home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Храм

…В конце XIX века в Асхабад шли из Ирана приверженцы новой религии. На родине их преследовали. Они страдали. Страдали так, как страдали апостолы Христа, как мухаджеры Мухаммада — первые переселенцы из Мекки в Медину. Но зато у бахаи был точный адрес, куда следовало идти. Глава веры бахаи, хотя был в ссылке на задворках Оттоманской империи, в Акко, знал обо всем в мире. Он указал ехать в Россию, в Ишк (так многие иранцы до сих пор называют Ашхабад). Он предсказал, что эта земля будет очагом спокойствия, ее обойдут стороной военные конфликты. Переселенцы шли в одиночку и группами, ехали на арбах по дороге, которую предложил им Бахаулла. Преодолевали пустыню, горы. Солнце палило, ветер иссекал щеки… Горный переход заканчивался на таможне Баджгеран. Только за пределами Ирана бахаи впервые почувствовали себя защищенными. Переселенцы находили себе место для проживания в пограничных Кушке и поселке Тахта-Базар, а потом и в городах по линии только что пущенной русскими Закаспийской железной дороги: в Мары, Чарджоу, Ташкенте, Самарканде. Бахаи селились и создавали общины в Баку, Ереване, Тифлисе и в центре России. Большинство же иранцев осело в Асхабаде. Так как царское правительство России развернуло обширное строительство в этом городе, у вновь прибывших бахаи не было никаких проблем с поиском хорошо оплачиваемой работы. На базаре в мастерских иранские умельцы чинили текинские ковры, шили из кожи, изготавливали металлическую посуду, лудили ее, держали магазины сладостей и мануфактуры, ларьки на базарах. Дела шли хорошо в велосипедных мастерских. Ценились тогда английские веломашины известных фирм «Геркулес» и «Три ружья». Там работал мой дядя. Переселенцы обрели материальное благосостояние. Некоторые бахаи стали уважаемыми купцами и коммерсантами с большим капиталом, другие владели обширными землями. Религиозная община бахаи стала одной из важнейших духовных и социальных сил в городе, а вскоре и одним из центров ученой мысли мира бахаи. Офицер А. Г. Туманский, тогда лишь выпускник Санкт-Петербургских восточных курсов, сам вызвался в Ашхабад, чтобы практиковаться в персидском. Он дослужился до чина генерал-майора, но стал известен как востоковед, крупный исследователь веры бахаи. Именно он в 1899 году нашел, перевел на русский язык и опубликовал «Китаб-и-Агдас», книгу Бахауллы, в которой содержатся основные законы новой духовной эпохи человечества. В статье «Два последних бабидских откровения» он так описал свои первые впечатления: «Приехав в Асхабад 29 июня 1890 г., я с легкостью познакомился с самыми интересными из бабидов. Благодаря своему достойному образу жизни они приняты русскими как нельзя лучше. Поэтому знакомство с ними не представило ни малейшей трудности».

Бывает же так: взгляд, цвет или запах вызывают такой молниеносный шквал воспоминаний, что внезапно отворяются дали совсем-совсем забытого. Я потерла в руках фиолетовую метелку с чудом сохранившегося багряника из когда-то роскошного сада Машрикуль-Азкара, как мое сознание тут же осветилось картинами далекого ашхабадского детства. Вспомнила, мы любили через ажурные ворота разглядывать величественные руины этого храма. Я знала тогда об этом памятнике духовной истории, к сожалению, очень немногое, только то, что там, как рассказал отец, работал простым садовником мой дед, которого видела только на единственном фото, бережно хранимом в нашем семейном альбоме. Но, к сожалению, и сейчас не все знают об этом храме и событиях, связанных с ним…

