так же как и сестра с ее возлюбленным.

За два часа до выхода, уже полностью одетые и причесанные, мы с сестрой принялись за макияж. Наши глаза были подчеркнуты черной подводкой, а на веки нанесены золотые блестки, которые переходили в красивые узоры на скулах. В дополнение ко всему мы нанесли немного духов на шею и запястья, так что чудесный аромат окутывал нас легким облаком. Оставшись довольными своим внешним видом, мы стали дожидаться Кевина, который должен был проводить нас на бал.

Он пригласил на вечер нашу подругу Доминику, однако, это была с двух сторон скорее дань дружбе, чем чему-то большему. Ни у одного из них пока не появилось человека, с которым бы им хотелось пойти на праздник. Нике мы доверяли, и знали, что она не выдаст наши тайны.

В половину восьмого, перед тем, как брат пришел за нами, в комнату вошла подруга. Она была сегодня дивно хороша. В отличие от нас, выбравших для себя платья в пол, Доминика остановилась на блестящем наряде, который плотно облегал фигуру и оканчивался чуть выше колена. Губы она окрасила в алый цвет, а волосы завила и оставила ниспадать до талии. Глаза ее, как и у нас, скрывала маска, но образ был ошеломляющим.

С восьмым ударом часом раздался стук в дверь. Кевин был одет в черный фрак, который ему невероятно шел.

— Сестренки, Ника, — в глазах брата читались изумление и восторг, — вы выглядите просто очаровательно.

Улыбки и поцелуи стали для него благодарностью за комплименты. В конце концов, брат заслуживал нашей любви, на которую я с Алекс не скупились. Покончив со всеми сборами и захватив с собой вечерние сумочки, мы пошли в зал. Пройдя по длинной системе переходов из одного корпуса в другой, до нас наконец-то долетели звуки музыки, доносившейся из парадной комнаты. Когда наша компания подошла чуть ближе, то увидела мягкий свет, блестками струящийся из дверей Зала.

Войдя в помещение, все оказались просто поражены той красотой, которая была внутри. С потолка на пол падали маленькие искусственные снежинки, отчего ощущение праздника становилось еще более реальным. Именно они и создавали те блестки, которые были заметны в пламени свечей. По всей комнате были развешаны разноцветные гирлянды, состоящие из еловых ветвей и различных цветов. В каждой такой композиции была большая свеча, посылающая теплое мерцание в Зал. Лишь огонь, украшающий эти фитильки, был сегодняшним освещением. В центре зала располагалась маленькая сцена, на которой в середине вечера должно было состояться представление. Большую часть ее занимала огромная елка, украшенная всевозможными игрушками и гирляндами. По древней традиции на ней, помимо прочих украшений, были развешаны сладости, чтобы каждый мог угоститься. По кругу от сцены отходили небольшие столики, за которыми присутствующие нуары собирались в компании. Каждый стол был застлан скатертью красного цвета. В центре стояла маленькая елочка, служившая его главным украшением. Для этого праздника достали красивые новогодние сервизы, так что все вокруг было просто пропитано красотой и предвкушением чего-то прекрасного.

В Зале раздавались ненавязчивые звуки старого блюза, и когда мы пришли, то увидели много танцующих пар — вечер набирал свои обороты. Мы заметили приближающихся к нам двух молодых людей в вечерних костюмах, и были поражены, когда они, подойдя ближе, оказались Ником и Игорем.

— Столик уже занят, — сказал Николас, — мы выбрали один из самых далеких, чтобы особенно не выделяться.

Предложив мне руку, он добавил:

— Хотя я не знаю, как у нас это получится.

— А в чем дело? — взволнованно спросила я.

— Мы поведем через весь зал трех девушек, рядом с которыми красота остальных просто меркнет, — улыбнулся Ник, — думаю, что остаться незамеченными в таких условиях просто невозможно.

Я выдохнула с облегчением, так как уже начала волноваться. Мы взяли наших парней под руку и все вместе направились к выбранному столику. Усевшись на свои места, получилось, что каждая пара все равно была немного обособлена от других. Кевин открыл шампанское, и, разлив его по бокалам, произнес:

— Мне хотелось бы, чтобы этот вечер принес нам всем исполнение самых заветных желаний, — начал брат, — пусть с этого дня в наших жизнях начнется череда приятных перемен, которые принесут всем счастье. За этот Новый Год!

Мы немного отпили из бокалов, и Ник, не дожидаясь следующего тоста, спросил:

— Хочешь потанцевать? — он взял меня за руку и посмотрел прямо в глаза.

Его вопрос показался мне несколько странным. Хочется ли с ним танцевать? Это желание было во мне еще до того, как увидела его сегодня. Кивнув, я позволили ему увести себя в сторону танцующих пар.

В этот момент как раз сменили музыку, и теперь зазвучала романтичная мелодия. Ник мягко обнял меня за талию и повел в танце. Чувствовать себя в его объятиях было несколько необычно, но ощущение близости опьяняло. Набравшись смелости, я обняла его за шею, и мы стали танцевать.

— Ты сегодня похожа на сказочную фею, — прошептал Ник, — и я определенно попал под действие твоих чар.

— Твои слова меня смущают, — улыбнулась я в ответ.

— Одного не могу понять, — удивился Ник, — почему ты рада, когда тебя хвалят за успехи в занятиях, но смущаешься, если нуары восхищаются твоей красотой?

— Не знаю, — мой ответ был очень честным, — может, имеет значение то, кто это говорит.

Я сама испугалась тому, насколько открыта была по отношению к нему, но Нику это понравилась.

— Значит ли это, что ты относишься ко мне иначе, чем к другим парням? — спросил с надеждой Ник.

Мне было понятно, что от ответа на этот вопрос зависело многое. Я пожала плечами и произнесла:

— Думаю, ты сам все знаешь…

Его руки чуть крепче обхватили мою талию, и я поняла, что он чувствует то же по отношению ко мне. Осознание этого привело меня в восторг. Ник уже занял место в моем сердце, и то, что я ему тоже нравилась, казалось мне истинным счастьем.

Мы не заметили, как музыка закончилась, и продолжали стоять совсем близко друг к другу. Казалось, что все в этот вечер было только для нас. Протанцевав так еще какое-то время, мы опомнились и последовали к столику, за которым уже собрались все остальные.

Настроение наполнялось волшебством, рождающимся от праздника и близости человека, который тебе небезразличен. Все чувствовали себя раскованно, и за столом завязался оживленный разговор. Обсуждали предстоящий Турнир, Инициации и многое другое.

Я почувствовала, как Ник слегка сжал мне руку, и обратила на него внимание.

— Хочешь подышать немного свежим воздухом? — спросил он.

Конечно же, я хотела. Но вместе с этим желанием во мне жило предвкушение того, что это могла быть не только прогулка. Впервые в жизни я узнала, что бывают такие дивные вечера. Волнение завладело моим разумом, но ответ, тем не менее, был утвердительным.

Мы с ним встали из-за стола, и Николас сказал, обращаясь больше к брату, чем к остальным:

— Летти и я немного прогуляемся. Обещаю проводить ее домой к двенадцати часам, — голос его был уверенным, ведь он хотел показать брату твердость своих намерений.

Взгляд Ника встретился с глазами Кевина, и брат сказал:

— Надеюсь, у вас все будет в порядке, — я впервые увидела, чтобы он говорил что-либо своему другу с нескрываемой угрозой, но, видно, Кевин очень волновался за меня.

— Ты можешь не переживать, — ответил ему Ник, — Летиция будет со мной в безопасности.

Мы вышли из зала и направились гулять по коридорам Замка. Может, кому-то покажется глупым покидать новогоднюю вечеринку в самом ее разгаре, однако этот час показался мне самым романтическим за всю мою жизнь. Мы просто тихо шли, и это молчание, казалось, не должно было прерываться словами. Просто все те чувства, которые жили в душе каждого из нас, были понятны и так.

Затем Ник остановился и взял меня за руку.

— Летти, милая, — произнес тихонько он, — мне нужно сказать тебе что-то очень важное…

Затаив дыхание, и не зная еще, что он хотел мне сказать, я ощущала важность этого момента. Боясь спугнуть в нем желание открыть мне свое сердце, все внутри меня замерло. И время остановилось, желая услышать его.

— Время моего пребывания в замке Рыцарей Ночи, — начал Ник, — поистине особенно. Я никогда не мог представить, что найду здесь верных друзей, один из которых — твой брат. Но еще с меньшей вероятностью можно было предположить, что здесь найдется девушка, которая сможет так сильно увлечь мой разум и завладеть чувствами. Я никогда не думал, что смогу влюбиться в молодую особу, принадлежащую к другому Клану, ведь, как ты знаешь, большинство из нас придерживаются Правила Чистоты Крови. В моей семье всегда строго относились к этой древней традиции, и мне никогда не приходило в голову, что именно я стану исключением. Но это случилось. Так неожиданно и волнующе. И так быстро.

Я не могла дышать. Его слова были такими долгожданными для меня, что мой слух с жадностью ловил каждое слово, произносимое им в тот момент.

— Понимаю, что наши отношения нежелательны, ведь я здесь нахожусь на службе, а ты проходишь Инициацию. Нас станут порицать, если кто-то из посторонних узнает об этом. Но все же не могу больше бороться с чувствами, которые живут внутри меня.

Николас замолчал, и я поняла, что наступил мой черед.

Я положила руку ему на грудь и ответила:

— Знаю, что эти чувства обернуться неприятностями для нас самих, если кто-то об этом узнает. Но ведь нельзя отказываться от них только из-за того, что впереди каждого ожидают трудности. Жизнь вообще полна испытаний, и кто знает: может быть, отказавшись от этих отношений сейчас, мы потом пожалеем о том, что потеряли.

Ник долго смотрел на меня и затем сказал:

— Не думай, что я переживаю за себя. Нет. Во мне живут опасения только за тебя. Перед тобой в ближайшее время и так возникнет много трудностей и преград. Мне не хочется стать помехой на Пути Правителя нуаров…

Я не хотела больше его слушать. Перебив Ника, я произнесла:

— Как ты не понимаешь, что можешь стать не помехой, а наоборот, тем, кто одним своим существованием поможет мне выстоять?

Произнеся вслух все то, что хранила в глубине своей души, я вдруг остановилась. Было очевидным: не сказав это ему сейчас, никогда бы не узнала, что способна на подобное. До этого года мне никто даже не нравился, а то, что во мне сейчас есть готовность пойти на риск ради любимого человека, говорило о моем взрослении, о достижении тех целей, которые ставила перед собой, направляясь в Клан Рыцарей Ночи. Этот вывод стал для меня неожиданным. Именно теперь я увидела первые результаты работы над собой.

Николас обнял меня и сказал:

— Я тоже готов попробовать, но ты должна знать еще кое-что, — мое сердце сжалось от предчувствия, — через месяц меня ждет отъезд из этого Замка. Мой отец уже прислал письмо, в котором упомянул, что наш народ нуждается твердом и уверенном правлении. Дома осталась лишь младшая сестра, а по нашим законам Кланом должен управлять я, если с отцом что-то случиться. Они с мамой уже немолоды и хотят, чтобы я помог удержать порядок в Клане. Наша семья поддерживает тебя в восхождении на престол. Поэтому, удержав власть в своих руках, я смогу знать, что сделал для тебя все возможное. Ведь когда ты взойдешь на престол, наш Клан обеспечит тебе поддержку. Прошу тебя подумать еще раз над решением быть вместе. И даже если оно изменится, мои чувства к тебе останутся прежними.

Мне не хотелось его больше слушать. О проблемах можно подумать завтра, а сегодня есть только мы. Я поднялась на носочки и поцеловала его. Сначала Ник был удивлен этому поцелую, и, наверное, прислушиваясь к голосу разума, хотел остановить его. Но что такое голос разума, когда зов сердца гораздо сильнее?

Он ответил на мой поцелуй, и это было прекрасно. Я не могла представить, что можно быть с кем-то до такой степени близкой духовно, и не смущаться этого. Это было впервые в моей жизни. Мы целовались и не могли насладиться друг другом. Позади нас, словно через звукоизолирующий занавес, раздался звук приближающихся шагов. Мы отпрянули друг от друга, чтобы этот поцелуй остался незамеченным для посторонних глаз. Но, слава Богу, это был Кевин.

— Думаю, тебе пора проводить мою сестру домой, — сказал он не терпящим возражений голосом, но натолкнулся на стену нашего с Ником протеста.

— Я запретил тебе встречаться с моей сестрой, и ты знаешь, почему. Скоро тебе придется покинуть это место, и она останется одна. Вот только ты поедешь домой, а сестра — в чужой Клан для прохождения Инициации. Если действительно любишь — дай ей тебя забыть.

Николас молчал. Я чувствовала, что в его душе борется желание быть вместе со мной с опасениями за мое будущее. И тут в моем сознании возникло абсолютно четкое и единственно возможное решение. Я взглянула на брата и произнесла:

— Кевин, милый, — начала я, — ты прав, что передо мной будут стоять нелегкие испытания. Но пойми, что у меня должен быть кто-то, кто будет моей опорой в трудную минуту и даст мне надежду на нормальную жизнь. Я знаю, такого брата как ты, больше нет. И мне известно о том, что ты волнуешься за мою Судьбу. Пойми, я не думаю, что будет легко. Но мне это нужно. Не противься, пожалуйста. Сейчас нам нужна лишь твоя поддержка.

Я видела, какая душевная борьба происходит в Кевине, и понимала, как ему сейчас приходится тяжело. По сути, в этом Клане он был для нас с Алекс и за брата, и за родителей. И этот выбор сейчас давался ему нелегко. Но, подумав, он сдался:

— Хорошо, — сказал брат, — только вы должны понимать, что это важное решение, и все последствия отразятся только на вас самих.

Мы кивнули, и только тогда Кевин развернулся, чтобы уйти.

— Но все же, — задержался на минуту брат, — долго здесь не бродите. Ты обещал вернуть ее домой к полуночи.

С этими словами Кевин направился обратно на праздник.

Мы с Ником стояли, опьяненные своей маленькой победой. Сейчас не хотелось думать ни о предстоящем отъезде Ника, ни о моей Инициации. Нам было хорошо. И пусть впереди нас ждут испытания, но мы справимся со всем, потому что будем вместе. Я так думала, пока мои мысли не прервал очередной поцелуй моего возлюбленного.

Глава 11

Познать себя

Время уже перевалило за полночь, когда я вернулась к себе. В комнате Алекс горел свет, поэтому мой тихий стук в дверь не мог разбудить ее. Спустя минуту выглянула сестра, уже переодетая в пижаму:

— Как ты поздно, — сказала она, — неужели все это время вы с Ником гуляли по Замку?

— Обещаю все рассказать тебе по порядку, — при этих словах на лице Алекс появился плохо скрываемый интерес, — но в обмен на кое-что с твоей стороны.

— Договорились, — не стала уточнять условия сестра.

— Помнишь, как мы с тобой в детстве, — начала я, — когда наша семья еще жила в маленькой квартирке, спали в одной комнате?

Алекс утвердительно кивнула, не понимая, к чему ведется весь этот разговор.

— Так вот, — продолжила я, — не знаю, как тебе, но мне очень не хватает тех времен. Может, пойдем ко мне, тогда у нас будет целая ночь, чтобы поделиться самыми сокровенными тайнами.

На лице сестры появилась улыбка:

— Знаешь, а я ведь тоже очень скучаю, — произнесла она, — к тому же, нам с тобой есть, что рассказать друг другу.

Она выключила свет в своей комнате, и мы пошли в мою.

— Если тебе не сложно, — попросила я сестру, — сделай нам, пожалуйста, по чашке горячего шоколада, пока буду переодеваться.

Алекс занялась приготовлением напитков, а мне осталось за это время успеть натянуть на себя пижаму и умыться перед сном.

Взяв в руки свои кружки, мы с ней забрались под теплое одеяло, и стали беседовать. И в этот момент я почувствовала себя как дома, когда мы вот так же секретничали перед сном. Именно во время таких разговоров мы с ней становились такими близкими, что, казалось, никто не может разлучить нас.

— Знаешь, — слова открывали мою душу сестре, — мне кажется, что это любовь.

— Уверена? — улыбнулась сестра, — Ведь ты еще ни с кем до Ника не встречалась.

— Ты права, — ответила я, — но мне кажется, что мы знаем друг друга очень давно. Он может понять мои чувства и эмоции даже тогда, когда у меня не получается рассказать ему о них. Разве бывает такое, когда не любишь человека?

— Не знаю, — задумчиво произнесла сестра, — могу сказать тебе лишь одно: лучший твой советчик в этих делах — это время. Пусть оно все расставит на свои места. Скоро вы разъедетесь по разным Кланам, а там у вас будет много часов, чтобы все обдумать. И уж если тогда ваши чувства выстоят — значит, это действительно любовь.

— Мне кажется, что ты говоришь как наша мама.

— Но кто-то же должен тебя научить, — засмеялась моему замечанию сестра, — а у меня больше опыта.

— Не намного, — мой протест был обоснованным, ведь Алекс тоже ни с кем особо не встречалась до Игоря.

Мы допили свой шоколад, и мне не терпелось задать очередной вопрос:

— А как у вас?

— У нас все серьезно, — задумалась сестра, — с одной стороны, это меня очень радует, а вот с другой…

— А что там на другой стороне? — удивилась я.

— Не знаю, как мы сообщим о наших отношениях господину Полянскому, — в голосе сестры была искренняя тревога, — ведь его мечтой всегда было женить сына на девушке из древнего нуарского рода.

— Но ведь у вас пока свадьба не планируется, так что не переживай об этом. Отец ведь всегда нам говорил: "Проблемы нужно решать по мере их поступления". А пока вы можете спокойно встречаться.

Алекс сжала мою руку, и я почувствовала, что моя поддержка очень нужна ей в этот момент. Я обняла сестру, и сказала:

— Думаю, сегодня у нас было слишком много приключений. Мы обе устали, так что предлагаю лечь спать, и оставить решение всех проблем на завтрашний день.

Мы легли в постель и мгновенно оказались в чудесных мирах наших сновидений.

Мне снова снился сон.

Но в этот раз он был особенным.

Не таким, как все остальные.

И оценить его значение можно было, лишь проснувшись.

Я была одна. Вокруг меня простиралось бескрайнее поле. Был теплый летний день, и мои босые ноги утопали в травяной зелени. Полевые цветы приятно щекотали кожу, и я чувствовала такой душевный покой, что мне хотелось просто идти по этим бескрайним просторам.

Я шла вперед, и теплый ветер раздувал мой сарафан. Мне стало так хорошо, что захотелось смеяться. Мои руки пытались поймать потоки ветра, а лицо грели лучи солнца. Смех переливался в воздухе пением колокольчиков. Я вертелась вокруг себя, пока моя голова не начала кружиться. Все было так приятно, что у меня возникло решение отдаться на волю чувств, и, закружившись еще более, упала в траву.

Вот только не почувствовала земли.

Мое тело продолжало падать, а чудесный летний пейзаж сменился темнотой.

Мимо меня проносились мгновения моей жизни. Вот я, еще совсем маленькая, пытаюсь сделать свои первые шаги. Вот мама и папа ведут нас с Алекс в школу, и мы, счастливые, с букетами в руках, гордо идем на свою первую линейку. Вот наша семья подъезжает на машине к Замку Рыцарей Ночи, а сейчас мой первый поцелуй. А вот и Алекс, закутанная в плед и сидящая с чашкой какао, рассказывает мне об Игоре.

Стоп! Неужели…

Я поняла, что погружаюсь в глубину своего сознания, в самые тайные уголки своей души. Мне стало несколько страшно, и я даже подумывала о том, чтобы попытаться проснуться, но затем решила рискнуть и посмотреть, что же будет дальше.

Словно Алиса, падающая в кроличью нору, я летела вниз, и, казалось, что конца этому полету не будет. Однако через мгновение увидела взмах крыла. Он был похож на яркую вспышку, но ошибки быть не могло — это было крыло. Ярко-голубое, как… Да, ведь оно было похоже на крыло моего двойника. Я летела дальше и вглядывалась в темноту, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь еще. Вот увидела еще одну вспышку, и еще, и еще. Теперь мне точно удалось различить крылья по обе стороны от меня. Моему удивлению не было предела. Я попыталась сосредоточиться и призвать своего двойника.

Через несколько мгновений возникло ощущение чего-то мягкого и пушистого под собой, а затем и очертания стали различимы.

Невероятно! Необычное животное парило подо мной. Его окраска была голубоватой, а от всего облика исходил такой чудесный свет, что невозможно было не любоваться им. Я поняла, что это и был мой двойник, и, пытаясь установить с ним связь, обхватила его за шею и доверилась его чутью.

Мне удалось почувствовать, что этот жест расположил его ко мне, и движения его тела стали более уверенными. Кто бы мог подумать! Я летела на спине чудесного животного, которое было моим двойником. Меня захлестнула эйфория. Думаю, что это чувство мог понять только нуар, все мысли и поступки которого были направлены длительное время лишь на то, чтобы призвать своего зверя.

В той кромешной тьме, когда только сияние, исходящее от тела моего двойника, освещало наш путь, я вдруг увидела маленькую светящуюся точку. Она, казалось, двигалась к нам. Но затем мне стало понятно, что это была не точка. Ведь это выход из той Тьмы, которая жила в моей душе. Светящееся пятно с огромной скоростью приближалось к нам, и мне показалось, что столкновение неизбежно. И в это же самое мгновение мы оказались на вершине холма.

Внизу простиралось поле, похожее на то, которое было в начале моего сна. Я огляделась. Здесь было так красиво, что сводило дух. Меня захлестнули эмоции, и в глубине моего сознания возникло ощущение свободы, такой, как в детстве.

Двойник помог мне спуститься со своей спины, и через мгновение мои ноги ощутили твердую поверхность.

— Нравится?

От неожиданности я подпрыгнула. То, что двойник — это часть меня самой, было понятно, но то, что он станет со мной разговаривать, оказалось огромной неожиданностью.

— Ты не должна удивляться моим словам, — произнес он, — сегодня тебе удалось впервые взглянуть внутрь своей души. Эмоции, которые ты ощущаешь, позволили мне на какое-то время обрести дар слова, но так будет лишь в этот раз.

Пока я стояла, пораженная всем происходящим, успела его разглядеть. Это было чудесное существо. Подобных зверей мне еще никогда встречать не приходилось. На сильном львином теле была голова и крылья орла. Мощные лапы, оканчивающиеся хищными когтями, держали его огромное тело. От него исходило такое сияние, что мне хотелось все больше любоваться им. Это было поистине чудесное создание, и во мне росло чувство гордости за то, что оно было моим творением.

— Вы все можете говорить? — опомнившись, спросила я.

— Нет, — последовал ответ, — мои слова звучат в твоем сознании оттого, что ты слишком много пережила этой ночью.

— Значит ли все это, что мне удалось пройти Инициацию, и могу теперь тебя вызывать, когда возникнет необходимость? — с надеждой поинтересовалась я.

— Да, ведь все это зависит теперь только от тебя самой. Ты смогла познать себя настолько хорошо, что призвала меня.

— Да, я знаю, — мне уже не терпелось рассказать обо всем Алекс и Игорю, и зверь почувствовал мои колебания.

— Забирайся, — сказал он.

Я забралась к нему на спину, и он спрыгнул с горы.

Тот, кому довелось летать, никогда не забудет это ощущение. Ты как будто рождаешься заново. Летишь, оставляя позади все свои проблемы, и перед тобой — только чистое небо и свежий ветер.

Я крепко держалась за шею своего двойника и ощущала единение с ним.

Мы пролетали над этим полем, и мне стало понятно, что я наконец-то разобралась в себе. Теперь моя душа стала открытой, и осознание всего этого одурманило меня.

Я и мой зверь парили под облаками, и в этот миг были едины.

Но вдруг на горизонте возникло облако. Мы летели ему навстречу, и нас обдало потоками холодного воздуха. Облако все росло, увеличивалось в размерах, и занимало все большую часть чистого неба. Холодный ветер растрепал мои волосы, и мы вынуждены были снизиться.

Над нами прогремела молния, и изогнутой линией коснулась земли.

Мне стало не по себе.

— Давай вернемся, — попросила я.

Мой двойник, почувствовав тревогу, послушно повернул к утесу, и, найдя неровный край, спрятал меня, накрыв своими крыльями.

Раскаты грома становились сильнее, и я начала дрожать. Звуки молнии перемешались со страхом, и мне показалось, что в этом громе кто-то зовет меня по имени.

Поначалу, конечно, я не поверила своим ушам. Кто мог проникнуть в мой сон, если здесь был лишь двойник?

Но голос становился все настойчивее, и вскоре мне показалось, что мне доводилось слышать его прежде.

Но где?

Вновь и вновь я различала свое имя, и, наконец, поняла, кому принадлежал голос.

Это была моя сестра. Она звала меня.

Я нехотя вслушалась, и от очередного толчка все-таки проснулась.

Первое, что увидела — это испуганное лицо сестры.

— Алекс, — попыталась успокоить сестру, думая, что все из-за того, что я беспокойно спала, — все в порядке, просто мне снился странный сон.

Но лицо сестры стало еще более беспокойным, и я увидела, что она смотрит не совсем на меня, а немного в сторону.

Только сейчас до меня стало доходить, что моя комната была озарена мерцающим блеском, исходящим оттуда, куда смотрела сестра. Как будто сотни маленьких звездочек светили здесь своим холодным голубым сиянием.

Голубое сияние. Где-то я это уже видела. После сна я была немного растерянной, и постаралась проследить за взглядом сестры.

Посредине комнаты стоял он. Мой двойник.

Я была так удивлена, что не могла поверить своим глазам. Сначала у меня возникла мысль, что это все еще длиться мой сон, и решила подремать еще, но Алекс с ужасом дергала меня за руку, и указывала как раз на него.

Я вмиг села на кровати и вгляделась в своего двойника. В реальной жизни он выглядел еще лучше, чем во сне. Чуть выше человеческого роста, зверь был переполнен благородства. Конечно, я понимала, что для человека, который не знал о моем двойнике, вид этого зверя должен был показаться ужасающим. Я представила себя на месте Алекс, и поспешила ей все объяснить.

По мере моего рассказа ужас начал постепенно сходить с лица сестры, но я решила, что будет лучше отозвать его. Сосредоточившись, я настроилась на своего двойника и попросила его опять стать частью моей души.

Думаю, будет лишним упомянуть то, что остаток ночи в комнате никто не спал. Мы с сестрой бесконечно обсуждали все происшедшее, и радовались моей Инициации. Где-то, в глубине души, я еще не совсем верила, что это произошло, но сестра была свидетелем событий, и постоянно напоминала мне о них.

В эту ночь я узнала для себя много нового. Окунувшись в наше счастливое детство, я смогла заглянуть глубоко в свою душу и призвать двойника.

Осознание своего успеха сделало меня счастливой. Такой можно быть лишь в очень редкие моменты жизни.

Глава 12

Опасность дарит новых друзей

На следующий день после того, как прошла моя инициация, я бежала в класс, где проходили мои занятия по Воззванию к Тьме. Влетев в комнату, я крикнула:

— Игорь, где ты?

Наставник появился почти сразу же. Он был так напуган моей взволнованностью, что подумал о нехорошем. Но, увидев на моем лице радостное возбуждение, догадался:

— Неужели…

Полянский подбежал ко мне и скомандовал:

— Показывай!

Меня долго упрашивать не было нужно. Сконцентрировавшись на том, чтобы нащупать движения своего двойника, мне удалось уловить его присутствие почти сразу же. Я приказала своему зверю появиться. На это мне понадобилось несколько секунд, после чего рядом возник мой грифон во всей своей красе.

Было заметно, что Игорь искренне радовался за меня. Ведь к этому моменту мы уже были хорошими друзьями, и, кроме того, его ученица первой прошла Инициацию. Мой наставник обошел двойника вокруг, чтобы хорошенько его рассмотреть.

— Ты знаешь, что звери, способные летать, бывают крайне редко. Первое и одно из немногих достоверное упоминание о таком двойнике принадлежит к эпохе Георга Четверорукого, то есть, твоего предка. Кстати, именно он смог собрать наш народ в единое целое. Возможно, это знак свыше.

— Какой еще знак? — удивилась я.

— Может быть, именно для тебя уготована Судьба окончательно объединить нуаров, — пояснил мой учитель, — и привести их в счастливое и светлое будущее.

Я задумалась над словами Игоря, но понять или осознать их, наверное, до конца не могла. Мне хотелось лишь ликовать оттого, что моя мечта исполнилась.

— Ты пока тренируйся, а я доложу отцу о твоих успехах, — сказал Игорь, — мы должны объявлять о произошедшей Инициации.

Я кивнула и продолжила занятия. Игорь вышел из комнаты, и его не было где-то около часа. Когда он вернулся, наше занятие уже подходило к концу, и учитель отпустил меня пораньше.

— Игорь, скажи, — начала я, — я могу тренироваться со своим двойником на свежем воздухе, если это будет проходить недалеко от леса? Там я чувствую себя лучше, чем в пыльных тренировочных залах.

— Можешь, — ответил наставник, — у нас разрешены тренировки в свободное время в любом месте. Главное, чтобы никто не пострадал. Да, и помни: если будешь тренироваться вблизи леса, не подходи слишком близко к сторожке.

— Почему? — удивилась я.

— Просто потому, что вблизи ее заканчиваются наши охраняемые территории, и там может быть опасно. В любом случае, старайся постоянно находиться в пределах видимости нашей охраны. Обещаешь?

Голос моего учителя был настороженным, и я пообещала ему, что не буду подвергать себя опасности. Было время обеда, так что задерживаться в классе я не стала, а направилась в другой корпус.

В столовой, как обычно, вся наша компания была в сборе, да еще и осведомленная Алекс о моих успехах. Все ребята искренне радовались за меня. Мы выбрали себе еду, и принялись уплетать ее за обе щеки, делясь друг с другом последними новостями.

— Я слышала, что до Ядвиги дошли слухи о твоей успешном Воззвании к Тьме, — сказала мне шепотом Юля, — она вне себя от ярости.

— Говорят, — добавила Алекс, — что она сама вот-вот пройдет Инициацию. Только вышла одна маленькая неприятность: наша зазнайка думала, что успеет первой.

— Да, — задумался Леша, — получилось так, что ты утерла ей нос. А она этого так просто не оставит.

— Эй, тише, — зашипела на нас Юля, — Оранская идет прямо к нам.

Мы по возможности сделали вид, что не обсуждали ее последние двадцать минут, и продолжили наш обед.

— Слышала, что ты прошла Инициацию, — язвительно сказала Оранская, — так вот, я тоже. Может быть, на выходных встретимся где-нибудь, недалеко от леса, и покажем друг другу наших двойников?

— Мы, конечно, можем встретиться, — ответила ей я, — но выйдет очень неловко, если твой двойник до этого времени не откликнется на зов.

Наша компания засмеялась, и это очень не понравилось Ядвиге.

— Ты, возможно, не расслышала моих слов, — злобно произнесла она, — я уже прошла Инициацию…

Мне пришлось прервать монолог Оранской:

— В следующий раз, когда будешь врать, делай это более профессионально. К выступлению нужно готовиться. Твой учитель, если бы ты прошла Инициацию, уже доложил бы об этом господину Полянскому, и слух об этом разлетелся так же, как и о том, что моя Инициация уже завершена. Так что если ты действительно хочешь мне что-то показать в эти выходные, иди тренироваться. А то будет очень неловко.

Смех за нашим столом стал совсем явным. На нас стали оборачиваться другие ребята, и позор Оранской мог открыться. Поскольку она не была глупой, то не стала дожидаться поддержки своей компании, чтобы не раздувать скандал.

— В субботу в восемь вечера, — с угрозой произнесла Ядвига, — недалеко от старой сторожки. И не забудь: приходим одни, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Отлично, — улыбнулась я, — только вот если у тебя не будет свидетелей, то как же ты потом будешь хвастать о своей быстрой расправе надо мной?

— Можешь не переживать, твое поражение будет заметно, — с этими словами она отошла к своему столику.

— Похоже, ребята, мы здорово ее рассердили, — сказала я своим, — на такое унижение — быть словленной на вранье про Инициацию — она не рассчитывала, когда пришла вызвать меня на поединок.

— Да, но ведь Оранская сама виновата, — заступилась за меня Алекс, — уже просто надоела со своими придирками к тебе. Бывают же такие люди, которым очень не нравится успех других.

— Ладно, — сказала я, справившись со своей едой, — пойду тренироваться, чтобы не ударить лицом в грязь в субботу.

Мы еще раз посмеялись, и я отправилась в маленький зал для того, чтобы поработать со своим двойником. Конечно, делалось все это не затем, чтобы победить Ядвигу. Да и выигрывать у нее это пари мне особо не хотелось. Как-то глупо все вышло. Единственное, что волновало меня сейчас — это предстоящий Турнир. Однако он должен был состояться еще не скоро, и времени у меня еще было с запасом.

Решено было тренироваться изо всех сил, потому что мои достижения должны быть наголову выше, чем у других. Еще с детства у меня возникла привычка ставить себе высокую планку, и мне хотелось непременно всего этого достичь.

Я тренировалась до самого вечера, затем сходила на ужин и вернулась в свою комнату. У меня было еще несколько часов перед сном для тренировки заклинаний.

В тот вечер я легла спать лишь тогда, когда сил у меня уже ни на что не оставалось. Может, для кого-то это и было бы уже слишком, но мне такое состояние нравилось. Оно явно означали одно: когда я вот так устала, уже никакие сновидения не будут лезть в мое сознание. Как только голова коснулась подушки, я провалилась в спасительную темноту.

Как ни странно, даже не смотря на то, что я вчера так устала, да и спала немного, утром в моем теле не чувствовалось усталости. Передо мной стояли четко поставленные цели, и мне было известно, как их добиться. После завтрака я прямиком отправилась в зал для тренировок, где целиком отдалась занятиям. Затем в расписании стояло занятие по изучению других культур, то есть устройству жизни в других Кланах.

Сегодня у нас было изучение Клана Зверей Крови. Вел эти занятия мистер Леонард Гордан, специально приглашенный в наш Замок. Он был высокого роста, широкоплеч и довольно хорош собой. Ему было около тридцати — тридцати пяти лет, и ни одна девушка из нашего Клана не могла спокойно сидеть на его занятиях. Все дело в том, что представители его народа всегда отличались огромной силой и мужественностью черт, так как были наделены ими от природы так же, как и мы — умением призывать двойника. Однако было в них и то, что ускользало от поверхностных взглядов воздыхательниц, которые они бросали с некоторой долей обожания на таких мужчин.

Была во внешнем виде мистера Гордона некая особая жесткость, которая, как я полагала, тоже передалась ему с кровью предков. Помня, что именно Звери Крови подняли мятеж против моих родителей, я привыкла с особой осторожностью относится к любому из их представителей, каким бы хорошим он не казался.

Войдя в аудиторию, мистер Гордан представился:

— Добрый день. Как всем вам известно, раньше наш народ был единым целым благодаря Георгу Четверорукому. Именно этот нуар вошел в историю как правитель, впервые приведший нацию к консолидации. Однако после страшных событий, произошедших тринадцать лет назад, мы опять стали существовать как отдельные четыре Клана. Самые прогрессивно мыслящие из нас все-таки надеются, что еще наступит тот день, когда мы объединимся под одним знаменем. Поэтому в каждом Клане изучают также традиции других для того, чтобы мы когда-нибудь смогли возродить то, что было утеряно в Ночь Переворота.

Мистер Гордан хотел сказать нам еще что-то, но его прервал другой преподаватель, который вошел в класс и попросил минуту внимания:

— С сегодняшнего дня мы будем каждую лекцию объявлять о прошедших Инициацию. И вот первые из них — Летиция Ноэль и Ядвига Оранская.

Нуары, которым еще не удалось достичь таких успехов в обучении, с любопытством оборачивались на нас и аплодировали нашей удаче.

Затем учитель, объявивший имена, продолжил:

— Мы надеемся, что в скором времени ваши прохождения Инициации будут объявляться почти каждый день. Администрация Замка желает всем успехов!

За всеобщим гулом я обратила внимание на то, что Ядвига, сидевшая впереди меня, обернулась и самодовольно кивнула мне.

"Да, целеустремленности этой девушки можно только позавидовать", — возникла мысль у меня в голове.

Остаток занятия прошел без каких-либо происшествий. Я старалась внимательно все слушать, и записывала наиболее важные моменту — ведь не за горами мой отъезд в этот Клан.

После окончания лекции мы собрались в столовой. Ядвига больше не подходила к нашему столу, но я знала, что наш уговор насчет субботы остается в силе. Она лишь несколько раз победоносно обернулась, будто давая понять, что своих слов на ветер не бросает.

После ужина у меня опять были тренировки. Эти самостоятельные занятия растянулись, надо сказать, на всю неделю и на весь день субботы.

В семь часов я решила направиться к месту нашей с Ядвигой встречи и нарочно вышла пораньше, чтобы прогуляться и подышать свежим воздухом.

Погода стояла морозная. Но хорошо одно: ветер не дул, и поэтому гулять было приятно. На землю выпал снег. Снежинки продолжали падать, кружась в каком-то замысловатом танце, а затем, собираясь в группки, падали на сугробы. Дорожки здесь были не прочищены, потому что мало кто мог сюда забрести, да к тому же вечером. Уже стемнело, и все вокруг сверкало, как будто усыпанное блестками. Я радовалась, что пришла заранее. Мне нравилось иногда гулять в одиночестве. Это помогало забыть о повседневных проблемах и привести свои мысли в порядок. Я довольно долго бродила, как вдруг услышала позади себя скрип снега под чьими-то ногами.

Обернувшись, я увидела Оранскую, которая тоже почему-то решила придти пораньше.

— Неужели тебе не сиделось дома, — расстроилась я своему нарушенному единению, — а мне хотелось хоть немного побыть здесь в одиночестве.

— Вообще-то я тоже на это рассчитывала, — обозлилась Ядвига, но, взяв себя в руки, продолжила, — но, поскольку мы обе здесь, может, начнем?

— Начнем что? — ее фраза была мне непонятна, — Если ты хочешь драться всерьез, то я — пас.

— Испугалась? — ехидно спросила Ядвига.

— Нет, — мой спокойный тон явно ее злил, — просто ты должна понимать, что за такую дуэль нас по головке не погладят…

— Понимаю, — сказала Ядвига, — тебе как будущей "великой" правительнице не нужны подобные конфликты со своими подданными.

— Неужели ты настолько глупа, что думаешь, будто я считаю себя такой необыкновенной, — достучаться до нее не представлялось возможным, — мне действительно не хочется вступать в конфликт.

— Ты постоянно находишься к каком-то ареоле особенности, — крикнула Ядвига, — но никогда не хочешь действительно доказать, что ты такая!

— Это потому, что мне нечего доказывать.

— Тогда я кое-что тебе докажу, — сказала Оранская, и призвала своего двойника.

Им оказалось странное и отвратительно ужасное существо. До сих пор я такого не видела. Обычно двойники похожи на каких-либо зверей либо человека, но это было совсем иное. Оно было светящегося зеленого цвета. Тело его было составлено из лап, которые отходили под разным углом. Над всем этим возвышалась голова, похожая на баранью, отчего неприятное ощущение только усиливалось.

Видя мое замешательство, Ядвига попыталась вынести из этого выгоду. Она приказала зверю подобраться еще ближе ко мне, постепенно оттесняя меня к лесу и к старой сторожке. Я вдруг вспомнила, что мне говорил об этом месте Игорь, и попыталась образумить ее. Но ничего уже не действовало. Опьяненная своей силой, Оранская приказала двойнику броситься на меня. Я воззвала к своему Зверю, но понимала, что не успеваю. Поэтому, пока он не пришел, единственным спасительным решением был для меня следующий план: дав подобраться к себе как можно ближе, я обманула двойника Ядвиги. В последний момент мне удалось навзничь прыгнуть в сугроб, так что монстр пронесся мимо меня.

И тут случилось непредсказуемое. Подойдя слишком близко к сторожке, он наткнулся на преграду. Навстречу ему откуда-то появился другой зверь, который, не дав Оранской опомниться, сцепился с ее двойником. Я понимала, что исход поединка зависит от того, кто из владельцев сильнее и видела, что удача не на стороне Ядвиги. У меня оставалось несколько секунд на раздумья. Ведь урон, приносимый двойнику, передается и его хозяину. Увидев, что Ядвига слабеет у меня на глазах, я приказала своему грифону броситься на помощь ее зверю. Выполнив мое распоряжение мгновенно, мой двойник поднялся ввысь, и атаковал врага с воздуха. Схватка могла обернуться в нашу пользу, как вдруг из темноты появился нуар, который призвал обратно своего зверя.

— Что вы тут делаете? — гневно закричал он, — на эту территорию строго запрещается заходить, если не хотите проблем.

— Простите, пожалуйста, господин, — сказала я, — мы не заметили, как зашли сюда, — и уже уходим.

И, подхватив Оранскую под руку, я быстро зашагала в сторону спальных корпусов.

Она была настолько потрясена этим событием, что не сказала ни слова до тех пор, пока мы не пришли в мою комнату. Усадив ее на диван, я сказала:

— Сейчас сделаю тебе чай.

Пока заваривался ароматный напиток, Ядвига молчала.

— Держи, — протянула я ей чашку, — ты должна это выпить.

— Ты спасла меня, — тихо сказала Оранская.

Эти слова меня так поразили, что я подумала, будто ослышалась.

— Что-что? — уточнила я.

— Ты спасла мне жизнь, — чуть громче сказала Ядвига и посмотрела мне прямо в глаза. — Никогда не думала, что скажу это, но я говорю тебе спасибо.

— Но…

— Нет, ты должна меня выслушать, — начала Оранская, — я принадлежу к древнему роду Рыцарей Ночи, и мои родители учили меня, что мы всегда должны быть первыми. Я пришла в Клан для Инициации, и строила большие планы на будущее. И тут ты. Та, которой более высокое положение в мире нуаров дано от рождения. Твоя Инициация прошла раньше моей. Зависть переполняла мое сердце, понимаешь? И поэтому построила в своей душе твой образ, с которым мне удобно было жить. Я сказала себе, что ты заносчивая и что не достойна того, что у тебя есть.

