home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава одиннадцатая

На следующей неделе Джоанна вернулась на работу. Сразу же после возвращения она написала отцу о своем возвращении, но не упомянула о том, что разорвала помолвку с Джимми. Она знала, если он об этом узнает, то обязательно будет настаивать, чтобы Джоанна немедленно возвратилась на Дионисиус. И хотя ей самой и очень хотелось быть с отцом рядом, она была уверена, что ее новость вовсе не порадует ни Андреа, ни Марису. Нет уж, лучше она подождет и пока не сможет рассуждать разумно и здраво, не станет думать о решении всех своих проблем.

Жизнь скоро вошла в привычное русло, хотя Джоанне не хватало материнского тепла и заботы. Теперь весь дом был на ней и множество больших и маленьких дел не давали расслабиться. Миссис Твейнс считала, что Джоанне было бы гораздо удобнее жить в маленькой квартирке, но Джоанна не могла даже подумать о том, чтобы оставить привычную обстановку и куда-то переехать. Она делила свое время между работой в офисе и по дому, а свободные часы занимала, экспериментируя с приготовлением всяких экзотических блюд и шитьем одежды для себя. Она мало выбиралась на люди, но едва коллеги по работе узнали о расторжении помолвки, их жены стали приглашать Джоанну на ужин и представили ей нескольких неженатых молодых людей. Время от времени она баловала себя посещением концерта или театра, но это случалось не часто.

Несмотря на все происшедшее, Джимми все еще забегал навестить ее. Сначала Джоанна сомневалась, стоит ли позволять ему приходить, но шли недели, и она обнаружила, что теперь, когда не было речи об их женитьбе, она получала удовольствие от дружбы с ним. Если Джимми и надеялся таким образом заставить ее передумать, то он обманывался. Но через некоторое время до Джоанны дошел слух, что он начал встречаться с другой девушкой. Сначала Джоанна рассердилась на него из-за того, что услышала об этом от других, — он вполне мог и сам рассказать. Но потом она поняла, что он, по всей вероятности, вообразил, будто ее расстроит эта новость.

Наступила середина мая, и дни стояли длинные и теплые. Бывали даже моменты, когда Джоанна чувствовала себя почти счастливой. На работу и с работы она каждый день ходила пешком, а вечера проводила в саду. Позади дома была крохотная лужайка, и после ужина она выходила отдохнуть, удобно устроившись в шезлонге с шитьем или книжкой, лениво прислушиваясь к гудению насекомых в цветах и щебетанью птиц, гнездящихся под карнизом. Она регулярно писала отцу и время от времени получала от него ответные письма, но он, естественно, с нетерпением ожидал ее приезда на остров. Джоанна избегала вообще упоминать о Джимми и венчании, которое не могло состояться.

Однажды вечером она была приглашена на вечеринку к миссис Хастингс, жене доктора Хастингса, старшего коллеги. Джоанна не сумела придумать разумный предлог, чтобы отказаться, и была вынуждена поблагодарить хозяйку и принять приглашение. Она всерьез задумалась над тем, что ей надеть. Вечер в этот день был дождливый, но в последний момент она решила надеть шифоновый брючный костюм, который купила, поддавшись слабости, еще до смерти матери. Ткань была с узором в цветочек разных оттенков синего и зеленого цветов и хорошо гармонировала с ее фиалковыми глазами. Прическу она сделала строгую, подняв волосы высоко на голове и оставив свободными только два завитка у ушей. Результат ее утешил, и судя по энтузиазму, с которым ее встретил Алистер Скотт, молодой студент-медик, которого миссис Хастингс пригласила в партнеры Джоанне, она поняла, что ему ее внешность пришлась по вкусу. Большинство гостей были среднего или пожилого возраста, но все проявляли к ней внимание и дружеское участие, так что скоро она почувствовала себя свободно. Когда ужин окончился, пожилые гости уселись за бридж, а молодежь отправилась в ночной клуб танцевать.

