home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


ГЛАВА ПЯТАЯ

Прошло достаточно времени, прежде чем пульс Эйли пришел в норму и она смогла в полной мере осознать то, что только что произошло. Она, Эйли Моран, только что была близка с самим Гарреттом Миллером! У них получился невероятный, потрясающий секс, который, не преувеличивая, изменил ее жизнь.

И все это началось с одного лишь поцелуя. За считанные секунды этот поцелуй превратился в безудержную страсть, которая ослепила Эйли и не дала ей времени подумать о том, что Гарретт – почти незнакомец. При нормальных обстоятельствах этот факт не позволил бы ей лечь в постель с ним.

Это, собственно, доказывало то, что обстоятельства были отнюдь не нормальными. Вообще вся ситуация была совершенно безумной. Скрываться на ранчо, неизвестно где, от какого-то сумасшедшего преступника с человеком, которого она знала не больше чем… точнее сказать, вообще его не знала.

Эйли почувствовала прикосновение на щеке, обернулась и только сейчас заметила, что Гарретт смотрит на нее.

– Я… я не знаю, что сказать, – тихо произнес он.

Предположив по его неуверенному тону, что Гарретт жалеет о случившемся, она привстала на кровати и ответила:

– Тебе не нужно ничего говорить. Правда. Я все понимаю.

– Не думаю, что ты понимаешь… – Он прильнул к ней и поцеловал так чувственно, что у Эйли мурашки пробежали по спине. – Это было… неожиданно.

Эйли снова прилегла на подушку.

– Да, более чем.

– Я, наверно, должен был бы извиниться и сказать, что мне жаль, но это было бы нечестно. Я ни капли не сожалею.

– Ты говоришь, будто бы меня заставил. Но все было не так!

Гарретт едва заметно улыбнулся.

– Да. И от этого становится еще интереснее…

– Гарретт… – начала Эйли, но не смогла продолжить, чувствуя, как он нежно провел рукой по ее груди.

Гарретт приподнял бровь.

– Первый раз вижу, что у тебя не выходит подобрать слова.

– Может, ты и прав, – согласилась Эйли.

– Кажется, я знаю, чем мы можем заняться и для чего нам не потребуются слова, – сказал Гарретт и, обняв ее за талию, прижал к себе.

Эйли обвила руками его шею.

– Согласна, – только и успела прошептать она.


Громкий звук разбудил Эйли. Сообразив, что это звонок мобильного, она приподнялась с кровати, в которой они с Гарреттом проводили большую часть времени последние два дня, и взяла трубку.

– Алло.

– Ты куда пропала?

– Привет, Трейси.

– Я спросила, где ты есть?

– Я… – Эйли замялась, посмотрев на Гарретта, который тоже проснулся и слушал ее. – Я не в городе.

– Хотя бы предупредила меня, что переезжаешь! – проворчала Трейси недовольным голосом. – Я твоя лучшая подруга, в конце концов.

– Переезжаю? – переспросила Эйли в недоумении. – Я не говорила ничего о том, что я переезжаю. Я просто сказала, что нахожусь не в городе.

– Тогда почему около твоего дома вывешена табличка «Продается»?

Эйли вскочила с кровати.

– Что?!

– Я видела объявление, когда заезжала к тебе. Мы же должны были быть на йоге!

– Ой, прости, я, кстати, напрочь забыла про йогу.

– Я не об этом сейчас. Скажи-ка мне еще, пожалуйста, что за люди постоянно крутятся вокруг твоего дома? Когда я притормозила, они все кинулись, как сумасшедшие, к моей машине. Испугали меня до смерти.

– Могла и раздавить их всех к черту! Это репортеры и фотографы.

– Шутишь! И это все из-за твоего таинственного гостя?

– Нет, они меня хотят сфотографировать, – съехидничала Эйли. – Кстати, насчет этого объявления… Может, просто дети пошутили и повесили его около моего дома?

– Я думаю, им есть чем заняться, кроме издевательства над соседями.

– Ладно, я позвоню агенту по недвижимости и все узнаю наверняка. Ты не помнишь название компании на объявлении?

– Кажется «XXI век» или что-то вроде того.

