home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



9.

Спрыгнув на пол, я первым делом замер и прислушался. Где-то вдалеке слышались голоса. Я помог Фоме взобраться на подоконник и сделал ему знак соблюдать тишину. Он молча кивнул. Я осторожно выглянул в коридор. В противоположном крыле рыскали бандиты и громко переговаривались между собой. Они переходили из одного помещения в другое и постепенно приближались к нам. Судя по голосам, их было трое или четверо. «Они ищут тех двоих!» — догадался я.

— Отсюда надо уходить, — шепнул Фома, оценив ситуацию.

— Куда? — беспомощно развел я руками.

Фома не успел ответить: из коридора донеслись приближающиеся шаги. Едва мы успели скрыться за ветхим шкафом, лежащим на боку, подняв в воздух тучу пыли, как в комнату вбежали два бандита и еще кто-то третий.

— Скорее, Смурной! — услышал я торопливый голос одного из них. — Здесь нам никто не помешает.

— Э-э, нет, сначала гони обещанное, — отозвался второй.

— Да успеется, черт побери! Потом разочтемся.

— Разочтемся сейчас, — упрямо возразил Смурной. — В конце концов, телку я привел — я с нею и займусь, а ты ищи себе другую. Если хочешь, конечно.

— Ну ты и скотина! — взвыл первый. — На, подавись! — Он рывком снял с себя часы и швырнул Смурному; тот ловко поймал их.

— О'кей! — удовлетворенно хмыкнул он. — Теперь ты вступаешь в долю — но только после меня… А ну-ка, девочка, подойди ко мне! Ух, хороша!..

И тут я увидел Лиду. Смурной вытолкнул ее на середину комнаты, и свет из окна упал на стройную фигуру девушки. Руки ее были связаны за спиной, платье на плече разодрано, волосы в беспорядке падали вниз. Губы плотно сжаты, в глазах затаились ужас и ненависть. Боже мой, что они хотят с ней сделать?! Я услышал, как Фома скрипнул зубами.

Смурной жадно облизнулся и заурчал, словно сытый кот.

— Уйди! — крикнул он второму, но тот не шелохнулся.

Скинув автомат, Смурной бросил его на пол. Второй бандит последовал его примеру. У обоих тряслись руки, воздух со свистом вырывался из их глоток. Такой омерзительной картины мне видеть еще не приходилось. Мне показалось, что у Смурного текут слюни. Ну и рожи!.. Я крепко сжал руку Фоме.

Бандиты, словно учуявшие мясо псы, медленно приближались к девушке, а та, замирая от страха и отвращения, пятилась назад, в нашу сторону.

— Ну куда же ты, девочка? — мурлыкал Смурной. — Я не сделаю тебе ничего плохого. Ну иди же сюда, ну… Иди сюда, стерва! — вдруг заревел он и кинулся на бедную девушку.

В ту же секунду из укрытия вылетел Фома и с яростным воплем обрушился на Смурного. Отстав от него лишь на сотую долю секунды, я ринулся на второго бандита. Лида вскрикнула и отскочила в сторону. А мы тем временем катались по полу, сцепившись в два плотных, урчащих и мычащих клубка.

Эффект неожиданности сыграл свою роль, и на первых порах мы с Фомой одерживали верх, но физическая сила наших противников — а они были явно здоровее нас — в конце концов решила исход схватки не в нашу пользу. Краем глаза я видел, как Смурной одолевал Фому, да и мой противник уже оседлал меня и размеренно, со знанием дела вколачивал мою бедную голову в пол. И тут буквально в двух шагах от своего правого уха я увидел брошенный автомат одного из бандитов. Теряя сознание, с совершенно безрассудной надеждой на чудо, я протянул было руку к нему, но этот мерзкий тип опередил меня и, скривив в злорадной усмешке толстые губы, схватил автомат первым. В это самое мгновение Смурной, хрипя и кроя изощренной бранью всех и вся, осыпал Фому мощными ударами, на что несчастный музыкант лишь глухо охал и безрезультатно пытался сбросить бандита на пол.

И тут произошло нечто неожиданное. Не успел еще мой противник как следует схватиться за автомат, как над его рукой взметнулся острый дамский каблук и с силой пригвоздил ее к полу. Молодец Лида! Вот это по-нашему! Бандит взвыл, лицо его исказилось от ярости и боли. Он сразу обмяк и ослабил хватку. Вот он, единственный шанс из тысячи!.. Я собрал воедино все свои оставшиеся силы и скинул его с себя. В следующий миг автомат был у меня в руках.

— Встать! — заорал я, забыв о всякой осторожности.

Смурной на мгновение оторвался от избиения Фомы и удивленно поднял голову. Воспользовавшись его замешательством, Фома вскочил на ноги и нанес бандиту сокрушительный удар в челюсть. Смурной упал навзничь и зарычал.

— Я сказал — встать! — повторил я, наступая на бандитов и угрожая им оружием. Фома тем временем завладел вторым автоматом.

Бандиты поднялись и угрюмо уставились на меня. Сейчас они походили на смертельно раненных хищников — и тем опаснее были.

— Ладно, мусор, я с тобой еще поквитаюсь, — негромко, с угрозой произнес Смурной, в реальности намерений которого я ничуть не сомневался.

Фома вынул из-за пояса второго бандита финку и перерезал веревку, стягивавшую руки бедной девушке.

— Свяжите их! — потребовал я, отлично понимая, что этих животных может обуздать только сила, страх и вовремя предпринятые меры предосторожности. Именно поэтому я неотрывно держал их на прицеле, фиксируя каждое их движение.

