home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 8

По дороге Гибсон позвонил в участок и оставил голосовое сообщение начальству. Мы сели в машину. Повернувшись ко мне, он хмыкнул.

— Выглядите не очень-то, — отметил он.

— Спасибо, — с сарказмом ответила я. — Гибсон натянуто улыбнулся в ответ. — Попробовали бы сами вспомнить, как вас убивают, я бы потом посмотрела на вас, — добавила я.

— Ладно, проехали, — протянул он.

— Кстати, старушка быстро соображает.

— Ну… вы ведь жутко кричали. А Дотти совсем не обрадуется, если кто-то узнает о ее таланте. Один раз такое уже случилось, и люди начали осаждать ее с просьбами выяснить то или другое. Ни минуты покоя, сами понимаете.

Верно. Хорошо, что я сумела подыграть Дотти.

— А у нее действительно была кошка по кличке Минни-Мышеловка?

— Ага, пока домовладелец не заставил Дотти от нее избавиться.

— Скотина.

Гибсон усмехнулся.

— А вы любите животных.

— Да. Но у меня вообще нет свободного времени.

Гибсон вздохнул.

— А я думал, что вы заведете себе кошечку. Мышей ловит чертовски ловко.

Гибсон меня рассмешил, и я хохотала так, что скоро из глаз потекли слезы. И наконец-то я расплакалась. Гибсон молча затормозил перед светофором, открыл бардачок и протянул мне пачку бумажных носовых платков.

Я вытерла глаза и высморкалась. Гибсон делал вид, что ничего не замечает. Я была ему благодарна. Терпеть не могу рыдать — тогда я ощущаю себя слабой и беззащитной.

А сейчас я вообще не владела собой и расклеилась. Мой друг Боб Джонсон погиб. Как я расскажу об этом Ванессе?

Однако наревевшись, я почувствовала себя немного лучше. Вскоре Гибсон въехал на парковку перед зданием, где находился мой офис. Он расположен не в центре города. Даже при условии партнерской аренды мне это не по карману. Мой офис находится неподалеку от окружной тюрьмы, поэтому в здании трудится немало поручителей, занимающихся делами о досрочном освобождении. Что ни говори, а выгода и для тех, и для других — налицо.

Кроме того, наш трехэтажный викторианский особняк наделен куда большим очарованием и стилем, чем любой из небоскребов на много миль вокруг. Фасад отливает серым, но архитектурные детали имеют белый, бордовый и черный цвета. Часть арендной платы перечисляется в фонд, который платит за содержание здания и уход за лужайкой. Раз в неделю сюда является сын Дэвида и приводит в порядок территорию — в том числе и высокие пышные деревья, бросающие тень на крыльцо.

Есть здесь и недостатки. На крошечной парковке помещается только шесть автомобилей. Высокие потолки и замысловатая планировка не позволяли поддерживать комфортную температуру. Летом на верхних этажах чудовищно жарко. Зимой… (не забудем, что я живу в Калифорнии) тоже не слишком холодно. Но в целом здание замечательное. Внутри сохранились старинные двери, элементы декора из темного дерева и огромное витражное окно на лестничной площадке. Особняк венчает башенка, в которой мне нравится завтракать, наблюдая за окружающим миром. Я арендую примерно половину третьего этажа, включая упомянутую башенку.

Гибсон остановил свой седан на парковке в том месте, которое было помечено моим именем. Детектив обвел небрежным взглядом окрестности, но на самом деле он замечал каждую мелочь. Я ничего не имела против. У нас красиво. И окна моют регулярно.

— Симпатично, — резюмировал он. — Хотите немного отдышаться перед тем, как войдете в офис?

Он отстегнул ремень безопасности и медленно вылез из салона. Передвигался он со скованностью, говорившей о боли, которую он пытался скрывать.

Я непонимающе нахмурилась.

— Нет. Зачем? — удивилась я и тоже выбралась из машины.

Захлопнув дверцу, я мельком увидела свое отражение в стекле. Гибсон не ошибся. Я выглядела ужасно. Под глазами темнели фиолетовые круги. Еще я где-то ухитрилась потерять заколку, и волосы рассыпались по плечам. Я безуспешно попыталась пригладить их пятерней, но толку это не принесло.

Но раз уж я ничего не могла исправить, то и нет смысла горевать.

Гибсон терпеливо дожидался меня у лестницы. Мы вместе поднялись на парадное крыльцо, где стояла кресло-качалка. Я прикоснулась к спинке пальцем. Я так всегда делаю — сама не знаю зачем. Но иногда мебель вообще не толкнешь, если она, к примеру, привинчена к полу.

