home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



10

Я столкнулся с Морганом посреди клумбы, и его нападение удалось предотвратить, только громко выкрикнув свое имя. Впрочем, приглядевшись к Чарльзу при свете луны, я подумал, что в таком состоянии он вряд ли представлял собой серьезную опасность. Впечатление было таким, словно его потрепала свора собак: костюм основательно разодран, все лицо исцарапано.

– Почему вы меня бросили, когда явилась эта чертова баба? – набросился он первым делом.

– Каждый решает свои проблемы сам. Это неписаный закон. Закон джунглей, Чарли.

– Благодарю! – бросил он зло. – И не смейте называть меня Чарли!

– Справедливое требование, – согласился я. – В самом деле, какой же вы Чарли? Вы плохой цирковой клоун, который спит холодной ночью в носках, ничуть не заботясь о том, как к этому отнесется блондинка, лежащая рядом…

– Линда рыжая! – раздраженно рыкнул Морган.

– Хм, верно, и у Дениз волосы каштановые, – ухмыльнулся я. – Да откуда мне знать, может у вас и блондинка где-нибудь припасена!

– Мы что, всю ночь будем обмениваться идиотскими колкостями на этой клумбе? – взорвался журналист. – А кто пойдет ловить того психа со сломанным носом?

– Пожалуй, верно, – благоразумно согласился я. – Мы тут разорались, а он, вполне возможно, уже держит нас на прицеле.

Морган как ужаленный подскочил на месте и бросился прочь с клумбы, я последовал за ним. Когда мы выбрались на дорожку, клумба выглядела так, словно по ней прошло стадо носорогов.

Мы обошли весь парк, но никого не нашли и ничего подозрительного не заметили.

– Наверное, убийца сделал круг и сейчас уже в доме? – озарило Чарльза, и он ринулся к дому.

Я не отвергал его предположения, но и бежать следом счел ненужным. Будь убийца в доме, мы бы уже услышали выстрелы: около Дорис сейчас три женщины, и ни один головорез не прорвется к несчастной, пока не убьет всех троих.

Когда я вошел в дом, Линда и Кэрри стояли в холле.

– Вы схватили преступника? – выпалила Линда.

– Кто с Дорис? – хмуро спросил я.

– Либби.

– Убийца скрылся, – мрачно сообщил Чарльз.

– Какой ужас! – простонала мисс Лазареф и начала грызть ногти на своих холеных пальцах. – Надо сейчас же осмотреть весь дом!

– Если бы кто-то вошел, мы бы услышали, – спокойно заявила Кэрри. – Дверь на веранду закрыта, а мистер Робертс, полагаю, догадался закрыть дверь центрального входа.

Я заглянул в ее решительные глаза и почему-то решил, что дружба между нами уже кончилась – передо мной стояла непреклонная амазонка, которая только терпит присутствие мужчин в этом доме.

– Пойду, проверю, все ли заперто, – хмуро проговорил Морган.

– Ты смелый мужчина, Чарли! – воскликнула Линда.

Храбрый Чарли кисло улыбнулся и ушел.

– Дорис спала, когда мы поднялись и заглянули к ней, – сообщила деловым тоном Кэрри.

– А где была в это время Либби?

– Внизу. Она поднялась минут через пять после нас.

Я постоял в раздумье.

– Если первый раз он просто не попал в Дорис, то сегодня постарается убить, так я думаю. Поэтому нужно всю ночь дежурить у ее комнаты.

– Может быть имеет смысл сообщить в полицию? – спросил вернувшийся Морган. – Правда, в доме все спокойно, все окна и двери на запоре.

– Зачем же нам полиция, в таком случае? – улыбнулся я.

Он ответил мне взглядом, полным ненависти.

– Рассудите сами, – продолжал я, – чем может помочь полиция в данный момент? Вы, Чарльз, утверждаете, что всюду все закрыто, значит, никто не проникнет в дом без шума. Остается только установить дежурство у комнаты Дорис, и до утра как-нибудь протянем.

