home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Прошлое

Не забирай у меня ненависть.

Она единственное, что у меня осталось[39].

Солнце высоко стояло над гребнем горы, серпантин дороги вился по склонам, а в полукилометре внизу узкой бирюзовой лентой тянулась река Вердон. Перила по краям дороги были низкими, и смерть наступала почти сразу после секундного колебания и неверно принятого при встрече лоб в лоб решения. Над головой уходили в ярко-синее небо еще двести метров скал, предупреждения об обвалах сменяли друг друга, и каждому такому щиту, мимо которого она проезжала, она кричала, что идея быть погребенной под холодными камнями ей по вкусу.

Чтобы я смогла жить, думала Мадлен, им придется умереть.

Она не думала о мести как о способе оскорбленного остаться живым. Нет, ее заставляла дышать ненависть, которая удерживала ее в этой жизни со времен Дании.

“Закончится ли ненависть, когда они будут мертвы? – думала она. – Стану ли я свободной?”

Мадлен с самого начала знала, что эти вопросы не важны. Она была вольна выбирать, и ее выбор станет простым путем, с которого все начнется.

Во многих примитивных культурах месть – это долг, главное право, и ее цель – дать оскорбленному возможность снова стать уважаемым человеком. Сам акт мести маркирует окончание конфликта, и для примитивного человека право на месть очевидно, действие становится решением конфликта, и никому ничего не надо анализировать.

Она помнила, что учила в раннем детстве. Тогда она была еще неиспорченной и могла усваивать настоящие знания.

Она учила, что люди живут свою жизнь в двух разных мирах. Один – прозаическая жизнь, а другой – жизнь поэтическая, но лишь избранные способны перемещаться между этими мирами и проживать их как отдельно друг от друга, так и синхронно, в симбиозе.

Один мир – рентгеновское изображение, прозаический мир, а другой – обнаженное, живущее, поэтичное человеческое тело. Тот мир, в который она решила сейчас войти.

Дорога круто ушла вниз, и после поворота Мадлен закрыла глаза и отпустила руль.

Несколько мгновений, вместивших возможность полета прямо к низкому, плохо укрепленному ограждению и дальше, в глубокое ущелье, обернулись освобождающим наложением.

Жизнь и смерть одновременно.

Открыв глаза, Мадлен обнаружила, что все еще едет посреди дороги на безопасном расстоянии от обрыва, за второй полосой. Еще несколько метров в запасе.

Сердце сильно билось, она дрожала всем телом. Счастье – вот что она чувствовала. Ликование от того, что она не боится смерти, – и одновременно легкость.

Она знала, что, когда сердце перестает биться, человек не умирает. Когда мозг больше не связан с сердцем, возникает новое состояние, из которого уходит временной аспект. Время и пространство перестают что-либо значить, и сознание продолжает существовать в вечности.

Гнозис. Правда, идущая от примитивного человека.

Вопрос в том, как человек смотрит на собственное существование, как он смотрит на смерть. Если человек знает, что смерть – это не более чем еще одно состояние сознания, то перед лицом смерти он не испытывает смятения. Тебе суждено не прекратить существование – тебе суждено лишь перейти в новое состояние, вне времени и пространства.

Мадлен приблизилась к очередному повороту. На этот раз она сбросила скорость, но перестроилась во встречный ряд, прежде чем обогнуть скалу. Теперь она зажмурилась, оказавшись после поворота на прямом отрезке дороги. Встречных машин не было.

И смерти сейчас не было. Но жизнь и смерть – это краткий миг слияния.

То же внезапное счастье. Она почувствовала, что в глазах стоят слезы.


Лонгхольмен | Подсказки пифии | Гамла Эншеде