home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава девятая

Возвращение домой — это здорово! Я так вымоталась и эмоционально, и физически, что даже не возражала против бурного приветствия штурмового отряда кошек и собак. Тим колдовал у плиты. На парне красовался индейский головной убор из длинных перьев.

— Это вроде не сиу? — поинтересовалась я. — Э-э… лакота?

— Вечно я попадаю впросак, когда притворяюсь выходцем из какого-нибудь местного племени, — объяснил Тим. — Так что буду теперь изображать дальнего родственника, чтобы не прокалываться по мелочам. Ты вот тоже первым делом обращаешь внимание на внешность. Кстати, сама не лучшим образом выглядишь. Под дождем, что ли, ночевала в чистом поле?

А ведь угадал «краснокожий» квартирант! Только сам он об этом не узнает.

— Просто денек выдался не из легких. И не один.

— Лара звонила раз сто. Привязалась как банный лист.

— Это и есть секрет ее больших заработков, — зевнула я. — Пойду спать. Разбуди, если снова позвонит.

— Может, вечером выберешься меня послушать? — спросил Тим, когда я уже шла в свою комнату.

Я застыла.

— Ох… э-э… м-да… У меня это… планы…

— Ну вот!

— Хочу съездить к маме.

— Чтения, — сказал он, — начнутся не раньше девяти. Думаю, ты успеешь.

Я давно свыклась с индейской фишкой Тима, но смотреть на этот цирк не было ни малейшего желания. Хватало и краснокожего в полном облачении у меня на кухне.

— Я написал новые стихи. — Тим изо всех сил пытался меня впечатлить.

— Не особо люблю поэзию.

Он в ответ двинул в атаку тяжелую артиллерию:

— Напеку печенья с орехами.

Я обреченно вздохнула.

— Так нечестно…

И побрела баиньки.

Позади раздался вопль ликования:

— Тебе понравится, Эжени! Обещаю!


Я нырнула в объятия Морфея, едва успела коснуться головой подушки, а проснулась от двух приятных сюрпризов. Сначала вдохнула запах свежеиспеченного шоколадно-орехового печенья. Потом открыла глаза и увидела, что рядом в кресле сидит Кийо и жует это самое печенье. Мой лис в последнее время появлялся и исчезал когда его душе угодно.

— Приятное зрелище, — сказала я и села в кровати.

— Да уж… — промурлыкал он, поедая взглядом мои голые ноги.

Спала я только в футболке.

— Что нового в Мире Ином?

— Ничего особенного. Майвенн нервничает. Ей скоро рожать.

— Уверена, все пройдет хорошо, у нее отличные целители.

Кийо и сам нервничал не меньше, так что я постаралась подбодрить любимого и скрыть неприязнь к Майвенн.

Потом заметила, что кицунэ — в белом халате.

— Собираешься на работу?

— Только что оттуда.

Черт! Он успел и поболтаться в Ивовых землях, и отработать смену, а я все дрыхну!

— Хочешь, съездим вместе к моим родителям?

Кийо состроил рожу.

— Роланд меня не переваривает.

— Да брось, слишком сильно сказано.

Впрочем, не совсем так. Роланд, мой отчим-шаман, не скрывал, что осуждает мои прогулки по Миру Иному. Ухажер оттуда, пусть даже наполовину человек, ему тоже не понравился. Но Роланд всегда более-менее вежлив. Мама не знала о происхождении Кийо и надышаться на него не могла. Она уже смирилась с отсутствием парней в моей жизни, когда появился кицунэ. Обычный с виду ветеринар, без потусторонних проблем… Мама уверена, мне очень повезло. В присутствии Роланда Кийо чувствовал себя неловко, но мамина фантастическая стряпня заставила его пойти па жертвы.

— Вы точно наелись? — спросила мама, когда мы закончили ужинать.

Она уверена, что я на грани истощения, а Кийо как воздух нужна хорошая кухарка. Хотя скажу честно: Кийо готовит куда лучше меня.

— Очень вкусно, — заверил ее лис. — Я просто объелся.

