home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 23

Расставшись с Багамами

Ее дни быстро приобрели распорядок.

Каждое утро она рано просыпалась и продолжала дремать на огромной кровати, слушая, как на «Александре» медленно пробуждается жизнь. Затем – обычно около половины восьмого – она звонила стюарду и просила принести кофе с бриошью, что пятью минутами позже приносили ей на подносе, всегда со свежим цветком. Если не было дождя, она завтракала в тени своей палубы на правом борту. «Александра» направлялась на юго-восток, идя не спеша к неведомой цели, и обычно Сара могла разглядеть вдали лишь цепь низких плоских Багамских островов. Каюта Зизи находилась как раз над ней.

Иной раз утром она слышала, как он говорил по телефону, завершая первые на этот день дела.

После завтрака она делала два звонка в Лондон по существовавшей на яхте системе. Первым делом она звонила на свою квартиру в Челси и неизменно обнаруживала два-три эрзац-сообщения из Конторы. Затем она звонила в галерею и разговаривала с Кьярой. Ее английский с мягким итальянским акцентом был для Сары якорем спасения. Сара задавала вопросы о предстоящих сделках, Кьяра зачитывала Саре оставленные для нее телефонные сообщения. Сара сообщала Кьяре, что она в порядке и что нет никаких признаков Ахмеда бин-Шафика, а Кьяра сообщала Саре, что Габриэль и его команда неподалеку и что она не одна. Самым тяжелым для Сары испытанием в этот день было положить трубку в разговоре с Кьярой.

Это обычно происходило в десять утра – значит, Зизи и Жан-Мишель закончили тренировку и гимнастический зал освободился для других сотрудников и гостей. Остальные были люди «сидячие» – компанию Саре каждое утро составлял лишь герр Верли, несколько минут мучивший себя на тренажере, а затем отправлявшийся в сауну как следует попотеть. А Сара тридцать минут бежала по дорожке, затем еще тридцать гребла – через несколько дней она увидела результат своих трудов.

Поупражнявшись, Сара присоединялась к остальным женщинам, чтобы на палубе носовой части погреться на солнце до ленча. Надя и Рахима по-прежнему держались на расстоянии, а жены постепенно потеплели, особенно фрау Верли и Джихан, молодая блондинка-иорданка, жена Хассана, специалиста-связиста, работавшего у Зизи. Моника, жена Жан-Мишеля, редко разговаривала с ней. Сара дважды поглядывала на нее поверх романа в бумажной обложке, и всякий раз Моника так смотрела на нее, словно хотела швырнуть за борт, когда никто не видит.

Ленч всегда протекал медленно и долго. Затем команда останавливала «Александру» для «дневной скачки на лыжах», как это называл Зизи. Первые два дня Сара спокойно сидела на палубе, наблюдая, как Зизи и его сотрудники прыгают по волнам. На третий день Зизи убедил ее принять в этом участие и лично обучил управлять своим суденышком. Она помчалась прочь от «Александры», затем заглушила мотор и долго смотрела на белые точечки на горизонте за ними. Должно быть, она слишком далеко заехала, потому что через несколько минут к ней подъехал Жан-Мишель и жестом дал понять, что надо возвращаться на яхту.

– Сто метров – предел, – сказал он. – Таковы правила Зизи.

Весь день Зизи был строго расписан. Легкий завтрак в каюте. Телефонные звонки. Занятия с Жан-Мишелем в гимнастическом зале. Совещание с сотрудниками в конце утра. Ленч. «Скачки на лыжах». Второе совещание с сотрудниками, продолжавшееся обычно до ужина. Затем, после ужина, телефонные разговоры до глубокой ночи. На второй день, в десять утра, с «Александры» вылетел вертолет и через час вернулся с делегацией из шести человек. Сара внимательно изучила их лица, когда они входили в зал для совещаний, и пришла к выводу, что Ахмеда бин-Шафика среди них нет. Потом Абдул назвал троих из них, и Сара запомнила имена для последующего розыска. В тот день она встретила Зизи в одной из гостиных и спросила, когда они могли бы обсудить сделанное ей предложение о работе.

– Что за спешка, Сара? Отдыхайте. Получайте удовольствие. Мы поговорим, когда подойдет время.

– Мне надо возвращаться в Лондон, Зизи.

– К Джулиану Ишервуду? Как вы можете вернуться к Джулиану, после того как побывали здесь?

– Не могу же я все время быть здесь.

– Конечно, можете.

– Могли бы вы по крайней мере сказать, куда мы направляемся?

– Это сюрприз. Одна из наших маленьких традиций. Будучи почетным капитаном, я выбираю место назначения. И держу это втайне от всех остальных. Мы планируем завтра зайти на Гранд-Тёрк. Если захотите, можете сойти на берег и походить по магазинам.

В этот момент появился Хассан, протянул Зизи телефон и прошептал что-то ему на ухо по-арабски, чего Сара не могла понять.

– Извините, Сара. Я должен ответить на этот звонок. – И с этими словами он нырнул в комнату для совещаний и закрыл за собой дверь.

