home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 1.


       Для Геннадия Чернова вся эта история началась с того, что его пожилая соседка, Нина Тимофеевна, попросила помочь вынести в сарай старый сундук. На памяти Геннадия, сундук всегда стоял в коридоре прихожей, и воспринимался привычной частью соседской квартиры. Но из-за затеянной местными коммунальщиками замены труб отопления прихожую потребовалось срочно освободить.

       Сундук не отличался особо большими размерами, но вместе с находящимися в нем вещами весил больше, чем молодой человек мог унести в одиночку. Поэтому для переноса временно потребовалось освободить сундук от содержимого. Взяв у Нины Тимофеевны ключ, Геннадий приступил к работе. Он аккуратно вынимал вещи и укладывал их в заранее приготовленные картонные коробки, чтобы позднее также перенести в сарай.

       Как оказалось, в сундуке по большей части хранились вещи, оставшиеся от покойного супруга соседки: парадная железнодорожная форма с галстуком и фуражкой, темно-синяя шинель, пара кожаных сапог, несколько старых рубах и брюк. Выкладывая пахнувшие нафталином вещи, Геннадий обратил внимание, что внутренняя сторона крышки сундука плотно оклеена старыми открытками и фотографиями. Люди на фотографиях были ему совершенно незнакомы. На самой большой фотографии в центре композиции был изображен во весь рост совсем молодой парень в длиннополой шинели и буденовке.

       - Это мой отец. Совсем молодой на фотографии. Они с матерью тогда только-только свадьбу справили, - сказала подошедшая соседка. - Жалко, что в семейном альбоме этой фотографии нет, всего одна такая осталась, в сундуке приклеена.

       - Так можно же переснять и потом распечатать.

       - Гена, а ты можешь так сделать?

       - Конечно. Правда фотоаппарата у меня сейчас нет, остался у матери, когда последний раз к ней в гости ездил. Но можно и моим телефоном отснять, должно выйти не хуже.

       Не откладывая, Геннадий достал свой телефон и сделал несколько снимков. Но получившийся результат его не устроил - из-за недостатка освещения качество снимков оставляло желать лучшего. Геннадий передвинул сундук и постарался поставить крышку сундука под более удобным для освещения углом. Совершенно неожиданно что-то щелкнуло и от крышки сундука отделилась внутренняя поверхность. Как оказалось, под крышкой имелось небольшое пространство, своего рода тайник. Однако никаких сокровищ там не было. Единственным находившимся в тайнике предметом была небольшая книжка-тетрадь.

       Геннадий вместе с соседкой с интересом стали рассматривать находку. На первой странице тетради красивым каллиграфическим подчерком было написано "Дневникъ. Шабанов Е.М.". Пролистав еще несколько страниц, Геннадий убедился, что это действительно чей-то очень старый дневник.

       - Нина Тимофеевна, вы знаете, чья это тетрадка?

       - Вот уж не знаю. У моего отца фамилия была Григорьев, а у матери в девичестве была Зипунова. Ни о каких Шабановых у нас в родне я не знаю.

       - Откуда тогда в вашем сундуке оказался этот тайник?

       - Так скорее всего остался от прежних хозяев, - предположила соседка. - Я помню, что со слов моей матери, сундук то они на рынке покупали. Он не новый был, за него немного просили.

       - Вам эта тетрадка нужна? - поинтересовался Геннадий. - А то я бы взял почитать, для интереса.

       - Да бери на доброе здоровье. Мне то эта тетрадка совсем ненужная, - охотно согласилась Нина Тимофеевна. - А как на счет карточки? Получилось у тебя ее переснять?

       - Один момент. Сейчас доделаю.

       Повторная попытка получить качественный снимок оказалась более удачной. Геннадий отнес сундук и вещи в сарай и не откладывая на потом сразу занялся выполнением своего обещания. Он ненадолго забежал в свою квартиру и распечатал фотографию на струйном принтере, благо что небольшой запас плотной бумаги специально для печати фотографий у него был. Распечатка соседке очень понравился, и она довольно долго благодарила парня за "памятную" фотографию. Уйти он смог только минут через тридцать, с большой банкой домашних солений, насильно врученных ему в качестве подарка.

       Вернувшись домой, Геннадий решил немного почитать найденную тетрадь. Чтение порядком затрудняла старая орфография записей и очень непривычный почерк, наполненный разнообразным украшательством. Тем не менее, процесс ознакомления с рукописным документом понемногу продвигался.

