home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава тридцать третья


Элспет провела бессонную ночь в комнате, из которой навстречу смерти шагнула Фиона Мак-Ларен. Вне всякого сомнения, именно на это рассчитывал Лахлан. Возможно, он надеялся на то, что и она покончит с собой.

Лишь немногим, обвиненным в колдовстве, удавалось добиться оправдания. Вряд ли кто-то осудил бы Элспет за желание избежать костра, но она твердо решила не следовать по пути Фионы.

Дело было не в том, что она боялась геенны огненной, ожидающей самоубийц. Элспет не думала, что Бог так же мстителен, как и его творения. Где бы ни обитал сейчас дух Фионы, Элспет не верила, что это имеет хоть какое-то отношение к тому, как она ушла из жизни.

Но когда жена Роба покончила с собой, это нанесло по нему сокрушительный удар. Если бы так же поступила Элспет… Того, что еще одна подобная потеря может сделать с Робом, она боялась больше, чем костра.

Появилась Нормина, молчаливая пожилая служанка, неся поднос с завтраком. Элспет так тошнило, что она не смогла съесть и ложки. Нормина помогла ей привести себя в порядок, насколько это было возможно в данных обстоятельствах. Затем служанка ушла, и Элспет снова осталась одна.

Девушка опустилась на колени на маленькую скамеечку у окна и начала молиться. Она мысленно просила Бога сохранить ей жизнь, но вскоре обнаружила, что ей не удается сосредоточиться на молитвах о себе и своем затруднительном положении. Ее мысли постоянно возвращались к Робу и ее родителям. Элспет спрашивала себя, как отразится на них ожидающий ее процесс. Когда она начала молиться о тех, кого любила, на ее душу снизошло удивительное спокойствие, а страх, удушливой хваткой державший ее за горло, если и не прошел совсем, то значительно ослабел.

Все же, услышав стук в дверь, Элспет вздрогнула. Не успела она подняться с колен, как в комнату вошел Лахлан Драммонд.

— Молишься, Элспет? Трогательная сцена, — произнес он. — Это могло бы смягчить сердце сурового судьи. К сожалению, только я видел тебя коленопреклоненной.

Она встала и с достоинством ответила:

— Главное — то, что это видел Бог.

Пройдя мимо него с высоко поднятой головой, девушка вышла в коридор, где ее ожидали стражники, которым было поручено доставить ее на суд.

Суд собрался в столовой, которая была самой просторной комнатой в крепости Драммонда и вмещала всех желающих поглазеть на ведьму. Обеденные столы вынесли, но длинные скамьи вдоль стен были забиты слугами Драммонда.

На возвышении в глубине комнаты стоял стол, накрытый бархатной скатертью, расшитой церковной символикой. За ним сидел облаченный в праздничные одежды священник. Это был тот самый священник, который так и не довел до конца бракосочетание Элспет. Он был полностью зависим от Лахлана Драммонда, и Элспет стало ясно, что ей нечего рассчитывать на снисхождение.

Рядом с судьей на скамье сидели отец Кестер, священник, выдвинувший обвинение против Элспет, миссис Битон и пара служанок из Кэстил Даб. Все они прибыли сюда очень быстро, и это указывало на то, что обвинение Элспет было тщательно спланировано.

Ее родителей нигде не было видно.

Впрочем, как и Роба, хотя Элспет и не могла представить себе его здесь, в крепости Драммонда.

Элспет провели к жесткому стулу с прямой спинкой, расположенному напротив судьи.

Миссис Битон была первой, кому предстояло свидетельствовать против нее. Принеся присягу говорить только правду, экономка Роба заговорила:

— Элспет Стюарт прибегла к гнусным магическим чарам, чтобы околдовать милорда Мак-Ларена и заставить его похитить ее со свадьбы с лордом Драммондом.

Судья кивнул.

— Я лично присутствовал при этом событии, и мне тоже показалось, что Мак-Ларен действовал в состоянии невменяемости. Присутствует ли здесь упомянутый Мак-Ларен? Я хочу услышать от него, что он действовал под влиянием потусторонних сил, то есть по принуждению.

— Нет, ваша честь, — произнесла миссис Битон. — Он прикован к постели очень странной болезнью. Мак-Ларен внезапно слег в то утро, когда Элспет Стюарт покинула Кэстил Даб. Готова присягнуть, что она снова наслала на него чары.

