home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



68

— Вы здоровы? — поинтересовался десятник Лютер. — Глаза у вас красные какие-то. Словно у вас жар или еще чего такого.

— А все это чертово место. Если вы считаете, что здесь страшно, пока вы работаете, попробуйте-ка остаться на ночь.

Он совладал с собой и не стал говорить, что мое нытье его интересует меньше всего. У него своих забот хватало.

— Сегодня тихо, — сообщил он вместо этого. — Призраки все бесформенные. Похоже, пороху у них нынче меньше. И никаких этих жуков гребаных не вылезало.

— Приятно слышать. Хоть видишь, что не впустую работаешь. И напомните всем, что эти призраки никому вреда не причинили.

— Пока не причинили. Физического.

Лютер из тех, что найдут способ возразить на любую вашу реплику. Надеюсь, плотник и начальник строительный из него лучше, чем собеседник.

— Угу. Надежда остается всегда. Правда ведь?

Лютер бросил на меня удивленный взгляд, почти мгновенно сменившийся подозрительным. Над ним подшучивали не в первый раз — наверняка и не в последний.

Должно быть, я произнес это не слишком серьезным тоном.

Следующие пять часов я провел, шатаясь по «Миру» и окрестностям, притягивая неласковые взгляды и нелицеприятные комплименты по поводу моего выбора верхней одежды. Оставалось только надеяться, что сданное мне напрокат мистером Йеном пальто не какой-нибудь бесценный музейный экспонат. Я ведь понимал: мне наверняка придется его купить, от него же остались одни лохмотья.

К исходу пятого часа я заметил, что нехорошие взгляды и недобрые замечания сделались реже. И вообще народ начал работать медленнее.

Я и сам ощущал усталость.

Любопытно.

Что-то явно происходило. Только что?

Одна чертовщина за другой. О.Ч.З.Д. По этому принципу можно рассказ строить. И жизнь моя построена по тому же принципу. Я называю это методом барной стойки. Начинаешь типа с «был это я однажды…» — и продолжаешь, нагнетая факты в геометрической прогрессии. Таким образом можно простую прогулку по городу превратить в крестовый поход сквозь самое сердце тьмы с целью сорвать опасные замыслы Проклятой Ведьмы…

— Что, черт возьми, ты здесь делаешь, Мальскуандо?

Важной особенностью О.Ч.З.Д. являются моменты, когда в дверь вламывается кто-то, размахивающий клинком и выкрикивающий чье-нибудь имя. Ну, или — как в этом случае — просто повышающий температуру помещения жаром своего врожденного таланта. Типа «ноги у нее были вот отсюда… вроде как от самой шеи росли, и голос как можжевеловый дым. Она вообще из тех, при виде которых даже мертвецы из гроба восстали бы». Что-то в этом роде.

Однако эта конкретная рыжая девица оказалась лишь предвестником настоящего нашествия. С ней явилась вся компания. Аликс с блестящими глазами. Тяжело дышавшая Бобби. Линди Занг в клубах дыма. Хитер Соумз, словно ее накануне не хватило с избытком. А буквально следом за ними — сама по себе, но с таким видом, словно специально выбрала этот момент, — Поток Яростного Света. Особенно восхитительная в отсутствие затенявшего ее своей махиной Барака Альгарды.

— Наверное, галлюцинирую. Потому что вряд ли ведь я умер и попал в рай? — пробормотал я.

— Шутишь, как всегда?

— Твою компанию не должны были сюда пускать.

— Пожалуй, я подумаю насчет своей переоценки.

— А? — произнес остроумный детектив.

— Я вполне могу сойти за одну из семидесяти двух обновленных девственниц.

Инстинкт самосохранения, который помог мне пережить войну, незаметно подтолкнул меня в бок, подсказав умолкнуть во избежание неприятностей. Я приобнял Тинни, похлопал по мягкому месту и отпустил, чтобы засвидетельствовать свое почтение Потоку Яростного Света.

Дорогу мне заступила Аликс.

— Должна признать, кое-чего вы здесь все-таки сделали, Гаррет.

— Уговорил строителей заниматься любимым делом из уважения к вашей красоте, Аликс. — Я попытался обойти ее, чтобы пробиться к Бегущей. Что мгновенно поставило пружину ревности мисс Тейт на боевой взвод.

Я быстро прикинул в уме. Игнорировать ли мне Бегущую до тех пор, пока не вдолблю истинное положение дел в упрямую головку Тинни? И сколько времени будет терпеть Поток Яростного Света, прежде чем покарает меня за небрежение к своей особе?

И тут меня осенило!

Нет, мне определенно везло в этот день.

— Добро пожаловать обратно, госпожа Бегущая По Ветру. Позвольте представить вам мою невесту. Тинни Тейт — из семьи промышленников Тейтов. Тинни, это Бегущая По Ветру, Поток Яростного Света.