— Стоять, мерзавцы! Иначе я уложу вас обоих, и, клянусь, рука у меня не дрогнет!

Наверное, мой тон был настолько убедителен, что они поверили мне. Лида и Фома связали им руки найденной в углу веревкой.

— А теперь — лечь! — скомандовал я. — Лицом вниз! Живо!

Они подчинились, а Фома тем временем связал им ноги. И только когда эта неприятная, но необходимая процедура была закончена, я с облегчением вздохнул и опустил автомат. Голова раскалывалась от боли.

— Подонки, — услышал я гневный голос девушки.

Я повернулся к ней.

— Спасибо вам, Лида, вы спасли нам жизнь.

— Пустое, Максим, — ответила она, даже не взглянув на меня. — Это мне нужно вас благодарить.

Она вдруг зарыдала, уткнувшись лицом в мое плечо.

— Что с вами, Лида? — в тревоге спросил я, обнимая ее за плечи. — Они обидели вас? Скажите, что они вам сделали, и я тут же пристрелю этих мерзавцев.

Мое сердце сжималось от ее горьких рыданий, и я не кривил душой, обещая расправиться с ее обидчиками. Но она решительно замотала головой и, продолжая всхлипывать, сказала:

— Нет-нет, Максим, не надо, со мной все в порядке. А вот Сергей… — она осеклась и заплакала вновь.

— Успокойтесь, девушка, — вмешался Фома, — и расскажите, что произошло. Сергей — это ваш муж?

Она кивнула и подняла на меня полные муки заплаканные глаза.

— Если бы видели, Максим, как он смотрел на меня, — прошептала она, — если бы видели!.. Его глаза — сколько в них было тоски и отчаяния…

— Да что случилось, в конце концов? — воскликнул я.

— Вскоре после вашего побега к нам ввалился этот тип, — она с ненавистью кивнула на Смурного, — и поволок меня к выходу. А Сергей… он так смотрел… он хотел было вступиться, но что он мог сделать — один, безоружный? Я всю жизнь буду помнить его глаза…

Смысл ее слов постепенно начал доходить до меня.

— Так он не вмешался, этот ваш Сергей? — спросил я без особой симпатии к ее супругу.

— Он бессилен был что-либо изменить, — горячо заговорила Лида. — Ну скажите, Максим, зачем бы он полез? Они бы просто убили его. Ведь никто же не вступился… кроме доктора, правда. А этот, как его, Курт, что ли, ударил его сапогом в лицо. Но ведь это бессмысленно, бессмысленно!..

Я пожал плечами и отвернулся. Мне давно стало ясно, что Сергей — трус и мелкая душонка.

— Вы оправдываете своего супруга, — жестко произнес я, — хотя сами на его месте поступили бы иначе. Ведь так?

— Ну, я совсем другое дело, — сказала она убежденно.

Вот именно, что другое, подумал я. Мне вспомнились слова, сказанные мною Лиде пару дней назад в столовой. Я сказал тогда, что завидую ее супругу, но лишь теперь, в этой самой комнате, на краю пропасти, со всей ответственностью осознал глубину и истинный смысл тех случайно оброненных слов. Быть любимым такой чудесной девушкой, как Лида, — это великое счастье, достойное лишь избранных. И великая несправедливость, порой сопутствующая нам повсеместно, состояла в том, что предметом этой бескорыстной, самоотверженной любви был человек недостойный ее, себялюбивый, трусливый и эгоистичный. Любовь ослепляет — гласит народная мудрость. Впрочем, возможно, прав был Франкл, утверждавший, что любовь не ослепляет, а, напротив, дает любящему истинное зрение, срывает пелену с его глаз, заставляет видеть неповторимость, уникальность, красоту любимого человека, недоступную для людей посторонних. А я в этой ситуации был именно посторонним. Что ж, может быть, во всем этом и был какой-то смысл, скрытый от меня, поэтому я не стал спорить с Лидой, убеждать ее в слепоте (или в прозрении — кто знает?), но про себя отметил, что к Сергею отношусь крайне отрицательно.

— Что же нам теперь делать? — спросило Лида, беспомощно переводя взгляд с меня на Фому.

— Сухари сушить, — раздался чей-то грубый голос, — и запасаться гробами. Они вам сейчас понадобятся.

В дверях стояли три здоровенных лба и мерзко лыбились, предвкушая грядущую расправу. Все трое были вооружены и готовы пустить оружие в ход при малейшем неосторожном движении с нашей стороны. В пылу схватки и за разговорами мы не заметили, как те бандиты, что обыскивали противоположное крыло коридора, добрались до нашей половины.

— Бросить оружие! — скомандовал самый старший из них, огромный детина, похожий на портового грузчика. — Я не люблю повторять дважды. Ну!

Наши с Фомой трофеи со стуком упали на пол.

— Так, хорошо! — продолжал бандит, не отрывая от нас глаз. — А теперь пусть девчонка подойдет ко мне… Сундук, развяжи этих кретинов! — Он кивнул на Смурного и его товарища.

Я схватил Лиду за руку и крепко сжал ее.

— Не бойтесь, мы не дадим вас в обиду.

— Пусть девчонка подойдет ко мне! — повысил голос бандит и угрожающе поднял автомат. — Быстрее!

Сундук наклонился над Смурным, намереваясь освободить его от стягивающих конечности пут, но тут неожиданно грохнуло подряд сразу три выстрела, слившиеся почти в один, и бандиты, так и не успевшие понять, что же происходит, посыпались на пол, словно стебли, подкошенные умелой рукой косаря.

— Проклятье! — яростно прошипел один из них, судорожно дернулся и замер.



предыдущая глава | Оборотень | cледующая глава