— Но ведь у меня ничего нет, — с обидой сказала я, — ни родителей, которых у меня отняли, едва я успела их узнать; ни будущего, в котором был бы уютный дом и семья; ни даже своего Клана — ведь, пройдя Инициацию здесь, я должна буду отправиться в другое место. Чему же тут можно завидовать?

— Теперь, увидев тебя по-новому, я все это понимаю, — раскаивалась Оранская, — и вижу, как была неправа. Особенно сегодня. Но я рада, что все так произошло. Ведь иначе мне никогда не удалось бы взглянуть на тебя с другой стороны. Понимаю, что причинила тебе много страданий, но сегодня прошу за все это прощения. И я знаю, что навсегда останусь у тебя в должниках за это. Если можешь, поверь мне.

Я стояла как вкопанная. Таких проникновенных слов мне вообще ни от кого не приходилось ожидать. А тем более от нее. От моего главного неприятеля в этом Замке. Наверное, молчание мое затянулось, и Ядвига расценила это как отказ.

Она встала и сказала:

— Мне понятно твое нежелание принять мои извинения…

— Нет, все вовсе не так. Просто я немного шокирована. Присядь. Мне тоже хотелось бы извиниться перед тобой за все обиды, которые приносила тебе в ответ. Я ведь тоже могла набраться смелости, и поговорить с тобой обо всем. Однако не сделала этого. Моей вины во всем этом не меньше, чем твоей.

Моя рука прикоснулась к руке Оранской, и это было странно. Странно чувствовать, как в душе возникают дружеские чувства по отношению к человеку, которого все это время ненавидела. Я продолжила:

— Ты мне ничего не должна. Я тоже очень рада, что все так вышло. И поэтому предлагаю не терять всю прелесть этого момента.

Ядвига явно не понимала, к чему я клоню, но напряженность уже покидала ее.

— Предлагаю тебе дружбу, как ты на это смотришь?

— Скажу, что это очень странно. И скажу, что завтра все будут удивлены, если не шокированы, когда мы будем обедать за одним столом и делиться последними новостями. Но, думаю, все же стоит попробовать. Сегодня мы открыли себя друг для друга, и ты мне кажешься хорошим человеком. Значит, друзья?

— Друзья! — уверенно ответила я. — Будешь еще чай?

Моя новая подруга кивнула, и мы разлили остаток напитка по чашкам.

Глава 13

И еще тайны…

На следующий же день я поспешила к Игорю, так как хотела узнать о том, что случилось. И хотя занятий с ним сегодня не было, мне очень хотелось его увидеть. Я пришла в нашу классную комнату, но никого там не нашла. Попыталась найти его в столовой, спортзале, библиотеке — все зря. Не зная, где мне его еще можно искать, я осмелилась спросить об этом господина Полянского. Как всегда, в приемной сидела секретарь, которая сказала, что немедленно обо мне доложит. Я осталась ждать, и через несколько минут мне разрешили пройти в кабинет к Полянскому.

— Добрый день, Летиция Ноэль, — обратился ко мне Глава Рыцарей Ночи, — чем могу быть обязан?

Я ответила на приветствие, и добавила:

— Я ищу господина Игоря Полянского, но никак не могу его найти. Может, вы могли бы мне в этом помочь?

— Конечно, вот только разрешите поинтересоваться, по какому вопросу?

Вообще, врать я не любила, однако, правда господину Полянскому вряд ли бы понравилась, поэтому я решила ответить:

— Это все по поводу моей Инициации, я ведь недавно только ее прошла, и теперь хотела бы кое-что уточнить. Сегодня занятий по Воззванию к Тьме у нас нет, а мне не терпится получить ответ на свой вопрос.

— Быть может, я смог бы удовлетворить ваше любопытство…

— Конечно же, смогли бы, — ответила я, чтобы не обижать его, — но я считаю, что для успешного обучения ученик должен постоянно поддерживать контакт с учителем.

Произнеся эти слова, мне вдруг вспомнилось, что моя сестра поддерживает слишком тесный контакт с сыном Полянского без какого-либо ведома последнего. Меня несколько смутило то, что об этом факте не знает отец Игоря, однако, я понимала, что он был бы против этих отношений.

Увидев мое замешательство, господин Полянский расценил его по-своему:

— Я, конечно, понимаю, что становлюсь на очень зыбкий путь, однако, как отец, не могу иначе, — стараясь быть корректным, Глава Клана добился скорее эффекта плутоватости, — может, мне следует ожидать скорого сближения с вашей семьей?

Пока до меня дошел весь абсурд его предположения, прошло некоторое время. Внутри все даже передернулось от одной мысли об этом.

— Что вы! — я даже отмахнулась. — Ваш сын — хороший человек, но нет…

Будучи хорошим психологом по части человеческих отношений, господин Полянский понял, что я его не обманываю. По его лицу я прочла, что это несколько расстроило его, и про себя улыбнулась. Вот так планы об увеличении границ власти рушатся прямо на глазах. Полянский хотел, чтобы у его сына завязались отношения с представительницей Клана Единения, а получилось так, что Игорь выбрал себе простую девушку из Рыцарей Ночи.

— Что ж, — немного расстроился Полянский, — я сейчас же позвоню Игорю, и он придет в вашу классную комнату для разъяснения всего, что было непонятно. Вы пока можете присесть.

Я послушно заняла место напротив его стола и вопросительно посмотрела на правителя Клана.

— Мне рассказали, что вы искали древнюю книгу о нуарах. В ней искали что-то особенное, или читали ее для себя?

— Мне бы тоже хотелось с вами об этом поговорить, — во мне загорелся огонек интереса, и разговор продолжился: — Я искала упоминания о моей семье, и, в частности, о древнем Талисмане.

Нужно сказать, что Полянский обладал огромной выдержкой. За время моего маленького рассказа на его лице не дернулся ни один мускул, хотя он наверняка был в курсе событий. Тогда я решила, что буду играть с ним по его же правилам.

— Так вот, мне удалось найти совсем немного об этом волшебном украшении, и не знала, у кого мне можно расспросить о нем. Может быть, вы мне сможете помочь?

— А что говорил вам о нем отец? То есть, ваш теперешний отец. Простите, но не знаю, как правильно сказать…

— Ничего, ведь именно они с мамой стали мне настоящими родителями после той трагедии, — успокоила я Полянского, — отец рассказал мне только ту малость, которую знал. Он упомянул, что Талисман каким-то образом помогает увидеть, как на самом деле относится к его обладателю любой человек или нуар. Но он сказал, что имеет об этом весьма смутное представление, потому что особенно не вникал в эти вопросы из-за ненадобности. Вендли были верными друзьями моим родителям из Клана Единения, и не могли представить, что Талисман будет когда-то утерян. И еще меньше они могли подумать о том, что когда-нибудь им придется разъяснять мне его свойства, чтобы помочь найти.

— Помочь найти, — повторил за мной Полянский, — думаю, что тот, кто его украл, позаботится, чтобы вы его не нашли…

— Я это понимаю, но в то же время мне стала известна удивительную вещь об этом Талисмане: он раскрывает свои способности только тому, в ком есть частички душ, оставленных в его глубинах.

Говоря все это, я следила за изменениями на лице Полянского. Опять ничего. И как ему это удается? Во мне жила уверенность в том, что этот старый волк кое-что знает, но он сохранял невозмутимое спокойствие. Чтобы не рассказать лишних подробностей, я встала и поблагодарила его за помощь.

— Если бы мог вам чем-то помочь…

Решив не разводить особенно любезности, я постаралась побыстрее пойти к Игорю.

Он уже ждал меня в классной комнате, и был несколько напуган тем, что я его разыскивала.

— У тебя, наверное, что-то серьезное, — сказал он, — раз ты осмелилась искать меня у моего отца.

— Успокойся, — ответила я, — мне действительно хотелось с тобой поговорить, но не следует так волноваться.

И, чтобы не тянуть время, я постаралась как можно четче и быстрее рассказать о вчерашнем Игорю. Знала, что он не выдаст нас с Ядвигой Совету, и поэтому могла полностью ему доверять. Рассказав обо всем, я спросила, почему внезапно какой-то охранник напал на Ядвигу. На лице Игоря читалось замешательство, и мне уже хотелось было пойти домой, чтобы не заставлять его обо всем рассказывать, но он все-таки пояснил.

— Этот охранник напал потому, что вы зашли на запретную территорию, — сказал Игорь, — я ведь предупреждал об этом.

— Но почему территория у Замка, расположенная у сторожки на окраине леса, так охраняется? — недоумевала я, — Что там скрывают Рыцари?

— Не на все вопросы мне можно тебе отвечать, — произнес учитель, — однако могу сказать, что вы слишком близко подошли к подземелью. Больше мне ничего нельзя тебе говорить, прости. Все сказанное мной является тайной нашего Клана, которую хранят члены Совета. И если же кто-то узнает о нашем разговоре…

— Не волнуйся за это, — успокоила я друга, — наш разговор не выйдет за пределы этой комнаты. Даже Алекс не узнает о нем. Но мне интересно, как далеко мог бы зайти охранник в защите тайны того места?

— Такого почти никогда не случается, — ответил Игорь, — но в других случаях, когда ученики вызывают двойников рядом со сторожкой, охранник зовет кого-то из членов администрации. Они вызывают этого ученика на Совет Клана, и там выясняют, было ли это случайностью. Но, в любом случае, хорошо это никогда не заканчивается. Вам крупно повезло, что такого не случилось. Наверное, он просто замешкался из-за того, что ваши сплоченные двойники чуть не одолели его. И теперь ему стыдно сказать кому-то из Совета о случившемся, так как его сменят. Поэтому и вы помалкивайте, и, главное, держитесь от того места подальше.

Я уверила Игоря, что мы так и поступим, и направилась в свою комнату.

По дороге мне встретился Ник. Он выглядел озабоченным.

— Летти, я не могу с тобой увидеться уже почти неделю, — взволнованно сказал он, — твоя сестра не знает, где тебя искать, да еще и эти ваши дуэли. Ты что, не могла меня предупредить?

— Ну, прости, пожалуйста, — я понимала, как виновата перед ним, — обещаю, что больше такого не повторится. Мне нужно многое с тобой обсудить.

— Тогда пошли в нашу беседку, — предложил Николас.

Мы направились к этому месту, которое было хранилищем всех наших тайн. Время уже шло к вечеру, и на улице стемнело, так что можно было смело быть здесь, не боясь, что нас кто-то узнает. Единственное, что было против нас — погода. Шел снег, и на улице было довольно холодно. Мы не могли просидеть здесь целый вечер. Время наше было ограничено, и это расстраивало меня.

Сев рядом, Ник обнял меня. В такие моменты я забывала обо всем на свете. Мне казалось, что во всем мире кроме нас ничего нет, и от этого чувства становилось тепло. Было известно, что скоро нам предстоит разлука, однако думать об этом не хотелось. Какое-то время мы просто сидели молча, и мне хотелось, чтобы так было всегда. Но я понимала, что Ник беспокоится, поэтому начала свой рассказ. Мне пришлось без утайки рассказать ему обо всем: о событиях последней недели, о вчерашней ссоре с Ядвигой, об охраннике из старой сторожки и о том, что узнала сегодня. Конечно, я обещала Игорю, что никому ничего не расскажу, но Ник был частью меня самой. От него мне не удавалось ничего утаить. Да и зачем? Словно глядя мне в душу, он замечал малейшие изменения моего настроения. Он видел даже то, что я пыталась скрыть от самой себя.

Выслушав меня до конца, голос любимого отражал волнение:

— Как вы могли быть такими неосторожными, — упрекнул он меня, — а что, если охранник все-таки решит обо всем рассказать Совету? Что тогда вы будете делать? Вас могут исключить из участия в Турнире, а для тебя это означает многое.

— Милый, — нежно сказала я, — успокойся. Я тоже понимаю всю ответственность, которая ляжет на мои плечи в том случае, если все раскроется. Но ведь это было случайностью. Впредь я обещаю тебе быть осторожной, договорились? Да и надо сказать, что лишний друг мне не помешает. Тем более, из числа тех, кто раньше был моим врагом. Мне во всем случившемся видится только хорошее.

В подтверждение своих слов, а также для того, чтобы немного успокоить своего любимого, мои губы нашли его. Находясь сейчас в его объятиях, я не понимала, как без них прошли все эти дни. Какие у меня могли быть заботы помимо того, чтобы чаще быть рядом с Ником.

Еще какое-то время мы сидели вместе в нашей беседке, пока снег не усилился. На улице был вечер, и больше оставаться здесь нам было нельзя, тем более, что завтра будет понедельник — первый день рабочей недели.

— Пора, — с сожалением сказала я, — завтра рано вставать.

— Я провожу тебя до спального корпуса, — безапелляционно произнес Ник, — не волнуйся, будем соблюдать осторожность.

Мы пошли к корпусу медленно, чтобы дольше насладиться общением друг с другом. Когда ты занят чем-то своим, то не замечаешь, что творится вокруг. Вот и мы не заметили, как почти поравнялись с группой преподавателей из нашего Клана. Конечно, нельзя было допустить, чтобы о нас узнали. Ник принял решение использовать магию. Он был из клана Хранящих Элементалей, и поэтому погода, которая была в тягость людям, гуляющим на улице, только помогала ему. Николас вмиг поднял маленькую снежную бурю, которая скрыла наши фигуры от посторонних глаз, и помогла укрыться.

— Дальше ты должна идти одна, — на прощание поцеловал меня Ник, — я прослежу, чтобы с тобой все было в порядке.

Ответив на его поцелуй, я быстрым шагом направилась в корпус.

Глава 14

Проба сил

Неделю до этого дня я ходила как заведенная. Мне было известно, что события, ожидаемые мною, решат многое. Безусловно, все в тайне надеялись на успех, но страх не пройти состязание среди своей группы закрадывался в душу. Что же будет перед самим Турниром? Я успокаивала себя лишь тем, что времени до него еще много — в конце концов, сегодня лишь четвертое февраля, а Турнир назначен на первое мая.

Сегодня, как мы нервно шутили, настал "судный день".

Я, Юля и Леша собрались в назначенное время в Малом Зале. Поскольку сейчас было время состязаний, то все лишнее из него вынесли, оставив посреди помещения лишь круглую площадку для выступления. Вокруг нее, на равном расстоянии от центра, располагались три дивана разных цветов — красного, синего и белого. Это были места для Соревнующихся и их Наставников. За каждым из них располагался сектор стульев такого же цвета для болельщиков. Мест было немного, что-то около десяти для каждого участника, и поэтому, чтобы убрать лишнее волнение, наблюдать за происходящим допускались лишь те ученики, которые к этому моменту уже прошли Инициацию.

Форма, которую мы надевали перед состязаниями, оставалась у нас до Турнира и на последующие бои. Шилась она под заказ и состояла из штанов, куртки и защитного плаща. На спине у каждого был изображен герб, отражавший принадлежность участника к одной из семей Клана. Наша одежда заранее покрывалась защитными рунами, которые помогали избежать или снизить количество повреждений, полученных в поединке.

В группе сестры, Алекс и Патрик все еще не смогли призвать двойника, поэтому их состязание должно было состояться несколько позже, а она, единственная, кого мне хотелось видеть на своих местах, по правилам присутствовать не могла. Мне достался синий цвет формы и дивана, так что я, переодевшись, ждала начала. Сиденья начали заполняться, и позади меня устроились Кевин и Ядвига, которая уже прошла свое испытание, и набрала там больше всего очков.

Присутствие брата и новой подруги несколько успокоило меня, позволив чувствовать себя более уверенно. Моя попытка сосредоточиться на происходящем была не совсем успешной — сказывалось внутреннее волнение.

Юле достался белый цвет одежды, а Леше — красный. Мы все сидели на своих местах в ожидании поединка. Через несколько минут после того, как зал, наконец, заполнился, к нам подошли наставники.

Игорь улыбнулся мне и тихонько произнес:

— Не волнуйся, ты со всем справишься, — мягкий голос друга и учителя настроил меня на позитивный исход дела, — к тому же это еще не сам Турнир. Сегодня в бою сойдетесь лишь вы трое.

— Я и сама понимаю все это, однако волнение за то, что к моим поступкам будет привлечено слишком много внимания, несколько пугает меня. Сам понимаешь, сегодня старейшины Клана смогут впервые самостоятельно оценить будущую правительницу.

— Летти, не давай своим страхам повлиять на мнение Совета. Рассуди сама: ты первая прошла Инициацию, и, следовательно, у тебя было больше всех времени на подготовку, — продолжал ободрять меня Игорь, — не думай, что выступление пройдет плохо, я в этом уверен.

Игорь незаметно для остальных взял меня за руку, и неприятные тиски, сжимающие грудь, почти отпустили меня. Наверное, странно, что именно в этот момент, перед испытанием, я подумала, как повезло сестре с ее молодым человеком.

В эту минуту Совет решил открыть вечер:

— Приветствую всех на предварительном состязании, — раздался голос господина Полянского, — сегодня между собой будут соревноваться Алексей Молнин, Юлия Светляная и Летиция Ноэль.

С первых слов Главы Клана Рыцарей ночи в зале воцарилась тишина. Те, кто прошел Инициацию и собрался здесь, чтобы поболеть за нас, вспоминали свои состязания и думали о предстоящем Турнире. Наставники настраивали своих подопечных на спокойствие и внимательность. А мы, в свою очередь, ожидали своего часа.

Господин Полянский продолжил:

— Как все вы знаете, по традиции Клана, перед главным сражением мы даем возможность ученикам попробовать свои силы в бою и заработать очки для Турнира. Судьи будут оценивать внешний вид двойника, прочность связи и умение быстро использовать заклинания в бою. За каждое из этих качеств мы можем максимально поставить десять баллов, после чего эти оценки будут суммироваться, и вноситься в рейтинговый лист. Первые три места по итогам всех предварительных испытаний среди учеников получат преимущество в решающей битве. Если всем все понятно, прошу Состязающихся выйти в центр площадки.

Мы встали со своих диванов, и двинулись к центру.

— Каждый из вас должен встретиться с двумя другими противниками. Все встречи будут длиться ровно десять минут. После состязания мы объявим перерыв, а затем объявим результаты. Прошу пожать друг другу руки. Первыми вступят в сражение Летиция Ноэль и Алексей Молнин.

Юля прошла к своему дивану, а я и Леша остались на площадке. Мы разошлись в разные стороны, чтобы вновь сойтись в битве. По знаку Главы Клана нам было разрешено вызвать своих двойников. Поскольку до этого момента мне не приходилось видеть зверя Леши, меня одолевало любопытство. Но мне требовалось сдержать его и сосредоточилась на вызове собственного зверя.

Я закрыла глаза, и попыталась отрешиться от происходящего, как делала во время медитаций. Через мгновение внутри меня появилось едва ощутимое движение, которое позволило мне мысленно призвать своего двойника. Открыв глаза, я увидела знакомую картину: воздух вокруг меня задрожал и стал превращаться в темные ленты. Они окружали мое тело до тех пор, пока не достигли определенной плотности, затем, скопившись у груди, они, будто взрываясь, отпрянули в сторону, и, растворяясь, представили взору присутствующих моего двойника.

По залу прошел шепот. Все знали, что в истории нуаров крылатый грифон был лишь раз, и то только у короля-прародителя. Всем было также известно, что я являюсь наследницей престола, и что во мне течет кровь того самого правителя, однако увидеть такое никто не ожидал. Грифон гордо выпрямился, и распростер крылья. Размах их был достаточным, наверное, чтобы поднять в воздух человека, и мне пришла в голову мысль как-нибудь попробовать это. Ведь если когда-нибудь мне удастся подняться в воздух на своем звере, это даст значительное преимущество в бою над моим соперником. Однако для раздумий времени больше не оставалось. Грифон издал протяжный крик, которым показал, что готов к атаке.

Леша, мой соперник, несколько замешкался, вызывая своего двойника, так что у меня было несколько лишних мгновений, чтобы собраться с духом.

Но вот воздух вокруг него тоже задрожал, и появилось отражение его души. Это было странное существо. Оно было похоже на огромную кошку, только морда ее была не совсем обычной: вместо усов на землю спускались длинные отростки, напоминающие хлысты. Лапы его заканчивались огромными когтями, так что он, сам того не желая, оставлял следы на деревянной поверхности зала. Видно было, что нетерпение хозяина передавалось двойнику: в ожидании боя он размахивал этими отростками, и с силой ударял ими о землю. В общем, если бы это был не учебный бой, то его можно было испугаться, хотя я и сейчас понимала, что надо быть наготове.

Когда наши двойники стали рядом с нами, был отдан приказ приступать к сражению.

Я изначально выбрала для себя выжидательную тактику для этого боя, поэтому и сейчас не спешила торопить события.

Леша встал в атакующую позицию, и сосредоточился на передаче приказов своему двойнику. И пока тянулось это короткое мгновение, я решила пустить в ход свои козыри. В нашей группе у меня лучше всего получались заклинания, и, поскольку они разрешены в бою, самым правильным было начать именно с них. Моя рука твердо начертила символы защиты и нападения, которые мы освоили в самом начале обучения.

Слова четверостишья, которые я выкрикнула, как раз совпали с нападением противника. Огромная кошка, хищно изогнув свое тело в прыжке, натолкнулась на невидимую стену из защитного покрова. Непонимающе ударившись о блок, она стала ожидать дальнейших указаний от своего хозяина, который также не мог ожидать такой быстроты в установке оборонительного барьера.

Использовав это время себе на пользу, я приказала своему грифону атаковать. Мой двойник, расправив крылья, взлетел и стал нападать на кошку сверху. Каждый удар его мощного клюва ранил двойника Алексея все сильнее. Птица, почувствовав запах битвы, пыталась помочь себе когтями. Безусловно, возможность летать давала неоспоримое преимущество — как только двойник Молнина пытался ударить грифона своими плетями или зацепить когтистой лапой, мой зверь ловко уклонялся и возвращался лишь затем, чтобы нанести новый удар.

Уловив момент, когда противники должны были вновь сойтись, у меня возникло решение сыграть на внезапности и сменить тактику. Моим следующим ходом было нападение на Алексея. И, конечно же, при помощи заклинания. Я приказала своему грифону, как бы нацелившемуся на кошку, внезапно перелететь ее, после чего усилила атаку двойника текстом, помогающий ослабить силы противника. Алексей потерял на время контроль над ситуацией — и это сработало. Грифон, сделав обманный маневр, вернулся на исходные позиции.

Противник попытался начертить защитный знак, однако времени у него не хватило, и мой двойник сошелся с его зверем в схватке. Зная, что заклинания защиты, нападения и ослабления силы противника, произнесенные мною заранее, действуют, я уже понимала, что исход этой битвы был предрешен. И действительно, Леша еще продержался лишь несколько минут, после чего должен был сдаться, чтобы не истощить слишком сильно своего двойника и оставить силы для битвы с Юлей.

Раздались аплодисменты, и я с Молниным, отозвав своих двойников, пожали друг другу руки. Господин Полянский попросил нас занять свои места, пока жюри подсчитывало баллы.

Мы сели к своим преподавателям, и постарались немного отдохнуть, пока шло выставление оценок.

— Ты просто молодец! — еле сдерживался Игорь, — разгромила его, не дав парню опомниться. Не зря же говорят, что с женщинами лучше не связываться.

По лицу моего преподавателя было видно, что он искренне радовался моей победе.

— Брось, — ответила я, — просто сыграла на его неумении пользоваться заклинаниями, и в этом не было ничего сложного. Вот только Юле удается делать это почти так же хорошо, как и мне.

— Может, ее двойник окажется слабее твоего, — предположил наставник.

— Не знаю, мне хочется, чтобы все это поскорее закончилось, — прошептала я.

— Не хотелось бы тебя расстраивать, — произнес Игорь, — но с этими испытаниями у тебя все только начинается, и дальше будет еще сложнее. Сегодня вы пробуете свои силы среди друзей, в то время как на самом Турнире вас поставят в условия, близкие к реальным. Так что старайся набираться опыта: наблюдай за поведением противника, запоминай его ходы, ведь если вам придется встретиться на Великом бое, он, скорее всего, будет вести себя так же.

— Мне не хочется учиться воевать на своих друзьях, ведь мы с ними переживаем все вместе, — сказала я.

— Понимаю, — ответил Игорь, — но они, как твои друзья, должны знать, что через полгода тебе предстоит пойти в другой Клан для новой Инициации, и там очень пригодятся те навыки, которые ты приобретешь здесь.

Наши размышления прервал голос господина Полянского:

— Баллы распределились следующим образом. Алексей Молнин: внешний вид двойника — девять баллов, прочность связи — семь баллов, умение использовать заклинания — пять баллов; итого среднее количество баллов — семь. Летиция Ноэль: внешний вид двойника — десять баллов, прочность связи — девять баллов, заклинания — девять баллов; итого — девять баллов. Наши поздравления победительнице! Следующими вступают в бой Юлия Светляная и Летиция Ноэль.

Мы вышли на площадку, и, как в первый раз, стали ждать сигнала к вызову двойника. Когда он прозвучал, я быстро вызвала своего, так как связь с ним была уже налажена, и стала наблюдать за Юлей.

Она довольно быстро справилась с этой задачей, и возле нее возвышался огромный змееподобный зверь. Внешне он был похож на огромную кобру, только изо рта вырывались языки пламени. По бокам от туловища у него были две мощные лапы, а хвост украшала стрела. Тело змея находилось в постоянном движении: плавные волны сокращающейся мускулатуры не давали ему стоять на одном месте. Страх, который сковывал меня при виде змей, чуть не испортил весь поединок, однако я вовремя взяла себя в руки. Мы с моей подругой стояли друг напротив друга и ждали состязания.

Может, кому-то покажется странным то, что нас принуждали к соперничеству друг с другом, однако мы понимали, что такие тренировки необходимы. Все нуары еще помнили ночь переворота, и каждый пытался обезопасить себя, как мог. Еще перед поединком решено было во что бы то ни стало остаться друзьями, независимо от исхода.

Был подан сигнал к началу боя, и мы практически одновременно принялись чертить защитные символы. Зная, что Юля сильна в магии, я старалась сделать все быстро и четко. Обогнав соперницу на доли секунды, я приказала грифону напасть на огромного змея. Мой двойник, как и в первый раз, взмахнув крыльями, взмыл в воздух. Однако зверь Юли преподнес мне неприятный сюрприз: огромная змееподобная тварь изрыгивала из своей пасти целые клубы огня и дыма. Это усложняло задачу, ведь мой двойник не мог приблизиться к монстру на достаточное для атаки расстояние, не навредив себе.

Сообразив, что мое наступление вот-вот потерпит крах, я начертила на земле символ дополнительной защиты для двойника и символ, увеличивающий его силу. Передав знак к нападению, все внутри меня застыло в ожидании. Грифон, подобравшись ближе к змею, замахнулся когтистой лапой для того, чтобы нанести сокрушительный удар. Тварь отреагировала мгновенно, и послала в моего двойника огромный столб пламени. Но языки огня, обтекая, как по стеклянному шару, мое защитное заклинание, не смогли принести ущерб моему зверю.

Юля сообразила, что расклад перестал быть в ее пользу, и постаралась начертить защиту вокруг своего двойника. Однако драгоценное время было утеряно. Заклинание не успело подействовать, и мой грифон достиг цели: мощными ударами он нанес множество ран зверю Юли. Она была способной ученицей, и мы, наверное, могли бы продолжать так еще несколько часов, пока не истощили бы себя и своих двойников, однако прозвучал сигнал, оповещающий нас об окончании поединка. Мы улыбнулись в знак того, что наша дружба осталась прежней, и прошли к своим диванам.

Через некоторое время судьи объявили результаты: нам с Юлей присудили по девять баллов. Таким образом, я набрала практически максимальное количество очков, и могла рассчитывать на их помощь в Турнире. Сидя на диване, казалось, что уже все позади, и мне можно расслабиться.

Однако впереди оставался еще бой между Юлей и Лешей, и я переживала за них. Ведь оба были мне хорошими друзьями, а встать на чью-либо сторону — значит предать другого. Хотя я и болела за них одинаково, но в глубине души понимала, что Юля со своим зверем окажется сильнее, тем более что ее атака подкрепляется почти безупречным владением заклинаниями.

В самом начале их поединка Леша еще пытался при помощи мощных щупалец своего двойника ранить противника, не подходя к нему на близкое расстояние, однако он довольно скоро понял, что без быстроты магических слов ему не справится.

Думаю, мы все вынесли из сегодняшнего поединка один хороший урок — наше мастерство нуждалось в шлифовке, а навыки — в постоянной тренировке. На мой взгляд, уже ради этого стоило состязаться. Наверняка все осознавали, что, будь это настоящий противник, нам пришлось бы в сотни, а то и в тысячи раз тяжелее.

После небольшого перерыва присутствующим объявили результаты боя моих друзей: Юля получила девять, а Леша — восемь.

— Я поздравляю вас троих с успешным окончанием предварительного сражения. И пусть у кого-то баллы выше, а у кого-то ниже — вы должны знать одно. Выучив, как следует использовать магию и своих двойников, у вас будет шанс выжить самим и помочь своим близким, если Война за Корону возобновиться. Учите все не для того, чтобы пройти Турнир, а для того, чтобы защитить себя в случае опасности. У вас есть еще достаточно времени до основного сражения, так что используйте его с пользой. Благодарю всех, теперь вы можете отдохнуть.

Собравшись вместе, мы направились к своей беседке, чтобы немного посидеть и обсудить происшедшее. Удобно устроившись перед прудом, нам, наконец, удалось расслабиться.

— Как думаете, — спросил Леша, — я смогу пройти Турнир с первого раза?

— Конечно, сможешь, — заверили его мы, — только придется поднажать в том, что касается использования заклинаний.

— Вот это и есть самое сложное, — расстроился наш друг, — я столько прилагал усилий, а оказалось, что у меня ничего толком не выходит.

— А кто сказал, что будет легко, — слегка приобняв его за плечи, я попыталась немного ободрить друга, — нам следует уделять больше времени на подготовку, но мне кажется, что все будет хорошо. Не забывай, сколько новичков еще не прошло Инициацию, вот и группу Алекс еще не допустили до предварительных состязаний. У нас есть большое преимущество — впереди еще много времени для тренировок, и теперь мы знаем, что от нас будут требовать на Турнире. Было бы глупостью не воспользоваться этим.

— Надеюсь, что все то, о чем ты говоришь, сработает, — произнес Леша, — не знаю, как смогу объяснить семье, что буду проходить дополнительное обучение.

— А ты и не будешь, — улыбнулась Юля, — мы поможем тебе, правда, Летти?

— Конечно, тем более что наши навыки тоже не безупречны, — ответила я, — а что касается твоей семьи, то ты зря переживаешь: никто не сможет понять тебя лучше, чем близкие люди. Так что держи нос по ветру!

Сегодня было решено больше не учиться, а дать себе возможность немного отдохнуть. Впереди нас ожидало много работы, и мы без страха смотрели на эти испытания, потому что знали: они сделают нас сильнее.

Глава 15

Радость сестры

Февральские морозы были в самом разгаре. Еще щипая нас за щеки, они, все же, были готовы сдаться и уступить место теплому весеннему солнцу. Подходило четырнадцатое число — День Святого Валентина, праздник, который отмечают влюбленные по всему миру как дань уважения священнику, рискнувшему ради любви других своей жизнью.

Конечно, нужно старательно учиться, но ведь этот один-единственный день в году пропустить было нельзя, тем более что этот святой, словно свыше, оберегал наши чувства.

Мы с Николасом решили провести этот вечер у меня в комнате: выезжать за пределы Замка было слишком опасно, да и до ближайшего кафе нужно ехать около часа.

Неделя прошла в ожидании. Несмотря на то, что Ник служил в том же клане, где я проходила Инициацию, времени часто видеться с ним, не было, да и возможность такая выпадала крайне редко. Пытаясь сохранить наши чувства в секрете, мы жертвовали минутами счастья, проведенными вместе.

Когда все же наступил долгожданный вечер, я ждала любимого у себя. Мне хотелось, чтобы хотя бы сегодня нам удалось немного побыть в своем маленьком мирке, где царит любовь, и где нет обид, горечи и разочарований.

В шесть часов раздался стук, на который я отреагировала немедленно. Подбежав к двери, я отворила ее и увидела на пороге Ника с охапкой цветов. Оставалось только догадываться, как у него получилось пронести эти чудесные лилии в наш корпус и остаться незамеченным. Да и где он их достал? Ведь в Замке это было сделать просто невозможно.

В моей душе росла благодарность ему за все эти старания, ведь Нику удалось сделать из обычного дня праздник, которого у меня давно не было.

— Заходи, — нежно произнесла я своему любимому, целуя его в щеку, — жду тебя уже целую вечность…

— Как, — удивился Ник, глядя на часы, — неужели я опоздал?

— Что ты, — мои слова его успокоили, — просто мне так хотелось, чтобы время нашей встречи поскорее наступило, что я не могла этого дождаться.

Пройдя ко мне в комнату, Ник обнял меня, и время для нас остановилось. Ведь для кого-то праздник — это поход в ресторан, или что-то в этом роде, а для нас с Ником — это еще одна возможность побыть наедине.

Мы стояли, словно приросшие друг к другу. В наших объятиях было тесно, и восторг от этого заполнял наши сердца. Я думала, что так можно провести все оставшееся время, которое записано в наших судьбах, но звук ключа, поворачивающегося в замке, заставил меня насторожиться: ведь в это время Алекс должна быть вместе с Игорем. Неужели у них что-то случилось?

Извинившись перед любимым, я нехотя выскользнула из его объятий, и направилась к сестре. Когда она все-таки вошла, выражение ее лица показывало крайнее волнение. И пока я не могла разобрать, хорошо это, или плохо. Увидев меня, Алекс вздрогнула — теперь мне стало ясно, что ей срочно нужно было со мной поговорить.

— У вас что-то случилось? — в моем голосе было искреннее беспокойство за сестру. — Ты пришла домой слишком рано…

Я не успела договорить, потому что она схватила меня за руку, и быстрым шагом направилась в комнату, где мне пришлось оставить одного Ника минуту назад.

— Чувствую себя очень виноватой, что прервала ваш вечер, — быстро извинилась Алекс, — но то, что я вам сейчас расскажу, не может ждать ни минуты.

Конечно, мы с Николасом были несколько расстроены из-за того, что наше единение прервалось, но понимали, что сестра не поступила бы так, не имея на то причин.

Все уселись поудобнее, и Алекс начала свой рассказ:

— Как уже говорилось, сегодня Игорь пригласил меня на свидание, — новость эту сестре было тяжело долго хранить, и она пыталась скорее все нам поведать, отчего периодически сбивалась, — так вот, я была готова к трем часам дня, когда мы с ним договорились встретиться в одном из тренировочных залов. Зная, что сегодня никто не будет разучивать заклинания, мы могли не опасаться того, что нас заметят. Когда я пришла к назначенному классу, Игорь уже ждал меня внутри. Оказалось, что он был там с самого утра, и успел все как следует приготовить. Игорь пронес туда покрывало, на котором располагались три подушки — две из них служили нам сиденьями, а третья — столом.

Мы с Ником слушали сестру, и не понимали, что же во всем этом необычного.

Но Алекс, не дав нам спросить, продолжила:

— Любимый принес фрукты, шоколад и даже шампанское, — тут голос ее дрогнул, и нам стало понятно, что сестра подходит к важной части своего рассказа, — Игорь подал мне бокал, и сказал, что с тех пор, как мы встретились, он перестал воспринимать себя как отдельного нуара. Он сказал, что больше не хочет надеяться на наши случайные встречи, ведь время, проведенное со мной, было самым драгоценным в его жизни. Я ответила ему тем же.

Слова сестры вызвали во мне противоположные чувства: ведь с одной стороны, любя ее, я принимала все ее радости как свои. Но с другой стороны, чувствуя то же по отношению к Нику, я знала, что нашим отношениям в скором времени придется прерваться его отъездом. И это ожидание ранило меня.

— Игорь еще много говорил о своих чувствах, — попыталась подытожить Алекс, — а затем предложил мне выйти за него замуж.

Откровенно говоря, на этой ее фразе мы замерли. Не оттого, что не могли порадоваться за нее, а потому что знали, какие проблемы могут за этим последовать. Я уже знала наперед, что сестра ответила согласием, но не понимала, как они расскажут обо всем старшему Полянскому.

— Алекс, — мой голос звучал ласково, — мое сердце переполняется радостью за вас, но в нем есть также и тревога.

Сказав это, я заметила перемены в лице сестры. Она ведь тоже понимала, что Глава Рыцарей Ночи мечтал не о такой партии для своего сына, и эти сомнения ранили ее самолюбие. Кто виноват, что в нашем мире смотрят в первую очередь на положение в обществе, а потом, если это вообще произойдет, пытаются разглядеть, что у избранника внутри.

— Знаю, о чем ты скажешь, — ответила сестра, — но мы все уже обдумали. Нам придется пожениться без его согласия, и только потом рассказать ему обо всем: ведь если господин Полянский заранее узнает о свадьбе, он может нам помешать.

— А вы не думали, что он может не принять ваш выбор, тем более что Ваше желание оставить все в секрете относительно свадьбы, не только сильно огорчит его как отца, но и оскорбит как Главу Клана. Этот поступок вызовет ненужные разговоры.

— Мы понимаем это, — тяжело вздохнула сестра, — но и рисковать тоже не можем. И даже если нас лишат возможности жить в Клане, мы уйдем в мир людей, ведь я с тобой с самого детства в нем жила. Для нас с Игорем сейчас самое главное — это быть вместе.

Ник взял меня за руку и сказал:

— Знаешь, никто не может сказать, как сделать правильнее всего, но я могу утверждать лишь одно: мне понятен их поступок.

Его слова растеклись приятным теплом в моей душе и придали дополнительную уверенность в том, что все будет хорошо.

Увидев, что я и Ник начали снова переключаться друг на друга, Алекс произнесла:

— Это еще не все.

Мы посмотрели на нее, не понимая, какую еще новость она может нам сегодня преподнести, и сестра продолжила:

— Когда мы с Игорем сидели вместе, счастливые оттого, что наши судьбы сольются в единое целое, я стала ощущать что-то необычное. Взглянув на своего любимого, мне показалось, что весь его облик изменился. Сначала мне пришла мысль о том, что это эйфория заставляет меня видеть его в лучшем свете. Но затем, приглядевшись, стало заметно, что позади него различается слабое сияние. Не зная, что это, я еще больше всмотрелась в этот свет и прислушалась к чувствам, царившим в моей душе. Глубже заглянув внутрь себя самой, я поняла, что только сейчас стала по-настоящему счастливой. Не поймите меня неправильно: ведь и дома, живя с родителями, мне было хорошо. Но то, что мне удалось найти человека, который понимает меня и любит больше всех на свете, дало чувство умиротворения. Осознав все это, я ощутила странное шевеление в душе. Пока мой взгляд изучал свет позади Игоря, движения внутри меня становились все яснее. И тут я поняла: ведь это она. Моя Инициация. Только тогда, когда у меня хватило смелости пойти на этот серьезный шаг в отношениях с Игорем и, наконец, почувствовать себя цельной личностью, мой двойник пришел ко мне. Ощущение покоя охватило все мое существо, и в этот момент высшего блаженства вышел он. Мой двойник. Он выглядел как чудесный единорог: от всего его тела исходило ощущение благородства, которым наделено это сказочное создание. Игорь, увидев мою Инициацию, был безумно рад за меня. Получилось, что за один вечер в моей жизни произошли два самых главных события.

Только рассказав все это, Алекс замолчала, отдавая нам все сказанное на осмысление. Все во мне ликовало. Такая радость была в моей жизни тогда, когда у меня самой получилось пройти Инициацию, когда Ник признался мне в своих чувствах.

Я обняла сестренку, и мы с ней сидели так какое-то время, без слов понимая друг друга.

— Так на какое число назначено ваше венчание? — последовал вполне логичный вопрос.

— На седьмое марта, — ответила сестра.

— Но ведь времени почти не осталось, — удивилась я, — как же вы все успеете?

— На свадьбе будет лишь наша семья, так что особых приготовлений не понадобиться.

— Но все же…

— Просто пожелай мне счастья, — сказала Алекс, выходя их моей комнаты.

— Ты же знаешь, что я тебе всегда его желала, — мои слова были искренними.

Сестра пошла к себе в комнату, чтобы оставить меня и Ника наедине. У нас впереди был еще час до того, как корпус закроют, так что мы постарались отвлечься от обыденности, и посвятить это время себе. Забывшись в поцелуях любимого, я не заметила, как волшебные минуты, отведенные для нашего счастья, закончились.

Но мы ни о чем не жалели. Это был действительно хороший день. И он останется в моем сердце, чтобы согревать своим теплом в минуты отчаяния.

Глава 16

Единение душ

Утро седьмого марта выдалось солнечным и теплым. Несмотря на раннюю весну, казалось, сама природа благоволила такому событию. Этот день выделялся из череды будней, наполненных испытаниями, своей значимостью. Именно сегодня Игорю и Алекс было суждено связать свои жизни навеки.

Я встала очень рано. Кевин сказал, что нам не следует переживать по поводу отъезда из Замка. Поскольку была суббота, вряд ли кто-либо мог обратить внимание на молодых людей, решивших отвлечься в городе от занятий. Тем более что мы все прошли Инициацию. К нам уже относились с доверием. Было немного стыдно воспользоваться им, но у нас не было другого выбора.

Заглянув в комнату к сестре, я застала ее за просмотром наших старых фотографий.

— Давно не спишь? — мой вопрос заставил сестру обернуться.

— С пяти часов, — ответила Алекс, — все сидела и думала.

— Тебе страшно? — в моем голосе была тревога за младшую сестру, которая вот-вот станет самостоятельной замужней женщиной.