Вечер оказался интересным, и Алистер повез ее домой в своем шикарном спортивном автомобиле с поднятым верхом уже далеко за полночь. Однако, хотя Джоанна и знала, что он ожидал от нее приглашения выпить кофе, она избежала этого, заявив, что очень устала, и согласилась только дать ему номер своего телефона, чтобы он мог на следующей неделе позвонить. Она шла по дорожке, весело размахивая сумочкой, нисколько не обращая внимание на все еще моросящий дождь и на то, что было уже три часа.

Алистер дождался, пока она сунула ключ в замочную скважину, и, крикнув «спокойной ночи», уехал. Однако в тот момент, когда Джоанна поворачивала в замке ключ, от стены отделилась тень, и Джоанна испуганно вскрикнула.

— Кто… Кто там? — голос ее предательски дрогнул, а когда она узнала, кто это, у нее подкосились ноги. — Димитри!

Лицо Димитри было напряженным и сердитым, и не дожидаясь приглашения, он потянулся мимо нее и повернул ключ в замке, распахнул дверь и бесцеремонно втолкнул ее внутрь. Потом он плотно закрыл дверь и запер ее на ключ от нежелательных гостей. Джоанна ощупью нашла выключатель и поспешила включить свет, глядя на Димитри и ожидая чего-нибудь неприятного.

Однако Димитри, видимо, не собирался удовлетворить ее любопытство. Он сбросил черный кожаный плащ, надетый поверх темного костюма, прошел через прихожую, заглянул в гостиную, потом открыл дверь в кухню и, найдя выключатель, включил там свет. Венецианские шторы на окнах были подняты, и Джоанна про себя с надеждой подумала, что никто не увидит их в такой поздний час. Она могла представить, сколько сплетен это бы вызвало. Но все-таки почему он здесь, вот так, без всяких предупреждений?

Сняв пальто, Джоанна медленно прошла за ним.

— Послушай, — неловко начала она. — Ты представляешь себе, который час?

— Думаешь, нет? — пробормотал он мрачно. — Сделай поскорее кофе! Ваш климат не назовешь здоровым!

Джоанне вдруг стало жутко от пришедшей в голову мысли.

— Почему… почему ты тут? — еле выговорила она. — Что-нибудь с отцом, да? Он… он…

— Он не умер, если ты именно это пытаешься сказать! — холодно сообщил Димитри. — Хотя тебя это мало волнует!

— Что ты имеешь в виду? — сердито взглянув на него, спросила Джоанна.

— Как будто ты не знаешь! — презрительно бросил Димитри.

— Но я на самом деле не знаю! Бога ради, имей же совесть сказать мне, зачем ты приехал.

— Все в свое время, — ответил Димитри, заглядывая в шкафы. — Есть у тебя вообще этот проклятый кофе?

— Только растворимый, — ответила Джоанна резко. — Ну-ка, дай я сама!

Она потянулась в буфет и вынула банку, потом повернулась к плите ставить чайник. Присутствие Димитри делало ее кухню крохотной, а находиться с ним так близко было выше ее сил.

Димитри отступил в сторону, расстегнул пиджак и сунул руки в карманы; так он стоял, широко расставив ноги, и внимательно смотрел на нее. Джоанна была уверена, что он намеренно заставлял ее нервничать, и, положив в две керамические кружки кофе, она повернулась к нему и сказала:

— Почему ты не пришел в приличное время?

— Я здесь с половины десятого, — мрачно сообщил он, прищурив темные глаза.

— Все время ждал здесь? — недоумевая, воскликнула она.

— Ну, конечно, с перерывом на обед, — язвительно заметил он. — Я съездил поесть, забронировал номер в отеле, несколько раз позвонил тебе и наконец встал на вахту.

Джоанна облокотилась о раковину.

— Не могу понять, чем я заслужила такое чрезвычайное внимание! — сказала она.

— Разве? — Димитри холодно оглядел ее. — Телеграмма от Андреа не произвела на тебя совершенно никакого впечатления? Или ты всегда такая спокойная?

— Телеграмма от Андреа? — недоумевая, повторила Джоанна. — Какая телеграмма? Я не получала телеграммы.