– Прекрасно, – пробормотала Эйли, – в Остине штук тридцать компаний с подобным названием.

– Я бы съездила туда еще раз и все посмотрела, но эти люди у твоего дома пугают меня…

– Меня тоже, – угрюмо произнесла Эйли. – Только ты не беспокойся, я сама позвоню и попытаюсь все уладить.

– Олбрайт! – вдруг завопила Трейси. – Я вспомнила, она называлась «Олбрайт XXI»!

– Вот это гораздо лучше. Теперь я выясню, что происходит, гораздо быстрее.

– Кстати, как там насчет твоего гостя? Ты что, оставила его в гостинице обороняться в одиночестве?

– Нет, – ответила Эйли, посмотрев через плечо на Гарретта. – Он… со мной.

– Что?! Ты хочешь сказать, что вы вместе…

– Что-то вроде того, – ответила Эйли, вставая с кровати, чтобы Гарретт не слышал ее разговора.

– Ну-ка выкладывай мне все по порядку, подруга!

– Позже, мне пора.

– Нет! – закричала Трейси. – Только после того, как ты скажешь мне, где находишься.

– Извини, не могу сейчас.

– Эйли Моран, ты не посмеешь…

Эйли нажала кнопку, оставляя Трейси негодовать по поводу нечуткости подруги, и глубоко вздохнула.

– Проблемы?

Гарретт сидел на кровати, чуть прикрытый простынею. Почему он по-прежнему выглядел потрясающе после нескольких дней почти беспрерывного секса? Это было за гранью ее понимания. Лично она чувствовала себя как выжатый лимон и выглядела, вероятно, соответствующе.

– Трейси бесится из-за того, что я уже очень давно не появляюсь на занятиях по йоге.

– Трейси?

– Моя подруга.

– А что там с переездом?

– Когда она заехала за мной, чтобы вместе пойти на йогу, то увидела объявление о продаже около дома. Сейчас школьные каникулы, поэтому, я предполагаю, это всего лишь детская шутка.

– Тебе все-таки стоит позвонить в эту фирму.

– Я позвоню.

– А как там наши друзья с камерами? Все еще шастают поблизости?

– Трейси так испугалась, когда они побежали к ее машине, что чуть не задавила одного из них.

– Жалко, что не задавила…

– Да, я сказала ей то же самое, – заметила Эйли, и ее лицо вдруг приняло озабоченное выражение. – Послушай, то, что они еще там, означает, что мы в безопасности?

– Боюсь, что нет, – ответил Гарретт и успокаивающе погладил ее по ноге. – Знаешь, чем мы сейчас займемся? Ты позвони агенту по недвижимости, а я позвоню в Швейцарию и узнаю, как у них там дела.

– Давай.

Пока Гарретт ходил за телефоном, Эйли набрала номер компании.

– «Олбрайт, XXI век». Могу я чем-либо помочь? – послышалось в трубке.

– Надеюсь, – ответила Эйли, вздохнув. – Табличка вашей компании установлена напротив моего дома. Я уверена, это детская шутка, но все же мне бы хотелось, чтобы ее убрали оттуда и вернули туда, где она была до этого.

– Да, конечно. Приносим извинения за неудобства. Ваш адрес?

Эйли продиктовала секретарше адрес.

– Вы случайно не Эйли Моран?

– Да, а как вы узнали? – удивленно спросила Эйли.

– Я просто проверила нашу базу данных. Этот дом есть в списках на продажу, а ваше имя указано в контактах.

– Нет, боюсь, вы ошибаетесь. Я не продаю «Висту».

– Вы, вероятно, нет, но владелец этого дома – мистер Роналд Флеминг. Собственно, наш агент по продаже пытался связаться с вами все утро. Если вы подождете секунду, то я свяжу вас с ней. Ее зовут Дайан.


Эйли отключила трубку, не веря своим ушам. Нет, твердила она себе, это, должно быть, какая-то ошибка. Роналд Флеминг не мог быть владельцем дома. Дом принадлежал Эйли. Мими отдала его Эйли, потому что знала, что ее сыну плевать на старый дом и он продаст его при первой же возможности…

– Эйли?