— Немного, — тихо произнесла Алекс, но, увидев мою реакцию, поспешила разъяснить: — не за то, что этот день изменит мою жизнь, ведь стать женой Игоря — это все, о чем только можно мечтать. Я боюсь непонимания его отца, боюсь того, как он меня примет.

— Ты не должна думать сейчас об этом, — попыталась успокоить сестру я, — сегодня только ваш день, и он должен запомниться для вас как самый счастливый.

Мне показалось, что именно этих слов Алекс и ждала от меня. Она была сильной духом, но и ей в такие моменты нужна была поддержка.

Я обняла сестру, и мы сидели так какое-то время, рассматривая снимки, на которых были еще совсем маленькими.

— Думаю, если ты и я еще здесь задержимся, Игорь пойдет под венец с другой.

Наше настроение снова стало веселым и торжественным. Когда я глядела на сестру, мне казалось, что какой-то внутренний свет озарял ее лицо. Неужели ощущение счастья может так сильно изменить наш облик?

Наскоро собравшись, мы прошли к воротам Замка, где нас уже ждала машина. В ней были родители, Николас, Кевин и сам жених, светившийся в этот день особой гордостью. Брат сел за руль, и дорога, проведенная в семейных разговорах, показалась нам очень короткой.

Через час мы подъехали к небольшой гостинице, где нам с Алекс выделили два часа на подготовку к свадьбе. Напротив этого отеля была небольшая церковь, в которой молодые приняли решение венчаться. Торжественный ужин должен был состояться после венчания внизу, в небольшом гостиничном ресторанчике.

Безусловно, времени на подготовку оставалось мало, так что мы сначала принялись за прическу невесты, и когда она была готова, Алекс стала надевать свадебное платье, а у меня появилось немного времени на то, чтобы привести себя в порядок. Когда она была готова, я с сестрой спустилась вниз, где нас уже ожидали родители. Игорь, Кевин и Николас ждали в церкви, чтобы жених не видел невесту до свадьбы. Эту примету нуары переняли у людей и старались четко ее придерживаться.

Когда все было готово, отец подал руку Алекс и повел ее к алтарю. Зазвучала чудесная мелодия, наполнившая небольшую церковь божественными звуками. Глянув на Игоря, я поняла, какие чувства наполняли его сердце в тот момент. Он искренне радовался тому, что сестра, вся в белом, шла по коридору из живых цветов именно к нему.

Алекс выглядела так мило и невинно, что это зрелище завораживало. Часть волос, завитых и украшенных живыми розами, лежала на поверхности фаты, другая — волнами спускалась до талии. Платье было простого покроя, сшитое из атласа и идеально сидевшее на ее фигуре. Фата спускалась до пола, и это придавало невесте ощущение воздушности и легкости. В руках у нее был букет, состоявший из таких же роз, какие украшали прическу.

Видно было, как горд был наш отец за Алекс. Мама растроганно смахнула платочком слезу со щеки, а мы с Ником и Кевином смотрели на молодых и были безгранично рады их счастью. Я подумала, будет ли когда-нибудь отец вот так и меня вести к любимому, или мне придется пожертвовать счастьем ради своего народа? Но затем, еще раз взглянув на сестру, постаралась отвлечься от этих мыслей.

По традиции нуаров, идущей испокон веков, влюбленные обязательно должны были венчаться. Мы расписывались в загсах только тогда, когда жили в мире людей, и делалось это для того, чтобы наши браки были официально зарегистрированы, но роспись не имела никакого значения. У нас были свои, древние обряды.

Утром, когда молодые вставали, они должны были очиститься. Еще на рассвете они принимали ванну с цветками аллозаны. Для нашего народа это растение имело особое значение: все основные события в жизни проходили под символом священного цветка. Считалось, что он помогал заглянуть в глубину души, понять свои истинные намерения и стремления, и привести мысли в согласие с желаемым. Также мы верили в то, что аллозана помогала очистить наши помыслы, и поэтому в такие дни душа нуара становилась чистой, как в момент его пришествия в этот мир.

После омовения жених и невеста готовились к самому обряду Единения Душ, который проходил уже в церкви, и исполнялся хранителем обрядов. Для каждого клана он отличался, но суть его оставалась везде одинаковой — молодые люди "прирастали" душами друг к другу. И с этого момента, будь то радость или горе, — все ощущалось ими поровну.

Вот как проходил обряд между Алекс и Игорем.

Когда молодые подошли к святому отцу, он попросил их взяться за руки. Поднеся к каждому из них чашу с экстрактом аллозаны, священник попросил их сделать поочередно по семь маленьких глотков, все это время, читая над ними молитву о двух душах, ставших одной навсегда. Когда молодые выполнили и это, он дал им в руки стебель священного растения, и сказал:

— Дети нуаров! В этот день вы решили сбросить оковы одиночества, и навсегда быть вместе. Готовы ли вы пройти через всю вашу жизнь лишь с одним спутником, чувствовать его радость и переживать его горе, готовы ли вы к тому, что с потерей любимого, вы потеряете часть себя? Если же на все эти вопросы ваш ответ "да", тогда я попрошу вас призвать своих двойников.

Алекс и Игорь смотрели друг на друга с такой безграничной любовью, что, казалось, этот ответ был предопределен Судьбою заранее.

Воздух вокруг них стал колебаться. Из груди Игоря вырвались черные атласные ленты, которые, переплетаясь с лентами Алекс, стали светлее. Через мгновение рядом с каждым из них стоял свой двойник — с одной стороны темный змей Игоря, а с другой — белый единорог Алекс. Мы с Ником подумали, что церемония закончилась, но вдруг все стало меняться. Как вихрь затягивает в свои глубины деревья, ствол аллозаны стал затягивать двойников в себя. Затем, подобно взрывной волне, воздух задрожал, и из стволика вырвались звери. Каждый из них остался прежним за исключением одного: на груди у змея был белый рисунок единорога, а на груди у единорога — черное изображение змея. Я, Кевин и Ник не верили своим глазам, так как видели подобный обряд впервые.

— Теперь вы навсегда вместе, а ваши двойники будут всегда нести отпечаток другого из вас, — сказал святой отец, — я поздравляю вас и ваши семьи со свершением великого обряда. Будьте счастливы, дети Рыцарей Ночи!

Родители подошли к новоиспеченным супругам, и обняли их. И столько всего было в этом объятии — и радость за молодых, и печаль оттого, что брак не благословлен отцом Игоря, и надежда на счастливое будущее молодоженов, одним словом, все то, что чувствуют настоящие родители, которые всю жизнь разделяют со своими детьми.

После церемонии мы собрались в гостиничном ресторанчике. Все пили экстракт аллозаны как священный напиток и поздравляли молодых. В тот вечер было произнесено так много добрых слов, и высказано столько надежд на счастливое будущее Игоря и Алекс, что мы искренне верили в исполнение всего этого.

Вечером все разошлись по своим комнатам, ведь на следующий день предстояло наше возвращение в Замок. Моя комната была по соседству с родительской с одной стороны, а с другой — с комнатой Кевина. Ложась спать, я слышала обрывки разговора родителей. Несмотря на всю радость сегодняшнего дня, они очень переживали за то, как воспримет эту новость отец Игоря, который всегда хотел свадьбы сына с девушкой из древнего и почитаемого рода. И так как среди нуаров повторные браки были разрешены только в случае гибели одного из супругов, родители переживали за то, чтобы господин Полянский не отрекся от сына. Безусловно, положение в Клане, обретенное при замужестве Алекс, для родителей не имело ровным счетом никакого значения, они лишь хотели, чтобы их дети были счастливы. Но отец Игоря, они знали это, будет рассматривать все совершенно с иной точки зрения.

Я отвлеклась от пасмурных предположений родителей, и задумалась над тем, какая же у меня будет свадьба. Наверное, каждая девушка думает об этом. Мне также как и Алекс, хотелось разделить свою Судьбу с тем единственным, который бы понимал меня во всем, с кем я могла, не стесняясь, обсудить свои планы и стремления, и кто мог просто любить меня.

Но мне было понятно, что возможность обрести все это не появится до того момента, пока я не исполню свое предназначение. Я думала об отношениях с Ником, своей жизни, скором предстоящем отъезде. Мысли заполняли мой разум, хаотично возникали перед глазами и затем путались, ведь время уже давно перевалило за полночь. В конце концов, я не заметила, как уснула.

Глава 17

Ярость отца

Выходные после свадьбы Алекс и Игоря было решено провести в гостинице, подальше от посторонних глаз и волнений. Это время для нас пролетело слишком быстро — в кругу семьи, с которой долго не виделись. Мы наслаждались общением друг с другом, и каждую свободную минуту старались быть вместе. Наши молодожены, конечно, иногда покидали компанию, ведь таких счастливых минут у них не будет некоторое время. Все понимали, какой переполох поднимется, когда в Клане узнают о женитьбе. Родители переживали за то, что отца Игоря не было на церемонии, но они понимали, что, узнай он об этом событии заранее, свадьба вообще не состоялась бы.

Но время наших счастливых выходных подходило к концу. Мы собрали вещи, и выехали обратно в Замок. Родители же должны были отправиться домой, так как дела, оставленные на время, не могли больше ждать.

Кевин с отцом загрузили вещи в машину, и наша семья отправилась в Клан. Подъезжая к воротам Замка, мы заметили некоторую суматоху, царящую внутри. Остановив машину у поста охраны, брат спросил у стражников, в чем дело.

— А, хорошо, что это вы, — с облегчением ответил один из них, — спрашиваете, что за суматоха? Так вас же все и ищут. Пропали средь бела дня, не оставили никому своих координат, да еще и никого не предупредили. Сын Главы Клана, будущая правительница, — охранник оглядывал нас, словно констатируя наше присутствие, — и еще парочка Рыцарей Ночи… Мы уж думали, что вас похитили Звери Крови или еще кто.

— Господин Полянский поднял всех на уши, — добавил другой, — объявил о вашей пропаже во все Кланы. Говорят даже, что он дал клятву.

— Какую клятву? — в один голос спросили мы.

— Клятву о том, что сам убьет того, кто причастен к вашему исчезновению.

Мы переглянулись. Ничего хорошего из этого выйти просто не могло. Когда нами продумывался план, то уж явно не предполагалось, что это исчезновение даст такой переполох. А надо было бы. Конечно, внезапная пропажа сына Полянского — это событие. Но исчезновение последней из Клана Единения в Замке, где она проходила Инициацию — это чуть ли не объявление войны всем остальным нуарам. Не все поддерживали мое восхождение на престол, однако этим случаем воспользовался бы каждый правитель.

Времени на раздумья не оставалось, так что мы поспешили в Замок.

— Летти, Ник, Кевин, — обратился к нам Игорь, — берите Алекс, и идите в комнату к Кевину. Там врядли кто-то будет вас искать. Мне нужно время, чтобы поговорить с отцом. Я ему все объясню, и только после этого разрешу говорить с моей женой.

— Хорошо, — никто даже не подумал спорить с младшим Полянским, так как каждый понимал, что лучше всего ему поговорить с отцом первым.

Не теряя ни минуты, мы направились к Кевину.

— И не говорите ни с кем по дороге, — бросил вдогонку Игорь.

Мы поспешили к Кевину, а наследник главы Клана тем временем направился к отцу. Пройдя какое-то расстояние без происшествий, он все-таки встретил на своем пути одного из членов Совета, господина Лещинского.

— Игорь, где ты пропадал? — спросил Лещинский, — Мы все тебя разыскиваем.

— Я знаю, — попытался отделаться тот от ненужных объясниний, — и все объясню отцу. Лично.

— Но мы тоже желаем знать, — настаивал Лещинский.

— Позже, — коротко, но ясно, ответил Игорь, и прошел мимо.

Дойдя до кабинета своего отца, он немного замедлил свой ход. Понимая, что сейчас предстоит нелегкий разговор, ему нужно было собраться с мыслями.

— Добрый день, господин Полянский, — приветствовала его секретарь, — о вас доложить?

— Не нужно, я сам.

Игорь прошел в кабинет, где застал отца сидящим за столом и разбирающим кипу бумаг. Выглядел старик изможденным — даже на нем, человеке, лучше всех владеющем собой, сказывалось волнение за сына.

— Отец, прости, — Игорь бросился к старику, — я все объясню.

— Сын, как ты? Где ты пропадал и почему не предупредил меня о том, что будешь отсутствовать?

— Нам нужно о многом поговорить, — сказал Игорь, — присядь.

— Нам действительно нужно о многом поговорить, — господин Полянский уже отошел от первой радости, связанной со встречей с сыном, и был готов высказать ему все, что думает по поводу скорого отъезда, — как ты мог уехать из Замка без моего ведома. И где Летиция, ее сестра, Кевин и Николас? Они в порядке?

— С ними все хорошо.

— Ты хоть представляешь, что скажут в клане, — злился Полянский, — два преподавателя и служащий Замка увезли на выходные новых учениц. Ты вообще в своем уме? Надеюсь, вы не позволили себе лишнего?

— Отец…

— Я не хочу тебя слушать, — продолжал, распыляясь, Полянский, — ты, мой сын, поступил просто отвратительно!

— Отец…

— Ты не будешь больше вести занятия у Летиции.

— Отец! Я женат!

Дело было сделано. Полянский не сразу понял, о чем говорил его сын:

— Ты — что?

— Я женат.

— Это еще что за фокусы? Шутить вздумал? Если эта ситуация кажется тебе смешной…

— Я женился на Александре Вендли. В эти выходные. Прости, но мне было известно, что ты не разрешишь нам это сделать, и поэтому обряд свершился без твоего ведома.

Безусловно, господин Полянский был готов услышать что угодно, только не это. И дело было даже не в самой свадьбе, а в выборе невесты. Конечно, если бы Игорь тайно женился, скажем, на Ядвиге Оранской, это не доставило бы такого разочарования его отцу. Но то, что он наплевал на все родительские поучения и женился на обыкновенной девушке — это было выше понимания Полянского.

Некоторое время Глава Клана прсто молчал. Видимо, ему еще не до конца верилось во все это. Подобные вещи он расценивал как предательство, а предательство со стороны сына — это трудно пережить. Затем, немного опомнившись, он произнес:

— Ты хоть понимаешь, что натворил? — в голосе Полянского сквозили отчаяние, обида и презрение, — мало того, что ты ослушался всего, чему я тебя учил, так еще и навлек позор на наш дом. Совет этого тебе так не оставит. Запомни, что при любой возможности они вспомнят это неприятное происшествие.

— Отец, — отчаянно вскрикнул Игорь, — в нашей свадьбе нет ничего неприятного. Я женился против твоей воли — это верно. Но женился по любви. Мне было известно, что ты не дашь мне своего благословения, поэтому пришлось поступить по-своему. И за это прошу твоего прощения. Я люблю тебя как прежде, но Алекс мне очень дорога. Жить с родителями мы не можем вечно, и нужно искать того, с кем нам будет хорошо. Я такого человека нашел, но это вовсе не значит, что отказываюсь от тебя как от отца.

— Ты уже от меня отказался, когда поступил подобным образом…

— Нет, я лишь хотел устроить свою жизнь по собственному усмотрению. И готов принять все последствия этого поступка. Если ты или Совет решите изгнать нас с Алекс за содеянное, мы примем вашу волю, — с этими словами Игорь встал и вышел из кабинета.

Мы ждали его в комнате Кевина, и ужасно волновались. Конечно, все понимали, что ситуация — не из самых легких. Однако, для Игоря и Алекс другого решения не было. Теперь нам оставалось рассчитывать на здравый смысл господина Полянского и его любовь к сыну, которые не дадут измениться привычному положению дел.

Сестра бросилась к мужу в объятия, как только он вошел в комнату.

— Как все прошло? — она так переживала, что между Игорем и его отцом возникли из-за нее проблемы, что не находила себе места.

— В точности, как я на то и рассчитывал, — ответил ее муж.

— Так вы помирились? — с надеждой спросила сестра, — Отец простил тебя?

— Еще нет, но обязательно простит, — обнял жену Игорь, — ты должна мне верить. Он слишком гордый человек, чтобы сразу же предложить мне старые отношения. Но дураком его не назовешь. Он не лишит единственного сына правления в Клане только из-за того, что тот выбрал себе жену сам.

— Но, лишив тебя правления, — предположил Кевин, — он сможет сделать наказание наиболее болезненным.

— И вместе с этим кровь рода Полянских прервется в цепочке правителей нашего Клана, — объяснил Игорь, — его гордость не позволит такому случиться. Пусть уж лучше непокорный сын, чем древний соперник.

Мы немного успокоились при этих словах.

— Но и слишком быстро он нас тоже не простит.

— А где же вы будете все это время жить с Алекс? — волновалась я.

— Я думаю, — ответил Игорь, — что сейчас лучше всего дать отцу отдышаться от такой новости. Поэтому то время, пока он не придет в себя от случившегося, мы будем жить в комнате Алекс, если ты не против. А затем, когда все утрясется, займем надлежащие комнаты в Замке.

Я ответила, что не против, и они могут жить в соседней комнате сколько угодно. Мы еще немного посидели все вместе, а затем я, Игорь и Алекс направились в спальный корпус.

Как Игорь и предролагал, неделю от старшего Полянского вестей не было. Все это время я занималась с другим наставником, и это здорово выбивало меня из калеи. Научившись работать и дружить с Игорем, я делала хорошие успехи. Новое лицо заставило меня оглянуться на свои предыдущие дни, и мне очень хотелось, чтобы Полянский поскорее образумился. Однако, по всей видимости, глава Клана решил преподать действительно хороший урок сыну. То ли из-за ущемленной гордости, то ли из-за принципов, он давал понять сыну, что не интересуется его судьбой.

Игорь и сам уже начинал в это верить — разлука с отцом слишком тяжело им переносилась. Я видела, что все поисходящее отражалось на его внешнем виде. Он стал выглядеть усталым и рассеянным. Алекс все чаще упоминала о том, как ему тяжело приходится.

И если Полянский дал понять, что судьба сына его не интересует, то все остальные, наоборот, стали проявлять к этому вопросу повышенное внимание. Некоторые из них даже задавали крайне щепетильные вопросы, так как думали, что поддержка отца Игоря для него утеряна.

Но мы держались. Все вместе. Конечно, родителей не было рядом, и их очень не хватало. Но свои принципы они привили детям. Мы четко знали, что должны поддерживать друг друга. Собираясь по вечерам, старались не говорить о проблемах, как будто бы их просто не было. Просто обсуждали наши с Алекс успехи, обучение и ожидание предстоящего Турнира.

Надо отдать должное Кевину. Он старался изо всех сил сделать так, чтобы Игорь все еще чувствовал себя наставником. Брат постоянно упоминал, как ему не хватает друга, и как остальные хорошо о том отзываются. Мы с Игорем спешили в свободное время заниматься Воззванием к Тьме — этого нам запретить не могли. Такие уроки помогали мне оттачивать свое мастерство, а ему — держаться на плаву.

Шла вторая неделя после того, как господин Полянский узнал о свадьбе сына. И сдвигов не намечалось. Ни слова не бросили они друг другу после того события. Я понимала, что долго так продолжаться не могло, ведь эта ссора разъедала их обоих.

И у меня возник план.

Я подождала Алекс после обеда, и попросила прогуляться с ней наедине, объяснив это своими переживаниями за отъезд Ника. Все понимали, как тяжела для нас будет разлука, и поэтому мой аргумент не вызвал ни у кого возражения.

Мы шли по нашей аллее, деревья которой уже ожили от зимнего сна. Они были покрыты еще немногочисленными, но свежими почками, а кое-где уже проглядывали листочки. Зима в этом году затянулась, и нам очень не хватало весеннего солнышка. Казалось, оно отогреет наши сердца.

Я остановила сестру там, где нас никто не мог услышать, и сказала:

— Алекс, мы должны поговорить об Игоре.

— С ним что-то лучилось, — волновалась она, — ты узнала что-то новое?

— Нет, — ответила я, — но и то, что случилось давно, не дает ему покоя. Неужели ты не видишь, что он разрывается между тобой и отцом.

Мои слова здорово расстроили Алекс. Конечно, она все это видела, вот только не знала, как поступить в такой ситуации. Я обняла ее и сказала:

— Только ты можешь ему помочь…

— Но как, — еще больше расстроилась сестра, и на ее щеках посявились слезы, — если бы я только могла…

— Можешь. Слушай меня внимательно. Без вашей свадьбы этого всего не случилось бы, — Алекс хотела меня перебить, но я не позволила ей этого, — знаю, что другого выхода у вас не было. Действительно знаю. И не осуждаю ни тебя, ни Игоря. Я всегда буду поддерживать вас, что бы ни произошло.

Она еще сильнее заплакала. Плечи сестры вздрагивали от рыданий. Все эти мысли, безусловно, возникали и в ее голове, только она, стараясь защититься, прятала их поглубже.

— Ты должна поговорить с Полянским, — выдохнула я, — это и есть мой план.

— Но Игорь запретил мне делать это…

— Он, как твой муж, пытался защитить тебя от обид и разочарований, но теперь твой черед защитить его.

— Но Полянский так упрям, что не захочет меня слушать, — произнесла Алекс, и ее глаза наполнились печалью.

— Ты — женщина, и значит, мудрее его. Найди в нем слабые стороны. Ведь Игорь его сын, и Полянский никогда не перестанет его любить, что бы не произошло. И сама должна понимать, что как бы он не сердился на сына, злость на тебя за то, что ты разрушила его привычный мир, больше. Поэтому тебе нужно с ним разъясниться. Расскажи ему о том, что не хочешь забирать из его жизни сына и что любишь его. Ты ведь и сама все знаешь.

Алекс кивнула. Сестра, безусловно, понимала, что это — единственный выход из сложившейся ситуации. Она должна заслужить любовь главы Клана, и сделает это.

Я видела решительность в ее глазах, что давало мне надежду.

— Я пойду к нему прямо сейчас, — уверенно заявила Алекс.

— Может, тебе лучше это обдумать, — предложила я, — и пойти, скажем, завтра?

— Нет, — ответила мне сестра, — завтра, я боюсь, у меня не хватит мужества.

И с этими словами Алекс направилась к административному корпусу. А я могла лишь стоять и смотреть ей вслед, так как это была ее битва, и она должна была в ней победить. Мне оставалось лишь мысленно пожелать ей удачи.

Тем временем Алекс подходила к корпусу, и количество любопытных взоров, обращенных к ней, постепенно увеличивалось. Наверное, не было в Замке нуара, который не знал о происшедшем. И не все были на стороне влюбленных.

Подойдя практически вплотную к кабинету господина Полянского, Алекс наткнулась на своего преподавателя по Воззванию к Тьме, который тут же к ней обратился:

— Алекс, что вы здесь делаете? — он, видимо, нарочно опустил обращение по фамилии, чтобы не ступать на зыбкую почву.

Но, то ли от рассеянности от предстоящего разговора, то ли от того, что все эти вопросы ее уже откровенно достали, Алекс прошла мимо, будто ничего не слышала. Мысленно сестра была уже внутри кабинета.

Отворив дверь приемной, она, как всегда, наткнулась на секретаря.

"Неужели она никогда не отдыхает", — пронеслось в мозгу Алекс.

— Господин Полянский у себя? — спросила она у девушки.

— Да, только он просил никого к себе не пускать.

— Думаю, что это правило не распространяется на его семью, — решительно заявила Алекс.

— Мисс Вендли, — попыталась остановить ее секретарь.

— Госпожа Полянская, — безапеляционно заявила Алекс, — так меня теперь зовут. Советую запомнить.

И, не дожидаясь дальнейших споров, вошла в кабинет. Увидев Полянского, она поняла, что чувствовал он себя все это время не лучше, чем его сын. Он вопросительно поднял глаза на посетителя, но, увидев Алекс, опять уткнулся в бумаги.

— Что вам от меня нужно? — без особого интереса спросил отец Игоря.

— Вы плохо выглядите, — прямо заявила сестра, — так же, как и Игорь.

— Зашли сюда, чтобы оскорбить меня, — злобно отозвался Полянский, — это пока еще мой кабинет.

— Я пришла не за этим, — начала Алекс, — а для того, чтобы сказать вам, как Игорь скучает.

— Интересно, по чьей вине, — попытался съязвить Полянский, — может, вы знаете?

— Знаю, что из-за меня, — без страха ответила сестра и добавила: — но также и из-за вас.

— Вы набрались наглости, чтобы вломиться ко мне в кабинет без приглашения, а теперь еще и вините меня в чем-то. Вы забываетесь, мисс Вендли!

— Теперь я Полянская, — уже во второй раз за этот день ей приходилось это напоминать, — и ношу вашу фамилию.

— Никогда не думал, что это произойдет.

— Прошу меня выслушать, — сказала сестра, — и не дам вам уйти от этого разговора. Я действительно не вошла в этот кабинет по приглашению, но не из-за того, что мне не хотелось этого. А из-за того, что никогда бы его не дождалась.

— А чего вы от меня хотели, — закричал Полянский, — думали, что тайно жените на себе моего сына, а я приму вас с распростертыми объятиями? Вы опозорили наш род не только своей неблагородной кровью, но и этим мерзким поступком. Надо было прийти сначала ко мне.

Алекс попыталась сдержать ярость, нахлынувшую на нее. Ей надоело, как все напоминают о том, что ее родители не занимают положения в Совете Клана. Однако она была достаточно мудра, чтобы не вспылить в данный момент. Сестра собрала всю свою волю в кулак, чтобы продолжить разговор:

— Господин Полянский, я хочу, чтобы вы поняли: мы не пришли к вам сразу не из-за того, что не уважаем или не любим вас. Мы не пришли, оттого что предвидели, как повлияет на ваше решение мое происхождение. Я и Игорь знали это наперед. Мой муж действительно очень любит вас и уважает, как своего отца, но он любит и меня тоже. Это чувство родилось в нас почти сразу, и мы знали, что оно настоящее. Нам не хотелось рисковать своей судьбой. Поймите же это!

Речь Алекс, безусловно, произвела впечатление на старика, но этого было явно недостаточно. Он привык управлять людьми, и простых слов для него было мало. Тем более, что рана, нанесенная ему его же сыном, была слишком глубока, чтобы вот так быстро затянуться.

Алекс понимала все это. Она и не рассчитывала на мгновенный результат, но надеялась, что сможет сдвинуть эту проблему с мертвой точки.

Напоследок сестра сказала:

— Я хочу, чтобы вы знали, господин Полянский, — произнесла она, — что каким бы ни было ваше решение, наше с Игорем отношение к вам не поменяется. Мы с покорностью примем изгнание или то, что вы для нас уготовите. Но наша семья всегда будет любить и уважать вас как отца и правителя.

Она еще раз твердо посмотрела в глаза отцу Игоря и вышла, оставив его наедине со своими мыслями.

Выйдя из корпуса на улицу, Алекс впервые смогла вздохнуть свободно. Теперь она сделала все, что смогла. Больше на ней не будет так тяжко висеть груз ответственности.

Я ждала все это время ее у входа, так как не могла спокойно отправиться к себе в комнату. Мне было понятно, как ей будет тяжело, и хотелось поддержать сестру сразу же, как она со всем справится.

— Как все прошло, — с нетерпением спрашивала я, обнимая свою сестренку, — что он тебе сказал?

— Он казал мне немного, — ответила Алекс, — да и то, что сказал, было не слишком приятным.

— Прости, — с сожалением сказала я, — это ведь все была моя идея.

— Нет, милая, — Алекс взяла меня за плечи и посмотрела в глаза, — ты не представляешь себе, насколько я тебе благодарна за все! Я впервые не чувствую себя такой виноватой. И впервые после свадьбы смогла вздохнуть свободно. Это же просто чудо! Ты единственная, кто смог мне дать дельный совет. Жаль только, что я сама к этому не пришла.

— Ты не пришла к этому не потому, что не хотела, — успокоила я сестру, — а потому, что слишком беспокоилась за мужа. Ты ведь не могла полностью отойти от этой ситуации, и подумать о ней как посторонний наблюдатель. А я попыталась, и у нас получилось, ведь так?

— Даже не знаю, что тебе ответить, — немного омрачилась Алекс, — конечно, Полянский не простил меня в ту же минуту, как услышал мои извинения. Но все же я надеюсь, что немного сдвинула его с мертвой точки, а это — уже победа. Не так ли?

— Думаю, да. Ему нужна была встряска, и он должен был узнать, что Игорь сделал хороший выбор, сделав тебя своей женой.

— Надеюсь, что у меня все получилось.

— А я верю в это. И надеюсь на то, что мы об этом скоро узнаем. И не еще через неделю-другую, а действительно скоро.

Алекс взяла меня под руку, и мы прошли в мою комнату. Отперев дверь, нашему взору предстал мечущийся по комнате Игорь. За ним едва поспевал Кевин, чтобы успокоить того.

— Алекс, Летти, где вы пропадали, — бросился он к нам, — мы вас обыскались уже. Я думал, что с вами что-то случилось!

— Успокойся, любимый, — улыбнулась сестра, и Игорь действительно стал более спокойным, — с нами и вправду кое-что приключилось. И виновница всего этого — Летиция.

— Брось, — ответила я шутя, — моей была только идея. Исполнение целиком твое.

— Если что-то задумала Летти, а исполнила Алекс, — сказал брат, — то добра от этого не жди.

— Рассказывайте все поскорее, ведь невозможно больше ждать.

Мы переглянулись, и Алекс рассказала обо всем по порядку. Когда она закончила свой рассказ, Игорь набросился на нее:

— Я же запретил тебе самой разговаривать с ним, почему ты меня ослушалась?

— Потому, — обиженно ответила Алекс, — что я чувствовала себя виноватой за твою размолвку с отцом. Чувствовала, что если не сделаю этого, то никогда больше не смогу смотреть тебе в глаза. Ведь ты не должен отказываться от отношений с отцом ради нашей любви.

— Но я и не отказывался, — сказал Игорь.

— Ты прав, — Алекс провела рукой по его щеке, — только теперь он тоже это знает. Думаю, что мой разговор с ним поменяет его отношение к нашей свадьбе. Вот увидишь!

— Я так тебя люблю, — обнял ее Игорь, — спасибо тебе за все.

Мы с Кевином решили, что, оставшись в этой комнате, будем лишними, и поэтому постарались как можно быстрее выйти.

Глава 18

Обретение новой семьи

С того момента, как Алекс поговорила с господином Полянским, прошло несколько дней. Все находились в состоянии ожидания. Мы с сестрой ждали результата разговора, но Кевин и Игорь, похоже, были настроены не так позитивно.

Вечером пятницы все собрались вместе, чтобы немного отдохнуть от всех этих проблем. Я и Ник сидели чуть поодаль остальных — нам хотелось побыть немного наедине. За прошедшую неделю увидеться практически не удавалось: у меня были занятия, а у него — работа в Клане. Да и встречаться на глазах у других нуаров мы не могли, поэтому приходилось искать подходящий момент для свидания. Вот и получилось, что такой нашелся лишь раз за всю неделю. Конечно, полностью укрыть свои чувства от посторонних глаз мы не могли, но и показывать должны были как можно меньше.

Все самые близкие для меня люди в этом Замке были сегодня в этой комнате. Нас объединяло многое, но сейчас каждый думал о своем. Игорь и Алекс, безусловно, переживали о взаимоотношениях с отцом, а мы с Ником — о предстоящем отъезде. Никто не знал, когда его отец прикажет вернуться в Клан, но было совершенно точно известно то, что это произойдет довольно скоро. Мы не представляли себе, как будем общаться на расстоянии, ведь связываться с близкими в нашем Замке разрешали довольно редко. Кевин пообещал нам периодически давать возможность созваниваться, но знали, что этого будет недостаточно. От тягостных мыслей меня отвлек разговор сестры с мужем.

— Не знаю, что еще можно сделать, — сказал Игорь, и его глаза наполнились печалью, — чтобы отец простил нас.

Услышанное дало понять, как тяжело им сейчас приходится. А я еще расстраиваюсь из-за отъезда Ника. Но ведь это разлука только на время, и дальше моя и его судьбы будут только в наших руках. В отличие от нас с ним, решение о дальнейшей судьбе новой семьи должен был вынести старший Полянский. Конечно, они примут его любым, но каждый надеялся на хороший исход. Ведь покинуть Клан, в котором прошла вся жизнь, будет для Игоря очень непросто. Я очень сочувствовала их семье, но ничем не могла помочь. И эта беспомощность злила меня.

— Милый, — Алекс пыталась поддержать мужа, — мы сделали все, что было в наших силах.

Я ничего не говорила: не хотелось подливать масла в огонь. Все и так было уже сказано. Мы проверили все возможные варианты, и теперь оставалось только ждать. Время клонилось к позднему вечеру, стрелка часов была уже на десяти.

— Еще немного посидим вместе, — сказал Кевин, — и пора по своим комнатам.

— Сделаю всем чай, — предложила я и отправилась выполнять свое обещание, но в дверь постучали.

Мы переглянулись, так как больше никого не ожидали.

— Кто может прийти к нам в такое время? — недоуменно спросил Кевин. — Вы, девочки, кого-то ожидаете?

Мы с Алекс отрицательно замотали головой.

— Пойду, открою, — сказала я и направилась к двери.

Когда дверь была отперта, моему взору предстала девушка, которая работала секретарем у господина Полянского. Моему удивлению не было предела — вот уж кого не ожидала увидеть у себя в комнате в десять вечера.

— Могу вам чем-то помочь? — спросила я, пытаясь скрыть свое удивление.

— Да, — ответила девушка, — прошу прощения за свой визит в столь поздний час, но мне нужен господин Полянский. Он здесь живет?

— Если вы имеете в виду Игоря, то здесь.

Я указала рукой в сторону своей комнаты, приглашая девушку войти, и она последовала за мной.

— Господин Полянский, — начала секретарь, — меня послал к вам ваш отец. Он приказал сообщить, что ожидает вас с женой у себя в комнатах.

— Прямо сейчас, — недоумевал Игорь, — но уже довольно поздно?

— Глава Клана сказал, что хочет решить вопрос, который возник между вами, и у вас есть для этого время. Сейчас.

Игорь поблагодарил девушку за то, что сообщила им о намерении отца, и отпустил ее. Когда она вышла, у нас разгорелся спор:

— Неужели твой отец не мог выбрать другое время для разговора, — не унимался Кевин, — о чем вы можете разговаривать, когда уже больше десяти?

— Даже не знаю, — ответил ему Игорь, — мне кажется, что стоит пойти, ведь другого шанса у нас может и не быть.

— Делай, как знаешь, — брат махнул рукой, давая понять, что уже высказал свою точку зрения.

— Ребята, мне кажется, что у вас нет выбора, — сказала я, — он пригласил вас так поздно, на мой взгляд, потому, что его чувству собственного достоинства был нанесен ущерб. Он не хочет, чтобы кто-то из Совета видел, что Глава Клана капитулировал. Тем более что ему не известно, чем окончится ваш разговор. Не теряйте ни минуты и идите.

— Летти права, — заглянула Алекс в глаза мужу, — мы должны идти.

Они поспешно вышли из комнаты и направились в корпус, где находились покои всех членов Совета.

— Как думаешь, отец наконец-то с нами помирится, — спросил Игорь у Алекс. — Или это все для того, чтобы мы еще больше почувствовали себя изгоями.

— Думаю, все будет в порядке.

— Но если…

— Никаких "если", дорогой, — перебила Алекс мужа, — мы пойдем туда и доверимся ему. Он ведь твой отец.

Они довольно быстро дошли до корпуса, оставалось только подняться на последний этаж. Комнаты Главы Клана и его семьи занимали целый корпус, что позволяло несколько обособить их от остальной жизни Замка. Конечно, не всем членам Совета и служащим Замка нравилось обитать в отведенных для них комнатах отдельного, преподавательского, строения, поэтому каждому из них разрешалось жить в домах неподалеку от этого места. Но нужно сказать, что господин Полянский был очень предан делам Клана. Все свое свободное время он отдавал своему народу, поэтому речи о том, чтобы жить не в Замке, не было. У семьи правителя имелся довольно большой коттедж в двадцати километрах от этого места, в небольшом населенном пункте, обитателями которого были исключительно нуары, но вещи в нем почти не знали прикосновений рук хозяина.

На стук в дверь вышел дворецкий, который позволил им войти.

— Вас проводить в комнаты отца? — уточнил он,

— Спасибо, Дмитрий, я помню, где они.

Алекс и Игорь быстро поднялись по лестнице и постучали в дверь Полянского. Несколько мгновений ответом им была лишь тишина, но затем послышались тихие шаги. В открывшемся дверном проеме появилась фигура старика, который прилично сдал из-за последних событий. Внешний вид его был уставшим и уже немного сонным. Полянский жестом пригласил их войти, после чего повернул ключ в замочной скважине, как бы отсекая происходящее внутри от остального мира.

Алекс впервые оказалась в комнатах Главы Клана, и они произвели на нее неизгладимое впечатление. Вся мебель была подобрана в стиле ампир. В гостиной комнате, куда их пригласил Полянский, превалировали красные и бордовые тона, давая понять, что владелец этого места — человек властный и всегда добивающийся своего. Стену над камином украшал памятный портрет семьи Полянского, где были он, его еще живая жена и маленький Игорь. Этой картине придавали особое значение: жена и мать, Ольга Полянская, была на ней изображена как при жизни, храня о себе память в сердцах родных.

— У вас очень красивая жена, — не удержалась Алекс, которую и вправду поразила красота изображенной на картине женщины.

— Да, но, к сожалению, ее больше нет, — господин Полянский, видимо, не хотел вдаваться в подробности, и дал понять, что на эту тему больше говорить не будет. Однако в его голосе звучали нотки переживаний, пластом легших на его плечи после смерти любимой.

Он предложил Алекс и Игорю сесть на красивый диван, выполненный из красного дерева, и обшитый бордовой с золотом обивкой, а сам устроился напротив них.

Некоторое время прошло в молчании: господин Полянский, видно, раздумывал о том, что хотел им сказать, а молодые боялись нарушить молчание. Они оба надеялись на стабилизацию отношений, и опасались неловким жестом испортить то, что было уже достигнуто.

— Думаю, что вы оба знаете, зачем вас сюда пригласили, — после молчания произнес Полянский. Его голос не был окрашен в какой-то тон, поэтому догадаться о том, зачем пригласили Игоря и Алекс, было довольно сложно.

Ребята сидели молча, чтобы каким-то образом не рассердить старика, и слушали внимательно.

— Тебе должно быть известно, что ко мне приходила твоя жена, — Полянский вопросительно посмотрел на сына, и, дождавшись от него утвердительного кивка, продолжил: — Нельзя сказать, что я вас простил, но ее слова в определенной мере тронули меня.

Сейчас уже Игорь понимал, что самое страшное позади — отец дал слабину. Можно было вздохнуть относительно свободно.

Господин Полянский, тем не менее, продолжал:

— Мы не можем в один момент вернуть прежние отношения, но нам стоит попытаться.

— Отец, спасибо, — не нужно было уметь особо разбираться в людях, чтобы прочитать радость и облегчение в словах наследника и сына, — мы так тебе благодарны за твое понимание!

— Не думай, — пытался сохранить чувство достоинства старший Полянский, — что это — исключительно ваша заслуга. Ты знаешь, что я скорее умру, чем отдам власть в Клане в руки Лещинского, который уже метит на твое место, надеясь, что мы разругались окончательно.

Игорь подавил улыбку — старик пытался показать, что еще зол на них, однако, весь его гнев уже был позади. Все начинало налаживаться. Впереди было, конечно, еще много разговоров такими вот вечерами, много времени для того, чтобы отец лучше узнал и принял его жену, но все начинало проясняться.

Алекс тоже чувствовала, что все налаживается, и искренне была рада этому, ведь она чувствовала свою вину в происшедшем.

— Господин Полянский, я вам очень благодарна за то, что вы согласились начать все заново, — с уважением произнесла она, — мы с Игорем будем изо всех ил стараться, чтобы вы не разочаровались.

Тот долго и внимательно смотрел на нее, после чего произнес:

— Время покажет…

Да, теперь время было их союзником — для восстановления старых и построения новых связей требовались недели и даже месяцы. Но фундамент прочных семейных отношений был уже заложен, и это произошло в этой самой комнате.

— Думаю, все мы сегодня достаточно устали, — в конце концов сказал Полянский, — поэтому идите к себе и хорошенько выспитесь.

Алекс и Игорь встали с дивана, и пожелали отцу спокойной ночи.

— Да, — бросил им вдогонку старик, — если вы не против, перевозите завтра сюда свои вещи. Нехорошо, когда в Клане судачат о нашей размолвке.

Алекс, поддавшись порыву, поцеловала старика в щеку, чем застала его врасплох. Ребята вышли из комнаты, и поспешили к себе.

Было уже довольно поздно, но мы не могли разойтись, пока не узнали последние новости от них самих. Я, Ник и Кевин сидели втроем в моей комнате и ожидали возвращения наших молодоженов. Когда они вошли, все набросились на них с расспросами:

— Как все прошло, — немедленно спросила я у Алекс не терпящим возражения тоном, — Полянский вас простил?

— Еще, конечно, не совсем, — ответила сестра, — но мы завтра переезжаем в корпус, принадлежащий Главе Клана.

— Ты не боишься, что у вас возникнут сложности, — волнение за сестру не давало мне покоя, — может, вам пока лучше побыть здесь?

— Сложности возникнут в любом случае, — ответила Алекс, — но мы и так уже много сделали неправильно, поэтому сейчас настала пора восстанавливать семейные отношения. Тем более, проживание в комнатах для правителей Клана покажет всем, что наша семья снова едина. Да и мне пора получше узнать своего родственника. У него все-таки кроме нас никого не осталось. Было бы неплохо, чтобы когда-нибудь я смогла стать для него дочерью.

Я понимала, что за последние несколько дней Алекс повзрослела. Она стала рассуждать по-женски мудро, и чувство гордости поднималось во мне за мою сестру.

— Ты молодец, Алекс, — похвалила я ее, — ты действительно молодец.

