home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



90

Гектора у дверей не оказалось. Я был разочарован. Я так расписывал его внешность Тинни и Паленой! Его замена имела сопоставимый с Гектором рост, рыжую шевелюру, избыточную мускулатуру и холодные глаза типа, соскучившегося по войне. Он запустил нас внутрь без единого слова.

Внутри имели место какие-то звон и грохот, сопровождаемые криками. Кто-то произносил напыщенный монолог. Другой голос взревел: «О нет! Нет! Ты не безумец на ступенях суда! Ты влюблен! Ты пытаешься соблазнить несоблазнимую!»

Все стало ясно, стоило нам войти в бальную залу, занимающую половину первого этажа Вейдерова дома.

В том конце ее, откуда обычно выходят слуги с блюдами и напитками, кто-то соорудил из подручных материалов небольшую сцену. В правом ее углу толпились Аликс, Бобби, Линди Занг, Касси Доуп и парень, которого я не знал. Дамы были одеты, как и положено в классических драмах, довольно легко. Торнада стояла в левом углу, и ее картонные доспехи явно мастерились на кого-то меньшего роста и размера. На голове ее красовался дурацкий шлем со здоровенными, угрожающего вида блестящими крыльями. Я даже удивился, как она ухитряется держать голову прямо. Она стояла, опираясь на копье размером с добрую оглоблю, и вид у нее был такой, словно башмаки натерли ей ноги.

Между ними сердито расхаживал по сцене Йон Сальвейшн. Он-то и кричал.

Макс, Манвил, Хитер Соумз, Гектор и еще несколько человек из прислуги составляли небольшую, восторженную аудиторию.

Тинни вскипела и зашипела, как змея.

— Какого черта? Какого черта? — Она скатилась с лестницы и, не стряхнув снег с башмаков, поспешила к сцене.

Мы с Синдж воспитанные девочки-мальчики. Мы не стали пачкать замечательного паркетного пола своими мокрыми и грязными подошвами.

Не могу сказать, чтобы это что-либо меняло.

Когда мы с Паленой догнали Тинни, та закатывала Аликс скандал из-за того, что никто не предупредил ее о репетиции. Аликс настаивала, что это никакая не репетиция, потому что сцены у них все равно пока нет. Они просто исполняют отдельные сцены из пьесы, что пишет Йон Сальвейшн. Грандиозной исторической трагедии.

Лично у меня складывалось впечатление, что Аликс просто пытается устранить актрису, способную затмить ее на подмостках.

— И потом, Тинни, ты же вечно занята. То работаешь, то пасешь Гаррета. У тебя времени не бывает. А у всех остальных есть.

Вообще-то это близко к истине. Но не то, что хотелось бы слышать Тинни.

Интересно только, откуда взялось свободное время у Торнады и Йона Сальвейшна.

Хитер подошла рассудить спорщиц. Я забрался на сцену и отволок упиравшегося Йона Сальвейшна туда, где Торнада ерзала внутри своих доспехов, пытаясь поудобнее устроить в тесной скорлупе то, чем столь щедро одарила ее природа.

— Покойник просил вас следить за Кипом и Кирой. Что случилось?

Йон Сальвейшн, усиленно вращая зрачками, пытался переложить вину на Торнаду.

Вообще имело ли смысл задавать им какие-то вопросы?

— Вы что, просто так взяли и бросили работу?

— Мы благополучно довели их до дома.

— И не дали никому знать, что дети остались без надзора?

— Нам нужно было возвращаться для работы над пьесой, — заявила Торнада. — «Раушта, королева деменинянок». Первая пьеса, которую поставят в «Мире». Йон дал мне роль богини Сидоны.

— Сидона была покровительницей деменинянок, — пояснил Прилипала. — А Раушта — их королевой. Она влюбилась в искателя приключений Лауфера. И ей пришлось убить его, чтобы доказать остальным деменинянкам, что она верна законам племени. А потом она родила двойню. Мальчика и девочку. Деменинянки убивали всех детей мужского пола. Но Раушта не стала.

Я не знал ни богини, ни королевы, ни искателя приключений, но про деменинянок, легендарных амазонок из расположенных на север от Каренты степей, слышали все. Именно они первыми приручили лошадей. В общем, мерзость на мерзости. О том, как развивались события, когда выросли близнецы, я знал и без Йона Сальвейшна.