Земля, где сейчас сквер Махтумкули, когда-то принадлежала богатому человеку по имени Азам. В конце XIX века к владельцу земель из Ирана прибыли представители новой религии бахаи, они и купили участок в 17 тысяч кв. метров, ограниченный четырьмя улицами. Так и осталось в памяти бахаи всего мира: Асхабад — это «земля Азама», то есть «святая земля». Именно это место для строительства храма выбрал Бахаулла, Узник крепости Акко. Бахаи начали строить Машрикуль-Азкар — «Место вознесения восхвалений Богу». Проект был подготовлен совместными усилиями иранских архитекторов-бахаи. Технические чертежи для строителей составил российский военный архитектор М. А. Волков. Все хозяйственные дела были поручены уроженцу Йезда хаджи-мирзе Мухаммаду Таги Афнану. О торжестве закладки первого камня в подробностях сообщила местная газета. Сохранился и общий снимок церемонии. Среди строителей храма начальник Закаспийской области Деан Иванович Суботич: боевой русский генерал оказался заботливым попечителем области. Машрикуль-Азкар — он как правильный многоугольник из девяти сторон (по числу девяти мировых религий нашей цивилизации). Двухэтажная лоджия окаймляла пятиэтажную ротонду. Большие врата с портиком, окруженным башнями, и купол, доминирующий над всей композицией. Кирпичные стены храма были покрыты твердой и прочной штукатуркой, а этажные перекрытия были бетонными и поддерживались железными или стальными балками. Строители знали о сейсмичности зоны и действительно стремились сделать каркас прочным. А вот стенам ротонды от пола до верхней части купола, наоборот, придали легкость и воздушность. На архивных фото хорошо виден этот изысканный персидский декор над «луковичными» проемами. Храм был окружен пышным садом. Розовые кусты обрамляли все девять хвойных аллей, расходившихся от храма лучами, цветники между ними были декорированы тутами-шелковицами. Зелень отражалась в бассейнах. По аллеям ходили павлины. На архивном фото видно, как бородатые черноволосые каменщики стоят на лесах будущего храма. А, наверное, где-то за кадром, горожане, переселенцы откуда-нибудь из-под Пензы или Тамбова, наблюдают за иноверцами непривычного облика: как бы не подняли эти иранцы купол выше их храмов. Но бахаи всегда соблюдали распоряжения городских властей, как и это — не выделяться, чтобы не принижать других. Так культивировались нормы веротерпимости. Хотя все же в 1889 году на ашхабадском базаре группа фанатиков-шиитов злодейски убила одного бахаи. Власти сразу арестовали участников злонамеренного убийства и привлекли их к ответу. Вопреки всеобщему ожиданию с ходатайством о смягчении приговора осужденным обратились к властям сами бахаи. Казнь была заменена каторжными работами в Сибири. Это милосердие к своим врагам получило высокую оценку генерала Комарова. В ходе судебного процесса, широко освещавшегося прессой, представителями Российской империи был признан независимый от мусульманства характер новой религии бахаи. «Эта помощь Светозарной Державы, это проявление правды и справедливости, Бог даст, сотрет тиранство и насилие мира».

В сквере, где когда-то стоял храм бахаи, и теперь по осени падают листья старых садовых деревьев, они оставляют на тротуарах такие же кружевные тени, как, наверное, и французские зонтики начала прошлого века. Ашхабадские дамы тогда любили гулять по Куропаткинскому проспекту к парку офицерского собрания. Они заходили по пути посмотреть строящийся восточный храм. С дамами раскланивались вежливые и галантные иранцы-бахаи, которые уже тогда стали определять особый ритм многонационального города. Некоторые из более зажиточных бахаи даже были постоянными членами городского общественного собрания и активно участвовали в культурной жизни города. Состояли, к примеру, членами комиссии по сооружению памятника Александру Пушкину.

К 1921 году было полностью закончено строительство храма бахаи. Роскошные резные двери открылись всем независимо от цвета кожи и вероисповедания, ведь, как говорят бахаи, все мы — плоды одного дерева. Опять нежданно заглянула в прошлое и опять ушла в нереальную реальность. На архивном фото вижу, как на полу, на скамейках и стоя собраны дети разных национальностей. В их кругу — учитель, своим благообразным видом схожий с чеховским интеллектуалом. В худом ушастом мальчугане я узнала своего отца. В нашем семейном альбоме сохранились фотографии, на которых мой отец, уже учитель такого же представительного вида, тоже сидит среди своих смуглых учеников. Его обширные познания в восточных языках и истории были заложены в общине. Бахаи добились грамотности всех своих членов. При храме бахаи были дом паломников, ясли, детский сад, две школы, библиотека и салон для собраний. Путешественники замечали, что часто можно видеть в руках бахаи книги европейских писателей. В Ашхабаде три дцатых годов было уже более 4 тысяч бахаи, в других странах мира было всего лишь с сотню представителей новой религии. Приветствием «Алла-у-Абха!» (то есть «Бог Всеславный!») единоверцы обменивались с раннего утра, когда шли в Машрикуль-Азкар на молитву.

