home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Место действия – прибрежные воды США в районе Сан-Диего. Первый тайм. Счет 0:0.

Выход в море на боевую подготовку в пятницу всегда неприятен для экипажей кораблей вне зависимости – советский это флот или американский. Такое на нашем флоте чаще всего «светит» якорной стоянкой на рейде до понедельника, у американцев – лишением бонуса к жалованию за невыполнение недельного плана. Провести же уикэнд на борту, когда в бинокль можно разглядеть прелестниц в бикини на пляжах Баха Калифорния, для них немыслимо.

В то утро пятницы мы лежали в дрейфе в точке, с которой хорошо просматривался Норт-Айленд и торчащие за ним топы мачт ошвартованных в ВМБ Сан-Диего кораблей, ожидая ежедневный мини-парад – выход американских «боевиков» в море. Как по расписанию в 09.00 «поплыл» фок большого крейсера, за ним – узнаваемые «низкорослые» мачты фрегатов типа «Нокс» и «Перри». Недолгое ожидание – и вот уже под мостом, соединяющим город и остров Норт-Айленд, появились «мышиные» силуэты отряда боевых кораблей, возглавляемых нашим старым знакомым – крейсером «Леги» – металлической реинкарнацией Уильяма Леги, начальника штаба ВМС США при президенте Франклине Рузвельте, кораблем таким же подтянутым и строгим до вздорности, как и сам почивший адмирал. Это он за три дня до описываемой встречи сыграл злую шутку, целенаправленно включив на полную мощность средства радиоэлектронной борьбы и прервав нашу связь с Владивостоком на долгие пять часов. Встретившись опять, мы не думали, что этот день станет днем реванша!

«Чарли», не удостоившись приветствия чопорного «Леги», пристроился в кильватере американских кораблей, следующих малым ходом курсом, ведущим на главную игровую площадку 3-го Флота ВМС США – Тихоокеанский ракетный полигон «Пойнт Мугу». Здесь на тридцати шести тысячах квадратных миль водной поверхности Калифорнийского залива проводятся большинство учебных и испытательных стрельб; здесь запускаются зенитные и противокорабельные, противоспутниковые и баллистические ракеты корабельного и воздушного базирования. Сердце и нервный центр этого монстра – остров Сан-Николас, с которого осуществляется наблюдение за акваторией и воздушным пространством и управление всеми силами и средствами, находящимися в зоне ответственности Главного диспетчера полигона, «бессмертное» имя которого – «Плид Контрол».

Вступив на «шахматную доску» Пойнт Мугу, виртуально расчерченную квадратами боевой подготовки, отряд «Леги» отметился в сети «Плид Контрола», сообщившего «удивленному» флагману, что на хвосте у него висит советский «Чарли Чарли Браво» (так в устах американцев на военный манер звучал наш бортовой номер «ССВ»). Крейсер и фрегаты в ответ плотоядно «улыбнулись» белоснежными ракетами «Стандарт» и «Си Спэрроу», выехавшими на направляющие пусковых установок, впрочем не для устрашения «Чарли», а для проверки оружия перед операцией, и начали движение в район стрельб севернее Сан-Николаса ближе к островам Сан Мигель и Санта-Роза, которые, как естественные укрытия создавали «парниковые» условия для стреляющих, прикрывая их собой от ветра, волнения и течения. На них же размещались три вертолета и радиопеленгаторы, сыгравшие в последующих событиях важную роль. А пока лазурное небо Калифорнии не подозревало, что через час его начнут дырявить с той же тщательностью, что и мультяшная эскадра из «Приключений капитана Врунгеля».

Придя в точку, отряд рассредоточился в боевой порядок треугольником со стороной в 3 мили, милостиво позволив «Чарли» занять безопасное место в его центре после того, как «Леги» рутинно предупредил нас о нахождении в районе опасных ракетных стрельб. Сделано это было полусонно-безразлично, как и подобает «железному адмиралу». Ну, и слава богу! Значит, не будет назойливых облетов «Орионами», опасного маневрирования и попыток вытеснения из района. Пятница! В ней все дело!

И карусель закрутилась. С материка были запущены радиоуправляемые мишени, которые устремились к «Леги» и его отряду, имитируя атаку крылатых ракет. Навстречу им с крейсера и фрегатов начали взмывать «птички» с головками теплового наведения, взрываясь далеко впереди и вверху и оставляя очередную «дырку» в небе в виде белесого облачка. «Отразив» первую волну нападения, «Леги» задробил стрельбу, позволяя вертолетам, прилетевшим с островов, эвакуировать приводнившиеся на парашютах мишени. Три целехонькие оранжевые «сигары» дрейфовали в зеленых пятнах разлившейся маркирующей краски, ожидая, что подлетевший вертолет зависнет, подхватит стропы крюком и унесет их на берег для обслуживания, заправки и последующего использования, так как не в них целились ракеты с кораблей, а в горящие магниевые шашки, сбрасываемые мишенями по радиокоманде с Сан-Николаса.

