Фрида Митчелл

Выгодная сделка

Фрида Митчелл

Арт Рэндалл потерял в автокатастрофе жену и сына, а Клэр Адаме пережила гибель жениха, который к тому же успел признаться, что его интересовали только ее деньги.

Она и Арт заключают брак по расчету, рассчитывая, что смогут посвятить себя карьере и забыть об эмоциях. Однако вскоре Клэр понимает, что полюбила мужа. А что чувствует он?..

Глава 1

Ноябрьский день выдался ясным и на редкость холодным — такие дни нередки в преддверии зимы, когда все замирает, словно в ожидании. Голые ветви деревьев тянули руки в выцветшее серебристо-голубое небо, природа, казалось, утратила все яркие краски, однако ни холод, ни тоскливое предчувствие надвигающейся зимы не могли лишить типичный пейзаж сельской Англии очарования.

Автомобиль неторопливо проехал по узкой проселочной дороге мимо обнесенных плетнями коттеджей с идеально ухоженными садика-, ми, и вскоре уже по обе стороны за низкой каменной оградой расстилались зеленые поля.

Дорога была такой узкой, что Клэр даже стала беспокоиться, что будет, если им навстречу выскочит другой автомобиль, но тут Арт включил сигнал поворота и, снизив скорость почти до предела, въехал на стоянку, едва вмещавшую две машины.

При виде открывшегося перед ней зрелища Клэр так и ахнула. Так вот он, коттедж, с которым так решительно отказывалась расстаться Иви!

К дверям крошечного домика вела узкая извилистая дорожка, фасад, выкрашенный белой краской, и соломенная крыша придавали ему вид игрушечного. Позади виднелась просторная лужайка, и девушка невольно представила, как она пестреет цветами весной. Впрочем, даже теперь, в окружении голых деревьев, вырисовывавшихся на фоне бледного неба, коттедж казался очень привлекательным, и Клэр поняла, почему Иви так упорно цеплялась за этот уголок, хотя всегда могла остановиться у Фрэнсиса, в фешенебельной квартире в Лондоне.

Я бы тоже не продала этот прелестный домик ни за какие деньги, подумала Клэр. Это здорово, что теперь я смогу жить здесь, причем столько, сколько захочу!

— Ты можешь провести там месяц, год, два... хоть всю жизнь! — заверила ее Иви. — Пусть он станет твоим домом, Клэр. Это идеальное место для художника, а мне будет приятно знать, что коттедж обитаем. Фрэнсис договорился с одной из местных жительниц, чтобы она раз в неделю приходила убирать Комнаты, а садовник будет присматривать за садом и лужайкой. Но кроме них ты не увидишь ни души.

Эти слова тетушки вспомнились Клэр особенно отчетливо именно сейчас, когда она вышла из машины и бросила взгляд на Арта, который уже открывал перед ней дверь садовой калитки.

— Вы пока осматривайтесь, а я принесу ваши чемоданы, — спокойно, без улыбки произнес он.

— В этом нет необходимости. Я сама прекрасно могу... — попыталась возразить девушка, но Арт не дал ей договорить:

— Потом я избавлю вас от своего присутствия, — сухо добавил он. — Договорились?

Правила хорошего тона требовали остановить его, но Клэр действительно хотелось побыть одной. Вздернув подбородок, она решительно кивнула и направилась к калитке. Арт не посторонился, чтобы пропустить ее, и в ноздри ей ударил запах мужской туалетной воды с каким-то лимонным привкусом.

Все чувства Клэр мгновенно обострились, и она рассердилась на себя.

Кошмар какой-то! — мысленно воскликнула девушка. Она знала, что с первой минуты вела себя с этим мужчиной совершенно не правильно, сама, не понимая почему. Скорее всего, это от неожиданности, попыталась успокоить себя Клэр. Иви рассказывала ей об Арте как о своем старом друге и коллеге, но почему-то забыла упомянуть о том, что это красавец, словно только сошедший с экрана, — высокий, стройный, сексуальный... Впрочем, для тетушки идеалом мужчины всегда был Фрэнсис, и выражение «полностью поглощены друг другом» лишь в слабой степени характеризовало отношения этой парочки.

Собрав всю свою волю в кулак, Клэр прошествовала к двери коттеджа. Арт вставил ключ в замочную скважину, и она снова окинула мужчину быстрым взглядом. Черт! Он обладает просто дьявольской притягательностью! Выразительные темные глаза, угольно-черные волосы, спадавшие на лоб, резкие черты лица, мускулистая гибкая фигура — все это делало Арта Рэндалла неотразимым, хотя он, казалось, не отдавал себе отчета в том, какое впечатление производит. А может, намеренно не придавал этому значения...

Ладно, сказала себе Клэр, мне осталось потерпеть совсем немного. Еще несколько минут, и я останусь одна — смогу сбросить туфли с усталых ног, понежиться в горячей ванне, а потом забраться в постель. Разведка местности, поход по магазинам и все прочее подождут до завтра.

Пропуская девушку вперед, Арт пристально оглядел ее и уже в который раз за последние несколько часов пожалел, что согласился оказать услугу бывшей коллеге. Иви год назад влюбилась в американского миллионера и, выскочив за него замуж, улетела в Штаты. Когда она позвонила Арту и попросила его присмотреть за племянницей своего мужа, он не смог отказать. Иви сообщила, что, девушка только что пережила автомобильную катастрофу, в результате которой ее жених погиб, а она сама едва не стала инвалидом, и Арт сразу же преисполнился к Клэр сочувствием.

Однако при первом же взгляде на нее он заподозрил, что роль опекуна ему не слишком подойдет. На свадебной фотографии Иви Клэр — подружка невесты — была в инвалидном кресле и показалась Арту не более чем миловидной. Он и не ожидал, что в реальности эта девушка окажется такой красивой.

Впрочем, все это глупости, раздраженно подумал он, и его словно выточенное из мрамора лицо потемнело. Клэр — племянница Фрэнсиса, я вызвался ей помочь, а значит, ее внешность не имеет никакого значения. Этой девушке сейчас необходим покой, а потому присматривать за ней надо так, чтобы она ни о чем не догадывалась. Я пообещал Иви и Фрэнсису не спускать с нее глаз и должен сдержать слово, вот и все.

И все же с каждой минутой Арту становилось яснее, что задача, которую он добровольно взвалил на себя, может оказаться весьма и весьма сложной. Иви предупредила его, что ее новоявленная племянница очень упряма, а при встрече с девушкой он и сам почувствовал, что та держится настороже, явно избегая расспросов о своем здоровье и воспоминаний о недавно перенесенной травме. Садясь в машину, Клэр неловко повернулась и вздрогнула от боли, но, когда Арт спросил, как она себя чувствует, сразу ощетинилась, а в ответ на его предложение отвезти ее в коттедж заявила, что провожатые ей не нужны.

— Я не хочу отнимать у вас время, — сказала она. — Иви мне все подробно описала.

— Охотно верю, — заметил Арт. Интересно, она всегда такая колючая, или это последствия аварии? — подумал он. Вот уж поистине: «В тихом омуте...»

Под ангельской внешностью Клэр явно скрывался сильный характер, и вскоре Арт уже не знал, кто его больше выводит из себя: эта рыжая бестия или собственная реакция на нее. Прошло несколько лет с тех пор, как он в последний раз терял над собой контроль, и ему было невдомек, почему племянница Иви так действует на него. Арту приходилось все время напоминать себе о том, что девушка еще не оправилась от аварии, что она оказалась одна в чужой стране, что он взял на себя роль ее опекуна, однако сохранять невозмутимость ему с каждой минутой становилось все труднее.

Голос Клэр вывел его из задумчивости.

— Иви попросила вас приглядеть за мной, правда? — напрямик спросила девушка.

А она не привыкла юлить, с одобрением подумал Арт, и все его раздражение как рукой сняло. Он и сам всегда любил приступать прямо к делу, а поскольку в мире, где большинство людей старались выставить себя в наилучшем свете, эта неординарная черта характера частенько навлекала на него неприятности, особенно ценил ее в других.

— Да, — так же прямо ответил Арт.

— В таком случае вам незачем беспокоиться, — решительно заявила Клэр. — Я давно уже не ребенок.

Это точно, подумал он, но вслух спокойно спросил:

— Что плохого в том, что люди заботятся друг о друге?

Она сразу напряглась. — Ничего, но только если опека им нужна. В моем случае это не так.

Может, ей известно, что я согласился купить у Фрэнсиса ветеринарную клинику, когда тот решил увезти Иви в Штаты? И теперь она думает, что я был вынужден взять ее под свое крыло только из чувства благодарности? подумал Арт.

— А вам не кажется, что ваш дядя просто не хочет, чтобы его жена волновалась? Ведь, если не ошибаюсь, она беременна...

— Да, ребенка ждут в марте, — подтвердила Клэр, и ему показалось, что девушка немного смутилась, но она тут же с вызовом добавила, словно он обвинил ее в эгоизме:

— Я буду время от времени звонить им.

Арт не переставал удивляться ее выносливости. После трансатлантического перелета, да еще с пострадавшими после аварии ногами она настояла на том, чтобы самой сесть за руль. С каждой минутой Клэр нравилась ему все больше. Задиристая и упрямая, она была настоящим бойцом!

Девушка с удовольствием осматривала коттедж. Он оказался очень уютным — натертые деревянные полы, стены, выкрашенные белой краской, веселенькие занавески в цветочек...

В просторной комнате на первом этаже стоял диван с обивкой темно-красного цвета, два кресла и журнальный столик, под окном размещалась книжная полка, а у стойки, отделявшей гостиную от кухни, — два высоких стула. Клэр решила исследовать кухню. Большую ее часть занимала монументальная плита, но ни холодильника, ни стиральной машины девушка не заметила.

— Я уже договорился, чтобы подключили телефон. — Арт указал на аппарат, стоявший на небольшом круглом столике у входной двери. — Если вам будет прохладно, можно разжечь камин — в сарае есть запас дров и угля. Да, чуть не забыл, вот список телефонов — врач, полицейский участок и так далее.

— Спасибо, — коротко отозвалась Клэр и стала открывать одну за другой дверцы кухонных шкафчиков.

Здесь было все, что нужно, — крупы, сахар, соль. В хлебнице лежал свежий хлеб, на стойке стояло большое блюдо с фруктами и овощами, а рядом девушка обнаружила пакет с бифштексами, беконом, яйцами и прочей провизией, включая даже две бутылки отличного вина.

— Это вы привезли? — обернулась она к Арту. Он пожал плечами.

— Я подумал, что вам не захочется в первый же день бегать по магазинам.

— Сколько я вам должна? — спросила Клэр. Он покачал головой, и она повысила голос:

— Я, ж собираюсь...

— Глупости! — оборвал ее Арт тоном, не терпящим возражений. Он подошел к камину я поднес зажженную спичку к сложенным аккуратной кучкой поленьям. — Дом небольшой, так что согреется очень быстро, — уже спокойнее заметил он. — Однако, поскольку центрального отопления здесь нет, нужно следить, чтобы огонь не погас.

Клэр молча раздумывала, стоит ли снова пытаться отдать ему деньги.

— Спасибо, — наконец произнесла она, решив, что всегда успеет сделать это.

— Здесь есть антенна, так что, если вам нужен телевизор, его можно купить или взять напрокат. Правда, Иви предпочитала обходиться без него.

— Я все равно целыми днями буду работать, — отозвалась Клэр, — а, на досуге могу что-нибудь почитать у камина.

Угольно-черные глаза Арта задумчиво скользнули по ее тоненькой фигурке, одетой в дорогой костюм, и безупречно причесанной головке, словно он пытался представить, как она сидит в кресле с книгой в руках.

— Я принесу ваши чемоданы, — пробормотал он и вышел.

Клэр отправилась наверх. Там она обнаружила небольшую светлую спальню, в которой стояла широкая кровать с резной деревянной спинкой и тумбочка.

Надо будет купить шкаф и, может быть, туалетный столик, подумала девушка. Или просто повесить зеркало на стену?..

— Отнести ваши вещи наверх? — окликнул ее снизу Арт.

При одной мысли о том, что они окажутся вдвоем в этой маленькой комнатке, которую почти целиком занимала кровать, Клэр пришла в ужас и поспешно сбежала вниз по лестнице.

— Нет, спасибо, — сказала она, чуть не налетев на Арта, который стоял у нижней ступеньки. — Я еще не решила, куда сложу их.

— Оставьте это на завтра, — посоветовал он, — у вас был тяжелый день.

Под глазами у Клэр залегли синие тени, а уголки нежного рта опустились от усталости, к тому же Арт заметил, что она чуть заметно прихрамывает.

Он улыбнулся девушке теплой открытой улыбкой и протянул руку.

— До свидания, Клэр. Если что-то понадобится, звоните, не стесняйтесь.

Она, помедлив, легко пожала его ладонь.

— Спасибо за помощь. Извините, наверное, я была не слишком вежлива, но мне действительно нужно побыть одной. — Тут девушка сообразила, что сказала очередную грубость, и поспешно прибавила:

— То есть, я хочу сказать...

— Вы хотите сказать, что вам надо немного отдышаться.

Арт, задержав ее руку в своей, склонил темноволосую голову, и Клэр недоуменно вскинула взгляд. Ощущения, которые вызвало прикосновение его теплой крепкой ладони, напугали девушку, а осознание того, что он отлично понимает, что с ней творится, повергло в шок.

Она провела кончиком языка по пересохшим от волнения губам и вдруг увидела, что Арт, не отрываясь, следит за этим движением. Словно получив сигнал опасности, Клэр поспешно взяла себя в руки.

— Да, именно это я и имела в виду, — произнесла она сдавленно.

— Что ж, желаю удачи. — В голосе Арта появилась легкая хрипотца, и девушку снова бросило в жар.

Пожалуй, ей еще не приходилось встречать мужчину, излучавшего такой мощный магнетизм.

— У меня нет ни малейшего желания стать затворницей, — неуверенно произнесла Клэр. — Я просто хочу поработать. Надеюсь успеть сделать что-нибудь к выставке в Лондоне, которую обещал организовать мой агент...

— Работа вам обязательно поможет. — Арт внезапно отпустил ее руку, и она почему-то испытала странное ощущение потери. — Но только не забудьте, что у вас есть душа. Уж поверьте, если упустить момент, когда чувства умирают, возродить их почти невозможно.

Клэр смотрела на него во все глаза. Он говорит о себе! — осенило ее.

— Это очень страшно — понять, что тебе уже никто не нужен, — тихо добавил Арт, и его взгляд стал тяжелым.

— Почему же? — слабым голосом спросила она.

На его лице появилась привычная вежливая маска, и, не ответив, он коротко кивнул и пошел к двери. Клэр словно зачарованная осталась стоять неподвижно. Однако когда с улицы потянуло холодом, она вышла на порог и молча проводила взглядом мужчину, шагающего по узкой садовой дорожке.

У ворот Арт обернулся.

— Можно, я буду время от времени звонить вам? — спросил он. — Обещаю, что не буду докучать визитами.

— Договорились, — кивнула Клэр. Именно этого ты и хотела, сказала себе она. Так почему же тебе вдруг стало так грустно?

Когда «астон-мартин» Арта скрылся из виду, девушка медленно вернулась в дом.

Брент тоже любил мощные машины, вдруг припомнилось ей, и слезы тут же навернулись на глаза. Нет, я не должна об этом думать, приказала себе Клэр. Нельзя причесывать всех мужчин под одну гребенку — наверняка среди них все же есть те, кто всю жизнь хранит верность своей избраннице. Однако этот тезис был настолько неубедителен, что она сердито нахмурилась.

Впрочем, какая мне разница, так это или не так? — раздраженно пожала плечами Клэр. Я же не собираюсь больше влюбляться!

Она решительно сжала губы, выпрямилась и, захлопнув дверь, отправилась обследовать свое новое жилище.

Первым, что ей бросилось в глаза, была приколотая к пакету с продуктами записка:

"Выпейте пару бокалов вина, пока будете жарить бифштекс. Салат уже готов.

А."

Видимо, Арт нацарапал это, пока я была наверху, подумала Клэр и решила последовать его совету.

Она уселась в гостиной перед камином, выпила первый бокал вина, и почему-то ей вдруг захотелось плакать. Тогда девушка встала, поставила бифштекс в духовку, налила себе второй бокал и отправилась в ванную.

Клэр долго стояла перед зеркалом, глядя на хрупкую девушку с густыми шелковистыми медно-рыжими волосами, синими ясными глазами и крошечными точечками веснушек на переносице...

Оказывается, боль и горечь последних месяцев совсем не отразились на моей внешности, удивленно отметила она. Это хорошо! Клэр решительно вздернула подбородок, словно бросая вызов внутреннему голосу, нашептывавшему" что она еще недостаточно окрепла, чтобы начать новую жизнь, и ей следовало остаться в Штатах.

— Ты выдержишь, Клэр Адаме, — вслух сказала она своему отражению, отбрасывая со лба пушистую челку, и упрямо сжала кулаки. — У тебя все получится. Да, тому, о чем ты мечтала еще год назад, не суждено осуществиться... ну и что! У тебя есть выбор: либо поддаться жалости к себе, либо начать новую жизнь, в которой ты будешь сама себе хозяйкой.

Девушка расправила худенькие плечи.

Мне теперь ничего не страшно! — убеждала себя она. После бездонного отчаяния последних месяцев одиночество в чужом доме — это такая мелочь! Теперь-то жизнь научила меня разбираться, что важно, а что нет!

Долгие месяцы, проведенные в инвалидном кресле, заставили Клэр оценить возможность самостоятельно передвигаться. Конечно, пока еще она быстро уставала, и еще много месяцев ей предстояло выполнять специальный комплекс упражнений, чтобы восстановить подвижность суставов, но зато она снова чувствовала себя хозяйкой своей судьбы.

А ведь все могло закончиться иначе... После страшной аварии, унесшей жизнь Брента, она рисковала на всю жизнь остаться беспомощной калекой, прикованной к инвалидной коляске. Так что ей еще крупно повезло.

Повезло? И это притом, что жизнь кажется сломанной и пустой? Да, повезло! — твердо ответила себе Клэр. Я вообще везучая! Ведь удалось же мне преодолеть депрессию, которая, словно тяжелое ватное одеяло, навалилась в первые дни после аварии? Я не позволила ей поработить мою душу и лишить воли к жизни!

Конечно, Клэр была не одна... Все помогали ей, а особенно дядя Фрэнсис и его жена Иви. Они были ее единственными родственниками и жалели девушку, хотя, зная ее независимый характер, старались делать это очень деликатно. Однако Клэр знала, что за ее спиной все говорили: «Какой ужас! Такая ужасная авария! Бедная девочка! Ее жених погиб, сама она в течение многих дней лежала в коме, а потом, очнувшись, узнала, что, возможно, никогда не сможет ходить. Кошмар! Неудивительно, что у нее такая депрессия...»

— Клэр не старалась никого разубедить — ни одной живой душе она не рассказала о том, почему ей не хотелось жить. И не расскажет.

Тяжело вздохнув, девушка отошла от зеркала и с наслаждением опустилась в ванну, надеясь смыть с себя и тяжкие воспоминания, и усталость.

Уже стемнело, когда Клэр снова спустилась вниз. За окнами шел снег, и его тяжелые хлопья белой стеной отгородили коттедж от всего мира. Девушка задернула толстые красные шторы, подбросила поленьев в камин, положила в тарелку бифштекс и салат и налила себе еще вина.

Больше никаких мужчин! — сказала себе она. Я посвящу себя живописи и обязательно добьюсь успеха. Холсты и краски не умеют лгать и предавать — им можно доверять!

Покончив с ужином, Клэр допила вино и поднялась в спальню, решив оставить мытье посуды и распаковку чемоданов на завтра.

Глава 2

Утром она подошла к окну и тут же восхищенно замерла, завороженная сказочной картиной белоснежного безмолвия, открывавшейся взору.

Впервые за долгие годы ее охватил полузабытый азарт — так и схватила бы кисти, с вожделением глядя на готовый к работе холст.

Клэр весело сбежала вниз по лестнице и достала из чемодана старенькие брюки и толстый свитер. Она кое-как умылась, небрежно стянула волосы в хвостик и наскоро позавтракала тостом и кофе. Не обращая внимания на сваленные в углу вещи, девушка бросилась к сумке с красками и, установив мольберт, взялась за работу.

Часы летели, но Клэр не замечала времени. Ей не хотелось ни есть, ни пить, и только в четыре часа пополудни, когда за окном стало темнеть, она очнулась, обнаружив, что в коттедже стоит лютый холод.

Девушка разожгла камин, приготовила оставшиеся бифштексы, допила вино и свернулась калачиком на диване с книгой в руках. До десяти она читала, потом приняла горячую ванну, выпила кружку какао и, уютно устроившись под одеялом, провалилась в глубокий сон.

Пять дней Клэр работала, пока не начинало темнеть, а вечерами читала запоем, не забыв, правда, позвонить Фрэнсису и распаковать вещи. Однако настало время пополнить опустевшие кухонные шкафчики, и ей пришлось покинуть коттедж.

Буксуя в снегу на своем маленьком «остине», Клэр направилась в небольшой городок за провизией. Заметив по пути вывеску ветеринарной клиники, она вспомнила об Арте. За все это время он ей ни разу не позвонил.

Прекрасно, отлично, просто замечательно! — сказала себе девушка. Он понял, что я хочу побыть, одна.

Клэр не желала прислушиваться к внутреннему голосу, нашептывавшему, что за горечью, явственно прозвучавшей в словах Арта и отразившейся на его лице, скрывалась какая-то личная трагедия. Прошлое этого мужчины меня не интересует, убеждала она себя. А вот известно ли ему о моем? Надеюсь, что нет.

Бабка Клэр была женщиной распутной, и в конечном итоге один из дружков изнасиловал ее четырнадцатилетнюю дочь Ирэн. Та умерла родами, произведя на свет девочку. Эта трагедия отрезвила ее мать, заставив покончить с беспорядочным образом жизни. Она умерла восемь лет спустя, но смыть с семьи пятно позора было уже невозможно.

Разумеется, после того как старший брат Ирэн, Фрэнсис, заработал свой первый миллион, сплетни поутихли, но многие мужчины считали, что Клэр неизбежно пойдет по стопам матери и бабки, и нередко делали ей гнусные предложения. Девушка отбивалась от них самостоятельно и ничего не рассказывала дяде, боясь огорчить его, ведь он вырастил ее и считал своей дочерью.

Наверное, именно из-за этой семейной истории Клэр так легко поверила Бренту, ведь он уважал ее и обращался с ней так, словно она была хрупкой вазой из драгоценного мейсенского фарфора.

Усилием воли девушка заставила себя не думать о погибшем женихе. Как могла она быть столь наивной и доверчивой дурочкой? Впрочем, теперь это уже не имело значения. Брент погиб, и его тело с трудом удалось извлечь из груды искореженного металла, в которую превратился автомобиль после головокружительного полета вниз по горному склону.

Клэр въехала на главную улицу городка и стала искать свободное место на парковке возле рынка. Заметив свободное пространство между «лендровером» и роскошным «бентли», она мысленно примерилась, втиснется ли туда ее автомобиль. Это было нелегкой задачей — наверное, потому место и оставалось незанятым, хотя на стоянке яблоку негде было упасть. Но Фрэнсис усадил племянницу за руль, как только она стала доставать ногами до педалей, и его уроки не пропали даром: Клэр стала опытным водителем.

Успешно завершив сложный маневр, девушка выключила зажигание и осторожно открыла дверцу. Стараясь не задеть соседние машины, она выбралась из машины и, подняв глаза, тут же встретила одобрительный взгляд Арта.

— Вы просто виртуоз, — широко улыбнулся он. — В Штатах все женщины так прекрасно водят машины?

Клэр на мгновение онемела от неожиданности. Как он хорош... даже в забрызганных грязью джинсах. Впрочем, что удивительного, ведь под ногами хлюпает подтаявший снег.

— Привет, Арт, — наконец выдавила она.

— Привет, Клэр, — очень серьезно отозвался он, но его глаза смеялись. Тут из «лендровера» раздался многоголосый лай. — Тихо, вы! — прикрикнул он, и все стихло.

— Это ваша машина? — удивилась Клэр.

— Да, — беззаботно отозвался Арт. — Я езжу на ней на вызовы.

— Ну да, конечно, вы же ветеринар, — поспешно пробормотала девушка. — А собаки?

— Все пять — мои.

Клэр вгляделась в запотевшее стекло «лендровера», за которым копошился клубок из мохнатых шкур и блестящих глаз.

— Пять? — Она изобразила живейший интерес, стараясь унять участившееся биение сердца.

— Да, это целая история. В нашем городе была одна пожилая дама, содержавшая что-то вроде приюта для бездомных животных. Когда она умерла, этих пятерых псов не удалось пристроить, так что...

— Вы забрали их к себе.

— Я просто был готов к тому, чтобы обзавестись компанией, — пожал плечами Арт, — вот и все. Они все очень славные, разве что маленький Джекки довольно брехлив.

Было видно, что он искренне любит своих питомцев, но Клэр не хотелось об этом думать, и она решила закруглить разговор:

— Что ж, мне пора идти, — суховато произнесла девушка. — Приятно было снова повидать вас.

— Мне тоже, — отозвался Арт.

Она кивнула и отошла, злясь на себя. Ей хотелось бежать от этого мужчины куда глаза глядят, и в то же время подмывало остаться и поговорить, чтобы узнать о нем как можно больше. Однако это было бы не просто глупо, шептал Клэр внутренний голос, но и опасно. Слишком он хорош собой, слишком обаятелен, слишком... в общем, из тех, от кого только и жди неприятностей. Совсем как Брент.

Клэр спиной чувствовала взгляд Арта, но оборачиваться не стала.

Слава Богу, пять минут спустя, когда она вышла из бакалейной лавки, знакомого «лендровера» на стоянке уже не было. Небо внезапно посерело, и поднялся пронизывающий до костей ветер. Клэр решительно вздернула подбородок и вошла в булочную.

Ночью снова пошел снег, а к утру разыгралась метель, однако Клэр уже научилась поддерживать огонь в камине, и в коттедже было тепло и уютно. Встав с постели, девушка высыпала накопившуюся за ночь золу в жестяное ведерко, подкинула дров и снова разожгла огонь.

К середине дня пришло время пополнить запасы топлива.

Натянув сапоги и теплую лыжную куртку, Клэр вышла из дома и, пригибаясь под порывами ветра, побрела к сарайчику. Войдя внутрь, она захлопнула за собой дверь и с облегчением вздохнула. Здесь было довольно холодно, но хотя бы не свистел ветер. Девушка потянулась за первым поленом, как вдруг услышала странный звук — то ли писк, то ли плач.

Мыши? Или крысы?! Клэр замерла. Кажется, если их не трогать, первыми они не нападают...

Она взялась за полено, но тут звук раздался снова. Нет, это не мышь и не крыса. Это скорее похоже на мяуканье, правда, очень слабое. Но откуда здесь могла взяться кошка?

— Кис-кис-кис, — позвала Клэр и прислушалась.

Тишина.

Постояв с минуту в раздумье, девушка обнаружила, что начинает замерзать, и решила возвращаться в коттедж, но тут мяуканье прозвучало снова. Клэр опустилась на четвереньки и заглянула за сложенную вдоль стены поленницу. В дальнем углу она с трудом разглядела кошку и нескольких котят. Зверьки были совсем крошечные, словно родились совсем недавно. Кошка лежала неподвижно.

Господи, только бы она не умерла! Пожалуйста, сделай так, чтобы она была жива, мысленно взмолилась Клэр.

Один из котят пошевелился и снова мяукнул. Девушка с опаской оглядела поленницу. Если попытается сдвинуть ее, дрова могут посыпаться и раздавить малышей. Что же делать? Не оставлять же их погибать?

Арт! — внезапно осенило ее. Он же ветеринар!

Клэр опрометью бросилась в коттедж и стала метаться по комнате в поисках листка с номерами телефонов. Она хорошо помнила, как в первое утро чуть не выкинула его, решив, что ни за что не станет звонить Арту, но на листке были записаны и те номера, без которых нельзя обойтись, так что ей пришлось оставить эту затею.

Вот он! Дрожащей рукой Клэр набрала номер.

Неужели я так сентиментальна? — спрашивала она себя. Однако в отчаянной попытке больной — или погибающей? — матери-кошки найти безопасное убежище для своих детей было что-то настолько патетическое, что это тронуло бы любого, даже самого жестокосердного человека.

Трубку взяла ассистентка Арта. Как ее зовут? Кажется, Люси, припомнила девушка. Они познакомилась, когда Клэр приехала в клинику за ключами.

— Здравствуйте, Люси, это Клэр Адаме. Мне надо срочно поговорить с мистером Рэндаллом.

— Минутку, — отозвалась пожилая женщина.

— Что случилось? — после короткой паузы раздался в трубке низкий голос Арта.

С трудом проглотив стоящий в горле комок, Клэр выпалила:

— У меня в сарае кошка. Она не двигается, а я не могу до нее дотянуться. У нее котята...

— Спокойно, спокойно, — мягко, но решительно перебил ее Арт. — Расскажите мне все по порядку. — Выслушав Клэр, он секунду помолчал, а потом деловито сказал:

— Похоже, дело серьезное, так что лучше я не стану ждать окончания вечернего приема. Делать нечего — придется Джимми и Роберту заняться моими пациентами. Мне потребуется несколько минут, чтобы проинструктировать их, а потом я сразу отправлюсь к вам. Буду через десять — нет, через пятнадцать минут.

— Но... дорога вся засыпана снегом. Не знаю, сможете ли вы... — пролепетала Клэр.

— Это уж моя забота, — суховато оборвал ее Арт. — До встречи. — И он повесил трубку.

Пока он не приехал, девушка металась между сараем и воротами. За это время кошка ни разу не пошевельнулась, и Клэр была уже почти уверена, что бедное животное погибло.

Едва «лендровер» остановился, она бросилась к нему, распахнула дверцу, схватила Арта за рукав и потащила к сараю. Лишь поймав удивленный взгляд гостя, Клэр спохватилась, что ведет себя слишком фамильярно.

— Ох, простите, пожалуйста. — Она, словно обжегшись, отдернула руку и залилась густым румянцем.

Что это со мной? Еще никогда и никому я так не радовалась!

Когда Арт вошел в сарайчик, там сразу стало тесно. Распластавшись на полу, он заглянул за поленницу, и его лицо приняло озабоченное выражение.

— Надо как можно скорее вытащить их оттуда. Только как? Двигать поленницу рискованно... Пожалуй, я попробую подобраться к стене снаружи и вытащить котят по одному через дыру, в которую сюда забралась их мать.

Клэр с сомнением покачала головой.

— Сарай с трех сторон окружен густым кустарником. У вас ничего не получится. Арт решительно поднялся на ноги.

— Таких слов в моем лексиконе не существует, — безапелляционно заявил он. — И мне странно слышать, что их употребляете вы.

— Что вы хотите этим сказать? — ощетинилась уязвленная Клэр.

— Вы мужественная девушка, а значит, не в ваших правилах сдаваться, даже не начав дело.

— Что вам наговорила обо мне Иви? — резко спросила она.

— Иви? — На лице Арта отразилось неподдельное изумление. — Ничего! Только что вы поживете здесь несколько месяцев. А что, она должна была что-то мне рассказать?