Гибсон любезно открыл мне дверь, и я очутилась в прихожей. Примерно минуту мои глаза привыкали к полумраку, поэтому вскрик Доны я услышала раньше, чем увидела ее.

— Селия… Боже! — Большие, как у оленя, глаза Доны уставились на меня. — Что с тобой стряслось? Кевин мне сообщил о вчерашнем… У тебя клыки, а твоя кожа…

Дона выпаливала слова порциями, в промежутках задыхаясь. Она пошатнулась. Гибсон бросился к ней, подхватил и усадил на стул на колесиках возле рецепции.

— Да, виноваты кровососы. Один из них — опытный мастер, и он начал меня превращать в вампира, но кавалерия подоспела вовремя, так что я тварью не стану.

— Но ты выглядишь…  — прошептала Дона.

— Как нежить, которую надо проткнуть осиновым колом и обезглавить, — язвительно произнесла я. Дона вздрогнула и всхлипнула. — Прости, Дона, я не хотела…

Она покачала головой.

— Ничего, Селия. Правда. Понимаешь, я и представить не могла…

Она умолкла, не в силах подобрать слова, что было не похоже на Дону. Я люблю ее как сестру, но порой она болтает часами напропалую — только предоставь ей такую возможность. А сейчас время поджимало.

— Со мной детектив Гибсон.

Гибсон отвел взгляд от импрессионистического эстампа, висевшего над камином, и обернулся.

— Он как раз и расследует происшествие, — пояснила я. — Ему понадобятся копии телефонных разговоров…

Фраза повисла в воздухе.

— Здравствуйте, детектив, — произнесла Дона, встала и протянула руку Гибсону.

А сегодня она принарядилась. Моя подруга выбрала классический темно-синий шелковый костюм и алую блузку. Юбка была достаточно короткой для того, чтобы демонстрировать безупречные ноги, обутые в высоченные шпильки. Что и говорить, Дона выглядела роскошно. Ей даже незачем прибегать к магии. Дело в хорошей генетике и отличном вкусе.

Дона овладела собой и переключилась на свой обычный профессиональный лад, но я знала, что она до сих пор пребывает в шоке. Почему я не додумалась ее предупредить? Хотя Кевин постарался и без меня…

— Извини, Селия. Я бы с удовольствием помогла детективу, но утром у меня полетел компьютер. Все файлы и счета испарились.

Паршиво. Дону случившееся явно не радовало, но зато она не падала в обморок. Может, рассчитывала на меня.

— Надеюсь, ты сделала резервные копии.

— Они тоже стерты. Наверное, был жуткий скачок напряжения.

Я сочувственно покачала головой. Я всегда копирую свои данные на жесткие носители — и не расстаюсь с флешкой, но некоторые более беспечны. Предстояла монументальная задача — восстановить записи с нуля. Но я могла утешить Дону.

— Знаешь, мои файлы сохранены на карте памяти, а лэптоп лежит у меня в сейфе. Задача упрощается.

— Уже кое-что, пожалуй, — грустно улыбнулась Дона. — Селия, как ты? Утром к нам пришли два агента ФБР, искали тебя. Они заявили, что вчера ночью тебя ранили. Потом они заставили меня проверить, не валяешься ли ты без сознания у себя в кабинете. Я сразу связалась с Кевином. Он обычно в курсе, где ты.

ФБР? Я взглянула на Гибсона. Он бесстрастно рассматривал убранство холла. А я ощутила тревогу.

— Чересчур быстро. Думаете, им позвонили ваши люди? — спросила я у детектива.

— Возможно.

В его голосе чувствовалось сомнение. Колеса федеральной юриспруденции редко крутятся настолько резво. Но с другой стороны, здесь замешана иностранная особа королевский кровей, что грозило крупным дипломатическим скандалом. Но кто, кроме меня, мог рассказать федералам о принце? Иной причины для вмешательства ФБР у меня не было. И вряд ли они услышали обо всем от Алекс…

— Они в офисе?

— Уже нет. Но они оставили карточку. Ты должна с ними побеседовать. Кроме того, поступило срочное сообщение из Берчвудз. Но на твоем месте я бы звякнула Кевину. Он рвет и мечет.

Какая я забывчивая! Вероятно, Кевин жутко на меня злится.

— Передай, что я помогаю копам в расследовании, — попросила я Дону. — Я буду на связи, как только освобожусь.

— Ему это не понравится, — произнесла Дона, выгнув изящно выщипанную бровь.

Согласна. Но как ни крути, а мое сотрудничество с полицией было наименьшим из зол.