На следующее утро она проснулась в полной тишине. Вместо того чтобы полежать, она тотчас вскочила и, выйдя на палубу, увидела, что они бросили якорь в Кокберн-таун. Она позавтракала у себя в каюте, связалась с Кьярой в Лондоне, затем попросила команду дать ей лодку, чтобы съездить в город. В половине двенадцатого она вышла на корму и обнаружила дожидавшегося ее Жан-Мишеля в белых бермудах и черном свитере.

– Я вызвался сопровождать вас, – сказал он.

– Но мне не нужен сопровождающий.

– Никто не выходит на берег без охраны, особенно молодые женщины. Таковы правила Зизи.

– Ваша жена идет с нами?

– К сожалению, Моника сегодня утром неважно себя чувствует. Похоже, что-то не то съела за ужином.

Они в молчании проделали путь до пристани. Жан-Мишель умело причалил и последовал за Сарой по торговой улице порта, пока она занималась покупками. В одной лавочке она выбрала два сарафана и новое бикини. В другой купила сандалии, пляжную сумку и солнцезащитные очки вместо тех, что потеряла накануне во время «скачек». Затем она зашла в аптеку за шампунем и лосьоном для тела, а также люффой, чтобы счистить с плеч сожженную солнцем кожу. Жан-Мишель настоял на том, чтобы заплатить за все одной из кредитных карточек Зизи. Когда они возвращались на лодку, мимо прошла Римона, сделав вид, что не видит их из-за больших солнцезащитных очков и широкополой соломенной шляпы. А в малюсеньком баре у пристани Сара заметила вроде бы знакомого мужчину в белом котелке и солнцезащитных очках, который сидел, мрачно уставившись в бокал с коктейлем и веселеньким зонтичком. Только вернувшись на «Александру», она поняла, что это был Габриэль.

Когда на другой день она позвонила в Лондон, Джулиан ненадолго подошел к телефону и спросил, когда она собирается возвращаться. Через два дня он это повторил, но на сей раз в его голосе чувствовалось заметное волнение. В тот же день Зизи позвонил Саре в каюту.

– Не зайдете ли вы ко мне в кабинет? Я полагаю, нам пора поговорить.

И он положил трубку, не дожидаясь ответа.


Сара постаралась выглядеть как можно профессиональнее – белые брюки, желтая блуза с длинными рукавами и сандалии без каблуков. Она подумала было немного подгримироваться, а потом решила, что трудно улучшить то, чего за неделю добилось карибское солнце. Через десять минут после звонка она вышла из своей каюты и направилась вверх, в кабинет Зизи. Он сидел за столом для совещаний с Даудом Хамзой, Абдулом и Абдулом, а также герром Верли. Они дружно встали при появлении Сары, затем собрали свои бумаги и без единого слова вышли. Зизи жестом предложил Саре сесть. В противоположном конце комнаты на большом плоском телевизоре беззвучно мелькали кадры по каналу «Аль-Джазира»: израильские солдаты разрушают дом смертника, а его мать и отец плачут перед камерами. Зизи с минуту смотрел на экран, потом повернулся к Саре.

– Я вложил десятки миллионов долларов в Палестинские территории и дал им еще миллионы на благотворительные цели. А теперь израильтяне разбивают все в клочья, тогда как мир безучастно смотрит и ничего не предпринимает.

«А где было осуждение мира вчера, – подумала Сара, – когда на улице Тель-Авива лежало двадцать два обугленных и раздробленных тела?» Она опустила глаза на свои руки – на золотой браслет Зизи и на часы Зизи от Гарри Уинстона – и ничего не сказала.

– Но давайте поговорим о более приятном, – сказал Зизи.

– Пожалуйста. – Она подняла глаза и улыбнулась. – Вы собираетесь сделать мне экстравагантное предложение работать на вас.

– Я собираюсь?

– Да, собираетесь.

Зизи, в свою очередь, улыбнулся.

– Образовалась вакансия в нашем отделе искусства. – Улыбка исчезла. – Неожиданно, но тем не менее. Я хотел бы, чтобы вы ее заняли.

– В вашем отделе искусства?

– Извините. Так мы называем различные направления нашей деятельности. Хассан является начальником отдела связи. Мансур ведает отделом поездок. Герр Верли – банкир. Мистер бин Талаль…

– Ведает безопасностью.

– Совершенно верно.

– А кто возглавляет ваш отдел искусства?

– В данный момент я. Но я хотел бы, чтобы вы заняли это место.

– А как же Эндрю Мэлон?

– Эндрю Мэлон больше у меня не работает. – Зизи какое-то время поперебирал свои четки. Затем глаза его снова обратились на экран телевизора, и, заговорив, он продолжал на него смотреть. – Предполагалось, что по моей договоренности с Эндрю он работает исключительно на меня. Я щедро оплачивал его услуги. За это он должен был давать мне советы без какой-либо заинтересованности с его стороны. Как выяснилось, Эндрю многократно предавал меня. Последние несколько лет он брал деньги у меня и у тех, у кого я покупал, что являлось вопиющим нарушением нашего соглашения. Среди торговцев и коллекционеров, плативших Эндрю в нарушение подписанного им договора, был и Джулиан Ишервуд. – Он посмотрел на Сару. – Вам что-либо было известно об этом?

