home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement





18 часов 15 минут


– Что-то ты непрезентабельно выглядишь, – заметил Йел, когда Кальдак переступил порог дома Бесс в Новом Орлеане. – Как дела?

– Хуже не придумаешь.

– Мои соболезнования, Кальдак. Черт возьми! Все, разумеется, соболезнуют, только это не оживит Эда…

Кальдак бросил взгляд на дверь спальни.

– Где Бесс? У себя?

Йел покачал головой.

– Увы, нет. Когда я пришел, она уже закрылась в лаборатории.

– Да? Неужели она целый день работала?

– Думаю, что нет, – серьезно сказал Йел. – До меня здесь побывал Рамсей.

Кальдак вздрогнул.

– Что он ей наговорил?

– Что бы ни наговорил, она расстроилась.

Кальдак сразу же вспомнил, как Бесс говорила, что в лаборатории она чувствует себя защищенной. Значит, после разговора с Рамсеем ей потребовалась защита.

Впрочем, этого следовало ожидать. Конечно же, Рамсей не упустил своего шанса. Воистину беда не приходит одна.

– Мне уйти? – негромко спросил Йел.

– Оставайся. Я пойду к ней.

Кальдак вышел в коридор и остановился у двери лаборатории. Что бы ни случилось, он должен посмотреть ей в глаза.

Он осторожно постучал в дверь.

– Бесс, впусти меня. Нам надо поговорить.

Дверь немедленно распахнулась, и на пороге возникла Бесс. Глаза ее метали молнии. Не говоря ни слова, она размахнулась и изо всех сил ударила Кальдака по щеке.

– Да уж, поговорить нам не мешает! Ты подонок, Кальдак.

– Бесс, выслушай меня. Я не хотел…

– Хотел, черт возьми! Подонок! – Теперь по щекам Бесс текли слезы. – Ты все это сделал сознательно. Если бы не ты, ничего бы не случилось. Эмили была бы жива. – Она еще раз хлестнула его по щеке. – Неужели ты не мог не трогать нас?

– Прости, – сказал Кальдак. – Я не желал тебе зла. Я был уверен, что ты не пострадаешь.

– Как ты мог быть в этом уверен? Ты послал меня в Тенахо и допустил, чтобы Эмили поехала со мной. Это ты виноват в ее смерти, а я… Господи, какая же я была идиотка!

Окончание фразы утонуло в рыданиях.

– Ты должна была поехать в эту командировку одна. Никто не предполагал, что с тобой будет Эмили.

– Но мою к-командировку устроил ты! Рамсей объяснил мне, что ты вышел на редактора журнала и заставил его отправить меня в Тенахо. Ты захотел, чтобы я оказалась там в нужный момент.

Левая щека Кальдака непроизвольно дернулась.

– Это верно.

– Зачем я тебе понадобилась? И почему именно я?

– Разве Рамсей тебе не сказал?

– Он говорил только о том, как ловко ты обвел меня вокруг пальца. Доказывал, что тебе нельзя доверять. Что ж, ему это удалось. Я окончательно убедилась в том, что доверять нельзя никому. – Бесс подошла к Кальдаку вплотную и тихо, но твердо потребовала:

– Объясни мне, Кальдак, для чего тебе понадобилось меня убивать.

– Я не собирался тебя убивать. Я знал, что у тебя есть все шансы выжить в Тенахо.

– Ты не мог знать про иммунитет! Ведь… – Бесс внезапно умолкла и изумленно взглянула на Кальдака. – Нет, ты знал. Боже, как ты мог узнать?

– Данзар, – спокойно ответил Кальдак.

Это простое слово ошеломило Бесс. Она не могла произнести ни слова. Тогда Кальдак заговорил вновь:

– В Данзаре ты получила совсем небольшую дозу антракса-мутанта, более слабого, чем тот, который Эстебан использовал в Тенахо. – Кальдак вздохнул и добавил:

– Однако его силы хватило на то, чтобы уничтожить все население Данзара.

– Как? Ты хочешь сказать, что в Данзаре Эстебан тоже провел эксперимент?

– Да. Данзар стал его первым полигоном. Он передал штамм антракса партизанам, и те отправили его в Данзар с партией продуктов.

Бесс недоверчиво тряхнула головой.

– Не правда. Там была резня. Я видела трупы своими глазами.

– Так было задумано. Когда люди умерли, явились партизаны и инсценировали кровавую бойню.

– Там действительно была бойня!

Кальдак только мрачно покачал головой, и это почему-то убедило Бесс лучше всяких слов.

– И ты все знал? – ахнула она, наконец поверив, что Кальдак говорит ей правду. – Ты знал про детей?

– Нет. В то время я работал с Хабином, а Эстебан в Данзаре действовал один, без помощи арабов. Но впоследствии мне все стало известно.

– И ты ничего не предпринял?