— Возможно, Сидона тоже была королевой, но раньше, — продолжал Прилипала. — В таком случае, она скорее святая, чем богиня.

— Эти богами проклятые доспехи, — заявила Торнада, — мне сейчас все сиськи в кровь сотрут.

— К открытию пошьем костюмы лучше, — пообещал Прилипала. — Эти костюмы только для того, чтобы войти в роль. Мы ведь откроемся, правда, Гаррет?

— Не вижу, почему бы и нет.

Остальные амазонки тем временем разгуливали вокруг нас, радуя взгляд своим видом. Жаль, что Тинни пребывала в дурном расположении духа. Я бы с удовольствием посмотрел репетицию дальше, особенно если бы дамочки изобразили поединок. Легендарные деменинянки все время дрались друг с другом. Возможно, Прилипале стоило бы включить в пьесу несколько сцен с поединками.

— Вы негодяй, — сообщил я Прилипале. — Эти костюмы не оставят конкурентам вашей пьесы никаких шансов. — Если, конечно, «Мир» не подожгут какие-нибудь психи из тех, что не выносят вида частично раздетых дам. — Паленая, пошли уведем Тинни.

Макс с Манвилом направлялись наверх.

Тинни позволила увести себя со сцены, но продолжала пребывать в бешенстве. На сей раз Аликс угодила в больное место.

Макс и Манвил — люди наблюдательные: сразу заметили, что мы пришли с кучей бумаг. Они расчистили стол подальше от ярко горевшего камина и уселись друг напротив друга. Оба держались далеко не так хмуро, как я ожидал. Я разместил дам с одной из оставшихся незанятыми сторон, а сам обошел стол и сел напротив них.

— Сначала послушайте этих двоих. У них срочное дело.

Тинни уступила слово Паленой. Той удалось изложить все, не вовлекая эмоции. Тинни кивала, когда считала это уместным. По окончании доклада Паленая передала Максу копии спорных бумаг. Потом, словно спохватившись, протянула Манвилу Гилби отчет о расходах.

Первым заговорил Макс.

— Как называется, когда ты собираешься делать одно, а в результате занимаешься совсем другим?

— Прозорливость? — предположил Гилби. — Или спонтанность?

— Тинни? — спросил Макс. — Что скажет казначей компании?

Казначей компании совладал со своей злостью и сказал:

— Казначей компании признает, что она страшная разиня. Она даже не думала, что ее собственная родня может обкрадывать ее.

— Это что, семейная политика? — Гилби всем своим видом изображал сомнение.

— Нет! Нет! Я имела в виду совсем другое. Я хотела сказать, я даже в голову не брала, что кто-то из моих близких может так меня подставить.

Гилби перевел суровый взгляд на Паленую:

— Вы многому обучились в короткий срок.

Паленая подтвердила это тем, что не дала себя запугать. Она чуть склонила голову набок, скрывая смущение.

— Мистер Гаррет во многом оказал мне поддержку.

— Числится за ним такая репутация. Почему бы нам не отложить финансовые дела? Гаррет, расскажите нам, чего вам удалось добиться на стройке. Вы справились с проблемами, решения которых мы ожидали?

— Дело почти завершено.

Макс хмуро покосился на меня. Гилби тоже не выказывал энтузиазма.

— То, что я собираюсь рассказать вам, — чистая правда, — заявил я. — В том виде, в каком ее докладывали мне. Вы не обязаны верить тому, что услышите, но от вас требуется держать это в тайне. — Достаточно зловещее начало, а? — Если об этом станет известно всем, это приведет к страшной катастрофе. — И я начал свой рассказ.

Я достаточно давно имею дела с пивоварнями Вейдера, так что Макс не перебивал меня, каким бы абсурдным ни представлялось то, что я говорил.

— Дракон. — Проба голоса, не вопрос.

— Я докладываю только то, что сообщили мне мои эксперты. Двое с Холма. Это не значит, что я сам в это слишком верю. Можете допросить Вильчика. Он наводил справки в библиотеке.

— Вильчик?