Быстро сделав дело, вертолеты улетели, дав возможность «Леги» отстреляться по второй волне и, немного подождав, по третьей, после чего крейсер и его отряд «вышли не редан» и помчались домой в Сан-Диего, забыв, что «Макдональдс» работает круглосуточно. «Плид Контрол» «зевнул» им на прощание и тоже закрылся. Два вертолета сообщили, что горючее на исходе, и смылись занимать очередь за двойным чизбургером, оставив, видимо, самого молодого собирать два все еще плавающих «сигарных окурка».

Нам же до похода в пельменную на улице Ленинская оставалось еще месяца три, поэтому мы продолжили курсировать самым малым ходом в том же районе, с интересом наблюдая за трудягой вертолетом и делая ставки – уложится он в 30 секунд для захвата мишени крюком или нет. Первый раз уложился. Мой друг Колька выиграл банку черешневого компота. Прилетев за второй мишенью, вертолет замешкался, выловив «рыбку» только со второй попытки и на второй минуте.

– Нервничает! – сказал Николай, отдавая банку обратно. Он болел за вертолетчика, так как сам был страстным рыбаком.

– Тащ капнант, – раздался голос сигнальщика, – еще одна приводняется у нас по курсу!

– Стоп машинам! Право на борт! – крикнул вахтенный, экстренно переведя «Чарли» в циркуляцию, иначе американская ракета приземлилась бы к нам на бак или повисла на фок-мачте, зацепившись стропами. Вовремя отвернув корму от опасной для винтов медузы упавшего парашюта, корабль лег в дрейф всего в двух кабельтовых от плавающей мишени.

– Вертолет, сволочь, на подлете! – сглотнув слюну и закатав губы обратно, сказал вахтенный, в глазах которого отражалась картина – оркестр на стенке, встречающий героя с ракетой под мышкой, и радостно плачущие адмиралы! Картина помутнела и исчезла, как только вертолет завис над зеленым пятном. Но американский пилот (привет, Брайан!) возродил нашу надежду: стрекоза «Белл 206» с позывным Aspen – «Осина» (скажите мне теперь, что только у нас нелепые позывные!) трижды пытался поймать мишень, чему не мешали ни волны, ни ветер, но так и улетел пустой. Часы показывали 18.00 местного времени, на календаре все еще числилась пятница.

– Вернется! Заправится и прилетит! – сказал Колька, продолжая симпатизировать пилоту-«рыбаку». Но он так и не прилетел ни через час, ни через полтора. Солнце стало «моргать», предупреждая о скором «выключении», а соблазнительная «рыбка» дрейфовала уже в одном кабельтовом от «Чарли».

– Вахтенный, самый малый вперед. Руль лево на борт. Сигнальщику следить за мишенью! – первым принял решение старпом, желая приблизиться вплотную, сделать фотографии и… подумать над дальнейшими действиями. Срочно созванный консилиум, бубнящий как последователи культа Вуду, окружил старшего офицера.

– Владимыч, это ж… почти «Гарпун»… Тащ третьего ранга, она ж из композитных материалов! Кусочек отломать бы?!… Что композитка… там цифровой компьютер на борту… и горючки образцы бы взять! – доставала старпома толпа, не заметив, что командир прошел из штурманской рубки на ходовой, бросив через плечо: «Товарищи офицеры, буй вам в руки вместо ракеты!» Опытный и осторожный моряк знал, чем может кончиться попытка слямзить американскую собственность. Прецеденты на бригаде уже были. Оценив обстановку, он спустился в свою каюту и через пять минут вызвал к себе командиров боевых частей. Чутье его редко подводило, но доводы «бычков» и наш мальчишеский азарт заставили изменить решение. Как он позже жалел об этом! И так нас жалел, и этак! Но это было позже. А пока корабль подошел бортом к мишени, закрывая ее собой от визуального наблюдения с островов, а окрыленный старпом уже строил боцманскую команду на юте, сжимая в руке кошку. Его первый бросок не достиг цели. Второй был точен, зацепив стропы. Тащили ракету из воды десять человек, легко выдернув на палубу 230-килограммовую «сигару». И вот «золотая рыбка» у наших ног – четырехметровый прототип противокорабельной ракеты «Гарпун» радиоуправляемая мишень BQM-74E, произведенная корпорацией «Нортроп» на заводе в Вентуре. Помните свое детство и то ощущение, когда получаешь долгожданную игрушку? Щенячий восторг! Это мы и чувствовали, поглаживая мокрую спину «рыбки» и стараясь разглядеть каждую деталь, но солнце уже ушло за горизонт, и никто не заметил текущую из нее маркерную краску, и никто не вспомнил о все еще работающем радиомаяке, встроенном в ракету, зато нащупали крупную табличку на ее борту, подсветили фонарем и прочли: «Данная мишень является собственностью американского правительства. Просьба возвратить ее представителям американских властей или любому кораблю ВМС США. Вознаграждение – пятьсот долларов».