       Однако довольно однообразные описания сцен быта начала двадцатого века довольно быстро наскучили Геннадию. Он принялся пролистывать страницы, вчитываясь только в попадавшиеся на глаза отдельные отрывки. Но все следы скуки мгновенно пропали, стоило только смыслу очередного отрывка дойти до его сознания.

       В прочитанном месте владелец дневника, Ерофей Михайлович Шабанов, описывал свои впечатления от посещения чужого мира, пространно рассуждая о "живущих в крайней дикости и скудности" туземцах. Описание другого мира выглядело на редкость занудным и по своему стилю ничем особо не отличалось от описания посещения обычной сельской ярмарки из самого начала дневника.

       Геннадий не мог сразу решить для себя, как стоит относиться к столь необычной информации из дневника. Тем не менее, он с азартом принялся пролистывать страницы, стараясь найти ответ, каким образом автор дневника смог попасть в другой мир. Выискивать крупицы полезной информации среди огромного вороха словесной шелухи оказалось довольно тяжелым занятием, но молодой человек проявил завидное упорство и настойчивость в достижение желаемой цели. Он настолько увлекся в своих изысканиях, что не заметил, как наступила ночь.

       Желудок парня сводило от голода, а от долгого сидения в неудобном положении затекшие спина и ноги с трудом разгибались. Но подобные неудобства, по его мнению, были настоящей мелочью, ведь ему все же удалось докопаться до источника необычных возможностей автора дневника. Как оказалось, Ерофей Михайлович Шабанов увлекался мистикой и оккультизмом. Однако не все его изыскания на поверку оказались обычным шарлатанством, ему явно повезло наткнуться на нечто-то большее. В руки Шабанова попала старая рукопись, написанная на латыни. Ни автора рукописи, ни точного времени ее написания он так и не выяснил. В рукописи был описан некий ритуал, благодаря которому можно было получить возможность овладеть довольно необычными способностями.

       Сам ритуал выглядел довольно необычно. По мнению Геннадия он более походил не на мистический обряд, а на какой-то опыт по физике. Для проведения ритуала требовался большой кусок медной проволоки и несколько магнитов. Проволока сворачивалась в виде фигур из спиралей, образующих окружность. Магниты определенным образом раскладывались по этой окружности. Сам проводящий ритуал человек должен был находиться внутри круга из проволоки и двигать разложенные магниты. Единственным казавшимся намеком на мистику в ритуале было то, что порядок расположения магнитов зависел от фазы луны.

       После некоторого размышления Геннадий пришел к выводу, что ему вполне по силам самостоятельно провести описанный ритуал. Более того, все необходимое для ритуала было в наличие: несколько больших магнитов от фигур для настенной шахматной доски и катушка медно-жильных проводов, оставшихся после замены проводки в квартире. Несмотря на наступившую ночь, он решил провести эксперимент немедленно, не откладывая его до завтра.

       Наскоро перекусив отваренными пельменями, экспериментатор занялся необходимыми приготовлениями. Занудность автора дневника, подробно описывающего свои действия, оказалась весьма кстати. Некоторое неудобство состояло в переводе старых единиц измерения в современную метрическую систему. Юноше пришлось провести небольшой расчет, чтобы перевести все длины в аршинах, футах, дюймах и линиях в понятные ему величины.

       Очистка имевшейся проволоки от изоляции заняла всего пару минут. Далее проволоку необходимо было свить в спирали определенного диаметра и сложить в виде описанных в дневнике фигур. Вытачивать из дерева заготовку для навивки проволоки по примеру автора дневника Геннадий не стал, поступив проще - сделал ее из обычного карандаша, нарастив диаметр до необходимого с помощью изоленты. Работать с такой заготовкой ему было вполне удобно, но из-за значительного объема работа с проволокой заняла у него более полутора часов. Когда, наконец, все приготовления к ритуалу оказались завершены, на часах уже было без четверти двенадцать.

       Для уточнения порядка действий во время ритуала необходимо было узнать текущую фазу луны. Так как молодой человек не следил за подобными астрономическими явлениями, то для уточнения ему пришлось включать компьютер.

       - А сегодня у нас... Полнолуние. Прекрасно! Значит необходимо использовать пятый вариант, - прокомментировал он вслух и с азартом принялся раскладывать магниты. - Забавное получается совпадение. По записям этого перца, время проведения ритуала значения не имеет. Но полнолуние и полночь все же звучит намного лучше! И с двенадцатым ударом часов... Вы получаете прямо по тыкве!