— Ну, не стесняйся, возьми добавки. Или заберите домой все, что осталось.

— Мам, побойся бога! Хочешь закормить Кийо до смерти? — притворно испугалась я.

— Бывают кончины и попечальнее, — протянул сытый и очень довольный оборотень.

Мама лучилась счастьем. Я подумала: она очень красива… По крайней мере, на мой взгляд. Говорят, я очень похожа на маму и лицом, и фигурой. Но глаза у нее ярко-голубые, в темных волосах уже просвечивает седина, а у меня волосы рыжеватые, и от папаши достались сине-фиолетовые глаза.

После ужина мы с Роландом уединились в кабинете, чтобы обсудить дела, а Кийо остался развлекать маму. Она знает, чем мы занимаемся, и не интересуется подробностями. Слишком тяжело маме вспоминать «красоты» Мира Иного…

— Вас, вижу, водой не разольешь… — съязвил Роланд, откидываясь в мягком кресле.

— Он милый, сам знаешь. У нас много общего.

Роланд задумчиво почесал затылок. Отчим совсем поседел. Каждый год прибавлял ему морщинок. Он давно отошел от дел, но не растерял силы. Я взглянула на руки отчима и вспомнила его татуировки: кресты, спирали, рыба и другие христианские символы работали так же, как и изображения богинь у меня на теле.

— Ты права, — вздохнул Роланд. — он не принадлежит Миру Иному всецело, но привязан к нему. Твой оборотень провел там гораздо больше времени, чем ты, девочка. Тот мир уже — часть его жизни и души. Парень все больше привязывает тебя к Миру Иному. А я бы держался как можно дальше от этого гадюшника.

Естественно, Роланд говорил о пророчестве, гласящем, что я стану матерью спасителя Мира Иного. Мы с отчимом часто обсуждали мои шаманские дела, но я никогда не рассказывала ему о проблемах Тернового Царства. Просто думала, ему это не понравится.

— Ну, у меня там есть кое-какие дела. И нечего так смотреть, — промурлыкала я, заметив, что Роланд нахмурился. — Помогаю тем, кто нуждается в поддержке. Что в этом плохого? Недавно я столкнулась с огненными демонами.

Это его зацепило.

— В Мире Ином?

— Нуда!

— В нашем мире исчадия ада были бы просто катастрофой.

— Пятеро рогатых, — уточнила я.

Роланд присвистнул.

— Чтобы призвать столько демонов, нужна огромная сила…

— Я дралась с ними, гм… не одна. Мои помощники слегка потрепали тварей. У меня хватило сил изгнать одного. Но потом пришлось уносить ноги.

— Да, это тяжело… Еще парочка шаманов была бы кс тати. В одиночку, — отчим покачал головой, — это слишком опасно.

— Знаю я, знаю! После драки кулаками не машут. Как еще можно от них избавиться? Без помощи армии шаманов?

— Самое «простое» — в больших и жирных кавычка — найти джентри, который может вызывать водяных демонов. И стравить их с огненными.

— Поиски займут кучу времени. И не факт, что я вообще кого-то найду.

Стоило мне закончить фразу, как в голову прокралась безумная идея: может, попробую справиться сама? Я могу призывать воду, однажды подчинила воздух, но демонами никогда не занималась… Боюсь, это мне не под силу. Король Бурь, вероятно, мог сотворить такое. Жасмин повелевала тварями воды. Не знаю, поддаются ли ей демоны. А я не в состоянии повторить трюки родственничков, и это бесило до одури!

— Да уж, — облегченно выдохнул Роланд. — Значит, проблему решит только грубая сила. Пусть «страждущие» снаряжают войско и забивают демонов числом. Это уже не твоя забота, а джентри и их повелителей.

— Точно, — с трудом выдавила я. — Поживем — увидим.

Отчим глянул на меня пронзительно. Не поверил, что остановлюсь на полпути. Правда, спорить не стал: понимает, что бесполезно.

— Кстати, ты слышал когда-нибудь о городах Мира Иного, как их там… Скай и Лэй?