— Ну уж этому я никак не поверю! — сердито заявил Димитри. — О боги! Я ждал рядом, у телеграфа в Афинах, когда она отправляла ее!

— Я не получала телеграммы, — дрожащим голосом повторила Джоанна. — О чем была эта телеграмма? Об отце?

— Разумеется.

— Тогда что в ней сказано? — возмущенно крикнула Джоанна. — Бога ради, разве ты не видишь, что я говорю правду? — Она готова была вот-вот расплакаться.

— Неделю назад у твоего отца неожиданно случился приступ. Его забрали в больницу сестер Св. Спасителя в Афинах. Дело было плохо, но, по-видимому, твой отец оказался сильнее, чем мы думали. Сейчас ему уже много лучше.

Джоанна пристально смотрела на него.

— И Андреа сказала, что послала мне телеграмму?

Димитри пожал плечами.

— Кому из вас я должен верить? — грустно спросил он.

Джоанна с горечью отвернулась. Ну конечно же, он поверит Андреа. Почему бы и нет? Он знает ее с детства. Она — та женщина, на которой он хочет жениться. И Андреа он совершенно определенно нужен. Настолько нужен, что она рискнула не послать телеграмму Джоанне, так как, очевидно, ожидала, что та немедленно вылетит в Грецию. Но ее план не удался. Когда Джоанна не приехала по собственной воле, отец, должно быть, как и раньше, послал за ней Димитри.

Наливая кипяток в кружки, она спросила:

— Сливки, сахар?

Димитри покачал головой.

— Я пью черный, — ответил он, вынимая портсигар и закуривая одну из тонких сигар.

Джоанна молча подала ему кружку, потом сказала:

— Пройдем в гостиную? Здесь… тесновато.

Проскользнув мимо него, она прошла в гостиную, включила торшер рядом с телевизором. Потом уселась в кресло у камина, медленно отхлебывая кофе, грея холодные руки о кружку.

Димитри вошел за ней, но не стал садиться. Вместо этого он принялся бродить по комнате, иногда поднимая и ставя на место какую-нибудь безделушку. Очевидно, он давал ей время осмыслить его сообщение.

Наконец Джоанна подняла на него беспомощный взгляд.

— Папа… папа звал меня? — неуверенно спросила она.

— Естественно. — Димитри повернулся в ее сторону, посмотрел на нее долгим взглядом. — Ты же все-таки его старшая дочь.

Джоанна склонила голову.

— Я не знала. Бог свидетель, я не получала телеграммы!

Димитри пожал плечами.

— Я вынужден верить тебе, — отрывисто проговорил он. — Не думаю, что даже ты способна развлекаться допоздна, зная, что отец, возможно, умирает.

— Спасибо, — с горечью отпарировала Джоанна. — Я могу обойтись без твоей снисходительности.

— Черт тебя побери, я вовсе не проявляю снисходительность. Однако ты должна согласиться, что ведешь довольно веселую жизнь!

— Ты ничего обо мне не знаешь! — широко раскрыв глаза, воскликнула Джоанна. — Если хочешь знать, я впервые за много месяцев вернулась домой так поздно. И вообще не могу припомнить, когда задерживалась, разве что на Новый год!

Димитри равнодушно отвернулся.

— Это, разумеется, твое дело, — заявил он грубо. — Интересно, сколькими мужчинами ты можешь интересоваться одновременно?

Джоанна вскочила на ноги, расплескав кофе, рывком поставила кружку на каминную полку.

— Не смей меня осуждать, ты… предатель! — выкрикнула она разъяренно. — Я буду жить, как мне хочется, так же, как и ты!

Димитри окинул ее циничным взглядом.

— Кажется, именно так ты и поступаешь! Скажи мне, что именно делает сейчас этот несчастный идиот, Джимми? Крепко спит в своей постели, насколько я могу понять? Интересно, где именно? Почему не здесь?