— Ручной драматург вашей Аликс. Называющий себя Йоном Сальвейшном. Настоящее его имя Пилсудс Вильчик. В городе он известен как Прилипала. Мой партнер нанял его для изысканий. Вдвоем Вильчик и Барат Альгарда обнаружили свидетельства четырех исторических событий, во многом напоминавших нашу ситуацию. Так называемые пробуждения драконов. Все имели место давно и далеко отсюда. Точные подробности неизвестны. Мой партнер лично не являлся свидетелем подобного, но он прожил достаточно долго, так что слышал о таких происшествиях, когда они случались. Мои личные сомнения основаны на том, что ни в одном из этих свидетельств нет упоминаний о тех, кто лично видел дракона. Кстати, серебряный сдвиг в Кантарде предположительно вызван одним из подобных событий.

— И что нам делать? — поинтересовался Гилби.

— Лучший совет из всех, что я получил до сих пор, — оставить эту тварь в покое. Если мы перестанем будить ее, она может снова уснуть. Холод погружает ее в сон. Я стараюсь делать все, чтобы туда, вниз, попадало как можно больше холодного воздуха. Ну, и еще кое-чего делаю. На случай, если мои советники ошибаются.

Последовавшая за этим дискуссия носила весьма оживленный характер и привела к единственному заключению: стоимость строительства «Мира» возрастает, что понемногу превращает театр в сомнительное вложение средств.

Макс с Манвилом предложили закачать под «Мир» холодную воду.

— Вам придется поднимать воду по склону от реки, — возразил я. — И вы затопите подвалы целого района. Что не добавит вам друзей.

— Что думают насчет драконов гномы? — спросил Гилби.

Манвил Гилби умеет делать два дела сразу. Он просматривал отчеты Паленой, одновременно участвуя в общем разговоре. В руках он держал палочку для письма производства нашей компании, время от времени постукивая ею по столу.

— О! — вспомнил я. — Еще одно. Возможно, самое важное. Чисто деловое.

Похоже, Макс не хотел больше слышать ничего делового.

— Ну, что еще?

— Ваши проектировщики не учли тот факт, что людям, которые, как предполагается, будут поглощать огромное количество Вейдерова пива, потребуется место, чтобы освобождаться от него.

Макс раскрыл рот — и закрыл, сообразив, что я имею в виду.

— Правда?

— Правда. Сколько народу вы собираетесь туда напихать?

— Черт, — пробормотал Гилби. — В удачный день тысячи две. Почему об этом никто не подумал? — Вопрос он обращал к себе, не ко мне.

— Никто больше об этом не беспокоился, — буркнул Макс. — И с чего бы?

Гилби изучал чертежи. Он водил по ним пальцем, словно надеясь обнаружить какую-то тайну, недоступную глазу.

— Это правда, Макс. И это наш просчет. В задании про это ни слова. Зато полно пожеланий, направленных на продажу пива.

— Должно быть, — проворчал Макс, — это потому, что нам, божественным личностям, не нужно ходить по нужде. Смотри и учись, Гаррет. Каким бы ты ни был старым или умным, это не значит, что ты не можешь облажаться.

Я ожидал, что на меня обрушится шквал дерьма за все, что имело место в «Мире».

Я ошибался.

Некоторое время Макс с Манвилом бранились друг с другом — почти нежно, как старые супруги. Я им завидовал. У меня есть несколько надежных друзей, но таких — ни одного. Разве что, может, Элеонора.

Я не мог больше терпеть этого напряжения.

— Когда вы наконец начнете мешать меня с дерьмом?

Макс сумел изобразить идеально удивленный вид, но Гилби дрогнул и не удержался от ухмылки.

— А что, — поинтересовался Макс, — имеется причина, по которой ты должен бояться за свою задницу? Вроде того, почему тебе столько времени потребовалось, чтобы сделать работу?

— Ну… да, — соврал я.

— Признаюсь, я слышал кое-какие жалобы. Однако, принимая во внимание то, от кого я слышал это нытье, я заявил, что Гаррет молодец. — Макс ухмылялся. Гилби тоже.

До меня дошло. Они оба забавлялись. Теперь, когда им полагалось вести себя как подобает по возрасту и мере ответственности, их руками, глазами и всем прочим стал я.

Взгляд Макса переместился на Тинни. Щелк! — как захлопывается медвежий капкан.