– Почему вы решили, что опасность угрожает лишь одной даме? – скептически скривил губы Морган.

– В нее стреляли, или вы уже забыли об этом?

– Не забыл! – вспыхнул он. – Но это не значит, что вы во всем и всегда правы!

– Я этого и не утверждаю. Честно говоря, я просто устал и хочу спать, мне и в прошлую ночь досталось как следует… Не могли бы вы, Морган, первым занять пост, а я сменю вас в два часа, – предложил я дружелюбно.

– Ладно, – буркнул он. – Мне все равно не уснуть, слишком сильно болит рука.

Посмотрев на его правую руку, которую журналист все время поддерживал на весу, я твердо решил избегать всяких, и особенно идеологических столкновений с мисс Холмс.

– Вы полагаете, ему можно доверять? – неожиданно спросила Кэрри, скептически оглядывая Моргана. – А если убийца – это он и есть?

– Кэрри! – раздраженно воскликнула Линда. – Морган лежал на полу, когда мы с Либби увидели в окне ту страшную физиономию, что ты несешь? – мисс Лазареф передохнула. – К тому же, несмотря на все его недостатки, Чарли не может убить, в этом я просто уверена.

– Благодарю, – фыркнул журналист. – Пойду, принесу стул из кухни.

Я негромко постучал в комнату Дорис, Либби приоткрыла дверь и прошипела:

– Тише! Дорис спит! Она так вымоталась, ее нужно оставить в покое.

– Вы будете спать в ее комнате? – осторожно спросил я.

– Да, необходимо, чтобы с ней рядом постоянно кто-то находился, мало ли что, она перенесла тяжелое нервное потрясение. Пожалуй, я останусь с ней, буду спать в кресле.

Я сообщил, что мы с Чарльзом решили по-мужски разделить дежурство возле двери Дорис. Гневная из гневных на удивление спокойно восприняла эту новость, но строго сказала:

– При сложившихся обстоятельствах я допускаю такой вариант, но поймите, что доверять вам бесконечно не могу. Сейчас уж тем более я останусь в комнате Дорис.

– А вы уверены, что с ней все в порядке?

– Конечно! – Либби метнула в меня молнию. – Она размеренно и глубоко дышит. Спокойной ночи, мистер Робертс.

Дверь закрылась.

Вернулся Чарльз со стулом, и я попросил Линду проводить меня до комнаты и обеспечить будильником.

– Советую всем закрыться, – обронил я на свою голову.

– Вы что, страдаете лунатизмом? – ядовито спросила Кэрри, и я очень хорошо понял, каких попыток не стоит предпринимать.

– Я ничем не страдаю, но вот убийца… – махнув рукой, я отправился в отведенную мне комнату.

Усталость валила меня с ног, и я упал на постель во всей одежде, сняв только ботинки. Уже засыпая, я подумал о том, как трудно нормальному, здоровому мужчине охранять эмансипированных, но при этом очень хорошеньких, женщин.


Некоторое время я не мог понять: проснулся уже или вижу сон. Чье-то горячее тело придавило меня, мою нижнюю губу щекотали кончиком языка. Усталый мозг никак не мог решить, во сне или наяву это происходит. Я машинально провел рукой по кровати и наткнулся на мягкое и гладкое женское бедро.

– Ты голая? – пробормотал я.

– Я всегда сплю без одежды, в отличие от тебя, – прошептал грудной голос прямо в ухо.

– Это я тебя раздел?

– Вот еще! Я и сама могу раздеться!

– Боже мой, но ты же совсем голая! – сонно повторил я.

– Ах, Рэнди, да проснись же! – чья-то рука начала теребить меня за плечо.

Сон, наконец, отступил, я открыл глаза, и все еще не очень веря, воскликнул:

– Линда?

– Рэнди, милый, проснулся! – она с силой прижалась ко мне всем телом и обвила мои ноги своими. – Я поняла, что больше не люблю Чарли, он мне совершенно безразличен, я свободна! Свободна, Рэнди, и могу любить тебя, когда захочу!