Большинство шаманов терпеть не могут тот мир, но Роланд частенько бывал на земле джентри и многое о ней знал.

— Лэй… что-то знакомое… Это, кажется, в Ольховом Царстве? Или в Рябиновом?

Помимо прочего, Роланд ни сном ни духом не ведал о перевороте в Ольховом Царстве.

— В Рябиновом, — сказала я, — На границе с… гм… Ольховым. Я думаю, там перекресток. Ты знаешь, куда он ведет?

— Нет… но точно не сюда.

— Можешь как-нибудь проверить?

— Это связано с демонами?

Мгновение я колебалась, но открыла правду:

— Нет, еще кое-что. Другое дело.

— Эжени! — Роланд даже разъярился — мастерски я его довела. — Что ты творишь? Так дальше не может продолжаться! Их монстры — это их проблемы. Твоя работа — защищать наш мир!

— Не все они плохие… — прошептала я и сама себе удивилась.

— Тебе напомнить, кто похитил твою мать? Или о том, сколько раз пытались изнасиловать тебя саму?

Его слова ранили душу, но не убедили разум.

— Я могу себя защитить. Это неважно.

— Это всегда будет важно, — возразил Роланд. — И я не собираюсь помогать тебе ввязываться в новые неприятности с джентри.

— Что, будешь молчать как рыба?! — воскликнула я.

— Зато тебя не подвергну опасности.

— Нет. Если я не узнаю чего-то важного, дело станет гораздо рискованнее. Для моей драгоценной шкурки.

Роланд прищурился.

— Угрожаешь?

— Что происходит?! — Мама стояла в дверях и озадаченно нас разглядывала. — Я услышала крики.

Я встала.

— Роланд стал плохо слышать, и мне пришлось повысить голос.

Мы с мамой вернулись в гостиную, где остался Кийо. Кицунэ взглянул на меня, сгорая от любопытства. У оборотней очень чуткий слух. Не удивлюсь, если он уже в курсе всех наших пререканий.

— Нам пора, — сказала я. — Собираемся послушать новые стихи Тима.

Кийо, умница, не возмутился, только удивленно приподнял бровь. Я не раскрывала карты раньше: была уверена, что он станет упираться до последнего.

Кицунэ вежливо улыбнулся маме.

— Спасибо за ужин. Все было великолепно.

Мама немного расстроилась.

— Приезжайте на следующие выходные. Я сделаю лазанью и вишневый пирог.

Я чмокнула ее в щеку.

— Можешь не подкупать, мы и так приедем.

— Просто бонус для вашей решимости.

Роланда я тоже обняла на прощанье. Держа меня в объятьях, отчим пробормотал:

— Я поговорю с Биллом.

Слова прозвучали устало и сломленно — и я стиснула его крепче.

— Спасибо.

Билл — его приятель, шаман из Флагстаффа.

Только мы вышли из дома, Кийо спросил:

— Проблемы с отчимом?

— Можно подумать, ты не в курсе, — отрезала я.

Говорил же тебе, он меня ненавидит.

— Думаю, мои визиты в Мир Иной нервируют его гораздо больше.

— Он считает, что я плохо на тебя влияю.

— Ну да, влияешь…

Мы сели в машину и несколько минут ехали в полной тишине. Потом Кийо заметил, что я направляюсь не домой, а в центр города.

— Ну нет! — прорычал он, — Мы что, едем слушать Тима? Я думал, это просто повод смыться…

Я покачала головой.

— Прости. Обещания надо выполнять.

Кийо вздохнул — и смирился.

Итак, мы на месте. Здесь часто бывает Тим с друзьями. «Лисья нора». Я думала, Кийо сочтет название забавным, но он даже не улыбнулся. Когда мы вошли, девушка на сцене читала стихи о бессмысленной жизни и мусоре на обочине дороги. Кийо огляделся, оценивая публику за столиками. И ужасно расстроился, когда понял, что это кофейня, а не бар.

— Ужас! Я не смогу это вытерпеть без выпивки покрепче.

— Ох, просто помолчи, — ответила я, пряча улыбку.