— Нет, ничего. — Несмотря на холодный ветер, Клэр внезапно стало жарко.

Кто тянул меня за язык? — рассердилась она. Впрочем, это Арт виноват — при нем я почему-то перестаю себя контролировать!

— Я лишь хотел сказать, — медленно произнес он, не сводя с нее глаз, — что уехать далеко от родного дома вскоре после такой аварии, в которой вы побывали, может только очень мужественный человек. А что касается ваших тайн, так они меня не интересуют. В настоящий момент мне гораздо важнее вытащить кошку с котятами, чтобы я мог их осмотреть, причем как можно скорее. Ясно?

— Абсолютно. — Клэр сердито сверкнула глазами.

— Отлично. А теперь я обойду сарай снаружи и посмотрю, что можно сделать, а вы сидите здесь. Как только увидите в дыре мою руку, крикните, и мы вместе начнем спасательную операцию. Поскольку мне ничего не будет видно, вы будете моими глазами.

— Разумеется, — сухо отрезала Клэр. — Я не такая дура.

— Никто этого и не утверждает.

Наверное, таким тоном он разговаривает с упрямыми животными, обиженно подумала девушка. Она не могла припомнить, чтобы кто-то позволял себе подобное по отношению к ней. Этот Арт Рэндалл просто несносен!

Клэр отступила в сторону, давая Арту пройти, и, когда он помедлил, смело подняла глаза.

Он с любопытством изучал ее лицо. Девушка ощутила, как подскочило сердце у нее в груди, и рассердилась на себя за это. Этот мужчина неотразим, и вряд ли хоть одна женщина смогла бы устоять перед его чарами.

— Что такое? — свирепо поинтересовалась она.

— Как только я увидел ваши роскошные волосы, мне показалось, что вы настоящий динамит, — задумчиво произнес Арт.

Роскошные волосы? Он считает, что у нее роскошные волосы? Клэр растерялась. Ей трудно было сосредоточиться, когда Арт стоял так близко, пронзая ее пристальным взглядом темных глаз.

— Ничего подобного, — пролепетала она, — просто...

— Просто что? — уточнил он, и Клэр окончательно смешалась. Скользнув взглядом по ее лицу, пушистым рыжим волосам, Арт медленно улыбнулся, открыл дверь и, уже выходя, бросил через плечо:

— Приступим! Вы готовы?

Несколько секунд Клэр стояла в оцепенении, молча глядя ему вслед, и, только услышав за стеной хрустящий под его шагами снег, опустилась на колени.

Послышалась приглушенная ругань, какое-то царапанье и треск сломанных веток. Наконец Клэр увидела большую руку, сантиметр за сантиметром просовывавшуюся в узкую щель между досками.

— Есть! — крикнула она.

— Хорошо. Принесите мешок, в который вы собирались складывать дрова, — скомандовал Арт. — Черт, уже начинает темнеть. У вас есть фонарь?

— Вообще-то есть, но в нем сели батарейки. Я собиралась их заменить...

— Ясно, — оборвал ее он. — Тогда вам придется сходить к машине и взять из багажника мой. Там не заперто.

К тому времени, как Клэр принесла мешок и фонарь, уже почти совсем стемнело, да и снегопад усилился. Она обнаружила Арта лежащим под огромным кустом боярышника.

— Как вы? — робко поинтересовалась девушка, протягивая ему мешок.

— Вы что, сами не видите? — огрызнулся он.

— Ох, простите, — пробормотала она, не без ехидства отметив его жалкий вид.

Впрочем, мысли ее тут же переключились на судьбу кошачьего семейства. Вернувшись в сарай и осветив просвет между стеной и поленницей, Клэр стала руководить спасательной операцией.

Охая и ворча, Арт вскоре извлек наружу трех слепых котят. Добраться до их матери оказалось гораздо труднее. Когда один из котят слабо пискнул, кошка слегка пошевелилась, но стоило ему сделать попытку схватить ее за задние лапы, как она намертво вцепилась когтями в полено. Впрочем, видимо, силы несчастного животного были на исходе, и, когда оно снова впало в оцепенение, Арту удалось вытащить и его.

Клэр выскочила наружу и направила луч фонаря на снег перед Артом. Медленно, очень медленно он выполз из-под куста, держа в руках мешок. Колючие ветви боярышника били ему в лицо, и он пару раз чертыхнулся.

Когда Арт приблизился и девушка разглядела его лицо, все исцарапанное колючками, она только тихо ахнула.

— Что? — непонимающе отозвался на ее возглас он. — Ах, это... Не волнуйтесь, я ведь постоянно имею дело с животными, так что привык к царапинам и укусам. Давайте-ка лучше отнесем все семейство в дом и посмотрим, что с ними. Я оставил свой чемоданчик в сарае, вам не трудно его принести?

Оказавшись в коттедже, Арт осторожно опустил холщовый мешок на ковер перед весело пылающим огнем и раскрыл его.

В ярком свете стало видно, что кошка черепахового окраса, мелкая и очень худая — кожа да кости. Она тревожно подняла голову, когда Арт взял в руки первого из котят, который жалобно пискнул, словно в поисках матери.

— Им всего несколько дней от роду, даже глаза еще не открылись, — негромко произнес Арт. Он осмотрел всех трех котят и уложил их в картонную коробку из-под продуктов. — Похоже, все они вполне здоровы, хотя так и кишат блохами. А теперь обследуем мамашу.

Клэр присела на корточки, следя за тем, как он умело ощупывает отощавшее тело кошки. Его исцарапанные пальцы двигались уверенно, но осторожно, и животное явно не возражало против осмотра. Похоже, кошка вообще плохо осознавала, что происходит, и лишь несколько раз бросила взгляд на коробку, где попискивали ее дети.

— Что ж, по крайней мере, это не энтерит, — удовлетворенно заключил Арт, и Клэр с трудом оторвалась от созерцания его широких плеч и мощных мышц груди, перекатывавшихся под черной хлопчатобумажной рубашкой.

— А энтерит — это плохо? — спросила она. Ей не приходилось иметь дела с животными, и она имела слабое представление об их недугах.

— Хуже быть не может, — отозвался Арт. — Даже сейчас, когда разработаны новые виды антибиотиков, мы мало что можем сделать, чтобы справиться с этим заболеванием, особенно если оно зашло далеко. Эта кошка явно дикая и, вполне возможно, могла его подхватить. Впрочем, возможно, я ошибаюсь — слишком уж она беззлобна. Конечно, сейчас у нее просто нет сил от голода, но я знаю диких кошек — ни одна из них не подпустила бы человека так близко, особенно когда рядом котята. Она, похоже, голодала уже давно, а когда родились малыши, ослабела еще больше, потому что кормила их. И все же у меня такое ощущение...

Он внезапно замолчал, и Клэр была вынуждена спросить:

— Какое ощущение?

— Мне кажется, — продолжал Арт, — она все-таки была домашней, и хозяева выбросили ее, когда поняли, что скоро будут котята.

— О Господи! Не может быть! — в ужасе вскричала Клэр. — Неужели люди могут быть так жестоки!

— Увы, могут, — мрачно ответил Арт.

— Но она не умрет? — осторожно поинтересовалась девушка.

— Думаю, я смогу этому помешать. Он внимательно посмотрел на неподвижно лежащее животное, а Клэр наблюдала за его лицом, изо всех сил сопротивляясь все нараставшему чувству симпатии.

Почему ему удалось так быстро завладеть моими мыслями? — гадала девушка. Ведь я поклялась больше никогда не иметь дело с мужчинами... Когда-то давным-давно она читала, что женщин часто влечет к медикам — врачам, психоаналитикам, ветеринарам — вероятно, потому, что представителей этой профессии отличает сила и решительность в сочетании с участливостью и терпением.

Видимо, это тот самый случай, с горечью признала Клэр, тем более что Арт, вдобавок ко всему прочему, поразительно хорош собой и великолепно сложен...

— Вы не могли бы помочь мне? — ворвался в ее мысли его голос.

— Простите? — переспросила она.

— Я сказал, что собираюсь сделать кошке укол, а потом попробую накормить ее. В обычной ситуации я бы дал такой пациентке легкое успокаивающее и поставил бы капельницу, но, боюсь, в данном случае это невозможно. Как только она немного окрепнет, я заберу ее в клинику.

— Нет! — вырвалось у Клэр, и, когда Арт удивленно приподнял брови, она пояснила:

— Я хочу сказать, что сама позабочусь о ней. Если вы, конечно, не против.

— Пока ничего не могу сказать. В ближайший час станет ясно, насколько тяжело ее состояние, — спокойно отозвался Арт. — Но, даже если все будет хорошо, я бы не советовал отрывать от нее котят, пока им не исполнится восемь недель, а это значит, что вам придется приютить все семейство минимум на два месяца. Котят нужно подкармливать, пока их мать не оправится окончательно, так что вас ждет немало хлопот, а к тому же потом нужно будет подыскивать им хозяев...

— Знаю, — пробормотала Клэр, хотя на самом деле не думала об этом.

Просто почему-то — она сейчас и сама не могла бы сказать почему — ей очень захотелось оставить все кошачье семейство у себя и позаботиться о нем.

Неужели потому, что мне одиноко? — задумалась девушка. Общаться с людьми ей по-прежнему решительно не хотелось, но вот животные — это совсем другое дело...

Кошка даже не шевельнулась, когда Арт ввел ей под кожу иглу, и вскоре ее уже уютно устроили вместе с потомством в плетеной корзине, предварительно подстелив туда толстое шерстяное пальто Арта.

— Оно уже совсем старое, и я надеваю его, только когда выезжаю на вызовы, так что спокойно могу с ним расстаться, — пояснил он. — А теперь давайте займемся ужином для наших пациентов.

Он прошел в кухню, развел теплой водой порошковое молоко, которое предусмотрительно захватил с собой, а потом разлил его в блюдце и маленькую бутылочку, которую тоже извлек из своего чемоданчика.

— Это вам, — протянул он бутылочку Клэр, вернувшись в комнату, и присел на корточки возле коробки.

Пока он, умело разжав кошке зубы, вливал туда молоко с ложки, девушка по одному достала котят из коробки и напоила их. Она и не подозревала, что можно испытывать такое удовольствие, глядя на крошечные пушистые комочки, которые, жадно причмокивая, сосали молоко, а когда их отрывали от бутылочки, норовили лизнуть шершавым язычком ее пальцы.

— К счастью, вы обнаружили их вовремя. Арт закончил кормить кошку-маму и присел рядом с Клэр на ковер, наблюдая, как она поит последнего котенка. Остро ощутив его близость, девушка была вынуждена призвать на помощь все свои силы, чтобы сосредоточиться на том, чем занималась. Он сделал еще одно движение по направлению к ней и оказался почти вплотную, так что она ощущала тепло его большого, сильного тела.

— Они такие забавные! — с трудом выдавила Клэр.

Арт явно заметил, что она нервничает, но, по-видимому, объяснил это беспокойством о судьбе неожиданных питомцев, однако сама Клэр отлично сознавала, что трепещет по другой причине.

— С ними все будет хорошо, не волнуйтесь, мягко сказал он, забирая у нее котенка и опуская его в корзину. — Да и мамаша, похоже, сдаваться не собирается. — Три пушистых комочка подползли к кошке и уютно устроились у нее под брюшком. — Что ж, это пока все, что мы можем для них сделать, — подытожил Арт. — Через полчаса я попробую еще раз покормить мамашу. Сейчас, когда мы взяли на себя кормление котят, у нее будет возможность окрепнуть.

— Да, наверное, — кивнула Клэр. Теперь, когда переживания за судьбу кошачьего семейства были уже позади, ей стало не по себе. Она внезапно почувствовала себя школьницей на первом свидании. Пылающий огонь в камине, завывающий за окном ветер, мужчина рядом — все это было слишком интимно.

Девушка резко поднялась на ноги и неловко пробормотала:

— После таких трудов вы, должно быть, хотите чего-нибудь выпить?

— Бокал вина был бы очень кстати, — невозмутимо отозвался Арт, — только если вы выпьете вместе со мной. Договорились?

Да, мне это явно не помешало бы, в легкой панике подумала Клэр.

Арт ловко откупорил пробку и разлил вино в бокалы.

Похоже, он все делает мастерски, сердито подумала девушка, но тут же отбросила эти мысли, потому что они были слишком опасны.

— Спасибо. — С трудом выдавив улыбку, она взяла бокал с густой темно-красной жидкостью и тут заметила, что кожа вокруг царапин на руках и лице Арта припухла и покраснела. — Послушайте, вам надо принять ванну и дезинфицировать раны. Идите наверх, а я пока пригляжу за нашими пациентами. — Девушка старалась, чтобы голос звучал естественно. — Полотенца на полке рядом с раковиной.

— Спасибо, — отозвался Арт, удивленно глядя на нее.

Клэр даже обиделась. Не думает же он, что я черствая стерва! — мысленно возмутилась она. Я ведь вызвала его сюда, вынудив прервать вечерний прием, и ему досталось, пока он пробирался к котятам сквозь колючие ветви боярышника. Поэтому предложить ему помыться — вполне естественный жест вежливости, тем более что он собирается оставаться здесь до тех пор, пока мамаше и малышам не станет лучше.

— Не за что, — отозвалась она непринужденно, словно мужчины каждый день принимали ванну в ее доме.

— Тогда я пошел.

В голосе Арта прозвучали какие-то новые, бархатистые нотки, и по спине у Клэр забегали мурашки. Она почему-то легко представила его обнаженным...

Черт! Не надо было все же предлагать ему такое! — сердито подумала девушка. Мое воображение выкидывает со мной злые шутки... Неужели мне захотелось снова поиграть с огнем?

Арт спустился вниз через двадцать минут — босой, с влажными волосами. Ворот его черной рубашки был расстегнут, открывая темные завитки волос на загорелой груди.

Как же он сексуален! — мысленно ахнула Клэр, но тут же поспешно притворилась, что целиком поглощена созерцанием мирно спящего кошачьего семейства. Лишь когда Арт подошел ближе, она подняла голову и спросила:

— Как вы думаете, кошка уже сможет лакать молоко сама? Я дала ей ложечку, пока вы были наверху, и она привстала, чтобы слизнуть его.

— Правда? Это хорошо, просто замечательно! Арт уселся на корточки перед корзиной, и Клэр невольно отметила, как туго обтягивают его бедра черные джинсы. Она тут же рассердилась на себя за эти мысли, но потом подумала, что вряд ли хоть одна нормальная женщина отреагировала бы на Арта иначе.

Услышав шум, кошка приподняла голову и, когда Клэр поднесла блюдечко к ее мордочке, стала лакать. Вскоре она утомилась и снова откинулась набок, а котята подняли возмущенный писк.

— По-моему, победа почти за нами, — удовлетворенно заметил Арт.

За тобой — возможно, а вот о себе я бы этого не сказала, мрачно подумала Клэр, поймав его мягкую улыбку. Да уж, я встречала немало красивых мужчин, но такого сексуального — ни разу!

— Можно мне посмотреть? — Он встал и подошел к мольберту, стоявшему у окна. Закончив работу, Клэр, как обычно, накрыла холст чистой тряпкой. Она с минуту поколебалась, прежде чем кивнуть. — Вы действительно не против? — Рука Арта, протянутая к холсту, замерла на полпути.

Клэр подмывало придумать какой-нибудь предлог, чтобы отказать ему, но почему-то она сказала:

— Я не возражаю, но не ждите, что увидите что-то особенное.

— Вообще-то я редко чего-то от кого-то жду, — сухо отозвался Арт.

Девушка подошла к мольберту и сама сорвала с него тряпку. Пристально наблюдая за лицом Арта, она так и не смогла определить, о чем он думает.

— Это очень изысканно, Клэр, — произнес он, не сводя глаз с серебристо-серого пейзажа. — Я и понятия не имел...

Восхищение и уважение, звучавшее в голосе Арта, было настолько искренним, что щеки Клэр залила краска.

— Спасибо, — тихо проговорила она. — Если у вас все работы такие, то я уверен в вашем успехе, — спокойно продолжал Арт, по-прежнему изучая набросок. Потом он обернулся и впился в ее зардевшееся лицо внимательным взглядом. — Ваш агент уже подтвердил возможность устроить выставку в Лондоне?

То, что он об этом помнил, стало для Клэр полной неожиданностью.

— Пока нет, но он еще не закончил переговоры с владельцами галерей. Арт медленно кивнул.

— Вам есть к чему стремиться, не правда ли? Клэр несколько мгновений пристально смотрела на него.

— Да, — коротко и сухо отозвалась она.

— Это не критика, Клэр. Было время, когда работа стала для меня просто спасением. — Он явно почувствовал, что девушка замкнулась, но голос его звучал вполне непринужденно.

— А теперь? — спросила она.

— Теперь? — Арт опустил взгляд, словно обдумывая ответ, и отбросил со лба упавшую на него прядь волос.

Он так и не подстригся, отметила Клэр. Впрочем, длинные волосы нисколько не портили его, даже, напротив, придавали мужественности.

— А теперь работа стала моей жизнью, — просто сказал он, поднимая глаза, — и меня это вполне устраивает.

Что он хотел этим сказать? Клэр понимала, что не имеет права задавать ему вопросы сугубо личного характера, потому что тогда он получил бы право сделать то же самое, а ей этого вовсе не хотелось.

— Я считаю точно так же, — кивнула она, давая понять, что тема исчерпана. — Работа — это моя жизнь. Живопись требует полной самоотдачи и огромных усилий.

— Похоже, мы с вами родственные души, — заметил Арт с ленивой улыбкой, от которой у нее учащенно забилось сердце. — Может, зароем топор войны и станем друзьями? Вы готовы начать все заново?

— Что? — переспросила Клэр, озадаченная таким неожиданным поворотом разговора.

— При первой встрече мы не поняли друг друга, — дружелюбно пояснил Арт, — и я сам в этом виноват. Вам показалось, что я собираюсь взять на себя функции опекуна и докладывать о вашем состоянии Фрэнсису и Иви, так?

— Пожалуй, — невнятно промямлила Клэр, которая именно это и подумала.

— Что-то в этом роде действительно приводило мне в голову, но только пока мы не познакомились. Однако, увидев вас, я тут же осознал свою ошибку. Вы вполне способны сами о себе позаботиться и недвусмысленно дали это понять. Однако, насколько мне известно, здесь у вас почти нет знакомых. Так почему бы нам не стать друзьями?

Клэр тупо смотрела на него, и в голове ее вихрем проносились противоречивые мысли. Вне всякого сомнения, на свете есть тысячи, даже миллионы людей, способных поддерживать платонические отношения с особами противоположного пола. И если бы перед ней сейчас стоял, к примеру, Бобби Марсден, с которым она познакомилась на свадьбе Иви, она бы с готовностью согласилась на такое предложение. Но это был вовсе не веснушчатый, курносый коротышка Бобби, а Арт Рэндалл, который излучал такую явственную мужскую притягательность, что в его присутствии Клэр все время нервничала, и это ее совсем не радовало.

Сам он, похоже, не испытывал трудностей подобного рода и был готов воспринимать Клэр как какого-нибудь приятеля по клубу или коллегу-ветеринара.

Однако она с детства привыкла смотреть правде в глаза. В том, что ее смущала собственная реакция на Арта, не было его вины, а значит, и причин не принимать протянутую им ветвь примирения. В конце концов, этот человек примчался ей на помощь по первому же зову, да и вообще, с первой минуты их знакомства вел себя безупречно — привел к ее приезду в порядок коттедж, набил продуктами шкафы на кухне, а потом не докучал ни визитами, ни звонками.

Клэр набрала побольше воздуха в легкие и сказала:

— Я буду рада считать тебя своим другом, Арт.

— Вот и чудесно. — Его глаза весело блеснули. — А могут друзья рассчитывать на что-нибудь вроде тоста с маслом?

— Ох, прости! — Клэр сообразила, что он голоден. — Если хочешь, я приготовлю спагетти. Или ты предпочитаешь свиные отбивные?

— Нет, лучше спагетти.

Арт широко улыбнулся ей, и она приказала себе не обращать внимания на то, что в ответ на эту улыбку ей захотелось броситься к нему на шею.

Он пристроился на стуле у стойки, а Клэр принялась за соус «болоньезе». Посыпав рубленое мясо кардамоном, толченым мускатным орехом и майораном, она смешала лук, помидоры и томатную пасту и, добавив бульона и вина, поставила сотейник в духовку.

Арт протянул ей полный бокал.

— А я ел этот соус только в ресторане, — заметил он, улыбаясь, и Клэр с гордостью отметила, что ее ответная улыбка получилась вполне непринужденной.

— У Фрэнсиса была экономка-итальянка, миссис Морелли, — пояснила она, — и, пока я росла, она научила меня очень многому. Конечно, для себя мне лень готовить, но, когда есть настроение, я делаю это с удовольствием.

— Пахнет просто восхитительно! — потянул носом Арт.

Девушка приподняла крышку и, помешав в сотейнике, искоса взглянула на него. Уверяя себя, что вовсе не старается узнать о нем побольше, а просто поддерживает разговор, она осторожно спросила:

— Так ты совсем не умеешь готовить?

— Я способен разве что сварить себе на завтрак яйцо, — покаянно признался Арт. — Поначалу я объяснял это тем, что моя мать никогда не работала, а потому и близко не подпускала мужчин к кухне, но со временем пришел к выводу, что просто не в состоянии определить момент, когда пища уже не сырая, но еще не пригорела.

При этом откровенном признании у него был вид нашкодившего подростка, и мгновенно возникшее желание ласково потрепать его по щеке напугало Клэр. Сделав еще глоток вина, она махнула рукой в сторону камина.

— Все будет готово минут через сорок, так что мы пока можем расслабиться, — заметила она и, пройдя в гостиную, решительно направилась к креслу, предположив, что Арт устроится на диване.

Однако он опустился на ковер рядом с корзиной, в которой спала кошка с котятами, и принял небрежную позу. Это почему-то рассердило Клэр.

Как он может настолько расслабиться? Неужели не ощущает, что в воздухе словно искрятся электрические разряды? Нет, он на меня явно не реагирует, заверила она себя. И это только к лучшему.

— Но если ты не умеешь готовить, как же выходишь из положения? — спросила она несколько минут спустя, когда молчание стало невыносимым. — Ешь в ресторанах?

— По большей части, — кивнул Арт. — Да и Люси меня подкармливает — приносит в клинику то фруктовый торт, то свинину в горшочке, то пирожки. Она немного суетлива, но сердце у нее золотое.

— Странно, что она еще не подыскала тебе жену, — криво усмехнувшись, заметила Клэр.

— Ей это просто не удалось, — поморщился Арт. — Я уже устал слушать о добродетелях ее дочки и младшей сестры.

— Боже мой! — притворно вздохнула девушка, глядя на него поверх бокала. — Значит, ты не поддался чарам ни одной из них?

— Я предпочитаю сам выбирать себе подружек, — буркнул он, давая понять, что ему не нравится разговор на эту тему.

— Мечтаешь встретить женщину своей мечты? — не отставала она.

— Сомневаюсь, что это возможно. — На этот раз его тон был уже почти ледяным. — Брак не входит в мои планы.

— Почему?

— Потому что уже один раз обжегся, — мрачно ответил Арт, вставая и ставя полупустой бокал на каминную полку. — Похоже, пора еще раз покормить нашу пациентку. Я этим займусь, пока ты закончишь с ужином, ладно? — И он начал готовить кошке новую порцию молока.

Меня снова поставили на место, осознала Клэр, причем совершенно заслуженно. Я была непростительно бестактна, расспрашивая его о личной жизни. Значит, он был женат?

Глава 3

Оставшаяся часть вечера прошла довольно спокойно.

Соус получился отменным, и Арт ел с аппетитом, нахваливая кулинарные таланты Клэр.

Они снова накормили котят и их мамашу, которая вылакала на этот раз полную миску молока. Арт легко и непринужденно поддерживал беседу на отвлеченные темы — работа, жизнь в маленьком городке, искусство, литература... Он оказался прекрасным собеседником, и время летело незаметно, так что, когда пробило одиннадцать, Клэр очень удивилась.

Провожая Арта, она задержалась на пороге. Снег перестал, и сверкающее белизной безмолвие, простиравшееся за стенами коттеджа, зачаровывало. Бледный лунный свет прорезывал темноту, превращая заснеженную лужайку в искристый ковер, словно покрытый алмазной пылью. Холод был пронизывающим, и Клэр зябко поежилась.

— Смотри, не простудись. — Арт коснулся ее щеки легким, почти воздушным поцелуем. — Спасибо за ужин, Клэр. Я уж и не припомню, когда в последний раз так приятно проводил вечер.

Хотя его поцелуй был абсолютно невинным, сердце девушки учащенно забилось, однако она справилась с собой и ровным тоном произнесла:

— Это я тебя должна благодарить. Ты примчался по первому моему зову и потратил столько времени на кошачье семейство...

— Мне это было только в радость, — отозвался Арт.

Ни мне, ни ей сейчас не нужны романтические отношения, думал он. Так почему же мне так трудно уйти?

Ему вдруг безумно захотелось обнять Клэр, прижать к груди и целовать до тех пор, пока желание не заставит их вернуться в коттедж — только уже не в гостиную, а наверх, в ее спальню.

— Я позвоню утром — узнать, как кошки, — вслух произнес он.

— По-моему, с ними все будет в порядке, — уверенно ответила Клэр.

Арту нравился ее акцент — мягкий, протяжный. Да и вообще она невероятно сексуальна: чего стоят хотя бы эти рыжие волосы и огромные сияющие глаза...

Стоп! — сказал себе он. Клэр — племянница моих друзей, и меня попросили опекать ее, не более того. Я должен выполнить это поручение наилучшим образом, и всякие интимные мысли мне ни к чему.

— Я тоже так думаю, — согласился он. — Однако, возможно, кошка потерялась и ее разыскивает хозяин...

— Ты так считаешь? — взволнованно спросила Клэр.

— А что, тебя это расстраивает?

— Да.

Надо же, как быстро она привязалась к кошачьему семейству! — удивился Арт. Похоже, у нее доброе сердце. Таким людям нелегко жить на белом свете.

Эта мысль его не обрадовала. Он ничего не знал о Клэр Адаме, но ему было отлично известно, как, ловко некоторые представительницы слабого пола умеют вводить в заблуждение мужчин, скрывая под показной мягкостью каменное сердце и железную волю. Впрочем, в данном случае он почему-то был уверен, что это не так.

— Конечно, мы не можем быть ни в чем уверены, — сдержанно произнес Арт, — но если хозяин у этой кошки все же существует, он наверняка захочет ее вернуть. И вообще, что ты будешь делать с ней и котятами?

— Заботиться о них, любить... — откликнулась Клэр.

— Ну, ладно, пока беспокоиться рано. Я позвоню тебе завтра утром.

— Хорошо.

Это прозвучало так грустно, что Арт снова с трудом удержался от того, чтобы не заключить Клэр в объятия. Он не мог разобраться в своих чувствах, но внутренний голос подсказывал ему, что пора уходить.

— Спокойной ночи, Клэр.

Арт отвернулся и побрел к воротам. Лишь усевшись в «лендровер», он бросил взгляд на освещенный порог дома. Клэр по-прежнему стояла там, и ее стройная фигурка в ярком свитере и черных брючках четко вырисовывалась на фоне освещенной гостиной.

Арт завел мотор, помахал девушке рукой и уехал.

Автомобиль медленно полз вверх по узкой проселочной дороге, и противоречивые мысли вихрем кружились в голове Арта. Ему совсем не нравилось то, что он испытывал сегодня в компании Клэр. За последние три года он привык контролировать себя и вовсе не хотел, чтобы что-то изменилось.

С меня хватит страстей и страданий, мрачно думал он. Никогда больше я не позволю женщине ранить мое сердце, как это сделала Мэделин. И Арт отбросил мучительные воспоминания, похороненные глубоко в недрах памяти, не давая им всплыть на поверхность.

Его вполне устраивал образ жизни, который он вел теперь. Дела шли хорошо, ветеринарная клиника, которую он приобрел, пользовалась популярностью, так что можно было даже подумать о том, чтобы нанять еще одного врача и медсестру на неполную ставку. В квартире, расположенной прямо над клиникой, витала атмосфера холостяцкой жизни, и это тоже нравилось Арту. Свидания с женщинами он назначал, когда хотел, и это были легкие, ни к чему не обязывающие интрижки, где обе стороны хорошо знали правила игры.

Нет, однажды совершив глупость, я больше никогда не наступлю на те же грабли, поклялся себе Арт. Я предложил Клэр дружбу, и ею должен ограничиться. А то, что меня не покидает ощущение, что мы с ней балансируем на грани... на это не нужно обращать внимания. Так будет лучше для нас обоих.

И он усилием воли заставил себя выбросить все мысли о Клэр Адаме из головы.

Ночью Клэр дважды вставала, чтобы покормить кошку, и к десяти утра та уже оправилась настолько, что подпустила котят, и они стали сосать материнское молоко.

Казалось, Клэр должна радоваться, что с ее питомцами все в порядке, но неясная тревога не покидала девушку. Она объясняла это тем, что может объявиться хозяин кошки, и не позволяла себе задумываться о том, что на самом деле причина кроется в Арте.

— Доброе утро, Клэр! — Его голос в трубке звучал спокойно и сдержанно, почти отчужденно, словно он позвонил лишь из чувства долга. — Как дела?

Девушку охватило смятение, но она тут же взяла себя в руки и непринужденно ответила:

— Все прекрасно, Арт. Дебби уже подпустила к себе котят. Она ненадолго выходила из дома, но почти сразу вернулась к детишкам.

— Дебби? — удивленно переспросил он.

— Да, я решила назвать ее так, — пояснила Клэр.

Арт помолчал. Ему хотелось сказать, что не стоит приучать кошку к какому-то имени, пока не нашелся ее хозяин, но вместо этого он после недолгой паузы произнес:

— Я тут навел справки. Пока никто не хватился кошки черепахового окраса.

— Значит, у Дебби нет хозяина? — в голосе Клэр невольно прозвучали радостные нотки.

— Видимо, да. Я пошлю к тебе одну из медсестер, ее зовут Пенни. Она сделает кошке еще один укол. Кстати, если тебе самой что-нибудь нужно, то я...

— Я справлюсь, — поспешно откликнулась Клэр. — У меня же есть машина.

— После такого снегопада ты на ней никуда не проедешь. Я скажу Пенни, чтобы она привезла тебе еды для кошек, хорошо? А теперь извини, мне пора бежать — у нас сегодня суматоха. Позвони, если вдруг что-то тебя будет беспокоить, договорились?

— Да, спасибо.

Клэр поразилась тому, какое ощущение пустоты возникло у нее после того, как Арт повесил трубку. Наверное, я просто боялась, что он нашел хозяина Дебби, решила она. Хорошо, что этого не случилось.

Она бросила взгляд на кошку, и та подняла на нее дымчато-зеленые глаза, а потом широко зевнула, показав маленькие острые зубки.

— Арт пришлет к нам медсестру, — сообщила ей девушка. — Он слишком занят, чтобы приехать. Ну и хорошо.

Пенни явилась в середине дня. Это оказалась очень милая голубоглазая блондинка с пышной фигурой.