— Хочешь, я поговорю с агентами?

Я посмотрела на Гибсона. Он отрицательно покачал головой.

Столкновение интересов на юридическом поле не принесло бы ему ничего хорошего. Я бы с удовольствием поделилась с федералами любой информацией, но Гибсон был мне симпатичен. В общем, я решила, что он будет получать от меня сведения первым.

— Не стоит, Дона.

— Ладно. Как насчет кофе?

— Не утруждайте себя, — с очаровательной улыбкой отказался Гибсон. — Я не собираюсь особо задерживаться.

— Ну что вы…

Дона зарумянилась. А я наконец догадалась, что парочка флиртует. Дона во всей красе. Мой мир развалился на куски, в офисе творится неведомо что, а она ухитрилась найти мужчину, который попал под ее чары. Клянусь, у Доны имеется скрытый радар. А может, ее бабка владела древней вьетнамской магией и обработала внучку? Парни слетались к Доне как мухи на мед. Ничего, я с ней потолкую наедине. К сожалению, Гибсон — почти труп. Свяжется с ним — получит приглашение на похороны.

Я поднялась наверх. Гибсон следовал за мной. Лестница у нас неширокая, но крутая, с узкими ступеньками. Многие начинают уставать, преодолев всего лишь один пролет. А когда они добираются до моего логова на третьем этаже, то задыхаются, словно пробежали марафон. Если бы зданию не присвоили статус исторического памятника, нас бы заставили установить лифт. Дом бы, конечно, искалечили, зато подъем стал бы легче. Хотя у нас есть пандус, который ведет к заднему крыльцу, а на первом этаже мы устроили комнату для переговоров.

Вскоре я оказалась в коридоре. Тут солнечно — окна выходят на восток. Увы, сегодня я поспешно прошагала по холлу, миновала компанию «Освобождайся с нами» и быстро открыла запертую дверь своего кабинета.

В чем-то помещение очень женственно. Стены — глубокого темно-персикового цвета. Белоснежный бордюр и оловянный потолок с изысканным орнаментом. Окна закрыты тяжелыми шторами с рисунком в виде белых, палевых и пурпурных роз. Всей этой красоте противостоят черные металлические стеллажи, строгая офисная мебель и блестящий сейф. Его размеры позволяют хранить в нем целый арсенал. Мастера основательно укрепили пол, чтобы сейф не провалился в ванную комнату, расположенную ниже. Кстати, я почти месяц прочесывала старинные особняки, чтобы найти здание с прочными перекрытиями. И я не прогадала.

Сейф у меня — самый лучший. Он не только закрывается на прочнейшие замки, но вдобавок обработан охранными заклятиями восьмого уровня. Любой, кто попытается его взломать, как минимум отлетит на пять футов, а возможно, попадет в больницу. Я бы использовала и нечто посерьезнее, вроде летального исхода, но такие методы полиция, конечно, не одобрит.

Моя мать жалуется бабушке, дескать, я зарабатываю кучу денег и почему-то не трачу их на себя. Я на этот вопрос смотрю иначе. Большая часть превращается в сбережения и инвестиции. В моей работе легко получить ранение, а то и схлопотать пулю в лоб. А у страховых компаний не существует программ по инвалидности телохранителей. Поэтому надо справляться самой. Я обзавелась своим маленьким гнездышком, и тот, кто подписывает со мной контракт, обязан гарантировать выплату кругленькой суммы в четверть миллиона в случае моей смерти или получения необратимого увечья. Я назначаю такие расценки, которые позволяют мне жить относительно безбедно. А прочный сейф и оружие никогда не повредят.

Еще я уделяю внимание произведениям искусства. На одной из стен кабинета висят две картины в дорогих рамах вишневого дерева. Они прекрасно сочетаются с журнальным столиком и подлокотниками кресел для посетителей. Полотна были созданы волшебником несколько столетий назад. Готова поклясться, что на холстах изображены не просто морские пейзажи, а нечто большее.

Другая стена полностью посвящена моему бизнесу. Здесь можно увидеть подробную ламинированную карту города и окрестностей. Я пользуюсь ей для планирования маршрутов и срочных путей эвакуации. Еще я отмечаю на ней строительные площадки. Точность — прежде всего.

Гибсон медленно прошелся по офису. Я приблизилась к сейфу, четко произнесла свое имя, и из дверцы выехала панель. Я прикоснулась к ней ладонью и замерла. Мягкий голубой свет мгновенно просканировал мою руку. На панели загорелись два зеленых огонька. А третий, как ни странно, остался тускло-красным.

