home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 20

Мои ноги так и слетели со стола.

— Алло? Алло? Кто говорит? Кто это?

В ответ гробовое молчание.

Я набрал номер коммутатора. Нет, девушка не могла ответить, откуда звонили. Выяснить это займет у нее минут сорок, не меньше. Но я не мог ждать, вечеринка шла полным ходом. Так что простите, господа, но что еще вы можете предложить?

Предложить было нечего. Раздумья заняли секунд десять. Я встал и бегом спустился к «кадиллаку». На Мэйн, а затем до Сотой! Свернув налево с Бродвея, я проскочил два квартала и, вылетев на Мэйн, устремился направо и прямо до конца. Но в районе Двенадцатой у меня в уме что-то щелкнуло. Стоп, стоп, стоп, Скотт. Не торопись. Какого дьявола и куда ты так несешься? Прочесываешь Мэйн-стрит, как если в ехал по финишной прямой на гонках в Индианаполисе. Взвесь, парень, одумайся. Кто там на углу Сотой и Мэйн? Что за дела? Что за чушь? А не дурят ли тебе мозги? Я постарался вспомнить, что это за перекресток. Кафе, рестораны или так, ничего особенного?

Забинтованная правая инстинктивно полезла под плащ, под левую подмышку. Пистолет дома. Ну конечно. Скотт, мозги у тебя размякли и никуда не годятся.

И вдруг — бац! В голову словно ударило. Все прежние домыслы сошлись воедино и шибанули по затылку, как двадцатифунтовая кувалда. Вот он, последний листочек, та маленькая деталька, что торчала в мозгу как заноза! Мне стало страшно. Страшно.

На ближайшем углу светились огни ночной станции техобслуживания. Я подрулил и вышел. Двигатель работал, фары горели.

Я Вбежал внутрь. Пока глаз искал, где телефон, пальцы левой уже нащупали в кармане монетку.

Сначала я набрал номер своей квартиры. Трубку сняла Лина.

— Лина, это Шелл. С тобой все в порядке?

Она не отвечала. Я скороговоркой выругался. Вспомнил.

— Отвечай, моя страстная. Querido.

Я как можно быстрее, нельзя было терять ни секунды, повторил ту же чепуху, что и в первый раз, чтобы она меня признала, и с облегчением услышал знакомый голос.

— Лина, Лина же, ты в порядке?

— Я? Конечно, в порядке.

— Отлично. Так и оставайся. Не открывай никому. Ни-ко-му! Поняла? Кто-нибудь звонил?

— Никто.

— Все ясно. И не подходи к телефону! Увидимся позже.

Итак, я сделал то, что должен был догадаться сделать раньше. Перед тем, как покинуть офис. Размягчение мозгов даром не проходит. Вторая монетка полетела в автомат вслед за первой. Я лихорадочно листал справочник. Корнелл Мартин. Есть! В трубке послышался спокойный твердый баритон.

— Господин Мартин?

— Слушаю вас.

— Шелл Скотт говорит. Трэйси дома?

— Ну что вы, мистер Скотт, конечно же уже нет. Я очень ценю…

— Оставьте это. Что вы имеете в виду, говоря: «конечно же уже нет»?

— Я не понимаю вас, мистер Скотт. Почему вы опять звоните?

— Опять?

— Мистер Скотт, — голос его стал суше, — разве это не вы звонили несколько минут назад?

— Нет. Говорите быстрее, кто звонил? Как давно? Что вообще произошло?

— Минут пятнадцать назад. Трэйси сняла трубку, поговорила, а затем сразу оделась и ушла. Сказала, чтобы встретиться с вами. Что-то якобы очень важное. Я так и понял, что звонили вы. А в чем, собственно, дело?

— А куда? Куда, не сказала? Где ей со мной необходимо встретиться?

— Ничего не говорила, мистер Скотт.

— О'кей, я займусь этим.

Повесив трубку, я отыскал еще один десятицентовик и набрал номер отдела по расследованию убийств.

— Сэм, это Шелл. Слушай и запоминай. Времени повторять нет. Дело жизни и смерти. И я не шучу. Хватай Пресса и пулей ко мне в офис. Сирену не включай. Машину поставишь за углом и вместе с ним подымайся. Я встречу. И быстрее, Сэм.

