home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава девятая


Элспет собрала свои тяжелые волосы в узел и заколола их на макушке. Несколько изящных завитков выскользнули из узла и заструились по шее.

Тело Роба заныло от желания поцеловать нежную кожу на ее затылке. Он преодолел последние несколько ступеней, стараясь не скрипнуть ни одной из них. Пригнув голову, чтобы не удариться макушкой о покатый потолок, Роб шагнул в спальню своего друга. Крадучись, он двинулся к центру комнаты, где крыша резко вздымалась вверх, и молча остановился за спиной Элспет, моля Бога, чтобы она не оборачивалась.

Во всяком случае, пока.

Ему хотелось провести пальцами вдоль ее позвоночника. У Элспет была гладкая спина, узкая талия и округлые бедра, напоминающие перевернутое сердечко. Роб едва сдерживался, чтобы не погладить ладонями ее сияющую кожу и не стиснуть полушария ягодиц.

Ноги Элспет не были длинными, но ведь она была невысокой. Зато они были очень красивыми. Крепкие мышцы обтягивала упругая кожа. Роб заметил царапины и ссадины, полученные Элспет, когда она карабкалась на дерево.

Ему хотелось поцеловать каждую из этих ранок, чтобы облегчить ее боль.

Ангус преувеличивал, обещая Элспет ванну. Ванны у него не было, ее роль исполняли таз и чайник. И Роб был благодарен за это своему другу: если бы Элспет сидела в пенистой воде, он ни за что не увидел бы всего того, что тешило сейчас его взор.

Элспет изящным движением подняла руку и намылила подмышку. Вода ручейками заструилась по ее телу, впитываясь в расстеленный под ногами коврик.

Роб боялся даже дышать. Его охваченный похотью член боролся с толстым килтом.

Элспет начала двигать перед собой руками, и Мак-Ларен понял, что она намыливает живот, груди и пах. Затем она раздвинула ноги и начала мыть промежность.

Похоже, она никуда не спешила.

Такая скользкая и мокрая.

Роб подавил стон. Его член дернулся при мысли о ее влажных завитках и пальцах, поглаживающих интимные складки, такие гладкие, мягкие и нежные.

Интересно, она когда-нибудь играет со своим телом?

Лежа ночью в одинокой постели, поднимает ли Элспет сорочку и, облизнув палец, находит ли ту крошечную точку, от которой наслаждение расходится по всему женскому телу? Но если она девственница, то умеет ли получить удовлетворение или только доводит себя до экстаза, не находя облегчения? А может, она уже научилась ласкать себя до тех пор, пока из глаз не брызнут слезы, а все внутренности не сведет мощным спазмом?

Жаль, что ни один мужчина не увидит того, что он себе только что представил: перед его внутренним взором Элспет металась на влажных от пота простынях, а затем, изогнув спину, дрожала от мощной разрядки.

Это видение вызвало у Роба томление, граничащее с болью. Ему казалось, что еще немного, и он взорвется.

Элспет наклонилась, чтобы провести намыленной ветошью по ногам, одновременно открыв его взору восхитительное зрелище — те самые влажные завитки и блестящую щелку.

Она, казалось, готова была его принять.

Как ему хотелось овладеть ею! До безумия, до умопомрачения. Стиснуть ее бедра и погрузить свой меч в ее сладкую плоть по самую рукоять.

С губ Роба сорвалось тихое проклятье, скорее похожее на страстное признание.

Неожиданный звук заставил Элспет мгновенно выпрямиться и обернуться. В полумраке комнаты ее глаза показались Робу огромными. Она замерла, как лань, застигнутая охотником врасплох.

Ее высокие груди были как раз такого размера, чтобы мужская ладонь могла полностью обхватить эти упругие полушария. Робу страстно хотелось исследовать нежные складки под каждой из них. Соски Элспет напряглись и торчали.

Робу казалось, что он ощущает у себя на губах их сладость и податливость.

Его взгляд скользнул по ее телу вниз, мимо нежной ямочки пупка, к треугольнику каштановых волос там, где смыкались бедра. Эти сладкие нижние губы…

Роб снова взглянул Элспет в глаза. Ее губы приоткрылись, но она не проронила ни слова. Розовый острый язычок облизал нижнюю губу.