Она привезла рыбу, мясо и молоко для кошек, а также всякие мелочи, вроде кошачьего туалета и средств ухода за животными.

Клэр сварила кофе и, усадив гостью за стол, долго слушала ее восторги по поводу работы под началом доктора Рэндалла. Когда, выполнив все распоряжения своего шефа, медсестра удалилась, она почувствовала себя древней старухой, ведь Пенни так и искрилась энергией и весельем.

Неужели и я была когда-то такой же юной и беззаботной? — спросила себя Клэр, поглаживая мурлыкающую от удовольствия Дебби, и решила, что нет. Ведь она росла сиротой, сначала под опекой бабушки, а потом Фрэнсиса, и, хотя те были добры к ней, отсутствие материнской ласки сделало ее серьезной и немного настороженной.

Правда, когда она встретила Брента, то словно расцвела. Перед мысленным взором Клэр снова встало лицо жениха, и, то ли от недосыпания, то ли из-за волнующих событий прошедшего дня, ей не удалось отогнать мучительные воспоминания.

Она закусила губу и опустила взгляд на котят. Две крошечные кошечки были точными копиями своей прелестной матери, а третий, по словам Арта, обещал вырасти в огромного черного кота.

Клэр глубоко вздохнула. Если бы авария случилась днем раньше, она никогда не узнала бы о Сью, официантке из местного бистро, которая заявила Бренту, что он — отец ее будущего ребенка. Тот сообщил об этом Клэр за ужином при свечах в дорогом ресторане, заявив при этом, что Сью для него ровным счетом ничего не значит, и был явно потрясен, когда невеста, выскочив из ресторана, помчалась к машине.

По дороге домой они серьезно поссорились, Узнав, что Клэр собирается разорвать помолвку, Брент разозлился и сказал, что она сама во всем виновата.

— Не будь ты такой ледышкой, мне не пришлось бы искать развлечений на стороне, злобно бросил он ей в лицо. — Чего ты ерепенишься? Твой богатенький дядюшка Фрэнсис легко заткнет Сью рот, предложив ей кругленькую сумму за молчание.

Через три недели после похорон Брента Сью вышла замуж, так что, видимо, у нее на примете был не один поклонник.

Клэр резко поднялась, подошла к мольберту и дрожащей рукой сдернула тряпку.

Брент собирался жениться на ней только потому, что она была племянницей и, по сути дела, единственной наследницей миллионера, вот и все. Она была для него лишь пропуском в богатую жизнь, пропуском приятным и симпатичным, но не более того. До того момента, как Бренту пришлось раскрыть свои карты, у нее не мелькнуло и тени подозрения о его истинных намерениях. Это и мучило Клэр больше всего в первые дни после аварии. Она была потрясена до глубины души не столько гибелью Брента, сколько разочарованием в нем.

Он убил ее веру в любовь, и ей пришлось долго и мучительно выбираться из пропасти боли и отчаяния, пытаясь сохранить остатки самоуважения. В конце концов она немного пришла в себя, однако поклялась никогда и никому больше не доверять.

Мне не нужны восторги и муки любви, говорила себе девушка. С этим покончено навсегда. Я не переживу снова подобное, не лишившись при этом рассудка.

Клэр стояла, невидящими глазами глядя на набросок.

Я теперь холодна и рациональна, думала она, и готова строить будущее. Если я чему-то и научилась, побывав на грани жизни и смерти, так это ценить самые обыденные вещи и мелкие радости жизни.

Она всегда тонко чувствовала красоту, но сейчас ее ощущения обострились до предела, и это самым благоприятным образом влияло на творчество.

Да, кое-что я, конечно, потеряла, признавала Клэр, но и многое приобрела взамен. Мечты выйти замуж, завести семью, детей — все то, что прежде казалось таким важным, — утрачены навсегда, зато у меня появился шанс сделать блестящую карьеру живописца. И я добьюсь успеха во что бы то ни стало!

Уголки нежных губ девушки невольно опустились, взгляд сосредоточился на картине, плечи распрямились. Пора приниматься за работу!

В течение последующих трех недель снег растаял, а потом снова ударили морозы, и наступил декабрь.

Арт звонил Клэр каждые два-три дня, чтобы узнать, как идут дела у ее питомцев, но не приехал ни разу, и поэтому, услышав в первую пятницу декабря характерный звук мотора «лендровера», девушка с тревогой взглянула на Дебби.

Неужели Арт все же разыскал ее хозяина?

Нет, этого я не переживу! — промелькнуло у нее в голове.

Кошка ответила ей безмятежным взглядом, а потом стукнула лапой непоседливого черного котенка, которого Клэр окрестила Пуффом. В отличие от своих робких сестренок, этот отважный зверек уже облазил весь дом. Девушка души в нем не чаяла.

Когда она открыла дверь и увидела Арта, ее сердце подпрыгнуло, причем не только из-за тревоги за судьбу кошки.

— Привет, — с трудом выдавила она приветливую улыбку.

Арт подстригся и стал еще более неотразимым.

— Привет.

Он широко улыбнулся, и тут Дебби, прошмыгнув мимо Клэр, радостно потерлась о его ноги. Он с удивлением уставился на кошку.

— Она тебя помнит, — сказала Клэр и подумала: «Впрочем, какая особа женского пола забыла бы такого мужчину?»

Арт наклонился и погладил шелковистую шкурку кошки, а потом посмотрел прямо в лицо Клэр.

— Прежде чем я предложу тебе кофе, скажи: ты пришел, чтобы сообщить, что нашелся ее хозяин? — спросила она, тщательно скрывая волнение.

— Что? — не сразу сообразил Арт. — Ах, это! Нет. Я пришел попросить тебя об одолжении.

— Слава Богу. — Клэр почувствовала огромное облегчение.

Ступив в теплую ярко освещенную гостиную, Арт успел подхватить на руки Пуффа, который пытался нырнуть в дверь именно в тот момент, когда девушка ее закрывала.

— Непоседливый малыш.

Ласка, звучавшая в его голосе, заставила сердце Клэр дрогнуть. Она заглянула ему в лицо и тут же напомнила себе, что он приехал не для того, чтобы увидеть ее, а только чтобы попросить об одолжении.

— Пойду, поставлю кофе, — ровным тоном сообщила она. Арт кивнул.

— Хорошо. Я пока осмотрю всю эту компанию, а потом мы поговорим, — небрежно заметил он.

— Отлично.

Возясь на кухне, Клэр незаметно следила за ним. Когда она принесла в гостиную на подносе две чашки кофе, Арт заявил, что все кошачье семейство абсолютно здорово.

— Когда ты собираешься начать подыскивать им хозяев? — спросил он, усаживаясь за стойку.

— Я вообще не собираюсь этого делать. — Заметив, что его темные брови недоуменно приподнялись, Клэр пояснила:

— Я решила, что после того, что им пришлось пережить, их нельзя разлучать. В этом доме полно места, и мы не мешаем друг другу. Через пару недель я приеду к тебе в клинику, чтобы сделать котятам прививки, а потом мы подумаем, что предпринять, чтобы Дебби снова не завела роман.

— Но ведь четыре кошки — это довольно хлопотно, — с сомнением заметил Арт.

Клэр пожала плечами.

— Как-нибудь справлюсь.

— А что будет, когда ты вернешься домой, в Штаты?

У девушки болезненно сжалось сердце — уезжать из Англии ей совсем не хотелось.

— Возможно, я заберу их с собой, — спокойно отозвалась она. — Но вообще-то я подумываю задержаться здесь.

— Неужели совсем не скучаешь по дому? — бесстрастно поинтересовался Арт.

Клэр слегка вздернула подбородок. Он говорит так, словно ему не терпится избавиться от меня, с досадой подумала она, а вслух сказала:

— Пока нет.

Сделав глоток обжигающе горячего кофе, девушка едва не поперхнулась. На глаза ей навернулись слезы, но к Арту, как бы он ее ни раздражал, это не имело никакого отношения!

А тот тем временем с аппетитом уплетал печенье.

— Ты совсем не любопытна, — заметил он, утолив голод. — Не спрашиваешь, что у меня за просьба к тебе...

Клэр пожала плечами. После его замечания насчет ее отъезда в Штаты она обиделась и решила вести себя сдержанно и отчужденно.

— Придет время, и ты сам все скажешь, — небрежно отозвалась она. Вот тебе, Арт Рэндалл, получи! И твоя Пенни меня тоже ни чуточки не волнует!

Арт кивнул, поднял было руку, чтобы привычным жестом отбросить со лба волосы, и смущенно улыбнулся.

— Только что подстригся, — с усмешкой пояснил он.

— Тебе идет, — вежливо заметила Клэр.

— Я решил, что, поскольку в ближайшие полгода вряд ли выберусь в парикмахерскую, нужно подстричься как можно короче.

Клэр заметила, как он смутился от ее комплимента, и не поверила своим глазам. Неужели этот мужчина не понимает, насколько хорош собой? — подумала она. При этой мысли кровь быстрее побежала у нее по жилам. Она опустила глаза в свою кружку и, поспешно осушив ее, коротко спросила:

— Еще кофе?

— Спасибо.

Арт протянул ей пустую кружку, откашлялся и сказал:

— Клэр, мне нужна твоя помощь.

— Да? Что же я могу для тебя сделать? Он, не отрываясь, смотрел на нее. Роскошные рыжие волосы, стянутые в высокий пушистый хвост, очаровательное личико без следов макияжа... Она была прелестна!

Может, зря я все это затеял? — в смятении подумал Арт. Но теперь было уже поздно отступать.

— Мне нужно, чтобы ты на один вечер притворилась моей девушкой, — резко произнес он.

Глаза Клэр широко распахнулись, рот чуть приоткрылся. Такого она не ожидала!

— Нужно?!

— Погоди, дай объяснить. — Рука Арта снова потянулась к волосам, а потом бессильно опустилась. — Городок у нас небольшой, и жизнь в нем не назовешь светской, но меня многие знают, и я все время получаю приглашения на вечеринки, ужины и тому подобные мероприятия. А коль скоро я холост, то мне постоянно приходится отбиваться от девиц на выданье и их заботливых мамаш. Теперь тебе все ясно?

Клэр кивнула. Дело вовсе не в том, что ты холост, подумала она, во всяком случае, не только в этом. Просто ни одна женщина не может устоять перед твоим обаянием.

— До сих пор я справлялся с этим сам, — суховато усмехнулся Арт, — всегда ясно давая понять, что не намерен обзаводиться семьей. Однако сейчас меня преследует одна дамочка, которая не желает обращать на это внимания. Ты ведь пока свободна, правильно?

Клэр молча кивнула.

— И мы с тобой друзья, так? — не унимался Арт.

Он собирается загнать меня в угол, догадалась она.

— К тому же ты мало кого здесь знаешь, так что никто не заподозрит, что ты только играешь роль. Думаю, это отличный способ меня выручить. — Арт впился взглядом в настороженное лицо девушки. — Я бы сделал для тебя такое, если бы ты попросила, — добавил он.

Без сомнения, сердито подумала Клэр. Разница только в том, что я не волную тебя как женщина, тогда как ты вызываешь у меня более чем бурную реакцию.

— Тебе пора познакомиться с местным бомондом. А то ты все работаешь и совсем не развлекаешься...

Клэр смерила его суровым взглядом:

— И в чем же конкретно будет заключаться моя роль? — напрямик спросила она.

Хороший вопрос, мысленно усмехнулся Арт. За те несколько недель, что они не виделись, он старался забыть, как она хороша собой, и это ему почти удалось, но сейчас...

— Я оставляю это на твое усмотрение, — ровным тоном отозвался он.

Клэр отхлебнула кофе, бросила взгляд в окно, потом на Дебби. Кошка, похоже, внимательно прислушивалась к разговору, забыв о своем потомстве.

Меньше всего на свете мне сейчас нужны романтические приключения, думала девушка. Арт утверждает, что в этом полностью со мной солидарен. До сих пор его поведение не давало повода в этом усомниться — он был воплощением доброты и деликатности, а уж в истории с Дебби и ее семейством оказался выше всех похвал. Я обязана ему за помощь, к тому же за последнюю неделю мне уже немного наскучила монотонная жизнь в четырех стенах, так что пообщаться с людьми было бы совсем неплохо. А если я выступлю в роли девушки Арта, никто другой не будет докучать мне ухаживаниями...

Я смогу развлечься, познакомиться с новыми людьми, и при этом благодаря компании Арта не чувствовать себя совсем уж чужой. Иными словами, я ничего не теряю. Все-таки, видимо, жизнь отшельницы не для меня. При этой мысли на лице Клэр промелькнула легкая улыбка. Она подняла глаза на Арта и произнесла:

— Что ж, рада тебе помочь. Мне будет приятно познакомиться с твоими друзьями.

— Вот и прекрасно, — отозвался Арт, хотя его не покидало странное ощущение, что он совершает непоправимую ошибку, обращаясь к Клэр с подобной просьбой.

В том, что касалось Ванессы Эвертон, он не кривил душой. Эта женщина стала для него сущим наказанием — она преследовала его везде, а на последней вечеринке вешалась ему на шею так откровенно, словно потеряла всякий стыд. Однако идея пригласить Клэр на ужин к Джулии Мэттьюс была подсказана не столько навязчивостью Ванессы, сколько обещанием Иви вытащить ее племянницу на люди. Та беспокоилась, что Клэр может окончательно замкнуться в себе.

А не пытаешься ли ты просто найти подходящий предлог, чтобы лишний раз пообщаться с этой девушкой? — издевательски нашептывал Арту внутренний голос.

— И куда же мы отправимся? — прервал его размышления голос Клэр.

— Это будет ужин, — поспешно пояснил Арт. — Дома у Джулии Мэттьюс. Она адвокат, очень известная фигура в нашем городке, но при этом женщина очень милая, так что тебе наверняка понравится. Я заеду за тобой в следующую субботу около восьми, договорились?

— Хорошо, — кивнула Клэр, допивая кофе. -Форма одежды парадная?

— Да. Джулия любит пустить пыль в глаза, извиняющимся тоном отозвался Арт.

— Ясно.

Глаза Клэр машинально устремились к мольберту, и Арт поднялся. Она явно хотела, чтобы он ушел, и это его почему-то задело.

— Что ж, тогда до субботы. Спасибо за кофе. Клэр не проводила его к двери, однако, когда он уже садился в «лендровер», появилась на пороге, подняв руку в прощальном приветствии.

Когда автомобиль скрылся за поворотом, девушка прижала руки к пылающим щекам. Надо же, она идет в гости с Артом Рэндаллом!

Это, конечно, было не свидание, но Клэр уже жалела о том, что согласилась сопровождать Арта. Она пристально смотрела на утонувший в снегу сад, размышляя о том, почему была так легкомысленна.

Дебби неслышно вышла из дома и стала тереться о ее ноги, урча, как маленький контрабас. Девушка тут же машинально повернулась, чтобы проверить, где Пуфф.

Черный пушистый комочек меха уже ковылял по направлению к дверям из другого конца комнаты, а остальные два котенка следовали за ним по пятам. При виде этого забавного семейства на душе у Клэр сразу стало легче.

Нет, я все сделала правильно, твердо сказала себе она. Когда мне потребовалась помощь Арта, он примчался по первому зову. Я просто обязана ответить ему добром на добро. Не его вина, что он так красив, а В том, что я реагирую на него, нет ничего странного — это случилось бы с любой нормальной женщиной. К тому же моя реакция говорит о том, что я снова жива и способна испытывать какие-то чувства... ведь совсем недавно я не заметила бы и Марлона Брандо!

Нам с Артом не нужны ни любовь, ни семья, ни секс. Он занят своей карьерой, да и я решила, что работа станет для меня смыслом жизни на последующие лет десять, а то и больше. Так почему бы мне не познакомиться с новыми людьми...

Клэр захлопнула дверь прямо перед носом у отважного Пуффа, уже добравшегося до порога, и невольно расхохоталась, когда тот с упреком воззрился на нее, склонив головку набок и словно говоря: «Столько усилий пропало даром — и все из-за тебя!»

Как бы там ни было, Арт пригласил на ужин именно ее, Клэр, а значит, хорошенькая Пенни его не интересует. Или он считает, что нельзя появляться на званом ужине в сопровождении подчиненной? А может, у той есть жених?

Ну, хватит! — оборвала себя девушка. Какая тебе разница, нравится Пенни Арту или нет? Лучше обдумай свой наряд к субботе, чтобы не ударить в грязь лицом и не подвести Арта. Твое согласие сопровождать его — просто знак благодарности за то, что он сделал для тебя, и больше ничего.

— Мы хорошо повеселимся! — громко произнесла Клэр вслух, словно пытаясь кого-то в этом убедить, и вернулась к работе.

Глава 4

Пока Фрэнсис не женился на Иви, Клэр не раз приходилось исполнять в его доме обязанности хозяйки, и она умела мило улыбаться людям, которые вовсе не вызывали у нее симпатии, не обращая внимания на гудящие от усталости ноги, и вести непринужденную легкую беседу как с застенчивыми юными девицами, так и с суровыми пожилыми матронами, не говоря уже об их похотливых старых мужьях.

В последние три-четыре года ее картины имели успех и хорошо раскупались, поэтому она не испытывала нужды в деньгах, а поскольку жила и работала в доме Фрэнсиса и не тратилась на хозяйство, то за это время обзавелась красивой, модной одеждой.

Субботнее утро девушка провела, перебирая наряды. Ей никак не удавалось остановить выбор на каком-нибудь из них, чего уже давненько не случалось.

Неужели я нервничаю? — с некоторым изумлением спросила себя Клэр. Почему? Потому что боюсь разочаровать Арта?

— Возьми себя в руки! — скомандовала она вслух, сердито уставившись на свое отражение в зеркале, и невольно поежилась от холода.

Внизу, в гостиной, было тепло, но спальня не слишком хорошо прогревалась, несмотря на то что через нее проходила труба от камина.

Клэр решительно протянула руку к черному креповому платью на бретельках и достала из коробки туфли на высоком каблуке. Черный цвет идет рыжим белокожим женщинам, подумала она, а если высоко зачесать волосы, открыв стройную шею, и надеть длинные золотые серьги и колье, подаренные Фрэнсисом и Иви на прошлое Рождество, то вид у меня, пожалуй, будет вполне приличный.

Девушка разложила платье и белье на кровати, натянула джинсы и теплый свитер и выбросила мысли о вечере из головы. Она собиралась работать до четырех, затем принять ванну, а потом... Ей не хотелось задумываться, почему для нее так важно произвести впечатление на Арта Рэндалла.

Спустившись вниз, Клэр приготовила себе большую кружку крепкого черного кофе и встала за мольберт.

Без десяти восемь она была полностью готова к выходу в свет. Вскоре раздался шум подъезжающей машины, и сердце у нее подскочило, а потом камнем ушло в пятки.

Клэр открыла дверь и замерла на пороге. Перед ней стоял Арт. В черном костюме, белоснежной рубашке, чисто выбритый, с приглаженными волосами он был безупречен — истинное воплощение девичьих грез.

Она не смогла выдавить ни слова приветствия и только скорчила слабую улыбку, а потом, отступив на шаг, махнула рукой, приглашая его войти.

Арт тоже не поздоровался. Он окинул Клэр взглядом, шагнул к ней и коснулся губами ее рта.

Она и сообразить не успела, что происходит, как все ее тело занялось жаром. А ведь он лишь дотронулся до ее рта губами, не делая попытки обнять, и только потом, уже войдя в коттедж, встретился взглядом с ее мерцающими глазами.

— Штаты много потеряли, зато Британия приобрела, — мягко произнес он. — Ты выглядишь просто фантастически.

— Спасибо, — пробормотала Клэр, еще не придя в себя от неожиданности. — Но... я думала, что мы друзья. Это ведь так, да?

— Конечно.

Это был новый, незнакомый Арт, абсолютно не похожий на того, которого она знала. Он был вкрадчив и изыскан, этакий Казанова и Лотарио в одном лице, и теперь Клэр прекрасно понимала женщин, которые вешались ему на шею. Да он сам на это напрашивался!

— Ты всегда так целуешься с друзьями? — поинтересовалась она.

— С женщинами — да.

Похоже, я допустила ошибку, пойдя ему навстречу, промелькнуло в голове у Клэр. Если он и дальше намерен вести себя так, я и сама брошусь ему на шею. А этого нельзя допустить!

— Тогда, может, лучше отложим эти нежности до тех пор, пока не появится публика, чтобы их оценить? — из последних сил попыталась выдержать легкомысленный тон она.

Брови Арта взлетели вверх, и он весело расхохотался.

— Считай, что всему виной твое платье, — лениво протянул он. — Я просто не смог устоять. — Он протянул Клэр небольшую коробочку. — А теперь прими вот это.

Она приоткрыла крышку и увидела изысканную бледно-розовую орхидею, покоившуюся на шелковой подкладке.

— Ой, какая прелесть! Спасибо, Арт, — чуть слышно произнесла девушка.

— Давай, я приколю ее.

Он действовал так умело, что у Клэр не осталось и тени сомнения в том, что ему не раз приходилось прикреплять цветы к женскому платью, и сердце ее невольно сжалось.

Впрочем, что в этом странного? — попыталась вразумить себя девушка. Арт давно не мальчик, был женат...

И все же она с трудом сдержала дрожь, пронзившую ее, когда он задел пальцем ее обнаженную кожу, прикалывая орхидею.

— Ну, что, поехали?

Клэр протянула руку к накидке, висевшей на спинке стула, и оглянулась, проверяя, погас ли камин. Пуфф был не в меру любознателен, и, хотя сейчас все кошачье семейство сладко спало в корзинке, девушка беспокоилась за своего пушистого подопечного.

Вечер был тихим и холодным. Слегка подмораживало.

Выйдя на порог, Клэр зябко поежилась, но не от холода, а, скорее, оттого что на ее локте лежала рука Арта.

Когда они уселись в автомобиль, ей не стало легче, даже наоборот. Вдохнув аромат туалетной воды Арта и из последних сил пытаясь сохранить самообладание, она выпрямилась на сиденье. Вдруг он наклонился к ней и убрал с ее лба шелковистую прядку.

— Не волнуйся, — спокойно произнес он. — Все будет хорошо.

Он думает, что она волнуется из-за ужина! Когда Клэр поняла это, ей сразу стало легче, и через некоторое время они с Артом уже непринужденно болтали. Он умудрился даже рассмешить ее, рассказав о том, как днем прыгал вокруг кобылы, пытаясь сделать ей укол, а та то и дело норовила лягнуть его.

А вот Брент никогда не умел заставить меня смеяться, невольно подумала Клэр. Он был обаятелен и хорош собой, но скорее умер бы, чем рассказал девушке историю, в которой представал не в самом выгодном свете. Этот человек всегда старался казаться уверенным в себе и невозмутимым.

Приняв протянутую Артом руку, Клэр выскользнула из машины. Как только она выпрямилась, он склонил к ее лицу темную голову и прошептал:

— Помнишь, что ты говорила о публике? На этот раз его поцелуй нельзя было назвать мимолетным, и девушка с ужасом почувствовала, что у нее задрожали колени.

Арт оторвался от ее губ, обнял за талию и проговорил, обращаясь к тоненькой высокой пепельной блондинке, спешившей к ним навстречу:

— О, здравствуй, Ванесса! Познакомься, это Клэр Адаме. — Он пожал руку симпатичному толстяку, сопровождавшему Ванессу. — Клэр, а это Берги Хардинг, лучший бухгалтер во всей округе. В отличие от Ванессы, во взгляде которой Клэр без труда прочитала лютую злобу, Берти дружелюбно улыбался ей.

— Так это и есть та милая леди, которую ты ухитрился подцепить на крючок, да, Арт? Рад познакомиться с вами, Клэр.

— Мне тоже очень приятно.

Ей с трудом удалось высвободить руку из огромной лапищи Берти. На Ванессу она старалась не смотреть, тогда как та сверлила ее неприязненным взглядом.

Вчетвером они направились к дому. Арт прижимал к себе Клэр, словно она была ему... Кем же? — мрачно спросил ее внутренний голос. Подружкой? Любовницей?

Девушка попыталась отстраниться, но его рука обхватила ее талию еще крепче, и она сдалась, переключив внимание на разговор двух мужчин. Однако когда они вошли в холл, Берти отошел, чтобы поздороваться с хозяевами, и на лице Клэр появилось выражение, весьма далекое от покорности судьбе.

— Нечего меня так к себе прижимать, — сухо сказала она, вцепившись в пальцы Арта, по-прежнему лежащие на ее талии.

— Почему же? — невозмутимо откликнулся тот. — Ты не забыла, что на сегодня стала моей подружкой?

— Нет, но...

Его блестящие черные глаза впились в лицо Клэр, и у нее перехватило дыхание.

— Если уж мы собрались разыгрывать комедию, нужно, чтобы это выглядело убедительно, — сказал он. — Я нормальный мужчина, и, если бы ты действительно была моей девушкой, вел бы себя именно так, чтобы продемонстрировать всем свои права на тебя. А теперь расслабься: мы оба знаем, что это просто игра, но, раз уж взялись за нее, давай сыграем на все сто. Согласна?

Клэр сделала попытку нахмуриться, но он был такой обаятельный, такой озорной, такой... настоящий, что злиться на него было невозможно. К тому же она не могла не признать, что в объятиях такого мужчины, как Арт Рэндалл, ей было очень даже приятно.

Клэр получила от вечеринки истинное удовольствие.

Был, конечно, не слишком приятный момент, когда Ванесса, оказавшись с ней наедине, весьма прозрачно намекнула, что имеет виды на Арта, однако Клэр только мило улыбнулась в ответ, притворившись, что не замечает нескрываемой враждебности мнимой соперницы. Она знала, что утверждения блондинки лишены реальных оснований, потому что после сцены, разыгравшейся у подъезда, расспросила Арта, и тот заявил, что его и Ванессу ничего не связывает.

— Уверена, что вы с Артом навсегда останетесь друзьями, — с улыбкой заметила она и отошла, оставив собеседницу в бессильной ярости.

Когда Джулия Мэттьюс бралась развлекать гостей, она делала это мастерски. Ужин был великолепен, беседа — занимательна и остроумна, сама хозяйка — обворожительна. Когда незадолго до полуночи Клэр и Арт собрались уходить, некоторые из гостей пригласили их к себе на рождественские праздники.

Арт охотно принял все приглашения и, как только они уселись в машину, Клэр решила прояснить ситуацию.

— Кажется, мы договорились разыгрывать «сладкую парочку» только на один вечер? — осторожно спросила она.

— Разве?

В его голосе звучало неподдельное удивление, но Клэр не попалась на эту уловку. Сегодня вечером она узнала этого мужчину гораздо лучше и уже могла разобраться, когда он говорит правду, а когда нет.

— Ты сам так сказал, — твердо произнесла она.

— По-моему, у нас все очень хорошо получилось. Так почему бы не поиграть еще немного? — откликнулся он. — Тебе ведь было весело сегодня, разве нет?

— Да, конечно, но не в этом дело.

— И, благодаря моему присутствию, никто не докучал тебе ухаживаниями, — вкрадчиво добавил Арт.

— Что?! — Клэр резко повернула голову и уставилась на него, однако он сделал вид, что полностью поглощен дорогой.

— Ты хочешь сказать, что не заметила, как отреагировал на тебя Берти? — поинтересовался он. — Да и полковник Дьюри, который раз пять приглашал тебя танцевать?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — пробормотала Клэр.

— Ты всем очень понравилась, а большинство мужчин просто не сводили с тебя глаз. Впрочем, иначе и быть не могло — в тебя очень легко... влюбиться.

— Арт! — возмущенно воскликнула девушка. Он бросил проницательный взгляд на ее разгоряченное лицо.

— Не сердись! Мы оба знаем, чего хотим, и глупые романтические бредни не входят в наши планы. Мне было очень хорошо с тобой сегодня. А тебе?

— Мне тоже понравился этот вечер, но... — начала Клэр, но Арт не стал ее слушать:

— Тогда какой смысл все портить? Пока что мы оба свободны, а если у нас кто-то появится, то мы просто поговорим об этом и останемся друзьями.

Он говорил так сдержанно и разумно, что Клэр это почему-то даже стало раздражать. Ей захотелось выкинуть что-нибудь невообразимое, чтобы разрушить это ледяное спокойствие.

Если, по твоим словам, все мужчины находят меня привлекательной, с досадой подумала она, то почему же ты сам не поддался моим чарам? Впрочем, что это я вдруг завелась? Обращать внимание на такие мелочи совершенно не в моем характере!

Да, но в столь необычной ситуации ты оказалась впервые, возразил ей внутренний голос.

Арт явно считал, что они оба ничего не теряют, а только выигрывают, но Клэр уже жалела, что ввязалась в эту дурацкую историю.

— Эй, ты о чем это так глубоко задумалась? — негромко окликнул ее он.

— Ну, хорошо, если ты настаиваешь, я согласна, — сдержанно отозвалась Клэр. — Просто мне кажется, что это неизбежно отразится на твоем образе жизни.

— Не волнуйся, с этим я как-нибудь разберусь. Зато Ванесса наконец оставит меня в покое...

На самом деле отношения с Ванессой не так уж и сильно волновали Арта, и он сам не мог понять, почему настаивает на продолжении игры. Пригласив Клэр на ужин к Джулии, он хотел просто вывести ее в свет и добиться, чтобы ей было приятно и комфортно.

«Этой девушке нужно время, чтобы оправиться морально и физически», припомнились ему слова Иви. Он полностью разделял эту точку зрения, ведь Клэр не только побывала в коме, она потеряла любимого человека...

Арта внезапно охватил приступ раздражения. Сегодня вечером ему приходилось не раз перехватывать устремленные на Клэр восхищенные взгляды мужчин. А ведь считалось, что это моя девушка, думал он. Так что же было бы, узнай все эти жеребцы, что она свободна?

Он сообразил, что с силой сжал рулевое колесо, и, заставляя себя расслабиться, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов.

— Кстати, Клэр, я должен перед тобой извиниться, — произнес Арт. — Мне надо было посоветоваться с тобой, Прежде чем принимать приглашения друзей. Может, ты собиралась съездить на праздники домой?

Коттедж Иви с Дебби и котятами уже стал настолько родным для Клэр, что прошло несколько секунд, прежде чем она сообразила, что он имеет в виду Штаты.

— О нет, — поспешно отозвалась она, — я же не могу бросить кошек. поспешно отозвалась она, — я Арт мог бы предложить ей оставить животных в своей клинике, но почему-то не сделал этого. Он произнес:

— Тогда почему бы нам не провести рождественский вечер вместе?

Клэр сразу вспомнила, что Арт почти весь вечер не отходил от нее, в отличие от других мужчин, постоянно курсировавших из угла в угол, а его рука обнимала ее талию не по-хозяйски, а словно защищая. Похоже, он просто жалеет ее.

— Ты же сам говорил, что будешь очень занят, — суховато отозвалась она. — А я мечтала хоть раз в жизни провести Рождество в одиночестве.

— У меня дома тебе будет тихо и спокойно, — заметил Арт.

— Но разве ты не поедешь к родным? Он задумался. Сказать ли Клэр, что его родители приедут на Рождество? Когда в последний раз он заезжал к ним в Оксфорд, они все вместе обсудили предстоящие праздники, и мать настояла, чтобы хоть раз в жизни он провел праздники, как все нормальные люди. Арту ничего не оставалось, как пригласить их к себе. Но если сказать об этом Клэр, она еще, чего доброго, решит, что будет непрошеной гостьей...