— Что такое? — пробормотала я и непонимающе уставилась на железный шкаф.

Этапы защиты сработали нормально: мой голос узнали, отпечатки пальцев — тоже. А магические заклятия, настроенные на мою ДНК, дали мне от ворот поворот.

— Есть проблема?

— Да, с сейфом. — Я старалась говорить спокойно, но мысленно ругалась на чем свет стоит.

— А сколько времени держатся заклятия? — вскользь поинтересовался Гибсон.

— Думаю, лет десять.

Гибсон вытаращил глаза и выдавил:

— Не слишком ли долго?

— Нет смысла иметь ненадежный сейф, — парировала я.

Гибсон встревожился, но при этом позабавился.

Молодец. В отличие от меня Гибсон нашел новый повод для веселья. Но в сейфе хранилось все самое необходимое. Как же мне быть?.. Опять я влипла.

Я вернулась к письменному столу. Прижала телефон к уху и принялась перебирать визитки на старомодном перекидном держателе.

Номер телефона я обнаружила быстро и весьма обрадовалась, когда на третьем гудке трубку снял сотрудник технической службы.

— «Запоры и сейфы Мура», Джастин слушает.

Я пару раз изумленно моргнула. Джастин — владелец фирмы. Если он лично принимает звонки клиентов, значит, у них явно что-то не заладилось.

— Джастин, это Селия. У меня проблема.

Я села в офисное кресло и объяснила, в чем загвоздка.

— А вы, случайно, не беременны? — осведомился Джастин. — Только серьезные биологические изменения могут вызвать неполадки в системе.

Я молча пялилась на трубку радиотелефона. Это невозможно. И вопрос показался мне неожиданным. Ну, понятно — ты вынашиваешь дитя, но ведь ты все равно остаешься собой.

Джастин кашлянул.

— Примите поздравления или соболезнования — ненужное зачеркните.

— Нет, Джастин, — заявила я. — Я-то не беременна. Вчера на меня напал вампир и пытался меня превратить в кровососа.

Юмор из голоса Джастина тут же исчез. Он негромко выругался.

— Вот дерьмо… С вами все нормально?

— Похоже, сейф так не считает, — попыталась пошутить я. — У вас есть идеи?

Гибсон наверняка прислушивался к разговору, но значения ему не придавал. Он открыл дверь на балкон, вышел, перегнулся через перила и подставил лицо солнцу. Яркие лучи очертили контуры его лица.

— Вообще-то, Селия… — задумчиво произнес Джастин, пока я нетерпеливо барабанила кончиками пальцев по столу. — Теоретически должно сработать, но я не уверен. Хотя, в принципе, способ надежный. Иначе плохи ваши дела.

— Что мне надо делать?

— Нам потребуются образцы вашей ДНК, взятые до случившихся с вами изменений. Волосы. Обрезки ногтей.

— Могу собрать волосы с щетки в ванной.

— Годится. Поднесите их к панели, нажмите кнопку перезагрузки, заново проведите этап сканирования, а потом скажите: «Беременность игнорировать». Под считывателем ладони откроются два маленьких ящичка. Опустите волосы в левый. В правом находится игла. Будет совсем не больно.

Ой.

— Ящички закроются, и прибор начнет процедуру сравнения ДНК первого и второго образцов. Это займет около двадцати четырех часов. Если процедура успешно завершится, загорится зеленый огонек.

— А если нет?

— Тогда перезвоните мне.

— О'кей.

Джастин повесил трубку, не попрощавшись. Полагаю, отправился изучать руководство по эксплуатации сейфа. Я бросилась в ванную комнату, которую я делю с персоналом агентства по досрочному освобождению, и схватила щетку для волос. Затем я принялась скрупулезно выполнять рекомендации Джастина. Гибсон зачарованно следил за мной.

— Ну как?

Я вздохнула и собралась с силами, чтобы надавить пальцем на иглу.

Не люблю, когда технари сыплют словами вроде «теоретически», «по идее» и «в принципе».

Гибсон наблюдал за моими терзаниями.

— Даже если получится, — добавила я, — результат будет известен через сутки.

Гибсон присел на подлокотник гостевого кресла.

— У вас нет совсем ничего, например в столе? Какие-нибудь записи от руки?

— Только компьютерные файлы… — огорченно произнесла я. — Правда, в сумочке есть стикер с адресом отеля, куда я явилась на работу. Могу вас туда отвезти.