Можно ли убедить ее облизать этим язычком его член?

О Боже милостивый! Прошло почти два года с тех пор, как Роб касался женщины и позволял себе забыться в нежной сладости ее тела. В этот миг все до единого дни этого бесконечного воздержания восстали против его воли, терзая его тело безудержным желанием.

В похоти не было ничего удивительного. Возьмите любого мужчину, который какое-то время вынужден был обходиться без женщины, и покажите ему обнаженную девушку. На земле не существует силы, способной в этой ситуации помешать его члену встать.

Что потрясло Роба, так это заполнившая его сердце нежность. Ему хотелось обнимать Элспет, шептать ей на ухо ласковые слова, поцелуями отгонять ее страхи, предлагая ей защиту своего тела наряду со всеми его потребностями.

— Элспет, — произнес Роб.

Это имя прозвучало в его устах благоговейно, как молитва.

Очарование момента было нарушено. Элспет прикрылась, прижав одну руку к груди, а пальцы другой распластав у себя между бедер.

Роб продолжал смотреть на нее, впитывая в себя прелесть ее обнаженной кожи, такой розовой и свежей. Он знал, что на ощупь она нежная и шелковистая, и жаждал исследовать ее всю без остатка.

Элспет схватила остатки своей бархатной юбки и прикрылась, но ее точеные лодыжки и икры по-прежнему были доступны его взору.

— Ты давно здесь стоишь? — испуганно спросила девушка.

— Довольно давно.

Если она ожидала от него извинений, ей пришлось бы ждать до Судного Дня.

— Роб, колбаса остынет, — донесся снизу голос Ангуса Флетчера. — Скажи ей, чтобы поспешила.

— Колбаса остынет, — безжизненным голосом повторил Роб.

Он умирал от голода, но хотелось ему вовсе не колбасы.

Элспет сглотнула, как будто пытаясь обрести утерянный дар речи, и прижала юбку к своему телу. Неровный подол привлек его внимание к ее босым ступням и аккуратным розовым пальчикам ног.

Розовым.

Роб нахмурился.

Легкомысленная розовая полоса, окаймлявшая темный бархатный подол, исчезла.

— Куда подевалась кайма от твоей юбки?

В спальне Ангуса Флетчера царил полумрак, но Роб заметил, что девушка побледнела.

— Но ты же сам обрезал мне юбку, когда я спасалась от волка, — дрожащим от напряжения голосом произнесла Элспет. И вдруг она заспешила-затараторила, как сорока: — Разве ты не помнишь? Юбку уже не удастся починить, но я решила сохранить остаток ткани. Это слишком ценный бархат, и мне жаль его выбрасывать. Ангус дал мне юбку, которую когда-то носила его мать. Фасон безнадежно устарел, но, по крайней мере, ее можно носить и…

— Я не об этом, — перебил ее Роб. Вспыхнувшие в его груди подозрения оттеснили на задний план мысли о том, как соблазнительно она выглядит. — Я говорю о шелковой отделке. Ее больше нет.

Девушка прикусила губу и отступила на шаг.

— Я оторвала ее, чтобы перевязать твою рану, и…

— Ты оторвала не всю отделку, а только маленький кусок.

Пробираясь через пустоши и лес, Элспет могла зацепиться юбкой за кусты. Но даже в этом случае оторвалась бы не вся оторочка. Роб одним прыжком преодолел разделявшее их расстояние и схватил ее за плечи.

— Что ты сделала с тканью?

— Убери руки! — Элспет вырвалась, вскинула подбородок и вызывающе посмотрела ему в глаза. — А ты как думаешь? Я сделала все, что могла, чтобы дать моему отцу знать, где меня искать. Скажи мне, что ты не поступил бы точно так же, если бы тебя похитили и увезли неизвестно куда.

— Ах ты, упрямая, своенравная… — То, что ради нее он сразился со стаей волков, ничего для нее не значило. Роб схватил ее и прижал к себе. Элспет снова попыталась вырваться, но он крепко держал ее за руки. — Любой другой мужчина на моем месте заставил бы тебя дорого заплатить за подобную проделку.