– Что я должен ответить? – Кальдак метнул на Бесс свирепый взгляд. – Ну да, я ничего не предпринял. Как и после Накоа. У меня не было улик. Правда, после данзарских событий мы решили, что у нас имеется шанс остановить цепь массовых убийств. Нам тогда было ясно, что единственно действенный способ борьбы с Эстебаном – создать мощное противоядие. Когда ты лежала в больнице в Сараево, я предложил произвести анализ твоей крови, и оказалось, что твой организм вырабатывает антитела, уничтожающие антракс. Во всяком случае, ту его разновидность, которую Эстебан использовал в Данзаре.

– Так ты побывал в Сараево? В больнице?

– Я считал необходимым лично убедиться в том, что ошибки нет.

– И ты был там все время?

– Да.

– Но наш водитель тоже выжил.

– Мы проверили и его кровь. Антител не обнаружено. Наверное, ты получила свою дозу, когда ходила по всему приюту. Ты была нашей единственной надеждой.

– Если вы знали, что у меня иммунитет, то почему не почесались раньше? Почему не стали сразу же брать у меня кровь? Вы могли хотя бы попытаться спасти Тенахо!

– Я выяснил, что Эстебан счел данзарский эксперимент неудачным и велел своим микробиологам продолжать работу над мутациями. Нам не было известно, какие свойства приобретет антракс после Данзара, следовательно, мы не могли заранее приступить к созданию лекарства.

– И поэтому ты заманил меня в Тенахо?

– Мне опять-таки требовались убедительные доказательства того, что ты обладаешь иммунитетом.

– А если бы выяснилось, что не обладаю? Моей жизни, разумеется, не жалко?

– Жалко, Бесс. Но жалость не могла меня остановить.

– О, это я теперь знаю: ведь ты убил Эмили.

– Предполагалось, что ты поедешь одна. Появление твоей сестры стало для нас полной неожиданностью.

– И ты ее убил!

– Хорошо, я ее убил. Беру вину на себя.

– Ты убил ее, а потом солгал мне и уложил меня в постель. И я тебе позволила! Боже, я тебе позволила все…

– Я не «уложил тебя в постель». Я любил тебя. Бесс, поверь…

Он тронул ее за плечо, но она брезгливо отстранилась.

– Не прикасайся ко мне! Теперь мне ясно, почему все это время ты был так заботлив. Ты знал, что виноват. Господи, как же мне хочется перерезать тебе глотку!

– Желающих много, становись в очередь, – невесело усмехнулся Кальдак.

– Убирайся из моего дома, мразь!

– Де Сальмо только этого и дожидается, – напомнил Кальдак.

– Плевать!

– А мне не плевать. – Он помолчал. – Теперь ты позволишь Рамсею увезти тебя?

– Никуда он меня не увезет! Я не верю ему, как и тебе. Вон отсюда! Мне противно тебя видеть!

Голос ее дрожал от гнева.

– Бесс, именно это и нужно Де Сальмо. И Эстебану.

– Вон!

Бесс захлопнула дверь лаборатории, и Кальдак устало прислонился к стене. Что ж, этого следовало ожидать. Он всегда понимал, что рано или поздно Бесс обо всем узнает. Но он не представлял себе, насколько тяжелым окажется объяснение.

– Ну что, взрыв? – спросил Йел, когда Кальдак вошел в гостиную. – Рамсей открыл твои карты?

– Она все знает, – вздохнул Кальдак. – И выгоняет меня. – Он достал из шкафа свой чемодан и раскрыл его. – А это означает, что тебе придется побыть здесь. Ее ни в коем случае нельзя оставлять одну.

Йел положил руку ему на плечо.

– Кальдак, я не обещал тебе, что смогу остаться в Орлеане надолго.

Кальдак отбросил его руку и принялся укладывать вещи.

– Ты хочешь, чтобы ее убили?

– Но Рамсей может…

– Ничего он не может! Рамсей организовал охрану Эда Каца – и в результате Эд Кац мертв. Или ты полагаешь, что Бесс повезет больше?

– А ты чем займешься?

– Разве у меня есть варианты? – Кальдак закрыл чемодан и затянул ремни. – Я займусь Морриси. Рамсей в конце концов все-таки нашел его. Свяжись с Рамреем и скажи ему, что я вылетел в Шайенн.

«Этого можно было не говорить, – подумал Кальдак. – Рамсей отлично понимает, что Бесс теперь не подпустит к себе Кальдака на пушечный выстрел».

Ему внезапно захотелось свернуть мерзавцу шею. Какого черта ему понадобилось портить все дело?!

– Надеюсь, что хоть что-нибудь получится, – сказал он вслух. – Так ты останешься? Йел, береги ее. Она нам нужна. Она для нас… бесценна.