— Нет-нет, Грейвз. Пока наш принц — персона неприкосновенная. Обойдемся малой кровью, простите за каламбур. Кроме того, вам следует держаться от него на расстоянии. Я выясню, являлся тот принц настоящим или он — просто двойник. Госдеп в обморок упадет, если к чиновникам просочится какая-нибудь информация. А потом в суде захотят, чтобы вы проходили по делу обычным свидетелем.

— Но… — запротестовала я.

— Я вас не брошу. Буду давать вам советы. Поверьте мне: у вас и так проблем полно с этой вампирской катавасией.

Я сердито покосилась на него, но спорить не стала и выложила все, что помнила о встрече с принцем.

Гибсон вытащил из кармана блокнот, ручку с серебряным распятием и записал координаты отеля.

— Я отправляюсь прямо туда. А вам — спасибо за сотрудничество. Возьмите мою визитку на всякий случай. Встречаемся у вас завтра, в это же время.

Гибсон собрался бросить меня здесь! Разумеется, он погрузился в расследование, а до гостиницы — всего два квартала, но мне-то нужно было беречься солнца.

Гибсон замер на пороге, и я подумала, что он ненароком прочел мои мысли.

— Хотите, я вас провожу к вашей машине?

По его тону было ясно, что он надеется на отрицательный ответ. Ему не терпелось продвинуться вперед.

— Я тебя подброшу, Селия.

В офисе появилась Дона с подносом, на котором стояли пластиковые стаканчики с кофе и тарелочка с пирожными.

— Спасибо, — Гибсон взял стакан и сделал большой глоток. — Очень любезно с вашей стороны.

— Не за что.

Дона проводила Гибсона улыбкой, от которой могло воспламениться Западное побережье.

Он скрылся из виду, и на лице моей подруги возникло знакомое расчетливое выражение. Она явно положила глаз на детектива.

— Дона…

— Но…

— Я серьезно.

Она капризно надула губы, фыркнула и перебросила через плечо волосы, собранные в длинный хвост.

— Проклятье. Вечно ты все портишь. Он что, твой?

— Нет, — призналась я. — Он серьезно болен. Я по запаху догадалась.

— И ты это чувствуешь? Кроме шуток?

— Да.

— Ух ты! — воскликнула она. — А от меня чем пахнет?

— «Шанель № 5», дорогая кожаная обивка и сандвич из ржаного хлеба с курицей, — выпалила я.

Дона покраснела.

— А он — славный. Староват, но симпатяга.

Я не ответила. Взяла с подноса стаканчик и пригубила нектар богов. Кофе обжигал. Я стала пить его маленькими глотками, наслаждаясь каждой каплей и прогоняя чужое зловоние.

— Спасибо тебе, — поблагодарила я Дону. — Позволь мне побыть одной? Хочу кое-кому звякнуть.

Я собиралась начать с бабушки, а значит, разговор мне предстоял нелегкий. Затем придется сообщить ужасную новость жене Боба.

Моя бабуля не брала трубку. Странно. Она пышет здоровьем, но все же не молода. Наверное, она избегала меня. Она так делает всегда, когда они с моей матерью договариваются о чем-то заранее. Например, чтобы я дала «Миату» своей матушке — неисправимой алкоголичке, у которой отобраны права.

«Хватит, Селия. Не паникуй. Может, она просто в церкви».

Я честно попыталась связаться и с Кевином. Не добившись успеха, оставила ему голосовое сообщение. Я, мол, торчу в офисе, и не забуду его, Эмму и Эми постоянно благодарить за спасение собственной жизни.

Потом я решила проверить, как поживает мой старый, пока потерянный мобильник. Увы, там по-прежнему звучало «абонент временно недоступен», и это раздражало. Если не получу доступ в ближайший час, соединюсь со службой технической поддержки и буду им жаловаться.

Прежде чем набрать следующий номер, я немного помедлила.

Гвендолин Тэлберт — один из лучших психотерапевтов, но три года назад она ушла на пенсию. Она специализировалась на жертвах травм — и часто ее пациентами были дети. Она спасла мой рассудок после событий, приведших к смерти моей сестры. Именно благодаря Гвен и ее дару я смогла иметь нормальные любовные отношения с Бруно де Лука. Позже мы с ним расстались, я ни с кем не встречалась, но таков был мой собственный выбор.

А теперь мне необходима помощь. Я старалась гнать от себя мысли о нападении и вампирских укусах. Но так не могло продолжаться вечно. Шок со временем пройдет, и тогда мне понадобится психотерапевт. Я хотела, чтобы им стала Гвен.

Три гудка — и сработал автоответчик. Сегодня точно не мой день. Я слушала, как спокойный женский голос произносит: «Вы позвонили Гвендолин Тэлберт. К сожалению, я не принимаю пациентов. Если же дело личное, назовите свое имя и номер телефона после сигнала».