       Устроившись внутри проволочного круга, Геннадий посмотрел на часы. Он дождался момента, когда на часах показывало полночь, после чего начал ритуал. После того, как последнее действие было завершено, он замер, прислушиваясь к собственным ощущениям.


       - И чего?! Что-то никакой разницы я не ощущаю... Похоже, тетрадка оказалась настоящим разводом... - с изрядной досадой на самого себя за то, что поверил чьей-то изрядно устаревшей шутке, молодой человек взглянул на лежавшую на столе тетрадь. - Чтоб тебя шмякнуло!

       Исполнение пожелания заставило его замереть с открытым ртом. Тетрадь-дневник непонятно как оказалась у самого потолка, после чего с громким звуком упала обратно на стол.

       - Что за фигня... - выдавил он из себя. - Оно все же заработало!

       В этот момент к нему все же пришли ощущения, сходные с описаниями в дневнике. На краю сознания появилось несколько знаков-пиктограмм, которые интуитивно воспринимались как какие-то определенные воздействия. Вот только сами пиктограммы лишь частично совпадали с описаниями в тетради.

       - Очень странно. Этот Шабанов писал, что вид и число знаков неизменно, при этом приводил описание каждой пиктограммы. Но здесь и знаков намного больше, и только половина из них описана в дневнике! Как будто у меня с ним головы с мозгами совсем разные... - в этот момент молодой человек замер от пришедшей ему в голову мысли. - А ведь мозги у нас действительно разные...

       Геннадий взволновано принялся размышлять вслух:

       - Судя по записям автора дневника, никаких иных вариантов проведения ритуала нет. При любом отклонение он попросту не сработает и ничего не произойдет. Но сам факт отклонения налицо. Вероятнее всего, что причина кроется не в каком-то внешнем факторе, а в том, кто проводил ритуал. Обычный современный человек имеет доступ к намного большим объемам информации, чем люди прошлых веков. Соответственно, мозг поневоле привыкает к возросшим нагрузкам. Можно предположить, что во время обряда происходит оценка возможностей его участника по каким-то критериям. Это значит, что набор возможностей дается за соответствие определенному критерию. За отсутствием любой другой информации, буду пока считать эту версию основной.

       Делая необходимые приготовления, он так до конца и мог поверить, что у него в действительно что-то получится. Теперь же его переполняло желание опробовать все те варианты воздействий, что были описаны в дневнике. Их автор называл "формулами". Все описанные в тетради "формулы" в своей основе являлись разнообразными приемами работы с пространством.

       "Быстрый шаг" позволял перемещаться в произвольную точку пространства в пределах прямой видимости. "Отклонение" создавало непреодолимый барьер, при попадании в него любой материальный предмет отклонялся. "Перенос" - перенести предмет весом до ста пудов в пределах видимости. "Скрыт" защищал от визуального наблюдения небольшую выбранную область пространства. "Искажение" позволяло произвольно изменить траекторию движения любого объекта, заставляя двигаться в направление, отличном от первоначального. "Наблюдение" служило эффективной заменой оптическим приборам, позволяя детально рассмотреть любой объект в пределах прямой видимости.

       Несколько омрачало радость Геннадия только довольно сильные ограничения по силе и продолжительности доступных ему способностей. Проведение ритуала являлось всего лишь первым этапом. Приведенные в дневнике пояснения были настолько туманны и путаны, что создавалось стойкое впечатление о явном непонимании автором того, о чем же именно он писал. Однозначно можно было понять только то, что условием для снятия этих ограничений был успешно осуществленный переход в другой мир.

       Трудность заключалась в том, что первоначальная процедура перехода включала в себя своеобразное тестовое использование всех вариантов воздействий, а таковых оказалось больше, чем изначально было описано в дневнике. Геннадию требовалось экспериментальным путем выяснить, какое именно воздействие соответствует каждому неизвестному знаку-пиктограмме. Далее необходимо было подобрать соответствующее "тестовое" использование новых воздействий для включения в измененную процедуру перехода, ориентируясь на уже имеющиеся в дневнике описания способностей.

       Однако Геннадий и не подозревал, что период экспериментов затянется на долгую половину года. Но после близкого знакомства с тем, что легко можно было отнести к чудесам, он был полон решимости обязательно довести дело до конца. И в итоге упорство и настойчивость все же позволили ему добиться своего.





Пролог | Леший | Глава 2.