home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



53

Завтрашний день обещал превратиться в ад. Как в тех царствах смерти, где грешники в расплату за прижизненную леность приговорены к вечной уборке снежных завалов.

Я посмотрел на все это еще раз, передернул плечами, вздохнул и двинулся дальше.

Новый год уже миновал, а я так и не начал новую жизнь. Я слишком много хныкал и ворчал, слишком долго ждал от жизни всяких пакостей и подлостей по отношению к себе, любимому. Надо, надо стать позитивнее. И активнее, да. Пить меньше, а вставать раньше.

Последние лет пять я повторяю это себе не реже раза в неделю. Ну, в дополнение мне еще нужно, конечно, побольше двигаться и сбросить фунтов десять. Или двадцать.

И ведь не так много для этого требуется, право же. Всего несколько дней.


— Сто лет не видел тебя в такую рань, — сообщил мне Плоскомордый.

— Вы сильно преувеличиваете, сэр.

— Может, и преувеличиваю. Но не сильно. Что такое стряслось? Нет, правда, что происходит?

— Убиваю двух зайцев разом. Эти парни построят тебе казарму. С печкой и сортиром. И сделают они это быстро, до конца дня, на глазах у Вейдеровых строителей. — Я нанял для этого полукровок, истосковавшихся по работе. — Много народа пришло сегодня?

— Почти все, если верить Лютеру. Испугались остаться без работы.

— Это немножко прибавит им рвения.

— Если только не взбунтуются.

— С места, где я стою, даже не оглядываясь, могу насчитать четверых жестяных свистков. Стоит кому-нибудь затеять бучу, и он будет продолжать работу, только уже на Корону и бесплатно.

Большинство наших заключенных много лет трудятся на строительстве акведука Маркоска. Рано или поздно — не исключено, что даже на моем веку — это разом облегчит проблемы Танфера с водоснабжением. Строительство движется неспешно, потому что строители почти сплошь подневольные.

Плоскомордый повернулся посмотреть, как мои полукровки разгружают доски с телег.

— Ты им только покажи, где тебе удобнее, чтобы ее поставили, — предложил я. — Вон тому, с растительностью на лице — он у них старший. Откликается на Камнегрудого.

У этого имени тоже имелась своя история, но Плоскомордого это не интересовало. Если подумать, типу, которого всю его сознательную жизнь звали Плоскомордым, вряд ли будет интересно происхождение других кличек. Ну, конечно, если тема не всплывет во время совместной попойки.

У Тарпа имелись четкие представления относительно размеров и планировки своей казармы, и они с Камнегрудым углубились в препирательства.

Тут появился Билл. Так неожиданно, что я подпрыгнул.

— Какого черта?

— Вам стоило бы держать ухо востро.

Я почему-то вдруг подумал о Тинни и о том, в какую сторону начинает катиться моя жизнь.

— Может, и стоило бы. Что вы замыслили?

— Я тут провел полночи с вашими громилами. Мистер Тарп об этом не говорил?

— Нет еще.

— Так вот, что бы там ни сидело внизу, оно делается сильнее. Возможно, если бы вы разобрались с чертовыми жуками, это и можно было бы повернуть вспять. Если это «чего-то» перестанут глодать, оно может снова уснуть. Только пока жуки все вылупляются и вылупляются.

— И что?

— А ничего. Я просто хотел сказать, сделайте что-нибудь с жуками. Остальным можно заняться потом.

— Сегодня что-нибудь и предпримем.

И правда, мой напарник уже развернул кипучую деятельность. На нескольких фронтах одновременно. Какой-то частью своих планов он со мной поделился, какая-то осталась известна ему одному. Собственно, затем он и нанял столько исполнителей.

— Вот и славно, — кивнул Билл. — Я-то что, мне жуки не мешают. А вот музыка едва с ума не сводит.

— Музыка? — О ней я как-то пока не слишком задумывался. Но и отмахнуться от нее тоже не мог. Я ведь и сам слышал что-то такое, хотя назвал бы это музыкой лишь с очень большой натяжкой.