Вдохнув поглубже, я четко проговорила:

— Гвен, это я… Селия Грейвз. У меня… проблемы. Я знаю, что вы на пенсии, но я никому не доверяю. Надеюсь на вашу консультацию. Не могли бы вы, по крайней мере, подсказать мне, к кому обратиться? Пожалуйста!

Господи, а ведь я в отчаянии! Но так оно, по сути, и было.

El Jefe тоже находился в моем списке. Я же должна узнать о «недоделках» и выяснить, какова наилучшая методика поиска вампиров-мастеров. Но Уоррен не вернулся из Чикаго, поэтому я решила действовать самостоятельно.

Теперь на очереди Ванесса.

Я попросила Дону добыть мне ее контакты через Интернет. Удивительно, но Ванесса взяла трубку после третьего гудка. Я действительно старалась очень мягко сообщить ей о гибели Боба. Ванесса встретила новость бурно. Она настолько громко кричала, что я положила трубку на стол. В конце концов Ванесса принялась в гибели Боба винить меня, истерически разрыдалась и отключилась. Больше родных и близких у Боба не было, и я пребывала в замешательстве. Он был хорошим человеком. Не идеальным, ну и что? Боб заслуживал того, чтобы его оплакивали не только мы с Ванессой. О том, что они развелись с Ванессой, я не догадывалась, пока она не проорала мне об этом по телефону. А если у Боба появилась новая подружка? Что за мучение с моей частичной амнезией. Похоже, придется снова звонить Ванессе.

Наверное, через недельку, когда все уляжется, я попробую с ней поговорить. А пока мне хотелось заняться собой.

Я преодолела расстояние от края тротуара до входной двери университетской библиотеки на максимальной скорости. Фасад здания был застеклен, и в безопасности я себя ощутила, лишь пробежав половину пути вниз по лестнице, ведущей к подвальному этажу.

Раньше казалось странным то, что именно здесь размещено хранилище литературы о паранормальных явлениях. Сейчас я испытывала облегчение. Комнаты без окон — это просто замечательно!

На середине пролета я наткнулась на невидимую магическую преграду и судорожно вцепилась в перила. Целую минуту я удерживала равновесие и потом осторожно двинулась вперед. Я словно просачивалась через стену, состоящую из желе. Кожу стало покалывать, и вскоре на ней засверкали крошечные искорки, как от статического электричества. Но назад я уйти не могла. Ситуация улучшилась только на последней ступени. В эту секунду из-за перепада давления у меня щелкнуло в ушах и затрепетали краешки ноздрей.

Я узнала сотрудницу за стойкой. Анна руководила отделом литературы о паранормальных явлениях и метафизике более десяти лет. Она помогала мне подбирать материалы для многих проектов, а еще цитировала огромные отрывки из разных книг по памяти. Тихая женщина «определенного возраста» в очках, со стальной сединой и теплыми карими глазами. Меня восхищало ее мрачноватое чувство юмора. Анна частенько прибегала к колдовству, чтобы решать недоразумения, связанные с проделками студентов и их попытками вынести литературу из хранилища. Несомненно, магическая преграда на лестнице являлась делом ее рук.

— Не двигаться, — властно прозвучал голос Анны. — Тебе тут не место.

Гнев волной поднялся внутри меня. Как она смеет?

— Сейчас день, Анна, — укоризненно буркнула я. — И я — не кровосос.

— Будь ты вампиром, — холодно отозвалась Анна, — ты бы не прошла через заклятый барьер. Однако, несмотря на твои человеческие черты, ты представляешь опасность для окружающих.

Мое сердце забилось чаще. Взгляд сосредоточился на вене, пульсирующей у основания жилистой шеи Анны. Запах ее страха, приправленный адреналином, раздразнил мои рецепторы, как букет дорогого вина. Я почти ощутила вкус…

Я зажмурилась и прогнала прочь соблазнительные образы. Постаралась овладеть собой. Я начала медленно дышать ртом, чтобы ослабить обоняние. До темноты — еще далеко, но разум подсказывал мне: «Пора отправляться на охоту».

Я не вампир. Я не треклятый кровосос.

Получилось не сразу. Вероятно, зрелище было не слишком приятным, но я поборола своего внутреннего зверя.

Наконец, я осмелилась открыть глаза.

Анна, не мигая, смотрела на меня.

Через некоторое время она нарушила тишину. Ее интонации были ровными и спокойными. Она словно усмиряла дикое животное или говорила с человеком, который собрался прыгнуть с крыши.