В кафе было столько народу, что мы с трудом нашли себе места. Кийо остался сидеть за круглым столиком, а я принесла горячий шоколад. Хотелось кофе, но мне и так хватало проблем со сном. Пока я ходила, людей за столиком стало на троих больше.

— Привет, ребята, — сказала я.

— Рада тебя видеть, Эжени.

Барбара — из племени паскуа яки. Они признали христианство, но поклоняются и богам своих предков. Я даже заметила крестик у Барбары на шее. Многие считают ее святой. У нас довольно теплые отношения.

Она даже не вопит от праведного гнева, когда я называла себя шаманом. Ее сопровождали внуки — Феликс и Дэн. Я и с ними общаюсь нормально, в отличие от Тима.

— Пожалуйста, скажи, что твой засранец квартирант не будет сегодня издеваться над публикой, — взмолился Феликс.

— Следи за языком, — как истинная бабушка, одернула его Барбара.

Я поежилась от неловкости.

— Ну… он, наверное, все-таки придет…

— Господи боже… — простонал Дэн, уминая пирожное.

Он посмотрел на Барбару глазами нашкодившего котенка, потом повернулся ко мне.

— Мы ему сто раз говорили не делать этого.

— Да бросьте, парни! Хватит! Знаете, сколько он в прошлый раз щеголял с фингалом?

Феликс покачал головой.

— Готов смириться с тем, что он выступает от нашего племени — хоть это и обидно, — не будь стихи такими дерьмовыми!

— Феликс! — пригрозила Барбара.

Парень смутился.

— Прости, бабуля. Но я же прав…

— Он больше ничего не умеет, — с запинкой сказала я. — И вообще, сегодня он — из племени лакота.

— Не думаю, что это поможет его стихам. — Кийо потянулся в кресле.

— Согласен, — сказал Феликс. — Мерзость этой поэзии заражает все культуры.

Он ехидно улыбнулся бабке, довольный, что смог обойтись без ругательств.

Барбара не обратила на внука никакого внимания.

— Как дела? — спросила она у меня.

— Хорошо.

Странновато. Барбара нисколько не интересовалась моей работой, но ее всегда беспокоило, что я сражаюсь с существами из Мира Иного. Кажется, женщина не могла понять, ангелы это или черти, хотя сама видела потусторонних вредителей и знала, как я иногда нужна людям. Она хотела спросить еще что-то, но тут на сцену вышел Тим. Без рубашки, с перьями на голове и в кожаных штанах.

— Боже… нет… — простонал Феликс.

Тим воздел руки, чтобы унять жидкие аплодисменты.

— Спасибо, друзья, — сказал он глубоким монотонным голосом. — Великий дух приветствует вас в священном кругу сегодня вечером.

— Елки-палки! — прошипел Дэн. — Еще немного, и я выброшу его вон!

— Умоляю, — шепнула я, — только не сегодня…

— Для начала, — вещал Тим, — я прочту вещь, которую написал, сидя под открытым небом и размышляя о том, что крылья бабочки бьются так же, как наши сердца в этом изменчивом мире.

И начал декламировать, размахивая руками:


Сестрица Бабочка на ветру!

Желты твои крылья!

Дай взлететь с тобой к синему небу!

Наши души парят в белых облаках,

Пока мы смотрим на тех, кто мечтает взлететь,

Но слишком боится.

Им суждено быть прикованными к земле,

Как бурый Братец Жук.


— Думаю, Дэну стоит помочь.

Кийо не надо было перекрикивать аплодисменты.

— Серьезно? — восторженно спросил Дэн.

— Нет! — в один голос воскликнули мы с Барбарой.

Потом Тим читал балладу об Ониате, юной деве неземной красоты, которая спускалась с небес и вынуждала мужчин повсюду драться за нее. Сюжет был интересный, но хромой на обе ноги слог и полчища чудовищных метафор все испортили.

— Это настоящая легенда, — бросила я вызов спутникам. — Слышала ее раньше.