Веротерпимость недолго украшала Советы. Началась государственная кампания против иностранцев. Аресты. Депортации. Ссылки. По всему обширнейшему государству от севера до юга и от востока до запада в три часа пополуночи началась государственная кампания против иностранцев. Никто не избег этой беды. В Ашхабаде тогда закрыли все молитвенные дома и храмы. Это пламя свирепствовало затем на протяжении многих лет, и причины его коренились в беспечности людей и упадке религии, как и было предсказано Бахауллой: «Истинно говорю я: чем больше упадок религии, тем прискорбнее своеволие нечестивцев. В итоге сие неизбежно приведет к хаосу и смуте». Почти всех ашхабадцев иранского происхождения пропустили через тюрьмы. Заключенных было много, но каждую ночь привозили все новых и новых. К февралю 1938 года все члены местного Духовного собрания Ашхабада и еще около пятисот бахаи были арестованы, литература и документы конфискованы. Солдаты НКВД окружили со всех сторон сад Машрикуль-Азк'aра, где в это время находились только несколько женщин, среди них Согра-ханум, хранительница большого ключа, которым она каждый день в четыре часа утра открывала главные двери на утреннюю молитву. За ключом-то и пришли тогда представители НКВД. Они унесли ключ, предварительно обстучав все стены храма и других зданий, забрав в мешках книги из богатой библиотеки, запретили бахаи собираться на молитвы. Печальные обстоятельства закрытия храма. Внимание! История с книгами из храма через полвека получила удивительное продолжение. Мы вспомним об этом далее. А тогда события развивались следующим образом. За использование построенных ими же храма и других помещений бахаи платили государству арендную плату. Классы бахаи были превращены в городскую трудовую советскую школу имени 5-летия ТССР. Очевидцы вспоминали, как машина с заключенными бахаи, которых везли в тюрьму, а потом в Сибирь, когда проходила мимо Машрикуль-Азк'aра, вдруг затормозила из-за неисправности. Так отверженным были подарены минуты прощания с храмом. Вот эта улица, вот это место. Подойду постою, помяну прошедшие дни.

Когда начались беспощадные преследования всех религиозных обществ, «Место восхвалений Богу» превратили в светское учреждение. Там разместил свои экспозиции Государственный музей изобразительных искусств Туркменской ССР. Ашхабадская община бахаи была долго под запретом. Подпольной деятельности не было и не могло быть — по законам бахаи нельзя воспрепятствовать запретам государства.

В начале прошлого века в Ашхабаде распалась большая иранская семья. Дедушку и бабушку, которые приехали одними из первых в Ашхабад, насильно выслали с их детьми обратно в Иран. Мой отец остался в Ашхабаде, молодой, он получил советский паспорт и разрешение учиться. В учительском институте познакомился с русской студенткой, уже имевшей большой опыт работы в туркменской школе директором. Других родственников отправили в сибирскую ссылку, когда же те возвратились в Ашхабад, их тут же отправили тоже в Иран. Как рассказывали родители, они сумели им хоть что-то передать с собой. Этим «что-то» была единственная ценность нашей семьи — швейная машина…

В 1948 году землетрясение разрушило город, обвалились и лоджии Машрикуль-Азкара, но крепкие стены удержали зеленый купол первого в мире храма б ахаи.

Не было позволено перевезти руины и восстановить на новом месте ашхабадский Машрикуль-Азкар. Тогда делийский Машрикуль-Азкар перенял его миссию, лепестками прекрасного мраморного храма Лотос объединив всех бахаи Азии для распространения веры о прекрасном будущем человечества. История повторяется. Но повторяется в новом качестве, ведь цивилизация развивается по спирали. В других местах планеты на других континентах построены и строят новые и новые Машрикуль-Азкары. И все чаще их теперь называют храмами всех религий.