Элспет непроизвольно прижала ладонь к груди. Роб болен? Если ему настолько плохо, что он не может встать с постели, то он не смог бы повести своих людей в битву. Значит, видение, в котором погибли и он, и ее отец, не было истинным. Выходит, она сбежала напрасно.

Миссис Битон злобно воззрилась на девушку.

— Вне всякого сомнения, она прокляла его, чтобы он не смог присутствовать здесь и дать показания против нее.

Это заявление сопровождалось одобрительными кивками всех присутствующих. По комнате пробежал шепоток.

— Существуют ли еще какие-либо свидетельства того, что Элспет Стюарт занималась колдовством? — спросил судья.

— Я слышала, как она назвала имя Хэмиша Мюррея прежде, чем ей его представили. Это может объясняться только тем, что его имя шепнул ей на ухо какой-то демон, — заявила миссис Битон. — А еще Несса и другие девушки рассказали мне, что на ее теле имеется след от раны, оставленной вилами дьявола. А дьявол всегда метит тех, кто с ним якшается.

— Вы видели эту отметину своими глазами? — спросил судья.

— О нет! Но если вы заставите ее снять одежду, — произнесла миссис Битон, небрежно пожав плечами, — я думаю, что мы все ее увидим.

Это предложение было встречено радостными и похотливыми возгласами присутствующих в комнате мужчин. Судья постучал молотком по столу, призывая к порядку.

— Леди Элспет, вы признаете существование отметины или предпочитаете раздеться, чтобы опровергнуть заявление миссис Битон?

Пунцовая от смущения Элспет встала со стула.

— У меня на ноге есть два свежих шрама, оставленных стрелой из арбалета. Но это никакая не дьявольская отметина.

— Коварство дьявола настолько велико, что она сама может не понимать, что это за шрамы, — вставил отец Кестер. — Суд должен осмотреть их, чтобы определить, как они были получены.

— Принимается к сведению, — заявил судья.

— Шрам находится в… очень деликатном месте, ваша честь, — призналась Элспет, чувствуя, как пылают ее уши. Чтобы доказать свою невиновность, ей необходимо было сохранять дворянское достоинство. Большинство женщин, обвиненных в колдовстве, были простолюдинками. Ее право рождения и положение в обществе являлись лучшей защитой.

— Если вы не позволите нам осмотреть отметину, мы будем вынуждены предположить, что миссис Битон права и вы действительно вступили в нечестивый сговор с сатаной, — провозгласил судья.

— Это неправда, — возразила Элспет.

— Существует простой способ доказать, вступала она в сексуальные отношения с князем тьмы или нет, — вмешался отец Кестер. — Леди Элспет не замужем. Повитуха могла бы осмотреть ее и определить, является ли она девственницей.

Судья кивнул.

— Отличное предложение. Одновременно мы сможем выяснить природу отметины на ее теле.

— Я много раз выступала в роли повитухи, — предложила свою кандидатуру миссис Битон.

— Беспристрастности ради нам необходимо найти другую повитуху, не имеющую отношения к этому процессу, — покачав головой, ответил судья. — Вы согласны на осмотр, леди Элспет?

Она не собиралась садиться на стул, но ее колени непроизвольно подогнулись. Повитуха сразу поймет, что она уже не девственница.

— Нет, ваша честь, — прошептала Элспет. — В этом нет нужды.

Комната взорвалась хохотом и сальными предположениями. Судья снова постучал молотком по столу, хотя на этот раз не стал порицать поведение толпы.

— В таком случае суд волен делать собственные выводы, миледи.

Миссис Битон тоненько захихикала, но судья смерил ее гневным взглядом, и очередной смешок застыл у нее на губах.

— Возможно, есть еще что-то, что вы желаете добавить к сказанному?

— Да, ваша честь. — Лицо миссис Битон быстро приняло такое мрачное выражение, что напомнило Элспет морду охотничьей собаки. — Во время ужина в большом зале Кэстил Даб у Элспет Стюарт случился приступ одержимости дьяволом. Она начала нести ахинею о смерти и разрушении, предрекая несчастья всем окружающим. Она билась в припадке, пока наш лэрд не унес ее прочь.

Отец Кестер встал со стула.

— Я могу это подтвердить, ваша честь. Я присутствовал в зале, когда это произошло.