Она подняла глаза и увидела, что Гарретт взволнованно смотрит на нее.

– Что-то не так? Ты поговорила с агентом?

– Да, – ответила она, слабо контролируя свой голос. – Они сказали, что это не детская шутка. Сын Мими выставил дом на продажу.

– Но ты ведь говорила, что Мими отдала дом тебе, – сказал он, присев рядом с ней на край кровати.

Глаза Эйли наполнились слезами.

– Я тоже так думала.

Гарретт долго смотрел на нее, потом погладил ее по коленке.

– Может, это все просто недоразумение. Нужно позвонить адвокату Мими и все узнать.

– Я не знаю имени ее адвоката. Единственный человек, кому я могу позвонить, – это Клэр, но сейчас я не могу этого сделать, в Австралии сейчас глубокая ночь.

И Эйли тяжело вздохнула. Она отказывалась верить в то, что ее дом действительно продается…

– Да, я надеюсь, ты прав, это всего лишь глупое недоразумение. Завтра я позвоню Клэр и все узнаю. Что там насчет твоего агента по безопасности в Швейцарии? Он нашел этого парня?

– Ловушки расставлены. Они ждут, пока он в них попадет.

– И когда это должно случиться?

– Будем надеяться, что в ближайшие сорок восемь часов.

– А он точно в Швейцарии, а не на пути в Техас?

– Два часа назад видели, как он заходил в швейцарский отель.

– И они сразу тебе сообщат, если что-то изменится, да?

– Безусловно. Не знаю, как ты, а я ужасно голоден. Пойдем на кухню и посмотрим, чем там можно перекусить.

Эйли прекрасно понимала, что предложение Гарретта поесть было лишь попыткой отвлечь ее от мыслей о продаже «Висты» и угрожающей им опасности, но она все равно была благодарна ему за это.

– Сегодня замечательная погода, давай устроим пикник.


Гарретт шел вместе с Эйли в лес. Их ожидал приятный пикник, но мысли его были совершенно о другом. Он не знал, огорчаться ли ему, что он не продолжил собирать информацию о «Висте» или, наоборот, вздохнуть с облегчением.

Если бы он узнал, что гостиница принадлежит Роналду, то давно бы поручил своему адвокату приобрести ее на его имя. Тогда именно он, а не Роналд мог распоряжаться гостиницей как угодно, в пику Эйли или… Гарретт вздохнул. В любом случае все слишком запуталось, и размышлять об этом сейчас нет смысла. По крайней мере до тех пор, пока он не разберется во всем.

Отогнав тревожные мысли, Гарретт расстелил покрывало на траве в том месте, которое выбрала Эйли.

– Прекрасный денек. Даже не верится, что сейчас январь, – сказала она, доставая приготовленную еду. – Хотя неизвестно, какая погода будет завтра. Понять странности природы невозможно, приходится просто наслаждаться ее прелестями.

– Да, того же мнения я придерживаюсь насчет женщин, – сказал Гарретт, откинувшись назад.

Эйли положила виноградинку ему в рот.

– Кажется, Нерон ел виноград, когда горел Рим, – улыбнулся Гарретт.

– Хуже. Он играл на скрипке. Эх, мужчины, никакой от вас пользы, один вред!

– Я почти обижен.

Она поддразнила его улыбкой.

– Ну, если ты попытаешься убедить меня в обратном, то я, так и быть, сделаю одно исключение. Для тебя.

Он обнял ее за шею и поцеловал.

– Ну, хорошо, хорошо, у тебя получилось. – Эйли с трудом отстранилась от Гарретта.

Вручая ему бутерброд, завернутый в пленку, и выбрав еще один для себя, Эйли попросила:

– Расскажи мне о своей семье.

– Что, например, тебя интересует?

– Ну, какая у тебя семья. Расскажи о маме, папе, братьях, сестрах.

Откашлявшись, Гарретт торжественно начал:

– Несмотря на то, что я уже неоднократно обвинялся в бесчеловечности, у меня все же были мама и папа. Они уже умерли…

– Извини, мне очень жаль. Это давно произошло?

