home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



2

Углическое городское телевидение «Угличане» располагалось в четерхэтажном здании красного кирпича на берегу Волги. Из окна Петра Самохвалова открывался чудесный вид на реку с проходящими теплоходами, катерами на подводных крыльях и церквями по берегам.

Войдя в свой кабинет, Петр направился к окну. Распахнув его, он зажмурился, радостно подставил лицо прохладному ветру, дувшему с реки. Блаженство продолжалось недолго. Внезапно Петр понял, что ему что-то не хватает, и открыл глаза. В недоумении уставился на солнечный кружок, висящий в ясном голубом небе. Он мог свободно смотреть на солнце. Для этого не приходилось жмуриться. Он видел солнце ярким желтым пятном с оттенками белого. Солнечные лучи не жалили, не слепили. Они были равнодушными, и это удивляло.

Не придав этому значение, Петр сел за рабочий стол и связался с своим замом, Шестопаловым.

– Василий Кузьмич, как у нас там на передовой? – спросил он.

– Порядок, Петр Степанович, готовимся. Скоро по расписанию девятичасовая программа. Материал уже смонтирован. Не хватает только «особой сводки». А там сразу в эфир.

– А что с «особой»?

– Ждем с минуты на минуту, должны из Москвы передать. Будете отсматривать смонтированное?

– Обязательно. Я в смотровой.

Смотровая комната находилась на том же этаже, что и кабинет Самохвалова. Проглядев свежий материал, Петр остался доволен. Смотр самодеятельности в области (ребятишки потешно играли на балалайках и электрогитарах), открытие театра «Левобережья» (какой-то москвич спонсировал постройку нового театра, озаботившись культурным развитием города), обсуждение нового законотворчества городских депутатов (приступивших к усиленной борьбе с распитием слабоалкогольных напитков в общественных местах), миллионный новорожденный в городе (мэр пообещала семье ребенка выделить квартиру из городского резерва). Город жил привычной жизнью – скучной, набившей оскомину. Международный блок прошел быстро. Ничего существенного «Угличане» не могли предложить своим зрителям. Начинался заурядный день в череде не менее заурядных недель.

Мелькнули последние кадры. Режиссер монтажа повернулся к Петру, и растерянно улыбнулся. Дверь в смотровую распахнулась, ударилась об стенку, с потолка посыпалась побелка.

Петр удивленно посмотрел на покрасневшего Шестопалова, стоящего на пороге.

– Что стряслось? – почуяв неладное, спросил Самохвалов.

– Беда, Петр Степанович. Беда. – Выдохнул Василий Кузьмич.

Режиссер монтажа обеспокоено уставился на Шестопалова.

– Да не тяни, чего стряслось то?

– «Особая сводка» пустая. – Взвешивая каждое слово, заявил Василий Кузьмич.

– Как это? – не поверил Петр. – Быть того не может.

– Вот оказывается, может. Нет ничего. Пусто. Это же катастрофа.

– Ничего не понимаю. – Сказал Петр. – Давай разберемся.

Он взглянул на часы. До выхода выпуска новостей в эфир оставалось чуть больше пяти минут.

– Что у нас в политической сфере? – приступил к наводящим вопросам Петр.

– Затишье.

– Что неужели никаких скандальных законопроектов, выступлений, заявлений, сборов?

– Ничего. – Растерянно покачал головой Шестопалов.

– Плохо. Очень плохо. А в плане катастроф: наводнение там, землетрясение, цунами, ураганы, тайфуны, ливни? А?

– Тихо и спокойно, как в раю.

– Что за бред. – Поразился Петр. – Чтобы нигде ничего не навернулось, такого же не бывает.

– Вот так.

– Хорошо. Теракты? Взрывы? Захват заложников?

– Не происходило.

– Давай тогда, даже не знаю, какие-нибудь политические скандалы?

– Вы уже спрашивали. – Напомнил Шестопалов.

– Ах, да. А в сфере шоу-бизнеса? Неужели и здесь никто друг другу глотку не порвал. Такое же просто немыслимо.

– Однако.

Петр Самохвалов сдался.

– Хорошо, звоните в ГУВД и свежая сводка по происшествиям в городе. Так уж и быть, на сегодня обойдемся этим. Но вообще не порядок.

– Уже звонили. – Обреченно сказал Шестопалов.

– И что? – чувствуя, что звереет, спросил Самохвалов.

– Тихо. Спокойно.

– Это как? Совсем? – опешил он. – Давайте свежие убийства, сводка происшествий на дорогах. Что-нибудь. Эфир же надо заполнить.

– Нет ничего.

– Ты пытаешься меня уверить, что в городе никого не убили. Никто не разбился? Ничего не украли? – не поверил Самохвалов.

– Именно так.

– Да то же за день сегодня такой.

Петр предпочел поверить Шестопалову. Он мог созвониться с начальником ГУВД города и узнать все из первых рук. Но это займет время. До выхода программы оставалось четыре минуты. Время отсутствовало.

– Так. Тогда давай какие-нибудь громкие убийства в Москве, Питере. Где-нибудь. Что-нибудь.

– Пусто. Я уже сам все перерыл. Такое ощущение, что природа и подонки в анабиоз впали.

Шестопалов выматерился.

– Тогда ничего не остается. Пускаем только культурные новости. А вечером сразу планируйте интервью с кем-нибудь на общественно-экономические темы. Пусть осветит и даст оценку новым законопроектом. Сделаем на всякий случай резерв. Кто бы мог подумать, что в мире ничего не произойдет.

Шестопалов тут же исчез. Петр направился к себе.


предыдущая глава | Новость | cледующая глава