А в 1963 году, подложив под фундамент тротил, уже люди взорвали то, что пощадила злая стихия 1948 года: стены храмовой ротонды, которая тянула к небу уцелевший зеленый купол. Я хорошо помню этот день. Мы, юные души, только что впервые услышали группу «Битлз». Музыка растворилась в нас, разорвав тусклую пелену безвременья, раздвинула границы нашего провинциального мира. Но взрыв по указке из Москвы унизил и вновь до безысходности сжал новый яркий мир. Все чувствовали, как дрогнула земля. Купол долго висел в воздухе. Звук от его падения был сильнее, чем от взрыва. Вверх пополз гриб пыли… Не стоит плакать над руинами, так увещевают бахаи. Храм выполнил положенную ему роль, он по-прежнему в сердцах людей. Святое место не застроили каким-либо казенным зданием. Там, где-то в земле, до сих пор лежит зарытая на церемонии начала возведения храма капсула с запиской на русском и персидском языках. Бахаи всего мира посылают свои молитвы на «землю Азама», туркменскую землю, где подтверждается пророчество: Всевышний действительно хранит нас от всяких бед и напастей извне, дарит нам терпение и спокойствие. И само место, где возвышался Машрикуль-Азкар, до сих пор имеет магическую силу, это знают многие горожане и стремятся туда для медитаций и молитв. В сквере всегда люди. Проходят поэтические праздники, концерты. Это место омывает особая энергия радости и любви. Ничего в мире не исчезает бесследно. От святыни новой веры, которая уже пробила ростки и дала всходы во всем мире, советская власть предпочитала не оставить и камня. Но идеи зодчих храма оставили следы… в архитектуре Ашхабада. Персидские мотивы в «луковичной» форме окон и в орнаментах фасадов еще можно увидеть в домах старой постройки, а ярче всего, как архитектурный перифраз, в заметном произведении зодчих советской эпохи — в арочной колоннаде академического комплекса.

Как-то в Санкт-Петербурге, в зале израильского представительства меня поразил красочный постер на стене — карта их государства, пронзенная высоким строением с прекрасным куполом. Не поверила своим глазам. При чем тут гробница Баба? Это совсем не иудейская святыня! Разобралась только, когда узнала, что сады в Хайфе у подножия горы Кармель, известные как «бахайские», а также все святыни веры бахаи, решением ЮНЕСКО включены в Список мирового культурного наследия. Корни религии бахаи в Иране, но святыни сохранились на Земле обетованной. Гора Кармель, у которой закончился длинный путь пересылок Бахауллы, свидетель дальнейшей части духовной истории цивилизации — истории веры бахаи. На горе Кармель, «винограднике Божием», сейчас Всемирный центр бахаи в виде арки, как ковчег спасения человечества. Кармель — священная гора в религиях иудеев, христиан, мусульман и бахаи! Как ясно сказано у Исайи: «Возвеселится пустыня и сухая земля, и возрадуется страна необитаемая, и расцветет, как нарцисс…» Гора Кармель ночью от вершины до самого низа залита морем огней. Действительно, земля, некогда пустынная и бесплодная, пышно расцвела прекрасными парками — «висячими садами бахаи». Тропинки, усыпанные красным и белым камнем, вьются меж изящных газонов и экзотических кустарников. Воздух напоен тонким ароматом жасмина, гиацинтов и роз. Нескончаем поток людей со всех стран мира. Человечество можно сравнить с этим огромным садом, где растет множество цветов самой различной формы, аромата. Очарование сада-человечества заключается именно в этом разнообразии… Это из философии бахаи.

«Птицы людского мышления вырвались из сетей предрассудков, завесы разорваны и сняты с тех тайн, что прежде властвовали над людьми…» Действительно, время неожиданных социальных и экономических озарений наступило с началом эры бахаи, новой эпохи человечества, которая простирается с момента провозглашения Бабом его миссии и до момента прихода в мир следующего за Бахауллой Посланника, который будет ниспослан на землю через тысячу лет. Отметим, что прогрессивные лидеры многих стран также связывают будущее человечества с установлением нового мирового порядка, который будет охватывать весь мир, будет свободен от известных недостатков существующего порядка и сможет эффективно сочетать лучшее из того, что было наработано человечеством. Уже началось… Это создание ООН, ЮНЕСКО, ОБСЕ, различных международных организаций и даже транснациональных корпораций, тенденция к единой международной валюте и стремление людей иметь кроме национального еще и общий язык для взаимопонимания. Неразумных очень пугает даже слово «глобализация». Действительно, только материальное братство не удалит разногласий среди человечества. Только духовный союз уничтожит самые основания войны, провозгласит единство людей, сохранив их национальную индивидуальность. Это содружество будет основано на духовности, справедливости, любви и братстве. Будет положен конец соперничеству наций, ненависти и вражде, останутся в прошлом религиозные распри. Все это есть цель Божественного плана на эпоху, которая уже началась. А лидеры многих государств до сих пор в потемках ищут свою национальную идею…

