home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 11

Так и вышло, что Несс Кэмпбелл познакомилась со своим социальным работником в строгом соответствии с буквой закона. Полиция в лице женщины-констебля — с редкими волосами, в грубых ботинках — прибыла на помощь Сью, которая продолжала сидеть верхом на Несс, время от времени брызгая на девушку освежителем воздуха. Констебль быстро подняла Несс на ноги. Вокруг собрались соседи, которые наконец-то перестали свистеть. Они выстроились враждебной стеной (констеблю не удалось убедить их разойтись), через которую вынуждена была пробираться Несс. Она с облегчением покинула место преступления. Правда, когда Несс оказалась в полицейском участке на Харроу-роуд, она уже не испытывала такого облегчения. Женщина-констебль отвела ее в комнату для допросов и оставила там. Глаза у Несс все еще слезились. Она была напугана, но никогда не призналась бы в этом.

В участке знали, что Несс можно допрашивать только в присутствии взрослого не из числа сотрудников полиции. Несс не сообщила, кого из взрослых она хотела бы пригласить для отстаивания своих интересов. Полиции пришлось обратиться в Комитет защиты прав детей и подростков. Оттуда прислали социального работника: Фабию Бендер, ту самую, которая за последние несколько недель не раз звонила Кендре Осборн.

В данной ситуации функция Фабии Бендер заключалась не в том, чтобы задавать Несс вопросы. Девушка не просто прогуливала школу, ее провинность выходила за рамки компетенции Фабии Бендер. В этом случае социальный работник мог выступать только в качестве посредника между полицией и арестованным подростком, а именно следить за тем, что права арестованного не нарушаются.

Поскольку Несс была схвачена с поличным на месте преступления при попытке совершить ограбление, полицию интересовало одно: имена сообщниц. Несс отказалась выдать Сикс и Наташу. Тогда полицейский — его звали сержант Старр — спросил, понимает ли она, что, если не назовет подруг, ей придется за все отвечать одной.

— Ой, как страшно! — отозвалась Несс. — Плевать. Курить хочу.

— Курение здесь запрещено, — ответил сержант Старр.

— Ну и ладно. — Несс уронила голову на руки, лежавшие на столе.

Фабию Бендер девушка полностью игнорировала. Фабия белая. Полицейский — тот, по крайней мере, черный.

Комфорт в комнате для допросов предусмотрен не был. Стол прикручен к полу, стулья тоже. Слепящий свет, духота, как в тропиках. Считалось, что такая обстановка помогает делу. Арестованный должен проникнуться желанием сотрудничать со следствием хотя бы в надежде скорее перебраться в более комфортные условия. Но в эти сказки только идиот мог поверить.

— Ты знаешь, что теперь предстанешь перед судом? — осведомился сержант.

Несс пожала плечами, не поднимая головы.

— Ты в курсе, что может сделать с тобой судья? Арестует, разлучит с семьей.

— Ой, как страшно! — расхохоталась Несс. — Обосраться можно. Делайте что угодно. Говорить я не буду.

Единственная информация, которую сообщила девушка, — домашний адрес и телефон Кендры. «Пусть корова побеспокоится, приедет меня забрать, — не без злорадства думала Несс. — Может, звонок копа раздастся в тот момент, когда старая шлюха будет трахаться». С точки зрения Несс, так было бы лучше всего.

Но звонок застал Кендру не в постели. Она заперлась в ванной, нанесла на лицо пилинг и уселась ждать, когда тот высохнет.

Трубку снял Джоэл, он и передал Кендре, что их беспокоят из полиции.

— Они задержали Несс, тетя Кендра! — встревоженно крикнул Джоэл через дверь ванной.

У Кендры оборвалось сердце. Она немедленно умылась, не дождавшись конца положенного времени и соответственно не получив никакого результата. Меньше чем через двадцать минут Кендра входила в полицейский участок на Харроу-роуд. Дикс настаивал, что поедет с ней, но она его отговорила. В итоге Дикс остался с мальчиками. А то вдруг кто-нибудь — они прекрасно понимали кто — узнает, что Джоэл и Тоби одни дома.