— Я ни к кому не поеду, — коротко ответил он, — и буду дома. Разве что какой-нибудь пациент объявится... Им ведь все равно, Рождество или нет. Хотя Джимми и Роб будут на подхвате, так что вряд ли мне придется много работать. Если хочешь, можешь взять Дебби и котят с собой. Мои псы уже давно привыкли ко всему, что ползает, передвигается на четырех лапах, летает и порхает, так что они твоих питомцев не тронут.

— Спасибо, но я не думаю... — начала она.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты приехала, Клэр, — очень спокойно, но настойчиво произнес Арт.

Глаза их встретились, и щеки девушки залились краской. Она судорожно вздохнула и сдалась.

— Хорошо, если ты уверен, что я тебе не помешаю.

Уверен?! Арт начинал чувствовать, что уже ни в чем не уверен, и ему это не нравилось. Совсем не нравилось.

Уезжая, Клэр не выключила свет в коттедже, и его теплый отблеск сквозь опущенные шторы приветливо встретил их, когда Арт подкатил к дому и поставил машину рядом с «остином».

— Хочешь кофе?

Она всю дорогу раздумывала, предлагать это или не предлагать.

— Нет, спасибо, как-нибудь в другой раз, — ровным тоном ответил Арт, — но на всякий случай, прежде чем уехать, я хотел бы удостовериться, что тут все в порядке.

— В порядке? — Почему-то его отказ страшно задел Клэр, и к тому же не понравился тон Арта. Из-за этого ее ответ прозвучал неожиданно резко, почти грубо:

— С какой стати у меня что-то может быть не в порядке? Нас же не было всего несколько часов.

— Ну, не знаю, — пожал плечами Арт. — Вдруг Пуфф куда-нибудь забрался или еще что-то произошло...

— Мне не нужны няньки, Арт.

— И все же я провожу тебя до двери. — Его тон был резким, не допускающим возражений. — Я бы поступил так с любой женщиной, которую пригласил куда-нибудь, так что не надо столь болезненно реагировать.

— Я вовсе не болезненно реагирую, — взвилась Клэр, но Арт уже выбирался из машины.

Не обращая внимания на ее протесты, он вышел, обогнул автомобиль и молча распахнул перед ней дверцу. Лицо его было замкнутым и холодным.

— Это не болезненная реакция, — решительно повторила Клэр. — Фрэнсис часто уезжал по делам, и я привыкла оставаться одна надолго, так что вовсе не боюсь приходить в пустой дом.

— Хорошо.

Голос Арта звучал бесстрастно, на лице ничего нельзя было прочесть, и Клэр посмотрела на него со смешанным чувством раздражения и негодования. Почему она позволила этому человеку влезть к себе в душу? Зачем согласилась сопровождать его, а тем более — провести вместе Рождество? Она сердито поджала губы.

Арт взял Клэр под руку, и она с трудом удержалась, чтобы не оттолкнуть его. Его слова глубоко задели девушку, и она не хотела давать ему повод еще раз обвинить ее в неуравновешенности.

Как только дверь была открыта, он быстро прошелся по комнате и вернулся к порогу, где стояла Клэр, положив руки на бедра.

— Ну что, никаких маньяков с топорами под кроватью нет и псих не прячется в ванной? — с иронией поинтересовалась она.

Арт прислонился спиной к двери и, сложив руки на груди, устремил на нее пристальный взгляд из-под густых темных бровей:

— Ты не доверяешь людям и не хочешь, чтобы о тебе заботились, да? — мягко произнес он. — Почему?

— Что?! — Спокойствия Клэр как не бывало.

— Или ты не доверяешь только мне? Дебби, предательница несчастная, уже, урча, вилась вьюном у ног Арта. Клэр быстро наклонилась и подхватила кошку на руки, чтобы дать себе время подумать, но так и не смогла сосредоточиться.

— Не понимаю, о чем ты, — выдавила она после долгой паузы.

— Ты все время держишься начеку, готовая к обороне, — с обескураживающей прямотой заявил Арт. — Я знаю, что ты прошла через ад, но ведь дело не только в этом, так?

— Может быть. — Клэр гордо взглянула ему прямо в глаза. — Но это мое дело, так же как твой неудавшийся брак касается только тебя.

Арт сменил позу, но лицо его по-прежнему осталось непроницаемым.

— Что ж, поделом мне, — тихо произнес он. — Хотя я не припомню, чтобы называл свой брак неудачным.

— Ты сказал, что был женат. А теперь у тебя нет жены. Так что еще можно было предположить? — холодно парировала Клэр.

— Она умерла вместе с моим маленьким сыном.

— Ох, Арт! — Девушка готова была провалиться сквозь землю. Она лихорадочно искала, что бы такое сказать, чтобы исправить свою ошибку. — Извини, пожалуйста.

Он равнодушно пожал плечами, но этот жест не вязался с болью, отразившейся на его лице.

— Так уж вышло. Видимо, этот брак не был заключен на небесах, — натянуто произнес Арт, и сразу стало ясно, какого труда ему стоит скрывать свои чувства. — Но это уже другая история.

— Мне не следовало... Мне так неловко, правда, — запинаясь, пробормотала Клэр.

Кровь, прихлынувшая к ее лицу, снова отлила, и оно стало белее мела.

— Ничего, — спокойно ответил Арт, но она продолжала испуганно смотреть на него. Тогда он забрал у нее Дебби, спустил кошку на пол, а потом взял обе руки девушки в свои. — Это случилось три года назад. Как-нибудь я все тебе расскажу. Но не сегодня. Хорошо?

Клэр медленно кивнула, с трудом удерживаясь от слез. Его сын. Маленький ребенок... Как можно пережить такое?

— Перестань, тебе незачем посыпать голову пеплом, — негромко прибавил Арт.

Но девушка не могла справиться с охватившими ее чувствами. Никогда еще она не была так сбита с толку.

Он испустил легкий вдох и взял ее за подбородок, собираясь поцеловать на прощание. Но стоило ему прикоснуться к ее губам, как все изменилось. Она была такой теплой и чувственной, что Арта охватил жар. Его пальцы сами собой вплелись в волосы Клэр, а руки с силой прижали ее к груди.

Пламя, охватившее их, было полной неожиданностью для обоих, однако вызвало к жизни ощущения, которые повлекли за собой целую бурю эмоций. Арт жадным поцелуем впился в губы Клэр, а они покорно раскрылись ему навстречу. Девушка испытывала странные ощущения: мощное мужское тело, его запах, прикосновения, казалось, зажгли в ней пожар, а Арт прижимал ее к себе все крепче и крепче... Она внезапно осознала, что отдается его поцелую с такой бездумной страстью, на какую никогда не была способна. Его бедра словно слились с ее телом, руки скользили по спине... Она тихо застонала, и желание затопило ее горячей мутной волной.

Его язык исследовал все потайные уголки ее рта, и в ней неумолимо поднималось какое-то темное, незнакомое, первобытное чувство. Никогда в жизни Клэр еще не ощущала себя настолько живой, и это одновременно возбуждало и пугало ее. Все это не шло ни в какое сравнение с тем, что испытывала она с Брентом. Казалось, она лишилась воли, и ее тело само по себе стремится слиться с мужским.

Клэр вся дрожала, сердце ее колотилось в груди так часто и громко, что ей казалось, Арт тоже слышит это.

Он опомнился первым и резко отстранился. Его руки, гладившие ее спину, безжизненно повисли вдоль тела. Клэр недоуменно открыла глаза, все еще охваченная волной незнакомых ощущений, в которых мир взрывался и рассыпался на мириады разноцветных частиц. Арт встретил ее взгляд, и на его лице, только что искаженном желанием, появилось бесстрастное выражение.

— Что-то мы с тобой забылись, — глухо произнес он. — Это, наверное, из-за вина, да и час уже поздний. Мне, пожалуй, пора.

Клэр тупо смотрела на него, не в силах говорить. Наверное, следовало обратить все это в шутку, но она словно онемела.

— Я позвоню тебе насчет вечера у Джеффа и Линн на следующей неделе, хорошо? — немного помолчав, спросил он.

— Хорошо, — еле слышно отозвалась она.

Арт коротко кивнул, вышел, даже не попрощавшись, и зашагал к машине.

Клэр поспешно захлопнула дверь и, закрыв глаза, прислонилась к ней с бешено бьющимся сердцем. Она все еще не могла постичь того, что только что произошло.

Дура, трижды дура! Эти слова громом отдавались в ее мозгу. Ты вела себя, как круглая дура, и даже хуже. Сначала ты с пафосом произносила прекрасные слова о том, что вы должны оставаться друзьями и держаться на расстоянии вытянутой руки, а потом набросилась на Арта!

Клэр открыла глаза и встретила изумрудный взгляд Дебби, которая уже снова лежала в корзинке рядом со своими отпрысками.

Видишь, что творит страсть? — казалось, говорил взгляд кошки. Сейчас возлюбленный здесь, с тобой, а завтра исчезнет без следа.

Клэр поплелась в кухню. Вскипятив воду, она дрожащими пальцами налила себе кружку крепкого кофе. Никогда еще ей не приходилось испытывать такого унижения, даже в тот жуткий момент, когда Брент признался в том, что использовал ее.

Но Арт с первого же дня знакомства был с ней предельно откровенен. Он ясно дал понять, что меньше всего на свете ему нужны романтические отношения, а тем более — какие-то обязательства. И что же она сделала? Чуть не пригласила его в постель! Ведь это он сумел остановиться и уйти, а не она...

Клэр залпом выпила кофе, налила себе еще чашку и свернулась калачиком на толстом ковре рядом с корзинкой, поглаживая урчащую от удовольствия Дебби и наблюдая за умилительными мордочками дремлющих котят.

Через некоторое время ей стало немного легче. В конце концов, мы всего-навсего поцеловались, сказала себе девушка. Да, конечно, Арт хотел меня, и мы оба едва не потеряли рассудок, но все-таки ограничились поцелуем. Да, я ощущала его тело так, словно оно было нагим, но ведь на самом деле мы были одеты...

И все же вкус его губ, запах одеколона, прикосновения запечатлелись в памяти Клэр так отчетливо, что, казалось, она больше никогда не станет прежней.

Наверное, мне стоит принять ванну и выспаться, чтобы прийти в себя, решила девушка.

Она поднялась наверх и включила горячую воду, щедро плеснув в ванну безумно дорогой пены, которую хранила для особых случаев. Потом девушка поспешно разделась, забросив черное платье и белье в угол спальни, и, пробежав нагишом в ванную, погрузилась в теплую воду на добрые полчаса.

Клэр долго ворочалась в постели, а когда, вконец измученная, погрузилась в сон, то и дело просыпалась. Яркие бессвязные сны, в которых она гналась за кем-то по длинным запутанным коридорам, терзали ее до тех пор, пока за окном не забрезжили первые розоватые лучи зари.

Она прошлепала босиком вниз, выпила стакан воды и вернулась в постель. И только тогда провалилась в глубокий сон.

Глава 5

Клэр пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы говорить сдержанно и спокойно, когда Арт позвонил ей на следующий день.

После одиннадцати ей все же удалось выползти из кровати. Она тщательно привела себя в порядок, облачилась в джинсы и толстый свитер, стянула волосы в хвост и отправилась за воскресными газетами.

Вернувшись домой и разведя огонь в камине, девушка устроилась на диване с газетой и чашкой кофе, а потом приготовила себе легкий ланч из омлета с сыром и холодного мяса. Дебби пристроилась рядом на диване и время от времени угощалась из рук хозяйки домашней ветчиной и цыпленком. Незадолго до этого Клэр купила котятам пушистую заводную мышку, и теперь Пуфф и его сестрички затеяли с ней веселую возню. Это было зрелище, способное на целый день заменить телевизор.

Миновало время чая. Клэр упорно отказывалась даже смотреть в сторону телефона, но, когда в восемь часов вечера он затрещал, ее сердце заколотилось где-то в горле и она поняла, что весь день ждала звонка. Разумеется, это мог быть и не Арт. Он, правда, сказал, что позвонит, но не уточнил когда.

— Привет, Клэр. — Его низкий глубокий голос звучал спокойно и дружелюбно.

— Привет, Арт. — Клэр с трудом подавила желание истерически захихикать — настолько невозмутимо прозвучал ее голос, хотя она всю ночь с ума сходила из-за этого мужчины. Крепче стиснув в руке трубку, она сдержанно произнесла:

— Еще раз спасибо за чудный вечер. Я была рада познакомиться с твоими друзьями.

— Я тоже рад, что это произошло. Ох, как мы любезны! Впрочем, это лучше, чем выяснять отношения, урезонила себя Клэр, — Через полчаса я встречаюсь с друзьями в «Гербе всадника», — непринужденно продолжал Арт. — Может, у тебя найдется время к нам присоединиться? Я мог бы за тобой заехать.

Клэр отодвинула трубку от уха и несколько секунд тупо смотрела на нее. Итак, вчерашний вечер для него ничего не значит! Она весь день нервничала, не в силах даже заняться картиной, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей об Арте, а ему хоть бы что! Девушка уже не знала, плакать или смеяться, но все же сумела взять себя в руки и вполне спокойно произнести:

— Это было бы здорово, но я сейчас занята. Может, как-нибудь в другой раз?

— Конечно. Я всю неделю буду работать на вызовах, так что вряд ли сумею тебе позвонить. А как насчет вечеринки у Джеффа в субботу? Я заскочу за тобой около восьми, хорошо?

— Да, конечно, — бодро отозвалась Клэр. — Я буду готова к этому времени. До свидания, Арт.

Последовала короткая пауза, потом он сказал:

— До свидания, Клэр.

Опустив трубку на рычаг, девушка тяжело вздохнула. Бесчувственный истукан! Он, безусловно, переживал гибель жены и сына, но в том, что касается ее, Клэр, был совершенно равнодушен. Его вчерашний поцелуй стал самым волнующим событием в ее жизни, а ему на это совершенно наплевать... во всяком случае, эмоционально. Физически-то он, конечно, завелся, с долей горького удовлетворения размышляла Клэр. Впрочем, остановился первым... Она раздраженно покачала головой.

Все, хватит! Больше я не потрачу ни минуты на переживания из-за Арта Рэндалла. Он сам установил правила игры, и теперь я буду следить за тем, чтобы они строго соблюдались. Я ни за что больше не поставлю себя в дурацкое положение! Пусть сопровождает меня на вечеринки, пусть будет другом, но любовником — нет уж, увольте!

В течение последующих трех недель стало ясно, что Арт и сам не собирается отступать от роли платонического влюбленного.

Когда они сходили на вечеринку к Джеффу и Линн, где Клэр отлично повеселилась, он привез свою спутницу домой, бегло обследовал коттедж и тут же уехал, дружески чмокнув ее в щеку на прощание.

На следующий день Клэр присоединилась к нему в «Гербе всадника», на этот раз приняв приглашение, однако настояла на том, что приедет на своей машине прямо в трактир.

При посторонних Арт безупречно разыгрывал роль галантного кавалера, однако, когда они вышли из старомодного кабачка на стоянку, всего лишь коснулся губами ее лба и помахал рукой на прощание.

Так же он повел себя и после праздничного обеда за день до Рождества, на который их пригласила Люси, помощница Арта. Вместе с Джимми, его девушкой и низеньким дородным мужем хозяйки их было шестеро за столом.

Каждый раз, когда их с Артом куда-то приглашали, Клэр с удовольствием развлекалась, но потом, оказавшись дома наедине с Дебби и котятами, полночи беспокойно шагала из угла в угол, сама не понимая почему.

Может, всему виной напряжение, ведь мне постоянно приходится притворяться? Этот вопрос Клэр задала себе утром накануне Рождества, проснувшись поздно и обнаружив, что ей совсем не хочется покидать теплую постель.

Так оно и есть, решила она, снова свернувшись калачиком под одеялом, чтобы поваляться еще несколько минут. Правда, актриса из меня никудышная, да и играла на сцене я в последний раз, когда мне было лет пять, не больше...

Тогда Клэр должна была изображать Марию в рождественской мистерии, но при виде моря улыбающихся лиц в зрительном зале начальной школы застыла как вкопанная и оставила беднягу Иосифа в одиночку добираться до Вифлеема. Однако сейчас дело было не только в том, что она боялась испортить представление. Все дело было в нем, в Арте Рэндалле.

Если бы он был не таким красавцем и прекрасным собеседником или просто самовлюбленным самцом, она бы легко справилась со своей ролью. Но при каждом прикосновении Арта Клэр сжималась, а в качестве его девушки ей приходилось часто испытывать эти ощущения. Мгновенно вспоминая, как ей было хорошо в его объятиях, она снова ощущала вкус жарких губ...

Девушка резко села на постели и сердито отбросила с лица волосы. Накануне вечером у Люси они с Артом сидели на небольшой двухместной софе, и его бедро было плотно прижато к ее бедру, а рука небрежно лежала на ее спине. Эта близость становилась уже просто невыносимой, и Клэр твердо решила, что после Рождества скажет ему, что сделка отменяется.

Она обхватила руками колени, и ее ярко-синие глаза сузились. Может, и есть на свете женщины, способные держаться с этим мужчиной на дружеской ноге, что весьма сомнительно, но она явно не из их числа. Когда он рядом, ее обуревает море эмоций, и она просто сама себя не узнает — становится то неловкой, смущенной школьницей, то возбужденной, откровенно похотливой самкой. Эти ощущения были так противоречивы! С Брентом не происходило ничего подобного. С ним ей было комфортно. Он не затрагивал в ее душе глубинных струн, как это делал Арт...

Клэр на мгновение оторвалась от размышлений, и ее сердце судорожно сжалось. Казалось, разум внушает ей нечто такое, о чем сердце не желает знать. Нахмурившись, девушка отогнала непрошеные мысли.

Различие между этими двумя мужчинами заключалось в том, что Брент был ее женихом, тогда как Арт... Она и сама толком не знала, кто он ей. Любовник? Нет, он сам этого не захотел. Приятель? Да, конечно. Друг? Да нет, что бы там Арт ни говорил, она не могла видеть в нем друга, ведь друзья не лишают человека сна и не доводят до помешательства.

— Ну, хватит, Клэр Адаме! — вслух произнесла девушка и тут же покачала головой: вот оно, еще одно свидетельство помешательства — я уже разговариваю сама с собой. Да, после Рождества следует покончить с этим дурацким фарсом. Арт очень умный человек и наверняка сам понимает, что игра слишком затянулась. Однако я ничего не буду говорить ему до конца праздников. В конце концов, я его должница и не имею права портить ему Рождество.

Весь день Клэр работала. Она закончила картину, которой так восхищался Арт, и решила написать серию зимних пейзажей, которые можно будет продать либо в коллекции, либо по одному.

В коттедже было тепло и уютно, в камине играл огонь, отбрасывая на стены красно-золотые блики, у ее ног резвились котята, а когда она выходила в сарай за углем и дровами, в воздухе пахло снегом.

Однако выглянув из окна около четырех часов дня, когда уже стали сгущаться сумерки, Клэр увидела, что небо нахмурилось и словно опустилось под тяжестью туч. Похоже, сбывались прогнозы о том, что на Рождество будет снегопад.

Как только в свинцовом воздухе появились первые снежинки, на улице раздался шум двигателя, и на дорожке перед домом появился «лендровер» Арта. Клэр удивилась — они договорились, что он заберет ее и кошек на следующий день в десять часов утра. Может, он приехал сообщить, что праздник отменяется?

Она решительно отмела разочарование, которое ощутила при этой мысли, и направилась к двери встречать гостя.

— Привет.

В черных джинсах и короткой, до талии, черной кожаной куртке Арт казался особенно мужественным, и ей едва удалось выдавить из себя ответное приветствие. Впрочем, она быстро взяла себя в руки:

— Я, кажется, догадалась. Какая-нибудь лошадь или собака решила, что завтра ты им нужен больше, чем мне? — Ей даже удалось ослепительно улыбнуться.

Арт ответил такой теплой и обаятельной улыбкой, что Клэр снова пришла в смятение.

— Вовсе нет. Можно войти?

— Да-да, конечно, — поспешно сказала она. — Я как раз собиралась варить кофе. Хочешь чашечку?

— Разве может утопающий отказаться от спасительной соломинки?

— Вот, угощайся.

Арт устроился на высоком стуле, и Клэр протянула ему через стойку жестяную коробку с шоколадным печеньем. Поставив чайник и засыпав в фарфоровые кружки кофе, она снова повернулась к нему.

— Тяжелый день?

— Скорее, долгий, — поморщился Арт. — Меня вызвали на ферму Брэндона к огромному четырехлетнему гнедому жеребцу в два часа ночи, и с тех пор я так и не ложился. Этот конь — настоящий красавец, но, как и все породистые животные, с большими причудами. Одна из них — стойкая неприязнь к иглам.

— А тебе надо было?..

— Сделать ему укол. Он умудрился порвать себе плечо, зацепившись за отставшую панель стойла. Брэндон в это время был на какой-то вечеринке в гольф-клубе и на лошадь пошел взглянуть только перед сном. К тому времени он уже прилично нагрузился и в этом одурманенном состоянии решил, что жеребец не может подождать до утра, поэтому вызвал меня. А потом, когда я все сделал, в благодарность угостил меня старым выдержанным виски. Мы уселись перед очагом и стали болтать о том о сем, а поскольку его жена встает рано и готовит очень обильный завтрак...

— Несколько часов сна были бы полезнее, — укоризненно заметила Клэр.

— Понимаешь, я терпеть не могу возвращаться в свою холодную постель под утро, будничным тоном пояснил Арт, небрежно сбрасывая кожаную куртку, и с аппетитом откусил кусочек печенья.

Ну, еще бы! Наверное, это напоминает ему о покойной жене, которая ждала его в постели. Клэр внезапно ощутила новый острый укол боли и произнесла довольно резко:

— Это просто визит вежливости, или ты хотел о чем-то поговорить?

— И то, и другое.

Ну вот, с Артом всегда так! Чего еще она ждала? Клэр дождалась, пока он доест печенье, и спросила:

— Так в чем же дело?

— Ты слышала прогноз? — Он кивнул в сторону окна, где снег уже застлал все густой белой пеленой.

— Да, и что?

— Говорят, будет метель, вот я и подумал... -Арт замолчал и сделал большой глоток кофе. -Я подумал, что проще будет, если ты приедешь ко мне сегодня и погостишь пару дней. Дорога сюда и в лучшие времена не слишком хороша, а после снегопада станет просто непроходимой.

— Погостить? — Клэр тупо уставилась на него. — У тебя?

— Нет, у сельского почтальона, — съязвил он. — Естественно, у меня. У кого же еще?

— Нет, Арт, я не могу. Люди решат...

— Что?! — Его глаза грозно сверкнули. — Что они подумают?

— Ну... что мы с тобой спим, — смущенно пробормотала девушка.

— И что же в этом ужасного? — негромко отозвался он. — Не забывай, все считают, что у нас близкие отношения.

Ну, все, с меня довольно! — возмутилась Клэр. Это переходит уже все границы.

— Но ведь это не так, не правда ли? — огрызнулась она. — И, уж не сочти меня старомодной, я не хочу, чтобы моя репутация... была запятнана.

— Запятнана? — Арт смотрел на нее, как на ненормальную. — О чем это ты, Клэр? В наше время на это всем наплевать.

— А мне — нет. — Она, побледнев, продолжала прямо смотреть в его раздраженное лицо. -Мне не наплевать, Арт.

— Ушам своим не верю! — возмущенно воскликнул он. — Ты еще скажи, что дурно заниматься сексом до брака! — И, увидев выражение лица Клэр, ахнул:

— Господи, да ты и впрямь так считаешь!

В попытке скрыть охватившие ее смущение и боль, Клэр гневно бросила:

— А вот это тебя не касается!

— Я не согласен.

— Замечательно!

— Но послушай, Клэр...

И тут девушка поняла, что больше не может молчать: выражение снисходительности на красивом лице Арта привело ее в бешенство.

— Ты не знаешь, как это бывает! — свирепо выкрикнула она. — А мне пришлось всю жизнь страдать от последствий аморального образа жизни.

— Аморального? — Арт напрягся, и его глаза потемнели. — Я не говорил об аморальности, так что незачем так распаляться.

— Это уж как посмотреть, — яростно прошипела Клэр. — Моя бабка каждый месяц меняла любовников, прежде чем вышла замуж за деда. Они прожили вместе совсем недолго, пока она, забеременев от его лучшего друга, не сбежала с этим парнем. Тот через пару месяцев бросил ее, и после этого в доме появлялся любой мужчина в любое время. Когда родился Фрэнсис, она даже не знала, кто его отец, и, как мне кажется, ей было на это глубоко наплевать. А мою мать, когда ей было четырнадцать, изнасиловал какой-то пьяный мерзавец, которого бабка притащила в дом. Мама умерла через девять месяцев, производя меня на свет.

— Клэр, перестань. — Арт был потрясен, но не столько ее откровениями, сколько мукой, отразившейся на лице.

— В городе наше имя стало притчей во языках. — Клэр понимала, что пора остановиться, но теперь никакая сила на земле не могла заставить ее замолчать. — Я всегда была для земляков внучкой шлюхи Адаме, даже после того, как Фрэнсис заработал свой первый миллион и мы переехали в дом, о котором ребенком, живя в грязи и мерзости, он мог только мечтать. Только повесь на человека ярлык, и милосерднее будет удавить его — вот что я поняла раз и навсегда.

— Не все люди таковы, Клэр, — осторожно заметил Арт.

— Когда одноклассник, назначив мне свидание, в полной уверенности, что я такая же, как моя бабка, стал лапать меня на заднем сиденье своей машины, я решила, что ни одному мужчине не позволю так со мной обращаться, — свирепо продолжала Клэр. — Он разозлился, когда я отказала ему, и стал говорить жуткие гадости о моей маме. Никто не верил, что ее изнасиловали, и все говорили, что она сама на это напросилась, потому что была дочерью шлюхи.

— Но ведь твой жених был другим, — мягко вставил Арт. Ему хотелось подойти к Клэр, обнять ее и утешить, но он понимал, что сейчас не время прикасаться к ней. Кроме того, ему было невыносимо больно оттого, что кто-то посмел ее обидеть.

— Жених? — В голосе Клар прозвучала такая горечь, что Арт содрогнулся. — О, Брент был

просто душкой. Он не сделал ни одного неверного шага, — ядовито продолжала она. — Говорил, что уважает меня, мечтает холить и лелеять, возьмет в жены... Вот только на самом деле ему нужен был пропуск в безбедную жизнь! Фрэнсис не собирался жениться, пока не встретил Иви, а Брент знал, что богатый дядюшка считает меня своей дочерью, и рассчитывал, что в один прекрасный день все достанется мне.

Она сделала паузу, чтобы отдышаться, и добавила:

— При этом он не понимал, почему должен хранить мне верность, и резвился вовсю, пока не доигрался, — одна женщина забеременела от него. Это-то он и сообщил мне в день аварии. Именно из-за того, что мы ссорились, он слишком поздно заметил грузовик, перегородивший дорогу, а когда попытался увернуться... Остальное тебе известно.

Арт выругался — тихо, но с таким чувством, что это вывело Клэр из состояния, близкого к истерике, и она замолчала.

— Мне очень жаль, Клэр. — В низком голосе Арта звучало искреннее сочувствие. — Мне жаль, что ты встретила такого подонка, когда была еще слишком молода, чтобы распознать его сущность, и он разбил тебе сердце. Но не позволяй ему сломить тебя навсегда.

— Я и не собираюсь.

Нижняя губа Клэр дрожала, но она дала себе слово, что не заплачет, и посмотрела Арту прямо в лицо. Ей трудно было поверить, что она выложила ему то, о чем поклялась никогда никому не рассказывать. Теперь, когда приступ боли и горечи миновал, она готова отдать что угодно, лишь бы взять свои слова обратно, ведь Арт ясно дал понять, что она для него будет только другом, а она открыла ему душу. Боже, какое унижение!

— Послушай, Клэр, мне, наверное, следовало сказать тебе об этом сразу, но я как-то не подумал... Приехали мои родители, — сказал Арт.

Ты назвал Брента, мерзавцем, но, строго говоря, и сам сейчас поступил ничуть не лучше, подумал он. Почему ты сразу не сказал ей, что вы будете не одни? — мрачно спрашивал он себя, уже зная ответ.

Его разозлили не моральные принципы Клэр, с которых начался этот разговор, вызвавший страстную исповедь, а ее нежелание приехать к нему на несколько дней. Это была просто гордость, глупое мужское самолюбие, с отвращением сказал он себе, а в результате девушка чуть не сломалась. Но откуда же мне было знать, что у нее в душе накопилось столько обид?

— Твои родители? — Клэр была поражена. — Ты хочешь сказать, что они приехали к тебе в гости?

— Всего на пару дней. — Никогда еще Арт не чувствовал себя таким подлецом.

— Но... — Девушка уже ничего не понимала. — Ты знал, что они приедут? — дрожащим голосом спросила она.

Он что, совсем с ума сошел? — запаниковала Клэр. Что мне теперь делать? Я только что выставила себя полной дурой, рассказав ему о себе все, включая и то, что я девственница, и после этого он предлагает познакомить меня со своими родителями?!

— Да, я знал, что они приедут.

— Это выяснилось в последнюю минуту? — со слабой надеждой в голосе уточнила она.

— Нет, это было решено уже давно, но я боялся, что, узнав об их приезде, ты откажешься приехать. А мне не хотелось, чтобы ты была одна на Рождество.

Фрэнсис и Иви! — вдруг осенило Клэр, и ее охватил приступ слепой ярости, по сравнению с которой недавняя вспышка была просто легким всплеском дурного настроения. Это они заставили его возиться со мной! Все проблемы только из-за этого!

Она резко выпрямилась и, подойдя к Арту, встала прямо перед ним.

— Я не стану проводить с тобой Рождество, даже если ты будешь последним человеком, оставшимся на земле, — с горечью сказала девушка. Пусть оставит свою жалость при себе — ей она не нужна.

Глаза Арта сузились, и он сделал шаг вперед, так что они оказались лицом к лицу.

— И все же ты поедешь со мной, — твердо произнес он.

— Никогда!

— Ты ведешь себя, как ребенок, — с укоризной сказал Арт.

Увидев, как яростно сверкнули синие глаза Клэр, он сразу понял, что взял неверный тон, однако когда она наградила его звонкой пощечиной, оторопел.

— Убирайся! — Девушка Побелела как полотно. — Немедленно! — И она разразилась рыданиями.

Клэр и сама не заметила, как оказалась у Арта на коленях, обильно орошая его рубашку слезами. Она была настолько потрясена всей этой сценой и тем, что у нее хватило дерзости ударить его, что теперь ей было все безразлично. Однако через несколько минут, когда рыдания немного ослабли, девушка остро ощутила твердые мускулы под тонким шелком рубашки и услышала тихий успокаивающий голос Арта. От него исходил тот же тонкий аромат лосьона, что и в прошлый раз, и этот запах был неотразимо притягателен. Охватившие Клэр чувства были очень далеки от дружеских. В них было что-то плотское и первобытное. Она тяжело сглотнула, заставляя себя успокоиться, и прошептала, не смея поднять глаз от пятна, расплывавшегося на груди Арта.

