home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



67

Да. Это оказалось не самой умной из моих идей. И она на самом деле принесла мне страдания. Решив, что выдержал их достаточно, я прохрипел:

– Рубашка… Карман… Коробка… Ключ от дома…

Давенпорт буквально навис над моим лицом, обдавая зловонием гнилых зубов. Он был так счастлив, что не пожелал слушать сочиненную мной историю. Протянув лапу к моей груди, старец нащупал коробку, вытащил ее из кармана (то есть сделал именно то, на что я рассчитывал) и заковылял к своему высокому креслу.

У меня в ушах стоял колокольный звон, но и сквозь него до меня донеслось жужжание пробудившегося обитателя коробки. Близнецы тоже его услышали.

– Умоляю, милорд, осторожнее! – взвизгнул один из них. – Там что-то не так…

Давенпорт открыл коробку и тут же, вскрикнув, дал мне знать об этом.

Не будь я так изувечен, мог бы его и пожалеть – столько боли и отчаяния было в его вопле.

Один из близнецов сдавил мое горло.

– Немедленно прекрати…

Я так и не узнал, чего парень хотел, – последние слова он заменил визгом. Это рассердило его названого братца, который выступил сзади, чтобы разобраться со мной. Но не успел. На лице его появилось изумление, и он взвыл.

Связали они меня на совесть, и мне так и не удалось увидеть, что их поразило. Я знал одно – вопли Давенпорта и его головорезов привлекли внимание других, потому что вокруг меня раздался громкий топот, тут же сменившийся воплями ужаса. Я оказался в самом центре ада. Затем крики перенеслись в коридор и постепенно затихли.

Предпринять я ничего не мог и начал обдумывать возможный следующий шаг. Несмотря на неудобную позу, я ухитрился ненадолго уснуть (я слишком крепкий парень, чтобы терять сознание). Впрочем, в моем положении время течет не так, как в обычных обстоятельствах. Не думаю, что, пока я дремал, во внешнем мире прошло больше двух месяцев. Больше всего меня беспокоило возможное возвращение жука-убийцы, но когда какие-то звуки привели меня в чувство, я понял, что следует волноваться совсем по другому поводу.

– На этот раз, Гаррет, ты по-настоящему влез в дерьмо.

Вокруг меня расхаживала Торнада, а в некотором отдалении топтался ее сердечный дружок. Это была моя вина. Я снова позволил ему меня обнаружить. У меня на то были причины. Правда, теперь эти причины утратили всякий смысл.

Торнада вовсе не горела желанием освободить меня, поэтому я делал вид, что мне этого и не надо. Наверняка Отто и его дружки, прежде чем покинуть этот мир, разделали меня под орех. Я слегка застонал, благо это не потребовало больших усилий.

– Ты не думаешь, что он им все рассказал?

– Что? Как? Ему самому ничего не известно. Дружок что-то буркнул, но остался, судя по всему, при своем мнении. Его право – ведь он таскался за мной гораздо ближе и дольше, чем Торнада.

Торнада сгребла меня за волосы и приподняла голову.

– Эй, Гаррет, ты здесь? Куда все подевались? Куда ты их услал?

– Не точный вопрос, милая, – заметил ее приятель, стоявший уже рядом с высоким креслом, – лучше спроси, что он с ними сделал.

Торнада отправилась посмотреть на то, что осталось от Давенпорта.

– Что бы это могло быть? – спросила она, нервно поглядывая на меня.

– Нет настроения выяснять, – объявил ее приятель. – Здесь еще несколько похожих. Четверо, а может, пятеро. Все растерзаны точно так же.

– Что ты с ними сделал, Гаррет? – по-настоящему заволновалась Торнада. Похоже, она опасалась, что я смогу повторить свой трюк. Да, видно, девочка начинает стареть.

И никто даже не пытается меня освободить.

– У них все три книги, Гаррет? – спросила Торнада. – Или только одна – та, что девчонка стибрила у матери?

Как бы подманить ее ближе и попробовать укусить?

– Дорогая!

Я не мог обернуться, зато услыхал, как в помещение ворвались четверо. Возможно, и больше. Все замерло. Торнада не знала, что предпринять. Интересно, почему?

– Святые угодники! Посмотрите-ка на эту трах-тарарах!

Попка-Дурак! Что за дьявол?