В приемной имелись места для ожидания. Там уже находился сутулый чернокожий юноша с распухшим глазом. Буквально через несколько минут за Кендрой явилась белая женщина. На ней были подвернутые голубые джинсы, белоснежная футболка, такие же белоснежные кроссовки и французский берет. «Стерва», — мелькнуло у Кендры в голове. Невысокого роста, жилистая, с взъерошенными седыми волосами и выражением непреходящей серьезности на лице, женщина производила впечатление человека отнюдь не мудрого.

Когда женщина представилась как Фабия Бендер, Кендра взяла себя в руки и не стала рассыпаться в извинениях за то, что не перезванивала в ответ на многочисленные за последнее время звонки Фабии. Кендре удалось посмотреть Фабии в глаза, словно она впервые слышит это имя.

— Что сделала Несс? — попыталась выяснить Кендра.

— Почему вы не спрашиваете «Что случилось с Несс?», мисс Осборн? Вы даже не допускаете мысли, что она может быть не виновницей, а жертвой? — язвительно сказала Фабия Бендер.

Кендра с первого взгляда невзлюбила эту белую женщину. Отчасти потому, что та сделала правильный вывод. А еще потому, что Фабия так вела себя, будто с первого взгляда могла определить, с кем имеет дело.

Кендра ощутила себя маленькой девочкой. Она ненавидела это чувство, поэтому продолжила довольно резко:

— Полицейский попросил меня приехать и забрать ее. Где она?

— Беседует с сержантом Старром. Точнее, он беседует с ней. Полагаю, сейчас он ждет моего возвращения, так как не имеет права задавать ей вопросы без меня. Или без вас. Но девушка почему-то отказалась от вашего присутствия. Как думаете, почему?

— За что ее арестовали? — допытывалась Кендра.

Она не желала обсуждать с Фабией Бендер свои отношения с племянницей.

Фабия изложила то, что было известно о происшествии со слов сержанта Старра. В завершение она добавила, что Несс не хочет выдавать подруг. Кендра сделала это за племянницу. Правда, она знала только имена девушек: Сикс и Наташа. Одна из них живет в Моцарт-истейт. Где живет другая, Кендра не в курсе.

Давая эти сведения социальному работнику, Кендра краснела от стыда. Ей было неудобно не оттого, что она сообщает их, а оттого, что так мало знает о племяннице. Она спросила, можно ли увидеть Несс и забрать ее домой.

— Конечно, — ответила Фабия.

Она провела Кендру в пустую комнату для допросов.

У социального работника неблагодарный труд, но Фабия Бендер не задумывалась об этом. Она находилась на своей должности в течение тридцати лет, и если потеряла больше детей, чем спасла, то уж никак не из-за недостатка преданности своему делу или неверию в изначальную доброту человеческой природы. Каждое утро Фабия просыпалась с чувством, что занимает свое место в жизни и делает то, что призвана делать. Каждый день открывал перед ней новые возможности. Каждый вечер она анализировала, в какой мере ей удалось ими воспользоваться. Фабия не ведала ни отчаяния, ни уныния. Она давно поняла, что улучшения не происходят сами собой и вдруг.

— Я не стану любезничать и притворяться, будто мне приятно, что вы ни разу не связались со мной, миссис Осборн, — произнесла Фабия. — Возможно, позвони вы мне — и нам не пришлось бы встречаться здесь. То, что Ванесса не ходит в школу, — одна из причин сложившейся ситуации.

Конечно, такое вступление не сулило взаимопонимания. Кендра среагировала так, как среагировал бы любой самолюбивый человек: она напряглась, ее бросило в жар, ее кровь закипела. И естественно, это помешало ей слиться с Фабией в экстазе человеколюбия. Кендра молчала.

Тогда Фабия Бендер изменила тон.

— Простите. Мне не следовало так говорить. Я сказала это под влиянием эмоций. Позвольте мне начать сначала. Моя задача — поддержать Ванессу, и я верю, что образование помогает ребенку найти правильную дорогу в жизни.