Пальцы Джоанны обожгла пощечина. Его щека мгновенно покраснела под загаром. Димитри сердито вскрикнул и, схватив ее за талию, рванул к себе, с жестокой яростью впиваясь губами в ее губы. Джоанна пыталась освободиться, но он был гораздо сильнее и через несколько мгновений жар его тела и прикосновение губ вынудили ее оставить сопротивление и покориться. Со вздохом протеста она обхватила его шею руками и ответила на его поцелуи, прильнув к нему, пока он сам не оттолкнул ее.

— Бог мой, — пробормотал он, и пальцы его задержались у нее на шее, — не заставляй меня сделать то, о чем мы оба пожалеем! — Он провел ладонями по ее рукам под тонким шифоном. — На тебе есть что-нибудь под этой штучкой? — его голос звучал глухо от страсти.

Взгляд Джоанны слегка затуманился.

— Конечно, — хрипло проговорила она, потом, не в состоянии удержаться, положила руки ему на талию и снова придвинулась к нему. — Димитри! — сказала она тихо, — поцелуй меня еще!

Димитри на мгновение сжал руки в кулаки, потом грубо высвободился.

— Бога ради, Джоанна, — яростно выговорил он, — прекрати меня мучить!

Джоанна посмотрела на него с любопытством.

— Тебя мучить? — недоумевая повторила она.

Димитри сунул руки в карманы брюк.

— Забудь! — оборвал он ее. — Нам надо кое-что обсудить. Ты можешь вернуться в Грецию на пару дней? Мэт хочет тебя видеть.

Джоанна пригладила волосы.

— Как я могу? — Она беспомощно опустила руки. — Я только что по-настоящему снова вникла в работу!

Димитри взлохматил волосы.

— Понимаю, это трудно, — пробормотал он. — Да и вообще, думаю, глупо в такое время обсуждать подобные вещи.

Джоанна, подавив зевок, кивнула.

— Зачем же ты ждал? — спросила она, удивленная тем, что он испытывает такое напряжение. — Удостовериться, что я знала о телеграмме?

Димитри наклонил голову.

— Вероятно, проехав столько, я хотел убедиться, что ты все еще живешь здесь, — сказал он. Потом приподнял манжету, взглянул на часы. — Пойду-ка я.

Джоанна подумала немного и сказала:

— Не ходи в отель. Оставайся здесь.

Димитри насторожился.

— Нет, спасибо.

Джоанна покраснела.

— Не смотри так возмущенно. Я не приглашаю тебя спать со мной! Я подумала, что нелепо возвращаться в отель в четыре часа утра.

Димитри устало размял мышцы, провел рукой по шее сзади. Потом внимательно посмотрел в ее раскрасневшееся лицо.

— О'кей, — сказал он. — Я буду благодарен, если мне не придется вызывать такси в такое позднее время.

Джоанна уже почти пожалела о своей поспешности. Глупо было предлагать это, но раз уж он здесь, ей не хотелось его отпускать. Вся остальная его жизнь принадлежит Андреа: неужели она не может без угрызений совести провести хотя бы несколько дней?

Она вышла в прихожую и сообщила:

— Постель в свободной комнате готова. К моей соседке должна приехать на несколько дней племянница, а миссис Твейнс негде ее поселить. Но теперь, кажется, она не приедет, так что добро пожаловать на приготовленную для нее постель. Первая комната направо наверху.

— Спасибо. — Димитри поставил ногу на ступеньку лестницы и внимательно посмотрел на нее. — Ты мне доверяешь, Джоанна?

Джоанна смутилась.

— Думаю, да, — едва выговорила она.

— Хорошо. — Он улыбнулся и стал подниматься через две ступеньки.

Так непривычно, что в доме есть мужчина, думала Джоанна, выключая свет. Она слышала его движения в ванной, потом донеслись звуки открываемой и снова закрываемой двери свободной комнаты. Было в этом и что-то успокаивающее после всех этих недель одиночества, и сердце ее вдруг болезненно сжалось. Если бы только, печально подумала она, если бы только…

К собственному удивлению, она спала очень крепко и проснулась от непривычного звука насвистывания внизу, в кухне. Джоанна взглянула на часы на прикроватной тумбочке и не поверила своим глазам. Не может быть, что уже половина одиннадцатого! Потом она заметила кое-что еще: поднос, на котором стояли чашка, чайник, сливочник с молоком и сахарница. Димитри, наверное, принес его, когда она еще спала, и оставил здесь. Она вспыхнула: как она выглядела во сне? Джоанна поспешно вскочила с постели. Надев стеганый зеленый халатик, она вышла из спальни и направилась вниз. Проходя мимо зеркала, она взглянула на свое отражение, сообразив, что забыла причесаться. В прихожей она столкнулась с Димитри, выходящим из кухни с кружкой кофе в руках и ежедневной газетой под мышкой.