– И как захочешь?

– Да… До конца, до конца, – проворковала она.

– А сколько времени? – прокряхтел я.

– О, времени у нас достаточно! – она не дала мне поднять голову, чтобы взглянуть на часы. – Надеюсь, ты не принадлежишь к мужчинам, которым не нравится, когда женщина находится сверху? – томно простонала Линда.

– Нет, – шепнул я нежно и почувствовал жаркий нажим ее бедер.

Время превратилось в какой-то абстрактный фактор, я потерял о нем всякое представление, да и не только о нем.

Потом я спросил, не считает ли она оскорбительным лежать под мужчиной.

– О, Рэнди! – со страстью выдохнула Линда. – Чувствовать на себе тяжесть мужского тела – это божественно!

– Клянусь, никогда не выдам Либби твою тайну, – промурлыкал я.

– Ей вообще ничего не надо знать, – со смехом откликнулась девушка.

Когда я догадался взглянуть на часы, стрелки показывали двадцать минут третьего.

– Мне нужно сменить Чарльза, – сказал я виновато и быстро выскользнул из неослабевающих объятий.

– Чарли видел, как ты вошла ко мне? – спросил я, не попадая ногой в штанину.

– Он слишком серьезно относится к обязанностям ночного сторожа. – Линда рассмеялась и поглубже зарылась в одеяло.

– Если он не спал, то непременно видел, – нервно начал я.

– Он не спал, Рэнди, – мягко перебила девушка.

– И не попытался тебя остановить?

– Полагаю, Чарли хватило ума понять, что между нами все кончено. Я к нему никогда не вернусь! Поэтому он не имеет никакого права вмешиваться в мою личную жизнь.

– Хм, – с сомнением произнес я. – Он точно не устроит сцену ревности?

– Дорогой, я совсем не хотела вызвать в нем ревность! Просто испытала неистовое к тебе влечение, и у меня не хватило сил осторожничать, поверь же, Рэнди! И я не ошиблась в тебе, ты подарил мне незабываемые минуты…

– Хорошо, – я поцеловал ее. – Но мне пора. – Я хотел выпрямиться, но она обвила мою шею руками и мы ласкали друг друга еще минут пять.

Когда я приблизился к стулу, Чарли демонстративно посмотрел на часы.

– Вы опоздали на тридцать минут, – сухо заявил он.

– Мне снился чудный сон, – улыбнулся я. – Снилось, будто я – генерал освободительной армии, под началом которого сто тысяч обнаженных девиц… Очень хотелось досмотреть до конца…

Суровый взгляд Моргана остудил мое воображение, я попридержал язык и пожал плечами.

– Ладно, идите спать, – отпустил я журналиста и заметил, какой тоскливый взгляд он бросил на дверь, из которой я только что вышел.

Я уселся на стул и стал придумывать, как бы скоротать остаток ночи, но мне не сиделось. Для очистки совести я решил посмотреть, как там Дорис, подошел к двери и бесшумно приоткрыл ее. Неподвижная фигура на кровати, закутанная одеялом до самого лица, вызвала во мне какое-то беспокойство, – лицо девушки показалось слишком серым.

Я перевел взгляд на Либби, спящую в кресле у туалетного столика, затем снова на Дорис и решился подойти к кровати, полагая, что во всем виноват лишь неверный свет ночника. Я осторожно пробрался в комнату и уже достиг кровати, когда вскочила Либби.

– Черт бы вас побрал, Рэнди! – прошипела она с бешенством. – Что вы тут потеряли?

Я отвернулся от воскового лица Дорис и хотел сказать, что если здесь кто-то что-то потерял, то только она, но, встретившись с ее взглядом, тихо пробормотал:

– Дорис больше не дышит, Либби.

Мисс Холмс некоторое время смотрела на меня остановившимися глазами, потом ее лицо передернула сильная судорога, она закрыла глаза и беззвучно заплакала.


предыдущая глава | Страсти гневных амазонок | cледующая глава