— А ты что собираешься делать? — Тон его говорил больше, чем сами слова. Если Тинни хотела бегать с волками, ей стоило учиться кусаться, как они. Если нет, Макс заменил бы ее кем-нибудь из ее дядек.

— Мы разберемся с этим в семье. Как поступили бы и вы.

Макс покосился на меня, словно сообщив без единого слова, что я только что подрядился отвечать за работу моей женщины.

— У меня еще одно дело касательно «Мира», — сказал я.

— Что еще мы забыли?

Я выложил на стол бумаги Кипа и подтолкнул их к Максу.

— Это касается освещения. Вам там понадобится куча света. Обычные способы опасны, хлопотны и неприятны — особенно для тех, кто сидит в верхних рядах. Кип Проуз послал вам кое-какие свои соображения. Это его способ принести извинения за все неприятности, причиненные его шайкой.

Макс внимательно посмотрел на меня. Наверняка унюхал, что я пытаюсь помочь парню улизнуть от заслуженной головомойки.

— Поговори об этом с Манвилом.

— Манвилу придется поговорить с Кипом. Я только сообщаю о возможности решить эту проблему.

— Манвилу, — вздохнул Гилби, — придется как следует переговорить с несколькими, прежде чем этот проект стронется с места дальше. Поэтому прямо сейчас Манвилу придется уговорить Хитер оторваться от своего хобби и заняться делом. — Он невесело посмотрел на меня. — Надеюсь, нам не придется больше сталкиваться с вандализмом, призраками, огромными жуками и невежеством.

Гилби вышел. Заглянул слуга подбросить дров в камин. Покончив с этим, он удалился. Я повернулся к Максу:

— Раз уж я осложняю вашу жизнь, вот еще одно. Парень, что заведует у вас камином, проводит свободное время в Аль-Харе.

— Правда?

— Видел его там. — Мы обсудили мой визит к Тупу, Релвею и принцу и как меня наблюдало целое шествие мелких сошек. Макс не выказывал ни удивления, ни злости. Попытки Релвея шпионить давно уже никого не удивляют.

Гилби вернулся с Хитер. Соумз приняла деловой вид, но продолжала пребывать в приподнятом настроении. Она даже улыбнулась мне. Я ответил ей тем же, сделав рукой жест от сглаза. Она улыбнулась шире. В конце концов, здесь присутствовала Тинни.

— Я не знаю, что на меня нашло. Я просто как обезумела с этой дурацкой булавкой. Я только хотела, чтобы это прекратилось. — Она сразу же забыла обо мне и подсела к Гилби, который забрал у Макса рисунки и записки Кипа.

— Под этой частью города множество подземных пустот, — сказала Хитер. — Строители испытывали затруднения с устройством фундаментов. Почему бы не спускать отходы в эти пустоты?

— Запах, — возразил я. — Он будет подниматься в театр. И соседи начнут возмущаться, когда все это просочится к ним в подвалы. Не говоря уж о том, что штука под домом может расценить это как непочтительность.

Хитер хмыкнула, отвернулась и обвила рукой талию Гилби.

Большое количество отходов жизнедеятельности всегда становится проблемой, но «Мир» расположен довольно далеко от реки.

— Послушайте, Макс, вам не кажется, что мы могли бы заработать, основав канализационную компанию?

— Вы прямо-таки кладезь неудачных коммерческих идей, Гаррет. Таких, на которых просто идеально прогорать. — Он объяснил, почему канализационная компания не может не обанкротиться.

Несколько секунд я переживал. Впрочем, это быстро прошло. Большая часть моих планов грешит просчетами, которые все равно проявляются рано или поздно. И в самом деле, зачем платить за пользование канализацией, когда проще бесплатно выплеснуть все на улицу?

— Тинни, — сказала Хитер, — я говорила с Аликс. Официальные репетиции начнутся, когда ты сможешь принять в них участие.

Рыжая продолжала обиженно дуться, но ничего лучшего она и ожидать не могла.

Подумать, так Макс, Хитер и Гилби изменят общество не меньше, чем это рассчитывают сделать Туп, Релвей и принц Руперт. Мир изменится, когда они выведут на сцену настоящих, живых женщин. Ну, относительно, конечно.


предыдущая глава | Жестокие цинковые мелодии | cледующая глава