Побыв еще немного вместе, мы стали расходиться. Алекс и Игорь почти сразу же прошли в свою комнату, так как завтра у них предстоял сложный день — нужно было заниматься переездом. Я пообещала им помочь, после чего мы пожелали друг другу спокойной ночи.

— Буду ждать тебя внизу, — сказал Нику Кевин, — только долго не задерживайтесь.

Я поцеловала брата в щеку, и он вышел.

— Сегодня опять не удалось побыть наедине, — с сожалением сказал Ник.

Его руки нежно обхватывали меня за талию, и во мне разливалось тепло. Хотелось, чтобы такие моменты длились вечно. Положив голову ему на плечо, я обняла любимого за шею.

— Буду скучать по тебе, — произнесла я, — уже жду завтрашнего дня, чтобы снова тебя увидеть.

— И я буду скучать, — поцеловал меня в щеку Ник, — пусть тебе приснится что-нибудь хорошее.

Его губы все ближе приближались к моим, и во мне росло чувство, что усталость покидает мое тело, и уже не хотелось спать. Мне хотелось только одного — быть рядом с ним. С моим любимым. И принадлежать только ему. Мы целовались, и время текло незаметно.

В какой-то миг Нику удалось прервать поцелуй, хотя я ясно давала понять, что мне хочется еще.

— Кевин убьет меня за то, что слишком долго стоит внизу, — Ник нехотя отодвинулся от меня, — как мне хотелось бы, чтобы мы могли побыть вместе еще.

— Ты должен идти, — я еще раз поцеловала его в губы, — до завтра.

Ник вышел из комнаты, и усталость ко мне опять вернулась. Я наскоро умылась, переоделась в пижаму и легла.

Не помню своих снов. Усталость окутала мое тело плотным одеялом, и я провалилась в тишину ночи. Разбудили меня первые солнечные лучи и шум за стенкой — видно, Алекс с Игорем уже собирали вещи. Я надела удобные джинсы и кофту, чтобы помочь им, и постучала в дверь.

— Хорошо, что ты проснулась, — запыхавшись, говорила сестра, — уже час мотаюсь по комнате и стараюсь все упаковать. Может, ты мне поможешь, а то Игорь отправился к отцу, чтобы подготовить наши комнаты. Он придет за мною где-то через час, так что это время мы должны провести с пользой.

Я с радостью согласилась, и у нас началось пакование их вещей. Мы пытались как можно скорее собрать всю одежду и компактно уложить ее в чемоданы. За работой время пролетело незаметно, и вскоре пришел Игорь.

Забрав чемоданы, он сказал:

— Для тебя, Летти, у меня тоже есть хорошие новости, — с улыбкой сказал Игорь, — ты так помогала нам с Алекс во всем, что я чувствовал себя обязанным. Конечно, это не совсем то, что ты заслуживаешь, но хоть что-то. В общем, я уговорил отца, чтобы к тебе никого не подселяли — так тебе удастся больше времени проводить с Ником, и у вас не будет свидетелей. Поэтому можешь строить планы на этот вечер.

Я поблагодарила Игоря за его хлопоты и помогла им вынести вещи.

— Дальше мы уже справимся сами, — сказал мне он, — а ты отдохни, ведь у вас с Алекс нет ни свободной минуты на неделе.

Еще раз обнявшись с ними, я отправилась к себе в комнату. Мне хотелось немного побыть в душе, а затем привести себя в порядок. Сегодня мы с Ником должны встретиться, и теперь можно провести вечер у меня, так что мне нужно было еще приготовить комнату.

Я забралась в душ, и дала себе немного расслабиться, — меня всегда успокаивала теплая вода. Насладившись банными процедурами, оделась, высушила волосы, и направилась в столовую для того, чтобы пообедать. Там, скорее всего, встречу Ника, и смогу сообщить ему новость. Пообедав, я действительно заметила, что в столовую вошел Ник. Под видом того, что мне нужно спросить у него кое-что по занятиям, тихонько шепнула:

— Сегодня в пять у меня.

Николас кивнул в знак того, что согласен, и я пошла к себе. Мне хотелось, чтобы этим вечером мы могли побыть вместе в романтической обстановке, и потому сразу же занялась этим вопросом. Убрав начисто комнату, я расставила по ней свечи и зажгла их. Когда выключила свет, комнату озаряло волшебное мерцание огней. Мне все это очень нравилось. Я слегка завила волосы и нанесла на губы мерцающий блеск. Оставшись довольной своим образом, стала дожидаться Ника.

Вскоре раздался стук в дверь. На пороге стоял Николас. Я впустила его, и только тогда, когда дверь закрылась, обняла его.

— Ты сегодня выглядишь просто очаровательно, — произнес он, — есть повод?

— А как ты думаешь, какой мне еще нужен повод, кроме тебя?

Ник поцеловал меня, и мы зашли внутрь. Сразу же обратив внимание на то, что в комнате горят свечи, он сказал:

— Кажется, кто-то сегодня решил меня соблазнить.

— Если только чуть-чуть…

Мы сели на диван, и Ник нежно притянул меня к себе. Было так хорошо просто быть вместе, и не думать ни о чем другом, кроме прикосновений друг друга. Мы сидели обнявшись какое-то время, а затем Ник вдруг неожиданно сказал:

— Никогда не говорил этого ни одной девушке, но все в этой жизни бывает в первый раз. Мне кажется, что никого больше нет, понимаешь? Я смотрю на других, и вижу в них только тебя. Мне кажется, что это то самое, настоящее, чувство. Я люблю тебя…

Конечно, мое сердце знало, что он меня любит. Для меня также было ясно, что люблю его сама, но слышать это было чертовски приятно.

Я обняла моего возлюбленного и сказала:

— Я тоже тебя люблю. Больше всех на свете.

Ник провел рукой по моей щеке, отчего волна электричества пробежала по телу. Он легонько взял меня за подбородок и притянул к себе. Его губы коснулись моих, и все в этом мире перестало существовать. Кроме меня, его и этих прикосновений.

Мы целовались целую вечность, но и ее было мало. Через какое-то время нам удалось оторваться от губ друг друга, и я произнесла:

— Не знаю, что буду без тебя делать. В последнее время ты стал центром моего мира. Что с ним будет, когда ты уедешь?

— Не думай пока об этом, — сказал мне Ник, — мне удастся найти способ быть вместе с тобой. Даже на расстоянии. Ты должна верить мне так же, как я верю тебе.

— Я верю тебе, просто неизвестность меня пугает.

— Понимаю, но ведь ты сама говорила, что у каждого из нас есть свой путь, и мы должны ему следовать. Я всем сердцем верю в то, что наши с тобой пути когда-нибудь соединятся, и для нас перестанет существовать проблема расстояния.

— Искренне на это надеюсь, — ответила я и еще раз поцеловала Ника.

Наши сладостные ощущения прервал стук в дверь.

— Как думаешь, кто это, — в моем голосе было беспокойство, — я ведь никого не жду. И не хотелось бы, чтобы нас с тобой увидели, тем более при свечах.

— Спроси, кто там. Если будет кто-то чужой, просто скажи, что плохо себя чувствуешь, и зайдешь к нему завтра.

— Хорошо, — я последовала совету Ника и узнала, кто стучит.

— Это Кевин, — голос брата был взволнованным, — Летти, открой!

Не успела открыть дверь, как Кевин влетел в комнату.

— Где Николас, его никто не может найти, — но, увидев Ника у меня, брат намного смутился, — простите, мне не хотелось так к вам врываться. Но у меня к тебе неотложное дело.

— Какое? — этот вопрос одновременно слетел с наших с Ником губ.

Волнение превышало допустимый уровень, и я уже знала, что случилось что-то, не входящее в наши планы.

— Письмо, — растерянно сказал Кевин, — твой отец прислал письмо в наш Клан. Он приказывает тебе возвращаться домой. Через три дня за тобой прибудут.

Глава 19

Неожиданная разлука

Новость Кевина об отъезде Ника была такой неожиданной и ошеломляющей, что поначалу я даже не знала, что можно сказать. Ник также сидел в растерянности: нам давно было известно, что ему предстоит уехать из Клана, но мы не могли себе даже представить, что это произойдет так скоро. В комнате воцарилось нелепое молчание, которое, казалось, затянется навечно. Я была разбита этой новостью, и не понимала, что мне делать дальше.

— Ты принес с собой письмо, — спросил с надеждой Ник, — может, они могут на несколько месяцев отложить мой отъезд?

— Никакой ошибки нет, — с сожалением ответил Кевин, — ты выезжаешь через три дня. В вашем Клане сейчас все нестабильно. Известие о том, что наследница древнего рода выжила, сделало свое дело. Как ты сам знаешь, возраст твоего отца, и отсутствие на престоле наследника в такое время играют вам с Летти не на руку. Мне очень жаль.

Кевин положил руку на мое плечо, пытаясь как-то поддержать нас в эту минуту. Я чувствовала, как сильные пальцы сжимают мне кожу, и от этого становилось немного легче. Но лишь немного. Ничто не могло меня спасти в этот момент от горестных размышлений.

Видя, что новость мы восприняли совсем плохо, а также чувствуя неловкость за то, что прервал романтический вечер, брат тихо произнес:

— У вас осталось не так много времени для того, чтобы побыть вместе. Думаю, сейчас вам не нужны посторонние, поэтому я оставлю вас наедине.

Кевин бесшумно вышел из комнаты, и притворил за собой дверь, а я так и осталась стоять, окруженная свечами, которые должны были создать для нас с Ником незабываемый вечер.

— Милая, присядь, — обнял меня Николас, — побудь со мной.

— Мне так обидно, — сказала сквозь слезы я, — что сначала мы боялись наших чувств, а теперь, когда открылись друг другу, не можем быть вместе.

— Если ты жалеешь о наших отношениях, то я пойму, — Ник пытался держаться стойко, но это у него не очень-то получалось.

— Жалею о наших отношениях! — злость вырывалась на волю вместе с обидой на Судьбу, которая теперь разлучала нас с любимым, — Жалею? Мне кажется, что если бы мне дали возможность обернуться на всю свою жизнь и исправить что-то, я никогда бы не исправила одного. Я снова впустила бы тебя в свое сердце, и снова была бы самой счастливой. Жалею… Как можно было такое подумать. Ты — мой единственный, моя надежда на то, что все будет хорошо. Ты — цель, которая стоит перед моим взором. Только любовь к тебе заставляет меня идти вперед, проходить Инициацию во все этих Кланах, ведь после всего этого мы сможем быть вместе. Как же этого можно не понимать?

Увидев, что мои слова вызвали вздох облегчения у Николаса, радость поднялась в моей душе.

— Неужели ты мог подумать, что я жалею о нас с тобой?

— Нет, — пытался убедить меня Ник, — просто мне совершенно ясно, что впереди меня ожидают трудности. Но я не могу себе даже представить, какие испытания ожидают в будущем тебя, а ведь ты девушка и, следовательно, слабее. Мне хотелось быть рядом с тобой все это время и оберегать тебя от всех несчастий, но ты сама знаешь, что это невозможно. И эта безысходность пугает меня. Я ведь думал, что хотя бы на турнире смогу тебя поддержать, а вышло все иначе.

— Ну, — попытка пошутить выглядела отчаянной, — то, что внутри меня — женский набор хромосом, не говорит о моей слабости. Ведь сила — это не только мышцы.

Легкая улыбка тронула губы Ника, и у меня появилась возможность продолжить свою речь, чтобы хоть немного успокоить его:

— А твое отсутствие на Турнире означает только то, что я не буду отвлекаться на самого красивого парня на трибунах… Милый, я сильная. Нет, мы оба сильные, и сможем все пережить. Тем более что у нас будет возможность связаться друг с другом. Пусть это будет не ежедневно, зато ценность каждого такого общения будет бесконечной. А затем, когда все закончится, и мы выйдем победителями, перед нами будет весь мир, полный возможностей. Думаю, за это стоит бороться.

Я обняла Ника, и мы сели на диван. Так хорошо было чувствовать, что он, мой любимый человек, здесь, рядом. И мы вместе. Мне казалось, что в такие моменты человек набирается сил. И не только перед каким-то одним боем, но перед целым сражением.

За свое счастье, за свою любовь, за свою жизнь…

Ведь жизнь без Ника не имела больше для меня смысла. Во мне теплилась жизнь только тогда, когда я знала, что он меня любит, и будет всегда рядом. А это новое испытание расстоянием, которое выпало на наш путь, — что ж, справлюсь и с этим. Во мне было чувство уверенности в том, что я сильнее всего этого. Тем более, рядом был он. Мой любимый, моя поддержка.

— Побудь сегодня здесь, со мной, — попросила я Ника, — мне хочется как можно дольше быть рядом с тобой в эти дни.

— Но как же то, что нам запрещено вообще встречаться? — волновался Николас, — ведь если кто-то узнает, что я остался у тебя на ночь, твоей репутации придет конец. А она пригодится тебе, когда нужно будет найти соратников в борьбе за наше объединение.

— Что такое моя репутация по сравнению с тем, что нам можно побыть несколько лишних часов вместе, — успокоила его я, — тем более, мы постараемся, чтобы нас никто не увидел.

— Я действительно переживаю за тебя, Летти, — сказал после раздумья Ник, — ведь даже несмотря на то, что ты скоро уедешь из этого Клана, тебе все равно понадобиться его поддержка во время восхождения на престол. Как бы все это не навредило тебе.

— Мне все равно нельзя рассчитывать на поддержку всего Клана, — ответила ему я, — и думаю, что ты все это понимаешь не хуже моего. А те люди, которые считают меня достойной этой чести, и без того поддержат это восхождение.

— А что, если в другом Клане ты встретишь того, с кем тебе захочется быть, — не унимался Ник, — и тогда слухи о том, что я провел у тебя ночь, смогут все испортить.

— А ты разве собираешься влюбляться в кого-то еще? — вопрос прозвучал напряженно, но, получив отрицательный ответ, я продолжила — тогда во мне тебе сомневаться тоже не нужно.

Я положила голову на плечо своему любимому, и закрыла глаза. Было так хорошо просто лежать в объятиях дорогого тебе человека, что вскоре мне удалось уснуть.

Разбудили шаги других нуаров, которые уже проснулись, и теперь не знали, чем занять себя в выходной.

Было воскресенье, и самые ответственные новички спешили занять тренировочные классы для подготовки к Турниру, кто-то же хотел скорее покинуть душные помещения Замка и выйти на прогулку.

Я протерла глаза, потянулась, и попыталась найти рукой Ника. Оказалось, что в комнате его уже не было. Мне пришлось спустить ноги на пол и встать с кровати. Мой взгляд упал на прикроватную тумбочку, где лежала аккуратно сложенная записка. Раскрыв ее, я увидела знакомый почерк.

" Доброе утро самой прекрасной девушке! Как спалось? Надеюсь, что хорошо. Я решил, что нам не нужны лишние проблемы, и ушел на рассвете. Люблю тебя. Увидимся днем".

В этом был весь Ник.

Он всегда, даже в самые тяжелые моменты, старался заполнить мою реальность романтикой и теплом своей любви.

Не спеша одевшись, решила отправиться в столовую. Найдя там Алекс и Игоря, очень обрадовалась — мне сейчас нужна была их поддержка. Они уже заканчивали свой завтрак, когда я подсела к ним за столик.

— Летти, — обрадовалась сестра, — хорошо, что мы застали тебя здесь. Я слышала об отъезде Ника, и мне действительно очень жаль.

— Да, и мне тоже, — ответила я сестре, — но, вне всяких сомнений, Николас найдет способ связаться со мной, так что мы все равно будем постоянно слышать друг друга. А что касается того, чтобы постоянно быть вместе — думаю, что ты понимаешь… Я выбрала свой путь в мире Нуаров, и свернуть с него не могу. Впереди меня ожидают три Инициации, так что строить планы на совместное будущее еще рано, пока все это не закончится.

— Как-то все грустно получается, — обеспокоено сказала Алекс, — ведь ты тоже не можешь жертвовать своей жизнью, пусть даже и ради всего нашего народа. Она одна даже у великих правителей.

— Не беспокойся, сестренка, — успокаивающе произнесла я, — никто не говорит о жертвах. Сама понимаешь, мне всего лишь семнадцать, и нашим отношениям все равно нужно еще время. Теперь только получается, что они проверятся и расстоянием. Может, это и к лучшему.

— Не могу себе даже представить, — ужаснулась Алекс, — что наши с Игорем отношения сейчас предстояло бы проверить расстоянием. Мне этого не вынести.

— Милая, — обнял сестру Игорь, — наши с тобой отношения проверены, и я не собираюсь тебя куда-либо отпускать. Ты не должна думать об этом.

Я смотрела на сестру и ее мужа, и была действительно рада за них. Мне было известно, что через некоторое время придется покинуть Клан Рыцарей Ночи, и эти часы с каждым днем неумолимо сокращались. Чувство спокойствия заполняло мое сердце от мысли, что Алекс остается здесь в надежных руках. Если бы еще и Кевин нашел себе кого-нибудь хорошего, тогда все действительно получилось как надо. Да и родителям сюда можно когда-нибудь перебраться. Мне хотелось всего этого, потому что в таком случае не придется переживать за то, что они живут порознь.

— А где, кстати, Ник, — спросила я у ребят, — его никто не видел?

— Он готовится к отъезду, — сказал Игорь, — я встретил его ранним утром, и он сказал, что хочет все сделать как можно раньше, чтобы больше времени провести с тобой.

Я обрадовалась этим словам. Зная, что ближайшие три дня будут самыми короткими, во мне росла уверенность в том, что они будут наполнены любовью. Нетерпение и ожидание встречи с Ником заполнили мой разум.

— Что ж, если увидите Ника, передайте ему, что я буду ждать его у себя.

Я попрощалась с ребятами, и направилась к себе. Только по дороге в свою комнату мне вдруг пришло на ум, что я даже не спросила у Алекс о том, как она устроилась на новом месте. В моей голове были мысли только об отъезде Ника, и ни на чем больше мне сейчас не удавалось сконцентрироваться. Но меня успокаивало то, что сестра должна понимать мое теперешнее состояние. В конце концов, она и сама влюблена в своего мужа, и знает, что такое любить, и как тяжело расставаться с этим человеком.

Дойдя до своей комнаты, я открыла дверь, переоделась, и стала ждать. Пойти к Нику в комнату мне не разрешалось, так как преподаватели и сотрудники Замка жили в отдельном корпусе, и мое появление там было бы очень заметным. Надеяться на то, что мы случайно где-нибудь увидимся, тоже было ошибочно — замок огромный, и встретиться было довольно сложно. В нашу беседку пойти было нельзя, так как был выходной, да еще и полдень. Все лавочки аллеи были заняты, и нам бы не удалось побыть вместе и при этом остаться неузнанными.

Так что мне оставалось только ждать. Я хотела в это время потренироваться в заклинаниях, однако никак не могла сконцентрироваться. Время текло так медленно, что мне захотелось передвинуть стрелки на часах до того момента, пока не придет Ник.

Внезапно в дверь застучали, и я со всех ног бросилась открывать. На пороге стоял Кевин, который улыбался во весь рот.

— Кажется, сестренка, на твоем лице читается некоторое разочарование, — пошутил брат, — наверное, ты ожидала увидеть кого-то другого.

— Я тебя тоже рада видеть, но ты ведь знаешь, кого мне хотелось увидеть и почему.

— Знаю, — засмеялся брат, — и поэтому привел его сюда.

Внезапно из-за двери появился Ник, и я бросилась ему на шею.

— Знал, что вы захотите увидеться, — продолжил Кевин, — и даже предположил, что ты будешь ожидать его здесь. Так что мне самое время удалиться.

— Спасибо, — мои слова полетели вслед быстро уходящему брату, и мы с Ником зашли внутрь.

— Я так ждала тебя…

— И я тоже ждал встречи с тобой, любимая, — сказал Ник, обнимая меня, — вот только дела не ждут. Мне необходимо было начать собирать свои вещи, ведь отъезд скоро.

— Даже не напоминай об отъезде сегодня, — сказала я, — это время только для нас. Ведь завтра будут занятия, и у меня не получится быть с тобой долго. Кстати, ты узнал, во сколько у тебя отъезд?

— В час дня. Так что…

— В час, — от неожиданности мне стало нехорошо, — но ведь мы даже не успеем попрощаться. У меня в это время только заканчивается Воззвание к Тьме, и я не могу его пропустить.

— Кевин договорился, чтобы тебя отпустили чуть раньше, и у нас будет полчаса, чтобы побыть вместе.

— Но этого будет слишком мало…

— Знаю, родная, — успокаивал меня Ник, — но сейчас все не за нас. Нам просто нужно это пережить. Тем более, сама понимаешь, пока ты не достигнешь совершеннолетия, мы все равно не можем быть вместе открыто. Возможно, это время пойдет нам на пользу.

— Твои рассуждения слишком мудрые и беспристрастные, — сказала я Нику, — для меня остается непонятным, как тебе это удается в такой момент. Неужели ты меня любишь меньше, чем я тебя?

— Нет, любимая, — ответил Ник, — просто в этот день мне нужно быть немного сильнее, чтобы ты могла сохранить свои силы для той дороги, которую выбрала для себя.

Мои объятия стали еще крепче. Конечно, обо мне заботились… Мои приемные родители, к примеру, всегда очень любили и оберегали меня. Но это было совершенно другое чувство. Было такое ощущение, что я только в этот момент могла быть сама собой, могла проявить слабость и не стесняться этого. Могла показать свою любовь и знать, что буду понята. Это было прекрасно.

Мы легли на кровать, и еще долго были рядом, ничего не говоря друг другу. Все было понятно без слов. Иногда ты просто знаешь, что думает другой, потому что твои мысли такие же.

Чудесные мгновения, казалось, длились целую вечность, и в объятиях Ника было так удобно и тепло, что я сама не заметила, как уснула. Проснулась только глубокой ночью, и сразу же ощутила на своей шее его теплое дыхание. Оно нежно щекотало мне кожу, и от этого во мне зародилось всеобъемлющее чувство счастья. Я еще сильнее обняла Ника, и прижалась к нему всем телом. Мне хотелось быть ближе к нему, и тогда мне захотелось попросить.

У Бога, вселенной, всех сил, которые были выше нас.

Я просила, чтобы этот момент обязательно повторился, но уже тогда, когда у меня получится исполнить свое предназначение. Я заключила сделку, что сделаю все возможное для объединения нашего народа. Но взамен я просила его. Только этого человека мне хотелось по-настоящему. Только он был моей самой желанной целью.

Ник пробормотал что-то во сне и крепче обнял меня. Чувство безопасности разлилось по телу, поэтому вскоре мне тоже удалось уснуть.

Проснулись мы оба около шести часов утра. Вчера сон пришел слишком рано, так что спать больше не хотелось. Было утро понедельника, и через час мне нужно было собираться на занятия. И этот час было решено провести вместе. Мы лежали рядом, и обсуждали все на свете.

— Знаешь, я так привыкла за эти две ночи, что ты меня обнимаешь, когда засыпаю, — своим прикосновением к его груди я пыталась передать всю ту нежность, которая переполняла меня, — что просто не знаю, как буду без тебя.

— Ты должна знать, что все самое хорошее у нас впереди, — ответил Ник, — мы еще будем вместе не один день и ночь, только нужно немного подождать.

Я поняла, что он имел в виду не только сон, и это меня немного смутило. Ник заметил мои чувства, и произнес:

— Ты у меня такая особенная, неповторимая. И даже не можешь себе представить, насколько хороша. Я до сих пор не могу понять, как в одной девушке может умещаться столько всего. Как ты можешь в одно и то же время проходить Инициации для управления Нуарами, пользуясь свое мудростью, и при этом быть такой по-юному чистой? Мне кажется, что я никогда не смогу разгадать эту загадку.

— А мне кажется, что ты мне льстишь для того, чтобы получить еще один поцелуй, — с этими словами мои губы прикоснулись к его.

Будильник прозвенел как раз в тот момент, когда я окончательно расслабилась в объятиях любимого.

— Мне пора, — поспешно сказал Ник, — никто не должен заметить, что мы были вместе этой ночью.

Поскольку мы уснули одетыми, Николас быстро встал, обулся, надел плащ, и, чмокнув меня на прощание в губы, вышел из комнаты.

Я быстро приняла душ, оделась и направилась в столовую, чтобы хорошенько подкрепиться, ведь вчерашний ужин мы пропустили.

В столовой мой взгляд натолкнулся на Ядвигу, с которой мы и сели за один столик.

— Алекс что-то сегодня не видно, — сказала я, — наверное, опаздывает.

— Нет, — ответила мне подруга, — просто члены правящих семей никогда не кушают здесь, вместе со всеми. Им даже готовят отдельно. Разве сестра не говорила тебе об этом?

— Нет, — с недоумением ответила я, — к тому же мы вчера здесь виделись.

— Значит, она пришла вчера в столовую именно к тебе. Уж не знаю, зачем, но обедала Алекс здесь из-за тебя. Спроси ее, она должна все тебе рассказать.

Мы с сестрой всегда были близки, но то, что она пришла вчера с мужем сюда именно ко мне, чтобы поддержать, поразило. Я была так благодарна ей за все. Ведь кто, кроме нее, знает, как мне сейчас тяжело приходится?

Мы поспешно закончили свой завтрак и отправились на Воззвание к Тьме. Я отдавала не все силы занятию, и Игорь заметил это.

— Понимаю, что ты сейчас чувствуешь, — сказал он мне, — не могу себе даже представить нашу с Алекс разлуку. Но тебе нужно будет научиться справляться с этим, ведь скоро Турнир. Да что там Турнир? Скоро придется сражаться за объединение, и ты должна быть готова ко всему. Научись быть сильнее.

Игорь меня долго не задерживал, и я, пообедав, пошла к себе, чтобы снова побыть наедине с Ником.

Мы провели чудесный вечер вместе. Может, волшебство того момента во многом было оттого, что он был нашим последним перед пугающей неизвестностью, но это лишь придавало ему особенности.

У нас получалось говорить и молчать обо всем на свете. Ник снова рано ушел, а я осталась собираться на занятия, зная, что это мое последнее счастливое утро перед чередой испытаний.

Сегодня была лекция по культуре Клана Наблюдающих Жизнь, но мне никак не удавалось сосредоточиться на занятии. Как Игорь и обещал, меня отпустили чуть раньше, так что я бегом направилась в свою комнату. Ника еще не было, но через несколько минут раздался стук в дверь. Я открыла ее и бросилась любимому на шею. Мы стояли, обнявшись, и просто молчали.

Во мне не было понимания, как можно жить без него дальше, и как справляться со всеми трудностями. Для меня такое состояние было странным, но сейчас мне стало жалко саму себя. Я так расчувствовалась, что не заметила, как глаза наполнились слезами. Несколько маленьких соленых капелек упали на руку Нику, и он заглянул мне в лицо.

— Знаю, каково тебе сейчас, — сказал Ник, — ведь я чувствую то же самое, и хочу попросить тебя об одном: ты должна пообещать мне, что будешь сильной. Для себя и для нас с тобой как одного целого. Для нашего будущего. Я верю в тебя, и верю в то, что у нас вся жизнь еще впереди. Но все в этом мире дается за какие-то заслуги. И мне верится в то, что если мы с тобой выполним свой долг, судьба наградит нас долгими счастливыми годами. И ты в это верь. Это поможет.

Я слушала Ника и пыталась впитать в себя все то, что он говорил.

— Нам нужно с честью пройти через все испытания, — продолжил любимый, — чтобы потом, когда мы обретем наше счастье друг в друге, можно было не стесняться того, что что-то не выполнили. Перед тобой стоит очень важная цель, и я хочу, чтобы ты достигла ее с честью. Я верю в тебя, любимая. И знаю, что придет день, когда наши судьбы объединятся в одну. Нужно только немного подождать.

Николас обнял меня и поцеловал в губы, и в этом поцелуе он передал все то, что не смог выразить словами.

— Я люблю тебя, и всегда буду любить, — сказал он, уходя.

— И я тебя люблю.

Нежный взгляд, который Ник оставил мне на прощание, останется в моей памяти надолго. Любимый вышел и закрыл за собой дверь. И для меня ясно было одно: это он закрыл мое сердце для других.

Глава 20

Зловещее предзнаменование

После отъезда Ника у меня не оставалось ничего, кроме моей цели. Моя Инициация свершилась уже давно, и после того дня прошло много времени, так что я была одной из самых опытных новичков. Алекс же прошла свой обряд сравнительно недавно, и из-за этого нашей радости не было предела: ведь мы уже стали бояться, что она не успеет до окончательных состязаний. Получалось, что Турнир должен был состояться уже через три недели, и времени оставалось совсем мало. Алекс, будучи совсем новичком среди инициированных, должна была обучиться управлять зверем в считанные дни, и перед нами был целый пласт работы.

Мы договорились, что с часа дня и до восьми вечера будем тренироваться в вызове двойника, а в оставшееся время — изучать заклинания. Поскольку я уже давно могла призывать зверя, на меня легла ответственность натренировать в этом и Алекс.

Дни напролет мы сидели в маленьком зале учебного корпуса, ключ от которого нам оставил Кевин, и раз за разом повторяли все то, чему научились за время жизни в Клане. Через неделю занятий у сестры стало получаться довольно неплохо, и мы перешли к боям.

— Знаешь, Летти, если у нас так и дальше будет продолжаться, то у меня будут хорошие шансы на показательных соревнованиях, — с надеждой сказала Алекс и добавила, — и тогда я стану твоей вечной должницей.

— Думаю, что мы помогаем друг другу, — усмехнулась я, — ведь для меня это тоже тренировки.

Мы направились из столовой прямо к учебному корпусу, чтобы начать наши ежедневные занятия.

— Скоро Турнир, и никто не знает, с кем мне придется там встретиться, — беспокоилась сестра, — ты ведь знаешь, что не все двойники одинаково сильны. Некоторые могут побороть противника в два счета.

— Это верно, — ответила я, — но ты не должна забывать, что побеждает не тот, у кого самый сильный зверь. В бою иногда гораздо более важным является сила заклинания, направленного на ослабление врага, или какой-либо план по отвлечению его внимания. Мне кажется, ты не должна забывать пользоваться теми средствами, которым нас обучили. Конечно, иметь мощного двойника — очень хорошо, но иметь быстро и аналитически работающий мозг — еще лучше. И поверь, что победит не тот, кому все дано от природы, а тот, кто умеет использовать все свои силы.

— Я себе постоянно напоминаю твои слова, сестренка.

— У нас еще есть время для занятий, так что все получится. Главное — верить в свою победу.

Зал, в который мы ходили уже неделю, был не очень большим. Из обстановки здесь помещался только минимум — две маленькие парты со стульями. Такие помещения были рассчитаны именно на самостоятельные занятия.

Оставив свои вещи на партах, мы заперли дверь, чтобы никто не мог нам помешать. Надо сказать, что эти комнаты еще при постройке специально снабжались специальными материалами, которые создавали звукоизоляцию. Они находились в центре корпуса, и в стенах не было окон, чтобы во время боя стекло не разбилось и не поранило ученика. Таким образом, мы тоже никому не мешали заниматься.

Пол в зале окрашивался в черный цвет для того, чтобы защитные символы лучше прорисовывались. Персонал следил за количеством мела для изображения защитных символов. Конечно, все понимали, что в реальных условиях у нас не будет пишущего материала, и нам придется использовать подручные средства, но процесс обучения должен быть максимально облегчен.

В двух противоположных концах комнаты были нарисованы два квадрата: один — синий, а другой — красный. Они показывали места, на которых должны стоять противники во время боя. Здесь также был таймер, автоматически срабатывающий на повышение энергии в комнате, которое происходило во время поединка. По истечении десяти минут, времени, которое было официальным для одного боя на Турнире, подавался сигнал для его завершения. Таким образом нас снабжали всем необходимым.

Взяв по куску мела, мы заняли свои позиции.

— Готова? — спросила я у Алекс, и, дождавшись ответа, сказала: — на счет три.

Раз. Напряжение начинало расти…

Два. Мы почти ощущали энергию друг друга…

Три!

Заглянув внутрь себя, я призвала своего двойника. Привыкнув к нашей связи, в последнее время на это требовалось лишь несколько секунд. У нас с сестрой была договоренность, что я подожду, пока у нее не получится вызвать своего зверя. Так я и поступила. К моей радости за Алекс, у нее на это потребовалось лишь на пару секунд больше.

— А ты молодец, — крикнула я, и мы практически одновременно опустились чертить защитные символы.


Семь звезд со змеем, круг огня —


Защита от всего.


Пусть заслонят в бою меня


И зверя моего.


Эти слова одновременно слетали с наших губ.

Я искренне радовалась за свою сестру. Несмотря на то, что пройти инициацию ей удалось позже, чем многим, она оказалась поистине способной ученицей. И, поскольку в этом была доля моего участия, я действительно гордилась своей подопечной.

Заклинания подействовали, и мы были в равной степени защищены от нападения двойников друг друга. Следовательно, нужно было придумать что-то еще. Пускать своего двойника в бой мне пока не хотелось, так как он был сильнее, чем у Алекс. Сделав этот шаг, я прекратила бы бой, а моей целью было научить сестру.

Я сделала вид, что немного замешкалась, чтобы дать ей время на подготовку другого заклинания, и оно не заставило себя ждать. Надо сказать, что такой ход даже удивил меня.


Силами ветра, солнца, земли


Двойника моего направь.


Энергию духа ты в шар собери,


В противника это отправь.

Хорошо, что я была наготове и уже начертила дополнительную стену, оберегающую меня и моего двойника. Изящный единорог Алекс, поддерживаемый энергией атакующего шара, изогнул свою спину в прыжке и направился на моего грифона. В этот момент я подумала, как хорошо и полезно знать заклинания. Если бы не моя скорость, зверю пришлось бы несладко.

Отдав приказ своему двойнику наступать, я сосредоточилась на заклинании, которое помогало ослабить противника, и подкрепила его символом, вызывающим страх у нуара, стоящего на другом квадрате. Это помогло бы усложнить бой для Алекс и приблизить его к реальным условиям. Время уже было на исходе, когда мой грифон сошелся в бою с единорогом Алекс. Надо сказать, что сестра мужественно выдержала все мои атаки, и сейчас все зависело от наших двойников. С огромной силой сошлись они посреди зала. Грохот стоял невыносимый. Но было в нем и что-то особенное.

С такой же силой, как в начале схватки, наши двойники были отброшены в разные стороны, а на месте их схватки появился огромный черный мерцающий шар, похожий на сгусток энергии. Звук, который возник во время боя, не утихал, а мы, удивленные, не могли даже пошевелиться. Первый раз я видела подобное. Ни в одном из поединков такого не было. Увидев испуганное лицо Алекс, я закричала:

— Нам нужно уходить отсюда!

Надо отдать должное, сестра не спорила. Мы быстро схватили вещи и выбежали из зала. Когда дверь захлопнулась, и шум смолк, нам показалось, что все это было ненастоящим.

— Как думаешь, что там произошло? — с ужасом спросила сестра, — Никогда такого не видела.

— Еще бы тебе такое не видеть, — выравнивая дыхание, сказала я, — ведь этого не должно было произойти. Думаю, нам надо кого-то позвать сюда.

— Но кого? Кому мы сможем доверять?

— Здесь вопрос уже не в доверии, а в том, что это может быть опасным.

— Считаешь, нам следует сказать кому-то из учителей?

— Я думаю, что надо идти к господину Полянскому. Пусть он сам решает, кому с этим разбираться.

Быстро зашагав к кабинету Главы Клана, мы на бегу обсуждали варианты.

Зайдя в приемную, я увидела милую девушку секретаря.

— Вам назначено? — улыбаясь, спросила она нас с Алекс.

— Нет, но это очень важно, — попыталась объяснить я.

— К сожалению, господин Полянский сейчас очень занят, но мы можем подобрать день…

Последние слова девушки летели мне уже в спину. Я толкнула дверь кабинета Полянского, и влетела туда на огромной скорости.

Посреди комнаты, за большим овальным столом, сидели десять человек, которые входили в Совет Клана. Среди них, безусловно, были и оба Полянские.

— Прошу прощения…

Мое смущение достигло своей высшей точки, когда все взгляды испытующе направились на меня, а бровь самого Полянского вопросительно изогнулась.

— Я пыталась ее остановить, — начала было оправдываться секретарь, но Глава Клана остановил ее жестом руки.

— Мисс Летиция Ноэль, мы, безусловно, рады приветствовать вас в этот прекрасный день. Но дело в том, что мы немного заняты, и если у вас нет ничего срочного…

— Вообще-то есть, — я собралась с духом и продолжила, — прошу прощения за то, что так неприлично ворвалась в ваш кабинет, но боюсь, что произошло нечто непредвиденное.

По мере того, как я быстро старалась изложить суть происшедшего, лица членов Совета становились все более серьезными. К концу моего рассказа мне, кажется, удалось окончательно убедить их в том, что мой визит не был простой прихотью.

— Виктория, — обратился господин Полянский к девушке-секретарю, — вызовите в малый зал господина Брауна, он из Клана Хранящих Элементалей, и лучше всех нас разбирается в магии. Думаю, что именно этот преподаватель поможет нам разобраться во всем.

— Вы же, девушки, покажите нам то, о чем рассказывали, — обратился к нам кто-то из присутствующих.

Мы с Алекс кивнули в знак согласия, и повели Совет в малый зал, из которого выбежали двадцать минут назад.

Наверное, ученики, встречающие нас на своем пути, были озадаченными: что такого мы должны были учудить, чтобы за нами следовали все десять членов Совета Клана. Господин Полянский попросил новичков пройти по своим классам, после чего мы без помех дошли до нужного места.

Когда открыли дверь класса, и туда вошли все управляющие Кланом, на их лицах читалось не только удивление. Те из них, которые хуже всего умели справляться со своими эмоциями, были явно напуганы.

— Господин Полянский, объясните, что это такое. Мы не хотели бы, чтобы из-за нас пострадали другие ученики.

— Мисс Летиция, это вовсе произошло не из-за вас. Все дело в том, что этот шар относится к очень древней темной магии нашего народа. Среди всех представителей нуаров, которые уважают себя и чтят наши традиции, такая магия запрещена. Она может оказаться губительной. Хотя, судя по тому, что вы с сестрой все еще живы, предназначение этого предмета другое.

— Но какое же может быть у него предназначение, ведь это Замок, здесь много учеников, которые проходят Инициацию?

— Если бы я знал ответы на ваши вопросы, то, возможно, открыл бы их. Но я надеюсь, что мистер Браун поможет нам разобраться в происшедшем. А вот, кстати, и он.

Мистер Браун представлял собой невысокого человечка с упитанной фигурой и небольшой лысиной на голове. Увидев шар, он в явной мере заволновался.

— Мистер Браун, вы знаете, что это такое? — спросил господин Полянский.

— Конечно, вот только ума не приложу, как эта магия очутилась здесь. Дело в том, что изначально такие шары оставляли темные маги нуаров на метах поединков, чтобы нейтрализовать одного из противников, который был им неугоден. Как я понимаю, никто не пострадал?

Мы покачали головой, и мистер Браун продолжил.

— Как вариант, такие шары бросали для того, чтобы оставить какое-либо послание или предупреждение. Но вскрыть его можно лишь четверым представителям разных Кланов — настолько велика сила, создавшая его. Печально видеть свидетельство того, что последователи темной магии существуют и в наши дни.

Господин Полянский, как ни старался, не мог скрыть своего волнения:

— Вы можете помочь нам прочитать это послание?

— Конечно, но для этого я попрошу вас вызвать еще двух представителей Кланов Наблюдающих жизнь и Зверей Крови, а также мне понадобится в этом ваше участие. Магия настолько сильна, что в одиночку мне не справиться.

Господин Полянский отправил за необходимыми людьми, и мы дожидались их в молчании. Каждый думал о том, что бы могло это значить. Поскольку я обнаружила этот шар и была представительницей Клана Единения, или просто потому, что о нас забыли, нам негласно было разрешено остаться.

— Знаете, что самое странное во всем этом? — произнес после некоторых раздумий мистер Браун, — такая магия никогда не остается дожидаться случайного наблюдателя, она всегда дожидается кого-то определенного. Поскольку ее обнаружили эти ученицы, думаю, она была оставлена с определенной целью.

— Что вы имеете в виду? — не выдержала я.

— Я имею в виду то, юная леди, что кто-то определенно знал, что вы с сестрой занимаетесь именно в этом зале. И этот кто-то оставил шар именно для вас.

— Думаете, послание адресовано мне? — дрожащим голосом спросила я.

— Не обязательно, но вы должны знать, что это — предупреждение. Кто-то, не желающий вам добра, следит за вами, и этим поступком хотел показать, что вы гораздо уязвимее, чем думаете.

Страх железными тисками сжал мое сердце. Неужели даже в Замке, посреди бела дня я нахожусь в опасности? Тогда где же я могу чувствовать себя спокойно? Наверное, нигде. Наверное, принимая свою судьбу, я должна была подумать об этом. От горестных рассуждений меня вернули в действительность голоса преподавателей, за которыми посылал господин Полянский.

— Для начала нам нужно начертить пентаграмму вокруг этого шара, — начал объяснять мистер Браун, — затем все мы станем в лучах этой звезды, оставив один незанятым, и призовем каждый к своему Дару. Когда все будет готово, по моему сигналу, мы направим энергию в центр этого шара. Надеюсь, что это сработает.

Инструкции мистера Брауна были выполнены, и все заняли свои места в лучах пентаграммы. Сосредоточившись, представители древних Кланов направили свою магию в черный слепок энергии. Казалось, что все напрасно, и ничего не происходит, но затем раздался взрыв. Нас всех отбросило волной к стене, а на месте шара возникла уродливая голова, которая нечеловеческим, леденящим душу голосом произнесла:


Грядет день, когда Начатое будет закончено.


Дитя Единых канет в Пропасть Небытия.


Кровь будет пролита. Часы запущены.


И падающий в пропасть теряет Голову.