— Думаете, я не пыталась заставить ее ходить в школу? — воскликнула Кендра. В ее голосе звучала обида, но это было разочарование от того, что она потерпела крах, стараясь заменить Несс родителей. — Еще как пыталась! Все напрасно! Я твердила ей, как важно учиться. Я сама возила ее на уроки. Я даже общалась с инспектором, не помню, как его зовут. Я делала все, что он советовал. Доводила Несс до двери. Ждала, пока она не войдет в класс. Наказывала, когда она прогуливала, — велела сидеть дома. Предупреждала, что если она не возьмется за ум, то плохо кончит. Ничего не помогло. Несс никого не слушает, она вбила себе в голову, что…

Фабия подняла руки вверх. Эту историю она слышала множество раз от самых разных родителей — как правило, матерей, обычно брошенных мужьями, — и могла повторить от первого до последнего слова. Перед ее глазами чередой проходили матери, которые рвали на себе волосы от бессилия, и дети, чьих криков о помощи никто не понимал, принимая их то за неповиновение, то за депрессию. Единственно верный ответ на вопрос «Какая болезнь поразила общество?» — «Отсутствие взаимопонимания». Родители не могли снабдить детей ориентирами, которые помогут им на жизненном пути, потому что сами в юности не имели человека, который указал бы им эти ориентиры. Складывалась ситуация, когда одни слепые ведут по пути других слепых.

— Еще раз простите меня, миссис Осборн, — перебила Фабия. — Я здесь не для того, чтобы обвинять. Я собираюсь помочь. Давайте во всем разберемся. Присядем?

— Я приехала забрать ее…

— Понимаю, забрать домой. Полицейский участок — неподходящее место для девушки ее возраста. Я с вами согласна. Скоро вы сможете ее увести. Но перед этим я бы очень хотела с вами поговорить.

Кендре не терпелось поскорее уйти, но не одной, а с Несс — поэтому ей пришлось подчиниться; Кендра опустилась на один из пластмассовых стульев и засунула руки в карманы пиджака.

— Мы с вами находимся по одну сторону баррикад, — начала Фабия Бендер, устроившись напротив Кендры. — Мы обе хотим помочь Ванессе. Если девочка сбивается с курса, как это случилось с Ванессой, на то всегда есть своя причина. Если мы ее выясним, у нас появится реальный шанс поддержать девочку в борьбе с трудностями. Преодоление проблем — вот главное, чему мы должны научить Несс. Подобных предметов, к большому сожалению, в школе не преподают. И если родителям не удается привить детям подобный навык — я не имею в виду вас, — то детям просто негде его приобрести.

Фабия перевела дух и улыбнулась. Ее зубы пожелтели от кофе и сигарет; кожа была дряблой, как у заядлой курильщицы.

Кендра не любила, когда ей читают лекции. Она прекрасно понимала, что у этой белой женщины самые добрые намерения, но у нее безотчетно возникло чувство, что слова Фабии умаляют ее, Кендру. Будучи уязвленной, она уже не могла открыто поведать о той трагедии, которую пережила Ванесса в детстве и о которой Фабия Бендер, естественно, ничего не знала.

Однако Кендра превозмогла себя. Она не особо надеялась, что эти детали помогут делу, просто хотела поставить на место социального работника. Пусть та подумает, каково это: тебе десять лет, ты ждешь, когда отец заберет тебя после балетного урока, как всегда по субботам, стоишь одна на улице, потому что тебе строго-настрого запрещено самостоятельно переходить дорогу А40, которую нужно пересечь, чтобы попасть на Олд-Оук-коммон-лейн. Отца нет, ты начинаешь бояться, что он вовсе не придет, и наконец сама добираешься до дома под звуки автомобильных гудков — что еще остается делать. И тут ты видишь отца, который лежит на земле, вокруг него толпа, под головой расползается лужа крови. Джоэл стоит на коленях возле этой лужи и вопит: «Папа! Папочка!» — а Тоби сидит, растопырив ноги и привалившись спиной к винному ларьку. Малыш плачет; в свои три года он не может понять, что его отца застрелили на улице в пьяной драке, в которой тот не принимал участия. Кем была Несс в их глазах — в глазах полицейских, прохожих, команды «скорой помощи», офицера, который появился объявить над телом то, что и так всем было ясно? Она была отчаянно кричавшей девочкой, которую никто не слышал.