— Мне не следовало угрожать тебе, Селия. Прости. Однако тебе нельзя здесь находиться. Тебе вообще нельзя посещать общественные места. Тут чересчур много искушений.

В ее глазах промелькнула затаенная боль, и я поняла, что к ней надо прислушаться. Но я так не сделала. Мне хотелось как можно скорее узнать о своем новом состоянии и изменить его. Найдется же какое-нибудь спасительное средство во всей этой магии и метафизике! Если ты располагаешь деньгами и временем, ничего невозможного нет.

— Мне нужно узнать о «недоделках», Анна, — прошептала я.

Мне удалось не шепелявить, и я изо всех сил старалась сдерживать ту часть себя, которая могла взбунтоваться из-за несправедливости ситуации. — И я все исправлю.

— Не выйдет, Селия, — тихо вымолвила Анна.

— Пожалуйста. Я должна попробовать.

Скрипнули ножки стула, Анна отодвинулась от стойки.

— Наверное, — произнесла она дрогнувшим голосом. К ее страху примешались сочувствие и решительность. — Но ты не должна заниматься экспериментами в университете. Я не позволю подвергать опасности студентов и сотрудников.

— А что мне делать?

— Поезжай к себе офис. Я отобрала все материалы по данному вопросу, подготовила их копии и послала их по электронной почте доктору Рейнолдсу, профессору Лэндингэму и детективу полиции.

Ясно… И почему я до сих пор удивляюсь тому, что все мыслят одинаково?

— Я отправлю документы на твой студенческий аккаунт. Распечатай то, что тебе потребуется. До свидания, Селия!

Я почувствовала, как воздух между нами уплотняется, превращаясь в силовое поле. Невидимая стена уже отталкивала меня назад. Меня впечатлили способности Анны. Мастерству я всегда отдаю должное.

Я быстро возвратилась в офис, место Доны пустовало. Она убежала на ленч, но предварительно развесила повсюду изображения маленького циферблата с сообщением о том, что придет сюда ровно в час.

Захватив на рецепции письма и факсы, я поднялась на второй этаж и пошла в копировальную комнату. Мой лэптоп был заперт в сейфе, но у нас имелся ноутбук для клиентов. Он напрямую соединен с принтером, и мы можем работать даже в том случае, если вырубится внутренняя сеть. Я понятия не имела, «оживила» ли Дона компьютеры, но порадовалась тому, что с Интернетом не было проблем. Включив технику, я поставила новый мобильник на подзарядку.

Я сразу нашла нужное письмо, но тут мне пришлось подождать. Страниц оказалось многовато. Наверняка среди этого вороха я прочту сведения, которые помогут мне выкарабкаться из вампирского кошмара.

В ожидании окончания работы принтера я прослушала голосовые сообщения. Не сколько раз звонил Кевин. Дона в итоге решила присвоить ему кодовое имя. «К 29». Ух ты. «Ладно, — решила я, — попробую с ним связаться, когда дотащусь до своего кабинета».

Остальные послания были самыми заурядными. Кое-что по работе, и один звонок от Гибсона. Он спрашивал, верно ли я продиктовала ему адрес. Вдобавок объявился доктор Рейнолдс. Он сетовал на то, что я ретировалась из лаборатории, а он не успел дать мне напутственных инструкций. Но пусть я не волнуюсь, он перешлет их по факсу.

Я принялась листать бумаги и в итоге добралась до советов дока, написанных от руки. Почерк у него был ужасно неразборчивый. А я очень устала. Вскоре слова начали расплываться у меня перед глазами. Я и не думала засыпать. Но…

«Иди ко мне, Селия».

Я очутилась в скудно обставленном номере мотеля. Шторы — плотно задернуты. Свет излучала одна-единственная галогенная лампочка, встроенная в потолок. Он сидел за столом у противоположной стены.

Мой повелитель оказался парнишкой лет семнадцати. Темноволосый, светлокожий и бледный. На самом-то деле он был древним, но погиб юным. У него даже борода не росла. Я хорошо разглядела маленькое родимое пятнышко на подбородке. Она придавало вампиру невинный вид.

«Ты должна прийти ко мне».

«Размечтался».

Он нахмурился. Похоже, прочел мои мысли. Странно, что повелитель бодрствовал днем. А может, сейчас ночь? Так или иначе, я столкнулась с мастером. Бьюсь об заклад, большинству вампиров до него далеко, как до Эвереста. Полагаю, за долгие годы он мог весьма серьезно отточить свой талант.

