home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ОТРЕШЕННЫЙ ВЗГЛЯД В ГЛУБИНУ

Вы знаете, как это происходит? Те, кто прочувствовал на себе, не успел понять, а многие из тех, кто испытал, даже не успели почувствовать. Те, кто наблюдал издалека, могут рассказать, как глобально явление по масштабам, но сколь мизерно в реальном времени, и снова то, что происходит там на самом деле, могут только представить. Кто-то из тех, кто был близко, мог остаться цел, но он должен был сидеть в изолированном бункере, не смотреть в нужный нам момент в визуальные, вынесенные на поверхность приборы и лежать калачиком, заткнувши уши, – что он может рассказать? Как его шарахнуло обо что-то головой, даже неясно, об потолок или стену, он мгновенно вспотел и его потом долго тошнило, но это его внутренние ощущения, а где видимость внешних процессов? Тот, кто рядом с ним находился, но смотрел в объектив в нужном направлении, что почти невероятно, не зная момента и азимута, не мог бы все равно ничего увидеть – уже в первичные две тысячные доли секунды, то есть в пятисотую ее часть – неподвластное нашей медлительности время, он должен был ослепнуть навсегда. Когда в Средневековье выкалывали глаза, несчастный мог видеть перед собой движущиеся в его сторону лезвия в десять в некоторой степени раз дольше, и то, что он мог потом припомнить особенного? В начале ядерного века, при малых мощностях, примененных в Первую Атомную, многие «везунчики» могли вообще отделаться смертью под лучом. Это когда свидетель-жертва непосредственно в момент происшествия получает достаточную дозу радиации и покидает этот мир вследствие прозрачности нашего организма для микроскопических сверхбыстрых предметов, попадающих в него в больших количествах. Кроме того, до него не должны добраться всякие прочие вредные факторы: рушащиеся здания и летящие деревья составляют лишь малую толику того, что свершается вокруг. Что он может рассказать, этот переживший остальных герой? Он ведь ничего не чувствовав: в том плане, что он боялся всяких внезапно начавших летать предметов и огромных черных облаков, но ведь то, что его поразило, он не ощущал вовсе, и, более того, в момент, когда он любовался грозным явлением, его уже накрыло. Другим дало по голове не слишком сильно в том плане, что они потом еще могли рассказывать о вроде бы случившемся с ними. Но что с ними самими случилось конкретно? Уже в первую долю секунды они потеряли сознание, и ничто внутри их не фиксировало более происходящее. Да, есть синяки и переломы, открытые раны и вывихи, и... Чем они нанесены? Накрыло ли «свидетеля» непосредственно падающей ударной воздушной волной, пришедшей от эпицентра, или его настигло отскочившее от грунта отражение волны, то есть вторичная волна? А может, его ударила не ударная волна вообще, а очень похожее на нее явление, но не являющееся ею, – скоростной напор, нечто сходное с ветром сверхураганной силы? Сколько метров он пролетел по воздуху, сколько секунд находился в полете и летел ли вообще, может, его просто придавило к стойкому препятствию? Не вызваны ли эти самые синяки ударом по нему неких кирпичеобразных предметов или же приземлением на груду лома после полета? Местность вокруг него за эти секунды неузнаваемо изменилась, так что даже если он очнулся мгновенно, что подразумевает присутствие в рассуждении некоего киборга, а не человека, то все равно он не сможет определить, сколько пролетел: ориентиры исчезли, к тому же – пыль. Так что неясно даже, поражен он непосредственно ударной мощью взрыва или косвенной, вызванной ею причиной. Вот и верь после этого людям.

Так что как ни крути, а всякие литературно-психологические эффекты состояний при происходящем явлении мы оставим поэтам с их тонким восприятием, могущим соединять несоединимое. А раз явление порождено наукой, то пусть она и объяснит, что и как происходит.

Вы еще не устали? Я нет. Продолжим разговор. Суть, сама первопричина процесса, – явление, происходящее в момент подрыва взрывного устройства. Не имеет значения, сверхмощная это бомба величиной с танк или маленькая, разместившаяся в «дипломате», явление однозначно начинается и успевает произойти в одну миллионную долю секунды. Быстро? Я думаю, да. Вы скажете: «Как странно устроен этот мир, в котором последствия столь краткой штучки-дрючки действуют столь разрушительно». Я удивлю вас еще более, сказав прописную истину. Мы с вами и со всем находящимся вокруг есть отдаленное следствие далекого быстрого процесса, когда двадцать миллиардов лет назад праатом-папа или прачастица-мама, до сих пор не ясно, взорвался(лась) и породил(ла) Мир, и потому мы все, вместе с бесконечными космическими далями, живем во взрыве, который давно начался и никак не желает заканчиваться. И слава богу Эрр и всем остальным!

Так вот. «Да будет свет!» – первично восклицает бомба и дает его посредством нагрева. Температура приличная – несколько десятков миллионов градусов по Цельсию (хотя какая разница, по какой шкале, когда дело доходит до миллионов, ошибка на сотню-другую совсем неощутима). Вся эта жуткая топка бухает вокруг жесткими рентгеновскими лучами. И представьте себе, они не могут далеко пройти, мешает им что бы вы думали? Воздух, этот невидимый, вдыхаемый всей млекопитающей Геей газ. Останавливает он эти самые жесткие лучи, защищая окружающую природу, но сам, бедный, нагревается. Ну, до каких значений, мы уже обсудили. Вот это самое явление и порождает Эмбриональный Огненный Шар (ЭОШ).