– Пятьсот разделить на сто восемьдесят… Маловато будет! – меркантильно заметил инженер РТС по кличке «Пчел», не зная, что закупка каждой BQM -74 обходится американскому флоту в двести восемьдесят тысяч.

– Слесаря вызывали? – вздохнул Пчел, бросив на палубу сумку с инструментами, так как получил приказ командира «разделать рыбку», фюзеляж которой был более чем габаритен для того, чтобы поместиться в пустующих внутренних помещениях. Осмотр показал, что болты изделия слишком высокотехнологичны для его советских инструментов. Послали за механиком. Умный дядя Миша все понял сразу и пришел с кувалдой и долотом. Зрительно нарезав ракету на три отсека, он приложил долото с первому шву и занес кувалду… В этот момент палуба завибрировала, и корабль дал ход!

– Что же он, ля, делает! – обречено заорал Пчел в лицо старпому, показывая в сторону ходового, на котором «рулил» командир. – Радиомаяк же еще работает! Ломайте антенну или тащите фольгу, чтобы ее заэкранировать. Вес, ля, повяжут нас янки!

Через десять минут корабль шел средним ходом, сводя с ума операторов американских станций слежения, у которых пеленг на мишень вдруг начал перемещаться со скоростью 15 узлов.

– Иваныч, ломай ее скорее нахрен! – понял ошибку старпом, и механик заработал кувалдой как отбойным молотком. Кто-то прибежал с пожарным топором, и работа закипела! Через полчаса «тело» было расчленено на три части: первую – головную с пенопластовыми муляжами бортовой РЛС и боезаряда, вторую – отсек управления с кучей «вкусных» внутренностей, приправленных главной изюминкой – тогда еще невиданным портативным цифровым компьютером, и третью – двигательный отсек с миниатюрным турбовентиляторным джетом, который впору было устанавливать на велосипед!

Разнося «расчлененку» по разным помещениям, не досчитались двигателя и парашюта.

– Хрен с ним, с парашютом! У матросов трусы поизносились. Пусть новые нашьют! – пошутил старпом, не ведая, что глаголет истину. – Где движок, волки!

Движок, естественно, нашелся в зиповой запасливого Пчела, который ныл, отдавая его: «Я аэросани хотел сделать дома!» – за что получил подзатыльник и ходовую вахту вне очереди. Знал бы старпом, как это чревато!

День закончился тихо, принеся нам одно очко в первом тайме. Все, кроме Пчела, заступившего на вахту, разбрелись по своим каютам. Пора было отдыхать после дня полного событий. Верное решение, так как не ведали мы, что последующие три дня станут бессонными для большинства из нас. Проходя мимо своего заведования, заглянул не боевой пост, чтобы узнать обстановку.

– Ребята, где «Леги»?

– Тащ, крейсер на подходе к Сан-Диеге и уже заказал буксир.

– Добро! Если отметится в связи опять, немедленно доложите на ходовой.

А на ходовом стоял Пчел, поэтому многие ворочались в койках, не в состоянии заснуть от беспокойства. Пчел был «талисманом», нет – черной меткой корабля! Практически все нештатные ситуации происходили на борту, когда «рулил» он. Сейчас же «Чарли» шел полным ходом под Лос-Анджелес, и мы знали, что завтра там будет проводиться парусная регата, для участия в которой многие яхты вышли в море с ночи и лежали в дрейфе. Говорят, Пчел поработал на славу, создав панику среди яхтсменов и едва не задавив двух из них, пройдя всего в пятнадцати метрах. Но мы узнали об этом утром, когда было уже не до этого…


ЧАРЛИ ЧАРЛИ БРАВО! | В море, на суше и выше 2… | Место действия – пятнадцать миль западнее ВМБ Лонг-Бич. Второй тайм. Счет 1:0 в пользу «Чарли». Пока.