Он старался не обращать внимания на ее упругую грудь и мягкую обнаженную спину. Во время борьбы бархатная юбка соскользнула на пол, и, опустив глаза, Роб понял, что их разделяет только его сорочка.

Но он не мог позволить похоти омрачить его рассудок. Роб был уверен, что никто не сможет догадаться, что вместо того, чтобы отправиться на юг, прямиком в Кэстил Даб, он поедет на север. Первую половину ночи они продвигались медленно, потому что Элспет шла пешком. Потом их задержали волки, после чего он вынужден был нести ее на плече.

Как только Драммонд и отец Элспет нападут на след, они будут преследовать их со скоростью, которая позволит им подбирать разбросанные девушкой знаки. Их разделяло не такое уж большое расстояние, и они могли прибыть в бухту Ангуса Флетчера в любую минуту.

— Ангус! — взревел Роб. — Нам надо отчаливать. Ожидаются гости.

— Хорошо, — отозвался его друг. — Я только упакую колбаски. Они слишком хороши, чтобы оставлять их дома.

— Одевайся! — скомандовал Роб, выпуская Элспет, и уселся на край широкой кровати Ангуса.

— Но я не могу одеться, пока ты на меня смотришь!

Элспет снова закрылась юбкой.

— Совершенно ясно, что до сих пор я слишком мало на тебя смотрел, — ответил Роб. — И я не собираюсь повторять эту ошибку. — Он сложил руки на груди. — Ты ведь не хочешь отправиться в путешествие без одежды?

— Конечно нет.

— Тогда поспеши.

Если бы ее глаза могли метать молнии, от Роба осталась бы только кучка пепла. Он улыбнулся девушке, и ему показалось, что у нее даже дым из ушей пошел.

Элспет уронила юбку на пол и натянула через голову сорочку. На мгновение взгляду Роба предстало ее дрожащее от ярости тело. Ее соски стали темно-розовыми.

Избегая встречаться с Робом взглядом, Элспет надела юбку матери Флетчера, которая оказалась слишком длинной и доходила до самого пола, полностью скрывая ее босые ноги. Лиф предназначался для женщины с маленькой грудью и зашнуровывался на спине. Наслаждаясь ее отчаянием, Роб несколько мгновений наблюдал за тем, как Элспет сражается со шнуровкой.

Но чтобы оторваться от преследователей, которые, вне всякого сомнения, уже шли по их следу, им необходимо было как можно скорее покинуть этот дом.

— Поворачивайся, девушка.

Роб пересек комнату и взялся за шнуровку.

Пока он продевал кожаный шнурок в петли и затягивал лиф, Элспет стояла, уперевшись кулаками в бока, и не проронила ни слова. Быстрый взгляд через ее плечо убедил Роба в том, что ее груди уже приподнялись и теперь вздымались над вырезом старомодного лифа.

— Вот так.

Он завязал концы шнурков и развернул девушку к себе лицом.

Роб поцеловал ее жестким и долгим поцелуем, как будто наложил на ее губы печать собственника. Пока он окончательно не отомстит Драммонду, Элспет Стюарт принадлежит ему. Чем раньше она осознает этот факт, тем лучше для нее.

Мак-Ларен оторвался от ее губ и посмотрел ей в лицо. Презрение, которое он на нем прочитал, заставило его отступить на шаг.

— Пошли. — Схватив Элспет за руку, он потащил ее к лестнице, где знаком дал понять, что она должна спускаться перед ним. — И больше никаких шуточек. Не дай бог я еще раз замечу отсутствие каких-либо частей твоего гардероба!

Глаза Элспет вспыхнули яростью.

Это устраивало Роба больше. Он мог бы справиться с ее гневом, но отвращение вызывало у него в груди нестерпимую боль.

— А иначе что будет? — процедила Элспет сквозь стиснутые зубы.

Я позабочусь о том, чтобы ты потеряла все и сразу.



Глава восьмая | Милая заложница | Глава десятая







Loading...