Сила удара, с которой мы столкнулись со стеной, была ничем по сравнению с тем ужасом, который поселился во мне при этих страшных словах. Конечно, кое-что было непонятно. Что имел в виду этот маг, когда говорил о "падающем в пропасть"? Над этими словами стояло задуматься. Но не оставлял сомнения смысл слов о том, что "дитя Единых канет в пропасть небытия". Не нужно обладать особой смекалкой, чтобы осознать, что это значило.

Все Кланы знали о моей Инициации. И это был Вызов. Вызов моей жизни, моему праву на престол, моим стремлениям. Наступило время, когда змея очнулась. Она открыто показала мне свое жало. Для меня больше не было сомнений в том, что все это по-настоящему. Раз кто-то не побоялся открыто поместить угрозу в Замке — месте, где была лучшая охрана, то я приму этот вызов. Вот только пощады не будет ни для меня, ни для него!

Глава 21

Турнир

Последующие дни прошли как на одном дыхании. Мы с Алекс тренировались только в присутствии Кевина, так как боялись подвергнуться нападению.

В Замке начались волнения. Постепенно все узнали о случившемся, и больше не было места нормальным отношениям между мной и другими учащимися. Весть о том, что этот шар был, в первую очередь, адресован мне, напугала нуаров. Они считали, что, держась от меня подальше, не попадут в круговорот интриг и таким образом смогут защитить себя. Я же думала, что они слепы. Как можно не понимать, что подобные события не могут затронуть лишь кого-то одного?

Я осталась практически одна. Конечно, мои друзья поддерживали меня, но чувство того, что мне больше нет места среди других учеников, а также то, что они считают меня изгоем, было слишком явным. Я успокаивала себя лишь тем, что в этом Клане мне осталось лишь успешно пройти Турнир, после чего можно будет уехать в другое место. Меня сейчас не пугало даже то, что этим местом был Клан Зверей Крови.

Я ожидала решающего поединка, а между этими переживаниями доводила себя до изнеможения тренировками. Мне было абсолютно ясно, что, возможно, даже по пути в другую обитель на меня могут напасть, и что лучшей защитой в таком случае будет готовность к самому серьезному бою. Был в этих тренировках и другой смысл для меня, смысл, который мне не хотелось раскрывать даже для себя самой. Безусловно, я понимала, что лежит в основе того, что сверстники меня сторонятся. Я не могла винить их за это. Но желание показать, что я не сломлена и смогу выдержать любые испытания, побеждало. Мне казалось, если я смогу достойно выступить на Турнире, то это частично реабилитирует меня в глазах других.

Впереди нас ожидало главное событие этого года. Наверное, самое время рассказать о том, как же все-таки проходит Турнир.

Для этого состязания была выделена целая неделя. Мы называли ее Неделей Боев. Каждый инициированный должен был вступить в поединок с противниками десять раз. Безусловно, все это не могло произойти в один день, так как бой требует огромных усилий как для самого инициированного, так и для его двойника. Поэтому нам давалось время на восстановление сил. Мы разбивались на две группы — кто-то выступал в нечетные дни недели, а кто-то — в четные. В день у каждого стояло по три сражения, и лишь в дополнительный, четвертый день, то есть воскресенье, на поле боя выходили все ученики для последнего, десятого соревнования. Этот день считался показательным, так как именно тогда можно было сравнить всех нуаров между собой. Этот день всегда считался праздником в Клане: ведь большинство инициированных проходили это испытание с честью, и Рыцари Ночи могли гордиться своими "выпускниками". Однако, в силу последних событий праздничность момента была испорчена страхом, который поселился в душе каждого. Но я по привычке нашла в этом и положительный момент: впервые нуары готовились к Турниру как к настоящему бою.

За несколько дней до самого состязания атмосфера особенно накалилась. Мы до сих пор не знали, с кем будем бороться. Предполагалось, что списки с именами соперников каждый получит в первый день Турнира, во время торжественной церемонии.

Наконец этот день наступил. Ночью я с сестрой почти не спала — волновалась за то, как все пройдет. Но, как ни странно, утром мы чувствовали бодрость во всем теле — наверное, у нас выбросилось так много адреналина от волнения, что хватило бы еще на несколько бессонных ночей. Утром каждый из участвующих в турнире должен был надеть свой костюм для состязаний, после чего нас ожидали к десяти часам на церемонии позади Замка.

Мы с Алекс, пока шли к назначенному месту, обсуждали возможные варианты противников.

— Не завидую я тому, кто будет с тобой сражаться, — пыталась шутить сестра.

— Почему? — недоуменно спросила я.

— Шутишь, что ли, — продолжила Алекс, — ты в последнее время как одержимая. У тебя есть только твои тренировки. Мы даже перестали общаться как раньше. Да еще и это общенародное мнение о том, что от тебя лучше держаться подальше. Нет ничего движущего человеком сильнее, чем желание кому-то что-то доказать. Не так ли, сестренка?

— Наверное, ты права, — подумав, произнесла я, — но ты ведь понимаешь, насколько это для меня важно. Скоро мне уезжать к Зверям Крови, а, как известно, именно их Клан был организатором переворота, в котором погибли мои родители.

— Ты боишься? — с волнением спросила Алекс.

— Правильнее сказать — остерегаюсь. Думаю, никто пока особо всерьез меня не принимает, да и вряд ли кто-то открыто попытается мне навредить, пока я нахожусь под опекой Клана. Ведь это чревато обрывом связей с другими нуарами. Несмотря на то, что все они по-своему относятся к возвращению власти Клану Единения, никто не захочет, чтобы во время Инициации в каком-либо Замке пострадал ученик.

— В твоих словах много правды, — согласилась сестра.

Мы дошли до места, и встали как вкопанные. Там, где еще вчера было чистое поле, сегодня возвышались трибуны. Сиденья для зрителей располагались по кругу от огромного манежа. На самом высоком постаменте располагались места для судей и инициированных. Мы с сестрой недоумевали, как можно было это сделать за ночь. Думаю, здесь не обошлось без магии представителей других Кланов. Кто знает, может, это один из них оставил для меня тот шар. Мы прошли к центральным сиденьям, где для каждого из нас было предусмотрено место.

В назначенное время, когда все были в сборе, и зрители шумели как пчелиный улей, на трибуну вышел господин Полянский. Само его появление заставило присутствующих замолчать. Все обратили свои взоры на него, и стали ожидать начала.

— Рыцари Ночи! Я рад приветствовать всех в нашем Замке на очередной ежегодной Неделе Боев. Это время особенно дорого для нашего народа: ведь мы не только получаем чудесное зрелище от умений юных и успешных учеников, но и пополняем свои ряды молодыми нуарами. Испокон веков это время считалось особенным. Именно в эту, одну-единственную неделю в году, мы станем большой семьей. Я рад также, что перед нами откроются новые таланты, которые потом займут наши места.

Зал зааплодировал. Безусловно, господин Полянский был очень уважаем в Клане, и его слова ожидал услышать каждый. Глава Клана продолжил:

— Правила Турнира остаются прежними вот уже несколько веков. Каждый нуар из вновь инициированных должен сразиться с десятью соперниками, после чего будут оценены результаты. Трое из новичков заработали себе дополнительные баллы для Турнира, поэтому они оказались несколько впереди других. Это Ядвига Оранская, Летиция Ноэль и Джек Нортен. Все остальные будут начинать бой с чистого листа. Я желаю присутствующим приятного времяпрепровождения, а сражающимся — победы.

Зал вновь зааплодировал. Крики и шум прервал бой гонга, который был сигналом к жеребьевке. К каждому из нас подошел преподаватель, вручил лист с именами соперников и номер — один или два. Мне достался номер один, что означало участие в бою по нечетным дням недели, а Алекс — наоборот — по четным. Развернув свой лист, я быстро пробежала взглядом по именам. Так, Алексей Молнин, Юрий Лавров, Кейт Андерсон и некоторые другие ребята, которые мне были хорошо знакомы. Я знала технику боя каждого из них, и была довольна тем, что смогу хорошо выступить.

Итак, первый день состязаний начался! Инициированным, которые вступали в бой, дали время на подготовку и разбили на пять показательных боев, в каждом из которых, соответственно, участвовали по три нуара. Я со своими соперниками составила четвертую группу. Те, кто не участвовали в определенном поединке, могли находиться в своих комнатах. Как это ни тяжело, но я решила остаться на все сражения. Конечно, в это время можно было бы отдохнуть и набраться сил, однако, на мой взгляд, никакой опыт лишним быть не может. Надо было остаться на поле для того, чтобы понаблюдать за стратегией моих потенциальных противников. Последний день, то есть воскресенье, оставался для нас неизвестностью: лишь в этот день победители по поединкам вытягивают имя своего десятого соперника, и им может оказаться кто угодно.

Прозвучал сигнал, и на арену вышли три первых участника. Двух из них я знала не очень хорошо, а вот третьей оказалась Юля. Мне было неизвестно, какими по силе окажутся ее соперники, но совершенно точно знала, что она очень сильная. Честно говоря, мне было спокойно за подругу.

Противники должны были пожать друг другу руки, после чего на поле оставались только двое из них, в то время как третий ожидал своего часа. Когда определилось, что Юля участвует в первом и третьем боях, к нам с Алекс подсела Ядвига Оранская, наша подруга.

— Где ты пропадала, — набросилась на нее сестра, — мы тебя нигде не видели.

— Мой наставник давал мне последние распоряжения перед поединком, — ответила подруга, — мы обсуждали варианты ведения боя, когда я получила список своих противников. А у вас как?

— Я вступаю в бой сегодня, — рассказала я Ядвиге, — а Алекс — завтра. Что касается противников, то с Лешей мы уже сражались, а вот с Олей и Юрой я знакома не очень хорошо. Но, надеюсь, у нас все получится.

— Да, не зря же мы столько тренировались, — поддержала меня Ядвига, — если мы достойно не выступим, то грош нам цена.

Между тем бой на поле разгорался не на шутку. Не смотря на то, что у противника Юли двойник не представлял особой опасности, события с черным шаром научили всех нас более серьезно относиться к поединкам. Нужно сказать, что ребята подтянули свои заклинания "на отлично", и даже Юле, которая никогда не жаловалась на проблемы со скоростью или силой заклинаний, пришлось приложить достаточно усилий для того, чтобы победить.

После того, как первое состязание окончилось, объявили перерыв на десять минут для выставления оценок. Наконец мы могли расслабиться. Однако этого нельзя было сказать о нашей подруге — впереди у нее был еще один поединок. Вскоре судьи объявили победительницей Юлю, и начислили ей одно очко (за каждую победу на поединке давали одно очко, а тем троим, которые заслужили дополнительные баллы, добавляли после всех поединком еще один балл, то есть, как бы лишнюю победу).

Следующие бои, все как один, прошли на одном дыхании. Наверное, я так волновалась, что в этот день время не имело для меня никакого значения. Таким образом, через пару часов подошла очередь нашей группы.

Господин Полянский попросил нас спуститься на арену, и поприветствовать друг друга. Когда я пожимала руки своим противникам, то обратила внимание на то, что у обоих они были холодными — видно, все мы одинаково переживали, и не было ни одного равнодушного.

По жеребьевке первыми в поединке должны были сойтись я и Кейт Андерсон. Во втором поединке встречались Кейт и Юра Лавров, а затем я и Юра.

По сигналу Юра ушел с поля, а мы с Кейт заняли свои позиции. Нам разрешили начинать, и я в тоже мгновение призвала своего двойника. Пока Кейт делала то же, я успела начертить символ защиты. Через мгновение она закончила с призывом, и рядом с ней стоял большой зверь с телом льва. Голова зверя была ужасна: на нем была словно маска из чего-то неживого. Хвост его был разделен на множество частей, и представлял собой смертоносную плеть. Шерсть на спине окрашена в ядовито-красный цвет, будто говоря сама за себя, что к такому "зверьку" лучше не подбираться. В момент, когда я увидела ее двойника, мне подумалось, что мой грифон выглядит до ужаса дружелюбно. Хотя, может быть, это и к лучшему, ведь сила, заключенная в нем, была огромной.

Пока моя соперница бросилась чертить защиту, я успела снабдить своего зверя заклинаниями, увеличивающими силу двойника, а также дающими ему устойчивость к ударам противника.

Надо сказать, что последнее время я очень старалась, и хорошо преуспела по части заклинаний. Получилось, что мы окончили в одно и то же время, и далее моей стратегией было не дать Кейт сосредоточиться. Я послала приказа своему грифону напасть на ее зверя, и подкрепила его дополнительной силой. Мой зверь, поднявшись в воздух, приблизился к двойнику Кейт на огромной скорости. Расставив хищно когти, он внезапно спикировал и постарался впиться ими в тело врага. Но ужасный лев был очень проворным: изогнувшись, он в последний момент прижался к земле, и, избежав когтей моего грифона, постарался хлестнуть его своим смертоносным хвостом. В такие моменты, подумала я, понимаешь, зачем стоит учить защитные заклинания. Если бы не они, мой зверь уже здорово пострадал бы. Я не стала дальше рассуждать о магии, а попыталась придумать что-нибудь поинтереснее. Я приказала моему двойнику сделать вид, будто он возвращается ко мне, а сама послала в противника заклинание, создающее туман. И когда, не успев опомниться, Кейт и ее зверь, потеряли ориентацию, наступил мой час. Я направила грифона на льва. Поскольку зверь противника был в растерянности и мало что видел, мой двойник нанес ему приличный ущерб. Время поединка закончилось, и мы ждали результатов.

"Юра должен быть в определенной мере мне за это благодарен, — подумала я, — ведь двойник Кейт выведен из равновесия, и ему будет легче с ней справиться".

Через несколько минут объявили, что в этом бою победила я, и у меня появился второй балл в дополнение к тому, что был еще до Турнира.

Настал черед Кейт и Юры. В этот момент ко мне подошел Господин Полянский, и тихонько прошептал:

— Это, конечно, против правил, но мы можем сделать некоторое исключение, — он взял меня под локоть, и повел к небольшому строению, которое служило чем-то вроде временного буфета для Турнира, — у вас есть десять минут, пока будет длиться этот бой, после чего вы должны вернуться на поле. Если опоздаете, балл будет начислен вашему противнику.

Сказав эти слова, он оставил меня в этом шатре. Я оглянулась по сторонам, но ничего не заметила. Не понимая, что происходит, уже собралась было уходить, как из другого конца раздались голоса:

— Летти! Милая!

Я развернулась со скоростью света, и бросилась в объятия к родителям. Боже, как же мне их не хватало! Вся моя душа и сердце благодарили небеса и господина Полянского за эту встречу. Пусть даже она и должна быть такой короткой.

— Доченька, мы знаем, как много тебе пришлось пережить в последнее время, — наперебой пытались рассказать родители, — поэтому и попросили Кевина об этой встрече.

— Сегодня у тебя большой день, — обнял меня папа, — и мы с мамой знаем, что у тебя уже есть два балла.

— Но, детка, — продолжила мама, — мы хотим, чтобы ты знала: вне зависимости от исхода Турнира ты останешься для нас самым любимым человечком.

— Нам просто хотелось пожелать тебе удачи, — сказал папа, и мы все обнялись.

— Мне так вас не хватает, — прошептала я родителям.

Мы все знали, что эти слова значат для нас очень многое.

Прошло еще где-то четыре минуты от начала боя, но зрители стали громко шуметь. Где-то раздавались аплодисменты, а где-то крики явного неодобрения.

— Что произошло? — недоумевала я.

— Не знаю, — еще раз обняла меня мама, — но думаю, что тебе пора.

Я бросила последний взгляд на родителей, и быстро направилась на арену. Когда я пришла на площадку, моему удивлению не было предела. Мне впервые пришлось видеть подобное с тех пор, как приехала сюда для прохождения инициации.

Посреди поля лежала Оля. Она была без сознания, и ее двойник был уже отозван. К ней уже успели подбежать медики, которые укладывали ее на носилки, чтобы унести с поля.

Для меня было странно, что ученический поединок может закончиться подобным образом. Конечно, мы пытались максимально приблизить условия сражения к реальным и какой-то ущерб наносили друг другу и своим двойникам, но чтобы дошло до потери сознания…

Мне показалось, что это уже слишком.

Судьи объявили о том, что Юра получает одно очко.

Радость оттого, что я увиделась с родителями, омрачилась двумя вещами. Во-первых, тем, что мне приходилось сражаться с учеником, который только что пренебрег всеми этическими составляющими нашего поединка. Но и это было бы половиной проблемы. Получилось так, что именно во время этого поединка я отсутствовала, и пропустила абсолютно все. Мне было неизвестно, что собой представляет зверь моего противника, его техника его боя и излюбленные заклинания — ничего! В то время как получалось, что он знал обо мне все, и был лучше подготовлен к бою. В общем, ситуация складывалась не в мою пользу.

Будь у меня другой характер, я, наверное, испугалась бы. Но здесь для меня был вопрос чести. Никто не может во время ученического поединка пользоваться такими приемами, которые приводят к несчастным случаям. Никто!

Я решила, что кто-то должен проучить этого нахала. Он тоже должен понять, что и на него найдется сила, превышающая его собственную.

Таким образом, выбор был сделан.

Я пойду до конца. И хоть передо мной никогда не стояла цель победить кого-то на этом Турнире, здесь ситуация отличалась.

Перед тем, как начать, судья взял слово и предупредил, что исход, подобный предыдущему, нежелателен на этом Турнире.

Когда прозвучал сигнал к началу, я решительно заняла свою позицию.

Юра сразу показался мне сильным противником: безо всякого промедления, свойственного новичкам, он призвал своего двойника. Мы справились одновременно, вот только в этот раз ситуация сложилась не в мою пользу.

Привыкнув играть на чужом замешательстве, в этот раз я попала в такую же ловушку. Увидев зверя Юры, я пришла в полный ужас. Он был подобен минотавру: огромная тварь в два человеческих роста с головой быка и мощными лапами. Голову украшали мощные рога, отчего создавалось впечатление, что эта тварь пришла в наш мир прямо из ада. Все тело его было преисполнено мощи и огромной силы. В этот момент я подумала, что хорошо то, что нам запрещено на Турнире приказывать двойникам вступать в бой с самим нуаром, противником его хозяина.

В то время как меня осаждали невеселые мысли, Юра, более сосредоточенный, чем я, успел начертить стандартные символы защиты. Видно, он настолько хотел победить, что даже не дал мне опомниться. Когда я смогла сосредоточиться, сразу же бросилась делать то же. Ведь без них и я, и мой двойник очень уязвимы.

Мне удалось сфокусироваться на точном выведении знаков, и не сразу стало понятно, почему поднялся такой шум. Подняв глаза, я увидела приближающегося ко мне минотавра.

Он что, рехнулся? Или, может, зверь еще поменяет направление? Но траектория бега двойника Юры не изменилась. Так вот в чем дело… Юра пускает в игру запрещенные приемы.

"Наверное, это мысль будет моей последней", — проскочило у меня в мозгу.

Я уже физически ощущала всю мощь зверя, несущегося на меня, но от ужаса не могла даже пошевелиться. Кажется, с трибун прокричали приказ остановить бой. Но и это не остановило моего противника. Когда до столкновения остались считанные секунды, я почувствовала, как что-то крепко ухватило меня за талию, и подняло вверх.

Но что это могло быть? Неужели…

Никто и никогда не упоминал о том, что двойник может принимать самостоятельные решения, ведь он всегда слушал только приказы хозяина. Но то, что мой грифон только что спас меня от неминуемой гибели, было очевидным. Я ловила ртом свежие потоки воздуха, и была счастлива оттого, что осталась жива.

Взлетев повыше, мой двойник отпустил меня, и я стала лететь в свободном падении, но в ту же минуту ощутила под собой сильную спину. Летающих двойников не было со времен моего известного предка, и я решила воспользоваться своим преимуществом.

Я приказала грифону спикировать на зверя противника и вступить с ним в бой, ловко маневрируя в воздухе так, чтобы он не мог нас достать. Казалось, удача перешла на нашу сторону. Мы действительно нанесли довольный ущерб силам противника, пока были в воздухе, но Юра оказался очень хитер. Не желая проигрывать, он прибегнул к запрещенной магии — магии, подобной той, которая была в темном шаре. Мой противник создал из энергии комок змей, и направил его прямо в меня. Конечно, сильно навредить мне во время Турнира он не мог, однако меня это уже не волновало. У меня был слишком сильный страх перед этими тварями, так что все вышло словно само собой.

Небо над нашими головами сгустилось и потемнело. Огромные тучи с бешеной скоростью наползали друг на друга, и, сталкиваясь, создавали ужасный грохот. Как у меня это получалось, я объяснить не могла, но и остановиться была уже не в силах. Среди учеников началась паника, судьи снова и снова подавали сигналы к окончанию боя, а мы с Юрой стояли друг напротив друга, и знали, что только один должен выйти победителем из этого поединка.

В очередной раз, когда тучи сошлись, из них появилась огромная молния, которая, сверкая, ударила именно в то место, где стоял мой соперник. Юра пошатнулся и упал. Конечно, он не умер, но, я думаю, понял, каково было Ольге. Зрители онемели от шока. Воцарилась полная тишина. Я не знала, как они на это отреагируют, ведь, сама того не желая, использовала магию Хранящих Элементалей, которая запрещена на этом поединке. Небо потихоньку прояснялось, и я услышала какой-то звук. Сразу было подумала, что мне показалось, но потом стала отчетливо различать аплодисменты. В этот момент я осознала, что учащиеся и преподаватели были на моей стороне.

Я приказала грифону опустить меня на землю, и прошла к своему месту. Алекс была настолько шокирована происходящим, что не сразу смогла произнести:

— Ты все сделала правильно, сестренка, и я на твоей стороне.

Через пару минут нам объявили результаты:

— Поскольку в этом поединке была использована запретная магия, то оба соперника лишаются начисления очков за этот бой. Что же касается Юрия Лаврова, то с окончательного количество баллов у него будет отнято один за то, что инициатором этого беспорядка был именно он. Отныне хотим отметить, что если впредь появится что-либо подобное на этом Турнире, состязания будут перенесены на следующий год для того, чтобы вы научились сражаться достойно!

После объявленных результатов я постаралась скорее покинуть поле для того, чтобы немного побыть одной. Алекс последовала за мной, и вскоре мы оказались в моей комнате.

— Ты чего, — спросила сестра, — расстроилась из-за того, что вас обоих лишили баллов?

— Нет, конечно, — рассердилась я, — баллы меня вообще не интересуют. Меня пугает то, что произошло. Древняя магия, которая проснулась во мне в ответ на угрозу. Я понимаю, что возможность использовать ее заложена в моей крови, но ведь даже не было еще шанса пройти Инициацию в их Клане!

Мы хотели продолжить наш разговор, но в комнату постучали. Не успела я ответить, как дверь распахнулась, и в нее вошел Кевин.

— Летти, тебя ждут в кабинете господина Полянского. Срочно.

— Но Кевин, — попыталась возразить сестра, — Летиция слишком устала, они не могут прямо сейчас тащить ее туда.

— Ничего, Алекс, — мне удалось успокоить сестру, — я пойду туда.

Оставив брата и сестру в своей комнате, я направилась в учебный корпус. По дороге мне встретилось несколько знакомых нуаров. Для меня явилось некоторым открытием та реакция, которую я прочитала на лицах моих знакомых. Во время поединка с Юрой они, безусловно, приняли мою сторону, так как этот нуар в своем желании победить становился просто опасным. Однако после сражения, я увидела, что они опасаются меня. Безусловно, они понимали, какая магия использовалась мной во время сражения, и это напугало их. Я не могла уверять знакомых в том, что это вышло случайно — мне все равно никто бы не поверил. Молодые нуары стали сторониться меня.

С этими невеселыми мыслями я дошла до приемной Главы Рыцарей ночи, и сидящая там девушка любезно пригласила меня войти.

Зайдя в сам кабинет, я увидела там почти то же, что и в прошлый раз. За круглым столом собрались все члены совета Клана, а из посторонних людей там, как и я, был Юра.

Даже постороннему наблюдателю было бы заметно, насколько сильно мы с ним влипли.

— Присаживайтесь, мисс Ноэль, — произнес господин Полянский, — разговор будет длинным.

Я присела на указанное место и стала ожидать.

Господин Полянский начал:

— Как всем известно, магия, которую вы использовали, запрещена. И это касается как одного из вас, так и другого. Поэтому мы дадим слово каждому для того, чтобы он мог оправдаться. Сперва вы, мистер Лавров.

Юра встал и очень уверенно, как будто не сделал ничего дурного, заговорил:

— Весь год, пока мы здесь жили, нас учили побеждать. Каждый день до нас доходят слухи, что переворот, который случился более десяти лет назад, может повториться. И подтверждением тому послужили события трехнедельной давности. Думаю, что мы должны уметь защищаться, а не тренироваться играть в нападение. Я не жалею о том, что применил эту магию, так как убедился, что смогу защитить свою семью в случае нападения. Если вашим решением станет изгнание меня из Замка, я приму его.

В комнате воцарилась тишина. Каждый из присутствующих обдумывал слова Юры, и все понимали, что часть правды в них есть. После нескольких минут молчания господин Полянский произнес:

— Ваш черед, Летиция.

Я собралась с духом и сказала:

— Согласна с Юрой, что опасность того, что на нас могут напасть, велика. И согласна также с тем, чтобы обучение шло на более высоком уровне. Однако эти возможности должны распространяться на всех учащихся, а не только на тех, кому удалось самостоятельно изучить древнюю магию. Что же касается моего использования магии Хранящих Элементалей, то ничего более конкретного, кроме того, что это получилось случайно, сказать не могу. Я была так напугана клубком змей, который выпустил в меня Юра, что даже не сразу поняла, что случилось. Думаю, что это умение передалось мне с кровью матери. Большего, к сожалению, пояснить не в состоянии.

Господин Полянский дождался окончания моих объяснений и произнес:

— Мисс Ноэль, мы хотим услышать ваше мнение, как нам поступить с мистером Лавровым.

— Я не думаю, господин Полянский, — ответила я, — что вправе решать подобные вопросы. Если больше ничем не могу помочь, тогда, с вашего разрешения, хотела бы пойти к себе.

— И вам не интересно, что мы решили по поводу вас?

— Мне казалось, что я знаю: мне не начислят балла за то выступление.

— Нет, мисс Ноэль, мы не могли обойтись только этим.

— Тогда что же еще? — волнение отразилось в моем голосе, и это здорово меня разозлило.

— Вы отстраняетесь от последующих двух дней соревнований.

— Но господин Полянский…

— Дело здесь не в том, Летиция, что вы использовали древнюю магию, а в том, что теперь все ученики боятся сражаться с вами. Вы выйдете на поле только в воскресенье, и, соответственно, у вас не будет тех очков, которые смогут заработать другие. Поскольку мы видели, как вы сражаетесь, то ваша Инициация не будет подвергнута сомнению, и вы сможете продолжить обучение в других Кланах.

Получалось, что бой в воскресный день будет для меня лишь фиктивным.

— По-другому обстоят дела у мистера Лаврова, — обратил свой взгляд Полянский на Юру, — мы можем оставить вас в Клане только в том случае, если вы дадите клятву на аллозане в том, что будете всегда верны своему Клану, и когда понадобится ваша помощь нам или будущей правительнице, вы ее окажете.

— Хотите сделать из меня вечного слугу, — с презрением спросил Юра.

— Нет, мистер Лавров, однако вы зарекомендовали себя как сильного и опасного бойца. Нам остается либо взять вас в свои ряды, либо объявить врагом, — выбор за вами.

Юра нехотя кивнул и покинул комнату.

— Не лучше ли нам было принять второй вариант относительно этого молодого человека? — спросил один из членов Совета.

— Нет, — сказал задумчиво Полянский, — ему нужно время. Как и всем нам.

Мне разрешили вернуться в комнату, и я рада была тому, что могу побыть немного в одиночестве.

Глава 22

Неделя боев

Я тяжело переживала свое отстранение от боев: так много всего было поставлено мною на карту ради этой Недели. И в результате все ушло в никуда. Мне было непонятно решение Совета относительно моей судьбы на этих испытаниях: ведь если бы Юра не выпустил в меня этот ужасный клубок шипящих змей, ничего бы не случилось. Старейшинам Клана должно быть известно, что нуар осознанно может применять магию Крови лишь тогда, когда ему удалось пройти Инициацию. Мои же планы относительно Хранящих Элементалей лежали далеко впереди.

Мысли сбивались с толку. Я страстно желала соревноваться с другими новичками, ведь именно через эти бои мне можно было показать всему Клану, что я буду сильным правителем и хорошим стратегом. И в том, что этой возможности меня лишили, был виноват он.

Лавров.

Обида на него росла во мне с каждой минутой, и уже достигла своего апогея. Мне было неприятно одно упоминание его имени. Вечер после первых сражений я провела одна, в своей комнате. Мне не хотелось видеть сейчас кого-либо, поэтому, когда в дверь кто-то постучал, я не открыла. Наверное, это была сестра. Я надеялась на то, что завтра она меня простит за это нежелание общаться, ведь только ей всегда удавалось почувствовать то, что творилось у меня в душе.

Второй день турнира был днем сражения для Алекс. Она ужасно волновалась, так как относительно поздно прошла Инициацию. С каждой минутой, приближающей сестру к соревнованиям, в ее душе рос страх за то, что она не сможет достойно противостоять своим противникам.

Я успокаивала ее целое утро перед боем, и, вроде бы, достигла в этом определенных успехов. Мне было известно, что у сестры есть еще одна причина для волнений: совсем недавно она вошла в новую семью, семью своего мужа, и теперь очень старалась наладить отношения с господином Полянским. Ей нужно было достойно выступить на Турнире еще и потому, чтобы Глава Клана мог гордиться женой своего сына, ведь слухов, окружающих их род после внезапной свадьбы, и так было предостаточно.

На утро второго дня соревнований, как и положено, господин Полянский вновь собрал всех участвующих на поле, и зачитал, кто с кем сражается. Я сидела на месте, с которого все было хорошо видно, однако то, что мне удалось услышать и увидеть, не очень понравилось. Я переспросила у Кевина, сидящего рядом со мной, но никакой ошибки быть не могло. По выражению лица брата, свидетельствовавшем об искреннем волнении, мне стало понятно, что мы не ошиблись.

Из трех противников Алекс две были девушками. Их репутация говорила о том, что характер каждой из них был тихим и спокойным, а успехи в учебе и навыки, полученные в Клане, не отличались какими-либо особенностями.

Однако третий противник Алекс, молодой человек лет двадцати, был серьезным противником. Если сестру вообще можно было считать противником для него.

Еще давно, где-то месяц назад, я слышала о том, что он умеет сочетать хорошее владение магией с сильным двойником. Признаться, многие ребята боялись выйти с ним в бой, а тут — девушка. Конечно, в Клане не делали различия между воинами, но для Алекс, которая недавно только смогла призвать двойника, это было уже слишком.

После объявления противников, сестра подсела ко мне, так как должна была участвовать во второй серии боев.

— Летти, я не знаю, как смогу справиться с этим верзилой, — волновалась она, — мне кажется, что победить его просто невозможно.

Я взяла сестру за руку, чтобы немного подбодрить, и поняла, что ее руки совсем ледяные.

— Ты замерзла, — с удивлением спросила я, так как чувствовала себя комфортно, — почему твои руки такие холодные?

— Летти, разве ты не видела его, — кажется, сестру охватила паника, — его могла бы победить только ты, да и то, если бы призвала магию Хранящих Элементалей.

— Алекс, — мне приходилось произносить каждое слово медленно и отчетливо, — ты должна меня выслушать. Мне действительно понятен ход твоих мыслей, ведь вчера я сошлась в бою с не менее опасным противником. Но ты должна знать, что никто из нас не является непобедимым. У каждого есть свои слабые места, нужно только быть более внимательной. И даже если ты не сможешь его победить, ничего плохого из-за этого не случиться, ведь главное на Турнире — хорошо себя показать и заработать очки, а ты сама знаешь, что их может быть много даже в том случае, если ты не победишь. Главное для тебя сейчас — выступить достойно.

Увидев, что сестра меня слушает с вниманием, я продолжила:

— Хочу дать тебе один совет: расслабиться ты можешь лишь на скамейке после боя, но ни в коем случае не на площадке. Знай, что твой противник силен, но он такой же нуар, как и ты, и принадлежит к тому же Клану. Будь внимательна и собрана, и, кто знает, может, удача окажется сегодня на твоей стороне.

Алекс рассеянно кивнула, и мы стали смотреть на площадку. Первыми туда вышли две девушки. Следя за техникой их боя, я смогла отметить, что ничего особенно сложного в ней не было, и Алекс легко смогла бы противостоять любой из них. Бой длился положенные десять минут, и, признаться, к концу его нам стало несколько скучно, так как последующий ход каждой из соревнующихся был слишком предсказуем.

Но затем, во втором поединке, на бой вышел Джек Нортен. Я смотрела на этот, впрочем, короткий бой с восхищением и трепетом. Девушка, сражавшаяся с ним, не продержалась и половины выделенного времени. Но это была не прямая заслуга Джека. Выходя на площадку, нуары, сражающиеся с Нортеном, уже заранее сдавались, так как были неуверенны в своих силах. Пока шли обсуждения результатов боя, я постаралась быстро сказать Алекс пару слов, так как знала, что наступил ее черед.

— Сестренка, — начала я, — мне кажется, главное, что ты можешь вынести из этого поединка, просто как божий день. Ты не должна, как твоя соперница, заранее уступать ему победу. И даже если он сможет тебя побороть, пусть хотя бы этот поединок дастся ему с трудом.

Сестра кивнула. Через мгновение господин Полянский объявил результаты, и они, безусловно, были в пользу Джека Нортена. Кто бы мог сомневаться? Я пыталась внешне быть спокойной и передать это спокойствие сестре.

Затем господин Полянский пригласил на поле сражения Алекс, Таню Наумову из первого боя, Джека и Маргарет Шульц, одну из тех девушек, которая еще не встречалась с Нортеном.

Все противники пожали друг другу руки в знак уважения. Как сестра, я смогла заметить слегка вздрогнувшую руку Алекс, когда к ней прикоснулся своей огромной рукой Джек.

Первое состязание проходило между Алекс и Таней, чтобы закончить трилогию боев последней. Двойник Тани не представлял собой особой угрозы: он был в человеческий рост. Вместо рук у него были клешни, оканчивающиеся острыми, как лезвия краями. Голова, с огромными черными глазами, вертелась во все стороны, чтобы лучше видеть своего противника, но ему это, похоже, не особенно удавалось. По сравнению с ним величественный единорог Алекс выглядел просто чудесным существом, сошедшим на землю с небес.

По сигналу Алекс принялась чертить вокруг себя и своего двойника защитные символы. В этот момент она была прекрасна. Внезапно налетевший на манеж ветер растрепал ее волосы, и донес до трибун чудное пение ее голоса, призывавшего себе на помощь высшие силы. Она была похожа на воительницу. Опасную, но, тем не менее, притягивающую взгляды к себе.

Я взглянула на места, где сидели старейшины Клана. Там же было место и Игоря. Он не следил за всем происходящим. Его взгляд был прикован только к ней, одной-единственной девушке, судьба которой волновала его в этот момент. Не нужно было владеть особыми знаниями психологии, чтобы увидеть любовь и восхищение на лице моего друга.

Мой взгляд переместился вновь на сражающихся, и это совпало с нападением.

Закончив все приготовления, Алекс приказала своему единорогу напасть на зверя Тани. Он, исполнивший ее слова в тот же момент, изящно изогнул свое тело в прыжке. Два зверя сошлись в битве, охраняемые защитой своих хозяев. Я видела, как сосредоточена сестра: она все время, не отрывая глаз от своего зверя, чертила символы, дающие ему дополнительную силу и устойчивость перед ударами соперника.

Постоянно меняя тактику нападения, единорог Алекс находился практически вне пределов досягаемости двойника Тани, а те редкие удары, которые тому все же удавалось наносить, не причиняли двойнику сестры особого ущерба. Прозвучал удар гонга, который свидетельствовал об окончании этого поединка. В конце его объявили результат, который никого не удивил: Алекс сражалась лучше, и получила балл за свою победу.

Как я и думала, сестра собрала все свои силы и довольно хорошо выступила, обойдя свою соперницу. Да, девушке сегодня явно не везло. Я пожалела ее, но напомнила себе о сестре. Сейчас самое главное то, как она выступит против Джека.

И поединок не заставил себя ждать.

Я хотела, чтобы ей дали немного отдохнуть от предыдущего боя, но правила и судьи оказались непреклонны.

Полянский с неохотой зачитал имена Алекс и Нортена, так как понимал, что обрекает невестку на проигрыш.

Но я надеялась.

На площадку, с двух сторон, вышли противники. Алекс была в ярко-красном плаще, на котором виднелись два герба — семьи Вендли и семьи Полянских. Поскольку она теперь принадлежала к правящему роду, ее обязанностью было носить герб Главы Клана. Хотя ей сегодня этого и не хотелось бы. Она боялась, как бы кто потом не сказал, что ей присудили баллы за принадлежность к роду Полянских.

Джек носил черный плащ, который вместе с его устрашающим обликом довольно красноречиво говорил о том, что с ним шутить нельзя. На его спине был странный герб, которого мне до этого видеть не приходилось. Я обернулась, и увидела сидящего позади меня Кевина.

— Что это у него за герб, — спросила я, — напоминает сплетенные цветки аллозаны.

— Так и есть, — ответил брат, — его род принадлежит к основателям этого Клана, так же как и твой. И один из его предков, будучи в боевом походе, нашел странное растение, которое могло влиять на разум нуаров. Принеся его во дворец, он тем самым впервые открыл нашему миру аллозану. Как и всегда, сначала поднялись споры: нужен нам этот цветок, или же этот правитель принес его для того, чтобы управлять нуарами. Но затем, заметив чудесные свойства этого растения, больше уже никто не сомневался. Поэтому его герб и состоит из сплетенных цветков аллозаны.

— Но что случилось дальше? — не унималась я, — Почему его семья сейчас не занимает передовые позиции в Клане?

— Ну, во-первых, потому что из всей семьи в Клане остался только он, тот, кто еще не прошел Инициацию.

— Но что же могло случиться со всей его семьей? — подобная новость не давала мне покоя еще и потому, что я знала, как это — остаться без своих родных. Я искренне пожалела Джека, еще не зная его истории.

— А разве ты не слышала? — удивился брат, — Говорят, этих нуаров, наравне со Зверями Крови, подозревали в убийстве твоих родителей. После смерти его деда, родителей Нортена отправили в изгнание, запретив появляться в Замке Рыцарей Ночи. Когда же Джек повзрослел, ему позволили пройти здесь Инициацию. Вот только слухи о предполагаемом участии его семьи в Перевороте сделали свое черное дело: нуары сторонятся Нортена, да и сам он не очень-то охотно идет на сближение…

По мере произнесения этих слов Кевином, мои глаза округлялись, и мне становилось тяжело дышать. Не может быть! Ведь если все это правда, тогда мой враг находится очень близко. Я стала еще больше желать Алекс удачи. А мои сопереживания горю этого новичка стали потихоньку меркнуть.

— И вот теперь он должен быть несколько поодаль от дел Клана, чтобы не разразилась новая война.

— Но как доказали их вину? — спросила я у брата.

— Знаешь, ведь в те времена я был совсем еще ребенком, и не мог здраво оценить всю обстановку, — засомневался Кевин, — но я слышал, что по влиянию в мире нуаров его род мог бы стать следующим в управлении государством, и это предположение сделало их главными подозреваемыми.

Дослушав брата до конца, мне стало ясно, что из всего этого можно вынести лишь одну истину — на данный момент все события того времени были покрытии мраком. И именно мне предстояло разобраться во всем этом.

Я обратила свое внимание на поле боя, и как раз в этот момент господин Полянский подал сигнал к началу поединка.

Воздух вокруг соперников задрожал, и в ту же секунду они призвали своих двойников. Но, нужно сказать, по сравнению со зверем Алекс, который выглядел совсем не воинственным образом, двойник Джека был ужасной тварью, вышедшей из преисподней.

Зверь Джека напоминал огромного человека, но у него была одна "маленькая" изюминка. Тело его было словно выковано из стали и покрыто металлическими доспехами темно-синего цвета. На этих доспехах был выгравирован странный ярко-желтый узор, который напоминал гербовый рисунок их семьи. Морда зверя закрывалась чем-то наподобие шлема так, что из-под него ничего не проглядывало. И только сзади вырывался хвост красных волос. В руках у этого двойника был щит, украшенный гербом, и изогнутая сабля наподобие мусульманских.

Не знаю, почему я не обратила на все это внимание в тот раз, когда он дрался с Таней, но сейчас увиденное меня действительно очень поразило. Конечно, я понимала, что сабля эта не была из стали, как было бы обычное оружие, но она, несомненно, несла в себе губительную силу. И все же… Я, наверное, была бы плохой сестрой, если бы не надеялась на удачу Алекс в этот момент.

Джек, будучи уверенным в своей победе, дал сестре фору. В моей душе царил такой хаос из-за страха за нее, что сдержать свой крик мне не удалось: "Защитное заклинание, черти его!".

Конечно, опомнившись, я поняла, что меня могут и попросить выйти за подобную выходку, однако атмосфера была накалена до такой степени, что на мой возглас не обратили никакого внимания.

Уж не знаю, услышала меня сестра, или в ней сработал выброс адреналина, но она действительно принялась чертить защитный символ вокруг себя. Наши тренировки не прошли даром, и она справилась с этим очень быстро, успев начертить еще и символы нападения и ослабления силы противника, пока Джек создавал защиту себе. Не давая ему закончить, Алекс послала в бой своего двойника, и этот момент был переломным. Конечно, Джек успел защититься, но заклинания Алекс сработало. Оно ослабило двойника Джека, который теперь не мог двигаться столь же быстро, как и Алекс.

Схватка была напряженной. Зверь Алекс пытался пронзить тело страшной твари своим рогом, но двойник Джека умело защищался щитом, отвечая на атаку взмахом своего меча. И кто знает, как бы закончился этот бой, если бы не прозвучал сигнал к окончанию поединка.