Человеческое не может быть превыше Божественного. Единство мира не может быть установлено насильно, оно не будет введено какой-либо могущественной группой сверху. Оно будет постепенно развиваться по мере того, как люди будут осознавать, что «земля — единая страна и все люди — ее граждане». Но человеку мало любить родину и гордиться своим патриотизмом, важно любить весь мир, всю землю, как нам говорят Посланники, которые приходят не ради одного народа, а ради всего мира. Чувство любви ко всем, кто населяет эту нашу землю, поистине Божественное. Когда понимаешь это, тогда история человечества становится твоей личной историей. Патриотизм в узком понятии не самое главное в эпоху, когда нации становятся все более взаимосвязанными и взаимозависимыми, чего не было еще в недавнем прошлом. В новых условиях жизни настоятельно звучит призыв к более широкому пониманию патриотизма — как вселенской любви, которая не исключает, а включает в себя любовь к родине. Ведь родина — это то, без чего не можешь жить.

Уже после смерти отца, когда в Ашхабаде возродилась община, я наконец узнала, что уже приведен в исполнение новый план Бога, по которому «все люди сотворены для продвижения вечно развивающейся цивилизации». Я тоже стала бахаи. Я благодарна учителю, он открыл мне любовь Создателя и всех Посланников, помог воспринять прошлое человечества как начало моей жизни и каждый следующий день ощущать как вершину всего содеянного на земле, осознавая наш мир во всей его полноте и многогранности. Я говорю о Хасане Пишру. Пожалуй, самое трудное в нашей жизни — это познать, кто ты, зачем пришел в этот мир, какая твоя миссия на земле. И поражает, удивляет точность, когда случается меткое попадание. Тогда жизнь наполняется особым смыслом — живем для того, чтобы готовить душу к дальнейшей жизни в иных мирах. Иранский коммунист, испытавший на родине все тяготы политической дискриминации, ученый-энциклопедист, переводчик, поэт, он в Ашхабаде после долгой карантинной изоляции с трудом получил работу в государственной библиотеке. Новичку поручили для начала разобрать непонятные восточные книги в мешках. Читая персидские тексты, атеист наткнулся на творения Бахауллы. Иранский коммунист стал ашхабадским бахаи, учителем тех, кто сгруппировался вокруг него. Силой Божественного провидения священные книги оказались в нужном месте, в нужное время, в руках нужного человека. Изучение произведений Бахауллы не могло привести к иному результату. Сейчас трудно уточнить, откуда появились книги бахаи в мешках в подземном хранилище госбиблиотеки. Возможно, их принесли из подвалов КГБ, восприемника НКВД, арестовавшего книги в Машрикуль-Азкаре в то далекое печальное утро. Действительно, неисповедимы пути Создателя!

Когда в Иране вновь усилилась дискриминация против представителей новой религии, было решено для общего блага многим бахаи, в том числе бывшим ашхабадцам, переселяться. Искрами большого костра рассыпались они по миру и зажгли огонь веры. Моя кузина везде, где бы ни жила — в Мешхеде, Тегеране, Лос-Анджелесе, — везде была учителем подростковых классов бахаи, воспитывая новое поколение по принципам Божественной цивилизации. Талантливых, энергичных и духовно возвышенных людей запоминают надолго. Семья другой кузины «пионерами веры» приехала на Амазонку. Сегодня в мире насчитывается примерно около 8 миллионов бахаи, точной цифры установить нельзя, ведь идет непрерывный рост общин. Однако последователи веры бахаи сталкиваются с теми же препятствиями, теми же трудностями, что и первые, гонимые, приверженцы учения Христа и первые последователи Мухаммада. Но я об этом долго ничего не знала. Я слышала от отца лишь немного о его детстве в глиняном домике при храме бахаи, где мой дед был садовником. Но помню, отец каждый раз вздрагивал, когда кто-то рядом из незнакомых начинал заговаривать с ним на персидском. Я не понимала такого страха. Позднее я поняла, что машина репрессий и на нашей семье оставила следы. Отцу после пребывания в тюрьме и пыток и через 20 лет казалось, что посреди ночи «уполномоченные» в кожаных куртках внезапно придут в наш дом, погрузят нас в грузовик и депортируют в ближайший иранский город. Родителей постоянно вызывали в КГБ, они боялись даже говорить с нами об Иране, о родственниках. Так защищали своих детей многие ашхабадские бахаи.


Узник крепости Акко | Монарх и Узник | Мехтиабад