— Я тебе всю рубашку намочила...

— Ничего, высохнет.

Его голос звучал глухо, и он не сделал попытки остановить Клэр, когда она поднялась с его колен. В эту минуту его тоже одолевали полузабытые ощущения, причем очень сильные — и эмоционально, и физически. Он хотел эту женщину. Хотел так, как никогда и никого, включая даже покойную жену, Мэделин. Та сама упала ему в руки, как спелый персик, и он, грешным делом, этого ждал, ибо еще подростком выяснил, что особы противоположного пола готовы прыгнуть к нему в постель по первому зову.

Однако никогда еще ему не приходилось желать, чтобы женщина покорилась ему, а с Клэр он ждал этого с первой же их встречи. Он отгонял эти мысли, твердя себе, что им надо лучше узнать друг друга, но на самом деле все время мечтал о близости с Клэр. Ему хотелось уложить ее в постель, но она была племянницей Иви, и Арт убедил себя, что, оправившись после травмы, эта девушка станет такой же, как и все остальные. Каким же он был дураком!

Он проводил Клэр взглядом, пока та шла к лестнице, бормоча что-то насчет того, что ей надо умыться. Потом она поднялась наверх, и Арт остался один. После того, что Клэр рассказала, он понимал, что не может просто переспать с ней, зная, что через несколько месяцев они расстанутся. Пережитое в детстве и юности сделало девушку слишком ранимой, а еще один печальный опыт она может просто не выдержать.

Арт встал с кресла. Аромат ее кожи, легкое прикосновение шелковистых волос — все это привело его в неимоверное возбуждение, и он чувствовал необходимость остыть. Пока он шел к двери, Дебби вилась у его ног. Наклонившись, Арт машинально погладил кошку и Пуффа, который тут же устремился вслед за мамашей, а затем открыл дверь и вышел наружу — в белую, снежную, вкрадчиво-пушистую ночь.

Снег падал густой стеной, и земля уже превратилась в мягкий сверкающий ковер. Стоя на крыльце, Арт жадно вдохнул чистый морозный воздух, а потом направился к машине и достал оттуда контейнеры для кошек, которые предусмотрительно захватил с собой.

Как только он вошел в коттедж, раздался телефонный звонок. Клэр была по-прежнему наверху, и Арт, бросив контейнеры у двери, подошел к телефону и снял трубку. На другом конце линии на мгновение воцарилось молчание, а потом женский голос неуверенно произнес:

— Арт, это ты?

— Да, Иви, — узнал собеседницу он.

— Слава Богу! Я так рада, что Клэр будет не одна на Рождество. Передай ей, пожалуйста, трубку.

— Она пудрит носик, — коротко отозвался Арт. — Послушай, я пригласил ее к себе на пару дней. Обещают метель, а поскольку у меня гостят родители, я подумал, что вчетвером мы составим неплохую компанию. Но Клэр не хочет ехать, так что постарайся убедить ее, ладно?

Это очередная мелкая уловка, мысленно признал Арт, но сейчас его устраивала любая помощь, какую только можно получить.

— Да, да, конечно, — поспешно откликнулась Иви. Последовала небольшая пауза, а потом она осторожно спросила:

— Надеюсь, у вас все в порядке?

Знала бы она!..

— Да, все просто замечательно, — бодро солгал он. — По-моему, Клэр идет, сейчас я ее позову.

Девушка стояла на лестнице, лицо ее было чисто вымыто и сияло свежестью. Он вспомнил свои ощущения, когда она сидела у него на коленях, и отрезвляющее действие холодного ночного воздуха тут же пошло насмарку.

— Это Иви, — ровным тоном произнес Арт, кивая в сторону телефона. — Я сказал ей, что пригласил тебя на Рождество. Она очень обрадовалась, что ты будешь не одна, так что лучше ничего не говори о нашей размолвке.

— Но... — попыталась возразить Клэр.

— Не забывай — она ждет ребенка, — негромко напомнил он.

— Это называется «эмоциональный шантаж», — тихо фыркнула Клэр. У нее на языке вертелось колкое замечание, но, увидев на бронзовой щеке Арта отпечаток своей ладони, она прикусила язык. Она впервые в жизни дала мужчине пощечину и не ожидала, что та получится такой сильной.

К концу разговора с Иви Клэр уже смирилась с перспективой празднования Рождества в доме Арта. Та была так счастлива услышать об этом, что у девушки просто не повернулся язык огорчить ее.

— Теперь у нас с Фрэнсисом будет легче на душе, — щебетала Иви, — ведь мы волновались за тебя. Это замечательно, что Арт пригласил тебя на рождественский обед, и, раз погода плохая, будет лучше, если ты погостишь у него пару дней.

Потом трубку взял Фрэнсис, и при звуке его голоса Клэр почувствовала, как у нее в горле застрял комок. После недолгой беседы с племянницей он попросил к телефону Арта. Их разговор был кратким и со стороны Арта преимущественно односложным.

— Что он сказал? — нерешительно поинтересовалась Клэр, когда тот повесил трубку. Пока длился разговор, она твердила себе, что ни за что не станет расспрашивать подробности, но все-таки не удержалась.

— Проявил о тебе отеческую заботу, осведомившись о моих намерениях, — коротко ответил Арт, слегка приподняв темную бровь.

— Но Фрэнсис мне не отец!

Клэр надоело, что все, кому не лень, суют нос в ее жизнь. Я не ребенок, в конце концов! — возмущенно подумала она, но тут же почувствовала себя именно капризной, избалованной девчонкой, потому что Арт спокойно произнес:

— Он и Иви любят тебя, Клэр. Ты не можешь упрекать их за то, что они заботятся о твоем благополучии.

Еще как могу! — мысленно возразила Клэр.

Если бы не они, ничего бы этого не было. Я взрослая двадцатичетырехлетняя женщина, и нечего было Иви просить своего приятеля разыгрывать роль моего ангела-хранителя.

По-видимому, эти мятежные мысли отразились на ее лице, ибо Арт неодобрительно добавил:

— Ты рискуешь заработать ранние морщины.

— Тебе все равно не придется на них смотреть, так что тебя это не касается, — огрызнулась Клэр.

Тут она заметила кошечьи контейнеры, стоявшие в углу, и лицо ее стало мрачнее тучи, Какой же он все-таки самоуверенный тип!

Арт проследил за ее взглядом, и по тому, как слегка изогнулись его губы, стало ясно, что он снова прочел ее мысли.

— Брось в чемодан кое-что из вещей, собери свой выводок, и поехали, — скомандовал он, видя, как Клэр упрямо вздернула подбородок, готовясь к новой схватке.

— Я же сказала, что никуда не поеду.

— А как же твое обещание Иви?

— Я ей ничего не обещала, — не сдавалась девушка. — Ты сказал, что пригласил меня, и я не стала этого опровергать. Однако Иви и Фрэнсис далеко, так что они не узнают, приняла я это приглашение или нет, если, конечно, ты не проболтаешься. Ты же этого не сделаешь? Ведь Иви ждет ребенка... — ядовито закончила она.

— А как же мои родители? — резко спросил Арт. — Ты хочешь испортить им Рождество? Я обещал, что привезу на праздник свою девушку. Как это будет выглядеть, если я явлюсь один и скажу, что мы поссорились?

— Об этом надо было думать раньше, — буркнула Клэр, однако в ее голосе уже не было прежней уверенности, и Арт немедленно воспользовался этим, стремясь закрепить свое преимущество.

— Клэр, у моей матери чуть не случился нервный срыв, когда погибли моя жена и сын, — спокойно произнес он. — С тех пор... я иногда встречался с девушками, но ни одну из них с родителями не знакомил. Мама была так рада, когда я рассказал ей о тебе...

— Ты... — У Клэр не было слов от возмущения. — Да как ты мог? Ведь прекрасно знал, что мы просто разыгрываем комедию!

— Мне и в голову не приходило, что она может так отреагировать на эту новость, — признался Арт. — Когда произошел несчастный случай, родители скрывали свои переживания — ради меня. И только после того, как я рассказал о тебе, отец, воспользовавшись моментом, когда мы с ним остались наедине, сообщил, что мама обрадовалась, потому что я наконец прихожу в себя... — Его голос оборвался.

— Тебе было очень плохо? — участливо спросила Клэр.

Этот человек потерял самых близких людей, а ты спрашиваешь, было ли ему плохо! — тут же прокляла она себя за банальность.

— Очень, — с трудом выдавил он. — Хуже некуда.

— Прости меня, Арт. — Клэр и впрямь было очень стыдно. — Конечно, я поеду к тебе. Вот только...

— Что? — уточнил он.

— После Рождества, когда твои родители уедут, нам надо будет серьезно поговорить, — заявила она. — Договорились?

— Договорились. — Он улыбнулся неотразимой улыбкой, очень чувственной и при этом совершенно естественной, что стократ усиливало ее притягательность, а потом подошел к Клэр, ласково притянул ее к себе и поцеловал в кончик носа. — После Рождества, — вкрадчиво пообещал он.

— Я серьезно, Арт.

Даже сквозь шерстяной пуловер Клэр ощущала прикосновение его пальцев к своей спине. Их тепло и мягкая настойчивость в голосе были настоящим искушением, грозившим нарушить ее хрупкое душевное равновесие.

— Я тоже, — подозрительно кротко согласился Арт.

Клэр глубоко вздохнула. И как только ока могла быть такой идиоткой? Согласиться на платонические отношения с Артом было просто безумием. Легче заставить себя не дышать.

Она попыталась отстраниться, но он вовсе не собирался ее отпускать.

— Твой Брент, наверное, был не в своем уме, — негромко произнес он, глядя в ее сияющие синие глаза.

— Сам он придерживался иного мнения, — слабым голосом отозвалась Клэр, делая вторую и столь же безуспешную попытку высвободиться из объятий Арта.

Тот припомнил нотки, звучавшие в голосе Фрэнсиса во время их разговора, и подумал, что, если бы Брент не погиб в автокатастрофе, дядюшка Клэр мог бы сидеть в тюрьме за убийство.

— А Фрэнсис и Иви знают о той женщине? — осторожно спросил он.

— Нет. Никто не знает, кроме тебя. Последовала секундная пауза, а затем Арт сказал:

— Я рад, что ты доверилась мне, Клэр.

— Вообще-то я не собиралась об этом рассказывать, — натянуто произнесла она. — И, если хочешь знать, вовсе не уверена, что ты заслуживаешь доверия.

Снова наступило молчание, а потом Арт откинул голову назад и расхохотался — весело, от всей души.

— А ты умеешь сбить с мужчины спесь, — отсмеявшись, заметил он, и в его глазах заплясали озорные искорки.

— По-моему, ты слишком уверен в себе, чтобы на тебя подействовали мои слова, — сурово отозвалась Клэр. — А теперь отпусти меня, пожалуйста.

— Зачем? По-моему, нам и так хорошо, — непринужденно отозвался он.

Вот именно! — мысленно ответила Клэр.

— То, что приятно, не всегда хорошо, — твердо заявила она.

— Это верно. — Черные глаза Арта по-прежнему смеялись. — Но в данном случае...

На этот раз поцелуй его был недолгим и вовсе не таким жадным, как тот, первый, но к тому времени, когда он отпустил Клэр, у нее дрожали колени.

— Все. Собирай вещи, — скомандовал он, — а я пока займусь кошками.

Девушка открыла рот, чтобы напомнить," что они просто друзья и, что бы он там ни наговорил родителям, это не меняет условий сделки, но почему-то передумала. Арт держался так, что любые ее слова показались бы надуманными и она снова выставила бы себя в дурацком свете. Поэтому ей оставалось лишь закусить губу и с притворно-невозмутимым видом отправиться наверх.

Глава 6

Родители Арта понравились Клэр с первого взгляда. Джейн Рэндалл оказалась прелестной миниатюрной женщиной, чьи густые седые волосы резко контрастировали с гладким, почти без морщин лицом. Ее муж был точной копией сына, только старше.

Они сердечно приветствовали девушку, и это вызвало у нее угрызения совести, а когда Джейн извинилась, что хозяйничает на кухне, это чувство вины стало почти невыносимым.

Знали бы вы, что я сама в первый раз нахожусь в квартире вашего сына! — думала она.

А что это была за квартира! Первым впечатлением Клэр, когда она ступила в огромную гостиную, было ощущение благородной роскоши: толстый серебристо-серый ковер, уютная мягкая мебель, обитая черной кожей, большие шкафы красного дерева... С первого взгляда становилось ясно, что это чисто мужское обиталище. Здесь не видно было милых безделушек, и даже рождественские открытки, сложенные в некое подобие карточного домика, казались скорее практичными, чем праздничными. Не считая их, в квартире не было и намека на приближение Рождества.

Клэр вспомнила свой коттедж, веночки, развешанные на стенах, елку в праздничном убранстве, которое кошки с восторгом трепали, стоило хозяйке на миг отвернуться, и ей стало грустно. Жилище Арта просто кричало об одиночестве.

Впрочем, напомнила она себе, он ведь говорил, что оставил почти все так, как было при Фрэнсисе, потому что ему некогда было что-то менять, а вкус прежнего хозяина импонировал.

Когда Арт внес контейнеры с кошками, его родители долго ахали, восхищаясь котятами. В кухне уже были приготовлены миски на всю компанию и лоток, и вскоре все кошачье семейство устроилось перед камином в корзинке, которую он тоже не забыл прихватить с собой.

Клэр последовала за Джейн в кухню, чтобы помочь той с ужином, и обнаружила, что там все оборудовано по последнему слову техники, но вид какой-то необжитой. У матери Арта, видимо, возникло такое же впечатление, ибо, как только женщины остались одни, она сказала:

— Арт так нерегулярно питается, правда? Меня это очень беспокоит. Герберт говорит, чтобы я перестала суетиться, но я ничего не могу с собой поделать. Наверное, все матери такие.

В ее улыбке промелькнуло что-то такое, что Клэр забыла вежливый ответ, вертевшийся у нее на языке, и выпалила:

— Честно говоря, я не знаю, какими бывают матери, потому что моя умерла при родах. Но, думаю, если бы у меня был ребенок, я бы тоже волновалась о нем.

— Ради Бога, простите! — Рука Джейн ласково легла на ее локоть. — Арт нам ничего не сказал.

Конечно, потому что сам этого не знал, подумала Клэр. Проблема заключалась в том, что она понятия не имела, что говорил он о ней своим родителям.

В течение вечера стало ясно, что мать Арта считает девушку его невестой. Она вела себя очень деликатно, однако то жестом, то взглядом, то невзначай оброненным словом невольно выдавала себя.

От этого Клэр стало совсем тошно. Ей было так стыдно обманывать этих славных людей! Это отвратительно, твердила она про себя, и вся вина за бессовестный обман целиком и полностью ложится на Арта.

Джейн привезла с собой столько еды, что могла бы прокормить целую армию в течение недели. После ужина, состоявшего из пирога с ветчиной и запеченного картофеля с сыром, женщины оставили мужчин в гостиной перед телевизором, а сами отправились на кухню, чтобы приготовить гарнир к рождественской индейке, которую родители Арта также привезли с собой.

Они вместе весело смеялись над рассказом Клэр о том, как Арт лазил под куст боярышника, доставая котят, когда герой этой истории явился на кухню собственной персоной. Женщины одновременно повернулись к нему, и слова, которые он собирался произнести, замерли у него на губах. Он застыл в дверях словно громом пораженный.

— Арт! — При взгляде на его лицо улыбка сошла с лица Клэр. — Что с тобой? Тебе нехорошо?

— Что? — очнулся Арт и нацепил на лицо привычную маску невозмутимости. — Нет, нет, все нормально. Я просто пришел сказать, что отнес твой чемодан наверх.

— Спасибо. — Клэр продолжала озадаченно смотреть на него.

— После ужина мы с отцом оставим вас, — быстро произнесла Джейн, бросая взгляд на сына, — а утром придем часов в девять. Это будет не очень рано? В маленькой приходской церкви рождественская служба начинается в десять, и я хотела бы туда пойти, но вы, разумеется, можете не присоединяться ко мне, если вам не хочется.

Последние слова были обращены к Клэр, и та растерянно отозвалась:

— Это было бы замечательно, но... Я не совсем понимаю...

Почему Джейн сказала: «Мы придем»? — гадала девушка. Она поймала предостерегающий взгляд Арта, посланный поверх головы матери, которая склонилась над картофелем, и сердито нахмурилась.

Похоже, я была права, не слишком доверяя ему, подумала Клэр.

Пока женщины возились с овощами, Арт продолжал стоять, прислонившись к кухонной двери, и непринужденно болтал с ними. Он поддразнивал мать и смешил их обеих. Впрочем, смех Клэр звучал немного принужденно — только из уважения к Джейн она не высказала вслух все, что было у нее на уме.

Когда все было готово, она бросила суровый взгляд на смуглое лицо Арта и заявила:

— Я схожу вниз, поздороваюсь с собаками. Девушка прекрасно знала, что Арту придется пойти с ней. Вот тут-то она ему и покажет.

— Итак, Ар г, что все это значит? — свирепо осведомилась Клэр, как только они спустились по лестнице в подвал. — Что имела в виду твоя мама, сказав, что они придут утром? Куда отправляются твои родители?

— В «Герб всадника», насколько мне известно.

— Ах вот как? — Девушка вскинула на Арта изумленные глаза. — В десять часов вечера накануне Рождества они идут в трактир? Зачем же? Выпить по кружечке пива? — настороженно поинтересовалась она.

— Меня бы это не удивило. Папа всегда любил выпить пару кружек перед сном. Он говорит, что это помогает ему заснуть, — ловко увернулся от прямого ответа Арт.

— А он не может сделать это здесь?

— Может, конечно.

Клэр почувствовала, что готова снова залепить Арту пощечину. Видимо, это намерение отразилось на ее лице, ибо он взял ее под руку и быстро повел в дальнюю часть подвала, где располагалась операционная и содержались животные.

— Отпусти меня сейчас же! — стряхнула она его руку. — Отвечай, что происходит? И не вздумай ходить вокруг до около!

— Ничего не «происходит», как ты изволила выразиться, — ровным тоном отозвался Арт. — Просто в квартире всего две спальни.

— Что?!

— А в «Гербе всадника» есть двойной номер для гостей, и он сейчас свободен. Мама с папой предпочли отправиться туда, а не в мансарду над гаражами, хотя, по-моему, им там было бы совсем неплохо. Я сам жил там некоторое время, когда приехал в этот город.

— Арт! — Клэр еще ни разу в жизни ни на кого не повышала голос, это было вовсе не в ее характере. — Получается, я выставила твоих родителей из твоего дома?

— Ну, я бы так не сказал, — бесстрастно отозвался Арт, которого, по-видимому, совсем не тронула ее вспышка.

— А как бы ты это назвал?

— Послушай, я рассказал им, что в плохую погоду дорога к твоему дому непроходима, — спокойно пояснил он, — и они сочли, что тебе удобнее будет переночевать здесь, если мы найдем им место, где остановиться. И мы его нашли, вот и все. Не думаю, что моим родителям могло прийти в голову, что ты станешь делить спальню со мной, ведь мы встречаемся всего два месяца. — Его доводы звучали подозрительно разумно. — Они у меня немного старомодны в этом плане.

— Конечно, я не стану этого делать, — возмутилась Клэр. — Еще чего! И вообще, на самом деле мы даже не встречаемся.

— Совершенно верно. — Улыбка Арта стала хищной. — Тогда в чем проблема?

В том, что я, оказывается, останусь в доме наедине с тобой! — мысленно ответила Клэр. Что может быть хуже? Она смотрела на Арта в полной растерянности. Пусть он не хочет заводить с ней даже мимолетной интрижки, но должен же понимать, что создавать такую двусмысленную ситуацию нечестно по отношению к ним обоим.

По отношению к вам обоим? — ехидно переспросил ее внутренний голос. Ты лучше скажи — по отношению к тебе! Арт мог бы погулять с тобой, а потом бросить — он уже тысячу раз это проделывал. А вот ты...

Клэр вздернула подбородок, и ее лицо превратилось в непроницаемую маску.

— Проблема в том, о чем я тебе уже не раз говорила. Я не хочу, чтобы люди подумали...

— Мои родители будут ночевать в гостинице, потому что ты займешь гостевую спальню. В этом нет ничего предосудительного, — терпеливо повторил Арт. — И вообще, если кому и надо беспокоиться о своей репутации, так это мне. Слишком уж все привыкли к тому, что я беспечный повеса. Пора менять этот имидж, и пусть ждут, когда для меня зазвонят свадебные колокола, — с какой-то странной усмешкой закончил он.

Клэр еще с минуту смотрела на него, а потом раздраженно вздохнула.

— У тебя на все готов ответ, да?

— Нет.

Ее поразила горечь, прозвучавшая в его голосе, и, забыв на мгновение, о чем они спорили, она настойчиво спросила:

— Арт, в чем дело?

— Не в чем, а в ком. В тебе. Девушка не ожидала такого ответа, и ее синие глаза широко распахнулись от изумления.

— Во мне? — еле слышно прошептала она. — А что я такого сделала?

Арт сердито провел ладонью по лицу, и Клэр почувствовала, что он теряет остатки самообладания. Тут он усилием воли взял себя в руки.

Стоп! С первой минуты нашего знакомства он все время играл роль, внезапно с ужасающей ясностью поняла Клэр. Какую точно, она не знала, но ей стало очевидно, что истинное лицо Арта Рэндалла проявлялось очень редко и сразу исчезало, так что она не успевала его разгадать. Так вот, минуту назад перед ней был настоящий Арт, а теперь...

— Ничего ты не сделала, Клэр. — Он уже был совершенно спокоен. — Иди, поздоровайся с собаками, а потом мы вернемся наверх, чтобы не задерживать родителей.

Совсем как Брент, подумала девушка. Снаружи — одно, а внутри — другое. Нет, тут же горько укорила она себя. Арт совсем не такой, как Брент. Они совершенно разные. Тот был тщеславным эгоистом, обманщиком, готовым любой ценой проложить себе путь к легкой жизни. А Арт...

Больше Клэр не успела ни о чем подумать, ибо он открыл дверь приемной, где ночью спали собаки, и тут же в коридор выбежала целая свора псов, яростно виляя хвостами и извиваясь от восторга.

Они провели с собаками несколько минут, а потом Арт выпустил их в длинный, обнесенный стеной сад, где снега навалило уже по щиколотку. Псы стали носиться по белому ковру и затеяли шумную возню. Они скакали и гонялись друг за другом.

— Сумасшедшая компания. — Арт наблюдал за собаками, засунув руки в карманы брюк и снисходительно улыбаясь. — Оставим их ненадолго, пусть побегают.

— Арт, я бы предпочла, чтобы твои родители остались здесь, — негромко, но твердо произнесла Клэр. — Я вполне могу переночевать в «Гербе всадника» или в комнате над гаражом.

— Ни в коем случае.

Он пристально вгляделся в расстроенное лицо девушки. В тускло освещенном коридоре ее глаза казались почти черными, как вода в полночь, а в волосах играли медные блики.

— Но... — начала она.

— Никаких «но». — Арт коснулся кончиком пальца полураскрытых губ Клэр, призывая ее к молчанию. — И в коттедж ты тоже не вернешься, так что даже не заикайся об этом. Туда и в хорошую погоду не так легко добраться, а сейчас, когда синоптики обещают самую сильную пургу за много лет...

— Ну и что! — протестующе воскликнула она. Арт стоял слишком близко, и ей становилось все труднее изображать из себя «просто друга». — Иви же жила там!

— Ты не Иви.

Воздух между ними вибрировал, как натянутая струна, в голосе Арта звучала необычайная теплота, и Клэр почувствовала, как это приятно, когда о тебе заботятся. Она окончательно растерялась.

Дыхание Арта стало прерывистым, его мощная грудь тяжело вздымалась под шелковой черной рубашкой. Внезапно он крепко прижал девушку к себе.

— Я хочу, чтобы ты осталась, — хрипло прошептал он, глядя в ее запрокинутое лицо и рассеянно поглаживая по волосам.

Клэр, тесно прижатая к его крепким бедрам, явственно ощутила убедительное доказательство того, что он хочет ее. Арт прижал ее спиной к стене, привалился к ней всем телом и прильнул губами к ее губам.

Ее губы с готовностью приоткрылись, и она пылко ответила на этот поцелуй.

Нет, смутно промелькнуло у нее в голове, оно нереально, это хмельное чувство бездумного экстаза, охватывающее меня каждый раз, когда Арт прикасается ко мне. И тем не менее каждый нерв, каждая клеточка ее существа, даже кровь в жилах отзывалась на его ласки. Это было так чудесно!

Он скользнул руками к нежным холмикам ее грудей, потом к талии, бедрам... Клэр почувствовала, как ее охватила непреодолимая дрожь, и, когда Арт провел языком вдоль ее губ, она лихорадочно выгнулась и, схватив его руками за плечи, притянула к себе. Ее груди налились, и все тело занялось жаром. Как ей захотелось, чтобы этот сладостный поцелуй длился вечно...

— Черт возьми, Клэр, что ты со мной делаешь? — срывающимся шепотом произнес Арт. И тут они услышали за дверью чьи-то шаги.

— Арт, твои родители...

На мгновение Клэр показалось, что он не сможет остановиться, даже если дверь в коридор откроется. Однако он медленно убрал руки и уперся ими в стену по обе стороны от ее головы, по-прежнему легко касаясь ее губ своими.

— Ты хочешь меня не меньше, чем я тебя. Это был не вопрос, а констатация факта. Клэр растерянно уставилась на него. Да, она действительно хотела его, но не только. После смерти Брента она прожила целую жизнь, и не потому, что медленно оправлялась физически. Труднее всего оказалось залечить душевные раны. Может быть, если бы не обстоятельства ее рождения, детства и юности, предательство жениха и не задело бы Клэр так сильно, но случилось то, что случилось, — ведь прошлое нельзя изменить.

Ее тянуло к Арту больше, чем к Бренту или любому другому мужчине, и не только физически. Он сумел заинтриговать ее: ласковый и заботливый с животными, внимательный к родителям, и в то же время сдержанный, отчужденный и холодный со всеми остальными, этот человек был загадкой. Он завораживал Клэр, раздражал, приводил в восторг — одним словом, заставлял чувствовать себя живой.

Именно поэтому девушка понимала — завязать с Артом интрижку было бы эмоциональным самоубийством. Ибо если он решит ее бросить, она этого просто не переживет. А он уже ясно дал понять, что не хочет быть с ней.

Клэр сделала глубокий вдох и произнесла слова, которые дались ей труднее всего в жизни:

— Мы не всегда можем иметь то, что хотим, Арт.

Он сразу понял скрытый смысл этой фразы и медленно кивнул, не сводя глаз с ее раскрасневшегося лица.

— Откуда мне было знать, что ты так отреагируешь? — лениво протянул он.

Однако на этот раз ему не удалось обмануть Клэр — она прекрасно поняла, что скрывается под маской холодной небрежности, и двинулась по коридору с царственным достоинством.

— Твои родители, наверное, уже готовы ехать, — холодно бросила Клэр через плечо, — неприлично заставлять их ждать.

Арт удержался, чтобы не выругаться вслух, и молча последовал за ней.

Прекрати, шипел ему непримиримый внутренний голос. Ты знаешь, чего хочешь, твоя жизнь спланирована на много лет вперед. На свете полно женщин, готовых удовлетворить твои физиологические потребности и при этом ничего не требовать. Держись от Клэр Адаме подальше, возьми себя в руки, следи за собой!

Распрощавшись с родителями, Арт провел девушку в ее комнату. После холостяцкого аскетизма, которым дышала вся квартира, спальня для гостей удивила Клэр — К сожалению, чтобы попасть в ванную, тебе придется сделать пару шагов по коридору, — сообщил Арт. — Зато она полностью в твоем распоряжении, так как у меня есть своя.

— Какая прелестная комната! — воскликнула девушка.

С тех пор, как они вернулись из подвала, она почти не раскрывала рта, но сейчас в ее голосе звучали нотки искреннего восхищения.

Здесь была огромная двуспальная кровать с изысканной старинной бронзовой спинкой, небольшой гардероб и потрясающий комод в стиле королевы Анны в тон паркету из мореного дуба. Дерево и бронза темными пятнами выделялись на фоне отделки, выполненной в кремовых тонах, а роскошное вышитое покрывало, отделанное кружевом, и большая напольная ваза с бело-розовыми лилиями в углу придавали спальне уют и изысканность.

— Спасибо, — кратко отозвался Арт. Он умолчал о том, что когда поселился здесь, пол этой комнаты был устлан таким же серебристо-серым ковровым покрытием, что и в остальных помещениях. Арт велел снять его и отделал комнату по своему вкусу, не такому строгому, как у Фрэнсиса, и больше тяготевшему к сельской старине.

Клэр постаралась внести в разговор непринужденную светскую ноту, ибо атмосфера была накалена до предела:

— Ты, наверное, купил эти цветы для родителей. Жаль, что они их так и не увидят.

— Ничего, увидят в другой раз, — небрежно пожал плечами Арт.

— Да, конечно. — Как ни старалась Клэр выглядеть такой же беспечной, у нее ничего не получилось.

Она украдкой бросила взгляд на Арта. Волосы у него уже слегка отросли и стали напоминать прежнюю спутанную гриву, что, как ни странно, шло ему гораздо больше, чем безупречная короткая стрижка.

— Ладно, оставляю тебя разбирать вещи. Когда закончишь, зайди сказать «спокойной ночи» кошкам, — сдержанно произнес он, и в эту минуту в комнату донесся звук рождественских гимнов, которые транслировали по телевизору.

— Хорошо, — кивнула Клэр, недоумевая, отчего ей вдруг захотелось плакать.

Разобрать вещи было для нее делом нескольких минут, и, закончив, она стала рассматривать подарки, лежавшие на дне чемодана. Для Дебби и котят она купила по новой игрушке, завернутой в красивую оберточную бумагу, а Арту тоже приготовила подарок, хотя тогда еще не знала, что будет встречать Рождество в его квартире.

Вспомнив его рассказ о сражении с норовистой кобылой, девушка купила брелок для ключей в виде вставшей на дыбы лошади и дорогой черный кожаный бумажник.

А вот для его родителей у меня подарков нет! — вдруг в ужасе сообразила Клэр. Рядом со стопкой рождественских открыток лежало несколько свертков, припомнила девушка, но, понадеялась она, вряд ли там есть что-то для меня — ведь для Джейн и Герберта мое появление было сюрпризом. А вдруг они все же что-то купили? Она нахмурилась. Как давно Арт рассказал им про меня?

Мучимая сомнениями, Клэр подхватила подарки и поспешно направилась вниз. Войдя в гостиную, она обнаружила, что Арт ставит на небольшой стол перед камином два бокала с подогретым вином и тарелочку с пирожками.

— Сегодня как-никак канун Рождества, произнес он.

— Конечно. — По спине Клэр побежали мурашки, когда она увидела двухместный диванчик, у которого Арт поставил столик, но она тут же отогнала тревогу и сказала:

— Я не знала, что твои родители приедут, и ничего не купила им в подарок. А они не?.. — Арт промолчал, но, вглядевшись в его лицо, она поняла, что не ошиблась. — Господи, они привезли мне подарок, да? — в ужасе простонала девушка. -Ох, Арт!