— Гадкие мелодии, — скривился Билл. — Очень гадкие. Во многих смыслах этого слова. Но в первую очередь гадкие именно с музыкальной точки зрения.

Я ждал. Билл принадлежал к тем типам, которыми заполняют паузы. И которые обладают даром добиваться того, чтобы их поняли.

— Это, Гаррет, нелегко объяснить, — начал он. Мы теперь сделались закадычными друзьями. Можно сказать, братьями по оружию. — Сами поймете, как эту музыку послушаете. А послушать придется, если побудете здесь с наступлением темноты.

— Ладно. — Интересно: и откуда тварь, замурованная где-то глубоко в земле, знает, когда наступает темнота? — Посмотрим. Случается, я тоже могу складывать два и два. Ух ты! Гляньте, как ребята споро работают!

Камнегрудый со товарищи уже почти закончили каркас. Строители из театра столпились посмотреть. Вид у них был не сказать чтоб довольный.

— Ладно так ладно, — кивнул Билл. — Я отвлекусь на минуту. Когда я из Кантарда после дембеля приехал, я начинал с работы у дядьки моего. У него маленькая литейная мастерская была. Изготавливали редкие сплавы на заказ — в первую очередь латунь. Редкий сплав, но нужный тем, кто не может позволить себе золота или серебра. Ну, и еще кое-кому с Холма.

— Латунь?

— Латунь здесь почти неизвестна. Не считая той, которую изготавливали с моей помощью. Это сплав никеля, меди, жести и цинка. Изготовить ее не так просто. Вот как раз имея дело с цинком, я немного познакомился со связью металлов и музыки.

— Не так быстро, Билл, пожалуйста. А то я не поспеваю за мыслью.

— Вот потому я и живу на чердаке третьеразрядной таверны. Сказывается нехватка навыков общения.

— С меня жбан лучшего. Только постарайтесь объяснить так, чтобы я понял.

— Ладно, попробую. Металлы издают музыку. В смысле, они звенят. Знаете про музыку ветра? Ее делают из медных полос или трубок. Ну, или из серебра, если вы слишком богаты, чтобы себе такое позволить.

— Ага. Я видел такие еще из стекла или из керамики.

— Что ж, молодец. Но давайте все-таки вернемся к металлам. К цинку. При изготовлении латуни в расплав остальных металлов обязательно нужно добавлять маленькие полоски цинка. Такие же, какие используют для музыки ветра. Но если делать ее из чистого цинка, звона хорошего не получится. Так, лязг один. Цинк не поет.

Что ж, хоть какая-то информация. Хотя не могу сказать, чтобы я понимал, о чем это он, а потому так прямо и спросил:

— И к чему вы клоните?

— С учетом твоей догадливости, странно, как это ты до сих пор жив, не говоря уже о процветании.

— Мне такое уже говорили. Навыки общения, понимаете ли, подводят. В общем, цинк для музыки ветра не подходит.

— Вот именно. Так вот, здешние мелодии словно исполнены самой большой в мире цинковой музыкой ветра.

— Правда? — Я стоял, пытаясь поймать ртом редкие снежинки.

— Позволь, я еще раз попробую, Гаррет. Я придумал еще сравнение — точнее, чем музыка ветра. Только не знаю точно, как это у вас здесь называется. Такая штука, когда ударяешь по металлическим полоскам разной длины деревянными молоточками.

— Гонги, — предположил я.

— Это те, что висят на перекладине. Угу, есть такие. Но я имел в виду такие, которые лежат на маленьком столике.

Я представлял себе, о чем он говорит. Я как-то раз видел нечто в этом роде в оркестровой яме одного из конкурентов «Мира».

— Я тоже названия не помню. Но знаю, о чем вы.

— Отлично. Так вот, эта музыка, словно играет целый оркестр таких, цинковых.

— Если это такой жуткий лязг, почему вы называете его музыкой?

— Послушай сам и поймешь.

— Надо будет — послушаю.


предыдущая глава | Жестокие цинковые мелодии | cледующая глава