– По-видимому, бесценна во всех смыслах. – Йел улыбнулся. – Хорошо, я о ней позабочусь.

* * *

Господи, как больно! Мучительно больно…

Бесс сидела прямо на полу в углу лаборатории, уткнув подбородок в колени.

Как она могла довериться Кальдаку?! Он же не скрывал, что его не интересует никто, кроме Эстебана. Кальдак даже говорил ей, что ему не следует доверять.

А она не послушалась. И позволила ему использовать ее так же, как и всех остальных. Он отправил ее в Тенахо, и из-за этого погибла Эмили.

Бесс казалось, что душа ее превратилась в сплошную кровавую рану. Да, ей хватило ума не лгать себе, будто Кальдак действительно что-то для нее значит. Так что же она, как раненый зверь, забилась в темный угол и воет от боли?

Это просто первый шок, он скоро пройдет. Она еще чуть-чуть посидит и придет в себя. Все будет хорошо.

Только еще чуть-чуть.

* * *

Марко Де Сальмо ликовал. Кальдак уехал, и ему представилась прекрасная возможность. Охранники на улице – не проблема, с ними расправиться легко. Эстебан остался доволен проявленной в Атланте расторопностью. А здесь ему мешал только Кальдак, которого теперь нет.

У Марко развязаны руки. Вероятно, ненадолго, но можно надеяться, что времени хватит.

* * *

Целых два часа Йел бессмысленно пялился в экран телевизора. Передавали баскетбол.

Наконец Бесс вошла в комнату, и Йел мгновенно выключил телевизор.

– Поужинать не желаете? – спросил он. – Уже десятый час. Вы весь день ничего не ели. Бесс покачала головой.

– Я слишком устала. Пойду спать.

– Ничего удивительного… Бесс подняла голову.

– Так вы все знали?

– Почти все. А остальное мне рассказал Рамсей, когда я появился в Орлеане.

Бесс вздохнула.

– Все знали… Все, кроме меня. От меня скрывали. Это низость, Йел. Я этого никогда не прощу.

– Это сейчас вы так думаете, – мягко возразил Йел и, увидев, что Бесс готова взорваться, предостерегающе поднял руку. – Нет, я не пытаюсь вас убедить, что Кальдак действовал безупречно…

– Да уж, лучше не пытайтесь.

– Я только хочу сказать, что у каждого из нас свои задачи. Вам сейчас видится все в черном цвете, но уверяю вас, Кальдак не такой уж дурной человек. Ваша жизнь ему небезразлична.

– И потому он отправил меня в Тенахо?

Йел махнул рукой.

– Ладно, не будем об этом. Я понимаю, сейчас не время для подобных разговоров. – Он встал. – Пойду попрошу одного из наших агентов съездить ко мне на квартиру и привезти кое-какие вещи. А я пока подежурю за него. Скоро вернусь.

– Зачем вам ночевать здесь? Уверяю вас, со мной ничего не случится.

– Я пообещал Кальдаку, что не оставлю вас. К тому же дома мне слишком одиноко. Так не хватает жены и ребенка… – Он посмотрел ей в глаза. – А завтра вы потащите меня по улицам?

– Обязательно.

– Может быть, я смогу отговорить вас?

– Никоим образом.

– Значит, мои опасения сбываются, – вздохнул Йел.

Внезапно Бесс вспомнила, что сегодня еще не сдавала кровь.

– Йел, вы возьмете у меня кровь? Кальдак говорил, что очередная порция должна поступать в Атланту каждое утро.

– Простите, Бесс, я плохой медик – еще кольну куда-нибудь не туда… – Он помолчал. – Да и едва ли им сейчас это нужно. Наверняка у них там работа застопорилась из-за смерти Каца.

– Но без свежих образцов эксперименты вообще невозможны. Чем скорее у них будет материал, тем лучше.

Йел кивнул.

– Наверное, вы правы. Ладно, я позвоню Рамсею, и он пришлет человека, который умеет держать в руках шприц.

– Спасибо.

– Вам спасибо. Это вы оказываете нам огромную любезность.

– Это не любезность, – горячо возразила Бесс. – Эстебан убил Эда Каца, чтобы выиграть время, но черта с два он получит дополнительную отсрочку по моей вине! Пусть Рамсей поторопится. Образец должен быть в Центре самое позднее к полудню. – Слушаюсь, мэм.

Йел прищелкнул каблуками, отдавая честь.

– Простите, Йел, можно воспользоваться вашим мобильным телефоном? Я хотела бы узнать, как там Джози, а домашний телефон наверняка прослушивается.

– Конечно, пожалуйста, – Йел протянул ей аппарат. – Мне приятно хоть чем-нибудь компенсировать выпитую у вас кровь.

* * *

Итак, надо принять душ, позвонить в больницу, а потом постараться заснуть.