Мисс Тейт застыла, широко раскрыв рот.

Сопровождавшая ее свита подружек заохала и захихикала.

Бегущая не обратила на нас особого внимания. Пробормотав «Очень приятно познакомиться», она скользнула вперед, туда, где плотники стелили свежий пол. Те изо всех сил старались не пялиться на нее. Надо сказать, на сей раз она не будила их животных инстинктов. Однако они наверняка помнили, какой была она накануне.

Мисс Тейт продолжала стоять, проглотив язык.

Впрочем, это, возможно, объяснялось непредвиденным осложнением в виде небольшой толпы, вливавшейся в здание «Мира» через двери главного входа.

Поток Яростного Света явилась не одна. Я слишком рано обрадовался тому, что она пришла без угрожающего эскорта в лице Барата Альгарды.

Хрупкую сиротку сопровождала представительная депутация самых опасных и могущественных типов с Холма. С полдюжины настороженных, подозрительно оглядывавшихся по сторонам, готовых ко всему мастеров тайной магии. Пару из них я даже узнал. В здании воцарилась тишина: строители тоже узнали некоторых.

Все до единого в этой толпе принадлежали к классу, представителей которого ни один мало-мальски разумный человек не хотел бы задевать ни при каких обстоятельствах.

Роковая красотка сиротской внешности разгуливала в обществе самых опасных людей Каренты.

Почему? Что могло интересовать их здесь?

Имелся ли в этом смысл? Хоть какой-то?

И тут произошло еще одно из ряда вон выходящее событие. Невероятнее зрелища людей, идущих по небу, как по земле. Или богов, занимающихся своими сокровенными делами. А ведь мне доводилось наблюдать и то, и другое.

Мисс Тинни Тейт стерпела другую женщину после того, как эта другая женщина осмелилась выказать интерес к любимому голубоглазому сыночку мамаши Гаррет.

Поток Яростного Света остановилась передо мной. Хрупкое сложение делало ее моложе, чем она была на самом деле. Правда, под этим хрупким телом таилась стальная основа.

Какое уж там одинокое дитя… При желании она могла сделаться на порядок тверже тихой девушки, ходившей в обществе Барата Альгарды.

Огромные синие глаза буравили меня насквозь.

— Расскажите мне все. С самого начала.

Публика с Холма начала выстраиваться вокруг нас с ней полукругом в ожидании, пока мистер Гаррет соберется с мыслями для внятного рассказа.

Даже не замечающая обыкновенно никого, кроме себя самой, Аликс Вейдер не нашлась, что сказать в этой ситуации.

Впрочем, быть ершистым и неприятным с этой публикой не имело никакого смысла. Это не дало бы мне ничего, кроме болезненных неприятностей.

Я сделал ровно то, что просила от меня Поток Яростного Света. Ну, почти то.

С самого начала. Осторожно дозируя информацию. Не больше, чем необходимо, чтобы защитить несколько душ, представляющих для меня ценность. В особенности мою любимую. Себя.

Джон Растяжка не стал бы акцентироваться на умении общаться с обычными крысами, раз и навсегда покончившими с этими жуками-переростками.

С другой стороны, присутствие всей этой братии оказалось даже не лишенным занимательности. Мисс Тейт буквально держала язык за зубами. Равно как и вся ее стая. Впрочем, я понимал, что Тинни не сможет продолжать так до бесконечности.

Тинни наверняка что-то задумала. От нее требовалось немалых сил держать это в себе, пока я общался с Бегущей. Но рано или поздно это не могло не прорваться, и даже конец света не смог бы этому помешать.

Общение с заклинательницей оказалось даже не лишенным приятности. В конце концов, она была привлекательной женщиной самого что ни на есть подходящего возраста. Живой. И с этими янтарными глазами, за взгляд которых и жизни не жалко… Я даже позволил эмоциям побороть беспокойство, которое испытывал при общении с типами с Холма, наверняка считавшими себя если не богами, то почти им равными. Несколько глубоких вдохов-выдохов — и эти их смертоносные свойства почти забывались.

Несмотря на угрозу взрыва со стороны вулкана по имени Тейт, я позволил себе немного провалиться в эти зеленые глаза.

— Что это за люди?

— Те, кто переживает за своих детей. — Она не стала называть имен или знакомить нас. Честно скажу, может, оно и к лучшему.

Я едва не поперхнулся. Значит, родители деток из Клики? Стоило ли удивляться тому, что Киповы дружки такие психи. Да просто находясь рядом с этими типами, наверное, невозможно не рехнуться хоть немного.

— Мне интересно, кто чей родитель, — пробормотал я негромко, — но с этим можно и подождать.

Дикая публика шепталась между собой. Тинни явно подслушала что-то неприятное. Она побледнела и начала отступать к выходу. Подружки восприняли это как намек на то, что им самое время сделаться невидимыми или по крайней мере неслышными.