Вы думаете, это тот самый, который в замедленной съемке в кинохронике наблюдается? Тот самый Огненный Шар? Ничуть не бывало. Этот никто увидеть не успевает, он горит невидимо малое время и тухнет (на самом деле не тухнет, а затеняется!), когда чрезвычайно сильно остывает, аж до трехсот тысяч градусов. Но горит он хоть и коротко, но ярко, увидеть не успеешь, а моргнуть тем более, длительны наши физиологические явления, чрезвычайно длительны, но вот ослепнуть – всегда пожалуйста. Но об этом мы уже беседовали. И вот, когда это остывание случается, рождается известная нам Ударная Волна (УВ), воздух в которой нагревается до свечения. Вот она и затеняет, экранирует собой ЭОШ. Дальше волна катится и катится и заодно еще немного остывает – раз в триста. Вот тогда и начинает наблюдаться нашей, природой вставленной оптикой этот самый Огненный Шар. Видно его вполне нормально, слепить он не слепит, бережет наше зрение, врут, кто говорит, будто он ярче Фиоль в середине дня, – ничуть не ярче. Пухнет он прямо на глазах, и некоторое время сияние его нарастает, в апогее действительно несколько превосходя родное солнце, но затем так же быстро спадает на нет. Можно успеть заметить, как начинает он подъем в небесные выси. Только на эту попытку его и хватает. А вообще снова все так недолго. Ну уже хоть моргнуть можно, и даже не один раз – секунды, это, брат, сила, прямо великанские мили после начальных микрометров.

ОШ поджигает все что ни попадя. Когда в Пепермиде рвануло, каждый ОШ был готов поджечь все деревья и окрашенные стены в трехстах квадратных километрах. Помешали они, конечно, друг другу проявить индивидуальность – устроили коллективный спектакль поджигания. Так ведь еще и взрывы были наземные, то-то бы они развернулись, если бы их маленько над городом приподнять, дабы площадь поражения увеличить. Прямо жалко, в смысле физических эффектов, что браш не долетел.

Словом, все, что любит гореть, но скромно скрывало ранее свои поползновения, уже горит, пылает вокруг, пытаясь своему богу ОШ уподобиться, а Ударная Волна только в начале дистанции. Не волнуйтесь за УВ, она априорно сильнее ОШа, несет она до половины всей мощи вот того мизерного во времени процесса, о котором мы говорили ранее. Удивитесь вы, чего это я с большой буквы все эти страхи именую. И отвечу я так: «А почему тогда ураганы и муссоны с большой буквы называются, да еще и именами женскими?» Вот так, каков вопрос, таков и ответ.

Ну, с УВ все более-менее уже ясно. Несется она вперед, не разбирая дороги, пока силы не иссякнут, а их у нее... Из ревности к опередившему ее в великом деле разрушения ОШ она часто гасит созданные им пожары, сдувает их начисто, засыпает всяким мусором, но иногда раскаивается в своем поступке и начинает разносить огонь по округе, куда ОШ не добрался из-за затенения холмами и зданиями.

Ну, кто у нас после ОШ и УВ остался? Всякие там радиоактивности и импульсы электромагнитные да волны сейсмические? Мелочи все это по сравнению с описанными героями-разрушителями.

Скоро Огненный Шар начинает стремиться вверх неудержимо и увлекает за собой что попадется. Сам ОШ представляет собой очень нестабильную конструкцию и размазывается в тороид. Вот этот самый расширяющийся тороид и есть исконная шляпка ядерного взрыва. А поскольку сам тороид уносится вверх, ища равновесия с окружающим миром, выраженного у него в давлении, а природа, как известно, не терпит пустоты, то в освободившуюся нишу устремляется воздух со всей округи. Он несет пожарам свежий кислород на подпитку. А желая догнать снизошедшего и снова уносящегося вверх бога-дьявола, восходящий поток создает любимую всеми людьми ножку грибовидного облака.

Вообще, понятно, через очень короткое время в городе, например Пепермиде, все лежит в развалинах и пылает, разгораясь все больше. Столице Империи еще повезло, ее порядком разрушили предварительно обе конфликтующие стороны, а каково другим – светлым, красивым городам, не тронутым тленом. Словом, через пару часов горит так, что создается сплошной очаг в сотню километров квадратных. Это порождает известное еще со времен Первой Атомной, но по-прежнему плохо изученное явление Огненный Шторм (если сокращать, опять получится ОШ, и тогда совсем запутаемся, потому избегнем краткости напрочь). Огненный Шторм – это такая штука, когда ветер со всей округи увлекается глобальной программой разрушений и тянется к гигантскому пожару с невероятной силой, а потом вся эта огненно-дымовая смесь летит вверх неимоверно высоко, километров на пятнадцать, во как.

Да еще и по кругу, каруселью, вокруг развалин несется – эдакий суперсмерч многокилометровой толщины. И все это много-много часов, а то и дней, пока есть чему гореть. Выдам по секрету величайшую тайну военной науки Империи: покуда на Гее не существовало городов, Огненным Штормам негде было реализоваться в реальном мире – никакой лес, даже тропический в Мерактропии, так гореть не способен.

Ну, а теперь уж совсем просто представить, что увидели Лумис и компания, когда спустились с гор. Даже Огненные Штормы уже отшумели в древней столице, теперь они разгорались в других городах, но до них было далеко, и даже зарева не проглядывались сквозь помутневшую атмосферу.


НЕИСТОЩИМАЯ КОРОБКА С СЮРПРИЗАМИ | Огромный черный корабль | БОИ ЛОКАЛЬНОГО УРОВНЯ