— Более того, — продолжала миссис Битон, — с помощью колдовских чар Элспет Стюарт перенесла себя и лорда Мак-Ларена в Кэстил Даб, а потом таким же образом покинула замок. Примите к сведению, что речь идет о наглухо запертой крепости. Элспет Стюарт не прошла ни в одни из ворот, и других рукотворных отверстий также обнаружить не удалось.

— Я видела, как она перелетела через стену крепости, — вставила Несса.

Другие служанки хором поддержали это обвинение. Одна видела Элспет освещенной светом полной луны. Другая наблюдала за тем, как она садилась на метлу и облетала башни замка. Каждая из служанок старалась выкрикнуть еще более фантастическое описание возможностей Элспет, чем ее предшественница.

Судья постучал молотком, требуя тишины.

— Вам еще будет предоставлена возможность принять присягу и изложить свои показания, — обратился он к едва не бьющимся в истерике служанкам. — Продолжайте, миссис Битон.

Время тянулось нестерпимо медленно. Одна ложь сменяла другую, свидетели радостно соперничали в изощренности проливаемой на голову Элспет клеветы.

У Элспет нестерпимо болела спина. Спустя какое-то время она перестала слушать свидетельские показания, потому что ее мысли снова обратились к Робу. Если бы она умела летать, стала бы она здесь сидеть? Она пролетела бы над нагорьем, чтобы снова оказаться рядом с Робом Мак-Лареном и ухаживать за ним во время его болезни так же, как он ухаживал за ней. Лучше бы она и в самом деле была ведьмой.

Наконец судья предложил ей высказаться в собственную защиту. Элспет поклялась говорить только правду, и ее усадили на более удобный стул для свидетелей, лицом к зрителям. Она сложила руки на коленях, надеясь, что никто не заметит, как сильно они дрожат.

— Ваша честь, позвольте мне сначала опровергнуть обвинения миссис Битон, — заговорила она. — Я смогла назвать имя Хэмиша Мюррея, потому что была уже знакома с его дядей, Ангусом Флетчером, которого он очень любит. Разве никто из присутствующих никогда не замечал, что порой между членами одной семьи наблюдается сильное сходство, в результате которого можно с одного взгляда узнать родственников. Именно так, увидев Хэмиша, я сразу поняла, кто он. И магия тут ни при чем.

Заметив несколько кивков, Элспет приободрилась.

— Было предложено осмотреть меня, чтобы убедиться в моей девственности, — продолжала она, запретив своему голосу дрожать. — Поскольку я обязана говорить правду, то признаю, что я уже не девственница.

Это признание было встречено неодобрительным ропотом.

— Отсутствие целомудренности — это грех, — продолжала она, — но его можно простить. Мой любовник не был дьяволом. Он такой же человек, как и я.

— Его имя, — ледяным тоном потребовал судья. — Мы должны убедиться в том, что вы говорите правду.

Элспет стиснула зубы. Слишком часто на процессах против ведьм суд пытался заставить обвиняемых назвать своих сообщников. Если она назовет Роба, то они приговорят к сожжению и его.

— Я не могу назвать вам его имя.

— Это, наверное, потому, что она не видела его истинного лица. Прежде чем проникнуть в ее спальню и познать ее тело, князь тьмы принял облик мужчины! — Отец Кестер вскочил и затряс в сторону Элспет пальцем, подчеркивая значимость своих умозаключений.

Судья кивнул, но жестом предложил ему сесть.

— Все знают, как совершают свои злодеяния инкубы, отец Кестер. Не стоит вдаваться в подробности. — Он снова повернулся к Элспет. — Продолжайте.

— Моя рана, которую из соображений скромности я не могу вам показать, была нанесена из арбалета. Эту стрелу в меня выпустил лорд Драммонд.

Ее нисколько не тревожила судьба Лахлана, поэтому она уверенно назвала судье его имя.

— Это смешно! — вскочил со стула Драммонд. — Зачем мне стрелять в собственную невесту?

— Я не думаю, что вы сделали это намеренно, — произнесла Элспет. — На самом деле вы целились в собаку.

Раздались приглушенные смешки.

