home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ПОТЕРЯТЬ ЭНН НАВСЕГДА

Дежавю может быть ужасающим, в зависимости от того момента, который заново переживает человек. В состоянии леденящей, всепоглощающей угнетенности двигался я сквозь туман к виднеющемуся впереди зданию. «Освободи меня от этого черного бесконечного кошмара». Эта мольба вновь прозвучала в моем сознании.

Теперь этот кошмар вновь повторялся.

«Я уже был здесь прежде», — преследовала меня новая мысль. То, что на сей раз рядом со мной шел Альберт, не помогало. Несмотря на его присутствие, входя в церковь, я оставался наедине со своими страхами.

Как и прежде, скамьи были заполнены народом. Как и тогда, фигуры людей казались серыми и безликими. И меня снова понесло по среднему проходу, и я силился понять, зачем я здесь. Я понятия не имел, что это за церковь. Я знал только, что на этот раз рыданий Энн не слышно, потому что она мертва.

Они сидели в переднем ряду, близко придвинувшись друг к другу. При виде их я разрыдался, с отчаянием вглядываясь в родные черты. Мне были хорошо видны их лица, бледные, искаженные страданием, с полными слез глазами.

Душевное волнение сделало меня забывчивым. Даже не задумываясь, я подошел к ним и попытался их обнять. И сразу же понял, что они не отдают себе отчета в моем присутствии, устремляя взгляды вперед. Я вновь испытывал агонию собственных похорон, еще и удвоенную, оттого что это были похороны Энн.

Внезапно меня, как током, ударила одна мысль, и я стал озираться по сторонам. Я ведь был наблюдателем на своих похоронах. Возможно ли…

— Нет, Крис, — сказал Альберт. — Ее здесь нет.

Я старался не смотреть на детей, не в силах вынести выражение их лиц, а также мысль о том, что они теперь совсем одни.

— Эта женщина была любима многими, — услышал я произнесенные нараспев слова.

Я посмотрел в сторону алтаря и увидел смутный силуэт священника, произносившего панегирик. «Кто он такой?» — недоумевал я. Я его не знал. Он не знал Энн. Как же мог он говорить о ней так, словно был близко знаком?

— Как жена и мать, подруга и соседка. Любима своим недавно умершим мужем, Кристофером, и детьми, Луизой и Марией, Ричардом и Йеном.

Я отвернулся от него в тоске. Какое право имел он говорить?..

Увидев, что делает Альберт, я потерял ход мысли.

Он стоял перед Ричардом, возложив правую руку на его голову, словно даруя моему сыну бессловесное благословение.

— Что ты делаешь? — спросил я.

Он поднял левую руку, ничего не сказав, и я понял, что он призывает к молчанию. Я уставился на него. Через несколько секунд он отошел от Ричарда и встал перед Мэри, также положив руку ей на голову. На миг меня поразила нелепость того, что она смотрит в упор на плотное (для меня) тело Альберта, не видя его. Я снова был в недоумении от поступка моего спутника.

Потом я опять отвернулся, невыносимо страдая при взгляде на Мэри.

Как же я раньше его не заметил? Приближаясь к гробу, я ощутил тоску и отчаяние. «Слава Богу, он закрыт», — подумал я. По крайней мере, дети избавлены от тягостного зрелища.

Неожиданно в голову пришла новая мысль. Я вспомнил, как Альберт говорил мне на моих похоронах, что я могу заглянуть в гроб. А сейчас это тоже возможно? Мое отчаяние все росло. «Нет, — подумал я. — Не хочу видеть ее там. Ее настоящая сущность где-то в другом месте. Зачем мне смотреть на оболочку?»

Я заставил себя отвернуться от гроба и, закрыв глаза, принялся молиться за Энн. «Помоги ей обрести покой, пожалуйста, помоги ей найти утешение».

Невольно мой взгляд опять обратился на детей. И снова невыносимой стала боль от созерцания их горя. «Прошу тебя, скорей», — мысленно обращался я к Альберту, не в силах больше выносить эту пытку. Я не мог утешить детей, никак не мог с ними связаться.

Ладонь Альберта покоилась на голове Йена. Он вдруг обернулся, и на губах его промелькнула мимолетная улыбка.

— Благодари своего сына, — сказал он.

— Я благодарен им всем, — ответил я, не поняв, о чем речь.

— Ну конечно, — сказал он. — Но дело в том, что молитва Йена может помочь разыскать твою жену.


Теперь мы шли к границе Страны вечного лета. Мы могли бы попасть туда мысленно, но, как сказал мне Альберт, напряжение от такого внезапного перемещения могло бы причинить мне дискомфорт.

— Пойми меня, — повторил он, — молитва Йена не является прямым каналом к Энн. Она лишь направляет нас по нужному пути. Найти ее будет все так же трудно.

— Но возможно.

Он кивнул.

— Возможно.

«Снова молитва Йена», — подумал я, вспоминая, как он уже помог мне однажды.

— Такое ощущение, что он знает, — сказал Альберт. — Возможно, неосознанно, но это таится где-то у него внутри. На это я и надеялся. Когда я не услышал молитв ни от одного из других твоих детей — и не потому, что они меньше любят мать, а потому, что считают молитвы лицемерием, — я подумал, что все пропало, — и так бы и вышло, несмотря на твою решимость. Но потом я вошел в контакт с сознанием твоего младшего сына, и надежда воскресла.