— Без паники, — успокоил ее он. — Я же говорил, что обо всем позаботился. Все, что от тебя требуется, это подписать свое имя на поздравлениях, — спокойно продолжал Арт. — Открытки уже готовы. Вот. — Он протянул Клэр два свертка. — Я сейчас дам тебе ручку.

— А что там? — с подозрением спросила она, глядя на пакетики в нарядной обертке, по форме смахивавшие на флаконы духов.

— Маме предназначается «Шанель-аллюр», она с юности только ими и пользуется, а отцу — его любимый лосьон после бритья. Можешь быть уверена, подарки им понравятся.

— Спасибо, — буркнула Клэр.

Как же так получилось, что она дарит рождественские подарки родителям Арта и собирается провести два дня в его доме, хотя еще утром об этом и не помышляла? И вообще, все началось с того, что она должна была помочь ему избавиться от некой роковой особы... а теперь завязалось в такой узел, что и подумать страшно!

После короткого, но яростного спора Клэр удалось заставить Арта взять у нее деньги за подарки родителям, и, подписав открытки, она положила свертки в общую стопку.

— Вот и хорошо. — Арт похлопал ладонью по кушетке. — А теперь иди сюда и расслабься.

Но Клэр больше не верила невинному выражению его лица. Она опустилась на ковер перед камином рядом с котятами, весело игравшими с шерстяным шаром, который она сделала им несколько дней назад, и протянула руки к огню.

— Я лучше посижу здесь.

— Хорошая мысль.

Обернувшись, девушка, к своему смятению, обнаружила, что Арт устраивается рядом. Сгоряча она сделала большой глоток вина и едва не задохнулась — таким оно оказалось крепким. На глазах у нее выступили слезы, а когда она пришла в себя, то увидела, что Арт улыбается. Резкие черты его лица смягчились в розоватом свете настольной лампы.

— Забористая штучка, а? — с видом глубокого удовлетворения заметил он. — Советую закусить пирожком.

Но Клэр было не до еды. Она бросила взгляд на его мускулистое тело, непринужденно растянувшееся на ковре, и вынуждена была признать, что о том, чего она на самом деле хочет, лучше промолчать.

— Нет, спасибо, — с трудом выдавила она. И чего это он тут разлегся, подложив руку под голову? Эта поза стократ усиливала его притягательность.

Арт взял с тарелки пирожок и стал с аппетитом жевать его.

— Очень вкусно, — с видом знатока заметил он. — Эти испекла Люси, еще с десяток привезла мама, а Пенни угостила меня своими. Неужели у меня такой голодный вид?

Клэр подавила колкий ответ по поводу намерений хорошенькой Пенни, вертевшийся у нее на языке, и принужденно улыбнулась.

— Мне так не кажется, — сдержанно произнесла она и, не удержавшись, добавила:

— Впрочем, я как-то не приглядывалась.

— Понятно. — В его черных глазах заплясали лукавые искорки.

Последовало недолгое молчание, нарушаемое лишь шумной возней котят, а потом Арт пробормотал себе под нос:

— Я считал, что веснушки не в моде, пока не встретил тебя.

Клэр как раз размышляла, скоро ли ей удастся допить эту адскую смесь и улизнуть в свою комнату. Чтобы ответить, ей пришлось откашляться.

— Многие стесняются их и припудривают, но не я.

— Правда? — негромко произнес Арт. — Наверное, я просто не замечал. Жаль, ведь они придают женщинам сексуальности. — Клэр тут же испуганно вскинула глаза, и он прибавил, приподняв бровь. — В чем дело?

Девушка еще не понимала, что за игру он затеял, но явственно почувствовала опасность.

— Думай, что хочешь, Арт, — невозмутимо, но с ноткой сарказма отозвалась она. — В конце концов, ты свободный человек. А теперь, если не возражаешь, я пойду спать. — И Клэр одним глотком допила вино, стараясь не поперхнуться.

— Я тоже, — бархатным голосом отозвался Арт, глядя, как она изящным движением поднимается с ковра.

— Я поставлю кошачью корзинку на кухне, хорошо? — натянуто произнесла девушка, отказываясь замечать намек.

— Не волнуйся, я сделаю это сам. — Он лениво поменял позу. — Только, пожалуй, выпью еще бокал, прежде чем идти наверх.

— Спасибо, что приютил нас всех, — добавила Клэр, наблюдая, как Пуфф подкрадывается к сестричкам, на время захватившим мохнатый шарик.

— Не стоит благодарности, — отозвался Арт. — Клэр, — вдруг окликнул ее он, когда она подошла к двери.

Ей пришлось собрать в кулак всю волю, чтобы обернуться с непроницаемым выражением лица.

— Да?

— Счастливого Рождества.

Глава 7

Проснувшись на следующее утро, Клэр готова была высмеять любого, кто вздумал бы утверждать, что это будет самое счастливое Рождество в ее жизни. Однако когда она присоединилась к Арту за завтраком, все действительно превратилось в сказку. Он преобразился в гостеприимного хозяина — веселого, заботливого, внимательного, а когда пришли Джейн и Герберт и все обменялись подарками, атмосфера стала совсем праздничной.

Клэр испытала легкий шок, увидев подарок Арта. Она ожидала, что это будут духи или что-нибудь столь же безликое, и просто ахнула при виде изысканного золотого браслета, изящные звенья которого при ближайшем рассмотрении оказались крошечными кошечками.

— Какая прелесть! — Порозовев от удовольствия, девушка подняла настороженный взгляд.

— Совсем как ты. — Он легко коснулся губами ее губ.

Клэр напомнила себе, что его родители считают их влюбленными, и умудрилась выжать из себя слабую улыбку, опустив глаза на браслет. Она надеялась, что Джейн и Герберт отнесут ее нежелание ответить на поцелуй за счет смущения. По-видимому, так и оказалось, ибо Джейн тепло сказала:

— Вы так выгодно отличаетесь от современных девушек! Мне кажется, свободные нравы лишают отношения молодых людей таинственности, не так ли? К тому же Арт сказал, что вы отлично готовите.

— Ну, что вы... — Клэр не смела поднять глаз. Знали бы вы, что я думаю о вашем сыне, который вселяет в вас ложные надежды, прекрасно зная, что им не суждено сбыться. Это просто жестоко!

— Зато я в этом уверен. — Арт по-прежнему стоял рядом с Клэр, и, когда она подняла на его довольную физиономию сузившиеся глаза, он по их сердитому блеску сразу догадался, о чем она думает, и поспешно предложил:

— Давай-ка, я надену тебе браслет, у него еще пока тугой замочек.

И, взяв руку Клэр своими большими крепкими пальцами, он осторожно надел ей на запястье изящную вещицу. Движения его были уверенными, пальцы — теплыми и ловкими. Он украдкой погладил ее ладонь большим пальцем, и от этой мимолетной ласки девушку словно током пронзило.

Клэр вырвала руку, воспользовавшись тем, что Джейн и Герберт отвлеклись, извлекая Пуффа из-под дивана.

Потом все четверо надели пальто и отправились в церковь. Арт взял Клэр под руку, притянул к себе и всю дорогу смотрел на нее с такой нежной улыбкой, что ей стоило немалого труда хранить самообладание.

Служба в красивой старинной церкви завершилась очень быстро, и вся компания, с удовольствием прогулявшись по нарядному городку, напоминавшему рождественскую открытку, вернулась домой и уселась перед огнем, потягивая «шерри», прежде чем приняться за обильный рождественский обед. После еды Арт пригласил Клэр выгулять собак, а его родители остались слушать речь королевы по телевизору. Вечером все пили чай с роскошным тортом, а потом уселись играть в карты.

Следующий день прошел так же неспешно, в тихих и приятных развлечениях. Клэр постепенно расслабилась, потому что Арт вел себя безупречно, не затевая провокационных разговоров. Однако сразу после чая его родители стали собираться в обратный путь, и Джейн отозвала девушку в сторону, пока мужчины досматривали по телевизору какой-то боевик, — Наверное, я опережаю события, — спокойно начала Джейн, — но хочу, чтобы вы знали: я уже давно не видела Арта таким счастливым. Он к вам очень привязан, дорогая.

Клэр несколько секунд тупо смотрела на эту милую женщину, не зная, что сказать, а потом пробормотала:

— Мы с ним скорее хорошие друзья, чем... — Она запнулась, почувствовав, что заливается краской.

— Это чудесно! — с энтузиазмом откликнулась та. — Насколько я знаю, у Арта ни с одной женщиной не было таких отношений, даже с бедняжкой Мэделин. — Джейн понизила голос. — Он всегда пользовался успехом у противоположного пола, даже когда был еще совсем юным. Девочки вечно сражались за то, чтобы привлечь его внимание, и он вырос в убеждении, что...

— Что стоит ему только поманить пальцем, и любая сразу же побежит за ним? — суховато закончила Клэр.

— Вот именно, — сокрушенно подтвердила пожилая женщина. — Он даже не был угловатым и прыщавым подростком, как многие из его друзей.

Да уж, признала Клэр, представить себе Арта нескладным юнцом решительно невозможно.

— В университете он разбил немало сердец, — продолжала Джейн, — а потом умер его дед, который оставил ему все свое состояние. Вам это известно?

— Нет.

Клэр никак не могла придумать повод вежливо прервать этот разговор.

— Это была весьма значительная сумма, — продолжала Джейн, — и Арт стал завидным женихом, что вовсе не пошло ему на пользу. Так что он вволю повеселился, прежде чем четыре с половиной года назад женился на Мэделин.

Девушка неловко переступила с ноги на ногу, и мать Арта внезапно сообразила, что та смущена такой откровенностью. Ласково похлопав Клэр по руке, она доверительно произнесла:

— Во всяком случае, я никогда не видела, чтобы он бросался покупать цветы, как тогда, когда выяснилось, что вы приедете сюда погостить.

Так эти цветы, чудесные, изысканные, нежные, предназначались для нее? Клэр смотрела на мать Арта во все глаза.

— Ну, все, нам пора, — широко улыбнувшись при виде ее удивления, Джейн окликнула мужа:

— Герберт! Нам не стоит задерживаться. Дорогу не везде расчистили, и мы не сможем быстро ехать.

Пока все прощались, обмениваясь обещаниями вскоре увидеться, Клэр еще удавалось держаться непринужденно, но, как только родители Арта уехали, она помрачнела. Надо сказать ему, что я уезжаю немедленно, и не слушать никаких возражений, решила она, однако Арт неожиданно заявил:

— Так, а теперь ступай наводить марафет. Они стояли на верхней ступеньке лестницы, и он небрежно обнимал Клэр за плечи. Стряхнув его руку, она недоуменно спросила:

— О чем это ты?

— О вечеринке у Берти, — ровным тоном отозвался Арт, словно не замечая ее смятения, а потом усмехнулся и пояснил:

— Знаешь, у меня есть пациент — огромный датский дог по имени Берти. У него вечные проблемы с желудком, и я невольно вспоминаю о нем, когда произношу имя Берти Хардинга.

— Ах, вот как? — Клэр смерила его ледяным взглядом, давая понять, что это совпадение ее вовсе не забавляет. — Ты ничего не говорил об этой вечеринке.

— Разве? — Арт с невинным видом удивленно поднял бровь.

— Ни слова. Что ж, очень жаль, — притворно улыбнулась Клэр, — наверное, мне было бы там весело. Но сейчас я должна вернуться домой, — с мрачной решимостью закончила она.

— Почему?

— По многим причинам. — Еще не хватало перед ним оправдываться!

— Назови хоть одну.

После отъезда его родителей что-то неуловимо изменилось, но Клэр не желала выяснять, что именно, пока не удалится от Арта на несколько миль.

— Нечего тут объяснять, — с холодным достоинством заявила она. — Я хочу домой, и этого достаточно.

— Для меня — нет.

— Арт! — Черт бы его побрал! Ведь давала же я себе слово не терять самообладания, раздраженно подумала Клэр. — Я говорю абсолютно серьезно.

— Послушай, сейчас уже темнеет, а дорожку к твоему дому и в светлое-то время дня едва видно, — мягко произнес он. — У меня нет ни малейшего желания пробираться туда в такую погоду. Это было бы просто глупо.

И как только она могла вообразить, что можно верить хотя бы одному слову этого человека!

— Я отвезу тебя домой утром, раз уж ты так настаиваешь, — твердо заявил Арт. — А сейчас мы пойдем к Берти, как договорились.

— Я ни о чем не договаривалась, — упрямо стояла на своем Клэр.

— Тебе что, было так плохо здесь, что теперь не терпится уехать? — вдруг печально, с упреком спросил Арт. — А мне показалось, что это было чудесное Рождество.

— Просто замечательное, — честно подтвердила она. — И твои родители очень милые. — Голос ее оборвался, и она тяжело вздохнула. И почему она всегда так теряется в его присутствии?

— Итак, Рождество было чудесным, мои родители очень милы... А что ты скажешь обо мне? — вкрадчиво спросил Арт. Лицо его было серьезным, но глаза смеялись. — Как бы ты охарактеризовала меня?

— Тебе вряд ли это понравится, — отрезала Клэр.

Ее сердце внезапно сжалось От боли. Для Арта это просто игра, он к ней равнодушен, а вот она...

Я люблю его! — вдруг осенило Клэр. Как-то незаметно получилось, что за эти несколько недель, пока мы разыгрывали дурацкую комедию, делая вид, что являемся сладкой парочкой, я умудрилась влюбиться в Арта Рэндалла! Все ошибки прошлого, включая слепую веру в Брента, померкли в сравнении с этой. Я самая большая дура в мире, да что там — в мире, во всей Вселенной! — ужаснулась Клэр. Господи, неужели за долгие четырнадцать месяцев, полные боли и тоски, я ничему не научилась? Как я могла допустить такую ужасную ошибку?

— Примерно через час? — ворвался в ее мрачные размышления голос Арта.

— Что? — очнулась Клэр и тут же сообразила, что все это время смотрела в смуглое лицо Арта, но ничего не видела и не слышала.

— Я спросил, успеешь ли ты собраться примерно за час? — В его голосе зазвучали стальные нотки.

Ему явно не нравится, когда на него не обращают внимания, с горечью подумала Клэр, с болью вспомнив рассказ Джейн о популярности Арта у женского пола.

— Да... наверное. — Она тяжело вздохнула. Раз он отказывается везти ее домой, то уж лучше пойти в гости, чем оставаться один на один.

— Хорошо. — Если Арт и был удивлен ее внезапной капитуляцией, то не подал виду. — Нам незачем сидеть там долго, — небрежно прибавил он, словно собирался сопровождать на прием свою престарелую бабушку. — Я вижу, ты немного устала.

Что он хочет сказать? Что она плохо выглядит? Клэр распрямила плечи, и к ее щекам прилила краска.

Ну ладно, она ему еще покажет.

И час спустя она действительно ему показала.

Клэр взяла с собой всего одно платье, которое могло сойти за вечернее в случае, если у Арта соберутся друзья. Однако эта прелестная вещица из голубого шелка с короткими рукавами и глубоким вырезом, отделанным серебристой тесьмой, была очень нарядной, особенно в сочетании с открытыми туфельками и длинными серебряными серьгами.

Девушка потратила немало времени на прическу, уложив волосы высоко на макушке в неком подобии художественного беспорядка и закрепив их хорошенькими заколками в виде цветков, а потом занялась макияжем. Она наложила серебристые тени на веки и тщательно накрасила густые и пушистые от природы ресницы, так что ее глаза стали напоминать по цвету темно-синие ночные озера. Чувственная яркая помада, немного румян на щеки, несколько пикантных блестящих звездочек на декольте...

Что ж, теперь я готова идти на вечеринку, решила Клэр, разглядывая себя в зеркале.

Когда через пару минут она с улыбкой вошла в гостиную Арт ждал ее, сидя на диване. Он был великолепен, впрочем, как всегда.

Это значит, что тебе следует быть начеку, предупредила Клэр свое предательское сердце. Еще одна ночь — и ты сможешь вежливо попрощаться и уйти из его жизни, причем он так и не узнает, какую глупость ты совершила. Это будет нелегко, но все же лучше, чем если вы будете видеться часто и в один прекрасный день ты выдашь себя.

О том, как это будет ужасно, ей не хотелось даже думать.

Когда Арт и Клэр добрались до большого каменного особняка Берти Хардинга, вечер был в полном разгаре. Первой, с кем они столкнулись, едва успев переступить порог, была элегантно причесанная Ванесса в черном платье с открытой спиной. Она выглядела так, словно на ней вообще ничего не было надето.

— Арт, милый, — заворковала она, явно решив разыгрывать роль женщины-вамп, причем, судя по количеству толпившихся вокруг нее мужчин, ей это вполне удавалось. Похоже, Арт был единственным, кому удалось остаться равнодушным к ее чарам. — Гадкий мальчишка! Приехал так поздно!

Ванесса в мгновение ока оказалась рядом с Артом и, легко похлопав его по груди, наградила взглядом, не оставлявшим сомнений в ее намерениях. Клэр она подчеркнуто игнорировала.

Его губы недовольно сжались при виде этой откровенной грубости, однако он промолчал, ибо подошел Берти.

Эта женщина явно решила открыто объявить мне войну, мрачно думала Клэр, пока мужчины здоровались. Тут Берти обратился к ней с каким-то вопросом, а Ванесса нахально завладела свободной рукой Арта, так что вся компания со стороны стала походить на слаженный квартет.

Клэр это быстро надоело, и, когда хозяин, подхватив ее под локоть, предложил выпить бокал шампанского, она сделала вид, словно только об этом и мечтала, и последовала с ним в огромную гостиную, полную гостей.

Так продолжалось весь вечер. Несмотря на холодность Арта, Ванесса не отходила от него ни на шаг и откровенно кокетничала. Она, видимо, узнала, что Клэр гостит у него, и не собиралась так легко сдаваться.

Ее упорство и уверенность в собственной неотразимости не могли не восхитить даже Клэр. Эта женщина пропускала мимо ушей даже колкие, а зачастую и откровенно саркастические ремарки Арта, не допуская и мысли, что не сможет заполучить его. Это отразилось и на поведении Берти — веселый, но недалекий сельский джентльмен открыто дал понять Клэр, что она ему нравится, и не замечал мрачных враждебных взглядов Арта, которые тот все чаще бросал на него.

Неизбежная развязка наступила вскоре после полуночи, когда Клэр, посетив дамскую комнату, вернулась в гостиную, где народ весело плясал под старую популярную песенку.

— Потанцуем?

Клэр едва сдержала стон раздражения, услышав за спиной голос Берти и ощутив на своем плече его потную руку, однако заставила себя вежливо повернуться к хозяину дома. Его физиономия была такой красной, что, казалось, он вот-вот лопнет. Клэр уже пришлось пару раз потанцевать с ним, и у нее не было ни малейшего желания повторять этот опыт, ибо во время второго танца Берти начал распускать руки, — Вообще-то я ищу Арта, — с любезной улыбкой произнесла она. — Он собирался принести мне шампанского из вашего великолепного буфета.

— Не беспокойтесь о нем. — Потная физиономия Берти придвинулась совсем близко к ее лицу. — Ванесса присмотрит за ним... если вы понимаете, о чем я, — громким шепотом доверительно сообщил он.

— Боюсь, что не понимаю.

— Они не просто друзья, — продолжал Берти, ничуть не обескураженный холодностью Клэр. — Она сама сказала мне об этом, по секрету, конечно. — Он подмигнул. — И еще сообщила, что вы мной интересовались, детка, так что нечего смущаться. Я человек современный и считаю, что немного разнообразия никогда не повредит.

Он что, собирается поменяться с Артом партнершами? — подумала Клэр, изумленно глядя на ухмыляющуюся физиономию Берти. Видимо, Ванесса убедила его, что такое предложение будет принято с восторгом. Что ж, если так, то следует немедленно поставить его на место, решила девушка, однако тут же выяснилось, что в этом нет нужды.

— Боюсь, у Ванессы разыгралось воображение, — раздался голос Арта, внезапно появившегося за спиной Берти. Лицо стоявшей рядом с ним девицы стало пунцовым от бешенства. — Мы с ней только что поговорили, и теперь я могу сообщить тебе, Берти, что между нами никогда ничего не было. — Арт улыбнулся, но глаза его горели гневом. — Так что Ванесса полностью в твоем распоряжении. А вот Клэр будет отныне танцевать только со мной.

— Понятно. — Берти сразу же немного протрезвел. — Хорошо, старина, как скажешь.

— И мы оба сторонники верности, правда, любовь моя? — Арт пристально смотрел на Клэр, и глаза его блеснули. — И сейчас, и потом, когда поженимся.

Девушка слышала, как ахнула Ванесса, но ей пришлось бороться с бурей эмоций, охватившей ее самое. Главной из них была слепая ярость.

Да как он посмел? Это же фарс! Делать вид, что она — его девушка, — еще куда ни шло, но публично объявить всему свету, что они собираются пожениться... Это переходит все границы. Пусть теперь ищет другой способ избавиться от Ванессы Эвертон, потому что с нее, Клэр, хватит! Кончено!

— Вот как? — Во взгляде Ванессы, устремленном на нее, сквозил леденящий холод. — Если я правильно поняла, вас можно поздравить?

Клэр выдавила некое подобие милой улыбки, мысленно проклиная Арта.

— Еще ничего не решено, — проговорила она. — Так что поздравления, пожалуй, преждевременны.

— Почему же, дорогая? — тут же вмешался в разговор Арт. — Я хочу как можно скорее надеть обручальное колечко на твой пальчик. — Он повернулся к Берти и небрежно протянул:

— Думаю, ты не станешь меня за это осуждать?

— Вовсе нет, — отозвался тот, бросив насмешливый взгляд на белое как мел лицо Ванессы. — Я тебя прекрасно понимаю, старина.

— А теперь, надеюсь, вы извините нас, я хочу, чтобы моя невеста немного поела. Мы присоединимся к вам позже.

Клэр была в таком бешенстве, что не произнесла ни слова, пока Арт вел ее через холл по направлению к столовой. Однако он неожиданно открыл какую-то дверь слева и втолкнул девушку в комнату, которая оказалась просторной, заставленной книжными полками библиотекой.

— Прежде чем ты что-то скажешь, постарайся успокоиться и выслушать меня.

При этих словах Клэр высоко вскинула голову. Ее глаза метали молнии, рот сжался в узкую полоску.

— Нет уж! Я не ожидала от тебя такой наглости, Арт, — свирепо бросила она. — Как ты посмел заявить, что мы собираемся пожениться, причем публично? Мы об этом не договаривались!

Арт стоял, небрежно прислонясь спиной к двери, сложив руки на груди. Слегка наклонив голову, он спокойно изучал возмущенное лицо девушки.

— Возможно, я немного переборщил, — спокойно признал он.

— Ах, вот как! — воскликнула Клэр, — Надо же! Сама не понимаю, почему я не сказала им, какой ты отпетый лжец.

— Потому что это не в твоем характере, — по-прежнему отлично владея собой, заметил Арт.

— Ты считаешь меня круглой дурой? — взвилась она.

— Отнюдь. — Он поймал ее за руку, ибо она отвернулась, уязвленная сверх всякой меры, а потом обнял за плечи. Она попыталась вырваться, но он держал ее крепко. — Это последнее, что могло прийти мне в голову!

— Я тебе не верю!

— Стало быть, придется тебя убедить. — Тут Арт заметил, что ее глаза подозрительно заблестели, и сразу смягчился. Ему вовсе не хотелось довести ее до слез. — Если хочешь знать, я считаю, что ты потрясающая женщина, и не вижу, почему бы нам действительно не пожениться. Мы прекрасно ладим, оба увлечены работой, так что вряд ли наскучим друг другу. Кроме того, я уверен, что мы можем быть прекрасными любовниками... если ты, конечно, этого захочешь. Я могу дать тебе время все обдумать и подожду, пока ты будешь готова принять мое предложение.

— Ушам своим не верю, — еле слышно пробормотала Клэр. Она смотрела на него, как на сумасшедшего.

Может, я и впрямь спятил? — подумал Арт, но ему настолько осточертел Берти и все

остальные мужчины, пристававшие к Клэр, словно та была такой же, как те пустышки, что вращались в их маленьком кружке, что он больше не мог наблюдать за их ухаживаниями.

— Почему? — невозмутимо спросил он вслух. — Я собираюсь в ближайшее время расширить практику. Это означает, что мне придется чаще посещать званые обеды и принимать гостей у себя, а значит, в моем доме должна быть хозяйка. Кроме того, мне до смерти надоела Ванесса и ей подобные бабенки со своими бесконечными притязаниями. Что же касается любви, то мы с тобой оба слишком много пережили, чтобы мечтать о ней. Обещаю, я позабочусь о том, чтобы ты ничего не потеряла от этого союза. Я — человек вполне обеспеченный, так что мы не будем ни в чем нуждаться. Я мог бы построить тебе большую студию в дальней части дома...

— Арт! — Клэр больше не в силах была его слушать. — Но мы же не любим друг друга! — Точнее, ты меня не любишь, мысленно добавила она.

— Вот именно. — Он одарил ее такой сияющей улыбкой, словно она уже согласилась на его немыслимое предложение. — Поэтому у нас все получится, неужели ты не понимаешь? Я уже пережил любовь, и это было убийственно, а твой опыт с Брентом говорит сам за себя. Но почему прошлое должно мешать нам наслаждаться приятными партнерскими отношениями? Так что я считаю, что у такого брака множество преимуществ. Подумай об этом. Мы будем счастливы уже потому, что не собираемся ждать друг от друга слишком многого. Нам будет хорошо вместе, мы будем помогать друг другу, а кольцо на пальце и моя фамилия избавят тебя от приставаний всяких гнусных типов вроде Берти. Кроме того, мы будем друзьями. А ведь многие супружеские пары всю жизнь обходятся без этого, Клэр.

Джейн говорила, что я первая женщина, которая стала ее сыну другом, тут же вспомнила девушка слова матери Арта и беспомощно уставилась на него. Это довод в пользу его предложения.

Да нет, как я могла вообще хоть на мгновение подумать о том, чтобы согласиться? — тут же спохватилась девушка. Это было бы просто самоубийством.

— Нет, Арт, ты и сам должен понимать, что из этого ничего не получится, — с нарочитой небрежностью ответила Клэр, стараясь, чтобы он заметил ее смятение.

— А я убежден в обратном. — Он окинул взглядом ее лицо и копну шелковистых рыжих волос. — Браки по расчету заключаются издавна, и хорошо известно, что они гораздо счастливее так называемых «союзов по любви».

— Так это будет просто выгодная сделка? — без обиняков спросила Клэр.

— Пожалуй, да. — Глаза Арта сузились, и он притянул ее к себе. — Мы будем счастливы, Клэр, и не сомневайся.

Она и не думала сомневаться. Арт сделал ей предложение! Он не любит ее и, наверное, сбежал бы сразу, если бы догадался о ее чувствах к нему, но все же невозможное случилось — он предложил ей выйти за него замуж. Другого шанса у нее не будет. Отказаться — значило обречь себя на одиночество, ведь она никогда не встретит такого мужчину, как Арт. Равных ему просто не существует. Конечно, у нее будут друзья и работа, но перспектива провести всю жизнь в обществе кошек Клэр не слишком прельщала. Разумеется, есть женщины, для которых главное — карьера, и они порхают от одной любовной интрижки к другой, не позволяя себе серьезно увлечься, но она, к сожалению, не из таких.

Так может... согласиться? Сердце Клэр заколотилось так, что она была уже на грани обморока. Тогда она постоянно будет рядом с Ар-том. Может, он полюбит ее — со временем? Но если нет, то сможет ли она долго продержаться, зная, что его сердце не принадлежит ей?

Тут он наклонился и жадно прильнул к ее губам, с силой прижав к себе, и решение пришло само собой. Его поцелуй был неспешным, наполненным удивительной нежностью, и Клэр мгновенно растаяла в его объятиях. Он держал себя в руках, умело разжигая ее желание, чтобы подчинить своей воле, но ей было уже все равно.

Я ничем не лучше других, с горечью осознала Клэр, потому что не могу перед ним устоять. Это настоящий мужчина, сильный и сексуальный, и другого, кто сумел бы заставить меня испытывать такие сильные чувства, не будет.

И все же она сделала последнюю, отчаянную попытку устоять.

— Не надо, — дрожащим голосом произнесла девушка, отрываясь от его рта. — Это безумие. А что, если один из нас в кого-то влюбится? И потом, как-то все это слишком расчетливо, хладнокровно...

— Я вовсе не хладнокровен, Клэр. — Арт провел ее рукой по своим брюкам, демонстрируя реальное доказательство этих слов, а потом заглянул в испуганные глаза девушки. — Видишь, я хочу тебя! И могу сделать так, что ты тоже меня захочешь, но согласен подождать, пока ты будешь готова к физической близости.

Готова? — промелькнуло в голове у Клэр. Да стоило тебе прикоснуться ко мне, и я растаяла. Можно подумать, ты сам этого еще не понял.

— А что, если кто-то из нас встретит свою любовь? — не сдавалась она, глядя ему в лицо. — Что тогда?

— Этого не случится, — уверенно заявил Арт. — Я позабочусь о том, чтобы ты получила от меня все, что захочешь.

Кроме любви. На мгновение Клэр показалось, что она произнесла эти слова вслух, но потом она осознала, что слышит только оглушительный стук своего сердца.

— И все же... вдруг ты кого-нибудь полюбишь? Не забывай — ведь в брак вступают двое.

— Никого я не полюблю, Клэр. — Он снова прижал ее к себе и, слегка касаясь губами пушистых рыжих волос, шепнул:

— В моем организме выработалось достаточно антител против любовного недуга.

— Из-за Мэделин? — тихо спросила Клэр, уткнувшись лицом в его рубашку.

— Да, — после короткой паузы подтвердил Арт. — Мы постоянно были вместе, и она была чудовищно ревнива... даже хуже, одержима мной до сумасшествия. Поначалу я очень любил Мэделин — это была красивая, яркая, энергичная женщина, но к тому времени, когда я стал задумываться о том, что будет, если я хотя бы брошу мимолетный взгляд на другую, она уже была беременна.

— Арт, ты вовсе не должен мне все это рассказывать. — Клэр попыталась отодвинуться, чтобы заглянуть ему в лицо, но он снова привлек ее к себе.

— Тише. — Он заговорил снова, лишь убедившись, что она немного расслабилась у него на груди. — Вскоре мы поженились, и во время медового месяца Мэделин призналась, что забеременела специально, потому что боялась меня потерять. Я даже не знаю, что почувствовал — это были и гнев, и чувство вины... Но я еще любил ее и хотел, чтобы этот брак состоялся.

Он судорожно вздохнул.

— Однако, даже выйдя за меня замуж, Мэделин продолжала ревновать. Дошло до того, что я вообще перестал смотреть на женщин, даже на приятельниц, которых знал с незапамятных времен. Мы перестали ходить на званые обеды, потому что потом дома разыгрывались неизбежные сцены ревности. Я твердил себе, что, когда родится ребенок, все наладится — Мэделин станет более уверенной в себе, когда к ней вернется былая красота и стройная фигура. Беременность была ей ненавистна, хотя я постоянно повторял, что она красива, как никогда, и говорил это совершенно искренне.