Вы хотели выяснить, в чем причина, белая леди? Вот вам, пожалуйста.

Но это была лишь часть истории. Даже Кендра не смогла рассказать ее до конца.

— Сначала мы должны заслужить доверие Ванессы, миссис Осборн, — заметила Фабия Бендер. — Кто-то из нас должен установить с девочкой контакт. Это будет нелегко, но необходимо.

— Понимаю, — кивнула Кендра. Что еще она могла сделать? — Теперь можно ее забрать?

— Да, конечно. Но чуть позже.

Фабия Бендер поерзала на стуле, всем своим видом показывая, что до конца беседы еще далеко. Она сообщила, что ей удалось за время, прошедшее после первого звонка миссис Осборн, собрать кое-какую информацию о Ванессе. Руководство школы в Ист-Актон, а также тамошние полицейские охотно заполнили анкеты. Поэтому Фабия Бендер кое-что знает о прошлом и настоящем Ванессы: отец умер, мать в лечебнице, девушка живет с двумя братьями и незамужней бездетной теткой. Но ей кажется, что этой информации недостаточно. Было бы хорошо, если бы Кендра также заполнила анкету.

Кендра поняла, что Фабия Бендер на самом деле в курсе некоторых семейных тайн, но от этого неприязнь Кендры только усугубилась. Ее антипатия к белой женщине усилилась, особенно из-за ее произношения. Хорошо поставленная дикция Фабии выдавала принадлежность к среднему классу. Словарный запас свидетельствовал об университетском дипломе. Уверенная манера держаться показывала, что она живет в привилегированных условиях. Вдобавок ко всему перед Кендрой, по ее мнению, находилась женщина, которая не могла ее понять и дать ей совет.

— Вам же уже заполнили анкеты.

— Да, но я хочу глубже понять причину озлобленности девочки.

«Обратись к ее бабуле, — про себя сказала Кендра. — Попробуй представить, что значит пережить обман и предательство». Но Глория Кэмпбелл и ее обращение с внуками для Кендры были подобны груде грязного белья, которое она не желала перетряхивать перед светлыми очами этой белой женщины. Поэтому Кендра задала Фабии Бендер резонный вопрос:

— Какие еще могут быть мотивы агрессивности Несс? Неужели бывает что-то более важное, чем убитый отец и мать, запертая в лечебнице? И каким образом понимание причин озлобленности Несс помешает ей разрушить собственную жизнь? А Несс, несомненно, идет по пути разрушения собственной жизни. Она считает, что раз ее судьба не задалась, то нужно разрушить все до конца. Ускорить события, если можно так выразиться. Если человеку ничего не светит в будущем, то его существование теряет смысл.

— Вы говорите как человек, который сам много пережил, миссис Осборн. Я права?

— Теперь все в порядке.

— Развод?

— В прошлом. Какое это имеет отношение к Несс?

— Значит, в жизни Ванессы нет мужчины? Фигура отца отсутствует?

— Отсутствует. — Кендра не упомянула о Диксе, о Блэйде, о запахах мужчин, которые шлейфом тянулись за ее племянницей. — Вы делаете свое дело, я понимаю. Но поймите и вы: я хочу забрать Несс домой.

— Нужно обсудить еще один момент. Ее дело передадут в суд.

— Но ее задержали впервые. Это ее первое нарушение.

— Если не считать такого пустяка, как непосещение школы, что говорит не в ее пользу. Я сделаю все, что в моих силах, попробую избежать приговора о заключении под стражу и добиться испытательного срока.

— Приговор? За воровство, которое даже не состоялось? Да у нас по улицам разгуливают торговцы наркотиками, угонщики автомобилей, квартирные взломщики! Ее упрячут в тюрьму?

— Я напишу ходатайство на имя судьи, миссис Осборн. Он прочтет его до начала слушания дела. Будем надеяться на лучшее.

Фабия Бендер встала. Кендра последовала ее примеру. У двери Фабия приостановилась.

— Кто-то должен наладить контакт с девочкой. Помимо ее нынешних подруг. Это будет нелегко. Она выстроила очень сильный защитный барьер. Но это необходимо.


предыдущая глава | Перед тем, как он ее застрелил | cледующая глава