— Да, только не в племени лакота, — фыркнул Феликс. — Кажется, у ирокезов…

— Если честно, — Дэн открыто изнывал от скуки, — это неважно. У всех племен есть истории про женщин неземной красоты.

Кийо тронул меня за руку и промурлыкал:

— А у меня есть своя собственная…

— Ушлый ты лис, — парировала я.

В конце вечера Тим продавал свои самиздатовские книженции. Не пойму как, но ему всегда удавалось реализовать охапку. И женщины… Вокруг нашего «индейца» уже крутились несколько барышень. Дэн поглядел на девушек и выдал «пёрл»: надоело работать сисадмином, хочу, говорит, заняться халтурой, как Тим. Мы заржали громче табуна коней.

— Судя по всему, — сказала я Кийо, глядя на Тимоти Огненного Скакуна и его обожательниц, — Тим сегодня ночевать не придет…

— Ты это к чему клонишь?..

— К сауне…

Все равно никто больше туда не влезет. Сауна у меня маленькая, а ограниченное пространство сближает людей. В прямом смысле. Мы с Кийо не возражаем.

Одежду сбросили в прихожей. Кийо притянул меня к себе. Его руки гладили мою талию, а губы ласкали шею…

— Требую компенсации за скучный вечер, — рыкнул лис мне на ухо.

— Все, что захочешь… Это была просто прелюдия… Помнишь, как Братец Дятел в стихах Тима вонзает клюв в дерево?

Кийо оборвал поток острот поцелуем. Губы его были горячими и твердыми, наши языки сплелись, как змеи… Не отрываясь друг от друга, мы умудрились открыть дверь в сауну и окунулись в горячий пар. Обожаю, когда зной и влажность охватывают мое тело…

А еще волосы Кийо от влаги загибаются в прелестные кудряшки.

Продолжая целовать, кицунэ прижал меня к деревянной стене, опустив руки мне на бедра. От жары наши тела стали влажными и скользкими. Я запустила пальцы в волосы Кийо, потом погладила его плечи и грудь, задержала руки у сосков, обводя их по кругу, постепенно нажимая сильнее и чуть-чуть пощипывая…

Кийо негромко и слегка удивленно застонал, продолжая целовать мне шею. Я выгнулась, отдавшись на волю чувств. Жадный рот Кийо словно пытался выпить меня всю… Легкие покусывания — будто электричество по венам… Наутро после бурной ночи я частенько обнаруживала засосы и чувствовала себя шестнадцатилетней дурочкой, но оно того стоило…

Губы Кийо скользнули с шеи на плечо, а руки проплыли от моих бедер к грудям в океане пота. Он начал сжимать и потирать их… Пальцы любимого порхали взад-вперед по влажной коже, периодически замирая, чтобы потереть соски… Меня окатывали волны желания. Терпение скоро иссякло, и я протянула руку туда, где чувствовалась его возбужденная плоть, и уже собиралась направить его в себя, но…

Кийо внезапно развернул меня. Я уперлась в стену руками. Сильные пальцы начали потирать спину, разминать уставшие мышцы и связки. Я охнула — и утонула в бездне удовольствия. Совсем скоро руки Кийо опять легли мне на бедра, слегка приподнимая, и я выгнулась, подчиняясь. Кийо прижался ко мне — и вошел. Я истекала влагой не только снаружи, но и изнутри… Вскрикнула, чувствуя, как он заполняет меня, вонзаясь сильнее и сильнее с каждым толчком. Прижалась щекой к стене сауны и открылась любимому до самых глубин.

Кийо ласкал мои груди, продолжая двигаться, и я тонула в огненных волнах наслаждения. Все тело и каждая его клеточка отданы во власть любви и страсти… Напор стал неистовым… Кийо крепче стиснул мои груди… Тела пылали изнутри и снаружи… Я качалась в море страсти на волнах наслаждения, пока цунами оргазма не накрыло с головой. Ноги ослабели, и я едва не упала… Плоть горела… Кийо все еще вонзался в меня, и чувствовать это было почти невыносимо. Казалось, я не в силах продолжать… Но на горизонте появилась еще одна волна наслаждения… и я снова достигла кульминации.