— А когда родился ребенок? — мягко спросила Клэр, и на этот раз Арт позволил ей слегка отодвинуться. — Что было тогда? — повторила она, глядя в его искаженное мукой лицо.

— Роды были трудными. Многие пожилые женщины говорили, что это оттого, что мать заранее не любила своего ребенка. — Теперь он с трудом цедил слова сквозь стиснутые зубы. — Я не верил, что Мэделин ревнует меня к сыну, но постепенно она превратила нашу жизнь в настоящий ад. Я настоял, чтобы она сходила к психиатру, но это ничего не дало. Дошло до того, что я стал бояться оставлять ее наедине с сыном, когда уходил на работу, и нанял няню. Эта была пожилая, полная женщина, которая через несколько недель ушла, так как Мэделин обвинила ее в том, что она со мной спит. У нас работала уже третья няня, когда однажды мне позвонили на работу. Оказывается, моя жена набросилась на замужнюю пятидесятилетнюю женщину, мать пятерых детей, крича, что у той со мной интрижка.

— Боже мой, Арт. — Клэр не знала, что сделать, чтобы стереть страдальческое выражение с его лица.

— Отбившись от Мэделин, няня попыталась не дать ей уйти из дома с ребенком, но к тому времени, когда я примчался, было уже поздно. В отчете полиции говорилось, что машина не вписалась в поворот и упала в реку, но... я всегда в этом сомневался. — Арт на мгновение закрыл глаза, потом снова открыл их и закончил:

— В общем, они оба утонули. Роджеру не было еще и года.

Клэр захотелось взять его лицо в ладони и покрыть его поцелуями; сказать, что все будет хорошо, что ее любви будет достаточно для них обоих, что она сумеет залечить его душевные раны. Но она лишь молча смотрела на него.

Ей казалось, что она стоит на краю пропасти, готовая прыгнуть вниз. А что будет дальше подхватит ли ее ветер счастья, и она полетит на крыльях будущего, или упадет вниз и разобьется о скалы прошлого — зависело от этого высокого, красивого мужчины.

Клэр уже знала свой ответ на его предложение. Она любила Арта Рэндалла, вот и все.

— Так что... — Он заглянул ей в лицо черными, как ночь, глазами, в которых не было и намека на привычную жесткость и цинизм. — Если ты выйдешь за меня, это будет навсегда. Тебе это не трудно?

Клэр набрала побольше воздуха в легкие и ринулась в пропасть.

— Я выйду за тебя, — на удивление твердо сказала она и подняла вверх лицо, подставляя губы для поцелуя.

Глава 8

Последующие несколько месяцев были довольно суматошными. Надевая на палец Клэр изысканное кольцо с бриллиантами и сапфиром, Арт дал понять, что хочет, чтобы свадьба состоялась весной, но буквально через неделю агент подтвердил возможность небольшой выставки ее работ в конце апреля. Клэр осторожно сообщила об этом Арту, полагая, что тот станет возражать, но он лишь кивнул и небрежно заметил:

— Это для тебя отличная возможность закрепиться здесь. Мы назначим свадьбу на середину мая. Забудь обо всем и сосредоточься на подготовке к выставке. Остальное я беру на себя. Идет?

— Но это значит, что я буду работать сутками. Ты это понимаешь? — спросила Клэр.

— Разумеется.

Она вздернула подбородок и расправила плечи. Что ж, если Арту наплевать, что они будут редко видеться, то и она не станет из-за этого расстраиваться!

Клэр ожидала, что, объявив о помолвке, Арт на правах жениха начнет соблазнять ее, однако, он держался даже более отчужденно и сдержанно, чем раньше. Его, казалось, вовсе не заботило, что они, словно корабли, движутся параллельными курсами, тогда как ей это стоило многих бессонных ночей, особенно после того, как они все-таки встречались.

Девушка понимала, что после откровений по поводу своего прошлого должна быть благодарна Арту за сдержанность, но почему-то не испытывала ничего похожего на это чувство. Он, казалось, был вполне доволен установившимися между ними дружескими, почти платоническими отношениями, и это доводило Клэр до исступления, ибо она хотела его — физически, морально, эмоционально, более того, мечтала, чтобы он испытывал к ней те же чувства.

К счастью, постепенно она сумела справиться со своими эмоциями и с удовлетворением обнаружила, что не один Арт умеет носить маску.

В такой обстановке предстоящая выставка оказалась для нее просто спасением. Клэр жила только своей работой и, не считая короткой поездки в Оксфорд по приглашению матери Арта, которая помогла ей выбрать подвенечное платье, почти не отходила от мольберта.

Весна пришла рано, и к апрелю воздух был уже теплым, наполненным благоуханием распускавшихся бутонов.

Арт настоял на том, чтобы отвезти Клэр к началу выставки в Лондон, и провел там целый день, пока его не вызвали звонком в клинику. Девушка была благодарна ему за поддержку, это помогло ей морально подготовиться к тяжелой неделе.

К концу выставки она установила кое-какие весьма важные контакты, продала значительную часть своих картин и получила важные заказы, которые обеспечивали ее работой до конца года. Успех радовал Клэр, но из-за приближающейся свадьбы, до которой оставалось всего семь дней, она была взвинчена больше обычного.

Неудивительно, что, когда Иви с Фрэнсисом приехали на пару дней раньше, чем ожидалось, племянница встретила их слезами радости и облегчения. Реакция Фрэнсиса была чисто мужской — он растерялся и засуетился. Иви же отвела девушку в дом, усадила на диван и обняла.

Постепенно Клэр успокоилась и даже стала смеяться шуткам дяди. Она надеялась, что Иви не догадалась о ее смятении, однако, поднявшись наверх, чтобы посмотреть свадебное платье, та сразу же приступила к допросу.

— Выкладывай, что случилось. — На прелестном лице Иви не было и следа веселья. — Только не говори мне, как внизу, что ты просто слишком рада нас видеть и нервничаешь из-за свадьбы. Я знаю, что дело не только в этом.

— Ох, Иви. — Клэр села, комкая шелковую кремовую ткань, и опустила глаза. Узкое, классического покроя платье без рукавов сидело на ней так, словно было сшито на заказ. — Все произошло так неожиданно...

— Это нормально, — изрекла Иви и погладила огромный живот. — Особенно когда связано с мужчиной, — добавила она, — а Арт, на мой взгляд, настоящий мужчина. Ну, рассказывай.

Клэр, которой было известно, что и у Иви не все в жизни складывалось гладко — в детстве ее поколачивал отчим, а в юности она пережила несчастную любовь, — понимала, что если кто и способен ее понять, так это тетушка.

— Ты не расскажешь Фрэнсису? — осторожно спросила она.

— Нет, если ты не хочешь.

— Я согласилась выйти замуж за Арта, потому что страстно люблю его, но знаю, что он не может ответить на мое чувство, — обреченно произнесла Клэр и рассказала все подробности этого странного романа.

К тому времени как она закончила говорить, на лице у Иви было такое выражение, что Клэр пришлось чуть не до крови закусить губу, чтобы снова не залить слезами блузку родственницы.

— Не надо было мне расстраивать тебя, Иви, — виновато пробормотала она. — Я сейчас немного не в себе.

— Неудивительно, — нахмурилась та. — Но меня удивляет Арт. Я была о нем лучшего мнения.

— Он не виноват, — с жаром возразила Клэр, сама не понимая, почему защищает его. — Он не знает, что я его люблю, и думает, что для меня, так же как и для него, это просто выгодная сделка.

— Да? — с сомнением протянула Иви.

— Со мной все будет в порядке, — деланно бодрым тоном заверила ее девушка. — Просто я очень обрадовалась вам, вот и расклеилась.

— Ты должна немедленно отменить свадьбу, Клэр. Или, по крайней мере, сказать Арту о своих чувствах, — с тревогой произнесла Иви.

— Нет! — испуганно воскликнула та. Женщины молча посмотрели друг на друга, и Иви прошептала:

— Ох, дорогая...

Утро свадьбы выдалось чудесным. Небо было ярко-синим, без единого облачка, солнце сияло вовсю, а из сада в открытое окно комнаты доносилось благоухание распускающихся цветов. Клэр села в постели и подтянула колени к животу.

Вот и наступил этот день, с тревогой думала она. В восемь приедут Иви и Джейн, чтобы помочь мне подготовиться к церемонии, которая должна состояться в одиннадцать. А к полудню я стану миссис Рэндалл. Сердце девушки подпрыгнуло и камнем рухнуло куда-то вниз.

Надо поесть, решила она. Два тоста и кофе помогут мне прийти в себя.

Отбросив одеяло, Клэр в одной ночной рубашке выбежала в коридор. Без кошек, которых на последние два дня переселили в подвал к собакам, где они вполне мирно уживались вместе, дом казался пустым и тихим.

На мгновение девушку охватило чувство сродни отчаянию, и тут ее взгляд упал на пакетик, лежавший у двери спальни.

Для самой красивой девушки на свете, — было написано в прикрепленной к нему записке твердым почерком Арта.

Клэр развернула бумагу и, раскрыв бархатный футляр, увидела жемчужное ожерелье и серьги редкостной красоты.

Совсем неплохо для начала, промелькнуло у нее в голове.

Эти слова она твердила про себя, входя в церковь под руку с Фрэнсисом пять часов спустя.

Ее изысканное платье облегало стройную фигурку, в волосы были вплетены живые цветы, накидка легким облачком летела следом.

Когда она подошла к Арту, тот повернулся к ней, и на мгновение непроницаемая маска спала с его лица. На нем явственно отразилось первобытное желание, которое он так долго и так тщательно скрывал все это время. Клэр смотрела на него во все глаза, пораженная этим внезапным преображением, но спустя мгновение он снова стал невозмутим, и служба началась.

А потом она снова шла по приделу, но уже под руку с мужем, который был неотразим в элегантном сером костюме, кремовой рубашке и золотистом жилете. Теперь ее звали миссис Рэндалл.

Под перезвон колоколов молодые вышли из церкви на яркий майский свет, и, когда фотограф подвел их к цветущему вишневому дереву, чей воздушный белый ореол представлял собой идеальную рамку для свадебной фотографии, Арт улыбнулся Клэр и тронул пальцем жемчужное ожерелье у нее на шее.

— Даже оно не может сделать тебя краше, чем ты есть, — произнес он низким глубоким голосом. — В эту минуту нет мужчины на земле, который бы мне не завидовал.

— Ты преувеличиваешь, — еле слышно отозвалась Клэр.

В его голосе она всегда слышала чувственные нотки, но сегодня это ощущалось особенно сильно. Черные глаза Арта обожгли ее страстным взглядом, а потом он тихо шепнул ей на ухо:

— Не бойся, я и в самом деле не собираюсь тебя торопить.

Неужели он думает, что она страшится первой брачной ночи?

Клэр молча смотрела на Арта. Ее подмывало сказать, что он ошибается, но вот как при этом не выдать своих чувств? Однако момент был упущен, ибо подошел фотограф и стал расставлять гостей для съемок.

Оставшаяся часть дня стала для Клэр калейдоскопом неясных образов и голосов. Ей казалось, что она играет главную роль в какой-то пьесе, настолько все вокруг казалось нереальным.

Однако это было не так. Она действительно вышла замуж. За Арта. Об этом свидетельствовал и тонкий золотой ободок на безымянном пальце, и тепло сильной руки на ее талии, когда они танцевали.

Сегодня она впервые будет спать в его постели.

При этой мысли Клэр сбилась с шага. Арт тут же устремил на нее озабоченный взгляд и тихо спросил:

— Устала?

— Да нет.

Какое там устала! Она нервничала в предвкушении предстоящей ночи и могла думать только о том, как будет таять в его объятиях, когда они наконец останутся одни.

Ей представлялся Арт обнаженным, его жаркие поцелуи, ласковые прикосновения, неземное наслаждение, которое она неизбежно испытает, отдавшись ему...

Девушка снова сбилась с шага, и Арт слегка погладил ее по затылку, успокаивая, однако это прикосновение только усилило пожиравший ее жар желания.

— Ну, все, нам пора, — шепнул он. — Давай прощаться с гостями.

Сердце Клэр билось уже где-то у самого горла. С трудом переставляя сразу же ставшие ватными ноги, она последовала за мужем через небольшую танцевальную площадку и нацепила на лицо любезную улыбку, принимая прощальные пожелания гостей. Арт стоял рядом, по-прежнему обнимая ее, и это было так чудесно...

Однако когда к ним подошли Иви и Фрэнсис с пожеланиями счастья, Клэр снова ощутила, как в горле у нее встал комок.

— Мы будем очень счастливы, я это знаю, — проговорила она.

Тетка пристально посмотрела на нее и мягко произнесла:

— Конечно, будете, дорогая.

Потом Клэр бросила свой свадебный букет в толпу визжащих девушек, и молодые супруги вышли в теплую майскую ночь, где их ждал роскошный лимузин.

Когда Арт месяц назад спросил невесту, где она хочет провести медовый месяц, она робко спросила, могут ли они остаться в Англии и поездить по стране. Он согласился, удивленно заметив:

— Странный выбор. Но раз ты так хочешь...

На самом деле Клэр хотела только его, и ничего больше. Сейчас, при мысли о том, что предстоящие три недели он будет принадлежать только ей одной, по телу ее растеклось возбуждающее тепло.

Он полюбит меня, взволнованно подумала Клэр, когда Арт заботливо усаживал ее в машину, стараясь не помять элегантный дорожный костюм, в который она уже успела переодеться.

Черное кружевное белье, которое она надела, было достаточно сексуальным, чтобы соблазнить святого, и Клэр даже самой себе казалась роковой женщиной. Такой она хотела стать для Арта. Любовницей, женой, другом... кем он захочет.

Сначала Клэр поразилась, осознав, что с удовольствием представляет себе, что Арт будет проделывать с ней в постели. В ее душу закралось страшное подозрение, что она больше походит на свою бабку, чем предполагала, но затем здравый смысл пришел ей на помощь. Она же любит Арта. Всей душой, самоотверженно и навеки. А их отношения — не какая-то легкая интрижка, которая закончится, как только любовники наскучат друг другу, а союз, освященный церковью.

Клэр посмотрела в окно лимузина и вдруг увидела мать Арта. Та стояла, прижав руки к груди, с влажными от слез глазами, и в ее лице было что-то такое, что девушка опустила стекло и окликнула свекровь.

Наверное, она вспоминает первую свадьбу сына и то, чем все это кончилось, подумала Клэр. Когда Джейн подошла к лимузину, она выскочила наружу и порывисто обняла пожилую женщину.

— Я позабочусь о нем, Джейн, — шепнула девушка, — обещаю.

— Я знаю, — всхлипнула та.

— Мы не уезжаем далеко, — мягко продолжила Клэр. — Так что вы в любой момент сможете к нам приехать. Мы будем рады вас видеть, вы ведь знаете это, правда?

— Благослови тебя Бог, родная.

— Ты это серьезно? — спросил у жены Арт, когда лимузин отъехал от отеля, а приветственные крики гостей замерли вдали. — Насчет того, что мои родители могут приезжать к нам?

— Естественно. — Клэр изумленно взглянула на него, но он не сводил глаз с дороги, убегавшей вдаль.

— Спасибо, — проговорил он после долгой паузы. — Это очень важно для мамы. Видишь ли, Мэделин... не любила, когда они приезжали. Мы жили недалеко от моих родителей, но даже после рождения Рода любой их визит становился для нее проблемой. В результате, хотя я и просил маму навещать нас, она делала это крайне редко, потому что не хотела усложнять мне жизнь. По-моему, она страшно переживала, что не может общаться с внуком.

— Мне очень жаль, Арт, — искренне сказала Клэр. — Куда мы едем? — поинтересовалась она. Он мимолетно, почти светски улыбнулся ей.

— Я подумал, что заказывать номер для новобрачных в отеле — это слишком банально, тем более что завтра нам не захочется рано вставать. А тут мой приятель уехал в Штаты и предложил мне пользоваться его фермой. Мы можем отдохнуть там пару дней, прежде чем отправимся в большое турне по Англии. Вас это устраивает, миссис Рэндалл?

— Вполне, мистер Рэндалл, — стараясь поддержать его беспечный тон, отозвалась Клэр, хотя сердце ее бешено билось.

То, что Арт назвал фермой, оказалось красивой усадьбой с огромным особняком. Его стрельчатые окна выходили в роскошный сад. Внутри царила старомодная роскошь: дубовые балки, бронзовые окантовки, диваны, в которых можно было утонуть, и полы из вишневого дерева.

— А чем занимается твой приятель? — спросила Клэр, входя в огромную кухню.

Она была оборудована по последнему слову техники, но при этом сохраняла атмосферу сельского уюта — с потолка свисали пучки сухих цветов, а посередине стоял массивный дубовый стол. Арт небрежно пожал плечами, подошел к холодильнику и достал оттуда бутылку шампанского.

— Играет на бирже, — рассеянно отозвался он. — Давай выпьем по бокалу, а потом я покажу тебе комнаты наверху. Уже за полночь, и ты совсем вымоталась.

Наверху, мысленно повторила Клэр и слегка вздрогнула, когда с громким хлопком вылетела пробка из бутылки. Ее фантазия разыгралась с новой силой. Неужели эти безумные эротические грезы вот-вот сбудутся и она будет лежать в объятиях Арта?

— За вас, миссис Рэндалл. — Он поднял бокал, и в его непроницаемых черных глазах блеснула улыбка.

— За нас, — храбро поправила Клэр, не сводя с него взгляда.

— За нас.

Он чуть коснулся ее бокала своим, одним глотком осушил половину и поцеловал Клэр. Его губы были теплыми, с легким привкусом шампанского. Видимо, алкоголь ударил Клэр в голову, ибо в ушах у нее стоял сплошной звон.

Арт целовал ее медленно и чувственно. Она с трудом сдержала стон, готовый вырваться из груди, однако не смогла скрыть дрожи желания.

Видимо, по-своему истолковав это движение, Арт оторвался от ее губ и, отвернувшись, направился к двери. Клэр так и осталась стоять неподвижно, не в силах вымолвить ни слова.

— Пойдем, посмотрим дом, — холодно произнес он, властно протягивая ей руку.

Как он сдержан, невольно отметила девушка. Наверное, я его совсем не завожу... Едва переставляя слабеющие ноги, она покорно подошла к мужу и взяла его за руку. Но ведь прежде я возбуждала его, и неоднократно, напомнила себе Клэр. Почему же этого не происходит сейчас?!

Лестница, ведущая на второй этаж, напоминала декорации голливудского фильма, однако, поднимаясь по ступеням, Клэр уже не обращала внимания на интерьер.

В голове у нее бродили другие мысли. Что делать, что говорить, когда они окажутся в спальне? А может, слова и не понадобятся? Пусть только Арт займется с ней любовью, и она заставит руки и губы говорить за себя. Он ведь страстный мужчина, это чувствуется даже на расстоянии... и не раз говорил, что считает ее красивой и сексуальной. Так что все будет хорошо. Должно быть хорошо!

— На третьем этаже располагаются детская и две спальни, — пояснил Арт, — но они подождут до завтра. А здесь — гостевые комнаты с ванными. — Он открыл подряд три двери, демонстрируя Клэр огромные спальни. — Эта принадлежит хозяину.

С этими словами он вошел в просторную комнату с высоким потолком, отделанную в серебристых и темно-лиловых тонах. Там уже находился их багаж — по-видимому, его привезли заранее.

. — Здесь так красиво! — восхитилась девушка, осматриваясь. — Твой друг — просто счастливчик.

— Он подумывает продать этот дом. — Арт прислонился к открытой двери, сложив руки на груди. — Ему надоело постоянно ездить в Штаты одному, и он решил перевезти туда семью.

— Правда? — Клэр повернулась к мужу. — Но кто же сможет позволить себе купить такую роскошь?

— Я, — будничным тоном отозвался он, — если тебе захочется жить здесь постоянно. В пристройке за кухней есть крытый бассейн и довольно приличный тренажерный зал. Мы можем немного расширить это помещение и оборудовать там студию.

— Но такой особняк, наверное, стоит безумно дорого! — воскликнула Клэр.

— Дед оставил мне в наследство изрядную сумму, а Мэтт, владелец этого дома, помог приумножить капитал. Время от времени я под его руководством играл на бирже и, как ни странно, удачно.

— Но... — Она озадаченно смотрела на Арта. — Если ты можешь купить себе такой дом, то почему живешь так скромно? И вообще, зачем тебе работать?

— Мне это нравится. Я долго учился ветеринарии, и эта наука давалась мне нелегко, но, судя по тому, что мне удается помочь большинству пациентов, из меня получился неплохой специалист, и теперь работа приносит мне удовлетворение.

Клэр медленно кивнула. Это ей было понятно. Имей она хоть миллион фунтов стерлингов, все равно не перестала бы писать.

— Что касается жилья, то мне было просто не до того, чтобы заниматься бытовыми проблемами, — пожал плечами Арт, отделяясь от двери. — Я снова стал холостяком и не собирался больше жениться. После гибели жены и сына у меня был довольно тяжелый период... я пытался забыться любым способом, пока не понял, что спасет меня только работа. Потом я несколько месяцев колесил по стране в поисках тихого местечка, где мне бы захотелось жить, и наконец наткнулся на объявление, гласившее, что этому городку нужен ветеринар. Остальное тебе известно.

— Почему ты не сказал мне, что богат? — спросила Клэр, пряча обиду.

Получается, что я, по сути дела, совсем не знаю этого человека, подумала она. Но ведь теперь он мой муж, и я имею право задавать вопросы.

— А это так важно? — небрежно поинтересовался Арт.

— Я думаю, да. — Клэр слегка вздернула подбородок и посмотрела ему в глаза. — Я понимаю, что у нас брак по расчету, но он все равно должен основываться на доверии.

Она сама удивлялась, как ей удается сохранять ровный тон, когда внутри все кипит от возмущения.

Их взгляды скрестились, и, заметив, что Арт нервно сменил позу, Клэр поняла, что он вовсе не так спокоен, как кажется.

— Что ж, я понял намек.

Будем надеяться, подумала она. Он явно рассчитывал, что, живя под одной крышей, каждый из нас будет вести свою жизнь. Впрочем, сейчас не время и не место пытаться пробить каменную стену, которой он себя окружил.

— Вот и хорошо, — сказала Клэр вслух. Ей даже удалось выдавить почти естественную улыбку, которая, впрочем, тут же замерла на ее губах, когда Арт деловито осведомился:

— Тебе еще что-нибудь от меня понадобится перед сном?

Он отступил в коридор и положил ладонь на дверную ручку.

Не может быть! Неужели он оставит меня одну в первую брачную ночь? Клэр открыла рот, желая остановить его, но, так ничего и не сказав, отрицательно покачала головой.

— Постарайся выспаться — этот день был для тебя очень утомительным.

С этими словами Арт вышел из комнаты.

Наверное, с минуту Клэр стояла неподвижно, пытаясь осознать происходящее, потом подошла к кровати, упала на нее и расплакалась.

Это немного помогло — во всяком случае, эротическое нижнее белье она сдернула с себя уже со злостью, бормоча нелестные слова в адрес мужа, и слезы ее высохли.

Совершенно нагая, Клэр прошла в роскошную ванную — всю в мраморе, позолоте и зеркалах. Со всех сторон на девушку смотрело ее отражение. Конечно, я не тощая, какие теперь в моде, размышляла она, разглядывая себя, но и не слишком толстая. Мальчишки постоянно бегали за мной, стало быть, не так уж я и уродлива...

Клэр напустила воды в огромную ванну и забралась туда, стараясь не думать, каково это было бы, если бы Арт был с ней.

Ох, как же она его сейчас ненавидела! Как можно было вообразить хоть на минуту, что она влюблена в него? Наверное, это было временное помрачение рассудка... Но теперь она не подпустит его к себе! Ни за что! Она не уступит ему в холодности и самообладании. Как это он сказал? Что не хочет торопить ее? Отлично! Теперь ему придется ждать ее в постели, пока он не поседеет.

Клэр пролежала в ванне больше часа. Что сейчас делает Арт? Спокойно спит? — вдруг

промелькнуло у нее в голове, и при мысли о муже на глаза снова навернулись слезы. Девушка поспешно выбралась из ванны, закуталась в огромное банное полотенце и вернулась в спальню. Пустота роскошной кровати, казалось, насмехалась над ней, пока она втирала в лицо и тело увлажняющий крем и сушила волосы, а когда она решила достать ночную рубашку, то чуть не расплакалась, потому что обнаружила в комнате только два своих чемодана.

Арт действительно совсем не хотел ее. Клэр опустилась на кровать и невидящим взглядом уставилась в пространство. Что же ей теперь делать? Где найти силы, чтобы изменить его отношение? Она внезапно почувствовала себя маленькой и одинокой — совсем как в детстве. Никто ее не любит и никогда не будет любить. И как она могла вообразить, что в нее может влюбиться такой мужчина, как Арт Рэндалл? Да она просто спятила!

Свернувшись в клубочек под одеялом, Клэр снова зарыдала и плакала до тех пор, пока не заснула.

Утром она с трудом очнулась от глубокого, без грез, забытья, в которое погрузилась, окончательно измученная физически и морально.

Пока Клэр медленно, слой за слоем, сбрасывала с себя тяжелое покрывало сна, тяжким грузом придавившее ее к кровати, до нее постепенно дошло, что ее разбудило. Кто-то раздвинул толстые шторы и открыл окна, впустив в комнату яркий солнечный свет. Клэр повернула голову и увидела Арта.

— Вставай, соня, — лениво протянул он, разглядывая ее обнаженные плечи, и она инстинктивно подтянула одеяло к подбородку. — Уже десять, день чудесный, и после завтрака мы с тобой отправимся исследовать поместье. Я уже упаковал нам ланч, так что, как только ты съешь тост и выпьешь как минимум две чашки кофе, мы стартуем. — Арт кивнул на поднос, который поставил рядом с кроватью.

— Ты приготовил завтрак?

Клэр по-прежнему пряталась под одеялом, так как вспомнила, что накануне у нее не хватило сил достать ночную рубашку и она уснула обнаженной.

— Там нечего было готовить, — сухо отозвался Арт, бросив взгляд на поднос со стаканом апельсинового сока, тремя ломтиками поджаренного хлеба с маслом, крошечной упаковкой черносмородинового джема, дымящимся кофейником, молочником и сахарницей. — Даю тебе полчаса, хорошо?

— Хорошо, — покорно кивнула Клэр, и рыжие пряди в беспорядке упали ей на глаза.

Ей хотелось, чтобы Арт как можно скорее убрался. Он был так красив — гладко выбритое лицо, темные волосы, еще влажные после душа, свежая рубашка, оттеняющая загорелую кожу, великолепно сидящие на крепких бедрах черные джинсы...

А я сейчас, наверное, похожа на огородное пугало, подумала она.

Словно прочитав ее мысли, Арт вдруг наклонился к ней, взял лицо в ладони и поцеловал в губы.

— Я знал, что по утрам ты выглядишь очень аппетитно, — сказал он и вышел из спальни, бросив на ходу:

— Полчаса. И не заставляй меня ждать.

Аппетитно? — разъярилась Клэр. Да если бы ты не успел вовремя закрыть дверь, то поднос со всем своим содержимым полетел бы тебе прямо в голову! Сначала ты всю ночь разыгрываешь из себя недотрогу, а потом... На что это ты намекал? Что думал обо мне? Что все-таки хочешь меня?

Бросив взгляд на поднос с завтраком, девушка раздраженно вздохнула. Арт Рэндалл — это вещь в себе, и она до сих пор понятия не имеет о том, что он такое на самом деле.

Она протянула руку к кофейнику. Ощущение широкого золотого ободка на пальце было непривычным. Клэр выпила сок и откусила кусочек тоста. Есть ей совсем не хотелось, и винить в этом было некого, кроме себя самой. Арт ведь не заставлял ее выходить за него замуж — она сама приняла решение. Только не ожидала...

— Хватит ныть! — громко прикрикнула на себя Клэр, и почему-то ей сразу стало легче.

В конце концов, это мой первый день в качестве миссис Рэндалл, и он еще ни о чем не говорит, размышляла девушка. Я молода, здорова, у меня есть работа, я замужем за любимым человеком. Пусть он меня не любит, ну и что!

Клэр презрительно усмехнулась, доела тост и стала обдумывать, что бы надеть.

Как он там сказал — пикник? Разведка местности? Надо бы выбрать что-нибудь практичное... Джинсы?

Нет! — вдруг осенило ее. Пора устроить Арту Рэндаллу веселую жизнь! Он с избытком наделен нормальными мужскими инстинктами, и я этим воспользуюсь. А потом, когда он распалится, мило напомню ему об условиях сделки, мстительно подумала она.

Потратив на десять минут больше того времени, что отвел ей Арт, девушка оглядела себя в зеркале и решила, что усилия того стоили. Белое, с пышной юбкой, платье без рукавов, отделанное изысканной вышивкой, выглядело невинным и соблазнительным одновременно. Легкие туфли на низком каблуке были вполне удобны для прогулки по сельским дорогам. Волосы Клэр распустила, и они пышными волнами легли ей на плечи. Легкие тени, умело нанесенные на веки, подчеркивали глубину ее синих глаз, а бледно-розовая помада придавала губам влажный блеск. Любой мужчина, в чьих жилах текла кровь, а не вода, захотел бы поцеловать их.

Ну, Арт, держись! — с вызовом подумала Клэр и вдруг испугалась. Во что превратил ее этот человек? Куда подевалась робкая девочка, отказывавшая всем ухажерам и даже своему жениху позволявшая лишь самые скромные ласки? Теперь она ведет себя не лучше Ванессы!

Она лихорадочно схватила салфетку, стерла помаду с губ и тут услышала, что Арт зовет ее. Бросив последний взгляд в зеркало, Клэр стянула волосы в хвост.

Вот так будет лучше, подумала она, хотя бы не столь вызывающе. Стук в дверь заставил ее круто обернуться.

В комнате появился Арт. Он медленно обвел ее взглядом.

— Ты готова?

— Да, — выдавила слабую улыбку Клэр. Он подал ей руку, и они спустились по лестнице в холл.

Арт запер дверь и подхватил плетеную корзинку, стоявшую на каменных ступеньках крыльца, пояснив по ходу, что это их ланч, а потом извлек откуда-то и протянул Клэр букетик маргариток.

— Надо же мне было чем-то заняться, пока я тебя ждал, — пояснил он..

В отличие от дня свадьбы каждую минуту этого дивного дня Клэр запомнила на всю жизнь. Легкий ветерок смягчал жару. Они шли с Артом рука об руку и непринужденно болтали.

В два часа дня, когда они оказались на заросшем густой травой лугу, он предложил пообедать.

— Какое изумительное место!

Зеленый ковер был усыпан полевыми цветами, благоухание которых привлекало целые рои пчел. Их мерное жужжание и стрекот кузнечиков создавали своеобразный звуковой фон.

— Приятное, — лениво согласился Арт, распаковывая корзинку, в которой лежал кусок ветчины, головка сыра и несколько пышных булочек, а также бутылка отличного вина. Поймав удивленный взгляд Клэр, он пояснил:

— Я купил все это в деревенской лавке.