Позже она рассказала мне, что узнала пару упомянутых ими имен.

Что до меня, то я узнал лица.

В разное время пути мои несколько раз пересекались с некоторыми из спутников Бегущей. Я надеялся только, что не запомнился им как серьезная помеха.

Бежать все равно было некуда.

Они принялись засыпать меня вопросами. Ну, не засыпать, а задавать — не спеша, с долгими, ничем не заполненными паузами. Я отвечал до боли искренне.

Один из гостей напоминал пожилого бурого великана, которого кто-то укоротил до пяти футов, не позаботившись убрать мощнейшие слои подкожного жира. Его вопросы складывались в головокружительный лабиринт, в котором я из последних сил пытался не заблудиться. За спиной великана-недомерка светлели распахнутые настежь входные двери. Любой на его месте начал бы жаловаться на холод — только не заклинатели. Где-то в самый разгар допроса в двери влетел Бель Звон — помолодевший, явно в надежде подобраться к женщине-огню. Он успел пройти четыре шага под всеми парусами, когда распознал ситуацию. Не сбавляя хода, Бель резко развернулся на сто восемьдесят градусов и помчался обратно, явно спеша куда угодно, только подальше отсюда.

Впрочем, на пути его возникла, отделившись от осаждавших меня типов, по-своему стильная и привлекательная фигура, чем-то напоминавшая тролля-карлика Рокки. Она заслонила дверной проем прежде, чем Билл успел выскочить на улицу.

Билл застыл, с отчетливо слышным вздохом состарившись на десяток-другой лет.

— Смотри-ка, что обнаружил Дирбер, Эйвери, — просипела троллеподобная туша.

Дирбер? Линк Дирбер? Носитель Огня? Безусловный фаворит из всех претендующих на звание самого отвратительного из всех населяющих Холм поганцев? Плохо дело. Совсем плохо. Если верить слухам, никто не знал, как выглядит этот самый Линк Дирбер, и он прилагал все старания к тому, чтобы это и дальше оставалось так.

А Эйвери, судя по всему, означало Шнюка Эйвери, Дирберова дружка. Его коллегу по жизни и злу. Пособника. Говорили, он увлекается пытками.

Как могли они быть родителями кого-то из Клики?

Я смотрел на Бегущую По Ветру, пытаясь взглядом передать ей: «ЧТО ТЫ НАТВОРИЛА?» Потому что ситуация накалялась буквально с каждой секундой.

Высокая, одетая в черное фигура, чем-то напоминающая давешнего богомола-переростка, выступила из толпы и воздела руки.

— О Великая Божественная Прозорливость! Долгие годы провели мы в бесплодной охоте, а тут вдруг приходим и наступаем на него. Динь-дилинь, привет, Звонарь. Похоже, ты все-таки не умер, что бы там ни говорили. — «Звонарь» он произнес не как имя, а как титул — вроде Грозового Стража, Бегущей По Ветру или собственного, Ночного Шептуна.

— А все из-за тебя, Гаррет, — заявил Бель Звон. — Этого бы не случилось, если бы ты не окружал себя столь неодолимо притягательными женщинами.

Что-то в этом роде я слышал уже прежде, и не раз. От Покойника, Дина и других.

Хотелось бы мне, чтобы это было правдой.

— А ну за работу! — рявкнул я строителям. — Вам платят не за то, чтобы вы пялились на этот цирк уродов!

Стоявшая за спиной Потока Яростного Света Тинни тряхнула головой, будто не верила, что я мог такое произнести.

Спохватившись, я постарался приобрести невинное выражение свалившейся с дерева кошки — типа, «я имел в виду совсем не это!» — и повернулся к ненаглядной, лиловоглазой Бегущей.

— Теперь моя очередь. Что вы делаете? Мне нужно строить театр. И мы уже здорово отстаем от графика.

— Мы все хотим знать, чем занимаются наши дети. — Похоже, драма, разворачивавшаяся между Бель, Дирбером и Эйвери, ее нисколько не волновала. — Расскажите мне еще про этого Фелльске. Меня беспокоит проявляемый им интерес. — Глаза ее обрели деловой серо-стальной оттенок.

Я рассказал все, что знал. Я следовал интуиции, советовавшей выдать Бегущей все, что ее интересовало — ведь она вполне могла выдать что-нибудь мне в ответ.

А Тинни до сих пор не залепила мне подзатыльник, чтобы привести в чувства.

И тут я взорвался.

— Ох, черт подери!

За спиной Потока Яростного Света, за спиной Тинни, за спинами остальных женщин Хитер Соумз углядела-таки еще одну возможность совершить что-то самоубийственное. Она гналась за одним из призрачных мерцаний, выставив перед собой свою серебряную шляпную булавку.

— Хитер! Не смейте!

Слишком поздно.


предыдущая глава | Жестокие цинковые мелодии | cледующая глава