Руки Кийо вернулись мне на бедра, придавая ему устойчивость и помогая проникать сильнее и глубже. Я напрягла все силы, чтобы не распластаться по стенке. Оборотень напрягся, я поняла, что он вот-вот закончит. Гортанный первобытный вскрик — и его толчки стали медленнее, глубже… Кийо достиг кульминации — и взорвался внутри меня… Потом прижался лицом к моему плечу, постепенно замирая, насытившись…

Когда все закончилось, он положил руки мне на плечи, развернул и притянул к себе. Мы обнялись и, задыхаясь, прислонились к стене. Кийо нежно поцеловал меня в щеку. Я улыбнулась, прижалась к нему потеснее, утопая в аромате его покрытой испариной кожи.

— Ну как, стоил этого вечер поэзии?

Да, — ответил он, — еще бы…


На следующее утро я проснулась от назойливого треньканья телефона. Пришлось перелезть через крепко спящего лиса, чтобы дотянуться до трубки. Звонил Роланд.

— Привет, Эжени. Есть новости. Перекресток выходит к городу Йеллоу-Ривер в Техасе.

— Техас, значит? Интересно…

— Ага. Там живут два шамана.

— Два?

Нас вообще-то очень и очень мало. Так мало, что один человек на штат (если не считать команды «папа — дочка» вроде нас с Роландом) — уже большая редкость.

— Похоже, это здоровые врата. Чтобы пройти через такие, не требуется ни особой магии, ни стараний, так что за ним глаз да глаз нужен.

Любопытно. К счастью, не всякий перекресток пропустит любого человека или джентри. В определен дни, вроде Бельтайнаили Самхейна[6], ткань междумирья истончается, делая переходы проще. Тогда у нас с Роландом полно работы. Врата, которые несложно использовать весь год, еще опаснее.

Получается, «невесты» джентри могут без особого труда бегать в мой мир за «женихами»! От одной мысли меня передернуло. Поколение техасских эльфоф… Ужас!

— Эжени? — позвал Роланд, — О чем задумалась?

— Как зовут этих шаманов?

Роланд, казалось, все еще побаивался, что я лезу куда не следует. Подумала, он успокоится, если некто надежный и, что еще лучше, принадлежащий к роду людскому будет прикрывать мне спину. Отчим попытался вызнать подробности, но я особо ничего не рассказала. Поблагодарила за информацию, пожелала хорошего дня — и отключила связь.

Пока я болтала по телефону, Кийо проснулся, тихонько встал с постели и отправился в душ. Я спряталась под одеялом и предалась раздумьям на тему «что будет дальше». Надо бы связаться с этими шаманами и узнать, не заметили ли они в последнее время нашествия джентрийских дев. Если заметили, значит, с моей пропажей все более-менее в порядке. Тогда подумаю, следует ли потакать острому желанию препроводить девиц обратно…

Внезапно в комнате похолодало, а по коже словно провели ежиком… Волузиан? В темном углу тут же появился мой зловещий подручный.

— Какой сюрприз! — сказала я. — Твоя жизнерадостная мина — лучшее начало любого дня. Что стряслось?

Когда я в прошлый раз была в Мире Ином, приказала Волузиану доставлять мне любые новости. Раз проклятый здесь, ему есть что сказать. Значит, у меня снова проблемы.

— Дебилоидный мордоворот, командующий войсками моей повелительницы, потребовал ее присутствия, — изрек Волузиан.

— Это ты о Рюрике?

— Да, если только моей повелительнице не известен какой-либо иной дебилоидный мордоворот, командующий ее войсками.

— Он не говорил зачем?

Если дело касалось торговли, за мной послала бы Шайа.

— Он жаждал сообщить, что нашлась одна из пропавших девиц.

— Что?

Я выскочила из постели и торопливо оделась. Из душа вышел Кийо, похожий на Аполлона с мокрыми волосами, и удивленно на меня посмотрел.

— Что уже успело случиться?

— Нашлась одна из деревенских беглянок. Пойдешь со мной?