Эта улыбка ее доконала. Сейчас он выглядел озорным мальчишкой и сексуальным мужчиной одновременно. Клэр знала, что бесчисленное число женщин уже пали жертвой его обаяния, но теперь хорошо понимала их. Арт Рэндалл действительно был неотразим, и все ее попытки призвать на помощь обиду и гордость пошли прахом.

Когда он был рядом, она не могла на него сердиться.

— Держи. — Арт протянул ей изящный хрустальный бокал, наполненный темным красным вином, и поднял свой. — Твоя очередь произнести тост.

У Клэр в голове вертелось множество тостов, но любой из них испортил бы чудесное настроение этой минуты, и она весело сказала:

— За то, чтобы таких пикников у нас было как можно больше.

Вино отдавало вкусом вишни, черной смородины, теплого сельского дня, и от этого у нее закружилась голова. Ланч тоже был великолепен, и, когда девушка решила, что больше не в силах проглотить ни кусочка, Арт извлек из корзинки миску сочной клубники, настаивая, что ее нужно съесть, запивая шампанским.

— Это было изумительно, — объявила Клэр, расправившись с клубникой, и вспыхнула под лукавым взглядом угольно-черных глаз Арта. — Не могу устоять, когда ты меня соблазняешь, — дерзко прибавила она, осушая бокал искристого шампанского.

— Расслабилась?

Голос Арта звучал низко и гортанно, и от этого ей вдруг захотелось замурлыкать, как сытый котенок.

— Полностью.

Она откинулась на прогретую солнцем траву и закрыла глаза. Пьянящий аромат цветов дразнил ее ноздри, теплые лучи солнца ласкали кожу.

— Довольна?

— Да.

Клэр было так хорошо, что не хотелось даже открывать глаза. Прошлое почти забыто, будущее не имеет значения. Единственной реальностью оставалась эта солнечная лужайка и мужчина рядом с ней. Она почувствовала, как Арт притянул ее голову к себе на грудь, но все равно не подняла ресниц, и через секунду уже проваливалась в глубины сна.

Девушка не знала, сколько проспала, а проснувшись, не сразу сообразила, где она. Ее окутывал теплый запах тела Арта, щека лежала на его обнаженной груди.

— Ты чмокаешь во сне губами, как маленькая девочка, — шепнул он. — Что тебе снилось сейчас?

— Не знаю, — срывающимся шепотом отозвалась Клэр.

— Может быть, я? — И, не дожидаясь ответа, Арт притянул ее ближе и стал жадно целовать. Потом его руки скользнули вдоль ее тела и дыхание стало прерывистым. — Ты такая прекрасная, Клэр, такая утонченная...

Одно движение, и он оказался сверху. Она тихо вскрикнула, когда его ладонь накрыла ее грудь. Ее платье мгновенно оказалось спущенным до талии, и Арт уверенно высвободил нежные холмики из кружевных чашечек. Его пальцы, умело ласкающие набухшие соски, доставляли Клэр такое наслаждение, что она задрожала. Но это было ничто по сравнению с тем, какое ощущение она испытала, когда на смену его рукам пришли губы.

Она застонала, извиваясь в чувственном экстазе, и полностью отдалась возбуждению. Уже едва сознавая, что делает, Клэр вплела пальцы в волосы мужчины, судорожно прижимая его голову к своей груди и выгибаясь навстречу всепоглощающей страсти.

— Клэр... — шепнул Арт, приподнимая голову и целуя ее в губы. Его тело напряглось еще больше, когда она ответила на поцелуй. — Я скоро не смогу остановиться. Ты понимаешь, о чем я?

— А я и не хочу, чтобы ты останавливался, — смело ответила она.

— Ты уверена?

Он слегка приподнялся, и Клэр стала покрывать его грудь легкими лихорадочными поцелуями.

Арт схватил ее за руку, но лишь затем, чтобы помочь ей раздеть его, а потом медленно, чувственными дразнящими движениями, умело разжигая огонь страсти, снял с нее платье.

Его неспешные искусные ласки возбуждали Клэр все больше, пока она не стала умолять, чтобы он взял ее. Но и тогда Арт не стал спешить — его губы и руки продолжали блуждать по ее округлой полной груди, тонкой талии, плоскому упругому животу, нежной коже бедер... Ее кожа на ощупь была как нежнейший шелк, но, лаская ее, Арт все время напоминал себе, что должен контролировать себя, пока она не будет полностью готова принять его. Нельзя ее торопить. Все это было для Клэр впервые, и она должна испытать всю полноту наслаждения. Однако с каждой минутой борьба с собой давалась ему все труднее.

Когда Арт наконец погрузился в ее влажное лоно, она была готова принять его и даже не вскрикнула от боли, а только чуть слышно вздохнула. Они двигались в едином ритме, и Клэр, обвив его тело ногами, при всей своей неопытности легко улавливала каждое его желание. В тот момент, когда их страсть достигла кульминации и Арт издал глухой стон наслаждения, ей показалось, что она проваливается в бездну блаженства.

Когда он замер, она не разжала объятий, словно в страхе потерять его, и он нежно гладил ее по плечу, пока она пыталась отдышаться, слыша рядом глухие удары его сердца.

Они долго лежали на солнечной лужайке обнаженными, и Клэр поражалась тому, что совсем не стесняется Арта. Она чувствовала себя такой счастливой и уверенной в себе, что ей было уже все равно.

— Что ж, моя милая женушка, — ласково сказал Арт. — Теперь ты знаешь, как сильно я тебя хотел. — Он заглянул ей в лицо и спросил:

— Я сделал тебе больно?

— Нет. — Клэр действительно почти не почувствовала боли. — Скажи... — вдруг решилась она задать вопрос, который так мучил ее:

— Почему ты вчера... оставил меня одну?

— Ты решила, что я поступил так, потому что не хочу тебя? — недоверчиво переспросил Арт, слегка отодвигаясь и приподнимаясь на локте. — Да я ждал этого момента с нашей первой встречи!

— Но ты... ты никогда не пытался... Он медленно покачал головой.

— Глупышка! Как я мог поступить иначе после того, что ты мне рассказала? Вспомни, ведь я пообещал тебе, что мы не будем близки, пока ты сама этого не захочешь.

Эти слова напомнили Клэр о том, что для него их брак — всего лишь выгодная сделка, и она поежилась. Арт, решив, что она озябла, тут же притянул ее к себе, согревая.

— Я хочу тебя, не сомневайся, — тихо сказал он, и она поверила, что это правда. — Я еще никогда не хотел так сильно ни одну женщину.

Ей сразу стало теплее. Арт, в отличие от Брента, никогда не притворялся, что любит ее, а теперь доказал, что она для него желанна. Что ж, этого пока достаточно. Она носит его имя, он принадлежит ей физически, и, может быть, когда-нибудь ей удастся пробиться сквозь стальную броню, в которую он заковал свое сердце. Надо только набраться терпения.

Тем временем Арт уже снова целовал ее, дразня прикосновениями своего тела, еще такого незнакомого для нее.

Он не знает о моих чувствах, а значит, мне придется скрывать их, терпеливо ожидая ответных, промелькнуло в голове у Клэр, но она тут же забыла обо всем, потому что Арт снова вошел в нее. Теперь он двигался уже более уверенно, и по мере того, как росло наслаждение, отражавшееся на ее лице, ускорял ритм.

Клэр задвигалась вместе с ним, и, открывая для себя все новые грани наслаждения, дошла до момента, когда взрыв сотряс их обоих. Кульминация миновала, но ее лоно еще долго пульсировало отголосками страсти, и она поняла, что готова изучать науку любви так долго, как только это будет возможно.

Глава 9

Они прожили на ферме дольше, чем предполагали, и Клэр поняла, что в ее памяти навсегда останется каждое мгновение этих чудесных дней.

Теперь они вместе спали на огромной кровати с пологом, и она нередко просыпалась посреди ночи, вглядываясь в лицо мужа, лежащее рядом на подушке. Любовью они занимались часто, причем Арт был ненасытен, и Клэр от него не отставала.

Утром они плавали в роскошном бассейне, расположенном в пристройке к дому, где имелись раздевалки, душ, бар, шезлонги и кресла, а также отличный тренажерный зал и сауна, а по вечерам делали барбекю на специальной площадке в саду. Дни же проводили, гуляя по лугам и холмам и выискивая все новые укромные лощинки, где можно было заниматься любовью.

Они много смеялись и болтали, постепенно открывая друг другу самые сокровенные тайны. Клэр было так хорошо, что каждый раз, когда Арт спрашивал, не пора ли им отправиться в запланированное путешествие, откладывала отъезд. Ее радовало, что они с каждым днем становятся ближе друг другу, но она все еще чувствовала, что какая-то часть души Арта остается для нее закрытой — вероятно, та самая, которую разрушила Мэделин.

Он был ласков с ней, нежен и внимателен, иногда казался веселым и озорным, а в сексе Клэр считала его непревзойденным любовником. Но все-таки он не принадлежал ей так, как она — ему, и ей хотелось подольше побыть на ферме Мэтта, где никто не мешал им.

Неужели я становлюсь такой же, как Мэделин? — порой в панике спрашивала она себя. Нет! Я же вовсе не стремлюсь контролировать Арта и владеть им безраздельно. Я всего лишь хочу любить его и знать, что он любит меня, вот и все.

Однако однажды утром Клэр, проснувшись, увидела, как Арт пакует свой чемодан.

— Нам пора съезжать отсюда, родная, — сказал он.

Сердце ее подпрыгнуло при этом ласковом обращении. Время от времени оно проскакивало у него, и, хотя она убеждала себя не воображать слишком много, все же ласкало ей слух.

— Но почему? — разочарованно протянула она. — Здесь чудесно, и я не хочу никуда уезжать.

— Потому, моя прелестная сирена, — мягко ответил Арт, — что Мэтт позвонил мне сегодня рано утром и сказал, что его теща заболела, так что он вынужден срочно возвращаться. Не думаю, что его детям полезно будет увидеть нас обнаженными в родительской спальне.

Он подошел к Клэр, присел на край кровати, провел пальцем по ее груди и лукаво шепнул:

— Но мы еще успеем отметить наш отъезд.

Сборы возобновились только через час. Когда автомобиль тронулся, Клэр с щемящей тоской смотрела в заднее стекло, пока здание не скрылось из виду.

Мы вернемся сюда, ведь Арт поклялся, что сделает все возможное, чтобы купить эту усадьбу, попыталась утешить она себя.

Здесь им было хорошо, как в раю. Конечно, когда дом станет для них постоянным пристанищем, все будет по-другому, и внешний мир поневоле будет вторгаться в их жизнь, но эти шесть дней были просто волшебными.

И все-таки ты никогда больше не будешь так счастлива, шепнул Клэр внутренний голос, и по спине у нее пробежал холодок. Однако она не позволила себе поддаться этому настроению и, повернув голову, решительно устремила взгляд в лобовое стекло — в будущее.

Будет она счастлива или нет — зависело теперь только от нее самой. Фрэнсис всю жизнь учил Клэр быть стойкой и добиваться своего; именно это качество помогло ей пережить предательство и гибель Брента. Но сейчас она хотела добиться, чтобы муж принадлежал ей не только телом, но и душой. Первый шаг в этом направлении уже сделан — Арт женился на ней, рассчитывая на понимание и дружбу, и она постарается не подвести его. Раз он видит в ней не мать своих детей, а деловую женщину; не наседку, встречающую мужа с подогретым супом, а хозяйку салона — что ж, пусть так и будет. Она ни за что не поступит, как Мэделин, и не Забеременеет, чтобы привязать его к себе!

— О чем ты думаешь? — спросил Арт.

— О том, когда мы остановимся, чтобы нормально пообедать, — сделав над собой усилие, беззаботно улыбнулась Клэр. — Мы завтракали сто лет назад.

— Не боишься растолстеть? — шутливо предостерег ее он и ловко объехал огромную ворону, по-хозяйски рассевшуюся посреди дороги. — Впрочем... в этом случае я все равно, как образцовый муж, буду выполнять свои супружеские обязанности.

— Очень любезно с твоей стороны, — отозвалась Клэр.

На какую-то долю секунды ей показалось, что Арт хочет добавить что-то еще, но потом она подумала, что надеяться на это было бы абсурдно.

Ведь слово «любовь» в его словаре отсутствовало.

Последние две недели их медового месяца были сплошной чередой отелей и впечатлений. Арт показал Клэр Уэльс и Йоркшир, и ей все больше нравилась страна, которая теперь должна была стать ее новой родиной. Ночи их оставались столь же бурными, и нередко они засыпали, лишь когда в небе появлялись первые лучики зари.

Клэр переехала в квартиру Арта над лечебницей, и теперь при встрече его коллеги называли ее миссис Рэндалл. Вскоре супруги должны были перебраться в усадьбу Мэтта, который согласился продать ее Арту, но, поскольку болезнь его тещи затягивалась, переезд откладывался.

Июнь оказался рекордно жарким — асфальт так и плавился, по всей Англии пересыхали реки, и Клэр все больше и больше мечтала о переезде в усадьбу Мэтта. Порой, когда ей на мгновение удавалось пробить броню отчужденности, которой окружил себя Арт, она даже чувствовала себя счастливой. Однако эти моменты были редки и недолговременны, а потому Клэр постоянно приходилось играть роль, справляться с которой становилось все труднее, ибо ее любовь к мужу росла с каждым днем.

Кошки уже полностью освоились с новым домом, но Клэр знала, как им будет хорошо в усадьбе, и ждала переезда туда с все более возрастающим нетерпением. Арт предложил Джимми в качестве повышения совместить должность менеджера и ветеринара, а также переехать в квартиру над клиникой, и тот с радостью ухватился за это предложение, так как в конце года тоже собирался жениться.

В качестве студии Клэр пока довольствовалась комнатой для гостей. Возможность сосредоточиться на работе была для нее настоящим спасением, ибо отвлекала от мрачных мыслей об отношениях с мужем, которые так и не стали такими, о каких она мечтала.

Клэр звонила в Штаты каждый день, интересуясь самочувствием Иви, которая должна была уже родить, но младенец явно не спешил появляться на свет.

— Похоже, ему слишком хорошо в животе у мамочки, — беспечно заметил Фрэнсис во время их последнего разговора. — Настоящий Адаме всегда знает, где ему лучше.

Однако на следующее утро он позвонил в шесть утра, и его голос был уже далеко не таким беззаботным. Трубку снял Арт и, с минуту послушав собеседника, спокойно произнес:

— Она в хороших руках, Фрэнсис, и я уверен, что все будет в порядке. Подожди, я передам трубку Клэр.

— Что случилось? Иви?!

Едва услышав имя дяди, Клэр вскочила с постели. К ранним звонкам им было не привыкать, и сначала она решила, что Арту звонят по вызову.

— С Иви все в порядке, — поспешно пояснил тот, прикрыв рукой трубку. — Она родила девочку, но малышке нужна срочная операция. Фрэнсис тебе сейчас все объяснит, не волнуйся.

Клэр машинально кивнула и осторожно взяла у него трубку.

— Фрэнсис? — неуверенно произнесла она.

— Привет, Солнечный зайчик.

Это было ее детское прозвище, и, несмотря на предостережение Арта, на глаза Клэр навернулись слезы, однако она сумела справиться с ними и бодро спросила:

— Иви родила?

— Девочку. — Фрэнсис говорил каким-то странным голосом, и Клэр догадалась, какую бурю эмоций он сейчас скрывает. — Она просто чудо и очень похожа на тебя, когда ты только родилась. У нее копна черных волосиков и большие синие глазки. Нянечки на нее не нарадуются. Но... — Его голос дрогнул. — У нее что-то с сердцем. Медицинский термин я все равно не выговорю, но смысл в том, что ей нужна операция. Срочно, в течение суток.

— Я вылетаю, — не задумываясь объявила Клэр.

— Не нужно. Ты занята, и...

— Я приеду, Фрэнсис.

Последовала пауза, а потом тот хрипло сказал:

— Иви хотела бы этого. Она не говорила ни слова, но я знаю, что ей было бы лучше, если бы ты была рядом.

— Я сейчас же позвоню в аэропорт. Передай привет Иви и скажи ей, что все будет хорошо. Ох, Фрэнсис, я так тебя люблю!

— Я тоже тебя люблю.

Он уже собирался повесить трубку, как вдруг Клэр спохватилась.

— Ой, забыла спросить! А как вы назвали дочку?

— Лилиан Клэр, как тебя.

Клэр, не в силах совладать с собой, расплакалась. Арт вынул трубку из ее дрожащих пальцев и опустил на рычаг.

— Малышку назвали в мою честь, — сквозь слезы, струившиеся по щекам, прошептала она. — Я Клэр Лилиан, а она — Лилиан Клэр.

Арт крепко обнял ее и прижал к груди, а когда она высвободилась, бормоча, что ей надо звонить в аэропорт, произнес с непроницаемым выражением лица.

— Я все устрою. Иди, прими душ и соберись, а потом я отвезу тебя в аэропорт.

Он со мной не поедет! — поняла Клэр, и сердце ее сжалось. Конечно, в условиях сделки не было речи о том, что Арт должен с ней нянчиться, но она все же не удержалась и спросила:

— Может, ты смог бы договориться, чтобы Джимми заменил тебя в клинике на пару дней?

— Не стоит. — Решение его явно было твердо и бесповоротно.

— Но я так хочу, чтобы ты поехал со мной, Арт. Я... ты мне нужен...

При взгляде на бледное зареванное лицо жены он смягчился.

— Послушай, я ничего не смыслю в сердечных делах, так что ничем не смогу помочь. Лучше ты звони почаще и держи меня в курсе, а я буду ждать твоего возвращения.

Он будет ждать?! Клэр молча посмотрела на Арта, и ее прелестное лицо побледнело еще больше. Стало быть, все прожитые вместе дни ничего не изменили — они не стали ближе ни на йоту. Можно было, конечно, умолять его, устроить сцену, применить эмоциональный шантаж, да мало ли еще что! Но она слишком любила мужа, чтобы так поступить. Если он когда-нибудь все же откроет ей свое сердце, то должен сделать это по доброй воле.

Видимо, я ошибалась, думала Клэр. Нельзя больше жить, притворяясь, что он мне не более чем партнер. Нужно сказать ему о своих чувствах, и, если он сочтет, что моя любовь тяготит его, пусть решает, как поступить.

Сердце ее бешено заколотилось. Как признаться Арту в любви? Как вообще справиться с таким мужчиной, как он? Возможно, открывшись ему, она потеряет его навсегда? Но откладывать решительное объяснение все равно нельзя: если этот странный союз будет продолжаться, то в основе его должна быть правда.

Клэр решительно спустила ноги с кровати и потянулась за халатом. Накинув его и затянув потуже пояс, она встала перед Артом.

— Ты никогда не обманывал меня насчет своих чувств.

— Я чувствую, что дальше последует «но».

Он откинулся на подушки, пристально глядя на нее.

— Да, — кивнула Клэр. — Дело в том, что это я тебя обманывала. Во всяком случае, в последнее время.

— Вот как?

Голос его был по-прежнему спокоен, но в глазах появился блеск, и Клэр догадалась, что, каким бы невозмутимым он ни старался казаться, призраки прошлого снова всплыли в его памяти. Ведь Мэделин обманом женила его на себе, а потом превратила их жизнь в ад.

— Это не то, о чем ты подумал, — спокойно пояснила Клэр. — Дело вот в чем. Я тебя люблю и хочу, чтобы ты это знал. Я не жду, что ты ответишь на мое чувство, но считаю, что будет честнее сказать тебе о нем. Если тебе это слишком тяжело... — Она помедлила и сделала глубокий вдох. — Тогда мы все обсудим и что-нибудь придумаем. В любом случае ты свободен.

Арт был ошеломлен настолько, что с его лица даже слетела привычная маска непроницаемости.

— Как ты можешь спокойно говорить о разрыве, если любишь меня? — напрямик спросил он, и на его скулах выступили темные пятна.

— Я вовсе не спокойна, — возразила Клэр. Неужели он не видит, что мне стоит усилий говорить сдержанно? — подумала она. — И, разумеется, вовсе не хочу разрыва.

— Что ж, и на том спасибо, — саркастически усмехнулся Арт.

— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, — смело продолжила Клэр. — Видишь ли, наш брак в принципе очень удобен для людей, которые решили жить вместе, спать в одной постели, но при этом ничего не ждать и не требовать друг от друга. У них не может быть ни детей, ни цветника вокруг дома — ничего из того, без чего я не представляю свою жизнь, потому что... — Тут она не выдержала, и голос ее сорвался. — Ты мне так нужен, Арт! Я больше не могу так!

— И как ты представляешь себе наше будущее? — сухо поинтересовался он.

Я призналась ему в любви, а он говорит таким равнодушным тоном! Клэр почувствовала, как в душе ее закипает гнев, и приказала себе успокоиться.

— Я не отступаю от условий нашей сделки, Арт. — Глаза ее уже начинали метать молнии, и она поспешно опустила их.

— Прости, но мне так не кажется. И тут Клэр внезапно осенило — видимо, любовь придала ей прозорливости.

— Ты ведь нарочно так себя ведешь, да? произнесла она, обращаясь больше к себе, чем к Арту. — Если ты сделаешь вид, что не слышал моего признания, то можно будет считать, что его вроде бы и не было, да? Мы поругаемся и в пылу ссоры забудем о ее причине, а к скандалам ты привык еще во время брака с Мэделин. — Клэр посмотрела ему прямо в глаза и медленно, чеканя каждое слово, добавила:

— Так вот, я в эти игры не играю. Я люблю тебя, Арт, и готова быть тебе хорошей женой, такой, как ты хочешь. Но при этом я не хочу бояться переступить какую-то черту. Я хочу быть с тобой, что бы с нами ни случилось...

— Тебе не пора собираться? — спросил он. Клэр поняла, что сейчас либо разрыдается, либо наорет на него. Но ведь первое можно было сделать и в ванной.

— Да, мне пора собираться! — рявкнула она. — И, благодарение Богу, я поеду к настоящим, живым людям! Фрэнсис и Иви пережили не меньше, чем ты, но они не побоялись еще раз рискнуть, когда пришла настоящая любовь!

— А ты уверена в том, что твое чувство — настоящее? — с беспощадной насмешкой спросил Арт. — Не слишком ли это поспешный вывод для женщины, которая еще совсем недавно утверждала, что решила посвятить свою жизнь карьере и не давать волю эмоциям?

Продолжать этот разговор бесполезно, сказала себе Клэр. Мне никогда не пробиться к его сердцу.

Она посмотрела Арту в глаза и в отчаянии повторила:

— И все же я люблю тебя. — А потом круто развернулась на пятках и бросилась в ванную.

Стоя под душем, Клэр выплакалась от души. Нет, она не жалела о том, что изменила намерению скрывать от Арта правду. В конце концов, он взрослый человек; почему его надо обязательно оберегать от реальности! Если она может найти в себе силы, чтобы справиться с любовью к нему, то, наверное, и он может пережить это.

Она с силой втирала в волосы шампунь, заставляя себя переключиться на мысли о Фрэнсисе, Иви и маленькой Лилиан Клэр. Сейчас главное, чтобы девочка выздоровела! Ее родители настрадались, пока не встретили друг друга... Не может быть, чтобы они еще и потеряли такого долгожданного ребенка!

Думая о дяде и его жене, Клэр вернулась в спальню. Арт уже приготовил для нее небольшой чемодан, поэтому, наскоро высушив и заколов волосы, она принялась собирать вещи.

— Твой рейс в одиннадцать, — бросил Арт, направляясь в ванную.

Не придумав в ответ ничего, кроме короткого «спасибо», на которое он ответил кивком, Клэр продолжила укладывать вещи в чемодан. Арт приоткрыл дверь ванной и пробурчал:

— Там, в кухне, готов кофе с тостами.

Поездка в аэропорт прошла в напряженном молчании. У Клэр в висках пульсировала боль. За всю дорогу они с Артом не обменялись ни словом. Ей не хотелось расставаться с ним так, но она не знала, как разрядить атмосферу, не вызвав новой ссоры.

— Знаешь, вся эта ситуация напоминает мне ту, когда ты попала в аварию. Я тогда вот так же вез Иви в аэропорт, чтобы она могла вылететь к Фрэнсису, — вдруг сказал Арт.

Клэр даже засомневалась в том, что правильно расслышала его слова. Обернувшись к Арту, она безучастно перепросила;

— Что?

— Черт, Клэр, ведь я мог никогда тебя не встретить!

— О чем это ты? — Она изумленно посмотрела на него.

— Пойдем, зарегистрируемся, а потом поговорим. Я лечу с тобой.

— Но... — пролепетала Клэр и замолчала. Вскоре они уже сидели в тишине зала отлета, а перед ними на столике дымился кофейник.

— Арт, я тебя не понимаю, — осторожно начала Клэр.

— Не понимаешь?! — Он сделал безуспешную попытку улыбнуться. — Как, по-твоему, я должен себя чувствовать? Пока я тебя не встретил, у меня все было распланировано на много лет вперед. Я поклялся никогда и никому больше не доверять и никого не любить.

Он говорил хрипло, и, взглянув на его лицо, Клэр была потрясена — на нем отражались все муки ада. Нестерпимая боль сквозила в глазах Арта, в глубоких складках, залегших вокруг его рта, в скрежещущем голосе...

— Арт, не надо. Если это слишком больно, то не надо! — в отчаянии воскликнула она.

— Я сидел рядом с сыном, Клэр. Шесть долгих часов я усилием воли пытался заставить его жить.

— Ох, Арт...

Значит, мальчик не погиб в машине, а жил еще несколько часов?

— Мэделин была мертва, — продолжал говорить Арт, — когда спасатели добрались до машины, но по какой-то странной случайности, то ли из-за воздушного мешка, то ли еще из-за чего-то, Род подавал признаки жизни, и ему начали делать искусственное дыхание. — Клэр сжала его руки, и он срывающимся голосом прошептал:

— Он был такой маленький, такой хорошенький... Я не мог поверить, что он больше никогда не улыбнется мне. Его тело было теплым, он дышал, его реснички время от времени трепетали, волосики кудрявились надо лбом...

По лицу Арта заструились слезы. Клэр обняла его и прижала к себе крепко-крепко, так, что их сердца забились в унисон. Они были в зале одни, но, будь там хоть тысяча людей, ей было бы все равно.

Как же долго он носил в себе эту боль, с горечью думала она, — долгих три года.

— Я совсем распустился. — Арт поднял голову, вытер глаза и взял себя в руки.

— Чушь собачья! — воскликнула Клэр. — Я считаю, что открытое проявление горя только помогает человеку пережить его.

— Он был моим сыном, плотью от плоти моей, — уже спокойнее проговорил Арт. — Я бы с радостью отдал за него жизнь... Никогда не перестану проклинать себя за то, что оставил его наедине с матерью.

— Это была не твоя вина. — Клэр изо всех сил стиснула его руку. — Ты ведь оставил Рода с няней. Просто, к сожалению, жизнь устроена так, что иногда, несмотря на все наши усилия, случается самое худшее.

Было видно, что Арту еще трудно с этим смириться, но Клэр теперь была уверена, что сумеет помочь ему. Она прильнула губами к его губам, и он, крепко прижав ее к себе, ответил долгим жгучим поцелуем.

— Я люблю тебя, миссис Рэндалл. Я тебя недостоин, но я все равно тебя люблю.

Клэр чуть откинула голову и пристально вгляделась в его строгое прекрасное лицо.

— Недостоин? О чем ты?

— Я полюбил тебя с первого взгляда, но долго не осознавал этого... пока не увидел вас с матерью смеющимися в кухне, — тихо сказал Арт. — Ты была такой открытой, теплой, естественной... Но меня до смерти пугала мысль о том, что я снова стану уязвимым, и я стал лгать — тебе и себе.

— Но ты же сказал, что наш брак будет сделкой друзей...

— Я солгал. — Он покаянно взглянул на Клэр. — Потому что с ума сходил при одной мысли о том, что кто-то может встать между нами. Ты по-прежнему можешь сказать, что любишь меня? Хотя я лгун и трус?

— Арт, не смотри на меня так, а то у меня мысли путаются, — беспомощно пролепетала Клэр.

Ее сердце, казалось, вот-вот разорвется от любви.

— Я люблю тебя, — серьезно повторил он. — Когда ты сказала мне о своей любви, я... не могу описать, что со мной творилось. Но я боялся снова кому-то довериться... и поэтому продолжал внушать себе, что все обойдется без сильных эмоций. Но потом я понял, что ты — моя судьба, и никакая ложь, никакой самообман не могут этого изменить.

— Ох, Арт. — Глаза Клэр сияли, как звезды, лицо светилось счастьем.

— Ты свет моей жизни, родная, и ее смысл. Теперь я знаю, что до встречи с тобой и не любил по-настоящему. Все, что было раньше, — это только лишь дешевая имитация настоящего чувства. Но... — Арт вдруг умолк.

— Что?

— Я смертельно боюсь этой любви. Когда я потерял Рода, у меня словно сердце вырвали из груди, а теперь у меня есть ты...

— Послушай, я не могу поклясться, что в будущем у нас все будет хорошо, — мягко сказала Клэр. — Но знай, я никогда не перестану любить тебя. У Фрэнсиса и Иви настоящее чувство, и, хотя сейчас их девочке плохо, я уверена, что вместе они сумеют справиться с бедой. И у нас будет так же, обещаю тебе.

— Правда?

Он пытался произнести это слово небрежно, но в его глазах легко читались боль и смятение, поэтому Клэр прошептала в ответ нежно, голосом, полным любви:

— Клянусь жизнью, любимый. Клянусь жизнью.

Эпилог

Особняк, окруженный садами, и простиравшиеся за ним луга томно нежились в лучах летнего солнца. Все словно замерло в послеполуденном мареве. Клэр стояла перед цветником, с наслаждением вдыхая аромат роз.

Здесь был ее дом, где сбылись самые заветные мечты. Теперь у нее было все, о чем может мечтать женщина. Родные и близкие часто приезжали погостить в этот райский уголок, где все было наполнено смехом и радостью, где звенели детские голоса, по двору носились собаки, а кошки, сидя на ступеньках, снисходительно смотрели на них. За океаном подрастала маленькая Лили, и ее родители клялись, что она все больше походит на свою двоюродную сестру.

Родители Арта приезжали к сыну и невестке очень часто, и Клэр даже подумывала о том, чтобы предложить им жить вместе, ибо Джейн души не чаяла во внуках.

Карьера Клэр складывалась удачно — она стала известна в кругу модных художников и ее работы часто выставлялись. То, что роль жены и матери удается успешно совмещать с карьерой, молодую женщину очень радовало. Но самое главное — рядом с ней был Арт, ее половинка, с которой она срослась настолько, что, казалось, ближе уже нельзя. После всех испытаний их исстрадавшиеся души обрели счастье, и теперь ничто не могло его разрушить, так что даже дети понимали, что отношения родителей основаны на настоящем чувстве.

Клэр улыбнулась, сорвала засохший лепесток и медленно пошла к дому, где царила любовь.

FB2 document info

Document ID: e25ed5a7-3557-4c4f-b9a9-9e24f4daafc7

Document version: 1.1

Document creation date: 2003-11-27

Created using: PHP Conv software

Document authors :

Roland

About

This book was generated by Lord KiRon's FB2EPUB converter version 1.0.28.0.

Эта книга создана при помощи конвертера FB2EPUB версии 1.0.28.0 написанного Lord KiRon