Джоанна смутилась, вспомнив свои непричесанные волосы и домашний халатик, но все же сказала:

— Что-то ты подумал обо мне? Я обычно не встаю так поздно. Хорошо еще, что сегодня суббота. Ты давно проснулся?.. Хорошо спал?

— Кровать очень удобная, — с улыбкой сообщил Димитри, — и я спал хорошо. Встал всего с час назад.

— Хорошо, — кивнула Джоанна. — Я… пойду оденусь.

— Останься выпей кофе, — протянул он лениво. — И не беспокойся о том, как выглядишь: для меня ты всегда красива!

Джоанна долго не могла отвести от него взгляда, потом крепко сжала руки.

— Димитри! — неуверенно сказала она. — Мне необходимо знать… ты собираешься жениться на Андреа после… после смерти моего отца?

На мгновение ей показалось, что он пришел в ярость, потому что лицо у него вдруг окаменело. Потом он, казалось, взял себя в руки и ответил:

— Ты наверняка сама знаешь ответ, на свой вопрос.

Джоанна вздохнула.

— Но я не уверена. Андреа сказала… — она замолчала.

— Да? — его голос таил угрозу. — Что же сказала Андреа?

Джоанна ухватилась за перила.

— Она рассказала мне, что ее воспитали твои родители.

— Так оно и было. Она осталась сиротой в войну.

— Да, это она тоже сказала. Но еще она сказала мне, что тебе тогда было семь лет, и что ты решил быть ее покровителем.

Лицо Димитри на мгновение прояснилось.

— Кажется, так оно и было. Она была маленькой и испуганной, а я и мои сестры такие крупные и здоровые… — Вдруг он нахмурился. — Продолжай.

Джоанна вздохнула.

— Она сказала, когда вы выросли, все осталось по-прежнему. Потом ты уехал учиться в Англию, и пока тебя не было, твои родители познакомили ее с Мэтом, и она сделала глупость, выйдя за него замуж. Но когда ты вернулся… — голос Джоанны оборвался.

Димитри пальцами ухватил ее за подбородок и заставил посмотреть ему в лицо.

— Да? Когда я вернулся… и что? Что она тебе сказала?

Джоанна кусала губы.

— Она сказала, что поняла, какую сделала глупость, и что ты ее любил, и что поэтому ты не женился…

— О Боже! — Димитри снова взлохматил рукой волосы. — Боже!

Джоанна не сводила с него глаз, в душе ее шевельнулась надежда.

— Это неправда? — спросила она дрожащим голосом. — Ты любишь ее?

— Андреа была мне как сестра! — сердито пробормотал он. — Она знает это! Бог свидетель, я никогда не давал ей повода думать иначе!

Джоанна провела языком по пересохшим губам.

— Я верю тебе, — тихо прошептала она. — Поэтому ты теперь должен поверить мне. О телеграмме…

Глаза Димитри потемнели.

— Джоанна, — простонал он, протягивая руку и беря ее в свою. Большим пальцем он ласково провел по венам на внутренней стороне ее кисти, потом склонил голову и прикоснулся губами к нежной коже.

Но вдруг раздался звонок, и Джоанна вздрогнула. Она беспомощно взглянула на Димитри, и он резко отпустил ее руку.

— Хочешь, чтобы открыл я?

Джоанна кивнула и отступила к гостиной. Пожав плечами, он направился к входной двери. Джоанна остановилась в дверях гостиной и нахмурилась, услышав голос Джимми, который изумленно воскликнул:

— Кастро!.. — И словно придя в себя, он продолжил: — Где Джоанна? Я хочу ее видеть.