Господи, да кого она обманывает? Себя? Да, она в самом деле устала, но уснуть ни за что не сможет. Нервы ее после разговора с Кальдаком натянуты как струны.

А следовательно, не стоит тратить время впустую.

Бесс прошла в лабораторию и забрала все фотографии, сделанные за последние дни. Кальдак не сумел опознать посланного Эстебаном человека. А вдруг ей повезет? Вдруг она сумеет разглядеть на снимках… что-нибудь любопытное?

Двадцать минут спустя Бесс отложила пачку фотографий на ночной столик. Какой смысл вглядываться в незнакомые лица? И без того все плывет перед глазами. Черт возьми, даже некоторые снимки получились нечеткими. Наверное…

Кстати, с чего это снимки вышли такими? Как будто бы ничто ей не мешало, когда она наводила резкость.

Бесс бегло просмотрела снимки еще раз. Смазаны были только четыре кадра, и на каждом из них – клоун. Высокий человек с зелеными волосами и белым лицом. Четырежды он отворачивался от объектива как раз тогда, когда щелкал затвор!

Совпадение? Или он не хотел, чтобы его лицо попало в кадр? Но зачем ему было прятаться?

Бесс опрометью бросилась в лабораторию, схватила увеличительное стекло и принялась рассматривать лицо клоуна.

Через несколько минут раздался звонок в дверь. Бесс побежала открывать.

– Я нашла Де Сальмо! – выпалила она и протянула Йелу фотографии. – По-моему, я знаю, как он выглядит.

Йел поставил чемоданчик на пол и взял снимки.

– Неужели клоун?

– Мы видели его каждый день. Самый первый снимок вышел качественным, а затем он явно отворачивался от нас. Почему? Ведь такие снимки – прекрасная реклама.

– Логично. – Йел улыбнулся. – Стоит сообщить Рамсею.

Он прошел в комнату и набрал номер.

Итак, кое-что уже известно. Если Бесс права, ей теперь не придется шарахаться от каждого прохожего. Хотя… Даже если Де Сальмо арестуют, Эстебан пришлет кого-нибудь другого.

А может быть, он приедет сам. Тогда мышеловка захлопнется.

Йел постучался в спальню Бесс.

– Я поговорил с Рамсеем. Теперь нам остается только ждать новостей. Расскажите мне теперь про Джози. Как она?

Джози! Господи, она даже забыла позвонить в больницу.

Ей повезло. Доктор Кенвуд сам подошел к телефону.

– Мисс Грейди? Вы меня застали случайно, – услышала она усталый голос. – Я уже собрался уходить.

– Как Джози?

– Ей намного лучше. Операция назначена на завтра.

Сердце Бесс заколотилось сильнее.

– Когда?

– В восемь утра. Вы приедете?

Боже, как ей хотелось быть рядом!

– Если не сможете приехать, ничего страшного. Мы обеспечим ей прекрасный уход.

В этом Бесс не сомневалась. Но ведь девочке, наверное, так тоскливо и одиноко среди чужих людей! Да и сама она сойдет с ума от беспокойства.

– Когда будет известно… – Бесс проглотила слюну. – Когда вы сможете сказать, как прошла операция?

– Скорее всего уже к вечеру. Позвоните примерно в это время. Сможете?

– Конечно.

Она может только звонить. И молиться. С того дня, как Джози попала в больницу, Бесс постоянно молилась за нее. Когда же наконец она возьмет свою малышку на руки?

Внезапно Бесс поняла, что не в состоянии больше сидеть здесь и ждать.

– Завтра утром я буду у вас, доктор Кенвуд, – решительно заявила она.

В трубке послышался короткий смешок.

– Хотите присмотреть за мной?

– Естественно! Спасибо вам и до завтра, доктор Кенвуд.

Она отключила связь и тут же почувствовала, что Йел смотрит на нее.

– Как она?

– Лучше. Завтра операция.

– Это я понял. И еще я понял, что вы собираетесь лететь туда.

– Вы правильно поняли. Я здесь просто не выдержу. Во время операции я должна быть рядом с ней.

Йел некоторое время молчал, пристально глядя на нее.

– Что ж, я, пожалуй, пренебрегу своими обязанностями и не стану с вами спорить, – наконецмягко произнес он. – Наверное, на вашем месте я поступил бы так же.

– Я знаю, Рамсей постарается мне помешать. А вы поможете? – спросила Бесс с надеждой.

– Собирайте вещи, – вместо ответа распорядился Йел и добавил, бросив взгляд на свой чемоданчик:

– Я-то всегда готов в дорогу. Пока вы будете собираться, я обдумаю план бегства. Наверное, я все-таки сумасшедший. Как вам кажется?

– Мне кажется, что вы очень хороший человек.

Йел улыбнулся.

– Ну, это само собой разумеется.



6 часов 5 минут | И тогда ты умрешь | 23 часа 45 минут