Я вздохнула с облегчением. Конечно, Нортен допустил ошибку, будучи слишком уверенным в своих силах, но ведь Алекс сражалась как никогда, и она явно заслуживала одобрения. Вскоре встал Полянский, который объявил ничью в этом сражении, и вызвал на манеж Алекс и Маргарет.

Честно говоря, я так переволновалась за сестру, что уже не могла сосредоточиться на этом бое.

Я с нетерпением ждала, когда она сможет вернуться к нам, чтобы все обсудить с ней. Когда Алекс все же устало опустилась на свое место, я заключила ее в крепкие объятия.

— Молодец, сестренка, — сказала я, — видишь, как бывает? А ты переживала о том, что у тебя нет шансов.

— Но ты ведь и сама понимаешь, что его ошибка имела существенное значение.

— Понимаю, — вдумчиво ответила я, — только ведь нас здесь учат не для зрелищ, а для жизни. А суть жизни заключается в том, что такие самоуверенные парни могут быть и на поле боя. Не хочу повторяться, но у всех нас есть свои слабые места, их просто нужно хорошенько поискать. И твоя главная заслуга в этом бою в том, что ты нашла его слабое место.

— Алекс, — не сдержался Кевин, — ты просто молодец! Я сегодня же позвоню родителям, они будут очень горды за тебя. За вас обеих.

— Я предлагаю чего-нибудь перекусить, если победительница не против, — радость, наполнявшая мой голос, передалась брату и сестре, — так что, в столовую?

Мы втроем направились в корпус, где как раз было обеденное время. Вообще, в дни Турнира нам разрешалось посещать столовую в удобное время, так как бой мог стоять в любое время дня, и он был важнее расписания еды. По дороге мы встретили Ядвигу, которая тоже направлялась в учебный корпус, и пригласили ее с нами. Набрав себе еды, вся наша компания разместилась за столиком у окна, чтобы немного поговорить.

— Ну вот, — сказал Кевин, — вы, девчонки, уже прошли по одному дню из испытаний, так что остальные будут для вас легче.

— Не для всех, — перебила его я.

— Что это означает? — недоуменно поинтересовалась Ядвига.

— Это означает лишь то, что я сказала, — мне приходилось говорить через силу, так как вся эта ситуация с моим отстранением от дальнейших выступлений очень расстроила меня. — Полянский запретил участвовать далее в испытаниях, так как я использовала магию Хранящих Элементалей.

— Но ведь ты не нарочно, — возмутился Кевин, — тебя спровоцировал тот парень!

— Да, но кого это волнует, — расстроено ответила я, — теперь ребята меня боятся, так как с использованием новой магии я становлюсь на голову выше их всех.

— Но ты же больше не собираешься ее использовать, — вмешалась Ядвига, — верно? И, тем более, как у тебя получится покинуть Клан, если не пойдешь испытания до Конца?

— С этим проблем не будет, — ответила я, — Полянский сказал, что судьи засчитают мне Турнир, так как я могла бы победить почти всех, с кем столкнулась.

— Может, я могу с ним поговорить, — предложила Алекс, — у нас хорошие отношения, и он мог бы прислушаться к моему мнению.

— Не стоит, сестренка, — благодарность к ней переполняла меня эмоциями, ведь она была готова пожертвовать своими хорошими отношениями с Полянским, чтобы дать мне второй шанс, — ведь я не останусь в этом Клане, как все остальные. Я должна двигаться дальше. Но все равно спасибо.

Наш обед подходил к концу, и я сослалась на небольшое недомогание, чтобы побыть наедине сама с собой. Мне нужно было кое-что обдумать.

Сколько я ни пыталась забыть слова Кевина, у меня ничего не получалось. Я все время думала о семье Нортен. Получалось так, что либо эта семья была действительно замешана в заговоре и убийстве моих родителей, либо они все были обвинены без доказательств. В первом случае они получили бы не достаточно жесткое наказание, когда их просто отстранили от дел Клана, а во втором — это еще хуже. Быть обвиненными без виновности в происшедшем — я никому не пожелала бы такой участи. И выбора у меня не было. Точнее, он был, но ведь я не могу оставаться в стороне, когда стоит вопрос о гибели родителей.

И мною был сделан этот выбор. Я должна рискнуть ради них. Ради их светлой памяти, живущей в моем сердце и моих снах. Я решила сама поговорить с Джеком. Но как это можно было сделать? Я, конечно, и раньше замечала его, но никогда не хотела обсудить с ним какие-либо дела. Проблема заключалась в том, что он был всегда один. То ли это дурная слава его семьи, то ли особенность его характера, — на мой взгляд, все сразу. Даже в столовой Нортен сидел отдельно.

И тут у меня возник план. Сегодня, когда я пойду на ужин, мне удастся подкараулить его и попросить о встрече. Что ж, жребий брошен…

Я посидела еще какое-то время в комнате, обдумывая детали плана, и направилась в столовую. Алекс и Игоря там не было, так как они ужинали у себя, а от остальных мне хотелось укрыться, сев за самый дальний столик. Я взяла себе картошку и мясо с сыром, и стала ждать, медленно разрезая еду в тарелке.

Наконец, он зашел в столовую. Как всегда хмурый и устрашающий. Нужно сказать, что поддерживать хорошую физическую форму ему приходилось, съедая большое количество пищи. Вот и сегодня он набрал на поднос столько, что я поразилась, как он не сломался. Довольно быстро расправившись с мясом, он принялся за йогурт. Я постаралась незаметно выскользнуть из столовой и осталась ждать его за стеной.

Когда послышались тяжелые шаги, и из-за угла показалась огромная фигура Джека, я собралась с духом, и, схватив его за руку, потянула к себе. У меня получилось застать его врасплох, и понимание этого пришло тогда, когда воздух вокруг него заколебался. Пытаясь не создавать лишнего шума, я шепнула ему:

— Сегодня в девять недалеко от сторожки. Только безо всяких глупостей типа вызовов двойников.

Сказав все, что хотела, я направилась в свою комнату, не дожидаясь, пока он опомнится.

Вбежав к себе, только сейчас позволила себе отдышаться. Волновавшись за то, согласится ли он встретиться, я даже не подумала, что могу быть растерзана его двойником рядом со столовой.

Я выпила чая, хоть только что и поужинала, и стала ждать. Одному Богу известно, сколько мыслей пронеслось у меня в голове за это время. Ведь если он решит вызвать двойника и начать бой, нам не избежать неприятностей. Да и вообще хорошо, что мне не пришло в голову подождать его после завтрака, а то это время тянулось бы вечность. В восемь тридцать я оделась, и вышла из своей комнаты. Время было довольно позднее для обитателей этого Замка, так что мы могли рассчитывать остаться неузнанными. Практически никого из знакомых не встретив на своем пути, я подошла к назначенному месту. Оглянувшись, стала ходить взад и вперед, чтобы хоть как-то скоротать время. Нужно сказать, что эти минуты длились не долго:

— Наследница Клана Единения ходит одна, к тому же без охраны, — сильные мужские руки обхватили меня за горло, но душить не стали, — не боишься нападения?

— Не глупи, — прозвучал мой ответ, — если бы я считала, что ты хочешь на меня напасть, то меня бы здесь не было.

— Быть может, ты не знаешь, что именно мою семью из всего Клана подозревают в смерти твоих родителей? — ехидно спросил Джек, но руки все-таки разжал.

— Вообще-то, узнала именно сегодня, — слова резко слетели с губ, — и поэтому я здесь.

— Хочешь бой? — удивленно спросил Джек.

— Не глупи, — мне пришлось повторить слова, которые уже прозвучали, — я хочу поговорить.

— О чем, — усмехнулся мой новый знакомый, — о подробностях той ночи? Так я о них ничего не знаю.

— Послушай, — начинала злиться я, — если твоего ума хватает лишь на то, чтобы мне дерзить, тогда я тебя переоценила.

Произнеся последние слова, я развернулась и направилась к спальному корпусу, но мне это не удалось, так как рука Джека сдавила мое запястье в стальных тисках.

— Что ты имела в виду, — спросил удивленно Джек, — когда сказала, что переоценила меня?

"Как бы мне сейчас пригодился Талисман, помогающий разобраться в собеседнике, — вдруг подумалось мне, — но пока придется довольствоваться знаниями психологии, которые я почерпнула из многих книг, прочитанных еще в школе".

— Я имела в виду то, что во всей этой истории много неясного, — мне хотелось начать свой разговор осторожно, чтобы не спугнуть Нортена, — и пока я наблюдала за тобой, мне показалось, что ты можешь помочь мне в этом разобраться.

— Разобраться в чем? — злобно вскрикнул Джек. — В том, что мою семью наградили изгнанием за то, чего она не совершала? Или в том, что мы лишены той жизни, которую предопределили для нас наши предки, служа на благо Клана? Так в чем же?

Я опешила. Вот уж никогда не могла подумать, что такой гигант и непобедимый соперник на поле боя может быть таким ранимым. Одно мне было ясно совершенно точно: с ним нужно быть очень осторожной.

— Поверь, — сказала я, — если бы я была уверена в том, что твои родители замешаны во всех тех грязных делах, что их обвиняют, меня бы здесь не было.

Карие глаза Джека сначала удивленно расширились, но затем настороженно сузились.

— Не думаешь ли ты, — спросил осторожно темноволосый гигант, — что я поверю в твое желание помочь моей семье?

— У меня есть стремление разобраться во всем, — выпрямилась я, — и если твоя семья невиновна, мне хотелось бы ей помочь.

— Но как ты можешь нам помочь? — спросил Джек. — Ты же не можешь, к примеру, дать нам власть в Клане Рыцарей ночи.

— Не могу, — осторожно сказала я, — но в моих силах снова ввести вас в Совет Четырех, когда взойду на престол. Ведь если твоя семья так верно служила нуарам все эти столетия, то она этого заслуживает.

Джек смотрел на меня с явным недоумением. Он долго раздумывал над моими словами и затем сказал:

— Наша семья вообще не верит в то, что у тебя это получится, так что вопрос отпал сам собой.

— Меня мало интересует то, во что верит твоя семья, а во что — нет, — обозлилась я, — если не хочешь моей помощи, тогда проваливай отсюда, груда мышц!

Сейчас я была очень зла. На него и в особенности на себя за то, что сорвалась. Мне так много еще нужно работать над собой.

— Я не это имел в виду, — осторожно сказал Джек, — не злись на меня.

— Я и не злюсь.

— Нет, злишься…

— Выкладывай уже то, что хотел сказать, а то увидишь, как я точно разозлюсь.

— Не знаю, можно ли тебе говорить это, — замялся гигант, но, наткнувшись на мой твердый взгляд, добавил: — но мою семью убрали как препятствие.

— В смысле? — не поняла я.

— Ведь мой дед, который на тот момент правил Кланом Рыцарей Ночи, был убит вместе с твоими родителями, и только после него Полянские возглавили Клан.

— Ты хочешь сказать, что господин Полянский…

— Нет, конечно, это не он, — ответил Джек, — он и мухи на самом-то деле не обидит. Я хочу сказать лишь то, что мой дед знал о предполагающемся покушении, и хотел предупредить твоих родителей, но не успел.

— Тогда почему же этого не сделали твои родители, — недоумевала я, — они ведь могли все предупредить.

— Не могли.

— Но…

— Дослушай меня до конца, — сказал Джек, — мои родители знали, что они тоже не успеют предупредить твоих, и лишь пожертвуют своими жизнями. А у них был я, которого нужно было растить. Да и времени не оставалось. Дед узнал о нападении в тот же день, когда подслушал разговор. Лишь в этом моя семья виновна. Пытая деда перед смертью, его убийцы не добились от него признания, что об этом знают другие члены нашей семьи. Но они не могли рисковать, и поэтому пустили слух о том, что это мы организовали нападение. Теперь ты все знаешь, и только тебе решать, как использовать эти знания. Но я хочу тебя предупредить: ты даже не можешь себе представить, сколько у тебя врагов, и откуда готовиться к нападению. Будь осторожна, — произнеся эти слова, Джек развернулся, чтобы уйти.

— Постой, — крикнула я, — я хочу попросить тебя о помощи.

— Но с какой стати мне тебе помогать, — спросил Джек, — неужели ты не слышала о том, что случилось с моим дедом, который хотел помочь твоей семье. Меня, например, вся эта история научила одному: я должен держаться от тебя подальше. Никому не говори, что этот разговор был.

— Но неужели ты сможешь после этого смотреть в глаза своим родителям, зная, что мог бы вернуть им былую славу, — вопрос прозвучал несколько резко, но мне хотелось, чтобы именно эта резкость помогла Джеку одуматься, — если бы я могла сейчас вернуть своих родителей, то не задумывалась бы над решением!

— Ты хочешь вытянуть из меня ответ хитростью! — взревел Джек.

— Нет, — кричала на него в ответ я, — в моих силах предложить твоему роду то, что может предложить только Правитель Нуаров — былую славу и честь. Но если твоей семье все это не важно, тогда извини меня.

Теперь был мой черед уходить.

— Если бы для нас это не имело никакого значения, крикнул мне вслед гигант, — я не рисковал бы сейчас своей жизнью, рассказывая тебе все это.

— Тогда по рукам? — спросила, обернувшись, я.

— По рукам, — чуть подумав, ответил Джек, — но какую именно ты ждешь от меня помощь?

— Пока не знаю, — ответила я, — но во мне в каждой минутой растет уверенность в том, что этот день придет, и мне нужно знать наверняка, что у меня есть надежные союзники.

— Ты можешь на меня рассчитывать, — сказал Джек, — слово чести для нас, Нортенов, слишком много значит.

— Для меня тоже.

Я попрощалась с Джеком, и направилась к себе, решив пока никому об этом ничего не говорить.

Глава 23

И падающий в пропасть теряет Голову…

Остаток недели прошел в каком-то странном смятении: я не ходила на соревнования, так как не могла быть спокойным свидетелем того, что другие новички сражаются, а я — нет. Все мое существо ожидало лишь одного-единственного дня — воскресенья. Именно он давал мне надежду на то, что еще не все потеряно.

Когда наступило утро долгожданного дня, я не знала, куда себя деть, пока не объявят начало сражений. Проснувшись еще до рассвета, я металась по комнате. Чувства мои были накалены до предела.

Пробило восемь часов. Завтракать сегодня не хотелось, поэтому в столовую было решено не идти.

Девять часов. Время.

Я надела костюм с родовым гербом и направилась в сторону недавно выросшего стадиона. Трибуны еще не были заполнены даже на треть, но оставаться в комнате у меня уже не было сил. Я заняла место в первом ряду. Эти сиденья были специально подготовлены для нуаров, которые сегодня должны были выйти на поле боя.

Я стала ждать.

Вскоре места стали заполняться приходящими сюда нуарами, желающими увидеть сражения новых талантов. В этот момент мне вдруг подумалось, что мы не очень далеко ушли от Древнего Рима. Даже сейчас всем хотелось хлеба и зрелищ.

Что ж, вы это получите.

Когда все собрались, господин Полянский, также облаченный в плащ с гербом его рода, вышел в центр поля. И даже не смотря на то, что он стоял посреди огромного пространства, он все равно выглядел внушительно.

"Наверное, это дано ему от природы", — подумала я, восхищаясь его умением привлекать к себе взоры других.

— Рыцари Ночи! Сегодняшний день должен стать апогеем всей Недели Боев. Через несколько минут прямо здесь, на этом поле, сойдутся в своих последних боях новые полноправные члены нашей большой семьи, семьи Клана. Вы самостоятельно сможете оценить работу, проведенную ими и их наставниками за последний год. Так давайте же пожелаем им удачи!

Раздались аплодисменты, за которыми мы не заметили подошедших к нам служителей Замка. Они несли большой сосуд, и каждому предлагали вытянуть по бумажке.

— Каждый из вновь Инициированных, — продолжил Полянский, — вытянет имя своего соперника. И номер боя.

Я опустила руку в сосуд, и вытянула маленький листок бумаги, развернув который, не поверила своим глазам.

Полянская.

Александра Полянская.

Мои мысли сталкивались в мозгу с такой силой, что я не могла разумно думать. Несколько минут прошло в полном хаосе, после которых возникло решение.

Единственно правильное в данной ситуации.

Пока шли приготовления к бою, я направилась к местам, отведенным для Совета. Вбежав туда на огромной скорости, я, не обращая внимания на оклики преподавателей, направилась сразу к Полянскому. Он был единственным человеком, который мог мне сейчас помочь.

— Господин, господин, — внутреннее волнение отразилось в моем голосе, отчего он дрогнул, — помогите мне, пожалуйста!

Видно, Полянского очень удивил мой приход к местам, которые не были предназначены для новичков, да еще и в таком состоянии, что он не нашелся, что мне ответить.

Я же расценила его молчание как положительный ответ, и продолжила:

— Все дело в том, что мне удалось из всей массы соперников вытянуть именно Алекс, понимаете? Мы не можем выступить в одном поединке.

Полянский тут же понял причину моего беспокойства, и обернулся к остальным членам Совета, желая услышать то, что они думают на этот счет.

— Это исключено, — первым зазвучал голос Лещинского, — правила боев на Турнире остаются неизменными на протяжении многих столетий, и мы не станем их сейчас менять, кто бы в нем не участвовал. Даже если этот кто-то — это сама наследница Клана Единения.

Я заметила, с какой завистью Лещинский произнес название нашего родового Клана. Думаю, если бы была возможность выменять место в нем на что-то очень ценное, он отдал бы все на свете. Мне никогда не нравились такие люди. Желая заполучить власть, они не останавливались ни перед чем. Таких как он не интересовали проблемы других. Ему было интересно лишь то, что имеет к нему непосредственное отношение.

— Я готова отказаться от всех своих баллов, чтобы не сражаться с сестрой, — мне хотелось использовать все варианты, так как я знала, какой ужас вызовет эта новость у Алекс.

Она все время говорила о том, как другие новички боятся выходить со мной в бой из-за древней магии, использованной мной в поединке с Лавровым. Но я была для нее эталоном. Я учила ее умению вести сражение, быстроте заклинания, и многому другому, что умела сама. Она просто не станет бороться со мной, ведь бороться с тем, кто ее научил — это сложно. Алекс предпочтет сдаться, чем вызовет ненужные разговоры о том, что плохо владеет стратегией боя.

Мне все это было понятно.

Возможно, Лещинскому тоже, но он продолжал стоять на своем.

И этим поступком оставил для меня одно только решение, которое далось мне с трудом.

— Я прошу лишить меня права выступать в последний день Турнира, если Клан признает мою Инициацию пройденной…

Мой голос прозвучал тихо, перебиваемый к тому же шумом толпы.

— Но Летиция, — осторожно произнес Полянский, — для тебя ведь это было очень важно!

Я вплотную подошла к Главе Клана, и тихонько произнесла, чтобы мои слова были слышны только ему:

— Вы ведь знаете, чем окончится этот поединок для Алекс, — мне было очень обидно, но я постаралась как можно увереннее продолжить, — есть лишь два варианта развития событий. И оба они порочны. В первом случае мы выйдем на поле, и будем сражаться во всю мощь. Алекс заранее сдаст свои позиции, отчего в Клане появятся слухи о том, что ваша невестка не может пройти Инициацию. Ситуация в Замке сейчас и так нестабильная, и лишние сплетни вам ни к чему.

Глава Клана слушал меня внимательно, и по мере того, как я все больше углублялась в свой рассказ, на его лице появлялось понимание.

— Что же касается второго варианта, — говорить было все сложнее, — если я поддамся, и Алекс сможет меня победить, все равно пойдут слухи. Вот только на этот раз о том, что я специально проиграла, чтобы она, будущая правительница Клана, могла предстать перед Рыцарями в выгодном свете. Как вы сами понимаете, ни один из вариантов не является приемлемым.

Полянский кивнул. Он некоторое время раздумывал, после чего сказал:

— Я не могу без согласия Клана позволить тебе выбрать другого противника, но твое предложение об отстранении от боя удовлетворить можно. И оно мне кажется очень мудрым. Вот только я не хочу, чтобы ты его делала под нажимом. Подумай хорошенько: ты так долго готовилась к нему, неужели готова сейчас отказаться от всего того, что было важно для тебя?

— Я пришла в этот Замок для того, чтобы начать свою подготовку не только к правлению в мире нуаров, но и затем, чтобы их объединить в один процветающий народ. И здесь я поняла одно: хороший правитель не всегда должен напирать до конца. Иногда следует отпустить ситуацию, чтобы затем победа была еще более блистательной. Конечно, мне очень хочется сегодня участвовать, но этим я смогу лишь навредить сестре. А родители научили нас ставить интересы друг друга выше собственных. Она только что заняла свое место в правящей семье, и это решение пойдет ей на пользу. Только не говорите сестре о нем. Я готова сделать свой выбор.

С этими словами я развернулась, и направилась в спальный корпус, оставляя позади себя последний и такой желанный день Турнира.

— У тебя все получится! — донес до меня ветер слова господина Полянского.

Я знала это. Сегодня мне стало действительно ясно, что именно так все и будет. Придя к себе, я легла на кровать, и, не раздеваясь, погрузилась в сон. С наступлением утра все было уже позади.

Когда Турнир наконец-то закончился, мы смогли вздохнуть с облегчением. Конечно, кроме окончания испытаний, это означало окончание целого этапа нашей жизни, а для меня еще и переезд в новый Клан.

Безусловно, неизвестность в некоторой мере пугала меня, но и здесь я оставаться больше не могла. Меня тянуло вперед желание получить новые навыки, и отталкивало от этого места отношение моих сверстников. Получалось так, что после прохождения Инициации каждому из них отводилось совершенно определенное место в Клане, и только я была лишена этого. Помимо того, что я не вписывалась в привычную структуру их мира, ведь была слишком сильна для них. Все это, безусловно, сыграло свою роль.

Мне было разрешено остаться в Клане Рыцарей Ночи еще на две недели, так как отъезд запланирован на двадцатое мая. Все это время я надеялась провести в кругу близких мне людей: моей сестры с ее мужем и брата.

Маршрутом моего отъезда должно было заниматься руководство Клана, так как выбирались самые безопасные пути в контексте последних событий.

Встав ранним майским утром, я решила в первую очередь пойти в душ. Занятия уже закончились, и времени у меня было достаточно для того, чтобы хорошенько умыться. Я долго спала, и для того, чтобы быстрее проснуться, выбрала гель с запахом зеленого чая. На лицо падали струи теплой воды, давая ощущение домашнего комфорта. Ароматная пена согревала и бодрила меня.

"Если бы так могло начинаться каждое утро", — подумала я. Вот так беззаботно и не спеша.

После того, как закончила мыться, я обернулась в махровое полотенце, и вышла обсыхать. Включив фен, мне удалось уложить волосы в аккуратные волнистые пряди. Затем я нанесла немного крема для увлажнения — и дело было сделано. Всегда удивлялась, насколько мелочи могут изменить наше настроение.

Я быстро оделась, и решила пойти к господину Полянскому, чтобы узнать о моем отъезде.

По дороге мне встретились мои друзья, которые направлялись к нашей беседке:

— Летти, пойдем с нами, — сказала Юля, — у нас с собой целая корзинка бутербродов. Мы можем болтать целый день.

— Спасибо, ребята, — мне хотелось скорее узнать об отъезде, чтобы понять, сколько свободного времени можно провести в кругу друзей, — но вы идите пока без меня, я скоро к вам подойду.

— А ты куда направляешься? — спросила меня Алекс.

— Я хочу узнать новости об отъезде, и сразу присоединюсь к вам.

Поднявшись в приемную к господину Полянскому, я на удивление никого там не обнаружила. Секретарь, приятная молодая девушка, тоже куда-то подевалась. Я постучала в кабинет Полянского, но мне опять никто не ответил. Решение открыть дверь пришло само собой, и моим глазам представилось ужасное зрелище.

Посреди комнаты сидел Игорь и держал на руках своего отца. Тело господина Полянского было неподвижно. Его глаза, выражавшие злость и отчаяние, были застывшими. Они смотрели на меня, но уже не могли ничего увидеть. По всей комнате была разбрызгана кровь. Это ужасное зрелище напомнило мне видение из детства. Такого и своему врагу не пожелала бы, а произошло это с одним из моих самых близких друзей.

Я стояла, ошеломленная, и не могла поверить своим глазам. И тут мое внимание привлекла стена напротив входа. На ней кровью отца Игоря было написано следующее:


Грядет день, когда Начатое будет закончено.


Дитя Единых канет в Пропасть Небытия.


Кровь будет пролита. Часы запущены.


И падающий в пропасть теряет Голову.

Когда я услышала эти слова впервые, то обратила внимание лишь на ту его часть, которая несла угрозу непосредственно мне. Тогда и в голову не пришло подумать о чем-то другом. Но теперь мне стало ясно, что это предзнаменование было не только для меня, но и для всего мира нуаров. Боже, как же ошибались те, кто думал, будто смогут отсидеться в стороне… Лишь увидев написанное, я поняла значение последних его слов.


И падающий в пропасть теряет Голову.

Когда я услышала страшную и тогда еще непонятную фразу, то подумала, что это какая-то нелепица. Но теперь мне стало ясно. Ведь не просто так слово "Голову" было написано с большой буквы. Голова — это Главный, Глава Клана Рыцарей Ночи. Это господин Полянский. Значит, еще в то время, когда мы впервые увидели это послание, его судьба была предрешена. Но ведь тогда слова "падающий в пропасть" означают падение Кланов. Падение нашего привычного общества. Неужели кто-то осмелится бросить вызов всему миру нуаров?

Но он был брошен. И его невозможно было не принять.

Теперь стало ясно, что это предзнаменование значило для меня. Это было начало. Начало сражения за свободу и величайшей битвы за объединение нашего народа.

Я опомнилась от своих переживаний, и обратила внимание на мужа моей сестры.

— Игорь, — ему уже ничем не помочь, — тихо прошептала я. Нужно позвать кого-нибудь.

— Я уже отправил секретаря за помощью, — горько сказал Игорь, — а знаешь, ведь раньше у меня не получалось ценить то время, которое мы проводили вместе. Теперь, кажется, я отдал бы все на свете, только чтобы поговорить с ним лишний час.

— Ты был ему хорошим сыном, — попыталась поддержать его я, — и в том, что случилось, не было твоей вины. Ты ведь не мог постоянно быть рядом с ним.

— Да, но последние события — свадьба против его воли, наша ссора — все это лежит на моей душе огромным грузом. Не знаю, получится ли у меня вынести эту тяжесть.

— Ты сильный, — сказала я, — и у тебя есть мы. Ты справишься со всем.

Не успев договорить последнюю фразу, я обернулась на шум открывающейся двери.

В комнату влетели человек десять с оружием. Каждого из них окутывали темные ленты — они были готовы к тому, чтобы призвать своих двойников для нападения. Я была так удивлена и напугана, что не смогла произнести ни слова. В комнате были лишь Игорь и его мертвый отец, и вряд ли преступник, совершивший это злодеяние, смог бы находиться здесь.

Неужели они думают, что это мог сделать Игорь? Но ведь это полная бессмыслица. Мне казалось, что ни один человек в своем уме не мог прийти к такому выводу.

— Всем оставаться на своих местах, — прокричали охранники, — если у кого-то есть оружие, немедленно бросьте его на пол.

Позади охраны стояли члены Совета Клана Рыцарей ночи, и один из них произнес:

— Взять под стражу Игоря Полянского. Немедленно. С этой минуты и до того, как пройдут слушания по его делу, он считается особо опасным преступником.

— Вы с ума сошли, — не сдержалась я, — неужели вам и вправду пришло в головы, что это Игорь убил своего отца?

— Мисс Ноэль, — вежливо, но с нотками угрозы в голосе произнес все тот же человек, — вас здесь вообще быть не должно. А если вы позволите себе еще высказывания, то будете рассматриваться как соучастница преступления.

— Если вы будете рассматривать как участников преступления всех тех, кто зашел к господину Полянскому по делам в это утро, — медленно, разделяя каждое слово, ответила я, — то круг ваших подозреваемых существенно расширится. Но далеко не факт, что в них попадет тот, кто это сделал. Господин Полянский был Главой Клана, и решал самые разные вопросы. Вам должно это быть известно.

— Мисс Ноэль, вы должны будете выступить на суде как свидетель, а до этого времени решением Совета вам запрещается куда-либо выезжать из Клана.

— Я выступлю на суде, — ответила я, — и подобным вы меня не испугаете.

С этими словами я вышла из кабинета, и направилась к нашей беседке, где собрались все наши друзья. Я должна была сообщить обо всем Алекс. Мне хотелось, чтобы она узнала обо всем от меня, а не от завистливых сплетников, которые привнесут немало выдуманного в свой рассказ.

По дороге к беседке я раздумывала, как лучше ей обо всем рассказать. Ведь она была замужем за Игорем и очень его любила. Для меня было ясно, что это известие в любом случае принесет ей огромную боль.

Подойдя к беседке, я увидела, что мои друзья беззаботно болтают друг с другом — видно, до них еще не докатилась громовая волна страшных известий.

— Летти! Ну, наконец-то, ты пришла.

— Садись, мы тебя ждали.

— Нет, ребята, — тревога, подорвавшая мой голос, выдавала меня, — не могу, впереди ждут дела, связанные с отъездом. Может, как-нибудь в другой раз. Алекс, ты не поможешь мне со сборами?

Алекс, недоумевая, в чем же такая срочность, ответила:

— Конечно, уже иду.

Мне кажется, она поняла, что дело здесь в чем-то еще, но не стала спорить.

Мы вышли на аллею, и направились к спальным корпусам.

— И все-таки я не понимаю, в чем срочность с твоими сборами вещей, — сказала Алекс, — ведь твой отъезд только через две недели. Может, дело в чем-то еще?

— Ты права, — ответила ей я, — мне нужно было с тобой о чем-то поговорить.

— Что, опять эти сны? — волновалась сестра.

— Нет, на сей раз дело серьезнее, — сказала я, — но мы поговорим об этом в моей комнате.

Поднявшись по лестнице в наш блок, Алекс с нетерпением спросила:

— В чем дело, Летти? О чем ты хотела со мной поговорить?

— Алекс, сперва сядь.

— Что случилось? — с все возрастающим волнением спросила сестра.

— Это Игорь.

Едва дослушав мои слова, Алекс упала в обморок. Я должна была предугадать, что ее волнение за мужа будет слишком велико. Мои попытки как можно скорее привести ее в чувства не увенчались особым успехом.

Едва очнувшись, сестра забросала меня вопросами:

— Что с ним? Ему нужна наша помощь?

Она уже была готова идти, так что мне стоило огромных усилий ее удержать.

— Постой, пока мы не можем ничем ему помочь. Его взяли под стражу.

— Как? Но за что? — спрашивала сестра, — Он ведь не мог сделать ничего плохого.

— Не мог, — согласилась я, — но обстоятельства сложились не в его пользу.

Я рассказала Алекс все, о чем знала, но это ее не успокоило.

— Но какой мог быть мотив для убийства у Игоря? — в отчаянии произнесла сестра, — Ведь господин Полянский — его отец.

— Не знаю, — ответила я, — остается надеяться, что невероятность всей этой ситуации станет понятной членам Совета, и они скоро примут решение отпустить его. А пока мы должны думать только о хорошем.

Я попыталась успокоить сестру, но у меня это выходило не очень хорошо.

— Я должна его увидеть, — решительно сказала сестра, — как мы можем этого добиться?

— Не знаю, но постараюсь что-нибудь для тебя сделать, — мне хотелось помочь сестре, но пока было не совсем понятно, как это удастся, — ты пока побудь у себя, и никуда не выходи, а я постараюсь решить этот вопрос.

— Хорошо, — сказала Алекс и добавила, — Летти, спасибо тебе за все.

— Я попрошу Кевина пока побыть с тобой, ведь, как показало убийство господина Полянского, находиться в этом Клане больше небезопасно.

Сообщив брату о том, что произошло, я попросила его посидеть с Алекс, ведь она теперь тоже принадлежала к правящей семье. Когда вопрос был решен, мой путь лежал в приемную господина Полянского, чтобы узнать, кто временно исполняет обязанности Главы Клана. Кабинет покойного был опечатан, так как там проводилось расследование.

Молодая девушка сообщила мне, что обязанности Главы временно исполняет господин Лещинский, который находится в комнате по соседству. Я поблагодарила секретаря за информацию, и направилась прямо туда.

Постучав в дверь и дождавшись ответа, я вошла в просторный кабинет, в центре которого стоял огромный стол. За ним сидел человек лет пятидесяти, и занимался бумагами. Я хотела представиться, но поняла, что это будет излишне. Получалось, что мы часто сталкивались в последнее время. Он был тем самым Членом Совета, который лишил меня возможности выступить на Турнире, а затем приказал взять Игоря под охрану.

— Я могу с вами поговорить? — мой вопрос прозвучал несколько резко среди тишины огромной комнаты.

— Присаживайтесь, Летиция Ноэль, — ответил господин Лещинский, — чем могу служить?

— Я хотела бы попросить вас о встрече с Игорем Полянским, — мне казалось, что самое правильное в такой ситуации — это не ходить вокруг да около, а сразу перейти к делу.

— Это абсолютно исключено, — начал было Лещинский, — вы можете передать ему какую-либо информацию…

— Господин Лещинский, я не заинтересована в передаче информации, однако заинтересована в том, чтобы моя сестра, жена Игоря, могла увидеться с ним ненадолго.

— Это запрещено.

— Как вы можете запрещать что-либо Алекс, — разозлилась я, — ее мужа арестовали, а ей до сих пор никто ни о чем не сказал. Это противозаконно. Тем более что, по законам нуаров, после смерти свекра и ареста мужа, управление Кланом должно перейти в ее руки.

— Мы не знаем, мисс Летиция, — с угрозой произнес Лещинский, — кто был сообщником Игоря Полянского.

— Во-первых, вы не знаете наверняка, что это был именно он, — начала я, — во-вторых, вы не можете принять власть без отстранения от нее Алекс. И, в-третьих, нравится вам это или нет, я — наследница Клана Единения, и пока среди нуаров нет другой власти, мой голос на суде будет иметь большое значение. Иначе мне придется позаботиться о том, чтобы о вашем своевольстве узнали другие Кланы, а они вам этого не простят.

Я произнесла эту речь, и сама испугалась своей храбрости. Конечно, пока реальной власти у меня не было, но и желания противостоять другим Главам Кланов у господина Лещинского, я в этом была уверена, тоже большого не возникало.

Чтобы удачно доиграть свою роль до конца, мне пришлось встать и произнести:

— Надеюсь, господин Лещинский, что вы примете верное решение.

Подойдя к двери, я услышала за своей спиной слова:

— Я разрешу вам увидеться, но ненадолго и в присутствии стражи.

Не оборачиваясь, я прошла к выходу.

Выйдя на свежий воздух, мне впервые за последний час удалось отдышаться. Не думала, что смогу вот так разговаривать с кем-либо. Возможно, из меня действительно получится неплохой правитель.

Я поспешила к Алекс, чтобы обрадовать ее хорошей новостью. Зайдя к ней в комнату, я застала ее плачущую на руках у брата. Кевин старался успокоить сестру, но это у него получалось не очень хорошо. Да и у кого бы получилось? Алекс и Игорь недавно поженились, и теперь, вместо того, чтобы наслаждаться медовым месяцем, они должны были пройти через такие испытания.

— Алекс, — взяла за руку сестру я, — тебе разрешат увидеться с мужем.

Мои слова вызвали первую за это время, неуверенную улыбку на лице сестры.

— Я так тебе благодарна, Летти!

В дверь постучали, и вошли два стражника.

— Мисс Ноэль, мисс Полянская, просим вас следовать за нами.

— Могу я тоже пройти? — спросил Кевин.

— Нет, по поводу вас никаких распоряжений не поступало, — ответил один из них.

Я улыбнулась брату и сказала:

— Все будет хорошо, не волнуйся за нас.

Я с сестрой последовала за стражниками, и вышли из спального корпуса.

— Мы поведем вас в тайное подземелье, где сидят узники, — начал один из них, — нуарам запрещено знать его месторасположение. И вы должны под страхом смерти пообещать, что никому не поведаете о том, что увидите сегодня.

Мы кивнули, и последовали за стражей. Мы с сестрой предполагали, что это будет где-то в Замке, однако были очень удивлены, когда вышли за пределы его территории. На подходе к лесу перед нашими глазами возникла все та же небольшая сторожка на опушке леса, возле которой я встречалась с Ядвигой и позже — с Джеком. Мы приблизились к ней, и перед нами возник мужчина лет тридцати со своим двойником. Надо сказать, что такая охрана могла обратить в бегство абсолютно любого. Двойник был поистине ужасным. Тело, похожее на человеческое, было окрашено в красный цвет. Покрытое черными шипами, оно вызывало страх, живший в глубинах души. Хотелось просто развернуться и убежать со всех ног. Глаз у чудовища не было. Вместо них были огромные дыры, из которых светился ярко-желтый, нечеловеческий свет. Темно-серые, как у покойника, руки заканчивались длинными когтями. А седые волосы, как напоминание обо всем тленном, спадали на глаза.

— Кто вы и зачем сюда пожаловали, — спросил нас хозяин монстра.

— Мы по поручению Совета, — ответил стражник, — привели девушек для встречи с узником.

— Пароль?

— "И темный поверит в свет".

— Проходите.

Мы вошли в сторожку и увидели в полу дверцу. Стражник дернул за кольцо, и перед нами возникла лестница, спускающаяся глубоко под землю.

Я с сестрой шла за стражей, в полной темноте, рассеивающейся лишь от света факела, который успели захватить со стены.

— Держитесь ближе, — сказали нам стражники, — ведь тот, кто заблудится в этих подземельях, уже никогда не найдет дорогу к свету.

Напуганные извилистыми коридорами и кромешной темнотой, мы с Алекс старались держаться ближе друг к другу и к страже. Сначала я пыталась запоминать коридоры и ответвления, по которым мы шли, но затем поняла, что это абсолютно бессмысленно. В структуре этих построений не было никакой логики.

— Как вы запоминаете ход этих коридоров, и зачем все так сложно устроено?

— Перед тем, как служить стражей подземного замка, мы проходим длительное обучение, — сказал один из стражников.

— А сложно так потому, чтобы те, кто приходят на свидание к узникам, навсегда забыли свои мысли о побеге. Ведь это просто невозможно, — сказал другой и загоготал.

Его смех отлетал от каменных холодных стен и превращался в нечто ужасное, отчего становилось еще более жутко.

Наконец, впереди запрыгал маленький огонек, который казался единственной жизнью в этом мрачном подземелье. Мы шли прямо к нему, и я поняла, что это камера Игоря.

Подойдя чуть ближе, мы различили в углу низкой комнаты фигуру, которая, чтобы немного согреться, была сжата в комок. Алекс с криком бросилась к решетке:

— Любимый, я так без тебя скучала, — слезы вырывались из ее глаз, прочерчивая извилистые дорожки на щеках.

— Детка, я тоже очень скучал. Ты ведь знаешь, что на мне нет этой вины, правда?

— Конечно, милый. Поверь, никто из тех, кто хорошо тебя знает, так не думает. Это просто нелепо.

— Да, но мало кто из Совета согласен с тобой, — с горечью произнес Игорь.

— Совет не хочет искать истинного виновника лишь потому, что очень быстро освободилось место Главы Клана, которое можно занять, — сказала Алекс, — но я не позволю, чтобы это так оставили. Мы будем сражаться за твою свободу. Ты должен верить в это.

— Ты и я — это единственное, во что я верю сейчас, — сказал Игорь, и я заметила, как по его щеке скатилась слеза.

В его жизни так много изменилось в этот день. Ему пришлось пережить смерть отца, да еще и обвинение в его убийстве. Кто сможет выдержать подобное?

Я искренне переживала за своего нового брата, но понимала: слезами делу не поможешь. Мой мозг работал над продумыванием того, как можно ему помочь. И вдруг меня осенило.

Я вспомнила, как на одном из уроков Истории нуаров Кевин рассказал нам о старой колдунье, которая родилась более четырехсот лет назад, и могла видеть прошлое, настоящее и будущее. В моей голове мгновенно возник план: если привезти ее на суд, то вряд ли кто-то сможет оспорить ее слова. Нужно только найти эту ведьму и уговорить приехать на суд.

— Время истекло, — произнес один из стражников, — вы должны следовать за нами.

Алекс снова расплакалась и обняла Игоря через решетку.

— Ты должен мне верить, — сказала она, — все будет хорошо. Мы найдем выход.

Они еще раз поцеловались на прощание, потому что не знали, когда еще им предоставят такую возможность.

Я с болью в сердце смотрела на прощание влюбленных, но надеялась на хороший исход. Когда Алекс отошла от камеры, сказала тихонько Игорю:

— Не волнуйся, я кое-что придумала.

На прощание я сжала ему руку, и мы с сестрой последовали за стражей.

Путь наверх по тем же темным коридорам показался мне совершенно другим. Ведь у меня был план по освобождению Игоря. Конечно, его нельзя было назвать легко исполнимым, однако надежда была. Оставалось лишь рассказать обо всем Алекс и Кевину, и отправиться на поиски старой колдуньи.

Мы вышли на поверхность, и стражи разрешили дальше идти нам одним. Я с Алекс возвращалась в свою комнату, где нас должен был ожидать Кевин.

— Летти, что ты сказала Игорю, когда прощалась с ним? — спросила Алекс.

— Сказала ему, что у меня есть план.

Мои слова произвели мгновенное впечатление на Алекс. Ее глаза засияли надеждой, и она нетерпеливо сказала:

— Расскажи мне, я должна знать!

— Подожди немного до того, как мы вернемся в спальный корпус.

— Но ты ведь знаешь, что я не могу ждать, — спорила сестра.

— Алекс, это ведь все для твоего блага. Сама понимаешь, что являешься членом главной семьи Клана Рыцарей Ночи, и что один из них — умер, а другой находится под стражей. Наверняка за тобой ведется слежка. Мы не можем так рисковать.