Джоанна услышала, как Димитри просто шире открыл дверь и поняла, что он жестом пригласил Джимми войти. Не успела Джоанна дрожащими пальцами пригладить волосы, как Джимми появился на пороге прихожей.

— Джо! — воскликнул он, его глаза откровенно выражали чувства.

Он оглянулся назад, на Димитри, сухощавого и смуглого, одетого только в темные брюки и полурасстегнутую темно-синюю рубашку, из-под которой видна была грудь, покрытая темными волосами, и покраснел, как помидор. Потом снова взглянул на полураздетую Джоанну, и она точно знала, что именно он подумал.

Не пытаясь его ни в чем разубедить, она обратилась к нему:

— Что ты хотел, Джимми?

Казалось, Джимми трудно было начать говорить.

— Я забежал к тебе на минутку только сказать, что после обеда уезжаю на неделю или около того… к родителям Сьюзен… в Челмсфорд. — Он неуклюже потоптался. — Думал, ты можешь беспокоиться, если я не буду приходить…

Джоанна задумчиво взглянула на Димитри, потом улыбнулась Джимми.

— Ты очень хорошо сделал, что приехал сказать, Джимми.

Джимми сунул руки в карманы, нервничая.

— Я подумал, тебе следует знать. — Он, смущаясь, взглянул на Димитри. — Ничего страшного не случилось?.. Мистер Николас? С ним все в порядке?

— Да, — Димитри наклонил голову. — Спасибо, — ответил он холодно.

Джимми кивнул.

— Это хорошо. Ну, Джоанна, я, пожалуй, пойду. Вижу, ты… занята…

— Да, — спокойно ответила Джоанна. — Желаю тебе хорошо провести время!

— Спасибо, постараюсь! — Джимми неловко повернулся. — Значит, до свидания. До свидания, Кастро.

Димитри только кивнул, и, еще раз взглянув в его сторону, Джоанна проводила Джимми до двери. После того как он ушел, неуклюже ступая по садовой дорожке, Джоанна закрыла дверь и вернулась в гостиную. Димитри стоял у окна, наблюдая за Джимми, садящимся в свою старенькую спортивную машину. Но он резко повернулся к Джоанне, когда она вошла, и лицо его было страшно сердитым.

— Боже! Да вы неподражаемы! — с яростью выдохнул он. Затем прошелся по комнате, сунув руки в карманы брюк, сердито и прерывисто дыша. Потом остановился и посмотрел на нее. — Ты знаешь, почему я пригласил его сюда? — он набрал в грудь воздуха. — Потому что знал, к какому выводу он придет, увидев, как мы одеты!

Джоанна сохраняла внешнее спокойствие.

— О да, — приятным голосом ответила она.

— Да, черт тебя побери! — Димитри выразительно выкинул вперед руку. — Совершенно очевидно, что мы оба провели здесь ночь! Насколько известно Джимми, мы могли спать вместе!

— Я это знаю, — Джоанна наклонила голову. — Итак, ты испортил мою репутацию. Но это не имеет значения… во всяком случае, для тебя.

— Но, Бог мой, — простонал он, — это должно иметь значение для Джимми! Или ваша страна населена недоумками!

— Почему это должно что-то значить для Джимми? — отвернувшись, сказала Джоанна. — Наша помолвка расторгнута уже шесть недель назад!

Последовало минутное молчание, потом она почувствовала, что Димитри стоит прямо позади нее, совсем близко, почти прикасаясь к ней.

— Что ты сказала? — спросил он неуверенно.

Джоанна прикусила губу.

— Наша помолвка расторгнута шесть недель назад.

Димитри вздохнул.

— Значит, это произошло сразу же после вашего возвращения из Греции!

— Верно, — Джоанна опустила голову.

Димитри выругался.

— А твой отец не знает? — Это был серьезный вопрос, и она покачала головой.

— Нет. Я ему не написала. После того, что… рассказала мне Андреа, я была уверена, что она не хочет моего возвращения, а отец стал бы настаивать на моем приезде.