— Прошу вас, сядьте, милорд Драммонд. Ваши показания суду не нужны. Но, если хотите, вы можете их дать. — Судья обернулся к Элспет. — Стрела, выпущенная из арбалета, наносит серьезное увечье. Поскольку вы остались в живых, вам должны были оказать помощь. И кто бы это ни был, он должен был прибегнуть к помощи темных сил. В противном случае исцеление не наступило бы. Ради спасения своей бессмертной души вы должны назвать нам имена своих сообщников.

За Хепзибой Блэк уже и без того закрепилась репутация ведьмы. Если ее имя прозвучит на этом процессе, ее не спасет даже уединенное месторасположение ее дома.

— Если я назову вам имена людей, которые меня спасли, я отплачу им злом за добро.

— Зато тем самым вы заслужили бы некоторое снисхождение. — Не дождавшись ответа, судья прищурился. — Что ж, пусть это остается на вашей совести, но вы только делаете себе хуже. Продолжайте.

Элспет с трудом сглотнула.

— Миссис Битон заявила, что видела, как я пророчествую. У меня и в самом деле есть дар предвидения. Она стала свидетельницей проявления этого дара.

— Такое случается, — торжественно произнес судья. — Благочестивых людей порой посещают видения. Но дьявол умеет подражать божественным дарам. Продемонстрируйте нам свои способности, чтобы мы смогли определить источник, из которого идут ваши видения.

— Я не умею вызывать видения по собственному желанию. Мне показывают только то, что я должна увидеть. Не более того.

— И что же вы увидели?

— Кровавую битву, ваша честь.

— И это видение осуществилось?

— Нет, но…

— Похоже на дьявольские уловки, — снова вмешался отец Кестер.

Элспет едва удержалась от возмущенного взгляда в его сторону: еще скажет, что она пытается его сглазить.

— И наконец, ваша милость, я со всей ответственностью заявляю, что не умею летать, — сказала она. — Хотя на протяжении этого заседания я несколько раз горько об этом сожалела.

На этот раз комнату охватило бурное веселье. Элспет даже показалось, что она заметила на некоторых лицах дружеское участие. Но лица судьи в их числе не было.

— Возможно, нам пора объявить перерыв в заседании и перейти в высокую башню, — изрек он. — Столкнув вас оттуда, мы сможем убедиться, правду ли вы нам говорите.

Элспет стиснула зубы и с шумом втянула воздух. Судья не шутил.

— Честно говоря, если вы это сделаете, вы увидите только то, как я падаю навстречу смерти.

— Что позволит оправдать вас, — заявил судья, доводя свою аргументацию до логического завершения.

— А также станет причиной моей гибели, — напомнила ему Элспет.

— Существуют вещи похуже смерти, дитя, — заверил ее судья. — Во всяком случае, ваша душа будет чиста перед Господом.

Миссис Битон наклонилась к отцу Кестеру и что-то шепнула ему на ухо. Он кивнул и встал.

— Ваша милость, позвольте мне задать обвиняемой вопрос. — Отец Кестер обернулся к девушке с улыбкой, более всего напоминающей волчий оскал. — Если вы не желаете поступить, как предлагает его милость, и предоставить нам конкретные доказательства того, что вы не умеете летать, быть может, вы сможете объяснить нам, как удалось вам и лорду Мак-Ларену столь внезапно появиться в запертой крепости? — Миссис Битон ткнула его локтем. — И как вы смогли незаметно для всех покинуть замок?

Элспет так сильно стиснула руки, которые она продолжала держать на коленях, что у нее даже костяшки побелели. Она не могла выдать тайну секретного хода в Кэстил Даб. Тем самым она предала бы Роба. Уж лучше она прыгнет с башни.

Наконец она смогла понять Фиону. Судья был прав: смерть — это не самое страшное, что может случиться с человеком.

— Я не могу вам этого сказать, — ответила Элспет. Судья трижды стукнул молотком по столу.

— В таком случае суд признает Элспет Стюарт виновной в пособничестве князю тьмы. Пока я буду зачитывать приговор, подсудимая должна стоять.

Воздух стремительно покинул легкие девушки, но ей удалось подняться на ноги.

— Любой грех — это оскорбление Господа, — фанатично сверкая глазами, заговорил судья. — Но грех колдовства особенно богомерзок и требует очищения огнем. Через два дня на заходе солнца в присутствии свидетелей вы примете свое очищение.



Глава тридцать вторая | Милая заложница | Глава тридцать четвертая







Loading...