— Да, ты права, — сказала сестра, — дождемся до нашей комнаты.

Мы вернулись, и увидели, что Кевин действительно все это время ожидал нас в комнате.

— Как ты, — взволнованно спросил он Алекс, — как Игорь? С ним хорошо обращаются?

— Что касается обращения, то все соблюдают субординацию, однако ты же понимаешь, что он не может быть хорошо. Всего за один день он потерял отца и свою свободу.

Кевин обнял Алекс и попытался успокоить.

— Ребята, я знаю, как решить этот вопрос, — мои слова мгновенно возымели влияние над ситуацией.

— И как же? — с любопытством спросил брат.

Я взяла ручку, листок бумаги и написала:

"Сегодня в два часа ночи встречаемся у входа в учебный корпус. Мы должны обсудить все это не здесь. Я предлагаю поехать в ту гостиницу, где мы ночевали, когда была свадьба Алекс и Игоря. Там все и расскажу. Кевин, ты отвечаешь за машину. Вслух ничего не говорим, так как, возможно, нас прослушивают".

Написав все это на бумаге, я сказала вслух, чтобы это могли услышать те, кто следит за нами:

— Мы должны обратиться к Совету Клана с просьбой освободить Игоря, а если это не сработает, нам придется рассказать обо всем в других Кланах.

Поскольку я сегодня уже упоминала о том, что могу оповестить другие Кланы о произошедшем, мне показалось, что это должно выглядеть достоверным.

Мы еще недолго посидели вместе, после чего разбрелись по своим комнатам, чтобы пораньше лечь спать и быть готовыми к ночной встрече.

Я приготовила заранее сумку, в которую сложила деньги, которые у меня были, а также все самое необходимое. Наведя будильник на час тридцать, я легла спать.

Мне удалось уснуть довольно быстро, видимо из-за того, что знала о столь раннем подъеме. Когда прозвенел будильник, я встала, разбудила Алекс, и мы, быстро собравшись, тихонько выскользнули из своих комнат.

Пройдя по коридору до лестницы, мы увидели внизу уснувшую за своим столом гувернантку. Стараясь не разбудить строгую мисс Райли, мы пробрались к выходу.

Когда мы с Алекс вышли на улицу, ночная прохлада окружила нас. По коже поползли мурашки — то ли от холодного воздуха, то ли от предстоящего приключения.

Внизу нас уже ожидал Кевин.

— Мы должны без шума пробраться к воротам Замка, там я оставил машину, — объяснил нам брат.

— Но возле ворот Замка расположен пост охраны. Они обязательно поднимут тревогу, когда увидят нас, гуляющих в ночи.

— Не переживай, Летти, — улыбнулся Кевин, — с охраной я уже справился. Пришлось призвать своего двойника, и вырубить их, пока они не подняли шума.

— А ты молодец, — сказала я.

Мы старались как можно тише и быстрее пробраться к воротам Замка, где нас действительно ожидал небольшой седан Кевина.

Вещи быстро были заброшены в багажник, и мы заняли свои места. Брат завел мотор, и через несколько минут наша машина была уже в пути. Спустя час езды на обочине появилась небольшая, но уютная гостиница, вблизи которой мы и припарковались. Поскольку она располагалась вдалеке от крупных жилых построек, здесь никто не удивлялся ночным визитерам.

— Номер на троих, пожалуйста, — сказал Кевин.

— На одну ночь? — уточнила приятная женщина.

— Да, оплачивать будем наличными.

Пока Кевин утрясал финансовые вопросы, мы с Алекс взяли ключи и поднялись наверх.

Комната оказалась маленькой, но уютной. Мы положили сумки в шкаф, и стали дожидаться брата. Кевин не заставил себя долго ждать, и появился с подносом в руках.

— Подумал, что чашка ароматного кофе и булочки помогут нам лучше продумать наш план, — сказал брат.

— Ты всегда думаешь о мелочах, — ему всегда было приятно, когда я и Алекс ценили его старания, — надеемся, что нам пригодится это твое умение.

Мы разлили напиток по чашкам, взяли выпечку, и я принялась рассказывать свой план. Когда мое повествование было окончено, то стало ясно, что оно вызвало очень много вопросов у моих родных.

— Даже не знаю, Летти, — сказал Кевин, — план, конечно, хороший. Но он слишком опасен. Неоспоримо то, что такая женщина существует, и она может нам помочь. Но найти ее будет нелегко. Живет эта ведьма в лесу, в окружении магических заклинаний. Если она того не захочет, мы никогда не сможем ее найти. Да и если найдем, кто знает, возникнет ли у нее желание помогать нам.

— Но ведь попробовать стоит, — умоляюще произнесла Алекс, — может быть, это последний шанс спасти Игоря.

Кевин подумал и произнес:

— Хорошо, если все "за". Тогда мы отправимся на ее поиски. По упоминаниям, которые хранятся в документах, живет она в лесу, который находится в километрах трехстах от нашего Замка. Этот лес древний и могущественный. В него боятся заходить как люди, так и нуары: говорят, что там заблудились души умерших. Если мы хотим ее найти, нам придется войти в этот лес, и искать ее.

Рассказ Кевина поселил страх в наших сердцах, однако, выбора у нас не было. Мы знали, что случись такая ситуация с любым из нас, Алекс всегда пришла бы на помощь. В конце концов, это и означало быть семьей.

Мы согласились, что ранним утром выедем туда, а пока было решено немного отдохнуть, ведь впереди нас ожидало нелегкое испытание.

Глава 24

Последний шанс

Проснувшись рано утром, мы наскоро умылись, позавтракали и выдвинулись в путь. Дорога предстояла неблизкая, так что у нас было время подумать над деталями нашего плана. В голову каждого начали прокрадываться сомнения по поводу гениальности моего плана, однако никто не хотел лишать Игоря этого последнего шанса. Особенно тяжело приходилось Алекс. Она понимала, что надежда на его исполнение не так велика. Но все же нам хотелось верить в лучшее.

Пока мы ехали к древней обители такой же древней колдуньи, решили обсудить то, что скажем ведьме при встрече.

— Мне кажется, что начать должна я, — сказала Алекс, — может быть, и она кого-то раньше любила. Вполне может быть, что мой рассказ поможет ей вспомнить те времена, и она снисходительно отнесется к нашей просьбе.

— Не думаю, что вообще придется ей что-то объяснять, — сказал Кевин, — ведь если правда то, что она видит прошлое, настоящее и будущее, то она будет знать о нашем визите. Следовательно, если она вообще покажется нам на глаза, значит, будет осведомлена обо всем.

— Мне кажется, обычного человека должна пугать сама возможность знать будущее. Ведь тогда он будет знать о всех события, которые произойдут с его близкими, — задумалась я.

— Ты права, — ответил Кевин, — обычного человека…

Каждый из нас задумался. Я думала, хотелось ли мне когда-нибудь узнать будущее. Наверное, каждый из нас, ответив быстро, сказал бы "да". Но, подумав, все-таки решил, что нет. Вряд ли кому-то захочется узнать, когда уйдут из жизни близкие ему люди. Да и не надо это. Каждый должен жить сегодняшним днем и смотреть с надеждой в будущее.

В таких мыслях прошел наш путь к лесу, и только когда на горизонте появилась сплошная зеленая стена из деревьев, мы вышли из глубокой задумчивости.

Подъезжая к лесу, мы старались заметить какое-либо движение у его опушки, но нам это не удалось. Может, все это просто выдумки о потерянных в его деревьях душах? Неизвестно даже, откроется ли когда-нибудь эта тайна для нас…

На вид это был самый обычный лес. Припарковав машину почти у самых деревьев, Кевин взял компас.

— На всякий случай нужно запомнить направление, — сказал брат.

Мы кивнули и вошли в сплошной зеленый массив.

Несмотря на то, что внешне все казалось очень обычным, когда мы вошли в лес, нам стало не по себе. Здесь действительно ощущалось присутствие кого-то помимо нас. Иногда ощущалось, что мимо словно кто-то прошел — то ли душа ушедшего из этого мира нуара, то ли просто холодный ветер растрепал волосы.

— Не пугайтесь, девочки, — непонятно, для нас или для этих сущностей сказал Кевин, — они знают, что мы пришли с миром и не желаем ничего дурного их обители.

Мы углублялись в лесную чащу, и по мере этого наш страх усиливался. Радовало лишь одно: сейчас был полдень, и до вечера времени оставалось еще много.

Однако чем дальше мы шли, тем дремучее и темнее становился лес.

— Мне кажется, я что-то увидела, — с ужасом сказала Алекс, — вон там, за той сосной.

— Я тоже это видел, — ответил Кевин, — не бойся. Нам просто не нужно обращать на них внимание.

Но его слова не произвели на нас должного успокаивающего эффекта. Чем дальше мы шли в чащу, тем явнее становилось присутствие других существ. И сейчас мы били на их территории, в их власти. Оставалось надеяться на то, что они не причинят нам зла.

Наш страх достиг своего апогея. Теперь всем казалось, что пойти в этот лес было не такой уж хорошей идеей. Тем временем начинало смеркаться, а в этой глуши и вовсе наступала темнота. У каждого был свой фонарик, но этого было недостаточно. Гулять по такому месту и днем было не очень-то приятно, а ночью — и тем хуже. В такую чащобу, наверное, заходили или сумасшедшие, или люди, которые хотели укрыться от преследователей. В нас жила уверенность, что никто в здравом уме не пошел бы сюда. Да и мы, если, конечно, выберемся отсюда, больше ни ногой в этот лес.

Когда нами было пройдено еще метров двести, до ушей стал долетать странный звук. Сначала мы подумали, что это звон колокольчиков, но потом удалось различить женское пение. Голос той, которая пела, был настолько прекрасным, что завораживал своей чистотой.

Мы, плененные этим пением, решили подойти поближе. Направляясь на зов голоса, мы постепенно углублялись все больше и больше в лес. Казалось, что теперь выбраться самостоятельно из него шансов не было.

Дойдя до открытого участка, взору предстала необычная картина: перед нами было небольшое озеро, на берегу которого стоял маленький ухоженный коттедж. На берегу этого озера, по пояс в воде, стояла прекрасная лесная нимфа. Ее длинные темные волосы спадали на плечи пышным водопадом. Фигура была словно точеной. Черты лица несли в себе одновременно холодность и ум, присущие аристократам, но в то же время и страсть, обладание которой дано редким женщинам.

Я никогда не видела ничего подобного. Красота этой девушки завораживала. И когда мы, наконец, смогли прийти в себя, то стали совершенно отчетливо различать слова ее песни:


Если тот, кто пришел, мне друг —


Пусть присядет за мой стол.


Аль врагом оказался вдруг —


Будет смертный тебе приговор.


Мои стражи из лунного мира


Будут сон твой навек охранять.


Станешь для дикого зверья пиром


Не уйти тебе, не сбежать.


Если знания древние просишь,


Дай мне в душу твою заглянуть.


Все тайны раскрою, что в сердце носишь —


Не удастся меня обмануть.

Расслышав слова леденящей душу песни, мы были шокированы — настолько они не совпадали с тем, что видели наши глаза. Прекрасная девушка, закончив петь, вышла из воды и подошла к нам.

Она смотрела на нас, и взгляд ее был тяжелым. Как будто она и вправду видела все то, что лежит у нас на сердце.

Словно удовлетворившись увиденным, нимфа знаком пригласила нас следовать за ней. Мы повиновались приказу ведьмы, и уже через несколько минут были на пороге ее дома.

— Порог этот защищен особым заклинанием, — все таким же чистым голосом произнесла девушка, — если вы через него переступите, то сможете выйти только тогда, когда я вам позволю.

Мы переглянулись. Я ощущала, как страх волной поднимается в Алекс. Кевин тоже в нерешительности стоял на пороге. И только я сказала:

— Ходят легенды о вашей мудрости и о том, что вы видите истинные помыслы людей. Мы пришли за вашей помощью, проделав огромный путь. И выбора у нас нет — родной человек находится в беде. Если таково ваше условие, мы его принимаем.

Сказав это, я переступила порог дома, и очутилась в уютной комнате. За мной последовали Кевин и Алекс. Девушка тоже вошла и закрыла за собой дверь.

— Даже не знаю, что вам предложить. Наверное, то, что ем я, вы есть не будете, — произнесла она и жутко засмеялась.

Я поблагодарила ее и сказала, что мы ничего не будем.

— То, зачем вы пришли ко мне, для меня ясно, — сказала кудесница, и ее голос стал напоминать старушечий, — но мне непонятно, почему вы решили, что это сработает.

— Как я уже сказала, спасти нашего друга можете лишь вы. Только вас послушает Совет.

— Мне кажется, что у всех вас не совсем верное представление о ведьмах, — сказала девушка, и ее голос стал еще ужаснее, — наверное, мне стоит его изменить.

И ее тело затряслось в приступе страшного смеха. Мы заметили, что очертания ее стали постепенно меняться, и из высокой красивой девушки она превратилась в сгорбленную старуху.

Хотя то, во что она превратилась, даже нельзя было назвать старухой. Она решила показать нам, как бы выглядел человек, проживший более четырехсот лет. Ее тело было сгорблено прожитыми годами, которые оставили следы и на лице. Совсем старое, даже дряхлое, оно напоминало маску из древней пожелтевшей бумаги. Глазницы впали, и из них за нами наблюдали тусклые, лишенные жизни глаза.

— Ну что, не такой вы меня себе представляли, — спросила ведьма, — теперь видите, как заблуждались. Даю вам выбор: можете уйти прямо сейчас, и я вас не остановлю. Но если останетесь, пеняйте на себя.

Алекс и Кевин уже было встали, но я остановила их жестом:

— Думаете, напугали нас своим видом, — со злостью сказала я, — думаете, что мы сейчас же убежим, поджав хвосты. Так вот нет. Мы пришли к вам лишь потому, что другого выбора не оставалось, как нет его и сейчас. Так что давайте присядем и обсудим то, как вы можете нам помочь.

— А ты смелая, Летиция Ноэль, — сказала старуха, — я и ожидала тебя такой увидеть. Хорошо, мы можем поговорить, но учти, что ведьмы не помогают бесплатно. В ответ я тоже кое-что попрошу у вас.

Мы сели на свои места и стали слушать, что нам скажет колдунья.

— Мне известно, зачем вы ко мне пришли, — сказала она, — и я могу вам помочь. Вы правы: выбора у Игоря нет. Ибо уже через день состоится суд над ним, и без моего вмешательства его не оправдают. Слишком много людей хотят занять место Главы Клана Рыцарей Ночи. Но взамен я хочу, чтобы ты, Летиция дала мне своей крови.

— Что, — в один голос спросили мы, — но зачем?

— Кровь нуара дает мне немного его умения. Среди вас троих именно Летиция обладает наибольшей силой. И хотя это еще не та сила, которая разовьется в тебе при прохождении всех Инициаций, я хочу получить ее.

Мною овладело замешательство. Что ответить старой ведьме? С одной стороны, меня радовало, что я могла дать колдунье именно то, о чем она просила. Но с другой стороны пугало ее желание завладеть моей кровью. Может, она сказала мне не все преимущества, которые получит от сделки?

— Я вижу твои сомнения, — произнесла ведьма, — но не могу ничем тебе помочь. Условия неизменны. Сделка состоится лишь в том случае, если я получу каплю твоей крови.

Совершенно ясно было одно: выбора вновь не оставалось, и поэтому мне пришлось согласиться.

Старуха сходила за небольшой емкостью и ножом. Уколов мне палец, она собрала немного крови в эту колбочку, которую затем плотно закрыла.

— Ты свою часть сделки выполнила. — довольно улыбаясь сказала старуха, — я свою тоже выполню.

— Тогда давайте отправимся поскорее в путь, — сказал Кевин, — дорога предстоит долгая. Тем более, что без вас нам из этого леса не выбраться.

— Нет, я с вами не поеду. — сказала ведьма, — ждите меня на суде. Я приду туда сама.

— Ты просто хочешь нас обмануть, — бросился к ней Кевин, — как у тебя получится прибыть туда за день, когда мы прибудем в Замок только завтра.

— Никогда не говори, что я хочу кого-то обмануть, юнец, — со злостью крикнула старуха, — ты полностью в моей власти в этом лесу. Если сказала, что выполню обещание, значит, я его выполню. А теперь ступайте.

— Но как мы найдем дорогу назад, — спросила я, — мы и днем чуть нашли это место, а теперь и вовсе ночь.

— Я дам вам свою березовую веточку. Если будете двигаться в правильном направлении, то на ней станут появляться почки и листики, если же в ложном — они будут увядать. Когда подойдете к опушке, найдите любую березу и приложите к ней мой дар. И не волнуйтесь — он вернется к своей хозяйке.

Я поблагодарила колдунью, взяла у нее веточку, и мы пошли, ориентируясь на волшебный компас. Всю дорогу мы шли молча — такое впечатление произвела на нас старая ведьма. Но больше всего я боялась, что Кевин слишком рассердил ее, и мы сейчас идем не в том направлении, которое нужно.

Среди деревьев стали снова двигаться тени, но мы старались не обращать на них внимание. Шаг наш ускорился, а внимание было сосредоточено лишь на дороге. Спустя кокое-то время через стену деревьев стал проглядывать дневной свет, и это подействовало ободряюще. Уже не думая, что когда-нибудь выберемся из этой глуши, мы еще больше ускорили шаг, и скоро были на опушке.

Как и говорила колдунья, я отыскала березу и приложила к ней свою веточку. Словно по волшебству, чудо-компас в то же мгновение прирос к дереву, как будто родился на нем. Но у нас не было времени удивляться магии этого места.

Мы сели в машину, и уже через несколько минут были на дороге в Замок.

— Чертова ведьма, — сказал Кевин, — не поймешь, что у нее на уме. Честно говоря, я уже не думал, что когда-нибудь выберусь из этого леса.

— Да, — согласились мы с Алекс, — эта женщина и вправду очень странная. Хотя, кто знает, какими мы могли быть, если бы пожили с ее на свете.

Глава 25

Торжество справедливости

Наступил день, который нес огромную печаль для всех нас. Но мы также возлагали на него большие надежды.

Словно угадав наше настроение, погода вела себя тем же образом. Все небо заволокло темными тучами, которые не предвещали ничего хорошего. К обеду оконные стекла стали покрываться мелкими каплями, а затем и вовсе начался дождь.

Суд над Игорем был назначен на час дня, и к этому времени в главный зал учебного корпуса, где должно было состояться слушанье, стали стекаться нуары. Все понимали, какое бы решение сегодня не было принято, привычная жизнь осталась позади, а впереди каждого ожидает выбор.

К тому моменту, когда мы вошли в зал, в нем уже не было свободных мест. Пришли не только Рыцари Ночи, но также и представители других Кланов. Законы нуаров требовали, чтобы суд над правящими семьями проводился с участием таких же семей из других Кланов. Мы надеялись, что правители поддержат Игоря, однако его положение было незавидным.

В центре огромного помещения стоял длинный стол, предназначенный для членов Совета Рыцарей Ночи и Глав других Кланов.

Места для меня, Алекс и Кевина, а также других свидетелей того страшного дня были отведены чуть поодаль. Между местами судей и зрителей стояло одно-единственное кресло — кресло подсудимого. Невозможно даже представить себе, какие эмоции должен был испытывать человек, сидящий здесь совсем один.

Мы опустились на отведенные места и стали ждать начала слушаний. Когда все были на месте, господин Лещинский встал и произнес вступительную речь:

— Сегодня, нуары, состоится суд над Игорем Полянским. Он обвиняется в убийстве своего отца, Главы Клана Рыцарей Ночи. Будут ли какие-либо замечания перед началом слушанья?

В этот момент я поняла, что идти надо до конца. Старая ведьма до сих пор не появилась, и рассчитывать на ее вмешательство мы особо не могли. Но раз уж рисковать, так рисковать. Я встала и произнесла:

— Господин Лещинский, я надеюсь, вы не откажете мне в том, чтобы я заняла свое законное место?

Лещинский заметно смутился, но все же ответил:

— Но вы его заняли. Ваше место, мисс Ноэль, находится среди свидетелей, так как вы были на месте преступления в день убийства.

— В таком случае, господин Лещинский, все члены Совета должны находиться здесь, потому что наше с вами появление было разделено всего несколькими минутами.

В зале воцарилась тишина. И я продолжила:

— Поскольку я отношусь к Клану Единения, то есть правящему Клану, я настаиваю на том, чтобы занять свое место среди вас. Надеюсь, вы не откажете мне в этом?

Несмотря на то, что Клан Единения не правил нуарами более десяти лет, официально он все еще являлся королевским. Наш народ чтил свои традиции и не любил, когда их нарушают. Пусть даже они носят более формальный характер.

Взгляды других правителей обратились к Лещинскому, и ему ничего не оставалось, как разрешить мне это. В любом другом случае я не позволила бы себе ничего подобного, тем более что сейчас еще не была готова управлять народом. Но, как уже говорилось, это могло сыграть решающую роль в судьбе Игоря, так как только сидящие за центральным столом, имели право голоса.

По приказу Совета в зал привели Игоря. И хоть он находился под арестом три дня, они существенно изменили его облик. Несчастье отпечаталось морщинами на его лбу, а груз печали отразился на осанке. Я заметила, как изменилась Алекс, увидев мужа таким. Не знаю, за кого я переживала больше в тот момент: мне было известно, что друг без друга они не смогут. Поэтому единственным выходом было оправдать Игоря.

Суд начался.

Сперва Совет должен был допросить Игоря. Слово взял Лещинский:

— Господин Полянский, расскажите нам, что вы делали утром седьмого мая?

— В тот день я встал рано, пробежал, как обычно, пару километров по территории Замка и решил зайти к отцу. Когда вошел в приемную, секретаря там не оказалось. Я постучал в кабинет, но отец не ответил. Мне показалось это странным, так как в это время он всегда бывал у себя. Я толкнул дверь, и увидел неподвижного отца, лежащего на полу. Меня охватил такой ужас, как никогда: за пару секунд мне удалось пересечь комнату, чтобы хоть чем-то ему помочь, но было уже поздно. Мне оставалось лишь обнять и держать его тело на руках, пока в комнату не вошла секретарь. Я попросил ее позвать Совет, и когда она ушла, в дверь постучала Летиция. О дальнейшем вам все известно.

— Если я правильно расслышал, — заметил Полянский, — вы сказали, что обычно по утрам ваш отец находился у себя. То есть вам было хорошо известно о стандартном распорядке его рабочего дня.

Мне казалось, что вопросы, задаваемые Лещинским, не имели никакой значимости. Ведь Игорь был хорошим сыном своему отцу, и он не мог чего-то не знать о делах покойного. Внутри моей души все кипело.

— Безусловно, — недоумевающее ответил Игорь, — это же мой отец, к тому же Глава Клана. На мой взгляд, любой член Совета знал его расписание, так как отец всегда был занят делами нашего народа.

— Скажите, господин Полянский, — продолжил Лещинский, — правда ли то, что совсем недавно вы вступили в брак с Александрой Вендли без согласия отца, чем вызвали его недовольство?

При этих словах Алекс незаметно вздрогнула. Ей было слишком тяжело от всего этого. И особенно сейчас, ведь отношения с господином Полянским только вернулись на те позиции, о которых они с мужем мечтали, как кто-то неожиданно прервал его жизнь. Мне было тяжело видеть переживания сестры. Но одновременно с переживаниями за Алекс во мне росла гордость, усиливающаяся с каждым ответом ее мужа, за волю и несгибаемость этого нуара.

— Это правда, — сказал Игорь, и его взгляд обратился к сестре. На мгновение он стал прежним, но затем вернулся к вопросу, — у нас не было другого выбора. Отец всегда хотел, чтобы я заключил брак с девушкой, принадлежащей к древнему роду-основателю. Он считал, что наша кровь должна была соединиться с кровью, не менее известной в Клане Рыцарей Ночи. О свадьбе с девушкой из семьи королевской охраны, тем более, бывшей, он и слушать бы не стал. Однако, после церемонии, отец принял мой выбор. Но, конечно, это произошло не сразу.

— Так у вас с отцом были разногласия…

Лещинский продолжал напирать, и меня это взбесило. Я сдерживала себя из последних сил. Неужели можно вот так обвинять сына в убийстве отца только из-за того, что это освободит место Главы Клана. Что ж, пусть так. Но без боя никто из нас не отдаст этому человеку желаемого. Все мы, наша дружная семья, были одним целым, и побороть нас было не так уж просто.

— Были, но точно так же, как и у кого-либо другого. Не думаю, что истории, подобные моей, такая уж редкость. Родители зачастую верят, что их дети достойны лучшей партии.

Я заметила, что слова, произнесенные моим другом, тем более, перед всем Кланом, очень расстраивали сестру, но поделать ничего не могла. От этого допроса во многом зависело решение суда.

Господин Лещинский поблагодарил Игоря за ответы, и вызвал для допроса Алекс:

— Госпожа Полянская, — подобного обращения требовало новое положение Алекс во главе Клана, — ваш муж когда-либо упоминал о том, что хочет занять место своего отца? Хочу напомнить, что содействие будет учитываться при решении вашей судьбы.

Я видела, как глаза Алекс зажглись негодованием, и знала, что это означает. Если бы подобные обвинения касались ее свободы, она, может быть, еще сдержалась бы. Но что касается мужа…

Мне приходилось видеть сестру такой впервые. Гордо выпрямившись, словно она с рождения принадлежала к королевской семье, Алекс начала свой рассказ:

— Я вышла замуж за самого благородного нуара из всех, которых знаю. Игорь действительно обладает лучшими душевными качествами. И я нисколько не сомневаюсь, что будь он во главе Клана, для Рыцарей Ночи это было бы золотое правление. Но мой муж никогда не хотел занять место отца путем его свержения. Конечно, в нашей семье обсуждались вопросы Клана, но это лишь потому, что мой муж вырос на традициях нуаров. Он привык ставить интересы Рыцарей Ночи выше собственных. И если его народ в конце концов отплатит ему за это изгнанием — значит, он не заслуживает такого правителя.

Закончив свою речь, Алекс с нежностью посмотрела на мужа. И только близкий им обоим человек мог оценить, сколько всего было сказано одним этим взглядом.

Я гордилась своей сестренкой. Мы росли вместе, и для меня никогда не было секретом, что она — прекрасный человек. Но то, что сестра еще и прирожденный правитель стало для меня открытием. В ней было столько величия, сколько не приобретают многие за долгие годы правления. Она была прекрасна в своем гневе: словно королева-мать, ставшая на сторону народа, она была готова пожертвовать всем, что у нее было. И на это не ушло даже пары минут раздумий.

Лещинский пришел в некоторое замешательство после ее слов. Ему с его низкими представлениями о власти и о семейных ценностях было не совсем понятна такая защита. Ведь если докажут вину Игоря, она распространится также и на Алекс.

Далее предоставили слово мне. Я знала, что от моей речи будет зависеть многое, и поэтому рассказала все в подробностях. После того, как я закончила рассказывать о том малом, что увидела в кабинете Полянского, попросила высказать свое суждение о происшедшем. И мне позволили сделать это.

— Прежде всего, я хотела бы сказать, что по традициям нуаров место Главы Клана в любом случае должно было перейти к Игорю. Поэтому, на мой взгляд, мотива для убийства у него не было. Во-вторых, все то, что я увидела в кабинете господина Полянского, говорит только об одном: это убийство не мог совершить Игорь по той простой причине, что провести все так быстро и бесшумно, чтобы даже секретарь, которая находится всегда рядом, ничего не видела — дело рук не одного опытного убийцы. И, в-третьих, я хотела бы напомнить о том предзнаменовании, которое произошло незадолго до Турнира, и слова которого были написаны кровью на стене. Его оставил некто владеющий древней темной магией. Эта магия известна лишь немногим, и, думаю, господин Полянский должен был знать, что его сын изучал нечто подобное. Я не верю в то, что убийство совершил Игорь Полянский. Мой голос, как голос последней из Клана Единения, говорит в пользу его невиновности.

Закончив свою речь, я села на место. Суд заслушал также показания членов Совета, которые пришли на место происшествия вместе со стражей, и молоденькой девушки-секретаря. После того, как свидетели закончились, Лещинский сказал:

— Мнения сторон выслушаны. Совет и Главы Кланов отправятся в Зал Совещаний для вынесения приговора.

Мы прошли в этот зал, который представлял собой овальную комнату, большую часть которой занимал огромный стол для участников совещания. Все заняли свои места, и господин Лещинский произнес:

— Поскольку все точки зрения выслушаны, предлагаю голосовать. Решение будет принято большинством голосов.

Я, Главы Кланов Наблюдающих Жизнь и Хранящих Элементалей, а также три члена Совета проголосовали за то, чтобы оправдать Игоря. Однако оставшиеся Глава Зверей Крови и шесть членов Совета считали, что Игорь виновен. Я попробовала повлиять на результаты голосования, однако господин Лещинский остановил меня:

— Мисс Ноэль, вы видели, что голосование прошло по всем правилам. К тому же мы включили вас в состав нуаров, которые могли решать судьбу подсудимого. Вы не можете претендовать на большее. Наш выбор сделан, и Совет объявит о нем присутствующим.

Все поднялись со своих мест и направились в Зал. А я сидела как вкопанная. Все мои доводы, все стремления не оправдались. Я действительно старалась: привела все доводы рассудка, отправилась на поиски колдуньи, а она даже не пришла. Больше у меня не оставалось козырей. Как это ни печально, но мне придется принять действительность.

Я поднялась, и отправилась в Зал. Все судьи уже заняли свои места, и ожидали только меня, чтобы объявить приговор. Я старалась тянуть время, сама не зная, на что надеялась. Но, в конце концов, пришел момент встретить решение Судьбы.

Я постаралась взглядом ободрить Алекс, но поняла, что это не получится. Весь мир моей сестры рушился прямо на глазах, и мне ничем не удалось ей помочь.

Господин Лещинский знаком попросил молчания и сказал:

— Судьи вынесли приговор. Мы считаем, что господин Игорь Полянский виновен в смерти своего отца, и приговариваем его к пожизненному заключению в подземелье Замка. Расположение камеры будут знать лишь стражники, обязанностью которых будет относить ему еду. Встречи с женой или кем-либо другим категорически запрещены. Что же касается Госпожи Полянской, она лишается своего титула и власти. Мы не поместим ее в подземелье, так как ее вина не доказана, однако она отправится в изгнание. Ее семье будет запрещено с ней видеться под страхом смерти.

Зал, который сначала молчал, загудел как улей. Каждый понимал, что решение, принятое по поводу обоих членов правящей семьи, было слишком жестоким.

Совет встал со своих мест, давая тем самым понять, что дискуссии по этому поводу не будет.

Игорь больше не поднимал глаз. Думаю, в его душе больше не было надежды.

Странно, но пришедшие на слушание нуары стали потихоньку замолкать, и те из них, которые сидели впереди, начали все как один оборачиваться назад.

Я тоже обратила взгляд в ту сторону, куда смотрели присутствующие, и увидела потрясающую картину. Потрясающей она была в своей красоте и надежде, которую несла. Через отворенную дверь в зал вошла прекрасная девушка в длинном платье. Все черты ее внешности были исполнены грации. Конечно, никто даже и не подразумевал, кем она могла быть, но мы-то знали.

Я взглянула на сестру, и увидела, что ее лицо словно озарил луч света.

Она ждала.

Ждала справедливого избавления от приговора.

Да, это была та самая ведьма, которую мы видели в лесу. Мы уже не надеялись на то, что ее увидим, но старая плутовка сдержала свое слово.

Она медленно и грациозно шла между рядами кресел, и это зрелище завораживало. Даже судьи, которые встали со своих мест для того, чтобы уйти, застыли в молчании.

Подойдя к креслу подсудимого, она опустилась в него и стала ждать. Минуту спустя, как бы очнувшись, Лещинский произнес:

— Здесь проходил суд, на котором разрешалось присутствовать лишь Рыцарям Ночи и Главам других Кланов. Посторонним нуарам вход сюда запрещен. Что же вы здесь делаете?

— Я пришла сюда потому, что вы не выслушали еще всех свидетелей, — звоном колокольчиков отозвалась лесная колдунья.

— Не хочу вас расстроить, но судьи уже вынесли свой приговор, — нагло ответил ей Лещинский, — поэтому вы опоздали. Нам придется попросить вас вернуться туда, откуда вы пришли.

Конечно, заявить подобное сумасшедшей старухе было явной ошибкой. И думаю, если бы Лещинский знал, с кем имеет дело, вел бы себя более осторожно. Однако предстояло ему это узнать в скором времени. Ведьма не заставила себя долго ждать.

Очертания ее тела стали искривляться, она начала расти, и превратилась в ужасного монстра. По залу прошелся шепот: нуары поняли, что перед ними древняя ведьма. Поднявшись почти до потолка, она протянула огромный когтистый палец к Лещинскому и сказала голосом, от которого кровь останавливала свой бег:

— Не тебе указывать на то, что и когда мне говорить. Я могу в считанные секунды превратить твое лощеное тело в кусок мяса, и даже не подумаю о том, что это произойдет на глазах у твоих учеников.

Никто не успел даже среагировать на все происходящее. Ни один двойник не был призван. Не знаю, то ли все были в таком замешательстве, то ли боялись, что старуха исполнит свои угрозы.

Превратившись обратно в прекрасную молодую девушку, она, как ни в чем не бывало, продолжила:

— Вы должны отпустить этого юношу на свободу. Он не виновен.

— Вам и кому бы то ни было другому не дано знать этого наверняка, — не удержался Лещинский.

Не знаю, что его дернуло за язык. Или, может, встав сегодня не с той ноги, он забыл включить инстинкт самосохранения. Но старуха не обратила на него внимания, как будто он был просто букашкой на ее пути.

— Преступление, в котором вы его обвиняете, было совершено не одним человеком. В нем замешана такая магия, о которой большинство из вас так и не узнает даже в том случае, если прочитает все известные книги. Вам дано было предупреждение, и остановить эти несчастья не мог никто. Но вы можете повлиять на исход последующих событий. Этот юноша, — она указала на Игоря, — будет достойным правителем вашего Клана. Он сможет сделать верный выбор в важный час, и это приведет вас к победе. Пришло время объединить народ, а не упрятывать за решетку лучших его представителей.

Все присутствующие молчали. Слова, произнесенные колдуньей, произвели на всех слишком большое впечатление.

— Я скажу вам еще об одном пророчестве, известном мне: только истинный наследник крови Рыцарей Ночи сможет управлять Кланом. Если его постигнет заточение и смерть, всех вас ожидают огромные беды.

Не знаю, последние слова ее были правдой или выдумкой, но, на мой взгляд, именно они стали определяющими. Сам вид этой древней ведьмы, да еще и странное пророчество сделали свое дело. И результат не заставил себя ждать.

В зале поднялась суматоха. Все нуары, относящиеся к Клану Рыцарей Ночи, требовали освобождения из заточения законного наследника трона. Они кричали, что готовы служить своему правителю верой и правдой.

Когда же Совет был вынужден согласиться с этими доводами, старухи в зале уже не оказалось. В разгар заваренной ею же каши она решила испариться. Хотя, это уже было не важно.

Мы ликовали.

Уже не рассчитывая на такой исход, Игорь не сразу поверил в нашу победу. Окончательно очнулся он от всего этого кошмара в объятиях Алекс, которая теперь боялась его от себя отпустить. Мы с Кевином стояли рядом и были за них искренне рады.

— Ты должен позвонить родителям, они ведь ужасно переживают, — сказала я брату, — а вам лучше пройти к себе, чтобы немного отдохнуть.

Алекс кивнула, и они с Игорем быстро покинули зал суда. Я знала, что за последние дни им обоим выпало множество испытаний, и они наверняка хотели побыть наедине.

Все мое тело изнывало от усталости, а мысли в мозгу путались, так что мне просто необходимо было побыть одной. Стараясь незаметно прошмыгнуть в свою комнату, чтобы не отвечать на лишние вопросы, я оставила все волнения позади.

Глава 26

Инаугурация

Постепенно все становилось на свои места. Игорь вернулся на свое законное место, и стал управлять Рыцарями Ночи. Теперь все в Клане готовились к предстоящей инаугурации Игоря и Алекс. Этот обряд с древних времен считался первым шагом, с которого новый правитель начинал свой путь. Поскольку Игорь был членом главной семьи в Клане, а свадьба, которая была у них с Алекс, отмечалась только в узком семейном кругу, было решено совместить инаугурацию с празднованием зарождения их семьи. Конечно, обряд повторять не планировалось, так как он совершается лишь раз в жизни, но было решено устроить огромный праздник.

К таким событиям обычно готовятся около недели или даже больше, но мы планировали все успеть за пять дней. Скоро должен был состояться мой отъезд из Клана, и Игорь с Алекс очень хотели, чтобы я обязательно успела побыть на их торжестве.

Дни пролетали незаметно. Каждый из Клана был чем-то занят. Готовились огромные шатры, которые смогли бы уместить всех присутствующих. Они были дивного желтого цвета, а украшались желтыми орхидеями. Новая семья Полянских пригласила гостей из других Кланов. Нуары из Наблюдающих жизнь и Хранящих Элементалей помогали надолго сохранить живые цветы, которые использовали для украшения Замка и шатров, неувядающими. Звери Крови участвовали в возведении построек, так как обладали наибольшей физической силой среди всех присутствующих.

В общем, работа бурлила, и праздник обещал быть действительно фееричным.

Меня беспокоило лишь одно: в Клане у Николаса действительно творились беспорядки, поэтому ни он, ни его семья не смогли приехать на эту церемонию. Конечно, обида за то, что после стольких дней разлуки наша встреча сорвалась, была большой. Но еще больше я переживала за то, чтобы ему удалось восстановить прежний порядок среди его народа.

Помимо того, что мое сердце разрывалось от желания увидеть любимого хоть ненадолго, у нас с Алекс были еще и совсем другие проблемы. Мы постоянно находились на примерке платья для ее инаугурации. Каждый день, по нескольку часов, нам приходилось стоять перед зеркалами и ждать, когда с нас снимут очередные мерки.

Платье Алекс было поистине великолепным. Оно было сделано из атласа цвета слоновой кости. Плечи оставались открытыми для того, чтобы подчеркнуть красоту юной правительницы. Ниже пояса оно спадало тяжелыми волнами, которые сзади превращались в длинный шлейф. По всей длине ее наряд был украшен крупным жемчугом. Такой же жемчуг Алекс подарил ее муж в честь этого события. Сестра сказала, что именно эти украшения были любимыми у матери Игоря, и, следовательно, имели особую ценность для их семьи.

Мое платье, как и платья других девушек, было выдержано также в желтых тонах. Алекс настаивала на том, чтобы я выбрала пышный наряд, как и полагалось будущей правительнице, но мне хотелось надеть золотистое шифоновое платье, которое выгодно подчеркивало фигуру и оттеняло светлые волосы. У меня не возникало желания выделяться, потому что я еще не была в своих глазах достойным правителем своего народа. Мне еще предстоял этот долгий путь.

День накануне праздника был переполнен событиями: все мы совершали окончательные примерки нарядов, в украшении Зала и шатров проводились последние дополнения.

Весь Замок гудел.

Алекс в этот день особенно волновалась. Ведь следующее утро должно было стать для нее особенным. Вырастая простой девчонкой, она и подумать не могла, что когда-то будет управлять целым Кланом древнего народа.

Ближе к обеду приехали наши родители. Они не смогли прибыть раньше, так как улаживали дела в городе. Им нужно было разобраться с работой и продать дом — ведь теперь можно было перебраться жить к Алекс. Все изменилось, и маме с папой больше не нужно жить вдалеке от нас. К сожалению, счастливое воссоединение со всей семьей не затрагивало меня надолго. Через несколько дней я должна была уехать, и это время мне хотелось сохранить в своей душе теплым огоньком, согревающим сердце в чужой стране.

Мы с Кевином вышли встречать родителей к воротам. Если бы кто-то видел нас со стороны, то, наверное, не узнал. Нашей радости не было предела. Казалось, все наладилось.

— А где Алекс? — спросила, обнимая нас, мама.

— Она на контрольной примерке. Важная персона теперь наша младшенькая, — пошутила я, — но вы с ней скоро увидитесь.

Мы еще раз обнялись и пошли к корпусу, в котором находилась резиденция Алекс и Игоря. Когда дворецкий открыл перед нами двери, было объявлено, что сестра почти закончила примерку, и будет ожидать нас в гостиной. Честно говоря, в этой части Замка я была впервые, да и родители тоже. Нас всех поразила та пышность, с которой была обставлена комната. Мама с отцом были очень горды за сестру.

Мы удобно устроились на диване, и стали ожидать Алекс. Когда она, наконец, появилась, то осветила комнату своим присутствием. Казалось, что свет был внутри ее — так она была счастлива. Да и кто не был бы? Она нашла своего любимого, прошла через все испытания, и наконец-то заслужила свое счастье. Мы были очень рады за нее.

Алекс вышла красиво одетой, ведь теперь положение обязывало ее. На ней был молочного цвета строгий, но очень элегантный костюм, украшенный золотой брошью. В тон одежде ее ноги украшали изящные туфельки, а тщательно сделанные прическа и макияж завершали образ. В общем, такой мы Алекс еще никогда не видели. Мама с папой смотрели на нее и не могли произнести ни слова.

Она прошла по комнате, и села в кресло напротив нашего дивана.

— Тебя просто не узнать, — сказала мама, смахивая слезинку со щеки, — за последнее время ты так изменилась.

— Мы все меняемся, — ответила Алекс, — важно только то, чтобы мы менялись в лучшую сторону. Но вы ведь знаете, что к вам мое отношение не может изменить ничто.

— Знаем, родная, — сказал папа, — мы просто очень горды за тебя. Ведь кто бы мог подумать, что наша маленькая Алекс когда-нибудь превратиться в изящную молодую женщину, которая, помимо всего прочего, будет возглавлять Клан Рыцарей Ночи?