— Понимаю, — голос Димитри выдавал напряжение. — А вчера ночью ты ничего не сказала мне… Почему?

— Для чего? Я не знала, что это имеет для тебя какое-то значение.

Пальцы Димитри вцепились в ее плечи, почти жестоко, и рванули к себе. Губы нашли ее затылок, и по ее спине пробежала дрожь.

Но она не собиралась легко уступать. Она знала, как сильна его власть над ней, и ее пугало сознание своей зависимости от него.

— Скажи мне, — попросил он, поворачивая ее к себе лицом, — почему ты расторгла вашу помолвку? Из-за меня? — Взгляд его потемневших глаз был непонятным.

Джоанна покраснела.

— Ты сам знаешь ответ, — ответила она с усилием.

Взгляд Димитри потеплел.

— Что случилось? Почему ты смотришь так испуганно? Воображаешь, что я немедленно начну соблазнять тебя, или что?

Джоанна покраснела еще больше, и Димитри покачал головой.

— Вопреки твоему мнению, я вовсе не животное, — хрипло пробормотал он. — Кроме того, разве это будет так ужасно?

Джоанна вздрогнула.

— Нет, — она опустила голову. — Поэтому я и боюсь… Мне надо одеться!

Димитри обнял ее покрепче, прижав к своему твердому гибкому телу.

— Сначала я тебе кое-что скажу, — тихо проговорил он. — Меня не присылал твой отец. Он думает, будто ты получила его телеграмму, а приедешь или нет, — твое дело. Я приехал… потому что иначе не мог. Я должен был раз и навсегда убедиться, что ты довела до логического конца нелепую затею с замужеством. Я никак не мог поверить, что ты это сделаешь. А когда вчера ночью не застал тебя дома… я мучался, воображая тебя с ним. И вдруг ты появилась с другим мужчиной.

— Это был студент-медик, — улыбнулась Джоанна, — которого пригласил доктор Хастингс на вечеринку. Я его видела впервые.

— О'кей, — Димитри вздохнул, — я принимаю это объяснение. Зная тебя, что мне еще остается делать? — Он снова покачал головой. — Во всяком случае, мне было необходимо увидеть тебя. Я хотел тебя вчера так сильно, что не мог здраво мыслить, а когда ты поцеловала меня, понял, что и ты чувствовала то же. Я бы сказал все еще раньше, но появился Джимми, и я взбесился! Мне хотелось сделать тебе больно, как было больно мне, но получилось, что больно я сделал только себе самому.

— А теперь? — вопросительно взглянула на него Джоанна.

Напряжение Димитри исчезло.

— Теперь… думаю, нам надо серьезно подумать о нашем будущем. Например, о том, когда ты выйдешь за меня замуж?

— Замуж? — Джоанна коснулась пальцем его губ. — Я думала, что ты — одиночка, мужчина, которому не нужна женушка, чтобы штопать ему носки и готовить еду…

Димитри поцелуем заставил ее замолчать.

— Ты не для этого нужна мне. Ты необходима мне потому, что я люблю тебя, что не могу без тебя жить.

Джоанна спрятала лицо у него на груди.

— Отец будет так рад, — прошептала она. — Не знаю, как Андреа…

— Андреа смирится с неизбежным, — тихо заметил Димитри. — А ты? Ты будешь рада?

— Ох, Димитри, зачем ты спрашиваешь? Я обожаю тебя, — голос у нее прерывался от волнения.

В комнате надолго наступило молчание. Потом он осторожно отстранил ее от себя.

— Мне не хочется это делать, — хрипло выговорил он. — Но еще немного, и мы навсегда будем вместе. — Уголки его губ изогнулись в улыбке. — Как ты думаешь, тебе понравится быть женой университетского профессора?

Джоанна подняла на него изумленные глаза.

— Профессорская должность! — выдохнула она. — Но… как же… ты говорил, ответственность…

Димитри хитро улыбнулся.

— По сравнению с женитьбой, все это ерунда, — заявил он беззаботно…


Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.


* * * | Весь жар | Примечания







Loading...