Он покачал головой и стал одеваться. На кресле, как напоминание, — белый халат.

— Не могу. Пора на работу.

Обидно, досадно, но, как говорится, ладно. Хорошо хоть, что он собирается работать, а не околачиваться рядом с Майвенн. Мы попрощались долгим поцелуем… Потом оторвались друг от друга, посмотрели на Волузиана и не смогли удержаться от смеха: у проклятого был такой вид, словно он мысленно перебирал доступные способы самоубийства.

Я отослала духа и вскоре сама перенеслась в Мир Иной. Ниа, как обычно, из кожи вон лезла от радости, но я вежливо сбежала искать Рюрика. Начальник стражи вместе с Шайей уединились в ее кабинете и сосредоточенно что-то обсуждали. Едва я переступила порог комнаты, они оба вскочили на ноги.

— Ваше величество, — пропела Шайа.

— Где она? — воскликнула я. — Девушка! Хочу поговорить, наконец-то во всем разобраться!

Рюрик сморщился.

— Гммм…

— В чем дело? Волузиан сказал, вы ее нашли.

— Ну, вернее, она сама нашлась. Та девушка из Вестории, о которой просили вас ее родители. Она прошлой ночью объявилась в деревне. Плакала и все твердила про какой-то ужас и что ей чудом удалось сбежать.

— Это в самом деле монстр? — удивилась я. — Или все-таки разбойники?

Рюрик помотал головой.

— Кто его знает. Девка бормотала ерунду как умалишенная… Родители пытались ее успокоить, но, думаю, не особо получилось. Они послали нам весточку, потому как были уверены, что вы захотите поговорить с девчонкой, и… м-да, тут начинаются проблемы.

— Можно подумать, раньше проблем не было.

— Когда девушка узнала о вашем скором приезде, она растеряла остатки рассудка.

— Я что, страшнее монстра?

Рюрик пожал плечами.

— Знаете, ваше имя… как бы так сказать… пугает многих подданных.

— Ой-ей-ей! Она, видимо, не знает историю об огненных демонах и потерянной гордости… — вздохнула я. — И что было дальше?

— Она сбежала. По-настоящему.

Я взвыла — и рухнула в кресло.

— Мы отправили людей на поиски, как только узнали, — с некоторой надеждой добавил Рюрик.

— Ну, хоть что-то… Девушка ведь… не иголка в стоге сена? Вы ее найдете?

Рюрик и Шайа уныло переглянулись. Я снова взвыла. Мир Иной, похоже, мастер укрывать беглецов: Жасмин ищут уже три месяца, но ее и след простыл.

— Напечатать бы ее фотку на пакетах с молоком… — пробормотала я.

— Прошу прощения? — смутилась Шайа.

— Так, пустяки. Еще есть новости? Желательно хорошие. От Лейта ничего не слышно?

Может, помедитирую чуток, поддержу землю — и обратно в Тусон?

— Пока ничего, — ответила Шайа, — Однако… пришло письмо от Дориана.

Вот. Очередная заноза…

Шайа, волнуясь, продолжала:

— Он интересуется, почему вы до сих пор не начали переговоры по вопросам торговли. И…

Я закатила глаза.

— Говори, говори. Уже готовлюсь к худшему.

Шайа смутилась.

— Если вы не потрудитесь явиться своевременно, он отменит сделку.

— Наверное, ничего страшного в этом нет, — заметила я. — Есть же и другие страны, которые хотят купить нашу медь?

Вид у Шайи стал еще более сконфуженным.

— Есть, но мало.

— Мало — это сколько?

— Кроме Рябинового Царства? Никого.

— Сукин сын…

И слепому видно, что это проделки Дориана! Я взяла себя в руки и посмотрела в умоляющие глаза Шайи.

— Полагаю, он не уточнил, когда это — «своевременно»?

— Вообще-то уточнил, — выдохнула она.

Рюрик нагло ухмылялся.

Плохо. Очень-очень плохо.

— Сегодня.


Глава восьмая | Терновая королева | Глава десятая