— Сколько времени уйдет на ее поиски? — спросил я.

— Пойми, — мягко проговорил он. — Мы можем никогда ее не найти. Мы знаем лишь общее направление, а не поэтапный маршрут.

Я поборол в себе панику и кивнул.

— Понимаю, — сказал я. — Давай все же поспешим.

Альберт остановился. Мы проходили мимо большого, привлекательного на вид сада с высоким металлическим забором вокруг, что выглядело очень странно.

— Крис, зайдем сюда, — сказал Альберт. — Мне надо кое-что сказать тебе, прежде чем мы отправимся дальше.

Мне хотелось как можно быстрее идти вперед, а не останавливаться и слушать. Но настойчивость его голоса не оставляла мне выбора, так что я вошел вместе с ним в сад через железные ворота. Мы прошли мимо декоративного пруда, в котором, как я заметил, не было рыб. Берег пруда выглядел как-то неопрятно.

Я заметил также, что кустарники и растения здесь были скудными и хотя, безусловно, не казались безобразными, но были далеко не такими зелеными и сочными, как другие насаждения, виденные мною в Стране вечного лета. Трава тоже была местами вытоптана.

В дальнем конце парка неспешно прогуливались какие-то люди, некоторые сидели на скамейках. Здесь не носили мантий: все были облачены в модную земную одежду. Но вид у этих людей был не очень дружелюбным, особенно из-за нарочитой важности на лицах. Чопорные и наигранно бесстрастные, они даже между собой не переговаривались.

Я уже собирался про них спросить, когда мы подошли к скамье, которую — и это меня удивило — не мешало бы покрасить. Альберт жестом пригласил меня сесть.

Я так и сделал, а он сел рядом со мной.

— Мы идем пешком к краю Страны вечного лета по двум причинам, — начал он. — Первая, как я уже говорил, — чтобы дать твоему организму постепенно приспособиться к довольно неприятным изменениям окружающей среды. Вторая — возможно, ты снова привык к ходьбе как средству передвижения. Покинув Страну вечного лета, мы окажемся под действием более грубой атмосферы и не сможем путешествовать мысленно.

Я взглянул на него с любопытством. Это то, ради чего он задержал меня?

— Более всего, — продолжал он, немедленно отвечая на мой вопрос, — хочу подчеркнуть чрезвычайную опасность, которой ты подвергнешься при перемещении в низших сферах. Тебя сильно растревожило посещение похорон жены. Но это ничто по сравнению с тем, что ожидает тебя в скором времени. Будучи на похоронах, мы дистанцировались от влияний того уровня. В низшей сфере, для того чтобы функционировать, нам придется фактически взять на себя эти влияния. Я смогу в некоторой степени тебя защитить, но ты должен быть готов к атаке — любого низкого чувства, с которым ты расстался, вступая в Страну вечного лета. Ты также должен быть готов к самым ужасным зрелищам. Как я говорил, мы не знаем четкого пути к твоей жене. Возможно, он заведет нас в жуткие места. Хочу, чтобы ты сейчас это уразумел. Если чувствуешь, что не сможешь с этим совладать…

— Мне безразлично, куда нас заведет этот путь, — поспешно заявил я.

Альберт молча взглянул на меня, очевидно, пытаясь понять, осознал ли я хоть немного смысл сказанных им слов.

— Отлично, — наконец молвил он. — Если считать, что у тебя хватит сил сопротивляться возможным препятствиям, предупреждаю тебя со всей серьезностью об опасностях, которые будут тебе угрожать, когда мы фактически разыщем Энн.

Признаюсь, я был сильно удивлен.

— Ее поиски таят в себе много пугающих опасностей, — принялся объяснять он, — но все это угрозы внешние. Если мы найдем Энн и ты попытаешься ей помочь, ты подвергнешься внутренней угрозе. Вернувшись на уровень примитивного развития, ты окажешься под его сильным влиянием. Понизив свою вибрацию до уровня земной, ты не сможешь больше ясно мыслить, и в твоем рассудке воцарится тот же хаос, с каким теперь постоянно живет твоя жена. В таком ослабленном состоянии не только твои усилия на ее счет могут оказаться тщетными, но и тебе самому может быть нанесен вред, и ты станешь таким же пленником этого уровня, как и она.

Положив руку мне на плечо, он крепко его сжал.

— Тогда ты потеряешь все, чего достиг, — предупредил Альберт. — Потеряешь не только Энн, но и себя.

На меня накатила волна тревоги, и я не смог ничего ответить.

— Можешь вернуться туда, где был, — предложил Альберт. — Честно говоря, это было бы большим облегчением для меня. Тогда тебе лишь придется ждать ее двадцать четыре года, которые быстро для тебя пролетят. Продолжив же путь, ты можешь потерять ее на более долгое время.

Я закрыл глаза, чувствуя озноб и слабость. «Нельзя там ее оставлять, — думал я. — Я должен ей помочь». И все-таки я боялся — и не без основания, если принять во внимание сказанное Альбертом. Что, если у меня не хватит сил? Не лучше ли подождать двадцать четыре года, зная наверняка, что мы будем снова вместе? Разве это не намного предпочтительней, чем пытаться помочь Энн сейчас, рискуя потерять ее навсегда?


ЕДИНСТВЕННАЯ МУЧИТЕЛЬНАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ | Куда приводят мечты | ВНУТРИ НИЗШЕЙ СФЕРЫ