– Нет. И мне очень жаль, если такое было.

– Я вам верю. Эндрю наверняка заставил Джулиана поклясться держать это в тайне. Он тщательно прикрывал свое двурушничество. На свою беду, он не смог скрыть свидетельства предательства на своем банковском счете. Там мы это и обнаружили. – Он снова бросил взгляд на телевизор и насупился. – Сфера вашей деятельности будет шире, чем была у Эндрю. Вы не только будете помогать мне в приобретении произведений искусства, но также отвечать за состояние и сохранность коллекции. Я намереваюсь одалживать мои картины европейским и американским музеям для улучшения отношений в области культуры между моей страной и Западом. Поскольку вы были куратором, вы идеально подходите для ведения подобного рода дел. – Он с минуту смотрел на нее. – Интересует вас такое положение?

– Интересовало бы, но…

– …но вы хотели бы обсудить гонорар и вознаграждения, прежде чем давать мне ответ, что я вполне понимаю. Не возражаете, если я спрошу, сколько Джулиан платит вам сейчас?

– Вообще, я думаю, возражу.

Он тяжело вздохнул и крутанул четки.

– Вы что, намерены сделать наш разговор как можно более трудным?

– Я стараюсь, чтобы у меня не вошло в привычку договариваться против моих интересов.

– Я готов платить вам пятьсот тысяч долларов в год, плюс квартира, плюс неограниченный счет. Работа потребует большого количества поездок… ну и, конечно, немало времени вы будете проводить со мной и с моей многочисленной семьей. Поэтому-то я и пригласил вас принять участие в этом круизе. Я хотел, чтобы вы познакомились с нами. Надеюсь, вам здесь понравилось и вы оценили наше гостеприимство.

– Даже очень, – сказала она.

Он поднял руки.

– Ну так?

– Мне нужен контракт на три года.

– Согласен.

– Пятьсот тысяч за первый год, шестьсот – за второй, и семьсот пятьдесят – за третий.

– Согласен.

– Кроме того, вознаграждение за подписание контракта.

– Назовите вашу сумму.

– Двести пятьдесят тысяч.

– Я готов был дать вам пятьсот тысяч. Так договорились?

– По-моему, да. – Улыбка ее быстро исчезла. – Не представляю себе, как я скажу об этом Джулиану.

– Это же бизнес, Сара. Джулиан поймет.

– Он будет очень обижен.

– Пожалуй, лучше я поговорю с ним.

– Нет, – сказала она, покачивая головой. – Я сама. Я морально обязана это сделать.

– Вы явно цельная натура. – Он неожиданно встал. – Я дам указание юристам составить ваш контракт. Герр Верли передаст вам чек за подписание контракта вместе с кредитной карточкой «ААБ» для ваших расходов. – И он протянул ей руку. – Поздравляю с вступлением в семью, Сара.

Она пожала ему руку и направилась к двери.

– Сара?

Она повернулась.

– Пожалуйста, не делайте ошибок, как Эндрю. Как видите, я очень щедр к людям, которые работают у меня, но очень сержусь, когда меня предают.


Джулиан Ишервуд, услышав новость, был, как и следовало ожидать, потрясен. Он поносил Зизи, а потом Сару.

– Можете не приходить в галерею за вашими вещами! – кричал он. – Вас не желают тут видеть – ни вас, ни вашего чертова саудовца-шейха!

С грохотом опустив на рычаг телефонную трубку, он отправился в ресторан «У Грина», где обнаружил Оливера Димблби и Джереми Крэбби, сидевших с заговорщическим видом в углу бара.

– Что это у вас такой похоронный вид, Джули? – не без ликования спросил Димблби.

– Я лишился ее.

– Кого?

– Сары, – сказал Ишервуд. – Она бросила меня ради Зизи аль-Бакари.

– Не говорите, что она заняла место Эндрю Мэлона.

Ишервуд кивнул с мрачным видом.

– Скажите ей, чтоб держалась подальше от кухни Зизи, – сказал Крэбби. – Он отрубит ей руку. И знаете ли, вполне законно.

– Как он ее заполучил? – спросил Димблби.

– С помощью денег, конечно. Так они всего добиваются.

– Совершенно верно, – сказал Димблби. – По крайней мере у нас по-прежнему есть прелестная Елена.

«Есть-то она есть, – подумал Ишервуд. – Но надолго ли?»


В четырех тысячах миль от них на борту «Солнечной танцовщицы» Габриэль пребывал в столь же мрачном настроении, что и Ишервуд, хотя и совсем по другой причине. Услышав весть о том, что Сару наняли, он удалился на свой пост на носу, отвергая поздравления остальных членов команды.

– В чем проблема? – спросил Иаков Лавона. – Ведь это он же и устроил! Посадил агента в «Джихад инкорпорейтед»!

– Да, – сказал Лавон. – И настанет день, когда ему придется ее оттуда вытаскивать.


Глава 22 Остров Харбор, Багамы | Посланник | Глава 24 Густавия Остров Сен-Бартельми