home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ИСТОРИЧЕСКИЙ СРЕЗ ПО ЖИВОМУ

Десять циклов в прошлое.

Второй слой бутерброда


Затем город Гаха-юй, теперешняя столица Юй-юй-сян. Население – семь миллионов, со слившимися пригородами – десять с половиной, срок – ... Вот здесь пошли срывы. Со времени начала «устранения перекоса» прошло три недели: перегруппировка сил, накопление резервов и все такое. Несмотря на секретность – естественная утечка информации: население готово, те, кто не дал стрекача. Официально: имеются отдельные очаги сопротивления. Реально – сплошной очаг.

Лумис – штурм-капрал. Подразделение «Шквал». До этого потерь у них не было.

Лумис присел на корточки за покореженным грузовым мобилем. Никто в него пока не стреляет, но забрало каски опущено, предохранитель нагнетания газа у игломета снят, он ждет команды из ушного телефона. Антенна передатчика торчит кверху, сама рация закреплена на спине – это сложная дорогая штуковина с блоком кодирования и сжатия голосовой информации, с автоматической системой скольжения диапазона излучаемой частоты. Такая цаца им на фиг не требуется – здесь не война с заклятым, технически развитым врагом, однако выдали: теперь носите на загривке лишние килограммы, хотя это нудыга, лишь бы постонать, поплакаться, на самом деле не лишние, ни черта тут в каменном море не видать – ни своих, ни врагов, работать без корректировки невозможно.

Впереди, по ходу предполагаемого дальнейшего движения пустая замусоренная улица, здания с первыми этажами без стекол. Все тихо, но два часа назад отсюда откатились «патриоты», можно сказать, бежали. Вояки, даже раненых побросали, счастье их лейтенанта, что он остался там, хотя, возможно, у «патриотической полиции» забывать раненых на поле боя в порядке вещей? Может быть, у них в наставлениях по рукопашным боям так и говорится: «Попавший в плен – предатель; раненый – трус, пес смердящий; смелый – должен быть убитым». Исключено? Почем знать. Лумис ждет команды, вслушиваясь в завывание ветра. Его товарищи не видны, но с ними тоже радиосвязь. Почему нельзя обеспечить поддержку с воздуха, черт возьми, это же натуральная боевая операция, раз такие потери? Но нет дирижаблей поддержки, и тяжелой артиллерии нет – все эти средства, наверное, очень дороги в использовании? Посему пользуем только дешевое: иглометы и людей. Даже странно, что выдали передатчики. Перекосы армейского снабжения: просишь одно – получишь то, чего на складе завались. Хорошо, дали рации – могли выдать микропаяльники, бывает такое. Оживает наушник:

–"Крупа", держать позиции!

А чего не подержать, никто не напирает.

–Скоро прибудут «семечки»!

Конспираторы чертовы, передатчик и так кодирует с помощью каких-то математических выкрутасов, так нет же, еще и термин воткнем: сказать «бронетехника» – нельзя, нужно – «семечки». Будем ждать, теперь есть определенность действий.

Ожидание долгое, иногда обмен короткими фразами с напарниками, засевшими в зданиях справа и слева, – ничего не происходит.

Затем из развороченного подъезда появляется пешеход: в руках белая тряпка, сами руки вверху. Вектор движения прямиком на Лумиса, лицо напуганное, озирается кругом. Лумис смотрит на него из-за укрытия, да еще через риску прицела: местный явно не опасен – видно невооруженным глазом. Когда он семенит мимо мобиля, Лумис резко командует:

–Стоять! Не шевелиться!

Прохожий прирастает к стекломильметолу: наверное, наложил в штаны и сердце колотится о ребра, желая свободы, – хочет умчаться отсюда напрочь, взвиться в синие небеса, маленький-маленький яркий клочок неба виден высоко между каменными громадами.

–Кто такой?

Фамилия не запоминается, имя стандартное для этих мест. Адрес спрашивать не надо – сам докладывает. Адрес этот тем более ничегошеньки Лумису не говорит.

–Цель прогулки? – Вопрос дурацкий, но что изволите спрашивать в такой ситуации? Может, о погоде с ним поболтать, или пусть расскажет, как поживает. Как ему работается и спится в условиях устранения «демографического перекоса». Здесь война, а не игрушки. А он все равно что-то лепечет. Надо же, изобрел ответ. Ну что ж, играем в «знатоков»: следующий тур.

–Почему не выполняете постановление Императора о выселении?

И так ясно, почему не выполняет, – потому же, что и «черные шлемы» не укладываются в сроки. Нет, оказывается, дело еще интереснее, у него имеется разрешение остаться на постоянном месте проживания от некоего Ракшиса-Тагди, второго заместителя управляющего неким департаментом от такого-то числа, может показать хронопластинку, но боится опустить руки без команды.

А сбоку, за углом, наконец-то рычат двигатели. Подтягивается техника.

Лумис успевает видеть все сразу, он по-прежнему львиную долю внимания уделяет опасному направлению, параллельно он некоторое время, не торопясь, раздумывает, смотреть ли это дурацкое разрешение. Оно ему, конечно, как собаке пятая нога, но глянуть стоит – для накопления опыта. Интересно, сколько этот человек отвалил за пустую, ничем не обоснованную бумаженцию? Нужно глянуть, есть ли она в действительности, и, если есть, отправить его дальше, пусть с ним разбирается полиция, не дело «черного шлема» заниматься бюрократической ерундой. Уже катится, тарахтит, колыша стекломильметол, большая бронированная железяка, выныривает на свет божий из-за поворота. Надо быстрее кончать с этим гаха-юй-цем.

–Показывай бумагу! Только медленно, и доставать одной рукой.

Лумис ждет. Человек краснеет, синеет, белеет, все сразу. Наверное, радуется продолжению жизни. Он ищет: ищет в одном кармане, теперь в другом, хочет улыбаться заискивающе – ничего не выходит, все равно натянуто. Ему очень неудобно рыться правой рукой в левом кармане в облегающих брюках. Он торопится и в то же время боится шевелиться быстро. По глупой морде видно, что хронопластина у него действительно есть, а может, была, да потерял в суматохе.

Боевая машина тяжелой пехоты (БМТП) «Коза-дереза» тормозит. Боковые люки уже настежь: сыплется, торопясь, братия с десятиствольными иглометами и ранцевыми огнеметами. Сейчас будет наступление. А этот, наконец, нашел. Довольный, хочет протянуть, уже тащит из кармана свой глупый документ. Протянуть не успевает... Хлюпает прямо на прозрачное забрало Лумиса красная пена – все, что осталось от головы прохожего, все, что долетело в его сторону. И тут же по перепонкам гахает, колотит воздух тяжелый пулемет «Козы». Помогли братки, решили проблему, и без «патриотов» обошлось.


ГОРОДСКИЕ ПЕРЕСЕЧЕНИЯ | Огромный черный корабль | ВЕЧЕРНИЕ ГОРОДА