Я бросил трубку, даже не посмотрев, легла ли она на место, потом — бегом к работающему автомобилю. На предельной я выехал на Мэйн и повернул обратно к центру. Давя одновременно ногой на газ, а рукой на звуковой сигнал, я несколько раз проскочил на красный и в считанные минуты оказался на Третьей.

Сэмсон с Прессом еще, наверное, только собрались и вышли. Боже правый, лишь бы не опоздать! Не переставая сигналить, я немного не вписался в левый поворот на Третью, меня занесло, я пролетел Бродвей и сбросил газ. Затем поехал совсем медленно, прижал «кадиллак» как можно ближе к обочине и, видя, что свободного места нет, бросил его прямо на проезжей части, загородив выезд какой-то машине. Почти по-спринтерски добежал до угла, завернул и там, на середине квартала, увидел Трэйси.

Вернее, девушку, со спины похожую на Трэйси. Она входила в Гамильтон-Билдинг. Что было делать? Кричать нельзя. К тому же я не был уверен, что это Трэйси. Я был в таком состоянии, что любую девушку мог принять за нее.

Последний рывок сквозь неторопливую вечернюю толпу — и я внутри, в вестибюле. Никого. Дверь лифта уже закрывалась. Я кинулся к нему. Но даже ладонь не успел просунуть. Лифт пошел вверх.

Прыгая через три ступеньки, я взлетел по лестнице к себе на этаж и на какие-то секунды опередил лифт. Его дверь в этот момент как раз начала открываться. Оттуда выходила Трэйси. Я зажал ей рот, втолкнул в лифт, и мы снова поехали на первый.

— Извини за грубость, — сказал я, отнимая ладонь от ее лица. — Объясню все попозже. Дай отдышаться. — Я пыхтел как марафонец.

Лифт остановился. Трэйси я велел ждать в холле, а сам выглянул на улицу. Через полминуты с Бродвея на Третью вывернула машина Сэмсона. Сэмсон и Пресс. Мой «кадиллак» он наверняка заметил. Значит, все нормально. Оба вышли, а я выскочил на дорогу и замахал им.

Сэм с Прессом пришли за мной в вестибюль. Здесь я прежде всего обратился к Трэйси:

— Тебя видели. Времени в обрез. Слушай, что надо сделать. Поднимаешься в мой офис, стучишься и говоришь: «Мистер Скотт. Шелл… это я, Трэйси. Откройте, пожалуйста». После этого сразу отходишь в сторону и ждешь. Ждешь, пока не позову. Как только я приглашу тебя в квартиру, внимательно за мной следи. И когда я задам вопрос, ответишь: «Да, это тот самый человек».

Затем я начал объяснять Сэму и Прессу:

— Она стучится, уходит, и мы, Сэм, выставляем впереди себя вот эту гадину. Ты понял, Пресс? — Я старался говорить тихо, но угрозу он почувствовал и испугался, чего я и добивался. — А я посмотрю, правильно ли ты понял. Пикнешь лишнего — продырявлю башку. — Это была не шутка. — Потом, Сэм, мы заходим. Пистолет наготове. И все. Вечеринка закончена. Дело закрыто. Конец представления. А теперь вперед!

Больше мы не останавливались и ни о чем не говорили. Перед дверью офиса встала одна Трэйси. Мы все — сбоку. Она оглянулась, я кивком подбодрил ее, и она постучала.

— Мистер Скотт… Шелл… это я, Трэйси, впустите меня.

Трэйси снова оглянулась, я приложил палец к губам и кивнул в сторону лифта. Она отошла. Сэм вытолкнул Пресса и поставил прямо перед входом. Я встал рядом. Мы ждали.

Внезапно дверь распахнулась, и низкий грубый голос воскликнул:

— Уолтер! Какого черта ты здесь?..

Я пихнул Пресса в спину и вслед за ним шагнул в комнату, Сэмсон с револьвером в руке не отставал ни на шаг.

При виде нежданных гостей жирная физиономия Мэгги превратилась в застывший бараний холодец. Она ничегошеньки не понимала. Вертела своей огромной башкой то в мою сторону, то в сторону Пресса, а блестящий револьвер сиротливо выставлялся из бессильно опустившегося кулака.


Глава 19 | Дело об исчезнувшей красотке | Глава 21