— Наверное, — задумчиво сказала я, — жизнь и интересна тем, что мы не знаем, какие события ожидают нас за следующим поворотом.

— Да, детка, — произнес отец, — но мы с мамой всегда хотели, чтобы вы поняли одно: жизнь интересна и хороша всегда. И даже когда вам плохо и кажется, что выхода нет — не отчаивайтесь. Ведь и Алекс прошла длинный путь к тому, чтобы сейчас быть любимицей Судьбы.

— Мы хотели с тобой увидеться перед завтрашним днем, — сказала мама, — ты, наверное, волнуешься. Нам с отцом казалось, что наше присутствие немного поддержит тебя перед этими волнительными событиями.

— Спасибо, — растрогалась Алекс, — для меня это очень важно. Вы ведь и сами понимаете, что завтрашний день — особенный в моей жизни, и то, какой я покажусь в Клане, во многом сформирует отношение ко мне подданных. А ведь оно уже, скорее всего, останется у них навсегда. Тем более, я волнуюсь за то, что должна буду обеспечить Летиции поддержку Клана, а если сделаю что-то не так, то она лишится ее.

— Сестренка, — успокоила я Алекс. — ты не должна за это переживать. Я просто уверена в том, что завтра ты произведешь на всех именно такое впечатление, какое заслуживаешь. А что касается поддержки, для меня главное — чувствовать ее от своей семьи. Все будет хорошо, не переживай.

Мы посидели вместе еще какое-то время, а затем попрощались с Алекс, чтобы не отрывать ее от примерок и репетиции завтрашнего торжества. Выйдя из корпуса, в котором находились комнаты сестры и ее мужа, родители решили отправиться в свою комнату, которая была недалеко от Кевина, а я пошла к себе. Пока еще покои, в которых должны были поселиться родители после инаугурации Игоря и Алекс, готовились. Алекс решила, что вся наша семья должна перебраться в корпус управляющих нашим Кланом, но сперва ей хотелось все как следует там подготовить.

Я зашла к себе в комнату и плотно притворила дверь. События последних недель были просто выматывающими, и мне необходим был отдых. Я решила сегодня лечь спать пораньше, чтобы завтра не чувствовать себя уставшей.

Переодевшись в пижаму, я забралась в постель, но сон не шел ко мне. Вместо этого ко мне пришли мысли о Нике. В моей душе жили волнения за то, как ему приходится в Клане, как его принял Совет, да и за другие мелочи. Мне казалось, что только тогда, когда мы сможем быть вместе, нам удастся обрести свое счастье. Но этого дня нам нужно было подождать. В мыслях о любимом я заснула, и проснулась только тогда, когда зазвенел будильник.

Наступило утро долгожданного дня. Замок ожил еще до рассвета. Подобная церемония случалась, как правило, раз в столетие, и поэтому все должно было быть на высшем уровне. На кухне кипела работа: там давно готовились изысканные угощения. Зал уже был украшен, и только ожидал своих хозяев. Сама же церемония была назначена на двенадцать часов дня.

До этого момента у меня было много времени, но его нужно было использовать с умом. Я наскоро приняла душ, оделась, и поспешила в комнаты Игоря и Алекс.

Постучав в дверь, мне не пришлось долго ждать, так как здесь уже давно никто не спал.

— Летти, — волновалась Алекс, — хорошо, что ты пришла. Сейчас нас должны будут одевать и причесывать, так что располагайся. Ты голодна?

Я ответила, что не отказалась бы перекусить, и Алекс показала мне на поднос со всякими лакомствами, предназначенными для меня.

— Поторапливайся, — подгоняла меня сестра, — скоро придут нуары для того, чтобы нас собрать.

И вправду, через минут пятнадцать в комнату постучали. Дверь открыла секретарь, которая попросила разрешения войти персоналу. Получив его, она махнула рукой, и комната постепенно стала наполняться народом. Здесь были целые бригады, которые готовили платья для нас, украшения и другие принадлежности. На несколько часов прихожая Игоря и Алекс превратилась в огромный салон, где каждый из задействованных лиц делал все с огромной скоростью и профессионализмом. Нас усадили на кресла, и начали делать прически. Затем приглашенные нуары занялись нашим макияжем, после чего было разрешено одеть платья. Нас подвели к огромным зеркалам, которые были в человеческий рост, и дали время рассмотреть себя.

Мы смотрели на свои отражения и не могли поверить в то, что они действительно наши. В зеркалах стояли элегантные молодые девушки, и мне никогда бы не пришло в голову, что кому-то из нас можно выглядеть настолько хорошо.

Оставив Алекс в ее покоях, я направилась в зал, где должна была проходить инаугурация.

К назначенному времени в церемониальном зале собралось так много народа, что он едва мог всех уместить. На самом почетном месте стояли кресса для Игоря и Алекс. Они были обиты красным бархатом и отделаны золотом.

На каждом из этих кресел, по обычаю, было по гербу — семьи Полянских и семьи Вендли. По закону, при вступлении в брак, общим гербом считался тот, чей древнее. Но на креслах и других предметах всегда изображались два. По бокам от каждого из кресел, лучами отходили два ряда мест для почетных гостей, которые заняли члены Совета Клана, приглашенные правители других Кланов, а также наша семья.

На подобных праздниках всегда должен был присутствовать хранитель обрядов, которого себе выбирала правящая семья. Игорь и Алекс пригласили для этой цели того самого святого отца, который их поженил. И сегодня он присутствовал здесь, облаченный в нарядные одежды. Именно ему доверялось вести церемонию.

Когда сестра с мужем были готовы войти в зал, всех попросили встать и призвать своих двойников. Эта традиция шла с древних времен. Считалось, что таким образом подданные дают увидеть правителю свои тайны, свою душу. Этот обряд был также обрядом объединения Клана в одну большую семью. Каждому из присутствующих подали по кубку с экстрактом аллозаны, священного напитка древнего народа.

Спустя минуту в зал величественно вошли молодые правители. Несмотря на то, что они были совсем еще молоды, никто не смог усомниться в верности выбора — такими достойными были они. На них были чудесные одежды, которые придавали им еще больше величия. Игорь и Алекс встали перед креслами, и церемония началась.

Согласно древней традиции, церемонию должен был открыть хранитель обрядов. Он взял в руки большую чашу со священным напитком, и произнес:

— Нуары, подданные Клана Рыцарей Крови! В этот день вершиться Судьба вашего Клана и ваша собственная Судьба. Сегодня вы вкладываете бразды правления в руки этой молодой семьи. Если все из здесь присутствующих поддерживают это решение, тогда я прошу вас поднять свои кубки.

Все в зале подняли кубки с аллозаной. И священник продолжил:

— Испейте три глотка за то, чтобы вашими избранниками на престоле руководили честь и достоинство!

Нуары выпили по три глотка.

— Испейте три глотка за то, чтобы ваши избранники правили разумно и справедливо.

Приглашенные снова подчинились призыву священника.

— И последний, самый важный, глоток за то, чтобы Судьба одарила эту семью долголетием и здоровыми наследниками.

Последний приказ священника был исполнен. Он поднес свою чашу к губам Игоря и Алекс, и они выпили из нее по семь раз.

— Ныне вы, Рыцари Ночи, дали клятву своим правителям, и забрать ее может только смерть. Так будьте же вы верными, а ваши правители — благоразумными.

Нуары, стоящие в зале, громко славили новую правящую семью, и допивали свой напиток.

После того, как экстракт аллозаны был выпит, Игорь поднял правую руку. Взгляды всех присутствующих обратились в его сторону, и в зале воцарилась торжественная тишина. Все знали — сейчас будет говорить новый правитель. И он начал свое обращение к народу:

— Рыцари Ночи! Я обращаюсь к вам в этот час потому, что мой отец был жестоко убит, и потому, что вы оказали мне честь, позволив стать своим правителем. Я хочу сказать вам, что с этого дня моя жизнь принадлежит моим подданным, и все мои поступки будут направлены на то, чтобы наш Клан процветал. Мы живем в трудное время — время перемен. Кто знает, что приготовила нам сама Судьба? Но одно мне известно наверняка: что бы ни случилось, мы не должны забывать ни о тех клятвах, которые были даны сегодня, ни о той вере, которая живет в наших сердцах. Ведь она, эта вера, передалась нам от наших отцов. Я призываю вас жить по законам чести и правды, не отступать от наших традиций, и тогда, верю, мы будем вознаграждены. Я поднимаю свой кубок с аллозаной за то, чтобы все те надежды, которые живут в душе у каждого из нас сегодня, когда-нибудь осуществились. За Рыцарей Ночи!

Подданные дружно подняли кубки и повторили тост за своим правителем.

— Спасибо вам за то, что пришли на этот праздник сегодня, — закончил свою речь Игорь, — а теперь мы с женой приглашаем вас всех в шатры, чтобы как следует отметить это событие.

Гости снова зашумели. Зал наполнился возгласами, которые выражали восторг от нового правителя. Все спешили в шатры, чтобы занять свои места. Мы с родителями и Кевином тоже последовали на улицу.

Зрелище, которое ожидало приглашенных в приготовленном месте, было поистине ошеломляющим. Сами шатры представляли собой конструкцию, которая была объединена в один большой зал для пиршества. Снаружи и внутри сооружения все было украшено множеством живых цветов, которые, несмотря на давность сбора и украшения, благоухали свежестью. Нуары, которые не знали, что в этом великолепии помогли Кланы Наблюдающих Жизнь и Хранящих Элементалей, были поражены всей этой красотой.

Столы в зале были поставлены буквой "П". За центральным из них располагались места для Игоря и Алекс, членов Совета и для нашей семьи. За двумя же другими мог сесть каждый приглашенный. Все блюда были прекрасно украшены, а столы сервированы по высшему уровню, так что в воздухе витало ощущение праздника. Блюд было так много, что осмелиться попробовать их все мог только безумец.

— Знаешь, сестренка, — сказала тихонько я, приблизившись к Алекс, — праздник действительно удался. Надеюсь, что ваше с Игорем правление будет не менее впечатляющим.

— Наше правление лишь предшествует твоему, — ответила мне сестра, — и мы все очень ждем его. Ведь мы с мужем всегда рассчитывали на места в Совете Четырех, рядом с тобой, но не впереди тебя.

— Спасибо тебе за поддержку, но, мне кажется, об этом пока говорить рановато, — ответила я сестре, — давай пока просто наслаждаться этим пиршеством в вашу честь, потому что, боюсь, я не скоро смогу еще так отдохнуть.

— Милая, ты выбрала такой тяжелый путь, — пожалела меня Алекс, — может, еще не поздно все переменить. Никто не будет тебя винить в этом.

— Нет, выбор сделан, — голос мой был тверд, — и я должна быть тверда в своих намерениях.

Алекс всегда с пониманием относилась к моему решению, и сейчас она не стала спорить, а завела разговор на другую тему.

Я смотрела вокруг и видела лишь веселящихся людей.

"Неужели кто-то из них, присутствующих здесь и веселящихся от всей души, может затем воткнуть мне кинжал в спину?".

Хотя в глубине души я, конечно, понимала, что может. Ведь власть делает с людьми то, о чем они сами никогда не могли предположить. Мне не удавалось понять, как Алекс с ее внезапно приобретенным положением удается сохранить чистоту души. Наверное, нужно за это сказать спасибо родителям, которые столько вложили в наше воспитание.

В центр шатра, между столами, прошли приглашенные танцоры, которые должны были развлекать гостей, уже успевших устать от кушаний. Они чудесно исполняли свой танец, но мои мысли текли все в том же направлении. Я все думала о том, как еще на год расстанусь со своими родителями. Я украдкой глянула в их сторону, и увидела счастливые лица отца и матери. Что ж, пусть так и будет. Всегда.

После того, как танец закончился, нам принесли много новых блюд, которые заняли места предыдущих. Я пыталась расслабиться и выпила немного аллозаны. Когда стемнело, на лужайке зазвучала веселая музыка. И гости, которые были уже немного пьяны от вина, устремились на призыв звуков. Я позволила Кевину увести меня в сторону танцующих и исполнила с ним один танец. Но мои мысли не соответствовали общему веселью. Я знала, что покидаю этот Клан, и безызвестность пугала меня. Извинившись перед братом, направилась на поиски сестры с мужем и родителей.

Как ни странно, но нашла их всех вместе, поодаль от музыки и шума.

— Летиция, — обрадовалась мама, — мы тебя везде искали. Где ты пропадала?

— Я позволила Кевину уговорить меня на один танец, — ответила я. — А вы чем тут занимаетесь?

— Разговариваем ни о чем и, одновременно, обо всем на свете, — ответил отец, — ведь так приятно просто побыть рядом со своими детьми, которых не видел почти год.

— Да и узнать Игоря у нас особо времени не было, — обеспокоено сказала мама, — мы основывались лишь на рассказах Кевина и Алекс, но теперь и сами видим, что он достойный молодой человек.

— Вы правы, — успокоила я родителей, — наши ребята достойны друг друга, и мне спокойно за них.

Алекс благодарно на меня взглянула и улыбнулась:

— А тебе весело?

— Конечно, — мне хотелось, чтобы слова звучали как можно более правдоподобно, — вот только я уже устала и хотела пожелать всем вам спокойной ночи, ведь уже довольно позднее время.

— Ты уже уходишь, — взволнованно спросила сестра, — а как же праздник?

— Думаю, что он удался, — совершенно честно ответила я, — тем более что у него есть такое чудесное украшение, как ваша счастливая семья.

— Спасибо, — ответили хором Игорь и Алекс, — спокойной ночи.

Я обняла всех своих родных, и направилась к себе. Как ни странно, придя в комнату, спать мне не хотелось. Видимо, усталость была лишь в присутствии такого количества народа — я вообще не очень-то любила шумные компании.

Я набрала полную ванну воды, добавила туда лавандовую пену и зажгла свечи. Забравшись в ароматную воду, мне впервые за весь день удалось расслабиться. И мысли стали течь своим ходом.

Я думала о Николасе. Прошло, конечно, еще не так много времени с его отбытия, но вестей от него еще не было. А мне так хотелось услышать что-нибудь о любимом…

Я постоянно ловила себя на мысли о том, где он, и что с ним происходит. Неужели Николас как-то по-другому переживал разлуку? Нет, нужно отогнать от себя эти мысли. В конце концов, если не верить в наши отношения всем сердцем, тогда что еще остается делать? Я не могла доверить это Судьбе. Только не нас с Ником.

Обернув себя в любимое полотенце, вышла из ванной. Натянув пижаму, я скользнула в постель, и теплая ванна дала о себе знать — меня быстро сморило, и сон пришел ко мне.

Глава 27

Зов предков

Я чувствовала усталость. Так много произошло со мной за последний год, что казалось, будто это все было сном. Мне встретилось очень большое количество новых нуаров, которые научили меня ценить дружбу и семейные отношения. Я научилась видеть в знакомых то, что они показывают окружающим и то, что они старались скрыть от посторонних глаз.

У меня в душе было странное ощущение, будто сама я повзрослела на несколько десятилетий. А ведь это был лишь первый год моего путешествия, моя первая Инициация. Впереди передо мною лежал огромный Путь, который мне написала сама Судьба, и для прохождения которого от меня требовалось огромное усилие.

А сейчас мне казалось, что я чувствую усталость, которой нет в мире равных по силе.

И, тем не менее, внутри меня росла удовлетворенность. Я была рада, что когда-то у меня хватило мужества сделать правильный выбор, не побояться трудностей, и постоянно находить в себе силы двигаться дальше. Мне казалось, что именно такие ощущения делают из нас настоящих нуаров. Только глубокое удовлетворение за то, что ты сделал, может дать тебе такую благодатную усталость.

Я решила собрать вещи, ведь завтра день моего отъезда из Клана Рыцарей Ночи в Клан Зверей Крови. Одному Богу известно, какие испытания ждут меня впереди. Я складывала вещи в чемоданы, думая о будущем. Для завтрашнего путешествия оставила лишь джинсы, розовую блузку с болеро и туфли-лодочки. Наряд мне казался милым, и, что немаловажно, удобным.

Когда вещи были собраны, я приняла горячую ванну, которая помогла мне немного расслабиться. Выйдя из пахучей пены, я обмоталась в махровое полотенце, высушила волосы феном, переоделась в пижаму и легла спать.

Сон сначала не шел ко мне, однако со временем я смогла оставить свое сознание в блаженном мире, где возможно все.

Сначала мне снились отрывки из давно забытого кошмара, которые сменялись на видения о моем ближайшем будущем. Но затем я увидела другой сон.

Я гуляла по лесу. И этот лес был каким-то странным, не таким, каким привыкли видеть его мы. Деревья в нем, казалось, были живыми. Нет, они не двигались, не говорили, но от них исходила какая-то необычная энергетика.

Я бродила по тропинкам этого леса, и хотя никого не видела, однако четко ощущала присутствие кого-то живого тепла, живой энергии. Сначала я списала эти мысли на странные деревья, однако потом поняла, что это присутствие как-то близко мне.

По энергии.

По душе.

По крови.

Осознание всего этого напугало меня, однако я себе напомнила, что за последний год мне пришлось встретиться с таким количеством трудностей и не спасовать, что и сейчас отступить от своего казалось для меня немыслимым. Я, гонимая любопытством и страхом, следовала туда, где энергия жизни, которую ощущало все мое тело и сознание, становилась сильнее.

Пробираясь сквозь ветки деревьев, я увидела недалеко перед собой небольшое озеро. Оно было окружено деревьями, и, кажется, людьми. Подойдя ближе, мне стало ясно, что все эти люди близки мне.

Здесь была моя семья.

Впереди всех стояли, держась за руки, мои родители. Осознание того, что мне было позволено увидеться с ними еще раз, привело меня в такую радость, которая граничила с восторгом. Я бросилась к ним навстречу, и крепко обняла. Они сейчас такие близкие, а завтра утром вновь станут далеки от меня. Но я не позволила грусти отнять у меня драгоценное время.

— Дорогая, любимая Летиция, мы с папой так тобой гордимся, — сказала, обнимая меня, мама.

— Ты так многое сделала за этот год, что не каждый из нас может похвастаться подобным, — прошептал отец.

— Эта ночь — особенная, сегодня нам разрешили всем вместе повидаться с тобой, — сказала мама и отошла немного в сторону, чтобы я смогла видеть улыбающиеся лица моих великих предков.

Навстречу мне вышел Король Георг, тот, чьим двойником был первый грифон:

— Знаешь, я не ожидал, что кто-то сможет вызвать двойника сильнее моего, однако во мне живет безграничная гордость за то, что этим кем-то стала именно ты, мой потомок.

— Благодарю Вас за эти слова.

— А я благодарю тебя за ту честь, которую ты оказала нашему роду.

Мама сжала мне руку.

— Знаешь, доченька, мы ведь сегодня хотели не только увидеться с тобой, но и рассказать тебе о Кулоне.

И она начала свой рассказ:

— Он, как ты уже знаешь, действительно существует. Однако в ночь Большого Переворота, перед тем, как все началось, ему было суждено пропасть. Мы искали его, но не смогли найти. Даже несмотря на все воззвания к магии наших предков, все равно нам не удалось связаться с душами, жившими в его сердцевине, — вот как сильно было колдовство запретного заклинания, наложенного на него вором. Такую магию мог использовать лишь кто-то очень могущественный. Поэтому когда к нам вошли убийцы, мы не смогли отличить их истинных намерений. Это были обычные слуги. Безусловно, их кто-то нанял. Мы с отцом думаем, что основателями заговора были выходцы из Клана Зверей Крови. Только они могли ради власти перевернуть привычную структуру мира нуаров. Зная, что нам спастись уже не удастся, мы постарались скрыть тебя. И, к огромной радости, это удалось. Ты — наше продолжение, единственная наследница Дара Единения. Вот почему мы сегодня здесь. Для нашего разговора потребуется много энергии, поэтому вся семья в сборе.

Мы хотим помочь тебе с поиском нашего Талисмана. Безусловно, абсолютно точно сказать, где он, мы тебе не сможем, но дать предварительные ориентиры — вполне.

— Хорошо, — мой голос дрожал от волнения и нетерпения, — давайте приступим.

— Для того чтобы войти в контакт с камнем, нам нужно взяться за руки и настроиться, — произнес Георг.

Мы все послушались древнейшего из нас, и каждый попытался настроиться.

Минуту мы сидели в молчании, а затем раздался шепот старого повелителя:


О, Изумруд, ты Талисман,


Хранящий весь наш род,


Как будто здравый атаман


На зов младцов идет.


Взывают к глубине твердыни


Те, кто в веков тиши


Принадлежат тебе отныне


Частичками души.


И просим мы тебя сейчас


Откликнуться на зов


Ответить нам в сей смутный час


Сиреной голосов.

Наступила тишина. Был слышен только голос ветра, гуляющего над водой. Наше ожидание стало физически ощутимым. Вся семья, история которой канула в лету, страстно желала помочь мне возродить былую славу всего рода.

Прождав в молчании какое-то время, я решила, что мы вряд ли чего дождемся, и просто сидела молча. В ожидании прошло минут десять, а затем ветер, движущийся над водной гладью, как будто стал что-то говорить. И этот шепот становился все более и более различимым. Он повторял одни и те же слова:


Из тишины, из глубины


Я слышу голос, зов


Как будто луч из пустоты


Прорвался меж оков.


Оковы эти не для сна


Предатель наложил


И в страшный миг средь бела дня


Меня поработил.


Я слышу четко в тиши вод:


Правитель уж идет,


Кто возродит сей славный род


И здесь меня найдет


В глубинах моря я лежу,


Заклятие на мне,


Которое, я Вам скажу,


Снимают при луне.


Лишь тот, кто будет в лунный час


Над волнами стоять


Спасет меня, народ, всех нас


Умением внимать.


Я жду спасителя сего


И службу сослужу:


О недругах, друзьях его


Всю правду расскажу.

Услышав эти слова, я встрепенулась. Мои глаза мгновенно раскрылись, и взору предстало то, что руки не хотели чувствовать: я сидела у озера, все на том же месте, но уже совсем одна. Мне было обидно и непонятно, почему родные исчезли, даже не попрощавшись. Было очень больно где-то внутри, однако я понимала, что эта боль — часть моего предназначения.

Я встала и пошла той же тропинкой назад. Деревья уже не казались живыми, наверное, жизни им придавало присутствие моих родных.

Внезапно налетевший ветер заставил меня потерять равновесие, я зашаталась, упала на траву, и от удара проснулась.

Бок, на который упала во сне, немного болел.

Необходимо было срочно прийти в себя. Казалось, что между сном и реальностью была такая тонкая грань, что все еще чувствовалось прикосновение рук родителей.

Лежа в кровати, я попыталась обдумать увиденное. Определенно то, что мне предстоят поиски Изумруда, если я хочу объединить все четыре Клана. Помощь Талисмана в этом — неоспорима. Однако где это море, в котором он скрыт. Слова камня были такими неопределенными для моих поисков. Может, я найду ответы на свои вопросы в следующем Клане — Зверей Крови. Слова родителей о том, что, скорее всего, именно они устроили государственный переворот, особенно напугали меня, ведь мне предстояло прийти в место, где, возможно, живут враги моей семьи. Конечно, в современном мире Замки охраняются, в них четко следят за дисциплиной, однако несомненным также было и то, что следующая инициация сопряжена для меня с особой опасностью.

Точно одно: не в моем характере было отчаиваться. В конце концов, я не одна. У меня есть мои родители, которые помогут мне в любую минуту. Есть моя названная сестра и ее муж Игорь, которые стоят во главе Клана Рыцарей Ночи, и всегда готовы обеспечить поддержку. И у меня будет Талисман, который поможет мне разобраться в друзьях и во врагах.

Он обязательно будет моим.

С этими намерениями я встала. Для того чтобы прийти в форму, я пошла в душ. Струи теплой воды, стекающие по коже, давали мне дополнительную уверенность в своей будущей победе.

Я наскоро оделась, накрасилась и выбежала во двор.

Глава 28

Тайна озерной нимфы

Этот день был последним днем моего пребывания в Замке Рыцарей Ночи. Может быть, несколько странно то, что я испытывала в эти часы. Все в этой обители мне казалось родным, я привыкла к обычному укладу своей жизни, ко всем обитателям этого места и к тому, что передо мной, в будущем, было еще три Инициации. А теперь вторая Инициация ждала меня буквально за поворотом, и это немного пугало меня. Я попыталась справиться со своими эмоциями и привести себя в порядок. Сегодня по случаю моего отъезда Игорь и Алекс устраивали для меня особый ужин, на который были приглашены все наши друзья.

Я надела свое лучшее платье, однако, это не подняло мне настроения. Ведь сегодня был день моего с Алекс прощания. Кажется, что наши пути были соединены от рождения, хотя мы и не были родными сестрами, а сегодня по воле Судьбы они должны были разойтись.

Я вышла из своей комнаты и направилась в корпус правителей Клана. Когда я вошла, то увидела, что все были уже в сборе. Здесь было так много родных мне лиц, что невольно на глаза навернулись слезы. Алекс подошла ко мне и крепко меня обняла. Игорь попросил всех к столу.

Когда каждый устроился так, как ему было удобно, приказали подать первое блюдо. Мой друг и муж моей сестры, как хозяин, взял первое слово:

— Дорогая Летиция, сегодня твой последний день пребывания в Клане Рыцарей Ночи. Мне многое нужно тебе сказать.

Во-первых, я хочу поблагодарить тебя. Поблагодарить за твою дружбу, силу которой мне посчастливилось познать в этот год. Поблагодарить за поддержку нашего с Алекс решения о свадьбе и всяческой помощи, которую ты нам оказывала, не боясь вызвать на себя гнев моего отца. Мы с женой всегда будем помнить твою помощь, оказанную нашей семье в минуты наивысшего отчаяния. Поверь, те жертвы, на которые ты не побоялась пойти, оценены.

Во-вторых, я хочу тебя заверить, что ты всегда можешь рассчитывать на поддержку нашего Клана в объединении нуаров. Наш народ с радостью окажет тебе любую поддержку. Мы с Алекс, не задумываясь, снимем с себя бразды правления и войдем в Совет Четырех.

В-третьих, я хочу, чтобы тебе было известно, что где бы ты не была, всегда знай: здесь у тебя есть любящие люди, которые всегда ждут тебя и готовы, пожертвовав всем, помочь.

Сегодня мне хочется поднять кубок с аллозаной за то, что ты изменила наши жизни к лучшему.

Все подняли свои кубки и произнесли: "За Летицию".

Я была до глубины души тронута словами Игоря. Алекс смотрела на своего мужа с восхищением и любовью, и мне было радостно оттого, что я оставляю ее не одну.

Некоторое время за столом шла тихая беседа. Мы обсуждали наше настоящее, и с надеждой смотрели в будущее.

Через некоторое время Кевин встал и попросил слова. Все взгляды обратились к нему, и он начал:

— Несколько лет я жил здесь, с Рыцарями Ночи, и не мог общаться с тобой, но когда появился шанс лучше тебя узнать, мне стало ясно, что ты — достойная наследница своего рода и верная преемница традиций наших общих родителей. Я рад, что мы встретились и подружились. И, как верный друг, я не могу оставить тебя одну в твоих испытаниях.

Мой взволнованный взгляд упал на родителей, но они лишь спокойно улыбались. И Кевин продолжил:

— Думаю, ты понимаешь, что тебе нельзя одной ехать в Клан Зверей Крови, ведь мы считаем, что это именно кто-то из них организовал восстание, в котором погибли твои отец и мать. Поэтому, ты не можешь отказаться от моей поддержки.

— Кевин, это моя судьба, а не твоя, — начала было я.

Но он отмахнулся и сказал:

— Мы были выращены одними родителями, надеюсь, что, когда придет время, ты тоже не оставишь меня одного.

— Будь уверен, что никуда от меня не денешься, — благодарно сказала я.

Мы продолжили вечер, и, когда уже все надежды и пожелания были высказаны, все отправились по своим комнатам.

Чувство дежавю овладело мной. Ровно год назад, вот так, когда я пришла в свою комнату после разговора с родителями, начался мой путь. И сейчас я пересматривала свои вещи, чтобы ничего не забыть и вспоминала последний год. Когда все было сделано, я легла спать, ведь завтра у нас с Кевином был ранний самолет до Швеции.

На следующий день нас провожало много людей. Брат помог мне уложить вещи в машину, я еще раз крепко обняла родителей, Алекс и Игоря, попрощалась со своими друзьями и села в машину. Рядом на заднее сиденье опустился и брат. Когда мы отъезжали, я бросила последний взгляд на Замок, пытаясь запомнить его мельчайшие детали и лица родных для меня людей.

— В аэропорт, пожалуйста, — сказал Кевин.

Конечно, водитель, отвозивший нас, был осведомлен о том, куда нужно доставить будущую правительницу и ее брата, но, наверное, в этой фразе выразилась печаль Кевина из-за расставания с близкими.

— Знаешь, у тебя ведь еще есть время передумать, — сказала я, зная, что он все равно никогда не откажется от своего.

— Думаешь, то, что ты говоришь, логично? — обиженно ответил брат, — если я что-то решил, то это навсегда. Ты же знаешь, это качество у меня от отца.

Я сжала его руку, и остаток дороги мы провели молча.

Когда посадка на самолет заканчивалась, и мы сидели в удобных мягких креслах, Кевин произнес:

— Какое счастье, что завтра мы уже окажемся на месте.

Извиняющимся голосом за то, что не сказала ему до этого, я шепнула:

— Да, завтра мы окажемся уже на месте, но не на том, о котором ты думаешь.

Кевин непонимающе уставился на меня, и мне пришлось пояснить:

— Ты, конечно, не участвовал в наших с Алекс чтениях книг, но мы однажды раскопали кое-что интересное.

— Так, мне это уже не очень-то нравится.

— Послушай, помнишь, когда ты задал нам написать работу о том, откуда берет корни наш род? Тогда, много читая, я наткнулась на легенду о Георге Четвероруком.

— Да, я припоминаю ее. И что тебя так заинтересовало?

— То, что сказала женщина в самом конце, когда уже собиралась уходить. Она произнесла: "Запомни, откуда Талисман вышел, туда он и вернется".

— Ну и что?

— Дело в том, что вчера мне снился странный сон, — и я подробно рассказала брату о том, что видела.

По мере моего рассказа я видела, как Кевин начинает догадываться.

— Так вот, я предположила, что этот Талисман вернулся на дно именно того озера, из которого вышла нимфа. Поэтому я собираюсь сначала зайти туда.

— Ты хоть можешь себе представить, какой опасности ты бы себя подвергла, если бы отправилась туда одна?

— Представляю, но и ты представь ту опасность, которой я подвергну себя, если приду в Клан Зверей Крови без этого Изумруда. Неужели ты не понимаешь, что на завоеванной территории, скорее всего, живет довольно много врагов моей семьи, и мне нужно знать об их помыслах.

— Хорошо, вот только мне не понятно, как ты собираешься найти это место.

— Я планирую добраться до небольшого поселения, расположенного вблизи озера, на автобусе, а там попросим кого-нибудь проводить нас.

— Дай Бог, чтобы у нас все вышло так, как ты запланировала.

Следующий час прошел в молчании. Каждый из нас обдумывал план и ждал прибытия.

Когда самолет приземлился, мы взяли такси и поехали на вокзал, от которого шел автобус до озера. Проехав еще четыре с лишним часа, к вечеру добрались до нужного места. Поселение, расположенное вблизи озера, оказалось небольшим, и на улицах было немноголюдно. Мы зашли в местный бар и заказали напиток. Понаблюдав за людьми, я и брат обратили внимание на мужчину лет за шестьдесят, который обладал наружностью доброго человека и был довольно словоохотлив.

Мы подсели к нему, и, заказав всем выпивку, спросили, знает ли он древнее озеро, о котором ходит много легенд.

— Да как же не знать, — ответил мужчина на ломаном английском, — оно находится в километрах пяти от этого места. А зачем вам оно?

— Мы туристы, и хотели бы на него посмотреть, прежде чем вернемся назад в Россию. Не знаете, кто сможет отвезти нас туда?

— Подождите до утра, а там и я, глядишь, отвезу, — ответил старик.

— Но нам хотелось бы туда попасть именно сегодня, так как завтра у нас самолет.

— Нет, дети, сегодня вас туда никто не отвезет. Да вы что, враги сами себе, чтобы идти туда на ночь глядя? Говорят, там всякой нечисти хватает. К тому озеру и днем не много-то желающих найдется вас проводить, а ночью — их и вовсе не будет.

Казалось, старик был непреклонен. Но Кевин сказал:

— Отвезите нас только до озера, не нужно ждать обратно, а мы вам за это хорошенько заплатим, — и достал из кармана стопку долларов.

Незнакомец жадно посмотрел на деньги и сказал:

— Но только до озера, и сразу еду назад.

Мы с радостью согласились, и через десять минут уже сидели на заднем сиденье его небольшой машинки. Дорога была плохая, так что ехали мы медленно. Каждая минута, казалось, была вечностью. Я молила Всевышнего, чтобы мои предположения оказались правильными, и этот путь, проделанный нами с таким трудом, не оказался напрасным.

Через полчаса утомительной езды наша машина остановилась.

— Идите прямо, и через несколько минут вы его увидите, — как бы извинялся старик, — мне дальше ехать нельзя.

Мы вышли из машины и поблагодарили нового знакомого за оказанную услугу.

На улице уже стемнело, но по часам было еще немного — только половина одиннадцатого. Я объяснила Кевину, что нам нужно немного подождать. Мы разостлали на земле плед, и стали ожидать. Первый час прошел в молчании. Оба так волновались, что боялись громко дышать, дабы не спугнуть чудесное существо. Затем, устав ждать, я начала ходить из стороны в сторону, злясь на то, что эта женщина все не появляется. Когда время перевалило за полночь, Кевин первый произнес:

— Может, все это — напрасная идея?

— Напрасная? — гневно спросила я, злясь на саму себя за то, что все получается не так, как мне хочется.

И я еще раз повторила:

— Напрасная?

Я подбежала к озеру и крикнула в глубину ночи:

— Я пролетела сотни километров, уговорила старика привезти нас сюда, и все из-за этого сна. Выйди ко мне, озерная нимфа!

Но ответом мне была лишь тишина.

Кевин легонько приобнял меня за плечи и нежно сказал:

— Ничего, дорогая, думаю, что у нас и так все получится.

Я позволила ему увести меня от этого озера, но через несколько минут очнулась, и, когда брат ничего не ожидал, крикнула:

— Ну уж нет, только не со мной так будешь шутить, я не для этого проделала такой длинный путь.

И с этими словами, пока Кевин еще не очнулся, бросилась в воду.

Несмотря на то, что на улице стояло лето, вода оказалась ледяной. Мое дыхание замирало от этого холодного прикосновения, а в кожу словно воткнулись тысячи иголок. Я быстро пошла от берега и, боясь, чтобы Кевин не бросился за мной, оглянулась.

Брат стоял у самой кромки воды, и казалось, стучал кулаками о стеклянный экран. Я обрадовалась, что он не может пройти вслед за мной, ведь если кому-то и суждено здесь погибнуть, пусть это буду только я.

Вода уже касалась подбородка, и я, сделав последний глубокий глоток воздуха, нырнула под ее гладь. Тело словно пронзали острые кинжалы, но я шла вперед по дну, пытаясь разглядеть Талисман. "Невозможно было так ошибиться, он обязательно должен быть где-то здесь".

Когда мне показалось, что легкие разрываются от нехватки воздуха, передо мной появилось слабое голубое мерцание, которое приближалось ко мне по мере роста моего удивления. Через несколько мгновений, когда оно превратилось в прекрасную женщину, я почувствовала прикосновение ее руки к моей, и меня потянуло наверх, к воздуху.

Мы стояли посреди озерной глади, и я не могла надышаться. Прекрасная женщина смотрела на меня приветливо, и, казалось, с гордостью.

— Не думала, что ты осмелишься на такой шаг, — сказала мне красавица.

— Мне не оставалось другого выбора, — ответила я, — но почему Вы не появились сразу, как я пришла.

— Мне хотелось посмотреть, хватит ли у следующего правителя нуаров отваги и самопожертвования для того, чтобы добыть Талисман. И я убедилась, что ты достойна обладать им, — произнесла женщина, протягивая мне семейную реликвию, — только помни, его нужно беречь, ведь он во многом поможет тебе в Замке Зверей Крови, да и в последующем.

Женщина, казалось, была уже готова уйти, как я спросила:

— Можно узнать, кто Вы?

Она улыбнулась и призадумалась:

— Кто я? Я — это все то, что тебя окружает. Я — это и озеро, и воздух, которым ты дышишь, и души твоих предков. Не знаю, насколько мне удалось ответить на твой вопрос, но уже пора уходить.

И женщина пошла по волнам, растворяясь в свете луны.

Через мгновение я была на берегу, в объятиях Кевина, который пытался меня укутать в одеяло. Я была так шокирована происшедшим, что сильнее этого чувства было лишь удовлетворение от приобретения желаемого.

— Как ты могла так со мной поступить, глупенькая, — все еще со страхом в голосе кричал Кевин, — ты хоть представляешь, что бы я сказал родителям, если бы вернулся без тебя. Как мог я, человек, который пообещал тебя оберегать, привезти родителям весть о твоей гибели?

— Прости, Кевин, что так поступила с тобой. Мне ведь тоже не хотелось умирать. Кстати та женщина сказала, что, не поступи я так, она не отдала бы мне Талисман.

— Да гори оно все ярким пламенем, если ради этого надо так рисковать! — вскрикнул брат.

— Тише, со мной ведь все в порядке. Я с тобой, на берегу, и мы получили Талисман.

— Честно, говоря, мне не по себе от этого места. Здесь кругом какая-то сильная магия, которая не пускала меня броситься за тобой в воду. Давай уйдем отсюда.

— Давай, — сказала я.

Мы потихоньку пошли в том направлении, откуда привез нас сюда старик. Кевин все время поддерживал меня за руку, боясь, чтобы я не упала в темноте.

Мы шли некоторое время молча, но затем брат остановился и прислушался:

— Постой, Летти, — шепотом произнес он, — здесь кто-то есть помимо нас с тобой.

Я прислушалась, и услышала чье-то громкое дыхание.

— Может быть, это зверь, — предположила я, — давая на всякий случай призовем двойников.

— Не стоит этого делать, — раздался за спиной знакомый голос Джека, — если бы здесь были Звери, то вам, ребята, пришлось бы туго. Вы хоть знаете, как теряете бдительность из-за этой побрякушки?

— Это не побрякушка, — обиделась я, — а семейная ценность. Это наш Талисман.

— Летти, — не говори ему больше ничего, — насторожился Кевин, — кто знает, зачем он здесь. Да и вообще, как ты смог нас выследить?

— Если говорить с вами совсем начистоту, — смеялся Джек, — то прячетесь вы неважно. Вот я и подумал, что, может быть, вам пригодиться кто-то такой, кто смог бы довезти вас куда нужно.

— А с чего это ты решил, что мы без тебя не справимся, — разозлился Кевин, — мне кажется, что ты слишком самоуверен.

— Если быть честным, — начинал злиться Джек, — то здесь ничего и решать не надо было. По-моему, все говорит само за себя. А что касается самоуверенности, то, мне кажется, что у тебя она налицо. Ведь это ты решил, что довезешь Наследницу Клана Единения к Зверям Крови в одиночку в целости и сохранности.

— Не нужно ссориться, — попыталась вступить в разговор я, но Джек продолжил:

— Я знаю, что ты делаешь это не нарочно, но тебе должно быть понятно, что вы уже находитесь на территории Клана Зверей Крови, а они — самый непредсказуемый народ из всех нуаров. Если хотите узнать, через сколько времени вы увидитесь со смутьянами, то я оставлю вас, но не советовал бы проверять свое счастье. Поймите же, что среди них слишком много врагов, чтобы рисковать жизнью Летиции.

— А ты, конечно, беспокоишься о ее жизни, — съязвил Кевин, — наверное, как и твоя семья побеспокоилась о жизнях ее родителей.

— Я дал ей Клятву!

Увидев, что это зашло слишком далеко, я решила вступиться за Джека:

— Кевин, дорогой, — ласково сказала я, — он прав. Мы многое не продумали, и теперь те ошибки, на которые указывает Джек, слишком очевидны для меня. Я вижу, что нам нужна его помощь, ведь на его месте могли оказаться нуары, которые не желают нам добра.

— Но откуда тебе знать, что он тебе желает по-настоящему? — удивился Кевин.

— Он дал мне Клятву, — ответила я, — а это много значит.

— Есть нуары, для которых это не значит ничего. Может, он просто чей-то шпион, который хочет заманить нас в ловушку, — не успокаивался брат.

— Думаю, что для них было бы проще разобраться с вами обоими прямо здесь, где вас не смогли бы даже найти, — ответил Джек, — и я, поверь мне, мог это сделась уже как минимум десять раз.

— Летиция, — обратился ко мне Кевин, — выбор за тобой, — но мне хотелось бы, чтобы ты хорошенько все обдумала перед тем, как сделать его.

— Нам нужна его помощь, — сказала я брату, — и я ему доверяю. Тем более что он знает, что это его единственный шанс, чтобы вернуть своей семье прошлое имя.

— Как скажешь, — Кевин остался недовольным моим решением, — но если он на нас нападет…

— Нас трое и у нас есть двойники, — успокоила его я, — ты ведь не станешь это отрицать?

Кевин ничего не ответил, и мы направились к нашей новой цели все втроем.

— Что мы будем делать дальше? — вдруг нарушил молчание брат.

— Придем в Клан Зверей Крови, я пройду Инициацию и узнаю, кто же замешан в гибели моей семьи. И в этом мне поможет Талисман. А там решим, что делать. Но все это будет уже завтра, а сегодня я хочу спать.

— Согласен, — сонно сказал Кевин.

И мы вместе сделали свой первый шаг в неизвестность, доверившись Судьбе.


home | my bookshelf | | Королевство Крови: Рыцари Ночи |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 1
Средний рейтинг 5.0 из 5



Оцените эту книгу