– Да. Мама умерла много лет назад, и я ее не помню. А папа… он умер три года назад от рака.

– А братья или сестры?

– Нет, я единственный ребенок в семье.

– Правда? Я тоже. А у тебя были близкие отношения с отцом?

– Нет.

– Он бил тебя или…

– Ну, для того, чтобы меня бить, ему нужно было хотя бы подойти ко мне, а я не помню, чтобы отец хоть раз занимался со мной.

– Правда?

– Да.

– Но… он ведь был твоим единственным родителем, кто же тогда заботился о тебе?

– Первые несколько лет после смерти матери со мной сидели няни. А через шесть лет отец женился во второй раз.

– И какой была твоя мачеха?

– Просто ангел.

Эйли буквально опешила – столь стремительна была перемена, произошедшая с его голосом и выражением лица, когда он заговорил о своей мачехе.

– Расскажи мне о ней, – попросила она.

– Добрая, понимающая, всегда рада помочь. Я готов был сделать ради нее все, что угодно.

Эйли немного помолчала, пытаясь представить женщину, заслужившую такие добрые слова.

– Тебе повезло, – сказала Эйли, откусив бутерброд.

– Повезло, – согласился Гарретт.

– Ну, не считая того, что у тебя был такой никудышный отец, тебе все-таки повезло, – подумав, подытожила Эйли.

Гарретт рассмеялся.

– Что такое?

– Никудышный? Я разное слышал об отце, но ты меня развеселила. Впрочем, все жалели меня за мое неудачное детство.

– Ну, от меня жалости ты не добьешься. Я и не такое видала в детстве. Поэтому действительно считаю, что тебе повезло.

– Да нет, – пожал плечами Гарретт, – я не ждал от тебя жалости. Просто то, что ты сказала, совсем не похоже на то, что я обычно слышу. Это меня и рассмешило.

– Ну что ж, я рада, что кажусь тебе смешной.

– Нет, Эйли, – поспешил сказать он и взял ее за руки. – Ты совсем не кажешься мне смешной. Наоборот, ты совершенно потрясающая. И необычная…

– Ну, ладно, ладно! Хватит мне льстить. А то я уже начинаю краснеть.

– Это не лесть, я действительно так считаю.

Эйли нахмурилась, глядя на него, пытаясь определить, серьезно ли он говорит, но не увидела ничего, кроме искренности в его глазах.

– Давай не будем усложнять ситуацию, – сказала она.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду, что у нас сейчас и так достаточно событий, на целый сериал хватит. Прячусь невесть где от преступника, который разгуливает на свободе, в то время как мой дом собираются продать, даже не спросив меня об этом.

– А то, что я нахожу тебя потрясающей, по-твоему, усложняет ситуацию?

– Конечно, усложняет, – огрызнулась Эйли. – Ты пойми – я сейчас нахожусь не в лучшем положении. Не контролирую себя. И проявить излишнюю симпатию к тебе было бы ошибкой.

– Почему?

– Ты еще спрашиваешь!

– Ну да, я просто не могу понять тебя…

– Потому что ты миллиардер, а я всего лишь держу гостиницу, хотя, впрочем, и ее у меня скоро отнимут. Ты живешь на Восточном побережье, а я – в центре Техаса. Первого февраля ты уедешь. Влюбиться в тебя – полное безумие.

– Хм… Ты явно обдумывала положение вещей, и не раз.

Эйли смутилась. Она действительно много раз размышляла об этом.

– Если я изначально понимаю, что что-то невозможно, то я и не расстраиваюсь, когда это не происходит.

– О, Эйли, – вздохнул Гарретт, – только ты со своим рациональным складом ума могла такое выдумать.

– С моим складом ума все в порядке! – сердито возразила она.

– Конечно, в порядке. – Он обнял ее, притянул к себе и нежно коснулся губами ее шеи. – Ну, тогда какие планы?

– Планы? – переспросила она тихо, отвлеченная его поцелуем.

– Для нас. На оставшиеся дни.

– Получить от них максимум удовольствия, – Эйли прильнула к его губам и, откинувшись на покрывало, потянула Гарретта за собой.


ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ | Ключ от твоего дома | * * *







Loading...