home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 8

Машина уже ехала в глубь острова, когда Бекке вдруг пришел в голову вполне закономерный вопрос.

– А откуда они знают, что это один и тот же тюлень? – спросила она у Сета.

Сет непонимающе хмыкнул и усилил обогрев салона.

– Ты сказал, что эти люди каждый год высматривают тюленя, и в этом году он появился раньше. Откуда они вообще знают, что это один и тот же тюлень?

Он бросил на нее быстрый взгляд, переключился на четвертую передачу и включил дворники из-за начавшегося слабенького дождика. Если еще на несколько градусов похолодает, то он перейдет в снег. Бекка надеялась, что такого не произойдет.

Сет сказал:

– Я все время забываю.

– О чем?

– Что ты и не местная, и не туристка. Будь ты местной, ты бы знала. Будь ты туристкой, ты бы видела открытку.

– С чем?

– С тем тюленем. Это самка, совершенно черная. Ее зовут Нера. Короче, она появляется в одно и то же время уже… Даже не знаю, сколько. В этом году она приплыла раньше обычного – вот все и взбаламутились.

– Почему?

– Потому что в честь нее устраивают праздник, а если она рано появилась, то может и уплыть рано, и тогда что будет с праздником, на котором она всегда плавает и выпрашивает подачки или еще что? Я бы сказал – нарядите кого-нибудь в костюм тюленя, и пусть плавает у пирса в Лэнгли и тявкает. Но разве меня кто спрашивает?

Бекка связала это со всем тем, что происходило в этот день, и сказала:

– Сет, один тип… Эдди Как-его-там… не помню фамилию. Диана Кинсейл его знает. Он был на Сэнди-пойт и палил из ружья по воде. Диана сказала, что он стрелял в тюленя.

– Похоже на Эдди Беддоу, – откликнулся Сет. – Он такой же странный, как и остальные. Из-за этого тюленя у многих крыша едет, Бекк. Спроси меня почему… я… не… знаю. – Тут он взглянул на нее и добавил: – На заднем сиденье лежит кое-что для тебя. Списанное из «СтарСтор». Ну, ты понимаешь. Я подумал, может, тебе пригодится.

Сет каждый день работал в магазине рано по утрам. Именно так Бекка с ним и познакомилась. Она обернулась назад и увидела пакет продуктового отдела.

– Сет! Спасибо тебе! – воскликнула она и схватила пакет. Там оказались просроченные продукты и несколько таких товаров, за которые Сет явно заплатил сам. Она сказала: – Я верну деньги.

Он подмигнул ей:

– Нет проблем. Я тебя угощаю!

Она состроила ему рожицу. Он засмеялся, протянул руку и взъерошил ей волосы. Это напомнило ей, насколько он старше: девятнадцать лет по сравнению с ее пятнадцатью. Но он все равно был ей другом – ее лучшим другом, если на то пошло.

Немного проехав по шоссе, Сет свернул на Ньюман-роуд. Она шла на северо-запад и заканчивалась во Фриленде, относительно крупном коммерческом городе. Но задолго до этого он крутанул руль и остановил машину на разворотном полукруге. Примерно в двадцати метрах за ним от дороги отходила тропа, по которой надо было идти Бекке. Она подхватила рюкзак и пакет с продуктами и открыла дверцу.

– Спасибо. Я у тебя в огромном долгу, как и всегда, – сказала она, но, к ее изумлению, он тоже вышел из машины, предварительно вытащив из бардачка фонарик.

– Когда-нибудь потребую вернуть. Пошли, – сказал он.

– Тебе не обязательно…

– Нет проблем, – повторил он. – И потом, я хочу убедиться, что ты там все не разнесла.

«Там» было домиком на дереве, который построил сам Сет. Он стоял на переплетенных ветвях двух огромных тсуг глубоко в лесу, на огромном участке, владельцем которого был дед Сета и на котором он и сам жил. Ральф Дэрроу не подозревал о том, что Бекка живет на его земле с ноября. Сет помог ей держать все в тайне.

До прогалины, на которой росли тсуги, было минут десять хода. Темнота стояла кромешная, так что в итоге Бекка была очень благодарна Сету за сопровождение. У нее тоже был фонарик, который она откопала у себя в рюкзаке, но вместе с дождем начался и ветер, так что скрип ветвей ольхи, елей и кедров заставлял ее то и дело вздрагивать. Присутствие Сета, шагавшего впереди нее, очень успокаивало. А еще больше ее обрадовало то, что, добравшись до прогалины, он не стал останавливаться, а подхватил охапку хвороста, собранного под вывороченным корнем упавшего дерева. Донеся дрова до лестницы домика, он закинул их в люк, служивший входом.

Этот дом на деревьях с самого начала был необычным. Он был выстроен надежно, крепко сколочен и покрыт надежной крышей, которая не пропускала ветер, дождь и снег. А еще в нем были рамы с двойным остеклением, не позволявшие уходить теплу. В домике была дровяная печурка, согревавшая помещение, и именно здесь Бекка пряталась ночь за ночью, неделю за неделей, освещая комнату керосинкой, ночуя в расстеленном на металлической кровати спальнике, утоляя жажду одной только водой и приготавливая скудные обеды на примусе. Ее «ванной комнатой» служило припрятанное в кустах ведро – а еще у нее была лопата и грабли, чтобы закапывать то, что нужно было закопать. Это была суровая жизнь, где единственной возможностью принять душ были кабинки в школьной раздевалке при физкультурном зале, но она как-то выживала.

А еще это была жизнь, о которой хотел узнать Деррик.