Поле моего зрения пересек Скользкий. По известной только ему одному причине мой жилец был вооружен армейской саперной лопатой. Не произнеся ни слова, он замахнулся ею на Торнаду.

Затем я увидел Морли, пытавшегося приподнять мою голову и взглянуть в то, что еще недавно можно было назвать глазами. Вернее, в то, что пока виднелось между подушками огромных опухолей.

– Он жив. Развяжите его.

Через мгновение Айви и Стручок, придерживая меня, начали снимать веревку. По моему мнению, они не слишком торопились.

– Плоскомордый, прикрывай дверь. Сарж, проверь там, похоже, они скрылись в том направлении. – Затем, вновь приподняв мою голову: – Что случилось?

– Мрымма дранка чубби вурка сот! – Проклятие! Я вновь бегло заговорил на языке гномов. Милостью отекшей физиономии и распухшего языка. Но на этот раз я все же знал, что хочу сказать.

Попка-Дурак не мог спокойно пролететь мимо юбки. И теперь он высказывал Торнаде то, что думал о ее женских прелестях.

Она же и ее приятель старались не вызвать раздражения присутствующих.

Айви и Стручок неторопливо возились с веревкой, а я пытался сказать им, что не стоит так заботиться о чужом добре. Лучше было бы взять нож и разрезать. Они не могли понять, чего я от них хочу, и продолжали трудиться, пока Морли не выпалил:

– Не надо беречь веревку, Нарциссио. Ее владелец валяется здесь дырявый, как дуршлаг. Прокурор не станет выдвигать обвинения за поврежденную собственность.

Плоскомордый распекал Торнаду. Стручок и Айви пытались поставить меня на ноги. Морли притворялся, что больше всего на свете его заботит мое благополучие. Скользкий бесцельно слонялся, что-то бормоча и размахивая лопатой. Сарж изучал просторы своего круглого, как глобус, брюха, видимо, примериваясь, как точнее нанести на него очертания материков. Кто-то где-то закричал от боли – не здесь, в комнате, но совсем недалеко. Затем послышался еще один вопль, и до нас донеслось яростное жужжание. Оно становилось все громче. Мое любимое домашнее животное возвращалось из полета.

Этот идиот Скользкий радостно хихикнул, как будто всю жизнь ждал именно этого. Казалось, он радовался возможности проявить свой инстинкт убийцы, столь развитый в нем четырнадцать лет назад.

– Отойди-ка в сторону, детка, – сказал он Саржу, – если не хочешь, чтобы он пролетел сквозь тебя.

Сарж бросил взгляд на дырявые тела и, решив поостеречься, поспешно отступил в сторону от двери.

Мгновением позже что-то со страшной скоростью пронеслось через дверь и свернуло в мою сторону.

Скользкий взмахнул лопатой и с поворотом нанес удар, вложив в него весь вес своего тела.

Банг!

Опустив лопату на пол, он принялся чистить ее краем подошвы, беззаботно улыбаясь.

– Видели, как надо разделываться с ними, с этими маленькими жучочками? Они быстры и опасны, но с ними легко справиться, если не спускать с них глаз. Наверное, никто из вас и не видел раньше этих зверей?

– Ты можешь ходить? – спросил меня Морли. Мне хотелось узнать, где Скользкому довелось встречать эти дьявольские создания. Но я по-прежнему мог изъясняться только на языке гномов. Морли решил, что я беседую с ним.

– Отлично. Ты гораздо крепче, чем кажешься. Пошли отсюда.

Прекрасная мысль. Надо уходить, только сначала убедиться, что не оставили никаких улик против себя. Хотя, по правде говоря, трудно было предположить, что некоторым из нас удастся остаться в стороне. В доме еще оставались живые люди, да и военнопленных можно было заставить рассказать, что они видели.

Торнада и ее приятель несколько раз пытались потихоньку свалить, но Попка-Дурак каждый раз привлекал к ним наше внимание.

– Мы можем оставить вас обоих здесь. Веревки хватит. – Морли указал на покинутый мною стул.

– Нет. Нет. Все в порядке. – Торнада не хотела оставаться. Она понимала – настоящая гроза разразится здесь чуть позже, когда «Зов» узнает, что Давенпорт сыграл в ящик, и потребует расплаты кровью.


предыдущая глава | Смертельная ртутная ложь | * * *