Он неторопливо повернул голову. Тело кровососа казалось молодым, даже юным, а о лице этого сказать было нельзя. На меня уставился старик, одержимый властью. Его зрачки расширились, а затем глаза и вовсе превратились в два черных кружка. Я почувствовала, как его сила притягивает меня к себе. Он хотел, чтобы я встретилась с ним взглядом. Я как будто боролась с океанским течением. Неколебимым, властным.

Тут же я ощутила запах соленой воды и рыбы, услышала знакомые звуки побережья — плеск волн, крики чаек.

И очнулась от стука в дверь.

— Селия?

В комнате царила темнота — мигали лишь огоньки электронной аппаратуры. Похоже, я задремала. Я не шевелилась больше десяти минут, и освещение автоматически выключилось, тогда я заснула… мертвым сном. Я выпрямилась — и помещение озарилось. Но туман в голове не рассеялся.

Я утерла слюну в уголке губ и уколола костяшку пальца о клык. Сначала ранку защипало, а потом палец онемел. Потекла кровь. Выругавшись, я прижала к пальцу подол юбки и крикнула:

— Входите!

Дона чуточку приоткрыла дверь. В щелочку я разглядела ее загорелый носик и очки для чтения.

— Селия, чем ты занимаешься?

— Ничем. Жду распечатку и читаю материалы, которые прислали из библиотеки.

— Знаешь, Селия, около двух минут назад все офисные динамики, включая компьютеры, мобильники, а также телевизор Баббы — в общем, все акустические устройства — начали воспроизводить звуки океана. Шум прибоя, чайки, киты… Это прекратилось, когда я к тебе постучала. Поэтому я снова спрашиваю: чем ты занимаешься?

— Разве такое бывает?

Дона слегка толкнула створку, но осталась за порогом. Она обхватила себя руками, словно замерзла и хотела согреться. Но ее тело излучало тепло… даже жар. Я ощутила чужую жизнь, она практически вибрировала в воздухе. Меня потянуло к источнику огня. Только бы избавиться от холода, от которого у меня заледенели пальцы.

Я смотрела на Дону. Она изучала каждую мелочь в комнате… и меня. Наверное, она искала признаки чего-нибудь странного, необычного, пугающего. И ее внимание привлекло мокрое пятнышко на листе бумаги — свежий след от моей слюны. Неприятно, конечно, но не смертельно.

Взгляд Доны смягчился. Готова поклясться, что на миг в ее глазах заплясали веселые искорки. Однако они сразу угасли, и Дона вновь напряглась.

— Дона, что с тобой?

— Нам надо поговорить. Я читала послание доктора Рейнолдса. И El Jefe тебе прислал гору факсов. То, что с тобой случилось, — очень серьезно.

Я заметила, как бьется жилка в основании ее шеи. Я не была голодна, и меня немного подташнивало. Я сглотнула подступивший к горлу ком и выдавила:

— Верно.

— Что ты собираешься делать?

Я могла соврать и бодро заверить Дону, что все в полном порядке. Она отчаянно в этом нуждалась, еще больше, чем я. Но Дона — одна из моих лучших подруг. А друзьям не лгут и точка.

— В перспективе — даже не представляю. Но я должна разыскать того главного кровососа и прикончить его. Предпочтительно до наступления темноты. Который час, кстати?

— Почти половина пятого. Что-нибудь полезное обнаружила в библиотечных бумагах?

— Без результатов. Здесь много всякого интересного, но ответов нет.

— А если их в принципе нет?

Я насупилась и попыталась изобразить El Jefe в самом помпезном образе.

— В магии, как и в природе, существует равновесие. На всякое заклятие найдется контрзаклятие.

Дона улыбнулась, но не слишком искренне.

— Может быть.

— Доктор Лэндингэм свое дело знает.

— Безусловно. Но Селия, не забывай об анатомии. А она менее… податлива.

Да… притяжение глаз моего повелителя вовсе не уступчиво и не ласково. Он звал меня. Но его зов потонул в океанском прибое. Мои мышцы напряглись, мне захотелось встать и убежать отсюда. Моя воля с каждой секундой слабела…

— Ты уверена, что звуки исходили из комнаты?

— Еще бы. Ты словно включила бум-бокс на полную катушку.

— Ничего не понимаю. Точно такие же шумы я слышала во сне.

Аккуратно выщипанные брови Доны приподнялись.

— Подозрительно как-то, Селия.

Она права. Но меня занимал другой вопрос. Проспав, я потеряла уйму времени. Если я собиралась прикончить своего повелителя, мне следовало срочно выяснить его местонахождение. И точка.

Пора навестить Вики.


Глава 7 | Песнь крови | Глава 9