– Где ты, черт побери, живешь? – начал требовательно спрашивать он. А еще он вопрошал: – Скажи, что у тебя с Сетом Дэрроу? Что, к дьяволу, происходит?

Она его в этом не винила. Она провела День благодарения у Деррика дома – в качестве его официально признанной девушки. Но когда пришло время уезжать, она отбыла так же, как и явилась: на своем горном велосипеде, отвергнув все предложения ее подвезти. Когда она поступила точно так же и в Рождество, Деррик начал задавать вопросы. И вопросов стало еще больше, когда он увидел ее в городе в «Фольксвагене» Сета.

Объяснение «мы просто друзья» Деррика не устроило.

«Никаких проблем нет», – пыталась убедить его она. Но, конечно, это была неправда.

Проблема существовала – и эту проблему представлял собой его отец. Поскольку Дэйв Мэтисон был помощником шерифа островного округа, он не стал бы закрывать глаза на то, что несовершеннолетняя живет одна в домике на дереве. И кроме того, осенью он шел по следу мобильного телефона, принадлежавшего некой Лаурель Армстронг. В конце концов он прекратил поиски, но Бекке совершенно не хотелось, чтобы он узнал не только где она живет, но и о том, что Лаурель Армстронг – ее собственная мать, с которой Бекка сбежала из Сан-Диего.

Ее скрытность стала тем, что вбивало между нею и Дерриком клин. То, что у него самого была тайна, которая была известна ей одной, еще сильнее ухудшало ситуацию. Ему хотелось, чтобы они были на равных. Ты все знаешь обо мне, а я все знаю о тебе. Но этого она допустить не могла. Она убеждала себя в том, что это для его же блага, но порой начинала сомневаться в том, правда ли это.

Оказавшись в домике, Сет сразу занялся печуркой. Это он научил Бекку сгребать угли, чтобы они сохраняли тепло, но у нее все равно это плохо получалось. Сегодняшний день не стал исключением. Холод в доме заставил его нахмуриться и приложить ладонь к печурке.

– Бекка! – укоризненно вздохнул он.

– Знаю-знаю.

Бекка принялась распаковывать продукты из «СтарСтор». Там оказались мясная нарезка, пакет молока, десяток вареных яиц, батон хлеба, два сэндвича и три рулона туалетной бумаги. Туда даже был положен журнал – старый номер «Пипл» с заголовком «Самый сексуальный мужчина мира!» на обложке. Она отложила его и взяла яйцо. Пока Сет растапливал печурку, она снимала скорлупу и наблюдала за ним. При этом она размышляла о том, насколько трудно разбираться в людях. С виду Сет казался кошмарным сном любых родителей. Он бросил среднюю школу, отрастил длинные волосы, постоянно растягивал дырку в ухе, вставляя туда все более крупную серьгу, а теперь еще, как она заметила, сделал пирсинг брови. Татуировок у него не было, но, наверное, они стояли на очереди следующим пунктом. И по первому взгляду на ее друга совершенно невозможно было догадаться, что он чудесный человек.

– Как твоя музыка? – спросила она.

Как только огонь разгорелся, он захлопнул дверцу печурки.

– Два выступления в Линвуде. И еще одно – в Шорлайне. – Он довольно ухмыльнулся. – Подбираемся к Сиэтлу. Вот-вот, бэби.

– Что-нибудь новое написал?

– Угу.

– Круто. Послушать можно?

– Наверное. Если бы я мог играть на печке… но я не умею.

Она картинно нахмурилась.

– Не смешно! Ты прекрасно понял, о чем я. Когда у вас следующая репетиция?

– Не знаю. Скоро экзамены. Я вроде как на этом сосредоточился. Музыка – слова, мелодии – сейчас не главное.

– Понятно.

Она протянула ему одно яйцо.

– Это для тебя, – отказался он.

– Я тебе заплачу.

– Ужо, – согласился он. – А иначе я должок из тебя выбью.

Она понимала, что Сет шутит – хотя понимала и то, что не может и дальше брать от Сета деньги в виде тех припасов, которые он покупал для нее в последние два с половиной месяца. Это было нечестно, и единственным способом это исправить было устроиться на работу. Она сказала:

– Как скажешь. Но я не хочу, чтобы ты и дальше тратил на меня деньги.

– Как я уже сказал, свидания с тобой мне дешево обходятся, – ответил он. – Что у тебя сейчас с Дерриком?

Она поморщилась.

– Все то же. «Что у тебя с Дэрроу? Где ты живешь? Что происходит?»

– Наверное, тебе стоило бы ему все рассказать. Мне понятно, почему у него складывается неверное представление, Бекк. Парни все такие. Не обижайся на него.

– Я не обижаюсь. Я просто прошу, чтобы он поверил: то, что я ему говорю, – это единственное, что я могу ему рассказать. Он, похоже, решил, что мы с тобой тайно встречаемся. Вот еще!

– Э… спасибо.

– Я не то хотела сказать. Короче, сегодня он снова на меня взъелся, а потом я увидела, как он специально завел «дружеский» разговор с одной из девиц из чирлидинга. И он хотел, чтобы я их разговор видела, я это знаю. Он решил мне показать, что может заинтересовать любую девицу. А я и так это знаю. Я же не дура все-таки.

Слушая ее, Сет залез в рюкзак, который надел, выходя из машины.

– Из чирлидинга? – отозвался он. – Неприятно. – Он достал пакет сырного попкорна, разорвал его зубами и предложил: – Хочешь? Он просрочен, но ничто лучше попкорна не выразит мысль: «А шел бы весь чирлидинг мира в жопу!»


* * * | Грани воды | Глава 9